Текст книги ""Фантастика 2026-152". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)"

Автор книги: Мамлеева Наталья

Во время сеанса заказа произошло несколько приятных неожиданностей.

Во-первых, приём Наташи в группу нам-таки засчитали. Собственно, этого и ожидал.

Во-вторых, вот совершенно неожиданно расщедрились на внеплановый бонус: +20 кг муки. Брать или не брать – вопрос даже не стоял! Все мы дети той Земли и к хлебобулочным изделиям неравнодушны. А уж тут-то! А уж как Резван-то обрадовался – слов нет! Обещал встретить нас блинами и лепёшками. Если ещё и настоящим узбекским пловом нас порадует – тогда совсем замечательно. Рис со специями давно откладывал в поставках, но в этот раз взял. Дальше ещё продукты по деловому списку, большая часть позиций которого мною безжалостно, увы, вычеркнута. Не совсем «пушки вместо масла», но пока – увы, где-то близко к этому. Взял также зарядки к двум трофейным рациям Vertex, гарнитуры, добавил ещё пару полных комплектов. Это Луке, как проснётся – ему основная задача на сегодня разобраться, настроить их между собой, вывести на кнопки общие каналы. Ну и научить всех пользоваться, естественно. Потом, со временем, ещё и скремблеры закажем – в наших «поисково-выживальческих» реалиях очень нужной вещью может оказаться.

Оружие решил-таки взять ещё, давно уже пора добавить анклаву пару надёжных гладкоствольных самозарядок. Тут решил положиться на отечественного производителя, по причине лестных отзывов о своем стволе моего близкого приятеля, еще там – в прошлом. Взял Вепрь-12, со складывающимся прикладом, в количестве двух штук. Дали! Ну надо же, сам удивился. Один в рейде будет задействован, ещё подумаем кому его дать, а второй карабин останется гарнизону острова на усиление огневой мощи. Добавил наборы для чистки и по три магазина на восемь патронов каждый. Ну и патронов взял, с учетом сегодняшнего посещения стрельбища.

(гладкоствольное ружьё Вепрь-12 со складывающимся прикладом)

Беру также камеру Sony – путешествий у нас много предстоит, всего увиденного влет не запомнишь, лучше на нее писать, а дома в спокойной обстановке смотреть, разбираться, да на карту переносить. Ну и товарищам показывать – и им интересно, да и полезно может быть – снимающий не заметил, внимания на мелочи не обратил, а они на видеоролике что обнаружат. Следующая позиция заказа – это подарок женщинам, который предложил наш новичок кавказец, когда увидел нашу недостроенную баню и 'ванну'. Кемпинговый или дачный душ, который подвешивается на дерево. Собственно, ничего необычного – это прочный ПХВ-мешок, емкостью 40 литров и полуметровый шланг, весом всё это всего-то шестьсот грамм. Вот так вот, практически весь суточный вес заказа использован. Оставшиеся килограммы переношу на будущее. Ага, чуть было не забыл – согласовываю завтрашний сеанс отложить на один день. Разрешили. Теперь всё.

По намеченному плану нам предстояло во второй половине дня к самой темноте добраться до маленького островка, фактически безжизненной скалы с узкой отмелью пляжа. Там тихо и скрытно пересидеть до темноты, чуть отдохнуть перед броском ночью, и, под утро, на веслах перейти на вражий берег. Вот чем мы сейчас и занимаемся. Пока идем вместе на нашем 'крейсере', но скоро 'нырнем' в бухточку, где разделимся – штурмовая группа вместе с своим проводником будет высажена на берег. И мы 'тихой сапой' по ночному лесу доберёмся до интересующего нас объекта – лагеря рабовладельцев. Тут недалеко – километра два всего осталось.

Ну а там нам останется только грамотно сработать на обезвреживание противника. Оставшийся же в лодке экипаж, доктор с кавказцем, выйдут в море и будут поджидать нашего сообщения у ближайшего мыса. По получению которого, они и прибудут в логово бандитов с со стороны моря. Много думали над планом зачистки банды и этот вариант сочли наиболее подходящим. Очень важная роль тут отводилась Адаму, который обязался вывести нас к самым палаткам своих бывших подельников. Родных ему соплеменников там теперь больше нет, а остальных ему нисколько не жалко, они ему чужие, так что обещал провести и показать. Вероятно под утро мы их и возьмем тепленькими. Но рисковать не будем – предупредил всех, что в случае возникновения проблем вести огонь по врагам на поражение не раздумывая. Пленные наверняка заперты, а друзей у нас тут нет. Пока нет… Даже в пленных вероятных союзников пока не видим. Кто мы им?

Высадились мы, затем дошли до стоянки в полной тишине с помощью ноктовизоров. Молчим. Все ночные маты ещё на своем острове оставили. По дороге немного мешал свет луны во второй четверти. Как и предполагалось – никакого охранения у бандформирования не было. Ничему-то жизнь людей не учит. У них люди пропали, а они… Наверняка ж знают что пропали, плита терминала явно известила о сокращении численности.

Разделились по двум палаткам, как ранее и намечалось. Но тут из темноты леса появляется тень и раздается пронзительный крик, ломающий тишину ночи. Какому-то чмошнику не спалось или отлить отходил… Ну, всего не предусмотришь… Приходится переключаться на появившегося. Со стороны напарников раздаётся ружейный выстрел, чужая фигура переламывается и начинает смещаться в сторону. Перевожу винчестер на него и, работая рычагом, произвожу несколько выстрелов. Фигура падает. В лагере уже стоит крик, из деревянного пристроя к срубу слышны приглушенные, но взволнованные голоса запертых там 'рабов'.

Разворачиваюсь к 'своей' палатке и замечаю фигуру, спешно убегающую в сторону моря. Ну вот, отвлёкся и прозевал. «Ворона»! Бросаюсь было за тенью, но замеченное вовремя наведенное на меня оружие заставляет резко припасть к земле.

Успел! Очередь дырявит землю рядом. Обливаюсь потом. Хоть и не первый бой, а страшно, реально страшно! И мысли тревожные… А вот про автоматическое оружие наш 'язык' нам ничего не говорил! Откуда оно у них, и почему нам в поставку оно недоступно? Сзади раздаётся несколько пистолетных выстрелов.

Подбегает Любаша, припадает на колено и делает ещё несколько выстрелов в направлении сбежавшего. Жестами показывает, что у палаток всё в порядке. Ну хоть это хорошо, успокаиваю я себя. Останавливаю рукой, начавшую было подниматься напарницу и показываю, что обойду стороной, а она пока здесь пусть побудет. Скидываю ночник и всматриваюсь в стену леса обычным зрением – нет, так пока не видно. Ну да ничего, мы и с ночником можем, недаром ведь учились накануне. До профи нам ещё очень далеко, но что уж есть, то есть.

Стараясь не шуметь пробираюсь между невысокими деревьями, ныряю в довольно густой кустарник. Цепляюсь за что-то рубахой, с трудом выдергиваю руку, раздается треск, йоп!.. похоже порвал, но наконец выбираюсь из чащобы и пытаюсь рассмотреть опушку леса и пляж, на берегу залива. Никого не вижу. Зато вот у самого пляжа замечаю отплывающую лодку, надувнушку вёсельную, с одним пассажиром. Это явно он – наш беглец. Другому тут взяться неоткуда. Чутко спал, гад, сразу среагировал и в бега кинулся. Надо его тормознуть. Он нам ещё живой нужен – интересно с ним будет поговорить, наверняка это их главный. Вновь вернувшись в лес начинаю громко звать Любу, жаль раций на всех не хватает.

Вернёмся – дозакажу ещё, – мелькает мысль. Появившуюся валькирию веду на край леса и показывая на лодку, объясняю, что надо только 'дырануть' лодку, а беглеца мы затем выловим. Девушка перекидывает свой карабин из-за спины, аккуратно снимает ночник, можно уже – светает довольно быстро и, присев на колено, начинает наводить винтовку на 'резинку'. Целится довольно долго, но в конце концов всё-таки тянет спусковой крючок. Есть, попала – лодку чуть бросает вперед! И тут же раздается ещё один выстрел. С моря. Посудина начинает быстро набирать забортную воду, а, видимо задетый вторым выстрелом бандит, медленно, хватаясь руками за баллоны, сползает в море.

А вот и наши «герои»! Сто чертей им в задницу! Попёрлись-таки в залив. Из марева ночи появляется лодка нашей группы. Русским же языком было сказано – 'Быть начеку возле мыса и дожидаться вызова'. Ну, ёксель-моксель, «Нахимовы»!!! Устроили тут «Синопское сражение». Ладно, с этим позже разберёмся. А сейчас надо попытаться негра выудить – вон он всё ещё барахтается. Он нам пока для допроса нужен. Снимаю рубаху, берцы и бегу к морю. Акульих плавников поблизости вроде не видно, призывно машу руками Любаше:

– Люба, пока плавать буду, глянула бы акул, если заметишь, стрельни в воздух. А то у меня глаз не хватит за всем уследить.

И бросаюсь в воду. Грести пришлось довольно долго, всё-таки далековато беглец успел уплыть. Около беглеца оказываюсь не один. Вазиф, а он не ахти какой пловец, уже тоже здесь, видимо отправленный Фаей мне на помощь. Ух ты, смотри-ка, а наш спасаемый пистолет достал, вражина – не такой уж он и беспомощный, как нам с берега казалось. Достать-то он его достал, но на большее сил у него не хватило – начал захлёбываться, выпустил пистолет из руки и вот-вот тоже булькнул бы ко дну, если бы мы его не подхватили. Удерживать обессилившего «рабовладельца» над водой было довольно трудно, ещё и успокоить кулаком пришлось, чтобы не потопил, хватаясь. Поэтому дальше пришлось на месте дожидаться подхода нашей спасательницы. С трудом втроём перевалили его через борт, а затем, отдышавшись, и сами взобрались.

В утреннем, уже «восходном» свете в лагере Фидель караулил двух оставшихся бандитов. Подельница была привязана к деревцу, а в одинарной палатке находился еще один – раненый. Заглянул внутрь, судя по запаху и виду бинтов дела там плохие. Ну этого к Фае, как освободится, посмотрит и этого 'пациента'. Хотя у неё и другие дела могут появиться. Невольники всё ещё в деревянном срубе – хорошо, что их испанец пока не выпустил. И правильно сделал! Разбегутся ещё от страха – лови их потом по всему острову… Сейчас как раз и будем ими заниматься. Теперь проверим своих. Доктор на пляже – занимается раненым пленным. Фидель, Люба и Вазиф здесь. А где же Адам? Подхожу к испанцу, который рассматривает одно из захваченных ружей, кладу руку на плечо и спрашиваю:

– Adam no vio? (Не видел Адама? – исп.)

– Ahi el come algo. (Ест уже что-то. – исп.) – и наш оружейник показывает рукой за палатки на шалаш.

Точно, сидит наш проводник-сото на корточках и что-то уже уплетает. Проголодался уже значит, ночные приключения и его вымотали. Ну да ладно, главное что он при деле. Так, теперь всех своих вижу. Оглядываю нехитрый и довольно широко разбросанный по территории лагерь. Две палатки: одинарная и двойная с переходным тамбуром, кстати, довольно неплохая. Это жилища 'рабовладельцев'. Рядом кострище, пару брёвен, хлипкий столик. С другой стороны палаток – шалаш, скорее всего «сарай хозяйственный», кладовка. Тут же поблизости родничок небольшой и место перед ним вытоптанное, где воду набирают.

Метрах в сорока ближе к заливу – сруб, довольно качественный, из оцилиндрованных бревен, к нему пристрой тоже деревянный, абы как на тяп-ляп-отвались, сделанный – это загон для местных рабов. Рядом с ним своё костровище. Ещё чуть дальше и правее – на небольшом холмике какая-то непонятного назначения стройка начата – видны горки снесённого сюда камня и выбранные кучи земли, лопаты, кирки, составленные у дерева. Ближайшая зона, жилая, накрыта от солнца и дождя большим куском какого-то рекламного баннера, довольно толково натянутого меж деревьев. Вот, собственно, и весь здешний лагерь. Ладно, пора заниматься 'рабами', чем раньше начнём – тем быстрее с ними закончим.

Махаю рукой Адаму и, дождавшись когда тот подойдёт, наказываю ему посидеть в палатке и не высовываться, пока не скажу, не надо нам, чтобы его пока освобождённые с нами видели… Им ещё судьбы всех выживших негров предстоит решать.

(Мичман Николай – первое знакомство)

– Ну что, «Мичман», давай теперь знакомится? Я – Кот, на земле Андреем звали, а тут сюда «сам пришел». За тобой. Так что теперь уже зови как и все НАШИ.

– А я что, уже и ВАШ?

– Пока ещё окончательно нет, но не сомневаюсь – будешь!

– И что за народ у тебя? Смотрю, по-русски многие говорят.

– Да всяких хватает. Как в ещё том нашем Советском Союзе. Есть наши русские, вон испанец с нами, и еще Дома разные есть.

– Даже так? Ладно, посмотрим. Николай, Мичман – мне привычно, тогда и ты так называй. Из Мариуполя. Здесь на островах – с увольнительной по Кейптауну оказался. Под либерийским флагом ходили, дома-то в незалежной денежной работы меньше было… Вот и пришлось…

– Ну а я с родного мне города, что на Волге, здесь. Потом расскажу. Будет ещё время.

Обменялись крепкими рукопожатиями. Ну что ж – процесс пошёл. По виду суровый мужик, слова лишнего зря не скажет. А глаза-то с хитринкой. Ну-ну, хитри пока, есть на тебя виды. Никуда-то ты от нас не денешься!

(судовой механик мичман Николай)

– Благодари свою команду с «Переяслава», помогли тебе часики-то подарочные, они и привели нас сюда. Вот, кстати, и возвращаю. За тобой мы здесь, собирайся, с нами пойдёшь.

– Ага, вижу я как твои люди, Кот, «бескорыстно» мешки набивают.

– Наши, Мичман, наши. Так и то ж трофеи. Сам, поди, знаешь – что с бою взято…

– То свято. Знаю. Не спорю, сам такой. Я-то Вам зачем?

– Ты по профессии кто, напомни-ка?

– Механик судовых двигателей.

– Вот – ты и сам ответил!

– Так у вас что – и Корабль уже есть?

– Будет! И ты его заведёшь!

– А если нет, не смогу – что, прогонишь?

– Вот ты моряк, Николай. Опытный, побывал, поди-ка, в разных местах, много чего видел. Скажи, бывают острова совсем без материков?

– ЧТО ты знаешь, Кот??!

– «Птички-то летят», Мичман. Течения… Ничего не напоминает? Я тут карту известных нам островов рисую, течений меж ними, ветров. Кое-какие мысли появляются. Где мы, находимся, кстати, тоже предполагаю.

– Здесь останетесь, вместо прежних, или ещё как?

– Домой мы пойдём. Остров мы свой так называем – Дом.

– Когда отходим?

– Вот! Наконец-то разродился. Скоро. Так-то лучше, иди, позови следующего.

– Тут хлопчика одного чернявого надо бы ещё с нами прихватить. Загнобят тут злые цыгане его без меня, жаль, если пропадёт зазря. А датчане и не присмотрят… Толковый хлопчик, способный. Обузой нам не будет. Такого в команду бы взял – он бы нам пригодился.

– И которого? Не цыганёнка часом? Или второго малого?

– Не, совсем-совсем чернявого «Маугли» – Мумбаи, я его тут Мамаем окрестил, ничего, отзывается.

– Вот и кликни его, и сам тут пока рядом тоже побудь.

Сам пока подхожу к Фиделю с Вазифом – они уже на расстеленном палаточном тенте выкладывают хабар, обнаруженный в захваченном бандитском логове. Осматриваю и отбираю только нужное, нечего зря здешний народ обирать, правильно мичман нас носом ткнул. Нам ещё с ними в соседях как-то уживаться предстоит.

Отложил отдельно Ноутбук Toshiba в сумке! С ним в кармашках ещё пара родных батарей. Ну теперь мы с компьютерной техникой будем! Люка будет на седьмом небе от счастья. А вот откуда компьютер здесь? Либо попал с кем-то, либо потом уже заказали. Надо будет разобраться. Тайн и загадок тут много.

Туда же перекинул пару револьверов с переломной рамкой, что-то английское скорее всего. Внимательно оглядев остальное 'богатство', твердо решаю, что больше ничего брать не будем. Ружья самозарядки и 'помпы', патроны, сумки с продуктами и прочее – всё оставляем.

– Вот это – забираем. А остальное оставьте, местным тоже тут не c пустыми руками жить, – кинул двум недовольным соратникам. И выждав паузу, чтобы добиться должного эффекта добавляю:

– Палатку двойную сворачивайте, и тент рекламный начинайте снимать – дома пригодится.

Оборачиваюсь к подошедшему чернокожему, нашему потенциальному новичку молитвами Мичмана:

– Ну что, Мумбаи, какие у тебя планы на дальнейшую жизнь? – говорю по-русски, чувствую что-то понимает, но сказать не решается. Потом что-то быстро говорит, никак по-арабски?

О, как всё запущенно-то! Зову Фаю.

– Фая, – прошу, – монда бул (побудь здесь – тат.), твой «подопечный». Переведи ему, спроси что дальше делать намерен?

После перевода «туда-сюда-обратно» постепенно выясняется, что со здешними белыми «уголёк» не хотел бы более оставаться, вера, вишь ты, у них другая, и цыгане его шпыняют, да и скандинавы не то что бы волками смотрят, но натерпелись от негро-колонизаторов, особенно женщины. Мира не будет, не примут его к себе, да и сам он не хочет. Хотел бы он и свою подругу Жадэ тоже с собой забрать, что при здешней кухне была, да на свой остров вернуться. Даже после всего, что с ней тут было – жениться на ней готов. Ну надо же, какой герой выискался. Еле ходит, весь в побоях, на морде синяки, а туда же – жениться! Когда услышал что Николай его к нам с собой зовёт – не раздумывая согласился. Ладно, посмотрим. Ушли собираться радостные, оба. Хотя что им там собирать? Ну нашим помогут, так своим и объявляю – мол, задействуйте пополнение.

С Жадэ, шустрой негритяночкой креольской и ещё проще договориться оказалось, она и по-французски, и по-английски свободно понимала. Но, а уж с помощью Любы-переводчика, она как раз вовремя подошла, дело и ещё быстрей пошло. С местными у толстушки тоже ничего общего, одни лишь взаимные опасения. Но и она тоже на «свой родной» остров более не хочет, поговорить, мол, по её словам, там почти не с кем, а она болтушка-веселушка оказалась, ей народ нужен, общение. К нам? Почему бы и нет? Все ж лучше, чем здесь оставаться. Хотя тут и дом большой, и растёт много всякого полезного, готова она с нами перебраться, хоть сейчас. Ладно, «уговорили» – берём. И она – «фамма», радостно «зашуршала». Много ли таким простым, как она, людям надо? Чуток светлого будущего впереди, и зачирикают.

(Жадэ, темнокожая креолка из французской Гвианы)

Люба, кстати, не только переводит, она ещё и на камеру разговоры пишет. Много нам тут интересного расскажут, чувствую.

Вот ведь, как в сказке народной «Дедка – за репку, бабка за дедку…» Была бы «Жучка», они бы и её нам «просватали». Но нет, похоже доберманиха Дора – одна-единственная на ближние острова зверюшка с той Земли была. Жаль, не удалась раньше нам туда попасть, может и пригодилась бы, бегала бы вокруг, да живым локатором и радаром наш Дом охраняла… Ладно хоть Наташу живой оттуда вовремя спасли!

С остальными бывшими пленниками беседовали долго, с перерывом 'на покушать'. Тут их две группы отдельных оказалось – румынские цыгане и датчане. Причём, особого доверия между ними как нет и так в дальнейшем не предвидится. Вот и держатся до сих пор порознь. И, даже, совместно перенесённый плен у чёрных расистов им в этом не помог. В одну группу с самого начала так и не объединились. И питаются, и снабжаются – всё у них отдельно. Да ещё и за время жизни тут взаимные обиды и претензии только усугубились. Цыгане «виноватят» во всех их общих бедах датчан, что наглых и отвязных негров сюда навезли, северяне тоже что-то своё против черноволосых «смугляков» имеют.

Наша Люба переводит, Николай и Фая ей помогают. Как-то понимают. В конце объявляю, что отныне они все свободны. Мы берём только 'свои' трофеи и уходим, обещаем что примерно через недельку наведаемся, посмотреть как они тут живут. Надо бы подробнее с каждым переговорить, ох и надо бы, да время нас поджимает, и так тут лишнего провозились. Да и в сон уже клонит, всё же накануне не спали толком на Подскоке-то, ну а тут пока всё шло – окончательно вымотались. Может даже придётся заночевать на полдороге, на Эспаньоле или Доре. Как говорится – в гостях хорошо, а Дома явно станет лучше. Всё больше в этом убеждаюсь. Там все свои, наши, не надо излишне опасаться ничего, быть начеку, и ни острого завистливого взгляда в спину, ни каких других неприятностей.

Наша доктор их всех бегло осмотрела, порекомендовала кого чем лечить, кое-какими запасами из походной аптечки поделилась. На первое время им хватит, а там дальше уже и сами себе всё нужное закажут. Вазиф с прикомандированным к нему «Мамаем» тем временем сгоняли на горку – осмотрели и засняли картинку ближайших вод острова и панораму окрестных островов. Дома будем тщательно смотреть и подробно разбираться. Позже сюда надо будет экспедицию отправлять. Фиделя на Подскок за плотом отправил.

Потом оставшаяся в лагере часть моей группы занялись самой непростой и неприятной частью работы – допросом пленных. Те, в результате, выложили всё, что знали. Или почти всё – поди-ка, проверь… Надеялись, что «благородные идальго», т. е., мы, даруют им жизнь. Напрасно, после снятия всех показаний на камеру, бывшие 'хозяева' были переданы освобождённым 'рабам'. Те же, после бурного обсуждения и чуть не возникшей драки, решили вопрос с помощью ружья и короткой молитвы. Не пожалели никого из чёрных. Такова оказалась печальная участь неудавшихся рабовладельцев. Ну а нам что – плакать не станем.

Дальше произошел очень интересный момент: по кончине Мейсона – Оператора здешнего канала и главаря негров общая здешняя плита поставки разделилась на три части по группам датчан, цыган, ну и нашей троицы, с предложением всем местным на коммуникаторы выбрать новых Операторов. Предсказуемо выбрали тех же самых – Нильса и цыганского Баро… Наша троица, косясь на меня, выбрала в этом качестве Жадэ. Потом мне рассказали – что ей это дело привычно. Даже Николай ничуть не против такого был. Ну-ну…

После пришлось опять выступить с речью перед местным населением. Как Старший от своих объявил им, что троих с этого острова из бывших пленных и последнего уцелевшего из их угнетателей мы забираем, остальные пусть как могут, так сами и выкручиваются. Тем более, что канальные поставки им теперь доступны и самим. Более никого забрать с собой уже не можем, лодки наши и так перегружены. И пусть зря они о нашей «жадности» не беспокоятся – лишнего мы тут не возьмём. На все здешние продукты что остались – мы не претендуем. Оставляем даже оружие, почти всё. Отбиться им хватит, если вместе будут, забыв былые распри.

Да, тут еще выяснилось – оказывается, у них свое название этому острову, не хотят на «Лесото» жить, Зеландом его кличут. Да как угодно, мне-то всё равно, на карте делаю пометку. Карту им, кстати, тоже не показываю. А к остающимся датчанам мы присмотримся, может и выйдет из них толк. Тогда задружимся и под своё крыло возьмем, а пока пусть доказывают свою состоятельность.

С датчанами-то поладим, чувствую, крепкие ребята, немногословные. Вот с цыганами – сильно сложнее. Очень неспокойные люди, скандинавы в беседе на них постоянно жаловались. Ну да мы им не жандарм Европы, чтобы все их обидки утрясать. Пусть сами хоть что-то попытаются сделать. Есть у них шанс. Вернемся сюда ещё – будем разбираться дальше, кто тут персона, а кто «нон грата». Если цЫганы после всего пережитого не «переобуются» на путь исправления, да за ум возьмутся – хорошо, нет – отправим куда подальше. Но это пока прикидки на будущее, а нам уже и возвращаться к себе надо. От всех этих бесед и неожиданных забот – голова уже квадратная.

Вообще-то поступил так, разделив всё по честному, потому, что уж очень мне их остров понравился. Наш Дом не хуже и роднее, но этот и больше, зелени природной здесь хватает, воды пресной, судя по всему, довольно много. Как мне мои уже сказали – полезной растительности тоже немало, образцы с собой везём. Да и домина тутошний, деревянный, с ангаром и навесами – впечатлил сильно. Пока у себя в палатках живём, подходят, но как тут в другие сезоны в них будет – пока не понятно. Зарядит дождь на недели и месяцы – никакая палатка не спасёт.

А такое примерно строение приходилось на земле видеть, у солидных людей, что с достатком. Был как-то в одном «хитром» посёлочке, где у местного микро-олигарха двадцать гектаров земли, домина в несколько этажей, а в чуть заглубленный подвал при мне КАМаЗ заезжал… А рядом ангар вертолётный… Н-да… Интересно, есть ли тут авиация где на островах? Ладно, не о том я, отвлёкся. Вот, а был я в соседнем доме с тем олигархом, где мой знакомый с бооольшим таким стажем прошлого в «отдаленных местах», да не по своей воле, проживал. Вот у него похожая конструкция как раз и была, даже, пожалуй и побольше размером, да в два этажа, на отделке там был. Бревна меня тогда десятиметровые в стенах впечатлили, и простор. Ну и то понравилось, что возле озера небольшого было расположено. Ну так-то оно – там, а то здесь и сейчас, на этих Забытых всеми Островах.

(ближе к вечеру – расставание с о. Зеланд)

Остающиеся собрались двумя кучками на берегу – провожают. Проклятий вслед не посылают, вроде как, и не за что, но глазами жадно наш мини «караванчик» прощупывают. Ну-ну, смотрите. Устал я от вас всех, если честно, достали…

Отплывали от берега мы настоящим «цыганским» караваном. Впереди на надувнушке Люба с Фиделем и Мамаем, на веслах и практически без груза они сразу взяли довольно хороший ход, скорее всего это экипаж, под руководством нашей валькирии, проверяют возможную скорость доверенного судна. Молодец девочка, хорошо у неё со стрельбой получилось сегодня. И негр-новичок вполне уверенно с двойным веслом осваивается. Может и сгодится нам, похоже – неплохой парень. Когда узнал что он собирался учится в нашей стране – даже возражать более на переезд к нам не стал. Вот у нас всему, что надо, и поучится. И сам чему-то полезному в здешних условиях научит. Он на Земле жил примерно в таком же климате, не на островах, конечно, но что-то знакомое для него тут есть. Присмотримся. Да и бабёнка его, тоже свой опыт жизни в тропиках имеет, и от неё толк будет. Видел я как она с Вазифом за плошки-кастрюльки ругалась, все хотела с собой побольше взять.

За надувнушкой чуть позади нехотя тронулись и мы, последними в лодку, направив грузовой плот, забрались Вазиф с Адамом. Младший цыган хотел было в него в спину камнем кинуть, но их старший не дал, выругал. Ну-ну, ромалы, вот так значит? Как там в песне поётся: «…но что-то его удержало. Может быть трое детей, а может сам Директор школы…»

Нам торопиться некуда, хоть мы и с новым более мощным мотором, но у нас, на мой взгляд, некоторый перегруз. В лодке шесть человек, плюс довольно много груза под ногами, да ещё загруженный плот-катамаран на привязи. Спешить не будем, пойдём по возможности. Определим «крейсерскую» скорость, дальше с нею и «почапаем».

На крайней точке мыса, сидевший рядом Адам тяжело вздохнул, и, в конце концов, всё-таки решившись, выдал мне предложение забрать тут на мыску их, сото, тайник-закладку. Я похлопав по колену мичмана-рулевого, показал где пристать к берегу. Надёжно зацепились тросом на ближайшем камне. Высадили пассажира… Вернулся негр минут через пятнадцать. Закинул в лодку увесистый рюкзак и помог с разворотом лодки. Не удержался – глянул я его содержимое. Четыре пачки патронов 12-го калибра – картечи и пулевых, пара ножей в пластиковых чехлах, топорик, небольшая бухта верёвки, шесть консервных банок с мясом и овощами. Наборы нижнего белья, носки. Ну что же, отказываться не будем. Похоже, он понял главное: что на этот остров он более не вернётся и, заодно, «заплатил» за то, что берём его с собой. Интересно, тут у каждого, оказывается, свои секреты. Если уж этот простой, без закидонов, негр нычки делал, то что может быть в закромах у Мичмана? Непрост он, ох как не прост. Но, пока отмалчивается, осматривается и вслушивается в наше общение. Ничего, доберёмся на Дом – постепенно и он оттает. Этот мотор, на котором сейчас идём, как-то ловко отремонтировал, принёс ранее им спрятанную детальку. Значит и что-то другое мог сотворить или заметить. Видел я его взгляд, когда негритянский рюкзак-нычку потрошил…