Текст книги ""Фантастика 2026-126". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Галина Герасимова

Глава 11

Обучение Элины продвигалось намного быстрее, чем кто-либо мог предположить. Зелье, которое готовил Морион позволило девушке запоминать любую информацию с первого раза. Ведь у неё были изумительные врождённые способности, которые зелье лишь десятикратно усилило.

Первую неделю учёный очень переживал. Разглядев на Элине сильнейшее заклинание блокирующее магию, он сразу понял, что такие чары нельзя просто разрушить. Вот поэтому он долго сомневался, а не станет ли зелье для Эльки ядом. Всё же магию оно тоже усиливало. И если девушка неосознанно попыталась бы снять с себя этот блок, она бы сильно пострадала.

Но взвесив все «за» и «против», Морион тщательно отмерил дозировку и всё же рискнул. Хранители наблюдали за терзаниями де Гиса и незаметно помогали ему с расчётами. Идея использовать зелье им понравилась, поскольку это позволит Элине быстрее получить необходимые для выживания знания. И пока учёный занимался с девушкой, хранители исправляли его записи на более подходящие.

Эштиар всё же осуществил свой замысел. Буквально на третий день он пробрался в комнату графа и уменьшил воздействие родового проклятия. Правда в ту ночь произошёл казус. Рассчитывая сделать всё быстро, пока Морион спал, Эш поторопился. В итоге де Гис проснулся, когда Эштиар нависал над ним и сверкал алыми глазами в темноте.

Учёный испугался настолько, что чуть не почил с миром в тот же миг. Хранителю пришлось откачивать Мориона и внушать, что это всего лишь сон. После над Эшем долго подтрунивал брат. Таким образом Дарион мстил за форменные издевательства над Элиной, которые каждый день устраивал Эштиар.

Памятуя о просьбе девушки обучить её контролю над эмоциями, Эш начал каждый вечер перед сном превращаться в человека. Он показывал Элине, как правильно медитировать, объяснял, каким образом можно избавиться от непрошенных мыслей. Только при этом он постоянно усаживался рядом и доводил Эльку до полуобморочного состояния.

Никакие нагрузки не спасали девушку от учащённого сердцебиения и желания не то прижаться к хранителю ближе, не то спрятаться и никогда его больше не видеть. А Эштиар специально поглощал меньше эмоций у девушки, чтобы та понимала, насколько у неё всё плохо с контролем.

Когда спустя неделю Элина заявила, что уже может справляться со своей застенчивостью, Эш попросту придвинулся ближе и прикоснулся к её губам пальцем. От обуявших девушку чувств, хранитель покачнулся. У него в глазах замерцали звёздочки, до того сильными оказались эмоции Эльки. И лишь быстрая реакция Дариона спасла всех от непоправимого.

– Паук! – крикнул Дар и Элька с визгом подскочила с пола.

Насекомых девушка не любила, в особенности пауков. Своим видом они вызывали у Элины безотчётный ужас. Ничто не способно было отвлечь её быстрее, чем эти мерзкие твари со своими длинными лапами. И надо сказать, Дарион выбрал идеальный способ прервать неудачный эксперимент брата. Эштиар уже был на грани потери сознания.

С тех пор Эш лишь едва касался Эльки. То заденет её за руку, то будто случайно наклонится ближе. Но вот таких явных прикосновений он больше не допускал. Жаль, что это не помогало. Как ни пыталась Элина унять дрожь в пальцах, когда Эштиар оказывался рядом, ничего не выходило. В неё словно вселялся другой человек, который требовал немедленно обнять мужчину и никогда не отпускать.

И спустя месяц страданий, Элька не выдержала. Вскочив на ноги, девушка подошла к окну и проговорила:

– Хватит. Я поняла, что существует лишь два варианта. Либо я становлюсь бесчувственным чурбаном, либо магии мне не видать.

– Эль, это не так… – попытался успокоить её Дарион, бросив беспомощный взгляд на брата.

Эштиар подошёл к девушке, стал рядом и как-то грустно произнёс:

– Запомни. Ты можешь и должна радоваться, смеяться, грустить, злиться и даже любить. Но в тот момент, когда тебе необходимо воспользоваться Силой, ты обязана выкинуть все посторонние мысли из головы. Понимаешь о чём я говорю?

– В теории, – пожала она плечами. – Но я без понятия, как это применить на практике.

– Представь себе, что твой любимый человек в опасности, – Эш глянул на Элину и она поёжилась от боли промелькнувшей в его глазах. – Ты можешь выбрать два варианта. Первый, это паниковать, злиться, бояться, но ничего не делать. А вот во втором случае, ты просто не будешь думать о том, что ему грозит опасность, а сделаешь всё, чтобы спасти. Потом тебе станет страшно, может быть даже больно. Но ты никогда не обвинишь себя в том, что ничего не смогла сделать из-за идиотских эмоций.

Передёрнув плечами от нахлынувшей безнадёжности, Элина едва слышно прошептала:

– Говоришь так, будто сам винишь себя в бездействии.

– Виню, – неожиданно ответил хранитель и горько усмехнулся. Затем он провёл ладонью по голове девушки и очень тихо добавил: – Однажды я не смог сдержать эмоции и захлебнулся в ужасе. Тогда мне не удалось сделать один единственный шаг.

Со стороны кресла, в котором расположился Дарион послышался шумный вздох, отчего Эш вздрогнул. Он быстро убрал руку от Элины и отвернулся, бросив предупреждающий взгляд на брата.

– Но больше я не совершу такой ошибки, – словно клятву произнёс мужчина.

В ответ на его слова за окном сверкнула молния и прогремел гром. Элина удивлённо посмотрела на небо, где ярко сияли звёзды и нахмурилась. Разве бывают молнии и гром без туч? Дарион же во все глаза смотрел на брата и не мог поверить своим ушам. Эштиар впервые заговорил о том дне ужасном дне, и только что дал клятву мирозданию. Теперь Дар был в шоке, поскольку брат ни разу не клялся сохранить кому-то жизнь.

– Кстати, Эль, – весело проговорил Эш, – ты сейчас и не подумала упасть в обморок от переизбытка чувств. А ведь я к тебе прикасался.

Элина тут же густо покраснела, даже не заметив, что хранитель первый раз за всё время назвал её по имени. Зато заметил Дарион, который покачал головой и тяжело вздохнул. Главное, чтобы история не повторилась. Второй раз он не сможет вытянуть брата. Оставалось надеяться, что Эштиар понимает – Элина не она.

С того вечера дело сдвинулось с мёртвой точки. Девушка смогла перебороть свою стеснительность и перестала утыкаться взглядом в пол при появлении мужчины в комнате. Правда, румянец по-прежнему разукрашивал её щёки, если Эштиар оказывался очень близко. Такая реакция веселила хранителя, и тот постоянно старался неожиданно подобраться к Элине ближе.

Дарион же без остановки бурчал на брата за детские выходки. Но даже он в итоге признал, что это очень сильно помогло Эльке. Ведь спустя два месяца она смогла со спокойствием удава пройти через настоящее испытание – представление юной графини людям.

Морион сказал, что больше не может прятать девушку, поскольку его уже завалили письмами. Прислуга интересовалась, когда они смогут вернуться к своим обязанностям. Их вынужденный отпуск затянулся. То, что планировалось отдыхом на две недели, растянулось на два месяца.

Но проблема была не только в прислуге. По городу прошёл слух, что у Мориона роман. Люди не умеют хранить тайны. Портной сказал другу о купленных платьях, в булочной рассказали, что граф последние пару дней берёт выпечку на двоих. В общем, необходимо было срочно представить всем Элину во избежание скандала.

На самом деле, Морион очень удивлялся, что слухи появились лишь день назад. Учёный ожидал чего-то подобного намного раньше и понимал: чем быстрее он пресечёт сплетни, тем проще Элине будет жить в Краене. И только хранители усмехались, поскольку именно они не позволяли никому узнать о существовании девушки в доме графа.

Но теперь братья решили, что Эльке пришло время показать на практике все свои таланты. Дольше скрывать девушку не было смысла. Сколько бы Элина не повторяла наизусть правила этикета, это не особо поможет. Ей необходимо было общение с живыми людьми.

Конечно, учёный и дворецкий внесли свою лепту в обучение. К тому же Эштиар постоянно требовал от Эльки вести себя как положено, чтобы потом не возникло проблем. Но они все были мужчинами и не могли объяснить словами, что такое женский серпентарий среди аристократии.

Благо настоящих аристократов в городе было всего двое – мэр и де Гис. Зато желающих быть как можно ближе к «высшему обществу», в Краене оказалось предостаточно. И хранители решили, что Элине в будущем будет намного проще привыкнуть к жизни и общению в столице, а затем и в академии, после тренировки на местных жителях Краена.

Именно по этой причине над Элиной уже около четырёх часов издевались три горничных и её личная камеристка. Причём последняя была свято уверена, что её наняли несколько дней назад и она приехала вместе с племянницей графа из закрытого монастыря. Всё же с магией особо не поспоришь, а не наделённые даром были лишены возможности защититься от её действия.

Воздействовать на сознание людей магией, в королевстве было официально запрещено. Но хранители понимали, что нельзя просто пригласить прислугу и вежливо попросить никому ничего не говорить. В любом случае поползут слухи, от которых потом так просто не избавишься. Соответственно свои соображения они выложили Эльке, а та как-то во время ужина высказала мысль о прислуге вслух.

Морион ужаснулся от предложения Элины и прочитал ей долгую нотацию на тему «ментальная магия – зло в чистом виде, когда направлена на подавление воли». Эштиар лишь усмехнулся, слушая законопослушного учёного. Раньше магов-менталистов боялись и уважали, а теперь считали чуть ли не страшилками из Великого леса. Но ведь никто не предлагал пригласить узкого специалиста ради прислуги, существовали ещё и зелья.

На все последующие попытки Эльки объяснить необходимость такого поступка, де Гис заставил её вызубрить законы Лаорана. Осознав, что Морион самостоятельно никогда не решится на подобный поступок, Эш начал потихоньку подталкивать его к нужному действию. Благодаря хранителям, учёный вскоре сдался. Мысль о лёгком ограниченном по времени воздействии на сознание прислуги, всё сильнее укоренялась в голове графа.

В итоге он лично приготовил зелье для одной из нанятых девушек. За последние пару месяцев де Гис прилично поднаторел в создании зелий. Он же считал, что ему предстоит обучать ведьму, а для тех зелья являлись первостепенным направлением. Вот так и получилось, что теперь Элину готовили к приёму в честь её собственного мнимого приезда.

Разглядывая себя в зеркале, Элька недовольно хмурила брови. Светлое платье с едва заметным цветочным узором казалось практически белым и девушка выглядела в нём лет на тринадцать, не больше. Причёска из тугих золотистых кудряшек, собранных на затылке, не добавляла возраста. А отсутствие какой-либо косметики и огромные серо-зелёные глаза лишь подчёркивали, что Элина ещё слишком юна.

Как любая девушка в шестнадцать лет, приехавшая из деревни, Элька считала себя взрослой. Всё же все её погодки уже давно стали замужними матронами. Соответственно, она не желала выглядеть, словно ребёнок, которого нарядили в честь праздника лета. Более того, Элину ужасно бесило, что ей не позволили надеть платье, которое она выбрала самостоятельно.

Теперь же девушка едва сдерживала рвущееся наружу раздражение разглядывая свой наряд и причёску.

«И каким образом в таком виде можно привлечь внимание Эша?» – огорчённо думала Элька.

Идея понравиться Эштиару не оставляла Элину ни на миг после его первого появления в виде мужчины. Но в таком образе девушка могла вызвать у хранителя разве что приступ умиления.

До начала приёма оставался час, когда Элька не выдержала. Выставив всю прислугу за дверь, она начала вытаскивать из причёски шпильки. Затем достала зелёное платье, которое собиралась надеть и быстро его натянула.

– Решила устроить демарш? – промурлыкал Эштиар, заходя в комнату.

– Я уже давно вышла из возраста малыша, чтобы меня наряжали, как куклу, – процедила девушка, пытаясь дотянуться до пуговиц на спине.

Поняв, что Элина в ярости, Эш моментально стал человеком и помог ей с платьем. Он не стал ничего говорить, но согласился с её претензиями в адрес прислуги. Никто не говорил, что из девушки надо сделать маленького ребёнка. По этой причине хранители уже думали, как избавиться от лишних людей в доме. Раз горничные с камеристками не справились со своими обязанностями, то нужда в их присутствии отпадает.

Увидев Эльку полчаса назад, Эштиар просто ушёл из комнаты и долго медитировал в саду. Слишком неожиданно было понять, насколько та ещё мала. За прошедшие два месяца хранитель привык видеть в девушке взрослого человека. Конечно, Элина была ещё не настолько взрослой, чтобы думать о ней, как о женщине, но всё же и не ребёнок.

Взвесив все «за» и «против», Эш решительно вернулся в комнату, чтобы убедить Эльку не слушать прислугу. Но к огромному облегчению хранителя, она всё поняла сама. Теперь оставалось лишь помочь ей собраться к приёму, чем и занялся мужчина.

Молча застегнув платье, Эштиар провёл ладонями по волосам Элины, пропуская золотистые пряди сквозь пальцы. Руки хранителя заискрились алыми всполохами и спустя миг девушка могла похвастаться превосходной причёской. Хоть локоны и остались, но они были более плавными и красиво легли на спину. Больше Элина не напоминала маленького ребёнка, хоть и не выглядела старше своих лет.

«К вам идут Морион с камеристкой и горничными», – сообщил Дарион, который всё это время сидел за дверью в коридоре.

– Отлично выглядишь, – шепнул Эш прямо на ухо Элине и вновь стал котом.

Прижав ладони к пылающим щекам, Элька посмотрела на своё отражение в зеркале. После комплимента хранителя, сердце девушки забилось быстрее. Она очень старалась удержаться, чтобы не начать радостно кружиться по комнате. Сдерживало осознание, что скоро идти на приём, да и собственно присутствие Эштиара. Пусть он и был котом, но при этом внимательно наблюдал за ней.

От желания обнять весь мир, Элину отвлёк стук в дверь. В комнату заглянул де Гис и замер на пороге борясь с неуместной улыбкой, которая самостоятельно появилась на губах. Морион окинул Элину восхищённым взглядом и всё же не выдержал – улыбнулся а после недоумённо проговорил:

– И в чём же тут проблема?

Как оказалось, мужчина разговаривал с камеристкой, которая сердито сопела за его спиной. Остальные девушки, смотрели на Эльку во все глаза и на их лицах явно читалось одобрение. К слову, когда камеристка усердно навязывала своё мнение и требовала сделать из Элины ребёнка, горничные с ней не согласились.

– Да вы посмотрите на неё, лорд де Гис! – воскликнула в ответ камеристка. – Разве может девочка в её возрасте впервые показаться в приличном обществе в этом наряде⁈ Ваша племянница выгнала нас и сделала из себя…это! Я отказываюсь работать в таких условиях. Любая приличная юная леди обязана прислушиваться к словам своей компаньонки.

Элина снова ощутила, как внутри поднимается волна глухого раздражения. Просить де Гиса уволить прислугу, девушка не хотела, но неожиданно поняла, что придётся. А ещё Эльке вдруг стало слегка не по себе. Ведь если бы не было того зелья, камеристка ни за что не начала бы качать свои права. И тут до Элины дошло, что та вовсе назвала себя компаньонкой.

– Как я понимаю, услуги камеристки тебе не понадобились? – спокойно обратился Морион к Элине и дождавшись от неё короткого кивка, проговорил: – В таком случае, все могут быть свободны. Себастьян выдаст вам ваше выходное пособие. Благодарю за помощь.

В глазах учёного на миг мелькнуло сожаление. Он был совсем не рад, что поддался на уговоры и напоил камеристку зельем. Подобного результата можно было ожидать. Порой, люди у которых слишком завышенные требования к окружающим, ведут себя не совсем нормально под воздействием подобных зелий.

Конечно, если бы с прислугой поработал менталист, можно было бы избежать подобных проблем. Но что сделано, то сделано. Оставалось лишь распрощаться с прислугой и подождать неделю, пока пройдёт действие зелья. А ещё надеяться, что эти дамочки не станут говорить гадости на каждом углу из-за желания отомстить.

Нахмурившись, Морион сказал Элине, что ждёт её внизу и вышел из комнаты. За ним словно стая рассерженных ворон выбежали все горничные и камеристка, которая едва сдерживала слёзы. Эштиар недовольно зашипел и рванул вслед за прислугой. Хранитель понимал, что Морион не посмеет повлиять на людей магией и эти курицы будут кудахтать на каждом углу, лелея свои обиды на де Гиса с Элиной.

«Дар, нужна твоя помощь, – мысленно позвал он брата. – Их нельзя отпускать без воспитательной беседы. Отвлеки Себастьяна, девушек беру на себя».

«Понял», – вздохнул Дарион.

Морион позвал своего управляющего и дворецкого в одном лице и сказал, чтобы тот разобрался со всеми вопросами по поводу прислуги. Себастьян повёл девушек в кабинет, где собирался поговорить с ними и выплатить небольшую сумму за молчание. Но стоило мужчине открыть дверь и отойти в сторону, как в его ногу с воем вцепился Дарион.

На лице Себастьяна не дрогнул ни один мускул. С ледяным спокойствием он наклонился, чтобы отцепить кота, но Дар жалобно завыл. Затем хранитель схватил дворецкого за штанину и как собака потянул в сторону. Горничные ошарашенно наблюдали за диким котом и испуганно охали.

– Дамы, прошу прощения, проходите и подождите одну минуту, – ровно проговорил Себастьян, указывая на дверь кабинета и направился за Дарионом.

Оставлять девушек около открытого кабинета он не боялся, поскольку все знали – воровать у мага может только более сильный маг. Таких среди горничных не было, поэтому не стоило и переживать. Больше ничего необычного они там не увидят. Ведь этот кабинет служил специально для подобных разговоров и пользовался им в основном Себастьян. А вот поведение кота не на шутку встревожило мужчину. Ведь животные всегда чувствуют и слышат больше людей.

Когда все девушки скрылись за дверью, Себастьян наклонился, чтобы поднять Дариона. Хранитель резко отскочил подальше и вновь завыл, кивая головой в сторону одного из коридоров. У дворецкого задёргался глаз. Кот вёл себя не просто странно, а как разумный, что не укладывалось в голове.

Подумывая, а не сходить ли к графу за помощью, Себастьян всё же направился за Дарионом. Тот резво трусил впереди, указывая путь и иногда подвывая, когда видел, что мужчина начинает притормаживать. В итоге Дар привёл дворецкого к кухне, откуда доносились голоса и потрясающие ароматы.

Затормозив, Себастьян удивлённо пробормотал:

– Киса, тебя забыли накормить?

И тут Дариону стало стыдно, поскольку мужчина растерял всё своё напускное равнодушие и действительно пожалел обычного кота. Опустив голову и прижав уши, Дар подошёл к Себастьяну и жалобно мяукнул. Но мужчина вдруг рассмеялся и зашёл на кухню, где выцепил одного из помощников повара и дал тому указание накормить кота.

Проводив задумчивым взглядом дворецкого, Дарион потрусил к миске, куда ему положили кусок мяса. Вгрызаясь в лакомство, он изумлялся поведению Себастьяна. Всё же за такое наглое представление, которое устроил Дар, логичнее было ждать пинка. Но мужчина его даже не отругал. Удивительно!

«Эш, давай быстрее, Себастьян идёт обратно», – проговорил мысленно Дарион и довольно заурчал, поедая угощение.

В то же время, как Себастьян ушёл за котом, девушки принялись обсуждать злого графа, его невоспитанную племянницу, которая не ценит советы старших и диких котов. Эштиар подошёл к открытой двери кабинета, тихо хмыкнул и принял облик человека. Что и требовалось доказать, никто из них не попытался найти проблему в себе, зато вовсю обвиняли всех вокруг.

– Итак, дамы, – проговорил хранитель, привлекая к себе внимание. – Сейчас мы обсудим один важный вопрос, после чего вы всё забудете и спокойно разойдётесь по домам.

Дверь закрылась сама с громким хлопком, от которого девушки вздрогнули. Но даже это не отвлекло их от разглядывания невероятно красивого мужчины. Абсолютно все боялись даже моргнуть, чтобы не прервать зрительный контакт. Насмешливо хмыкнув, Эштиар начал перекраивать их воспоминания.

Спустя пару минут девушки удивлённо моргнули и принялись растеряно озираться по сторонам. В кабинете никого не было, кроме чёрного кота, который шатался, как пьяный и едва переставлял лапы, пытаясь дойти до двери. В этот момент зашёл Себастьян и Эш выскочил в коридор, чем очень испугал дворецкого.

Быстро выплатив горничным положенное пособие, Себастьян добавил всем сумму за молчание и нахмурился. Как-то всё было очень просто. Он ожидал обвинений и упрёков в несправедливости, но девушки молча забрали деньги и спокойно ушли.

– Чудные дела творятся в нашем доме, – задумчиво пробормотал дворецкий и направился к графу, чтобы рассказать о странностях.

А Эштиар дошёл до комнаты Эльки и свалился прямо на пороге, не в силах даже мяукнуть. Слишком уж много Силы потребовалось хранителю, чтобы разобраться с прислугой. Теперь ему оставалось ждать брата и надеяться, что его не примут за дохлого кота. Элина не оценит, если ей придётся объяснять, почему её кот стал бессмертным.

– Эш⁈ – послышался сдавленный писк Эльки, которая открыла дверь. – Что с тобой? Тебе плохо? Ты умираешь? Что мне сделать?

В голосе девушки сквозило ужасное отчаяние, отчего Эштиар вздрогнул. Но ему не пришлось тратить последние крохи энергии на ответ, поскольку подоспел Дарион. Оценив состояние брата, он недовольно проговорил:

– Эль, занеси его в комнату и иди, тебя уже ждут. С Эшем всё будет нормально, ему надо просто отдохнуть. Кое-кто не умеет рассчитывать свои силы.

Тяжело вздохнув и пытаясь унять дрожь в руках, Элина быстро подняла хранителя и уложила его на кровать. Дар хоть и успокоил девушку, но страх за Эша всё равно остался. Выходя из комнаты, Элина подумала, что сегодня её ждёт потрясающий провал, поскольку все мысли теперь были о хранителе. А в таком состоянии сложно держать себя в руках, да к тому же контролировать каждое слово и действие.

– Эль, помнишь, что я тебе говорил? – послышался слабый голос Эштиара, когда девушка собиралась закрыть дверь. – Сначала действуй. Бояться и переживать будешь потом.