Текст книги ""Фантастика 2026-126". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Галина Герасимова

Соавторы: Екатерина Неженцева,Олег Свиридов,Иван Прохоров,Алекс Кон
сообщить о нарушении

Текущая страница: 279 (всего у книги 355 страниц)

Глава 9

Хильда

В домашней библиотеке Лероков было пусто. Хильда заняла верхнюю ступеньку прислоненной к полкам лесенки, листая очередной справочник по теоретической магии, и одновременно держала на коленках раскрытый словарь и листок с выписанными мелким шрифтом вопросами. Кален Даргор был гением, но, к сожалению, писал на анвенте, и если разговорным языком Хильда владела в совершенстве, то с терминологией возникли проблемы. Причем как с переводом, так и с пониманием ряда моментов. Это был настоящий вызов ее умственным способностям и, разбирая дневники ученого, Хильда испытывала непередаваемый восторг: от ясности мыслей, от сложности и одновременно простоты идей.

Когда она попросила у Нура дать доступ к исследованиям Даргора, то почти не сомневалась в отказе. Тем страннее было, что он принес его работы тем же вечером. А вместе с ними – краткие заметки допущенных к исследованиям магов, у которых, увы, повторить эксперименты Калена над магическим щитом не получилось.

– С разрешения его высочества, под мою ответственность, – пояснил Нур, передавая ей документы, и в тот день о делах они больше не разговаривали. Хильда умела быть благодарной.

Следующие два дня почти выпали из ее жизни. Она что-то ела, вежливо разговаривала с домочадцами, пила чай с тьенной Лерок и читала, читала, читала. Хильда почти поселилась в библиотеке, завалив стол бумагами с многочисленными заметками и переводами.

Плетение магического щита, который создала королевская семья, напоминало соты. Когда щит пыталась повторить Хильда, граней в ячейке получалось пять. Их и должно было быть пять, как у любого другого мага! Любого, кроме королевской семьи. И повторить шестигранную ячейку никак не получалось.

Нур заглянул в библиотеку, когда стопка книг на коленях стала подозрительно шататься, а Хильда, кажется, пропустила ужин.

– Не хочешь отдохнуть? Мама ругается, что я морю гостью голодом.

– А сам-то! На ногах ни свет ни заря, – от ее взгляда не укрылась ни его небритость, ни усталость. Утром Нура выдернули из постели сразу во дворец, с каким-то срочным сообщением.

– Из Ансельма пришел доклад. Говорят, что видели большой отряд неподалеку от барьера. Подозревают, что это хаврийцы.

– Конечно, кого еще можно обвинить во всех грехах? – пробурчала Хильда. – И что им там делать? Только рисковать нарваться на всякую нечисть. Когда я служила на границе…

– Мне даже страшно представить, что ты там служила, – вырвалось у Нура, и он подошел ближе, посмотрел на скинутые на пол туфли. – Как твоя нога? – неожиданно переключился он, и этот спокойный вопрос прервал поток ворчания.

– Почти прошла. Но я стараюсь на нее не давить, – тихо ответила Хильда.

– Я могу посмотреть?

Не дожидаясь ответа, он поймал ее ногу и приподнял юбку. Ощупал лодыжку.

– Кажется, припухлость спала.

– Конечно. Я же сразу сказала, чтобы ты не беспокоился. Скоро и синяк отцветет.

– Хм, но я думаю, стоит проверить и остальное.

Он смял юбку, поднимая ее еще выше, до колен. Пальцы скользнули по щиколотке вверх, обжигая кожу сквозь тонкий чулок.

У Хильды перехватило дыхание.

– Ты что творишь?

– А на что это похоже?

Темный взгляд, которым он окинул ее, одновременно смущал и настраивал на безумства. Нур наклонился, целуя ее колено и поглаживая под ним. А ведь она даже уйти никуда не могла! Хотя кто от такого уходит?

Его пальцы коснулись резинки чулка, и сердце Хильды заколотилось где-то у горла. Она прикрыла глаза, ощущая на коже горячее дыхание. О том, что они не в закрытой спальне, а в библиотеке, она вспомнила, когда в коридоре раздался голос экономки, отчитывающей кого-то из прислуги.

Хильда думала, Нур тотчас отойдет, но он остался на месте. А вот его пальцы – нет.

– Тшш, не так громко.

Если на свете существовал конкурс на порочную ухмылку, Нур Лерок точно мог занять первое место!

– Прекрати! А если войдут?

– Тогда они решат, что я окончательно сошел с ума. И это правда, – он придвинулся вплотную, оставляя обжигающие поцелуи на ее коже, и последнее, о чем Хильда подумала в тот момент, что спятила вместе с ним. Но так куда интереснее.

***

– Сможешь организовать встречу с Арием? Хочу посмотреть на его магию вживую, – тем же вечером спросила она, расчесываясь перед зеркалом. Мысли снова вернулись к загадке королевского щита. Может, тогда получится понять, что с ним не так? В заметках Калена, что ей достались, были указаны попытки воздействия на щит, но все заканчивались провалом. Кроме спеллума, служившего абсолютным нейтрализатором магии. Но вряд ли верховный маг стоял и ждал, когда его обсыпят порошком, чтобы снять щит.

– Завтра после обеда заседание министров, Арий освободится к пяти. Он как раз собирался к Антонии, – припомнил расписание Нур, попутно расстегивая рубашку.

– Тем лучше. Наша встреча не вызовет лишних вопросов, – согласилась Хильда, беззастенчиво подглядывая. Рельефное мужское тело в отражении вызывало довольную улыбку.

Она ловила странное дежавю, словно снова была замужем. За неделю такие разговоры перед сном стали привычным делом, как засыпать в кольце его рук или вместе пить утренний кофе (Нур пил чай, но это не меняло сути). Госпожа Лерок на всё это смотрела сквозь пальцы, а прислуга гадала, когда объявят о помолвке.

К счастью, Нур о свадьбе не заикался, и Хильде не нужно было вежливо отказывать. К такому серьезному шагу она была не готова. Честно говоря, она вообще не задумывалась о будущем: достаточно, что сейчас хорошо. А после – разберутся.

Она не учла одного: слухи о них разошлись далеко за пределы дома. Как же, сам неприступный капитан Лерок оказался втянут в любовную историю! Все придворные сплетники с восторгом обсасывали эту новость, она обросла немыслимыми подробностями, и стоило Хильде показаться во дворце, как настигла неминуемая расплата.

С бывшем мужем она столкнулась в гостевом крыле. Хотела, как обычно, поздороваться и пройти мимо, но не тут-то было: Иварр, как-то осунувшийся за последние дни, побагровел, схватил ее за руку и затащил в узкий коридор для слуг. Последний раз он так срывался, когда Хильда объявила о разводе.

– Ты что устроила? Живешь с неженатым мужчиной в одном доме! Тебе совсем не жаль своей репутации? – зло выдохнул он.

– А должна жить с женатым? – уточнила Хильда, не понимая, смеяться или возмущаться. Попробовала высвободить руку, но не тут-то было, держал Иварр крепко. – Отпусти, это не твое дело!

– Мое. Ты меня выставляешь дураком. Мне смеются в лицо. Говорят, что бывшая супруга готова к любому в постель прыгнуть, лишь бы снова оказаться у алтаря.

– Вот уж нет! Меньше слушай злые языки, я снова замуж не хочу, – тотчас открестилась Хильда.

– Тем более! Неужели так не терпелось, что ты не могла подождать хотя бы свадьбы ее величества? Твое поведение бросает тень на принцессу, – попробовал Иварр надавить с другой стороны.

– Хочешь сказать, что веришь этим сплетням?

– А ты не спишь с Нуром Лероком?

– Это называется «заниматься любовью», – неожиданно серьезно раздалось за их спинами, и предмет обсуждения вышел из тени. Как много он слышал и как много понял с учетом, что спорили они на хаврийском? Про свадьбу наверняка. – Кажется, я вовремя пришел тебя встретить, – обратился он к Хильде.

– Тьен Лерок, при всем уважении, вы мешаете нашему разговору, – процедил Иварр, отпуская Хильду и поворачиваясь к нему.

– Роуди, я сейчас с трудом сдерживаюсь, чтобы не разбить тебе рожу. Исчезни, – с ледяным спокойствием и без всяческого уважения ответил Нур.

К вящему удивлению Хильды, Иварр внял. Возраст, наверное, брал свое. Или размеренная семейная жизнь. Или статус – драка с капитаном личной стражи могла закончиться депортацией. Раньше бывший муж наверняка вспылил бы, а сейчас взял и отступил. Сохранил репутацию, черт побери!

– Спасибо, – поблагодарила за вмешательство Хильда.

– Ты не должна позволять говорить с собой в таком тоне, – проворчал Нур.

– Просто растерялась, – она пожала плечами. – Не думала, что Иварр устроит скандал прямо в коридоре.

– Ты в порядке? – Капитан все еще не двигался с места.

– Конечно. Идем, а то опоздаем.

***

В сравнении с осунувшимися от работы гостями Антония выглядела возмутительно бодро. Она окончательно привыкла к дворцовой жизни, с легкостью перескакивала в разговоре с одного языка на другой и не стеснялась раздавать приказы. Она стала заплетать волосы в анвентской манере, но знакомство с тьенной Квон не прошло бесследно: в гардеробе появились шаровары и длинные рубашки, скрывающие бедра, но не сковывающие движения. И попробуй возразить – они обе хаврийки, вот и спелись. Заодно какой щелчок по носу здешним кумушкам, ухватившимся за сплетню о взорванной скульптуре! Антония не скрывала своего расположения к тьенне Квон, и высказать слухи о любовнице Ария никто не рискнул.

В ожидании принца Тони отпустила фрейлин и попросила секретаря галантно спровадить тьенну Нинэль: та «просто заглянула к мужу и по пути хотела выпить с ее высочеством чашечку кофе». Теперь принцесса, Хильда и Нур коротали время, обсуждая последние новости. А обсудить было что, ведь на каждом углу, во всех газетах и за кружечкой пенного эля в самом захолустном баре столицы только и говорили, что дело о покушениях на хаврийскую принцессу наконец-то закрыто!

Виновным в нападении на делегацию был назначен граф Дорвуд, а Фернанд Бернц признан его невольной жертвой, отчего вдове водителя определили пенсию от королевского двора. Дорвуда-младшего лишили титула и отправили на принудительное лечение от опиумной зависимости, Гордана – казнили. Последний, правда, на самом деле отправился в тюрьму в Фелтон, подальше от посторонних глаз: как живой свидетель он был нужнее, но чтобы подольше оставался таковым, пришлось сделать его покойником для прессы.

Интересно, как много «мертвых» преступников на самом деле коротают сроки в тюрьмах и на каторге? В Хаврии тоже изредка прибегали к подобной практике. Но сравнить статистику они не успели, пришел Арий.

– Еле вырвался. Одну минуту, отдышусь – и я ваш, – сказал он, на ходу сдергивая шейный платок и прикладывая к вспотевшему лбу. Сейчас он нисколько не походил на самовлюбленного франта: выглядел сосредоточенным, а улыбка при взгляде на невесту казалась искренней. Частично план короля удался – их высочества стали ближе друг к другу. Вот только кто из них влюбился, большой вопрос…

Тони без дополнительных просьб налила Арию крепкий чай, положила три кусочка сахара и поставила тарелочку с шоколадным безе. Обычно мужчины скрывали, что любят сладкое, но точно не принц. Присев за стол, он съел пирожное с завидным аппетитом и с сожалением вытер пальцы салфеткой – наедине точно облизал бы.

– Идеально, – поблагодарил он за чай. – Не представляете, как это выматывает: четыре часа беспрерывной болтовни для того, чтобы решить, сколько денег выделить на королевский банкет! Кто будет готовить блюда, кого звать из придворных, где размещать артефакты слежения? Мы там разве что меню не обсудили!

– Может, и зря. У тьена Роуди аллергия на морепродукты, – вскользь заметила Хильда. Вдруг такая мелочь ускользнула от службы безопасности?

– Спасибо, – коротко бросил принц. – Но я верю, что компетентный человек справился бы в одиночку, а на подпись принес готовую смету.

– Осталось найти такого человека, – понимающе вздохнула Тони.

– Есть у меня один на примете. Твой секретарь. Поделишься? – по лицу принца непонятно было, шутит он или всерьез.

– В качестве свадебного подарка?

– Беру, – тотчас согласился Арий. Кажется, и вправду серьезно.

На людей взгляд у его высочества был наметан – Нур Лерок яркий тому пример. Он был чудо как хорош и предан, а добиться такой верности непросто. Амбер, конечно, был верен своей принцессе, но с подачи Антонии запросто мог стать помощником и ее супругу. Таланты секретаря жаль было зарывать в землю. Не гонять же его вечно с этим подай-принеси.

– Нур сказал, что нужно показать мою магию? – поинтересовался Арий. Правильно, о секретаре он потом напомнит, а то вдруг Антония передумает?

– Щит, если можно. В идеале – поставить его немного в сторону, чтобы я попробовала сломать.

– Не получится, – без тени сомнения отозвался Арий, но щит создал, и полусфера замерцала в ярде от пола.

Щит действительно отличался, как и было написано в заметках Калена, и заклинания отскакивали от него, как мячик от стенки. Для чистоты эксперимента Нур создал второй щит, и Хильда пробовала пробить их по очереди. Ветер, молнии, тонкий воровской щуп. В какой-то момент она даже воспользовались атакующим артефактом, но обойти защиту его высочества не смогла. В отличие от него, щит Нура ломался, пусть и не сразу.

– А если перенести магию в накопитель, что получится? – загорелась Тони, снимая кристаллы с собственного защитного браслета. Все-таки жаль, что у нее не было своей магии, хоть принцесса и научилась подменять этот недостаток артефактами.

Оказалось, Арий вполне может поделиться с невестой своим щитом, потому что заряженный им кристалл выдал именно ту шестигранную ячейку. Наверное, барьер у перевала на границе работал по тому же принципу, хоть деталей никто не знал – государственная тайна.

Хильда как-то во время службы ездила с парой таких же сумасшедших сослуживцев посмотреть на барьер вблизи и почти целый вечер провела рядом с незримой стеной, пытаясь расковырять ее структуру. Интересно было до жути! Причем в буквальном смысле. К ночи к их небольшому костерку начала подтягиваться местная нечисть, которая в момент запечатывания оказалась с другой стороны барьера, а после – и нечисть покрупнее. Щелкали зубами, шипели, били шипастыми хвостами, пытаясь пробить щиты магов, раз уж барьер пробить не могли. На горных троллях, показавшихся вдалеке, Хильда сдалась, прислушавшись к паническим крикам коллег, и улепетывали они с горы куда быстрее, чем поднимались.

– Не понимаю. Если ничего не работает, как тогда его сломали во время нападения на верховного мага?

– А его и не сломали. Его нейтрализовали. Мы с дядей… с Окбертом Лэртисом, – поправился Арий, так как герцог Верийский приходился ему очень дальней родней, – несколько раз пытались повторить. Но моя магия отказывает лишь в одном случае – если в помещении разбросан спеллум.

– Поэтому Калена Даргора все-таки оправдали.

– Посмертно, – кивнул Арий.

И снова всё завязывалось на нейтрализатор. Неслучайно хранение спеллума стало приравниваться к особо тяжким преступлениям.

– К слову, о щите, – вмешался Нур. – Сегодня пришло уже второе донесение, что видели хаврийский отряд неподалеку от барьера. Вроде как патруль проверил, документы в порядке: ребята на службе, но…

Но крупные отряды к барьеру ходят редко. Чем больше людей, тем больше внимания монстров. А у барьера их всегда много.

– Я попробую узнать у родителей, – задумчиво сказала Тони.

Не хотелось бы, чтобы это оказалось первой ласточкой, и Хаврия начала подтягивать к границе войска. Не поймут – и прощай, хрупкий мир.

А Хильда подумала, что неплохо бы спросить у наставника. Тьен Ортан обычно в курсе дел на границе, и точно не откажется поделиться информацией с бывшей ученицей.

" type="note">*["

Нур

К вечеру Хильда настолько вымоталась, что уснула в кэбе, прильнув к его плечу. Магическое истощение. Он думал, она сдастся раньше – резерв у нее был не слишком большой, а заклинания, хоть и изящные, выполненные с ювелирной точностью, требовали больших усилий. Но она от и до повторила эксперименты Даргора. Упрямая!

Нур ласково провел тыльной стороной пальцев по ее щеке, и Хильда что-то пробормотала, обнимая его. Внутри разлилось щемящее тепло. Еще ни к одной женщине капитан не испытывал ничего подобного. Больше, чем друг, больше, чем любовница… Она сказала Роуди, что не хочет замуж, и это неожиданно царапнуло изнутри. Раньше Нур не задумывался, куда придут их отношения. Но получается, он был недостаточно хорош? Или все-таки она ждала, когда освободится от долга Зеркала?

Спросить напрямую было страшно.

У дома он расплатился с кэбменом и взял крепко спящую Хильду на руки. Какая же она миниатюрная! И эта женщина несла на себе огромный груз и не ломалась, несмотря на подкинутые жизнью испытания. Разве у него был шанс остаться к ней равнодушным?

С матерью он столкнулся, когда уже собирался подняться на второй этаж. Он повернулся с ношей на руках, сгримасничал, чтобы она не шумела. Мать так же безмолвно указала наверх, а потом на диван рядом с собой. Похоже, после того, как уложит Хильду, его ждал серьезный разговор.

Но сначала – тьенна Моник. Он снял с нее обувь, расшнуровал корсет. Лодыжки у нее немного отекли: так случалось к вечеру, и он обмотал их сначала горячим, а затем холодным полотенцем.

– Что ты делаешь? – сонно поинтересовалась Хильда, приподнимаясь на локтях.

– Ухаживаю за тобой. Спи, тебе надо отдохнуть.

Он помог ей переодеться, поцеловал в висок и вышел – она уснула раньше, чем Нур закрыл дверь в комнату.

Мама всё еще ждала в гостиной. Чай успел остыть, в отличие от ее любопытства.

– Когда вы собираетесь объявить о ваших отношениях? Я не против, чтобы ты носил любимую на руках, но лучше, если это будет твоя жена, – с легкой укоризной в голосе сказала она.

– Не уверен, что Хильда этого хочет.

Досада все-таки прорвалась, и Бриана приподняла брови.

– Хм… А ты?

– Хочу, пожалуй, – прислушался к себе Нур.

Хильда плотно вошла в его жизнь, стала той частью, без которой день казался пресным. Они могли спорить по мелочам и им было комфортно молчать и просто заниматься в одной комнате своими делами. И они отлично подходили друг другу в постели: то доверие, которое показывала ему Хильда, оказываясь в его объятиях, ее обманчивая хрупкость и горячее желание не могли оставить равнодушным. Помнится, когда-то давно он смеялся над Квоном и его влюбленностью в Бениту. Что же, та шутка вернулась сторицей.

– Говорят, она в непростых отношениях с бывшим мужем. Хильда все еще любит его?

– Я так не думаю, – качнул головой Нур. Возможно, она жалела о несбывшемся, но была слишком рациональна и честна, чтобы заглядываться теперь на чужого мужа.

– Тогда почему? Конечно, у нас нет громких титулов, но у тебя хорошая должность во дворце…

– Мама, она вообще не хочет замуж.

– Вот как, – она покрутила в руках чашку, глядя на танец чаинок на дне. – Знаешь, почему некоторые люди, которые тонули, больше не плавают?

– Страшно зайти в воду?

– Верно. Страх сковывает, а воспоминания заставляют переживать его снова и снова. А знаешь, как лечат этот страх?

– Выбрасывают на глубине?

Мама закатила глаза.

– Хорошо, что ты не медик. Постепенное привыкание. Сначала просто ходят по берегу. Затем заходят в воду по щиколотку, по голени, по колено. И рядом всегда кто-то, кому доверяют. Понимаешь, о чем я?

Нур понимал. Семейное счастье Хильды было разбито. Она храбрилась, смеялась, злилась, но в глубине души осталась зияющая рана.

– Тогда я все делаю правильно?

– Да. Главное, не отпускай ее руку. И не бойся сказать, что хочешь снова научить ее плавать – такая честность обезоруживает, – мама улыбнулась и тотчас сделала строгое лицо. – Только не делай предложение на дне рождения короля. Рулан терпеть не может, когда кто-то крадет его внимание.

– Хорошо, я запомню, – хмыкнул Нур. – Спасибо, мама. Что поговорила… и что вернулась, – добавил он.

***

Подготовка ко дню рождения короля шла полным ходом, и Нур всё чаще попадал под горячую руку его величества. Рулан нервничал, срывался. Дергал его по поводу и без, заставлял перепроверять защитные артефакты, требовал, чтобы капитан записывал и передавал разговоры с придворными и с Арием. Он перестал доверять даже собственному сыну.

Это было похоже на навязчивую идею. Страх, что наследник возьмет власть в свои руки, совершит переворот, завладел его мыслями. А тут еще разговоры среди дворян, что в последнее время принц стал куда ответственнее и Анвенту ждет светлое будущее!

Рулана, который всё чаще припадал к крепким напиткам и наказывал за малейшую провинность, светлым будущим назвать никто не мог.

– Что я должен сделать, чтобы его успокоить? Подписать отречение?! – после одного из тяжелых разговоров с отцом, закончившимся скандалом, взорвался Арий.

Он стоял в своей комнате с неестественно прямой спиной и сжимал в кулаках мятое прошение. Академия запросила дополнительное финансирование, и Арий хотел обсудить с отцом такую возможность. А в итоге тот бросил в лицо обвинение, что сын подкупает расположение магов. Ха! Да с теми крохами, что Рулан выделял на развитие науки, Арий мог пожертвовать карманные деньги и стать всеобщим любимцем!

– Выдохни, – посоветовал Нур, протянув ему стакан воды, и принц выпил ее одним махом.

Бутылки с алкоголем давно исчезли из его спальни, их место заняли проекты и законы – чиновники догадались, что подсунутые принцу расчеты куда быстрее получат отклик, чем на столе у короля. Арий действительно вырос за этот год.

– Ладно, забыли. Финансирование я найду. А ты делай, что просит отец. Сейчас ты единственный, к кому он может прислушаться.

Это была не просьба, а приказ – и еще благодарность за годы службы. Все-таки выбирать между королем, которому присягал на верность, и его сыном было бы мучительно.

– А что станешь делать ты?

– Однажды отец сказал, что у короля нет сердца, только холодный расчет. Я собираюсь последовать его совету и первую очередь подумаю о благе Анвенты, – с достоинством ответил Арий, разворачивая смятый листок.

Последний вызов от Рулана поступил посреди ночи, прямо перед празднованием. Нур влетел в королевские покои, боясь, что случилось что-то из ряда вон выходящее, но никакого нападения не было – Рулан преспокойно сидел в кресле и пил потин. На Нура он посмотрел больным усталым взглядом и махнул рукой на кресло напротив.

– Пришел? Садись. Ты так на него похож… Ты единственный, кто никогда меня не предаст.

Комната пропахла дымом. Опиум или какая-то похожая на него дрянь? Нур решительно подошел к столу и закрыл курильницу. Зрачки у его величества и без того были узкие, со спичечную головку.

– Когда Вердан был жив, мы могли разговаривать с ним часами. Я был завален работой, он тоже, но у него всегда находилось время на старого друга, – продолжил король, будто не заметив, что сделал Нур. – Он так и называл меня – мой друг. Не мой король. Наглец!

Рулан хрипло рассмеялся, и стакан в его руках затрясся, часть алкоголя выплеснулась на расшитый золотом халат.

– Вот черт! – Он потер пятно и вдруг засмеялся мелким дробным смехом. – Двадцать лет! Я двадцать проклятых лет тащил на себе эту корону. Я потерял брата, сына, лучшего друга! И что теперь? Вот это?!

Он бросил стакан в стену и закрыл лицо руками.

Нур молчал, стараясь даже дышать через раз, и думал только об одном: если завтра Рулан вспомнит, в каком виде его застал капитан, не сносить ему головы.

– Ты смог связаться с Лэртисом? – хрипло уточнил король.

– Да. Он прибудет на прием.

Нур отправил вестника в Фелтон еще на прошлой неделе. Герцог Верийский обещал вырваться ко дню рождения короля, но на предложение выехать немедленно послал Нура в далекое пешее. Жена Лэртиса вот-вот должна была родить, поздняя беременность протекала нелегко, и он боялся оставить ее одну.

– Хорошо. Он мне нужен. Пусть посмотрит на Ария, поговорит с ним. Может, сумеет до него достучаться. Я боюсь, что мой сын совсем потерял голову из-за своей невесты. Не говори ничего, я и сам вижу. Он бредит ей. Смеет повышать на меня голос – ему, видите ли, не нравится, как я ее называю! Хаврийская сучка! Она все-таки заморочила ему голову. Думает, что будет представлять что-то после того, как они поженятся? Принцесса Хаврийская? Да мы просто подомнем Хаврию под себя!

Нур стиснул зубы. Речь короля становилась всё более грязной и бессвязной, затем он наконец уснул, уронив голову на грудь.

В покои просочился тьен Тарко. Будто ждал за дверью. А может, и ждал. Рулан ведь не обязательно позвал только Нура.

– Я обо всем позабочусь, – прикладывая ко лбу короля компресс с острым травяным запахом, мотнул головой целитель, и в воздухе разлилось лечебное тепло. – Идите, капитан Лерок. Его величеству надо выспаться, да и вам тоже. Завтра трудный день.

" type="note">*["

Хильда

Подготовку ко дню рождения его величества они проспали самым бессовестным образом. А всё из-за того, что ночью Нур ездил во дворец и, разумеется, разбудил Хильду. Пока она дождалась его возвращения, пока успокоила – все-таки нервная у него работа!

Они уснули под утро, и когда Бриана зашла спросить, не нужно ли Хильде что-нибудь из фамильных украшений, на пороге комнаты ее встретил заспанный и небритый сын.

– Вы в своем уме? Через два часа вам надо быть во дворце! Нур, в свою комнату, живо! – не терпящим возражений тоном приказала она, выталкивая его в коридор, и позвала служанок. Собраться в одиночку на королевский прием Хильда явно не успевала.

Как хорошо, что не требовалось дебютировать или блистать: пошитое на заказ платье пыльного сизого цвета с легким лиловым подтоном было в меру нарядным и скромным, а серые туфли с каблуками разной высоты – удобными и устойчивыми. Ей закололи волосы, оголив шею и оставив на виду кристалл связи, подчеркивая ее работу на принцессу. Еще два кристалла-накопителя Хильда спрятала в потайном кармашке – конечно, хотелось верить, что на праздновании ничего не случится и стража будет держать ситуацию под контролем. Но лучше перестраховаться.

– Никому не позволяй тебе хамить. Ты под нашим покровительством. Хотят или нет, но с тобой будут считаться! – предупредила Бриана, пока молоденькая служанка наносила последние штрихи на лицо Хильды. Минимум пудры, акцент на губы, раз уж глаза спрятаны за стеклами очков – так она выглядела взросло и, непривычно признать, красиво.

Пожалуй, впервые за много лет Хильда подумала, что стала похожа на свою утонченную матушку. От этого на душе делалось теплее, будто тьенна Моник была рядом и поддерживала ее – так же, как сейчас обнимала за плечи Бриана.

Сама госпожа Лерок на мероприятие идти не планировала. Ее появление в высшем свете после столь длительного затворничества не могло пройти незаметно, а тьен Тарко настоятельно советовал покой. Лучше начинать с небольших чаепитий. Минимум разговоров, максимум сплетен. А там уже люди привыкнут, что она вернулась.

– Арий предупредил, что кэбы уже выстраиваются в очередь, – зашел в комнату Нур, на ходу застегивая топазовые запонки. – Так что если хотим успеть, нам стоит…

Он поднял глаза и замер на полуслове. Тьенна Лерок все-таки сумела их подловить, подобрав отлично гармонирующие костюмы. Отделка на пиджаке Нура и шейный платок были того же цвета, что платье Хильды. Но вряд ли именно цветовая гамма вызвала у капитана такой ступор.

Нур откашлялся.

– Тебе идет, – голос подвел его, и Хильда смутилась. Она наряжалась не ради Нура, но и для него – тоже.

– Ты говорил, что лучше поспешить, – напомнила она, подавая ему руку. Он сжал ее пальцы, задумчиво посмотрел на Хильду, словно что-то решая.

– Мам, дай нам пару минут, – неожиданно попросил он, а тьенна Лерок, будто только этого и ждала, понимающе улыбнулась и вместе со служанкой вышла из комнаты.

Наедине напряжение стало ощутимее – густое, обволакивающее. Нур не отпускал ее пальцы, поглаживая их, и настал черед Хильды прерывисто вздохнуть.

А потом он медленно опустился на колено, и ее захлестнула настоящая паника. Это было не вовремя! Просто возмутительно! И в то же время так чертовски правильно, что все возражения застряли в горле. Остались только его слова, отдающиеся гулом в ушах.

– Ты…

– Я люблю тебя.

Признание сорвалось с его губ легко и искренне. Он не прятал взгляд, хоть смотреть снизу вверх вряд ли было для него привычно.

– Мы…

– Можем не торопиться. Помолвка полгода, год или два. У тебя будет столько времени, сколько потребуется.

– Но…

– Если не захочешь, выкинешь потом в реку.

Он надел ей кольцо. Простенький золотой ободок, артефакт, хранивший частичку его магии, которую невозможно было не узнать. Со дня приезда, с того кошмара, когда Нур протянул руку помощи, это тепло дарило Хильде уверенность, что она справится.

Так почему до сих пор сомневается?

– Хватит бежать, Хильда. Ты дома.

Он поднялся с колена и поцеловал ее пальцы, а она, пряча выступившие слезы, порывисто обняла его в ответ.

Тьенна Лерок оказалась до обидного пунктуальна и, выждав обещанные пару минут, прервала уединение. Тепло улыбнулась, глядя на их сцепленные руки, и тут же приняла невозмутимый вид. Помолвка – это прекрасно, но опоздание на прием к королю неприемлемо.

– Не думала, что ты окажешься такой сентиментальной, дорогая, – она бегло осмотрела Хильду и повернулась к топчущейся в дверях служанке. – Вельга, поправь ей макияж, поплыл.

Та бросилась выполнять поручение, попутно с жадным вниманием рассматривая кольцо. Что же, к обеду о помолвке будет знать вся прислуга. Интересно, кто и сколько выиграл на ее согласии? Хильда слышала, как кухарка принимала ставки.

– Всё-таки не выдержал. А я тебе что говорила насчет дня рождения Рулана? – переключилась на сына Бриана.

– Так я же не на приеме предложение сделал.

– Спасибо и на том, не стал ворошить змеиный клубок. С другой стороны, кольцо заставит злые языки замолчать… Так, убери-ка с лица эту самодовольную мину, иначе нагонишь страху на гостей! – проворчала она.

Хильда хихикнула, поймала строгий взгляд тьенны Лерок и вернула на лицо бесстрастное выражение, стараясь не дергаться, пока вокруг порхала кисточка. Во дворце поговаривали, что хуже улыбающегося капитана только довольный дознаватель. Вот где жди неприятностей!

– Будьте осторожнее, – напутствовала их Бриана уже на улице, затем проводила до кэба и вручила шкатулку с подарком для короля. Под крышкой из малахита лежало увесистое пресс-папье с выгравированным золотом грифоном.

– Что-то не так? – обеспокоенно уточнила Хильда, когда они сели в кэб.

При маме Нур улыбался, но стоило им отъехать, как он отложил шкатулку и тяжело вздохнул.

– Нет, всё в порядке. Просто его величество в гневе не сдержан. Прошлое пресс-папье улетело в стену.

– Будем надеяться, он не поступит так с подарком Брианы, – осторожно заметила Хильда, положив ладонь на руку его руку. Дружеское отношение короля с погибшим главой семьи во многом помогало Лерокам, но в последнее время Рулан будто забыл, что дружил с Верданом, а не его сыном.

Честно сказать, Хильду беспокоили приступы его величества. О неконтролируемых вспышках агрессии упоминали хаврийские ищейки, на отца мимоходом жаловался Арий, и даже Тони шепотом рассказывала, как видела, что король расколотил вазу. А ведь раньше его выдержке завидовали! Поговаривали, что на похоронах младшего сына он не уронил ни слезинки и без тени печали сослал жену в монастырь.