Текст книги ""Фантастика 2026-126". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Галина Герасимова

* * *

– Почему бы тебе не прогуляться? Посмотри, какой вид открывается с палубы! – зовет мама, и Кайла нехотя отрывается от книги.

Мама стоит у большого окна в бархатистом синем платье и накинутой поверх теплой шали и с детским интересом рассматривает проплывающие мимо деревушки и заставу. Это ее первый полет на дирижабле – пока близняшки были маленькими, было не до полетов.

Кайла же путешествует с отцом с пяти лет, и сейчас ей гораздо интереснее учебник по теории магии. Вот бы разобраться, как заставить металл менять форму! Прогулки? Она успеет побыть на свежем воздухе, пока родители будут покорять ассамблею! Но тут книжку выхватывают у нее из рук.

– Вставай! – не церемонится отец. Он сердится, но самую малость. Это забияке Кайле достался бы подзатыльник, но к Минте все добры. – Тебя сестра, что ли, покусала? Целый день с книжкой. Лучше побудь с матерью. Видишь же, как она переживает из-за первого полета.

– Она не переживает. У нее есть компания.

От мамы с самого порта не отходит рыженькая девчонка, ровесница Кайлы. Эдна – лучшая ученица магической Академии, как мама с гордостью ее представляет. Кайла сама удивляется, почему к ней ревнует. Мама со всеми добрая, и то, что она треплет по волосам эту льнущую к ней сиротку, ничего не значит.

Кайла фыркает, но Минта с отцом точно не стала бы спорить. Она встает, покорно разворачивается к окну – и тут дирижабль встряхивает, а ее саму откидывает на угол стола.

Больно!

Возмутиться она не успевает. Раздается оглушительный взрыв, крики. Она вдруг оказывается в крепких объятиях отца, он что-то кричит ей в ухо, и Кайла чувствует, как ее окутывает чужая магия. Затем очередная встряска, и их раскидывает по сторонам. От едкого дыма щиплет глаза, жар пламени опаляет кожу. Кто-то отчаянно кричит, кто-то лежит сломанной куклой. Кайла задыхается, пытается найти родителей в этом кошмаре наяву, и последнее, что видит, как стекло рядом с матерью разлетается на мелкие осколки.

* * *

– Мне жаль.

Скрипучий голос Рейна и прикосновение теплой руки к плечу привели ее в чувство.

Кайла убрала ладони с каменной плиты, затем развернулась и вцепилась в него, уткнулась носом в мужскую грудь. Ее потряхивало. Все-таки, пока она не видела захоронения родителей, было легче. Кайла бывала у склепа раньше, почти сразу, как смогла ходить, но зайти не решалась. Обманывала себя. Оттягивала неизбежное, не желая признавать – их больше нет, они с Минтой остались вдвоем.

Оттолкнуть женщину сейчас мог бы только полный придурок, а Рейн никогда таким не был. Он терпеливо ждал, пока она успокоится и возьмет себя в руки, лишь изредка поглаживая ее по спине.

– Прости. Накатило.

Рейн кивнул, так и не убирая руку, и его молчаливая поддержка окончательно помогла собраться. Что ж это она! Не время распускать нюни!

Кайла отпустила доктора и отошла от саркофага, пытаясь прогнать всплывшее воспоминание.

Жаль, что совместная борьба с химерой нисколько не примирила мага с птицелюдом. Кайла чувствовала исходящую угрозу: потоки силы трещали в воздухе. Рейн сдерживался, пытался быть вежливым, но в любой момент был готов атаковать. И как убедить его, что Хорг не опасен? Она и сама первое время боялась птицелюдов до дрожи. Даже еду брала с опаской – вдруг ее хотят откормить и съесть? Только потом, убедившись, что никто убивать ее не собирается, научилась им доверять, медленно, шаг за шагом преодолевая собственный страх.

Страх Рейна был намного глубже и не такой явный. Но после всего, что с ним произошло, глупо было ожидать, что он примет горную нечисть с распростертыми объятиями.

– Хорг, ты что-то нашел? – Кайла обернулась в поисках притихшего птицелюда и осеклась. Он вел себя странно: покачивался у подпаленного штандарта, мотал головой из стороны в сторону, то задирая ее, то опуская ниже. В руке он сжимал раскрытый мешочек. Глаза были полуприкрыты, а перья, наоборот, встопорщились. – Хорг! – Кайла решительно приблизилась к нему, вырывая находку.

Птицелюд моргнул, и взгляд вернул осмысленность.

«Запах приятный, – выдавил он и сам отступил на шаг. – Очень».

Кайла высыпала содержимое на ладонь. Несколько слоистых золотистых пластин, хрупких, как уголь. Они крошились под пальцами и не оставляли запаха. По крайней мере, она никакого запаха не ощущала в отличие от судорожно задышавшего птицелюда.

Надо было лучше учиться в академии, потому что Кайла понятия не имела, что держит в руках. А может, она просто не успела пройти этого на первом курсе. В шахтах «воронов» добывались магические накопители: мутные прозрачные кристаллы. Отец иногда дарил им с сестрой брак, который было не продать, и к семнадцати годам в комнате собралась целая коллекция из неиспользованных магических камней. Кстати, можно было и ими зарядиться при необходимости, если не успеет купить готовых кристаллов-накопителей! Здесь же…

– Спеллум. – Рейн забрал мешочек и, сунув пластины обратно, плотно его завязал. Затем взяв ее руку в свою и тщательно вытер ладонь платком. – Дрянь, – емко охарактеризовал он находку.

Спеллум был сырым нейтрализатором. Он требовал не такой уж большой обработки, чтобы раскрыть все свои свойства в полной мере, но, в принципе, его можно было использовать и в сыром виде.

– Он лишает магов силы, – пояснила для птицелюда Кайла и вытерла ладонь о юбку, для верности. Попробовала создать огонек – получилось, пусть и не с первого раза. Будет ей наука, что всякие подозрительные находки голыми руками лучше не трогать. – Где ты его нашел?

«В нише под столом».

Ниша была довольно вместительная и пустая. Но кто спрятал там спеллум и, главное, зачем?

– Контрабанда. Десять кровентов унция, – расщедрился на длинную фразу Рейн, ответив на ее незаданный вопрос.

А Кайла так привыкла к его коротким предложениям!

– Сколько? – ахнула она. Да в этом мешочке лежало целое состояние!

– Два года каторги, – так же спокойно добавил доктор.

Спеллум попадал в список особо опасных веществ, и все покупки и продажи проходили через гильдию магов с разрешением, заверенным подписью и печатью на любое совершенное с ним действие. Даже теневое братство не вмешивалось. Не то чтобы у них не было своего стратегического запаса, но дальше братства он не уходил. Попадать под статью «государственная измена» никому не хотелось.

– А сколько лет мне дадут, если я умолчу о находке? – Кайла с серьезным видом посмотрела на Рейна. Защита на дверях не была сломана, и спрятанный в склепе мешочек наводил на мысль, что это сделал кто-то из своих. Хотелось бы знать кто, прежде чем сдавать его стражам.

– О какой находке? – с невозмутимым видом уточнил доктор, понимая ее без лишних слов.

* * *

Больше в склепе ничего интересного не нашлось. Хорг вытащил тело химеры из коридора, чтобы запах мертвечины не привлек падальщиков, и теперь туша лежала у деревьев. От гнилостного запаха чужой крови на глазах наворачивались слезы.

Вообще свидание вышло так себе, кисло подумала Кайла, выбираясь из склепа. Свежий прохладный ветерок приятно холодил кожу, и она все никак не могла надышаться. Жаль, что прогулка с Рейном, вместо того чтобы стать воспоминанием, наполненным теплом и грустью, обернулась кошмаром. С другой стороны, они легко отделались: их не съели, и все стояли на ногах. Кайла так вообще почти не пострадала. Пока никто не видел, она закатала рукав, рассматривая длинный кровоподтек. Синяк она получила в самом начале сражения. Оттаскивая ее от твари, Рейн слишком сильно сжал ее металлической рукой.

Птицелюд на воздухе тоже чувствовал себя гораздо комфортнее. Ему до сих пор было не по себе от состояния эйфории, вызванного золотистым порошком. На людей-то он так не действовал.

«Я узнаю у Урха про вашу магическую дрянь», – пообещал Хорг, встряхивая крыльями. На воздухе он выпрямился во весь свой немалый рост. Обогнал Рейна, а Рейн был тем еще здоровяком!

«Надо познакомить его с Урхом», – кивнул Хорг на доктора.

Тот вышел из склепа последним и хмурился на солнце.

– Я работаю над этим, – откликнулась Кайла, жалея, что не рассказала правду тогда, много лет назад. А теперь все больше запутывалась во лжи.

Хорг понимал. Это ему довелось стать ее поверенным: выслушивать мечты влюбленной дурочки, а затем утешать, когда Урх потребовал уйти вместе со стаей. Это он проводил рядом с ней бессонные ночи, когда Кайла, не в силах уснуть, выходила на крыльцо и часами смотрела на горы. Хорг лечил ее разбитое сердце полетами, поднимая на руках на такую высоту, что от страха она забывала обо всем, а жалела только об одном: что у нее нет собственных крыльев.

Раздражать мага нежностями птицелюд не стал, лишь на секунду склонил к ней голову, потерся клювом о щеку и тут же отступил.

Когда Хорг улетел, стало нестерпимо страшно, что же будет дальше. Кайла устала врать. Как же хотелось разобраться поскорее с несостоявшимся убийцей Минты и рассказать всю правду! Даже если это будет их последний с Рейном разговор. Но она была готова сделать невозможное, чтобы он не стал таковым.

Впрочем, доктор ничего не спрашивал. Ждал от нее первого шага? Кайла набрала в грудь побольше воздуха, готовясь придумать очередную ложь, но в этот момент Рейн оступился и что-то пробормотал сквозь зубы.

– Протез заел, – с неловким видом выдал он, тяжело опираясь на трость.

– Давай я помогу, – выдохнула Кайла, как приговоренная к смерти, которой в последний момент сказали, что веревки закончились, а топор не заточен.

Она подхватила его под руку, помогла дойти до ступенек к склепу. И сразу стало не до смущения или романтики: Рейну явно было неудобно перед ней. Не застопорись нога, он не признался бы в проблеме, да и сейчас старался смотреть куда угодно, только не на Кайлу. Доктор присел, снял ботинок и закатал штанину, рассматривая механическую ногу и тщетно пытаясь согнуть ее в ступне – шарнир на голеностопе съехал и заклинил. Смотреть, как он безрезультатно пытается сдвинуть его с места, лишь усугубляя ситуацию, было невыносимо!

– Я попробую?

– Не надо, сам…

Но Кайла уже опустилась на корточки, подметая юбкой землю. С металлом ей было работать не впервой, хотя механизм протеза был куда сложнее того же колеса в омнибусе. С другой стороны, тут ведь не разбирать, а немного подправить.

Она коснулась пальцами протеза. Магия отозвалась, нагревая металл. А дальше подтолкнуть шарнир было делом техники. Снова охладить.

– Я, конечно, не мастер, но вроде готово. Проверь.

Рейн на пробу двинул ступней.

– Спасибо.

– Если снова засбоит, съезди в город. В гильдии артефакторов наверняка помогут.

Доктор все еще отводил взгляд, и Кайла преувеличенно бодро встряхнула руками и вскочила с места, чтобы не смущать его сильнее. Рейн поймал кончики ее пальцев, и Кайла замерла, гадая, что дальше: это попытка ее остановить или обычное рукопожатие? Но доктор почти сразу отпустил руку.

– Пора, – с каким-то легким сожалением – или ей показалось? – сказал он.

Возвращаясь в отель, Кайла опасалась, что придется давать интервью. В том, что их закидают неудобными вопросами, она не сомневалась. Видок был самое то для желтой прессы – в пыли, своей и чужой крови, доктор еще и прихрамывал на обе ноги.

С журналистами обошлось – они давно разъехались, справедливо решив, что новости сами себя не напишут. А вот Рюдигер и Луис, выпроводив гостей, ждали возвращения Кайлы, проводя вечер над шахматной доской, и Кайла сомневалась, что они беспокоятся о ее самочувствии.

Стоило зайти в отель, как Эмиль вскочил с места, опрокинул чернильницу на книгу, но даже не заметил. Наверное, их с доктором внешний вид вызывал немало вопросов.

Луис отреагировал куда спокойнее. Впрочем, тому могла способствовать початая и уже полупустая бутылка потина: визит журналистов дался ему нелегко.

– Мы ждали тебя. Раньше ты не возвращалась с прогулок в таком потрепанном виде, – ставя шах Рюдигеру, заявил он слегка заплетающимся языком.

– Раньше в нашем склепе не жила химера. Извини, мне не до разговоров. Надо привести себя в порядок и помочь доктору Гарту.

Кайла хотела пройти мимо, но Луис придержал ее за локоть.

– Нашему уважаемому гостю поможет Эмиль. – Он кивнул портье, не сомневаясь, что тот выполнит приказ. – А нам надо поговорить.

– Нам не о чем разговаривать, – отрезала Кайла. Она и с трезвым Луисом говорить не хотела, а уж с подвыпившим…

– Я слышал, ты была у тьена Гефмана.

Луис не отпускал, хватка на руке усилилась. Да что ж такое! После сражения с химерой ей еще нотации от фальшивого супруга и «любимого» дядюшки выслушивать? Кончики пальцев закололо магией, но пустить ее в ход Кайла не успела. Краем глаза заметила, как напрягся Рейн, готовый вступиться за нее при скандале. Создавать ему лишние проблемы не хотелось, их и так было предостаточно.

– Хорошо, давай поговорим, – процедила она мужу и повернулась к спутнику. – Рейн, спасибо за сегодня.

Луиса аж перекосило, когда она назвала доктора по имени. Рейн тоже не спешил уходить, хмурясь и поглядывая на нее с беспокойством.

«Уверена, что справишься сама?» – словно говорил его взгляд.

«Это же не химера». – Кайла улыбнулась, показывая, что все в порядке. Магия была при ней, и она не сомневалась, что сумеет успокоить Луиса, если он позволит лишнее.

Рейн настаивать не стал и, тяжело опираясь на трость, отправился к своей комнате.

– А у тебя хорошие отношения с нашим гостем, – хмыкнул дядя, подливая масла в огонь. Правда, он дождался, пока Рейн уйдет из гостиной – железного доктора он побаивался.

Кайлу тоже устраивало, что Рейн ушел, можно было не сдерживаться. Она вырвалась из хватки Луиса и скрестила руки на груди.

– Если вы хотите уговорить меня продать отель, то зря. Мое решение останется неизменным. «Воронье гнездо» не продается.

– Не будь так категорична, дорогая. Ты стала такой колкой после возвращения. Куда делась твоя доброта? – В голосе Луиса прозвучала пьяненькая обида.

– Похоронена под снегом, – не оценила шутку Кайла. – Повторюсь, я устала. Если вам нечего добавить…

– Тьен Гефман приходил сегодня, и его предложение выглядит очень заманчиво, – откликнулся Рюдигер. Он в отличие от Луиса был трезв, а его стакан с потином стоял практически нетронутым.

– Удивите меня, – предложила хозяйка отеля, не скрывая сарказма. – Может, он решил отдать дом мне, а Луису оставить этаж у веселой вдовушки? Думаю, мой драгоценный супруг будет не прочь с ней познакомиться.

– Что за веселая вдовушка? – недоуменно уточнил Луис. Кажется, об этой инициативе покупателя он не знал.

– Тьен Гефман посчитал, что я побоюсь быть с тобой наедине, – не без злорадства пояснила Кайла. – Так что в договоре на этот раз? Может быть, домик на берегу Фелтона? Говорят, там чудесное море и пропитанный хвоей и солью воздух, очень полезный для здоровья.

– Издеваешься? – Рюдигер скривился, догадавшись, что домик в Фелтоне интересует Кайлу не больше, чем остальные предложения. – Будь разумнее. Ты ведь и сама видишь: отель переживает не лучшие времена. Посетителей все меньше. У нас и десятка постояльцев не набирается! Ты хоть представляешь, сколько требуется денег, чтобы поддерживать отель на плаву, обеспечивать зарплату прислуге и охране? Еще парочка скандальных историй, и мы пойдем ко дну. А в горах спокойно не бывает.

– Вы правы, дядя. Здесь опасно, и сегодняшний день – лучшее тому подтверждение, – покорно согласилась Кайла, но ее покорность была обманчивой. – Даже до войны наша земля подвергалась постоянным набегам, и «Воронье гнездо» было оплотом защиты. Но вы кое-что забыли – это моя земля, земля моих предков, и я никому не собираюсь ее отдавать. А теперь прошу меня простить – после такого стресса мне стоит отдохнуть. Вы так не думаете?

Кайла развернулась к лестнице. Луис догнал ее, подстраиваясь под шаг.

– В склепе действительно была химера? – уточнил он, пока они поднимались по ступенькам.

– Думаешь, я стала бы так шутить? – огрызнулась Кайла. – Можешь сходить к склепу сам и посмотреть на труп. Вряд ли дикие звери растаскают его за несколько часов. Если бы не доктор Гарт, ты наконец-то нашел бы, чем занять пустой саркофаг!

– Кайла!

– Что? – Она оглянулась на него с вызовом, и Луис пошел на попятную.

– Стоит сказать тьену Гарту спасибо.

– Я рада, что ты это понимаешь.

Кайла крепче сжала перила, за которые держалась, подавляя вспышку гнева. О ее самочувствии он так и не спросил.

В комнате было душно. Наверное, от запаха мужского одеколона – шедший следом Луис щедро поливался духами, – а может, от общей тягостной обстановки. Увидев хозяйку, Кроу сорвался с рамы зеркала и подлетел к ней, не обращая никакого внимания на замершего в дверях мужчину. Уселся ей на плечо, царапая кожу сквозь ткань платья. Спасибо, что не растворился в воздухе клочьями черного тумана, как часто бывало!

Кайла вздохнула, принимая странную птичью ласку. Кроу чувствовал ее смятение и усталость и по-своему пытался утешить.

– Ты завела себе питомца? – совладал с удивлением Луис.

– Я ведь хозяйка «Вороньего Гнезда»? Должна оправдывать ожидания. – Кайла почесала пернатую шею и отпустила ворона летать по комнате, затем без тени улыбки взглянула на собеседника. – Зачем ты пошел за мной? Я не изменю решения.

Он аккуратно прикрыл за ними дверь.

– Знаю. На самом деле я хотел извиниться. За то, что не поверил тебе.

– Это не в первый раз.

– Но я хотел бы это исправить, – виновато улыбнулся Луис. Алкоголь странно на него действовал, дружелюбие было ему не к лицу. – Давай попробуем снова доверять друг другу?

Кайла не сомневалась, что Минту осчастливили бы его слова. Может, она даже простила бы мужа. До очередной измены. Вот только Кайла прощать Луиса не собиралась.

– Мы оба прекрасно знаем, что ничего не выйдет. Я не смогу забыть, что ты оставил меня в снегу умирать. А ты не бросишь своих многочисленных любовниц.

Взгляд Луиса потемнел, но он сдержал вспышку гнева.

– Фрейя возвращается завтра. Изобразим видимость любящей семьи хотя бы для нее, – вытащил он свой главный козырь.

И этот козырь сыграл, пусть не так, как ожидал Луис. Кайла растерялась. Она не планировала встречаться с племянницей. Одно дело изображать жену, к тому же в ссоре с мужем, и совсем другое – стать матерью ребенку. Она просто не сможет! Минта ведь говорила, что весной Фрейя не приедет! В пансионе не отпускали во время учебы. Будь дома наводнение, пожар или…

– Это ты ее позвал?

– Ее мать вернулась из мертвых. Она должна быть с нами. Фрейе выделили три дня каникул, не считая дороги, но если хочешь, я оставлю ее дома до конца учебного года.

Это было щедрое предложение, учитывая, с каким облегчением Луис в свое время отдал дочь в пансион. А теперь сам договорился, чтобы дочь отпустили на побывку. С ума сойти!

– Я слышал, на центральной площади открыли кафе, – продолжил он, ободренный ее молчанием. – Дети любят сладкое, уверен, Фрейе понравится. Проведем день вместе, мы давно никуда не выбирались втроем. Или можем посетить театр…

Последняя фраза помогла Кайле собрать мысли в кучу.

– Ты серьезно предлагаешь сводить Фрейю к твоей любовнице? – опешила она.

– Черт, Кайла, я просто пытаюсь быть вежливым! – не сдержался Луис, и улыбка сошла с его лица. – Да, у нас были разногласия. Я не святой, не спорю. Но и ты тоже. Или думаешь, я не замечал, как смотрит на тебя этот мальчишка, Эмиль? А доктор Гарт? Вы постоянно вместе. Не будь он таким уродом, я бы заревновал.

– Он не урод.

– Да брось, Кайла! Ты всегда была слишком доброй. От него собаки шарахаются, – скривился Луис, но, заметив, как помрачнела жена, решил не развивать тему. – Речь не о нем, а о нас. Я хочу попробовать сначала. Если не ради меня, то ради нашей дочери.

Минта обожала дочь и, чтобы сделать ее счастливой, согласилась бы с чем угодно. Луису не повезло в одном: Кайла в отличие от сестры ему не верила.

– Не примешивай Фрейю. Она прекрасно знает, в каких мы отношениях. Я благодарна, что ты позволишь нам увидеться, но не более.

Она чуть не забыла про запасные очки. К счастью, вторая пара лежала на столике, прямо под носом, и Кайла нацепила их, прежде чем снова посмотреть на Луиса.

– А ты изменилась.

– Я уже говорила: горы меняют людей.

– Не в этом дело. Я думал, ты растеряла весь свой задор, стала мягкой, податливой. Раньше ты не спорила со мной. Но сейчас…

Нет-нет-нет! Кайла поняла, куда он клонит, и точно не хотела этого слышать!

– Хватит! – прервала она Луиса.

Она не собиралась чувствовать себя виноватой перед сестрой только потому, что понравилась ее мужу. Но Луис не остановился. Шагнул к ней, навис. От него пахло крепким мужским одеколоном, остро и неприятно.

– Так странно: мне пришлось потерять тебя, прежде чем вернуть. Я все ждал, когда ты станешь прежней. Сможешь смотреть на меня вот так, не пряча взгляд. Доказывать свою правоту. Ты чертовски красивая, когда споришь!

Он потянулся к ней, намереваясь коснуться щеки, но Кайла резко оттолкнула его руку тыльной стороной ладони.

– Я сказала: хватит! – Удар вышел не болезненным, скорее обидным. Особенно для Луиса, который не привык получать отказы. – Я была сегодня на кладбище. В склепе. И знаешь что? Черт с ней, с химерой! Там даже цветов не было! Ты вообще заходил туда после похорон?

Кайла не играла: голос дрожал от обиды. Было жаль сестру, ведь ее ни во что не ставил человек, который должен был быть самым близким! Она не знала, чего ждать после упоминания склепа. Страха, если Луис связан с контрабандой? Гнева? Стыда, что он ни разу не вспомнил о погибшей жене? Но Луис лишь испытующе смотрел на нее, будто видел впервые, а затем отступил.

– Отдыхай. Завтра в полдень я зайду за тобой, поедем встречать Фрейю, – произнес он задумчиво и вышел из комнаты.

Кайла со злостью ударила ладонью по столу, заставив Кроу, пристроившегося на торшере, с недовольным карканьем взлететь с места.

– Прости, Кроу! Просто… Вот же гад!

Она помнила первую встречу с Луисом, хоть тогда Кайла не особо интересовалась парнями. Магия казалась ей куда интереснее. И попытки обуздать собственную силу, и рассуждения о ней, вылившиеся в долгую жаркую дискуссию с молодым Луисом. Минта в спор не вступала, больше слушала и изредка смущенно посматривала на гостя, теребя кончик рыжей косы. Кажется, именно после того случая Абель пришло предложение о помолвке…

Кайла уставилась на фотокарточку с сестрой, чувствуя настоящую опустошенность. Луис мог ждать сколько угодно. Но той жены, которую он хотел, у него никогда не было.

" type="note">*["