Текст книги ""Фантастика 2026-152". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)"

Автор книги: Мамлеева Наталья

– Аир, не надо…

– Я скучал, между прочим, – с обидой в голосе сообщил Хассаир. – Неужели ты правда ничего не чувствуешь ко мне?

– Почему ты так решил? – спросила я, покраснев.

Дело в том, что я чувствовала. Мне он нравился, мне было с ним спокойно и комфортно. Возможно, именно с этого и начинается привязка, но пока в моем сердце жили еще одни, наиболее сильные чувства, что определенно мешало развитию связи истинных. Но не говорить же об этом Аиру? Я и так чувствовала себя предательницей. Особенно поутру, когда всю ночь снился Хассаир, а по пробуждении мысли были только об Анвэйме и нашем ребенке. Вот и кто мне объяснит собственные чувства?

– Любовь – это желание прикасаться, – тихо проговорил Аир и приподнял мой подбородок, заглянув в глаза. – Я хочу к тебе прикасаться.

Пожалуй, я сама начинала чувствовать нечто подобное, но вот проблема – это желание к нему наведенное, ненастоящее. В то время как желание приблизиться к Анвэйму – настоящее. Хотелось невзначай прикоснуться к нему, ощутить его губы на своих…

Эх, какой же распутницей я себя чувствую из-за этих мыслей! И вообще, у него есть Иоланта и еще целый выводок невест.

– Аир.

– Ты же всячески избегаешь прикосновений, – перебив меня, произнес правитель и сжал мои пальцы. – Хотя я чувствую, что тебе они также нравятся. Но ты противишься, ты сопротивляешься нашей связи. Из-за Анвэйма? Све. Аламинта, – исправился Аир, бросив короткий взгляд на стражей, – мне ли тебе объяснять, что отношения с ним обречены на несчастье? Кем ты будешь для него? В то время как для меня ты будешь всем.

– Разве ты хочешь быть с той, с которой тебя связало проклятье, не зависящее от тебя?

– спросила прямо. – Недавно ты говорил, что хочешь свободы не меньше, чем я.

Он молчал, обдумывая свой ответ, но не выпуская меня. Кажется, на нас обращали внимание, не пытаясь подойти, что неудивительно – Санхель и второй эрастан стояли по обе стороны от нас, охраняя от чужого интереса.

– Хочу, – согласился он, – но разве так важно, откуда возникли чувства, когда они настолько сильные? Ты хорошая, добрая, честная – так имеет ли смысл разрывать связь, тем более что пока это невозможно? Или же стоит поблагодарить проклятье и довериться судьбе, связав свою жизнь с тобой? Я больше склоняюсь ко второму варианту.

– Ты склоняешься к нему, пока первый недоступен. А если найдешь способ? Будешь ли так уверен?

Он молчал, неотрывно смотря мне в глаза. Вздохнув, Аир отпустил меня, и мы продолжили прогулку. К этой теме мы больше не возвращались, стараясь говорить исключительно о мелочах.

Мне удалось найти мастерицу, с которой мы обоюдно понравились друг другу. Меня удовлетворили цены на её услуги (брать деньги у Анвэйма я не собиралась, хотя эрледи настаивала на этом) и креативность. Её же привлекло то, что она будет выполнять индивидуальный необычный заказ для ребенка самого эрлорда, что определенно послужит бустером в её карьере. Сложно отрицать, но в других сферах, немагических, была ужасная несправедливость в отношении всех женщин: в обществе ценились услуги именно мужчин. Так что своим выбором и грядущим сотрудничеством я оказалась довольна как никогда.

Чтобы отдохнуть и перекусить, мы зашли в уютный ресторан. После мы вернулись во дворец, Аир попрощался и отправился в Фарахейм. А я едва не стукнула себя по лбу: из-за беременности я стала рассеянной и о многом забывала, вот и сейчас совершенно вылетело из головы, что я собиралась поговорить с Аиром по поводу спиритических сеансов.

Значит, придется отложить это на завтра.

Глава 10

С каждым днем приходилось все больше лежать, я все быстрее уставала, спина болела, как и лодыжки. Эстресс Марисель часто делала массажи. Я с замиранием сердца ожидала появления ребенка на свет.

Я искала в библиотеке нужные книги, где хоть что-то могла найти о призраках. Меня не покидали мысли о том, что Анвэйм её знает. Кто же она? Неужели и правда Аламинта, которая не хочет раскрывать свою личность? А если она опасна? Но тогда бы призрак не захотела видеть и Аира, но его она не боялась – лишь Анвэйма. Значит, эту теорию можно с легкостью отбросить…

– Леди Аламинта, – вывел меня из раздумий девичий голос, и я выронила из рук книгу, которую держала.

Медленно обернувшись к леди Жатенне, я обвела весь круг невест его светлости задумчивым взглядом. Среди них не было только Иоланты и Дарии. Первая обнаружилась за свободным столиком, полностью погруженная в чтение, а второй вовсе не было в библиотеке.

– Я вас внимательно слушаю, – ответила я, застыв и ожидая подвоха.

Одна из невест подняла книгу, которую я по случайности выронила, пролистала страницы и подала мне. Пришлось принять, хотя теперь интерес к содержимому резко упал. Захотелось вовсе покинуть библиотеку. Попросту сбежать, но я подавила в себе этот малодушный порыв.

– Как ваше здоровье, леди Аламинта? – спросила девушка, что подала мне книгу. Её имя я не запомнила, но она точно была одной из участниц той памятной бойни в столовой.

– Мы все та-а-ак волнуемся и печемся о вас, правда, леди?

– Да-да, – подтвердила Жатенна. – Особенно о ребенке эрлорда. Ведь одной из нас предстоит стать ему мачехой.

Меня передернуло от подобной перспективы. Ни одной из этих стерв отдавать своего ребенка не хотелось. Я инстинктивно прикрыла живот руками, будто пытаясь защитить. Уж лучше пусть мачехой станет Иоланта, чем одна из этих… этих.

– Не волнуйтесь, леди Аламинта, – заметила третья, – мы будем хорошо относиться к ребенку. Просто рассматриваем вас как некий сосуд для рождения ребенка, поэтому никакой ненависти к вам и к ребенку не испытываем. Да и как можно, если это ребенок его светлости! Уверена, одна из нас сделает его достойным наследником эрлорда.

Ах так, да? Да идите вы все.

Я уже собиралась ответить, как со стороны окна громко захлопнула книгу Иоланта. Она поднялась на ноги и подошла к соперницам, обведя их хмурым взглядом. Стоит признать, что многие стушевались.

– Вам нечем заняться, леди? Пора готовиться к испытанию. Если сами не придаете значения подготовке, то не мешайте другим. Например, мне.

– Да мы же.

– Я все сказала, – оборвала Жатенну Иоланта, после чего изящно развернулась и вернулась на свое место.

Девушки фыркнули и направились к выходу. Из моих глаз готовы были сорваться злые слезы. Мне еще предстоит наращивать шкуру для этого террариума. Немного уняв удушающие эмоции, я подошла к спокойной Иоланте: девушка вернулась к чтению книги, мало обращая внимания на то, что происходит вокруг неё.

– Спасибо, – выдавила я, присев на стул рядом.

Иоланта бросила на меня короткий взгляд.

– Не стоит, я делаю это не ради тебя, а ради Анвэйма. Ему будет неприятно, что мать его наследника выводят на эмоции. В твоем положении они противопоказаны.

– Все равно спасибо, неважно, какими мотивами было продиктовано твое заступничество.

– Давай начистоту, – опустив книгу и подняв на меня взгляд, начала она. – Ты мне не нравишься. Не как человек, разумеется, мне не нравится, как Анвэйм смотрит на тебя. В будущем я бы хотела, чтобы ты не присутствовала в нашей с ним жизни. Ребенка я не обижу, благородства во мне достаточно, но тебя терпеть не намерена. Надеюсь, мы понимаем друг друга.

Еще бы! Но честность Иоланты невероятно подкупает. Интересно, сколько ей лет? Её речи взвешенные и здравые. Кажется, что она не младше самого Анвэйма.

– Предельно, – произнесла я, и девушка вернулась к книгам. Я собиралась вернуться в комнату, когда взгляд зацепился за фреску на потолке. Неожиданно меня заинтересовал один факт… – Это ведь ты?

– Что? – удивилась она, и я кивнула на потолок.

– Это ведь ты та фрейлина.

Её щеки забавно вспыхнули. Значит, она. Причем лет ей минимум шестьдесят.

– Дела давно минувших дней, – пробормотала она.

– Ты в него тогда влюбилась, – произнесла я, посмотрев в окно. Неожиданно фреска показалась самой уродливой на свете. – А он интересовался только книгами.

– Анвэйм давно повзрослел, – ответила она с нажимом и посмотрела прямо в глаза. – Теперь ему нужны не книги, а жена и законные дети.

Она резко захлопнула книгу, поднялась и направилась бегом из библиотеки. Чувствовала я себя препаршиво, потому что она была права. Абсолютно права.

Я поднялась на ноги, но далеко уйти не успела, почувствовав боль в животе. Загнувшись пополам, я медленно опустилась на пол и вскрикнула. Живот крутило, ребенок начал сильно толкаться, и я до боли прикусила губу.

– Сан. хель… Санхель!

Страж вбежал внутрь. Бросив на меня испуганный взгляд, он приложив два пальца к виску, после чего подбежал ко мне и подхватил на руки. Боль. Всепоглощающая боль разрывала меня изнутри. Малыш, что же с тобой?..

– Леди Аламинта, потерпите, я уже отправил вызов его светлости. Все будет хорошо…

Я вновь вскрикнула. Санхель продолжал бросать на меня обеспокоенные взгляды, быстро преодолевая лестницы по направлению к моим покоям. В какой-то момент его перехватил Анвэйм, буквально отобрав меня. Он вошел со мной в портал, сразу же выйдя в спальне и опустив меня на кровать. Здесь уже были эстресс Марисель и придворный целитель,

магистр Ревиоли. Оба как по команде бросились ко мне, а я выгнулась и закричала от очередной вспышки боли.

– Что с ней, магистр? – обеспокоенно спросил Анвэйм, пока целитель сканировал меня светлой магией. – Как Света?

Магистр бросил на мужчину удивленный взгляд, но Анвэйм будто и не заметил, что произнес мое настоящее имя. Его взгляд был прикован ко мне. Он даже не спросил о состоянии ребенка, он спрашивал обо мне. Эта мысль потонула в очередной вспышке боли.

– Не могу понять, – прошептал целитель, – со здоровьем леди Аламинты все в порядке. Проблема… в…

– В чем? – поторопил его Анвэйм, сглотнув.

– В магии, – выдохнул магистр Ревиоли и поднял взгляд на Анвэйма. – Проблема в магии.

– В каком смысле? – недоуменно спросил эрлорд, а я всхлипнула, хватаясь руками за живот.

В этот момент было страшно и за себя, и за ребенка. Я не хотела умирать, но еще больше не хотела потерять малыша. Хотелось сказать, чтобы сделали что угодно, да хоть кесарево сечение или как у них тут оно может называться, но чтобы спасли малыша, но из груди вырвался лишь всхлип.

Магистр растерянно отошел, не зная, что и ответить, а Анвэйм присел рядом на кровать и положил ладонь на живот, начав вливать магию. Но свет не проникал внутрь, он словно обходил живот, а я почувствовала новую вспышку боли, на этот раз сильнее. Из глаз потекли слезы отчаяния и безысходности.

– Вытаскивайте. его.

– Что? – недоуменно спросил Анвэйм. – Это опасно для тебя!

– Можно вызвать естественные роды, – пробормотала эстресс Марисель, – я приготовлю нужный отвар.

– Велика вероятность рождения мертвого ребенка, – остановил её магистр Ревиоли, – опасно рождение ребенка, пока мы не поймем, что с магическим фоном.

– Что вы хотите сказать? – спросил Анвэйм.

– Недавно родился ребенок на окраине Ардахейма, – произнес придворный целитель, – эстресс Марисель наверняка слышала об этом случае. Он родился без магии и умер спустя минуту на руках матери.

– Без магии? – проговорил Анвэйм. – Вы хотите сказать, что мой ребенок лишен магии?

Магистр Ревиоли молчал, а Анвэйм смотрел на него совершенно сумасшедшим взглядом: обезумевшим. Я вновь вскрикнула, накрыв руками живот. Эрлорд вздрогнул.

– Эстресс Марисель подготовьте всё, что нужно. Даже если ребенок родится мертвым, мы должны спасти мать.

– Но…

Договорить магистр Ревиоли не успел, так как двери распахнулись, а в спальню вбежал Аир. Оценив обстановку, он бросился ко мне. Анвэйм попытался его остановить светлым щитом, но тот лишь развеял препятствие, схватив меня за руку и в ужасе смотря на меня.

– Что с тобой? – проговорил он, стирая слезы с моей щеки. – Я почувствовал невероятную боль. Что случилось?

Я не ответила, лишь вскрикнула, а магистр Ревиоли что-то пробормотал себе под нос. Его никто не услышал, настолько речь была неразборчивой, но Анвэйм, почувствовав перемену в настроение придворного мага, тоже изменился в лице и придвинулся к нему ближе.

– Вы что-то придумали?

– Это может сработать, – проговорил он и посмотрел на Анвэйма, – ваша светлость, но я не уверен. Совершенно не уверен. Это может погубить обоих.

Я закричала. Анвэйм пошатнулся и схватился за столбик кровати. Он встретился со мной взглядом. Я прошептала охрипшим голосом:

– Пожалуйста. спаси его. пожалуйста.

– Какова вероятность, что ваш план сработает? – спросил эрлорд, посмотрев на магистра Ревиоли.

– Я не знаю, ваша светлость, – тихо ответил маг, – никто бы не дал гарантий, и я не могу сказать точно. Это опасно, но учитывая необычное происхождение малыша, его родственные связи.

– Да говорите уже! – взорвался Аир, обернувшись к магистру. – Что вы хотите сделать?! Вы не видите, они оба умирают!

– Схватки не начинаются, – подтвердила эстресс Марисель.

– Темная подпитка, – вымолвил магистр Ревиоли и посмотрел сначала на делорда, а потом на эрлорда. – Быть может, ему нужна темная магия, поэтому он больше не принимает светлую.

Анвэйм сглотнул и посмотрел на меня. Но решение уже принимал не он: Аир положил руку на мой живот, пустив темные лучи. Я почувствовала успокаивающую пустоту, после чего провалилась в сон.

Три дня провалялась в агонии: плохо различала лица, чувствовала жар в теле, ребенок был беспокойным и постоянно толкался. Меня часто погружали в целебный сон и поили отварами, но рядом неизменно был Аир и Анвэйм, причем порой я путала их присутствия, так как на этот раз ребенка подпитывали оба. Кажется, я услышала отрывок разговора, но не была точно уверена, не почудилось ли мне:

– Судя по всему, двуликому ребенку быть. Пророчество исполнится, – сообщил Аир.

– И в дневниках твоего деда нет ни слова о пророчестве, – вздохнул Анвэйм. – Все мы думали, что дело лишь в родителях – темном и светлом – но оказалось все куда более запутанным.

– Нужен был ребенок, обладающий двумя видами магии, – тихо проговорил Аир, и в его голосе угадывался легкий страх. – Хотя теперь я в какой-то степени тоже отец твоего ребенка, пусть и магический.

– Заткнись, – неожиданно резко ответил Анвэйм в несвойственной ему манере.

Аир негромко рассмеялся. Я была почти уверена, что этот разговор мне почудился, был лишь игрой моего воображения. Именно так я думала, распахнув веки на четвертый день. Вздохнув полной грудью, единственное, что я могла шепнуть, это:

– Воды…

Авина, подскочив с кресла, тут же поднесла к моим губам стакан с водой комнатной температуры. Я осушила его быстрыми жадными глотками и откинулась на подушку. Воспоминания медленно всплывали в голове, а руки непроизвольно легли на живот: малыш толкнулся, и я облегченно вздохнула.

– Я позову эстресс Марисель, – произнесла Авина, и вышла из комнаты.

Чувствовала я себя чудесно: ничего не болело, дыхание не было затруднено, а по жилам будто тек настоящий энергетик – кожа буквально переливалась золотом. Поднявшись, я ступила на мягкий ковер с длинным ворсом, после чего отправилась в ванную. Когда вышла, меня уже ждала эстресс Марисель и магистр Ревиоли.

– Слава великим силам, вы в порядке, – вздохнула целительница, широко улыбнувшись.

– Выглядите замечательно.

– По сравнению с тем, какой были на протяжении нескольких дней. – подтвердил придворный целитель и осекся под моим смущенным взглядом.

Ох, меня ведь в таком состоянии видел Анвэйм! И Аир. Ужасно, просто ужасно. Хотя беременность в принципе очень интимный процесс, при течении которого в организме женщины возможны некоторые не самые приятные изменения.

Стоило вспомнить правителей, как двери распахнулись, и сначала вошел Аир, буквально влетел с сияющей улыбкой, а за ним неспешно вошел Анвэйм. Если первый подошел ко мне и сжал в объятиях, то второй остался стоять у двери, прислонившись к стене плечом. Мы встретились глазами, и во взгляде Анвэйма читалось куда больше чувств и эмоций, чем он хотел показать.

– Света, – шепнул Аир, отпуская меня, – я так безумно волновался. Как ты себя чувствуешь?

– Чудесно. Благодаря тебе.

– Позвольте осмотреть леди Аламинту, – вмешалась в разговор эстресс Марисель, – а уже потом можно будет задать ей все интересующие вопросы.

– Разумеется, – ответил Анвэйм, – тогда доверю ею вам и вернусь к своим делам. – Посмотрев мне в глаза, он произнес: – Я рад, что с тобой все хорошо. С вами обоими.

– Спасибо, – растерянно произнесла я, и Анвэйм вышел.

Я была уверена, что сегодня он больше не вернется. Он относится к тому типу людей, которые боятся показывать свою слабость. Испугавшись за нас с малышом, он уже показал свою слабость, поэтому теперь будет всеми силами стараться загладить впечатление после произошедшего.

Целители осмотрели меня и пришли к выводу, что с организмом все отлично, а магия в ребенке действительно двухпоточная. Попрощавшись и пообещав принести укрепляющего отвара, целители ушли, зато пригласили Аира и Авину. Последняя принесла завтрак в постель: бульон, мясную нарезку, свежий хлеб, яйца и булочку. Только сейчас я осознала, насколько была голодна.

Делорд сел в кресло, смотря на меня с улыбкой, но в глубине глаз я заметила вопрос, который он не решался задать. Причем этот вопрос был адресован не мне, а кому-то другому. Правитель был задумчив.

– Что тебя гложет? – спросила я, отломив кусочек хлеба и макнув его в бульон. М-м, это божественно!

Аир открыл рот, но не ответил, лишь покачал головой.

– Просто подумал кое о чем, но это не так важно. Самое главное, что с тобой и ребенком все хорошо. Причем не просто хорошо: теперь, когда в наследнике Анвэйма течет моя магия, я буду иметь на него кое-какие права. Возможно, когда мы поженимся, сможем забрать ребенка себе.

Я застыла, неверяще глядя на Хассаира. Неужели это так? Я смогу претендовать на ребенка благодаря Аиру? Да я уже сейчас готова ответить ему “да-да-да”, но вот что странное – он не спрашивает у меня согласия. Он говорит “когда” вместо “если”, не предоставляя мне выбора. Хотя стоит ли мне жаловаться на подобные мелочи?

Лишь влюбленное сердце бьется едва-едва, не желая принимать доводы разума.

Из-за радости я совершенно забыла спросить его, о чем таком “неважном” он так отрешённо размышлял, но сейчас это было бы уже неуместно, поэтому я просто произнесла:

– Спасибо. Огромное спасибо.

Аир улыбнулся и подождал, пока я поем. Когда Авина унесла поднос, я попросила делорда подождать меня в гостиной, а сама переоделась с помощью служанки. Долго придирчиво рассматривала себя в зеркале, решая, что же во мне изменилось. Вроде всё та же, но почему-то ощущаю себя иначе: быть может, это влияние темной магии?

– Прекрасно выглядишь, – встретил меня дежурным комплиментом Аир и помог сесть рядом с собой на софу.

– Спасибо, – лаконично ответила я и прикусила губу. – Думаешь, Анвэйм согласится отдать своего ребенка на воспитание в семью темных? Что-то сильно в этом сомневаюсь.

– Всё зависит от условий, это раз, второе – даже если он будет против, можно будет вытребовать график встреч с ребенком. В любом случае, есть пути решения.

Лучше ли они того, что предлагала эрледи? Жизнь в светлой резиденции, пока ребенок не вырастет. Разумеется, в этом плане еще не получено согласие Анвэйма и много нюансов, но все же в этом случае я смогу быть с ребенком двадцать четыре на семь. А что смогу, став женой Аира? Завести свою собственную семью, быть свободной, быть законной женой и завести еще детей. Как ни крути, а этот вариант, пусть и более эгоистичный, выглядит куда более привлекательно.

– Как проходит Отбор Анвэйма? – спросила я. – Кажется, я сорвала ему второй этап.

Аир негромко рассмеялся. Авина принесла чай и разлила его по фарфоровым чашкам. Делорд пригубил горячий напиток. На его щеках проступили ямочки.

– О да, невесты рвали и метали. Ровно до того момента, пока его светлость не прочел эмоции своих невест. Леди Иоланта рассказала все в подробностях, как невесты окружили тебя и рассуждали вслух о неприятных тебе вещах, – я посмотрела на чай в собственной чашке, не желая вспоминать те злые слова, которые задели меня столь глубоко. – Леди Иоланта так же упомянула, что в этом может быть и её вина – она была слишком холодна с тобой.

– Холодна, но честна, – ответила я, посмотрев Аиру в глаза. – Её прямота подкупает. Боюсь говорить, но из неё действительно получится чудесная эрледи.

– У Иоланты множество достоинств, – подтвердил Хассаир и прищурился, – но все же чаще за нас выбор делает сердце. Хотя это не случай Анвэйма: сердца у него нет.

– Думаешь? – Слова Аира меня задели. – Мне показалось, что он очень переживал за меня… за нас, – исправилась я, почувствовав, как к щекам приливает кровь. – Он выглядел взволнованным.

Делорд ответил не сразу, откинувшись на спинку дивана и с интересом взглянув на меня.

– Хотя они с Иолантой отличная пара, – произнесла я. – Я догадалась, что фреска в библиотеке изображает историю их любви. Хотя, как я понимаю, пока чувства Иоланты не взаимны, но ведь все может измениться. Она красива, умна, изобретательна и при этом не лжет в эмоциях Анвэйму.

– Ты права, – неожиданно раздался позади меня голос, и я вздрогнула, увидев эрлорда: он прошел через портал, держа в руках кружку с горячим отваром.

Возникла неловкость. Анвэйм подошел ко мне и подал отвар, отобрав чашку. Я думала, он поставит её на стол, но он взял её себе, сделав осторожный глоток, и разместился в кресле.

– Иоланта действительно потрясающая, – произнес Анвэйм. – И она не лжет мне в эмоциях, это определенно подкупает.

– Быть может, тогда отменишь отбор и сразу выберешь её? – спросила я, почувствовав волну гнева, поднимающуюся в груди.

– Непременно так и сделаю, – сообщил Анвэйм, – сразу после третьего этапа.

– А что так? Уверена, решение можно принять уже после второго.

– Второй уже прошел, – хмыкнул эрлорд, смотря мне в глаза, – заочно. Вылетели почти все избранницы, кроме леди Дарии и леди Иоланты. Не прошли… проверку на человечность.

– Вот как? – выгнула бровь. – Тогда стоит поздравить леди Иоланту с заочной победой, раз у вас так быстро проходят испытания.

Не знаю, что меня раздражало. По идее я должна быть благодарна за заступничество Анвэйма: хотя бы ни одна из тех злобных девушек не станет мачехой моему ребенку, однако вопреки любой рациональности я чувствовала злость. Злость, что уже почти все решено, что осталось всего две кандидатки, среди которых выбор совсем очевиден.

– Иногда мне кажется, что я лишний, – шепнул Аир в пустоту и моргнул, отставив чашку на стол. Эрлорд перевел на него пылающий взгляд, в котором не было ни капли льда. – После третьего испытания, до того, как ты объявишь победительницу на Звездном балу, я объявлю Аламинту своей невестой. Надеюсь, ты ничего не имеешь против?

Он имел. Много всего против, но не аргументировано. Это читалось в его глазах, однако эрлорд ничего не возразил, отпил из чашки и поставил её на стол.

– Разумеется, нет. У верен, ты сможешь сделать Свету счастливой, – он задумчиво посмотрел в окно, сложив руки на груди, и продолжил: – Теперь поговорим о насущном. Новость о двуликости ребенка не удастся утаить надолго во дворце, где даже у стен есть уши. Это всколыхнет не только Ардахейм, но и Фарахейм.

– Согласен, – кивнул Аир. – Поэтому предлагаю где-нибудь временно спрятать Свету, пока ребенок не родится.

– Думаешь, рождение ребенка остановит волну недовольств? – задумчиво спросил Анвэйм.

– Нет, – отрицательно ответил делорд, – но оно даст нам время подготовиться. Нам пока ничего не удалось найти о пророчестве, но быть может за грядущие недели удастся что-нибудь изменить.

– Согласен, – подтвердил Анвэйм. – Но это место должно быть рядом с Жемчужным дворцом, чтобы я всегда мог почувствовать, где и что с ребенком, соответственно, и со

Светой. Я знаю одно место в горах, сегодня же прикажу Санхелю обследовать его и подготовить, а завтра переправим туда Свету.

– Я буду всегда рядом с ней, если ты не возражаешь, – произнес Аир. – Дарриа временно примет на себя мои обязанности, пока ребенок не родится и мы не решим, что делать дальше.

Я неожиданно вспомнила того, с кем вел переписку лорд де Шалис. Если бы удалось его найти и расспросить, то, возможно, получится успокоить народ и уверить его, что мой ребенок ничем не опасен.

– Удалось ли разобрать почерк в переписке лорда де Шалиса и таинственного незнакомца? – спросила я, посмотрев поочередно на обоих мужчин.

– Нет. Его не узнали ни на Светлой стороне, ни на Темной, – ответил Анвэйм, переглянувшись с делордом. – Либо он умеет писать как правой, так и левой рукой, расписываясь в официальных документах и личной переписке разными руками, либо это не приближенный к государственному аппарату человек, никак ранее не привлекаемый к правосудию, не обращавшийся ни в какие государственные органы.

Я досадливо вздохнула.

– Света, не выходи сегодня из покоев. Ужин доставят в комнаты, а завтра с утра я переправлю тебя порталом в поместье в горах.

– Спасибо, – тихо ответила я.

Анвэйм поднялся и вышел из комнаты, оставив тоску в моей душе.