Текст книги ""Фантастика 2026-126". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Галина Герасимова

А Нур всё молчал, и когда они вышли из дворца, Хильда не выдержала. Остановилась, дернув его за руку, и заставила посмотреть на себя.

– Эй, да что с тобой такое? Молчишь всё время, насупился, как…

Она не договорила. Потому что поймала его взгляд – жадный отчаянный взгляд больного человека, а потом оказалась в крепких объятиях. Нур обнимал ее так, будто снова выдергивал из Пустоши, гладил лицо, волосы, губы. Не целовал, просто смотрел, будто не мог насмотреться.

– Ты жива, жива. Я боялся, что сошел с ума. Что когда мы покинем дворец, ты исчезнешь, – шептал он, не выпуская ее из рук. Он дрожал – этот сильный, несгибаемый мужчина, – и только сейчас Хильда поняла, насколько он испуган. Не только она пострадала. Нур не был Зеркалом – но чувствовал ее боль, как свою. И его раны, не видимые глазу, оказались куда глубже.

– Бедный ты мой, – Хильда подалась вперед и оставила короткий поцелуй около его подбородка. – Я никуда не денусь. Больше никогда, обещаю.

Домой они добирались как пьяные. Пешком, останавливаясь так часто, что случайные прохожие возмущались падением нравов. Плевать! Им обоим надо было чувствовать друг друга.

– Да снимите вы уже номер! Вон рядом отель, – крикнул им какой-то студент.

Нур рыкнул и хотел уже отправить его в далекое пешее путешествие, но призадумался.

– А почему бы и нет? – спросил он в воздух.

Хильда опомниться не успела, как они оказались в грандиозном номере «Королевы Анхелики», лучшего отеля столицы. Вышколенная прислуга исчезла быстрее, чем попросили, оставив гостей наедине, и можно было никуда не торопиться, убеждаясь и подтверждая – они здесь, рядом, вместе.

***

– Если не отправим вестника, родители всполошат всю округу, – задумчиво сказала Хильда, вырисовывая непонятные загогулины на плече Нура. Вставать не хотелось, номер был оплачен до утра, и мягкая постель была куда приятнее больничной койки, на которой она провела почти месяц. Однако привычная жизнь с ее обязанностями никуда не делась.

Их ждали два часа назад, но пока наверняка находили причины для задержки: из-за ее болезни капитан забросил дела и теперь наверстывал. И все же терпение в семье Моник не было безграничным.

– Хочешь домой? – Он приподнялся на локте.

– Пока нет, – Хильда помотала головой. – Записки будет достаточно.

– Хорошо, – Нур поцеловал ее в шею и выскользнул из постели.

А он исхудал. И шрамов прибавилось. Скорее всего, после взрыва в пещере.

Капитан оделся, собирая вещи по всей комнате – штаны нашлись за креслом, рубашка – на торшере, а куда подевался второй носок, так и осталось тайной. Случившееся между ними напоминало безумие, но Хильда была не прочь повторить. Зацелованная, окутанная его нежностью, она перестала бояться и вспомнила, каково это – просто жить.

Она потянулась, чувствуя приятную расслабленность в теле.

– Раз ты пойдешь за вестником, закажешь обед?

– Дай палец – руку откусят? – хмыкнул капитан, но что она хочет, уточнил. И острый сырный суп с хрустящей ржаной горбушкой принес вместе с механической птичкой.

Потом они долго хихикали, сочиняя послание, из которого было бы ясно, что сегодня их ждать не стоит, но чтобы при этом папа не попытается открутить Нуру голову. Ведь не посмотрит, что дочь уже взрослая и в разводе!

Когда вестник, стрекоча крыльями, упорхнул в открытое окно, Хильда с комфортом уместилась на широком подлокотнике кресла и обняла Нура за шею. Можно было снова заняться ничегонеделанием или чем-нибудь другим, полезным и приятным. Судя по тому, как игриво опустилась мужская ладонь на ее бедро, Нур тоже был не против.

– Спасибо, что пригласили их погостить, – сказала Хильда. – На самом деле мама терпеть не может гостиницы, ей некомфортно среди посторонних. А у вас дома тихо, спокойно. Библиотека, опять-таки.

– Ага, мне уже рассказали, что госпожа Ингрид оттуда не вылезает. Кого-то мне это напоминает.

– Это семейное.

– Тогда вдвойне хорошо, что нашим детям будет где отлично провести время, – фыркнул Нур, потянувшись к ней, а затем понял, что сказал, и замер, так и не поцеловав. Отвел взгляд и будто закаменел, но всё-таки заставил себя объясниться. – Прости. Помню, я обещал не спешить. Это всё Пустошь, она… выбила из колеи. Когда ты была там, а я не был уверен, что смогу тебя вернуть, всё думал, как бестолково мы тратили время. Я столько всего не рассказал тебе, и столько хочу узнать! Но я по-прежнему готов ждать…

– Два месяца, – медленно договорила за ним Хильда, приложив палец к его губам. Самой не верилось, что говорит это. – Подождем, пока пройдет коронация и королевская свадьба, а потом поженимся. Иначе нас не простят.

– Ты серьезно?

Она кивнула. В больничном крыле у нее было время подумать. Все-таки по-дурацки вышло. Она так долго ждала, когда же наконец перестанет быть Зеркалом и вдохнет свободу полной грудью! Что сможет поступать как хочет, не оглядываясь на принцессу и долг. Но когда желание исполнилось, Хильда испытала скорее недоумение и досаду, чем радость. Теперь жизнь принадлежала ей одной – и что с этим делать? Просыпаясь в кошмарах от леденящих щупалец Пустоши, ловя руку стерегущего ее Лерока, она поняла, что больше не хочет быть одна.

– Я уже побывала в безвременье в полном одиночестве, с меня хватит.

***

Отправленный родителям вестник спас их от розысков, но не от нотаций. Когда ранним утром, как настоящие домушники, Нур и Хильда прокрались в особняк, их уже ждали: Гаррет читал в кресле вчерашнюю газету, а Ингрид и Бриана за чашечкой кофе вели светскую беседу о воспитании детей.

Им явно было что сказать этим самым детям. Например, что они пропустили торжественный ужин в честь возвращения младшей Моник из Пустоши, а готовить его помогала сама Бриана. Что Хильде надо выполнять предписания врача и больше отдыхать, да и Нуру не помешает выспаться. Одному. И конечно, что помолвка – это хорошо, но до свадьбы – ни-ни!

На последнем Хильда не выдержала и рассмеялась, за что была безжалостно изгнана в комнату. Нур остался отдуваться за двоих, но она не сомневалась – он справится. Потому что в ворчании родителей была та безграничная любовь и забота, которую Хильда ощущала всю жизнь.

Удивительно, конечно, как легко их семьи нашли общий язык. И это несмотря на различие культур и трудности перевода! Ингрид плохо знала анвентский, и поэтому с ней тьенна Лерок беседовала на хаврийском. Домочадцы, слыша резкий чужой язык в доме, первое время вздрагивали и с опаской смотрели на хозяйку, но Бриана вела беседу легко и непринужденно. А вот с графом Моник они свободно общались на анвенте. Неожиданно нашлись точки соприкосновения: оказалось, что много лет назад отец состоял с Верданом Лероком в одном научном клубе и вел с ним деловую переписку. Они обменивались письмами почти полгода. Темой были изыскания Калена Даргора, и сравнить письма с тем, что раскопала Хильда, стало интересно всем.

В какой-то момент к их исследованию подключился тьен Ортан, заразив идеей повторить «королевскую» шестигранную структуру щита, и над магической формулой они корпели допоздна, пока их не выгоняли ужинать и спать. Теперь уже ворчал Нур, что ему не дают пообщаться с невестой. Зато у него появилось время выспаться.

Если подумать, это был самый спокойный месяц в жизни Хильды. Не нужно было никуда спешить, ни с кем воевать и никому ничего доказывать. Даже редкие визиты во дворец проходили без приключений, а единственное чаепитие у Тони в компании фрейлин прошло за приятной беседой – слухи, что лейб-медик была Зеркалом, давно разошлись по двору, и статус Хильды взлетел до небес. Еще бы: она была не просто хаврийской гостьей и невестой капитана личной стражи Ария, но близкой подругой будущей королевы! А до коронации и свадьбы было рукой подать.

Тони от грядущих событий была в ужасе, хоть и не подавала виду. Благосклонно принимала посетителей, старательно вникала в государственные дела, вступила в благотворительное общество – с ее подачи талантливым, но бедным студентам выделили субсидию для оплаты обучения. Но наедине с Хильдой принцесса выдала настоящую истерику, и спасибо запонкам Нура, что никто не слышал, как рыдала будущая королева! Она винила себя, что лейб-медик чуть не погибла, жаловалась, что не готова к короне! Ее высочество думала, что у нее в запасе лет десять: освоится, привыкнет, завоюет авторитет. А тут никакой пошаговой игры, сразу в дамки.

Но все понимали, тянуть дольше нельзя. Анвенте нужен сильный правитель, способный принимать взвешенные, но справедливые решения и не откладывать дела на потом. И хоть Рулан медленно шел на поправку, корона стала для него неподъемной ношей. Слишком пагубное влияние отрава оказала на здоровье. Слабость, рассеянность – иногда, забывшись, король мог подолгу смотреть в одну точку, погруженный в свои мысли. Да и предательство того, кому доверял всю жизнь, его подкосило. Он долго отказывался верить, что его подставил Тарко – тот, кому он доверял собственную жизнь и жизнь сыновей. Пришлось устроить очную ставку, и только после тяжелого разговора, где бывший целитель, цедя сквозь зубы, назвал его глупцом и ничтожеством, Рулан признал правду.

До сих пор доподлинно не было известно, что же толкнуло королевского целителя на обман. Почему он выбрал Сайрана, а не короля? Если верить слухам, в детстве Сайран много болел, и Тарко его выхаживал. Собственных детей у целителя не было и, может, он просто перенес отцовские чувства на того, кто ближе? Или восхищался силой верховного мага? Так или иначе, вопрос остался без ответа: прошел суд, и в первый день осени целителя казнили.

А еще через две недели столица гудела – наступил день коронации и королевской свадьбы.

***

– Почему у меня такое ощущение, будто я выдаю замуж собственную дочь? Я так перед своей церемонией не волновалась, – пробормотала Хильда, наблюдая за облачением принцессы в свадебный наряд.

Ее величество Юлиана звонко рассмеялась, ничуть не обидевшись на эти слова, – Хильда и правда проводила с ее дочерью куда больше времени.

Вот и сегодня, в самый ответственный день, пришла поддержать. Какие-то жалкие четыре часа – и сборы почти закончены. Безжалостно затянутый корсет делал и без того тонкую талию принцессы еще тоньше, белое платье оттеняло кожу, а русые волосы были собраны в пучок под жемчужную сетку, отчего Тони сразу казалась старше. Видимо, чтобы скомпенсировать это недоразумение, ей слегка подкрасили губы в розовый цвет и нанесли нежные румяна. Но трогательный невинный образ невесты не понравился хаврийской правительнице, и она потребовала переделать.

– Это – ваша будущая королева, и она должна излучать силу и достоинство, – решительно предупредила Юлиана с легким акцентом, и кисти с красками снова замелькали в воздухе. Спорить с ней никто не хотел.

Когда за несколько дней до церемонии во дворец прибыли родители Антонии, все замерли в ожидании бури. Вот сейчас на Арии отыграются! Бедной принцессе пришлось пережить столько покушений, не говоря уже о сплетнях и карикатурах, которые мелькали среди обычного люда. Но высокородные гости вели себя безукоризненно вежливо, с принцем общались почти по-семейному, и от этого было еще тревожнее.

Арий так и сказал вчера вечером, заглянув к Нуру: поговорил с будущими родственниками, будто к горному троллю в пещеру зашел. Любое лишнее слово – и размажет по стенке. Поэтому принц был безупречно тактичен и надеялся, что тесть с тещей не станут задерживаться погостить.

Хильда вчера тоже имела удовольствие побеседовать с Юлианой и была приятно удивлена не только отношением – таким же теплым и внимательным, как к Зеркалу, – но и упавшим на банковский счет вознаграждением. Она не считала, что ей обязаны компенсировать пребывание в Пустоши. В конце концов, она всегда знала, что защищать принцессу – опасная задача, но отказываться от денег не стала. Загородный дом после пожара требовал ремонта и больших вложений, так почему бы не воспользоваться добротой правителей?

Тем временем принесли легкий перекус. Крохотные тарталетки с паштетом, сыр, фрукты, черный кофе. Тони бросила грустный взгляд на тарелку и сглотнула: ей Юлиана позволила съесть лишь несколько виноградин. Хильда тоже потянулась к веточке.

– Хильда, тебе стоит нормально поесть. Это только кажется, что во время свадьбы на это будет время, – предупредила королева.

Хильда по привычке послушалась и уже протянула руку, но резкий печеночный запах ударил в ноздри, и она в последний момент подхватила чашечку с кофе, уткнувшись в нее носом. От горького кофейного аромата стало легче.

Утро явно не задалось, ее мутило от волнения. Но если ее так колотит, то каково Тони? Именно ради принцессы Хильда приехала во дворец с утра пораньше и успокаивала ее легким ментальным воздействием.

– Ты такая красивая, – искренне сказала она, взяв Тони за руки. Та едва заметно дрожала, но под действием магии бледность сходила на нет, уступая место естественному румянцу. – Предупреди Ария, что я оторву голову, если он тебя обидит. Хотя не надо, я сама ему скажу.

– И окажешься за решеткой за угрозы королю, – не удержалась принцесса.

– Тогда скажу до церемонии, – с серьезным видом исправилась Хильда, и обе рассмеялись.

В тюрьме Хильда оказаться не боялась. Даже если их прослушивали, запонки на манжетах ее рубашки – подарок Нура – мешали узнать, о чем они разговаривают на самом деле. А шутки, которые они могли допустить между собой, никогда не становились достоянием общественности. Удивительно, как быстро отвергнутая королевским двором хаврийка стала образцом подражания для него же!

– Ваше высочество, пора, – деликатно постучался в двери Амбер.

Официально сегодня был его последний день на службе принцессе. Но на деле он давно вовсю разгребал дела вместе с Арием.

– Идем, – первой поднялась Юлиана, и они вместе отправились в храм.

***

Нур

Арий мерил кабинет большими шагами. Белоснежный парадный мундир сидел на нем идеально, но принц все равно то и дело дергал воротничок, словно ему не хватало воздуха. Предстояло две торжественных церемонии, где соберется всё высшее общество, а толпа народа будет ждать нового короля и его супругу на площади. Вот только из-за свадьбы его высочество волновался больше, чем из-за короны.

– А если она передумает? Не придет? Скажет «нет» прямо в храме?

Для человека, собирающегося вступить в политический брак, Арий переживал слишком сильно. Но кто сказал, что его брак исключительно по расчету? За эти два месяца Нур насмотрелся, что из себя представляет влюбленный кронпринц, и периодически одергивал его, чтобы не творил глупости. А если хочется влезть к невесте на балкон ночью, чтобы подарить цветы, – пусть делает это так, чтобы не взбаламутить охрану. Ройбуш за голову хватался, прикрывая эти безумства!

– С ней Хильда. Она точно удостоверится, что невеста будет у алтаря, – попытался успокоить его Нур, но сделал только хуже.

Лицо Ария побледнело.

– Зачем ты это сказал? Я теперь вспоминаю, не обидел ли чем твою невесту. Вдруг она подговорит Тони сбежать?

Нур закатил глаза и решил, что дальнейшие уговоры бесполезны. Остается шантаж.

– Ваше высочество, возьмите себя в руки. Или мне пригласить к вам менталиста?

– Нет! Сам справлюсь, – предсказуемо буркнул Арий и несколько раз глубоко вздохнул и выдохнул, успокаиваясь.

Порадоваться затишью Нур не успел. Дверь распахнулась и в кабинет, тяжело опираясь на трость, зашел Рулан Сендер. За ним семенил врач – худощавый целитель Лейниц, вроде талантливый, как говорили при дворе. Он заменил Тарко и пока не до конца разобрался с работой. Но по крайней мере как врач был внимательным, это точно – строго следил за распорядком короля и не позволял ему лишнего. Никакого потина или опиума, только сбалансированное питание, прогулки и здоровый сон.

– Оставьте меня наедине с сыном, – негромко приказал король.

Лейниц послушался сразу. Нур бросил короткий взгляд на принца – тот кивнул, и только после этого капитан покинул комнату.

В последнее время король с сыном не общались. Арий взял на себя государственные дела и почти не вылезал из кабинета, пытаясь понять, как можно было настолько всё запустить и что с этим делать. Разворованная казна, махровая бюрократия, бюджет, слитый на несуществующие проекты… Однажды он в сердцах неосторожно высказал отцу, что тот пригрел на груди не только змею-лекаря, но и целый штат нахлебников. Естественно, нарвался на крик. Может, яд Рулан больше и не принимал, но характер оставался сложным. Скандал вышел безобразный, вплоть до угроз отречения, на что Арий не выдержал и тихо, но негромко предложил: «А ты попробуй». С тех пор они не разговаривали.

Но коронация – слишком значимое событие. Похоже, Рулан решил первым пойти на мировую. Это хорошо: как бы Арий ни пытался изображать безразличие после той ссоры, внутри кипел от обиды. Он всю жизнь пытался добиться признания, учился, жилы рвал, чтобы стать достойным трона. И как бы ни поддерживал его Нур, капитан оставался всего лишь близким другом, но не отцом.

«Ты всё делаешь правильно, у тебя получится» – неужели его величеству было сложно сказать сыну эти слова?

Подслушивать Нур даже не пытался. Просто ждал у стены, рассеянно вспоминая, как идет подготовка к их с Хильдой свадьбе. Они еще не разослали приглашения (даже самых близких, и то набралось неприлично много), зато составили меню и подобрали зал в приятном ресторанчике на окраине: Хильде приглянулась площадка для танцев прямо в саду. А мама как раз хотела пригласить музыкантов.

До расчета бюджета Нур дойти не успел. Первым из кабинета вышел старый король.

– Служи ему верно, – бросил он и, не позволяя слабости взять верх, медленным шагом ушел по коридору. Лейниц догнал его на повороте, предложил опереться о руку.

Принц появился в дверях, когда их фигуры почти скрылись из виду.

– Он сказал, что гордится мной. Мне это снится? – с удивлением произнес Арий и тут же одернул себя. – Да нет же, вот доказательство.

Он раскрыл ладонь, на котором лежала королевская печатка с грифоном, один из символов государственной власти.

Дальше день завертелся – только успевай. Нур с Ройбушем и несколькими магами перепроверили храм, где должны были состояться коронация и свадьба. Три найденных подозрительных артефакта ушли на проверку, после чего с одной из стен исчезла фреска, а два артефакта пришлось вернуть с извинениями – негоже оставлять храм с облупленной стеной. А вот третий артефакт оказался не так безобиден и выпустил чернильное облако, заволокшее кабинет под проклятия Ройбуша. К счастью, дело только облаком и ограничилось, но на церемонии такой артефакт мог вызвать панику. Магический след на артефакте Нур записал и передал кристалл в управление – пусть занимаются поисками «шутника». Ближайший год тому предстоит отрабатывать на благо страны, и повезёт, если где-нибудь на границе, а не за решеткой.

Стража тоже не спала, выловила несколько провокаторов, жаждущих сорвать церемонию; юные маги, получив по затрещине, гордо молчали и не признавались, какую из двух. Ну, догадаться было несложно, тем более один из них оказался младшим братом бывшей маркизы Розье. Вот уж неугомонная семейка!

Затем открытый протест высказали пожилые аристократы: где это видано, чтобы монарх менялся при здоровом короле? Верните Рулана, он всем покажет! Но тут вмешался сам король и поддержал сына, во всеуслышание заявив, что передает власть в надежные руки.

Церемония вопреки всему началась вовремя, но всё время от представления принца народу до возложения венца ему на голову Нур нервничал и оглядывал храм. Вот в королевском ложе расположились Рулан и хаврийская чета, а вот принцесса села в первом ряду на дубовой скамье, как обычная прихожанка, – люди этот жест явно оценили, не догадываясь, что защитой принцесса обвешана похлеще Ария. Хильда была рядом с ней, и на мгновение у Нура перехватило дыхание уже по другой причине – все-таки она была восхитительна в дымчато-сером платье и с сапфировым ожерельем на тонкой шее. Цвета украшения стали ее данью хаврийскому прошлому. Поймав взгляд жениха, Хильда ободряюще ему улыбнулась. Она тоже волновалась и прекрасно понимала его состояние.

И только когда кардинал договорил, а люди в соборе в едином порыве встали и поклонились, признавая нового монарха, Нур задержался на долю секунды и поймал взгляд Ария – тот смотрел с уверенностью победителя. Он справился. И Нур испытал странную гордость и желание пойти за этим человеком и увидеть, каким станет мир под его рукой.

Теперь провозглашённый король должен был принять клятвы верности, но вместо того, чтобы занять трон, он подошел к невесте и опустился перед ней на колено, протягивая церемониальный меч. По храму пронесся шепоток – такого нарушения церемонии никто не ждал, – но стоило Арию заговорить, и воцарилась благоговейная тишина.

– Ваше высочество, перед лицом небес и народа, клянусь быть вам верным супругом. Любить и оберегать вас, защищать от любой опасности. Моя честь и жизнь в ваших руках.

– Эти слова говорят на другой церемонии, – тихо сказала Антония, но Арий вскинул голову.

– Я готов повторить.

Тогда принцесса встала, подняла меч и поочередно коснулась им его плеч.

– Я принимаю вашу клятву, ваше величество Арий Сендер, – твердым голосом ответила она, а в следующую секунду оказалась в крепких объятиях жениха, и на горячий поцелуй храм взорвался радостными криками. Но свадебную церемонию всё равно пришлось провести по всем правилам. Традиция!

– Даже не верится, что всё закончилось, – выдохнул Нур, когда после храма и шумной площади они оказались в банкетном зале. Здесь тоже было много людей, но всё-таки дышалось чуточку легче. За охрану в зале отвечал Ройбуш.

– Устал? – Хильда обеспокоенно коснулась его руки.

– Как собака.

Перед ней можно было не притворяться. Да и Хильда, пусть и скрывала макияжем, тоже выглядела бледнее и беспокойнее обычного. Он хотел спросить, что случилось, но тут она заметила знакомого в толпе и удивленно его окликнула:

– Рейн?

Доктор Гарт, в безупречном черном костюме, с неизменной тростью, смотрелся солидно, а не пугающе, несмотря на уродующие лицо шрамы.

– Как ты здесь оказался?

– Не спрашивай, – он с недовольным видом покосился на Нура.

Ну да, капитан и сам с удовольствием сбежал бы от этих притворных улыбок и напускной вежливости, но от таких приглашений не отказываются. Одно присутствие на королевском банкете повышало статус в чужих глазах, и Нур хотел отплатить за помощь в Пустоши.

– Кайла. Моя жена, – представил Рейн свою спутницу.

Если Гарт чувствовал себя неловко на этом празднике жизни, то его яркая рыжеволосая супруга была здесь как рыба в воде. Извинилась за ворчание мужа, поблагодарила за приглашение. Хильда упоминала, что доктор женился на пастушке с гор, но явно что-то напутала: осанка, поведение, манера речи выдавали в Кайле урожденную аристократку. Как и тщательно подобранное темно-вишневое платье, достаточно скромное, но подчеркивающее достоинства его владелицы. Если бы не мрачный вид доктора рядом, к ней выстроилась бы очередь из желающих потанцевать. Но непохоже, чтобы отсутствие кавалеров ее угнетало. Когда супруги смотрели друг на друга, мир вокруг них будто переставал существовать.

И все-таки кого-то она ему напомнила. Не из местного дворянства, а откуда-то с границы. Наверное, если бы Нур поднапряг память, то вспомнил. Но раз Кайла предпочитала оставаться под фамилией мужа и не вливаться в местное высшее общество, то стоило уважать ее выбор. У всех свои тайны, и лезть в жизнь железного доктора Нур не собирался.

– Вы уже познакомились? Я как раз хотела вас представить, – сказала Бенита. Сегодня она пришла не как охранница принцессы, а как виконтесса. По протекции отца титул остался за ней и после замужества.

Квон, сопровождающий Бениту, о чем-то заговорил с доктором, и Нур подумал, что сейчас удобное время незаметно улизнуть и хотя бы недолго побыть с Хильдой в тишине – он даже удобный для этого балкончик присмотрел, но не тут-то было.

Лэртис появился очень не вовремя. Мог бы и опоздать. Бросил же он их на время всей подготовки, вернувшись к супруге в Фелтон! Впрочем, на церемонию они прибыли вдвоем, оставив новорожденную малышку на старшую дочь, и сейчас Тайрин с интересом приглядывалась к Хильде.

В том, что к нему подошли из-за невесты, Нур не сомневался. Обычный капитан герцогскую чету ничем заинтересовать не мог.

– Ваша светлость, – Нур вымученно улыбнулся герцогу. Тот ответил такой же выстраданной улыбкой. Кажется, они оба оказались заложниками обстоятельств.

– Арий… Вернее, его величество передал, что госпожа Моник интересуется работами Калена Даргора. Думаю, ей будет о чем пообщаться с моей супругой. Тайрин знает о нем больше других.

– Вы тоже интересуетесь наукой? – уточнила Хильда.

– Не совсем, я механик. Но Кален – мой покойный супруг и много рассказывал о своих экспериментах, – с достоинством ответила стоящая рядом с герцогом красивая, но немного уставшая женщина.

По загоревшимся глазам Хильды капитан понял – никуда она с ним не пойдет. А значит, надо просто смириться и попытаться получить удовольствие от общения. В общем-то, их компания была весьма неплоха, к тому же забавно было наблюдать, как меняются лица подходящих аристократов. Живое общение привлекало внимание, но стоило желающим присоединиться услышать, что здесь не сплетничают, а говорят о науке, и их как ветром сдувало. Подходили разве что официанты – сначала с вином, затем с легкими закусками. Хильда взяла шпажку с острым сыром и оливками, покрутила в руках и неожиданно вручила ее жениху.

– Я не люблю оливки, – напомнил Нур.

– Знаю. И наш ребенок, похоже, тоже, – с каким-то задумчиво-раздосадованным видом сказала она.

Ему потребовалось пять секунд, чтобы осознать.

Четыре – чтобы подхватить ее на руки, но со всей осторожностью.

И три, чтобы признаться.

– Я люблю тебя.

Вокруг смеялись, поздравляли их, шутили, а Нур смотрел в сияющие глаза невесты и думал, что впереди их ждет целая жизнь.

Но затягивать со свадьбой точно не стоит.