Текст книги ""Фантастика 2026-46". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Галина Гончарова

Глава 41

Суть афёры французы поняли, но рисковать шатким положением в Мексике не стали. Скрипя зубами, представители Наполеона выдали золота на пять миллионов франков, по сути за гарантию невмешательства ИРА в дела Мексики.

Не бог весть какие средства для такого количества народа, но если не выдавать каждому его долю, а распоряжаться централизованно, то вроде как и неплохо. Переезд в Калифорнию ИРА частично взвалило на правительство штата, обязуясь взамен расселить людей на определённых территориях.

Очень вкусный вариант, между прочим – ирландцам предлагались территории, где будут закладываться рудники, производства, железные дороги. Не факт, что они урвут значимый кусочек и тем более, что будут там работать. Зато правительство получает какой-никакой, но ресурс рабочей силы в ключевых местах и опорные пункты для строителей.

Ирландцы же получают гарантированный рынок сбыта для сельскохозяйственной продукции, а у тех, кто не захочет или не сможет работать на земле, появится возможность найти альтернативный источник дохода.

Гладко это выглядит только на бумаге, и Фокадан предвидит массу неприятностей, начиная от предложений фермерам подвинуться, продав за бесценок свою землю корпорации. Но всё это будет годы и десятилетия спустя, да и не факт, что подвинут.

В Калифорнии сейчас не больше двухсот тысяч населения и основная масса его не желает заниматься хоть сколько-нибудь созидательным трудом, предпочитая искать удачу на золотых приисках, в торговле и всевозможных авантюрах. За прошедшие десятилетия здесь сложилась своеобразная каста переселенцев, живущая удачей.

До смешного доходит – обычные продукты стоят здесь в разы дороже, чем где-нибудь в Луизиане, а за свежие овощи и фрукты запрашивают порой совершенно заоблачные цены. И ведь берут!

Казалось бы – климат райский для земледелия… ладно, не везде, Калифорния довольно-таки засушлива, но и долин с идеальными условиями хватает. И ведь понимают люди, что в таких условиях сельское хозяйство с гарантированным рынком сбыта и высокими ценами позволяет зарабатывать больше среднего старателя, но очередная находка крупного месторождения или рекордного самородка… и золотая лихорадка выходит на новый виток.

Золото в Калифорнии нашли в 1848 году, после чего население в кратчайшие сроки увеличилось с четырнадцати тысяч человек до трёхсот тысяч, ехали туда авантюристы со всего света. После 1855 года пик золотоискательства несколько спал, но по-прежнему остаётся достаточно высоким. Постоянно находят всё новые и новые месторождения – золота, серебра и других полезных ископаемых.

Истории о счастливчиках, разбогатевших в мановение ока, не сходят с газетных страниц. Они самые уважаемые люди штата, их узнают на улицах.

* * *

– Баркли, тот самый, – раздался громкий шёпот, и прохожие начали оборачиваться, ища глазами знаменитость. Благодаря многочисленным газетным публикациям с неизменными фотографиями, золотоискателя узнали сразу. Рослый, костлявый, с несколько лошадиной физиономией, на которой виднелась сложная смесь тщеславия и пороков, он бросался в глаза манерами и поведением.

За основу взяты светские манеры, как их представляют выходцы из низов, не получившие сносного образования и хоть какого-то воспитания. Получилось нечто карикатурное и раздражающее, но романтичный флер того самого Баркли нивелировал недостатки.

Остановившись у лотка с яблоками, встал в картинную позу вполоборота и начал выбирать фрукты, сделав зачем-то брезгливый вид. Лоточник услужливо и несколько суетливо выбирал ему яблоки, отбраковывая их по единому пятнышку.

– Благодарю, милейший, – важно кивнул Баркли, получив наконец безупречное яблоко и кинув продавцу новенький серебряный доллар, – сдачи не надо.

На ходу грызя яблоко, герой всех любителей быстрой наживы важно шествовал по деревянному тротуару, нарочито не глядя по сторонам. Сзади, на небольшом отдалении, шла парочка телохранителей, сторожко озирая толпу и показывая готовность стрелять без раздумий.

– Тот самый, – тоном причастного к истории человека ответил лоточник на вопрос приезжего, – четырежды уже разорялся, но каждый раз новое месторождение находит. Везунчик!

* * *

Очень специфический народ – калифорнийцы, все чаяния и надежды намоментальное обогащение, а не постепенное развитие. Характерный пример тому – отток доброй трети населения, как только золотая лихорадка пошла на убыль. Казалось бы, живи да радуйся, штат развивается и даже без золотых приисков можно успеть занять тёплые местечки – просто как основатели и первопроходцы. Но нет, старатели и авантюристы всех мастей предпочли погоню за неверной удачей.

Десять тысяч ирландцев, осевших на этой непростой земле компактно – вполне весомая сила в таких условиях. При толике везения и помощи ИРА, через несколько лет именно они и начнут контролировать значительную часть аграрного бизнеса, кормя золотоискателей, авантюристов и строителей железных дорог. Будет хоть небольшой успех у общины, так и родственники из Ирландии подтянутся, хрен потом сковырнёшь.

Конечно, некоторая часть поселенцев не удержится и сдёрнет на золотые прииски, но Алекс надеется, что таких отступников окажется немного. ИРА заключила договор с правительством штата, поселенцы обязаны освоить земли. Потом, через пять лет, землю можно бросить или продать[1250]1250
  Согласно закону о гомстедах (фермерских участках на свободных землях), через пять лет занятый участок переходил в собственность фермера, если тот его обрабатывал. Пусть история пошла другим путём, но определённая логика событий в заселении Запада должна сохраниться. Закон, предложенный Линкольном, могли взять на вооружение и южане, повернув в свою пользу.


[Закрыть], но сперва изволь-ка отработать проезд! Тем паче, от тебя требуют работать не на дядю, а собственное благополучие. На своей земле.

Женщины и дети, коих среди переселенцев большинство, не слишком-то склонны к нарушению законов, да и опаска выпасть из общины будет. Тем паче, огородничать или пасти десяток коровёнок могут и слабосилки, а вот работать в шахтах можно разве что на кого-то, за гроши. На своей земле больше заработаешь, тем более с поддержкой соседей и ИРА. Добавить сюда программу строительства школ и больниц, так должны нормально укорениться.

– О чём задумался? – Поинтересовался Патрик у стоящего на полубаке[1251]1251
  Носовая надстройка на баке корабля.


[Закрыть] Алекса. От журналиста изрядно попахивает ромом – напробовался из капитанского бочонка, алкаш однорукий…

– Всё о том же, – нехотя ответил Фокадан, плотней запахнув кожаную куртку, спасаясь от свежего ветра, – о переселенцах. За наших парней я более-менее спокоен, а эти… Понятно, что без помощи не оставим, ИРА уже работает на этом направлении, но всё едино тревожно.

– Тревожно, – неопределённо мыкнул друг, вытащив из кармана фляжку, – будешь?

– Давай, – попаданец сделал пару глотков и подумав, не стал возвращать фляжку, на что Патрик только хмыкнул тихонько.

– Попусту тревожишься, – друг довольно прищурился, пыхая ароматной сигарой из запасов капитана, с коим успел крепко задружиться, найдя общих знакомых и даже обнаружив родство в девятом колене, – всех желающих на суда посадил, устроены все – не сказать, что наилучшим образом, но по человечески. Договорённости с Борегаром есть, с Робертсом из Калифорнии, деньги от французов. Что ещё надо?!

– Так, тревожно. Слишком много вещей, которые не зависят от меня. Договорённости же с политиками не стоят той бумаги, на которой они написаны. Ладно Борегар, он ныне президенствует, Отец Нации можно сказать. А Робертс некрепко держится, скинут его, и что?

– Скинут такого, – хмыкнул Патрик, – хрен на рыло! От ИРА Калифорнийский Проект Кейси курирует, так?

– Так.

– Ну так и бросай переживать – связи у него в Конфедерации дай бог каждому, по гражданской линии как бы тебя с твоим генеральством не обогнал. Да и характерец предусмотрительный и жёсткий – неужто не помнишь? Уж будь уверен, обложен и сам Робертс, и противники его, и сторонники, да ещё и за деньги Конфедерации.

– Это да, – засмеялся Фокадан, успокаиваясь немного, – администратор и управленец от бога. Без всякой политики на такие верха взлетел, что голова у иного закружится. А он ничего, уверенно себя чувствует. Спасибо, Пат!

– Больше не будешь дёргаться? – Нарочито ворчливо спросил журналист, отбирая фляжку.

– Буду, – вздохнул попаданец, – характер такой вот… просто поменьше, и то радость.

* * *

В Чарльстоне эскадру встречали с цветами и оркестром. Для южан она стала символом прорыва блокады – несмотря на уже заключенный мир, пиратские суда в этих вода пошаливают. Прорвавшиеся из Европы корабли стали видимой гарантией поддержки европейских государств, надеждой на возобновление нормальной торговли и мирной жизни.

Главным действующим лицом стал представитель Беренбергов[1252]1252
  Один из старейших банковских домов Европы.


[Закрыть], ныне фактический хозяин Вольного Города Гамбург. Былые противники не стали брать с них репарации, вместо этого обязав перенаправить сферу финансовых интересов могущественной семьи в иное русло.

Приезд самого Готлиба Баренберга вызвал священный трепет в руководстве КША. С банкиром прибыла целая плеяда значимых людей, так что Фокадан с Кельтикой на их фоне как-то затерялся, чему был несказанно рад.

Получив свою долю почестей и наспех поздоровавшись с Борегаром, Алекс остался в порту, помогая выгрузке полкового имущества.

– Оно и к лучшему, – подытожил Патрик, ехидно прищурившись и явно что-то отчётливо представляя, – на чувстве вины сыграем – героев войны этак бросили ради банкиров.

– Да всё правильно, – неуверенно возразил Даффи, потерев челюсть, – по большому счёту, Баренберги и прибывшие с ними тяжеловесы куда как важней Кельтики. Совокупный капитал у этой компании таков, что они всю Конфедерацию купить могут, да не один раз.

– Тут ты пожалуй преувеличиваешь, – не согласился Фокадан, – разве что руководство, что и было продемонстрировано.

Послышались смешки и солёные замечания, народ достал фляжки и вытащил курительные трубки и сигары. Несколько минут собравшаяся верхушка ИРА ёрничала и шутила на острые темы.

– Пат прав, – веско добавил Алекс, – не так всё плохо. Дабы не нагнетать, власти начнут усиленно помогать нам, вроде как компенсируя. К слову, по поводу судьбы Кельтики Борегар уже подписал кое-какие бумаги.

Сделав театральную паузу, генерал протянул папку Даффи.

– Железнодорожные войска КША, – прочитал тот подрагивающим голосом, – я глава?!

– Отец-основатель, – подтвердил Фокадан, – так что радуйся. Помещения выделены аж в Атланте, пока на батальон, но с возможностью роста. Финансирование на ближайшие три года есть, ну а дальше сам понимаешь. За три года железнодорожные войска, да с нашим опытом, так себя покажут, что президента съедят свои же соратники, если он захочет прикрыть проект.

– А ты, командир? – Несколько растерянно сказал Даффи, теперь уже полковник КША Даффи, – ты как?

– Увольняюсь, – отмахнулся попаданец, – мне военный мундир…

Он так выразительно промолчал, что офицеры хохотнули, поняв всё до запятой, Фокадан не раз говорил о своём неприятии дисциплины и увольнении из рядов.

– Помню, – отмахнулся Даффи, – просто, ты ж генерал теперь.

– И что? Мундир теперь только в ванной снимать и пижаму с эполетами завести? Нет уж, спасибо! Поверь, быть популярным писателем и драматургом ничуть не хуже!

* * *

С размещением людей особых проблем не возникло, а вот с их здоровьем дела обстояли куда как скверно. Тяжёлое путешествие у большинства прошло в трюмах кораблей, на сколоченных нарах, в окружении сотен людей. Обстановочка довольно-таки эпидемиологическая, добрая половина прибывших кашляла, чихала и чесалась.

Вроде как и нормально по нынешним временам, но попаданец не привык обезличенно относиться к смертям, особенно детским. Особенно людей, которые пусть и опосредованно, но его люди.

Ещё до отплытия переселенцев из Гамбурга и Голландии Фокадан предпринял серьёзные усилия для минимизации потерь, но кое-где схалтурили капитаны, а кое-где и сами переселенцы. Теперь вот требуется недельки две, чтобы люди отошли немного, прежде чем пускаться в новое путешествие. Ныне даже переезд по железной дороге – то ещё испытание, а далее ирландцам предстоит преодолеть не одну тысячу миль в повозках.

– Мда, – только и сказал Патрик, зайдя в барак и увидев картины с женщинами и детьми, – будто снова в трущобы вернулся. Ладно, есть у меня одна идея.

Несколько статей от Фокадана, Патрика и Борегара с просьбой помочь, дали неожиданно мощный отклик. Детвору, беременных женщин и больных разобрали по домам, выхаживая, как своих.

Фокадан только заморгал часто-часто, когда увидел первые повозки, прибывшие за нашими ирландцами. Вернулась ненадолго атмосфера недавней войны Севера и Юга, когда по домам разбирали раненых.

Никакого пафоса и попыток разделить переселенцев на чистых и нечистых. Обшарпанные повозки и новенькие ландо[1253]1253
  Повозки представительского класса.


[Закрыть] мирно стояли бок о бок, пока их владельцы помогали переселенцам забирать нехитрый скарб, не морщась от вошек и тяжёлого запаха.

Порой возникали споры о жилищных условиях и финансовых возможностях, после которой победитель забирал себе особо проблемных переселенцев. Иногда финансовые возможности перебивались медицинскими или хозяйственными навыками, после чего победители выходили из бараков с гордо поднятой головой.

– Юг не победить, – сказал Фокадан, вытирая внезапно заслезившиеся (от ветра, конечно же от ветра!) глаза.

* * *

Неделю спустя Фокадан смог наконец найти время на поездку в Майами, дав предварительно телеграмму Виллемам.

– Папа? – Неуверенно сказал Кэйтлин, оглядываясь на Фреда и Мэй. Те кивали с улыбками, подбадривая девочку.

– Папа! – Ребёнок с разбега врезался в отца, обхватив колени руками, – ты вернулся, папа!

Дочка не отпускала Алекса до самого вечера, стараясь держать его за руку, а если не получалось – так хоть за штанину. Показав свои детские сокровища и сад, в котором она играла, Кэйтлин замолкла, улыбаясь счастливо.

Неизбежные взрослые разговоры велись при ней, разве что некоторые выражения заменялись синонимами и эвфемизмами[1254]1254
  Нейтральное по смыслу и эмоциональной «нагрузке» слово или описательное выражение.


[Закрыть]. Сели в саду на лавочке, под одуряюще пахнущей, раскидистой магнолией в цвету.

– Покидаю пост начальника полиции, – флегматично объявил Фред, чуть усмехнувшись, – закончил основные тезисы «Теологии освобождения» и выпустил в свет. Рвануло так, что я немного испуган.

Алекс молча прикрыл глаза, поудобней устроив дочку на коленях и уткнувшись подбородком в пушистую макушку.

– Куда подашься?

– С переселенцами, – глухо отозвался Виллем, подперев подбородок кулаком, – мы с женой всё уже обсудили, в Майями я слишком знаковая фигура. Социалиста начальника полиции, власть имущие ещё терпели, да и как шеф я очень неплох.

– Наслышан, о тебе даже в Европе несколько раз писали.

– Ого! Как о курьёзе, полагаю? – Весело удивился Фред.

– Нет, вполне серьёзно. Французские коммунисты тебя в пример ставили – какого результата может добиться человек с социалистическими взглядами на столь ответственном посту.

– Чёрт его знает, – нервно дёрнул плечами друг, – вроде бы делаю всё просто по уму да по совести. На власть имущих не оглядывался, перевёл их ручные бандочки начисто. Без заинтересованности сверху организованной преступности быть не может, ты и сам это знаешь.

– Да уж знаю, – фыркнул попаданец, – в Новом Орлеане так и действовал.

– Ну а теперь всё, – развёл руками Фред, – военное положение кончилось, власть имущие предчувствуют наживу. А тут ещё и «Теология»… не уеду, так убьют.

– Думаешь, в Калифорнии не достанут?

– Могут, но там я уже не шефом полиции буду, а одним из руководителей общины. Фигура, конечно, но масштаб другой, да и официальной власти нет. Сколько таких сектантов по обоим Америкам, и подсчитать сложно.

– Я попробую переговорить с Борегаром, – сказал Алекс и прикусил губу.

– Всё равно уехать придётся, – флегматично ответил Виллем, отмахиваясь от назойливо кружащего москита.

– Это понятно, я немного акценты сместить хочу. Читал я твои наброски, если внести пару поправок, то КША или там Калифорнии ты не так уж и страшен будешь.

– В сторону англосаксов выпад?

– В точку. Это у них эгоизм и эгоцентризм в абсолют возведён. У католиков какая-никакая, но община имеется всегда. Южане тоже не привыкли пока на соседское горло наступать ради цента – мало нас пока, да и ресурсов хватает.

– Интересно, – Фред задумался, – вроде как идеологическая мина против САСШ и Англии выходит, а в КША, Техасе, Калифорнии и на Индейских Территориях ещё добрых полвека «Теология» никого из заводчиков и плантаторов по сути не задевает. Здесь придётся относиться к людям по-человечески, пусть даже и формально, ибо людей мало, а ресурсов – совсем даже наоборот. Надавишь слишком, так вот они – Свободные Земли рядышком.

– Время выгадать надо, чтоб не задавили в самом зародыше. Ирландские общины тебя поддержат, в Латинской Америке тамошние пеоны должны. Индейцев не забывай, у них общины и сейчас сильны, Мы доминирует над Я.

– Не совсем так, но тебя понял, – Фред ожил на глазах, становясь из потенциального мученика боевитым молодым мужчиной с задорными огоньками в глазах, – это может сработать.

Глава 42

Фокадан проклял своё решение сопровождать переселенцев уже на вторую неделю. Казалось бы, ну какие проблемы могут доставить неизбалованные люди, благодарные за спасение от беспросветной нищеты? Ан нет, гадости сыпались одна за другой, ирландцы с дивной изобретательностью находили приключения где можно и нельзя.

Старухи, готовые умереть, но не расстаться с разнообразным громоздким скарбом – как правило, поеденным молью и стоящим не больше доллара. Плевать, что на перевозку поеденного ржавчиной и жучками барахла придётся потратить десять… которых у старух нет. В старческих глазах при попытках забрать семейные реликвии, вспыхивало отчаяние, после чего начинались стенания, к коим подключались другие старухи и начинался плачь Иерихонский[1255]1255
  Отсылка к Иерихонской трубе (Библия), звуки которой разрушили стены города.


[Закрыть].

Вдовы с малыми детьми, благодарно отзывающиеся на мужское внимание и готовые последовать за незнакомцем, если только он заговорил о женитьбе. Места здесь суровые и женщин немного, так что старатели, трапперы и железнодорожные рабочие порой готовы жениться на первой встречной, будь та даже на полтора десятка лет старше и обременена дюжиной ребятишек.

А ну как очухается охочий, после лечения спермотоксикорза?! Куда потом деваться бабёнке с детьми без поддержки ирландской общины? По рукам идти, иль снова начинать гнуть спину прачкой да подёнщицей, надеясь выходить ребятишек?

Немногочисленные переселенцы-мужчины, которых старательно пытаются заманить как вдовушки, так и недозрелые девицы, порой ещё совсем малолетки, старательно выпячивающие недозрелые прелести перед любыми штанами. Бабские разборки из-за мужиков, мужские драки и дуэли. Четыре трупа по результатам поединков и два повешенных к исходу второй недели, одно самоубийство.

Детишки тоже радуют, с энтузиазмом выискивая возможности для интересных приключений, или как назвал их попаданец – интересных самоубийств. Погибших детей, к сожалению, уже четверо – двое попали под поезд, одна выпала на ходу из вагона, один обварился кипятком.

Умерших от болезней даже считать не хотелось, хоронят почти каждый день, но оно и понятно, учитывая контингент – слишком много стариков и детей.

Алекс скрипел зубами, переживая каждую смерть, но ирландцы относились к смертям удивительно легко. Попаданцу приходится постоянно напоминать себе, что в эту эпоху уровень медицины крайне низок и что почти каждая женщина теряла детей, и как правило, не одного. Смерть в девятнадцатом веке нечто обыденное.

* * *

Железная дорога закончилась прямо посреди прерии, и переселенцы принялись выгружаться из вагонов. Фокадан, в мундире и при орденах, с небольшой свитой из сопровождающих переселенцев ветеранов, отправился на переговоры с мормонами. По этикету прерий верхами, хотя сектанты всего-то в паре сотне метров.

Мрачноватые бородачи без восторга взирают на грешников, к коим относят всех, кроме членов Церкви Иисуса Христа Святых последних дней, то есть себя. Впрочем, к ИРА они относятся не без доли пренебрежительного уважения – по большей части из-за Фреда Виллема и его Теологии. Ну и отчасти из уважения к организации, сумевшей собрать людей воедино.

– Приветствуем вас на благословенной земле, – обронил немолодой человек с сивой бородой и цепкими, нехорошими глазами фанатика и убийцы, – кто из вас Виллем?

Фред тронул пятками коня и выехал вперёд.

– Янг Бригам[1256]1256
  Второй глава мормонской секты.


[Закрыть], – представился бородач с важным видом, – бог послал тебя ко мне, чтобы ты мог услышать наставления.

Чуть обернувшись, Фред кивнул Алексу – этот момент они обсуждали. Свою помощь мормоны обставили рядом условий, среди которых было отсутствие спиртного в караване (горячо поддержанное Фокаданом) и беседы с Фредом, которого они посчитали заблудшим Апостолом[1257]1257
  Одним из старейшин мормонской секты.


[Закрыть]. Надежды мормонов как-то повлиять на Теологию, поставив её в подчинённое положение к Книге Мормона[1258]1258
  Священное Писание мормонов.


[Закрыть], мягко говоря, далеки от реальности. Пускай, сейчас главное получить помощь, так что Фреду предстоит общение с не самым приятным, властным и несколько психопатичным фанатиком, как минимум в течении недели.

Виллем воспринял это с мрачноватым юмором, шутя об испытаниях, посланных Господом и сравнивая Бригама с казнями египетскими[1259]1259
  Десять казней египетских, описанных в Пятикнижии. За отказ фараона отпустить из рабства египтян, на страну посылались всяческие бедствия.


[Закрыть]. Краем уха Фокадан успел услышать что-то о ереси Ригдона[1260]1260
  Один из иерарахов мормонской секты, проигравший Брингаму и удалившийся со своими сторонниками. Проповедовал примитивную версию коммунизма, был противником полигамии.


[Закрыть], потом ему стало не до проблем друга, навалились заботы о переселенцах.

Несколько дней стояли в прерии, расположившись лагерем, осваиваясь с повозками и скотом, купленными у мормонов. Составы подъезжали один за другим, выгружая всё новые партии ирландцев, вымотанных тяжёлым путешествием донельзя, но всё таких же шумных и скандальных.

Наконец, все переселенцы собраны, и загаженный донельзя лагерь покинут с превеликим облегчением. Оглянувшись, Алекс только покачал головой… пустыня, в будущем зелёные объявили бы ему вендетту[1261]1261
  Кровную месть.


[Закрыть]. Трава выедена до земли и выбита копытами скота, появившаяся плешь будет зарастать годами, если не десятилетиями. Правда, мусора как такого нет, не то время.

Разбившись на полторы дюжины партий, ирландцы разъехались разными маршрутами. Юта достаточно пустынный штат, не изобилующий водными источниками, другого варианта просто нет. Если бы не мормоны, пообещавшие провести ирландцев нахоженными маршрутами, разбиваться пришлось бы на вовсе уж микроскопические партии, иначе скоту не хватило бы ни воды, ни растительности для еды.

* * *

… – семь ударов розгами, – озвучил приговор Фокадан и мрачно насупившуюся немолодую скандалистку повели сечь за фургоны, подальше от мужских глаз.

– Последняя, командир, – негромко сказал старший партии, – суд закончен.

Облегчённо вздохнув, Алекс тяжело встал с лежащего на пыльной земле потёртого седла, поправив кобуры с револьверами.

– Бабы, они бабы и есть, – смущённым тоном сказа старший, – без мужиков в семье такие вот скандалы частенько бывают. Я уж стараюсь своими силам, но Мэг, поганка, упёрлась – она де от королей род ведёт, так что судить могут только лорды.

– Помню, – отозвался Алекс, вытирая платком потное лицо, – забудешь такое… Мозги мне все пропилила, что даже если я по крови и приблудный, то поскольку меня Вождём назвали, то для ирландцев я лорд.

– Так и есть, командир, – пожал плечами отставной сержант Кельтики, – по старым законам так оно и выходит.

– Помню, помню, – отмахнулся попаданец, крайне скептически относящийся к идее аристократии вообще и наследственной в частности, – я и не против старых законов, так-то они в основном неглупые. Просто такие как Мэг всё норовят их вывернуть под себя, мехом внутрь.

– Эт да, – хохотнул сержант, – та ещё стервоза. А с другой стороны, с мужчинами наравне дежурить по ночам выходит. Да и когда пожар в прерии возник, она лихо баб строила, чтобы делом занимались, а не паниковали.

– Бабы, – подытожил ординарец, не оставивший командира после увольнения в запас.

Полтора месяца в пути дались тяжело. Умерших хоронят почти каждый день, чаще по несколько человек. Путешествие под палящим солнцем, с постоянной нехваткой воды, продуктами сомнительной свежести и поднятой тысячами ног пылью делают своё дело. Тем паче, контингент…

Тяжело пришлось и Фокадану, он сутками не слезает с седла, меняя только коней. Проблема с очередной Мэг, мормоны, индейцы с претензиями, ещё какая-нибудь пакость, вылезшая самым неожиданным образом.

Само собой, мотается не один, переселенцев сопровождаёт не только он с Фредом, но и почти три сотни ветеранов Кельтики из тех, что с шилом в пятой точке. Старенькие и новенькие кельты сошлись неожиданно хорошо, относясь друг к другу преувеличенно вежливо и дружелюбно.

Если бы не армейский опыт парней, дела бы совсем печальными, но и так едва справляются.

– Индейцы, командир! – Негромко доложил подскакавший дозорный, – пайюты[1262]1262
  Одно из индейских племён.


[Закрыть].

– Грехи наши тяжкие, – на русском пробубнил попаданец, снова вскакивая в седло. Очередные переговоры из тех, где всё давным-давно решено и требуется только передать плату за проезд по индейским землям, да покивать с важным видом, подтверждая достигнутые ранее договорённости.

Не будь его в этой партии, пайюты спокойно пообщались бы с нижестоящим руководством. А поскольку он здесь, то следуя правилам хорошего тона, нужно выехать и понадувать щёки. Не первый раз уже индейские разведчики подгадывают так, чтобы их делегации могли пообщаться непосредственно с Вождём Чертополохом[1263]1263
  Фокадан на шотландском – Чертополох.


[Закрыть] – интересно им, понимаешь ли. Ну и самоуважение поднять, не без этого.

В делегации из дюжины индейцев две женщины, уверенно сидящие на мустангах с богато украшенной сбруей мексиканского образца[1264]1264
  Книги и порой кинематограф уверяют нас, что индейцы ездили исключительно без сёдел и уздечки, этакие кентавры, но это не так. Индейские воины обязаны были уметь обходиться без сбруи, но не более того.


[Закрыть]. У мужчин сбруя чуть попроще, зато оружие отделано богаче.

Парадная одежда выглядит очень богато – дикарями таких людей никак не назовёшь. Сложный покрой, качество отделки, вышивка – всё говорит о сложнейшей и очень давней культуре. Одежда у пайютов не только из кожи, но и тканая, причём попаданец знал достоверно, что ткани они использовали задолго до появления белых поселенцев.

Внешне индейцы не слишком напоминают ярко выраженных монголоидов из гравюр и фотографий, скорее похожи на казахов, а некоторые на европейцев с лёгкой долей азиатчины. Одеть по-другому, изменить манеры, и не догадаешься, что перед тобой краснокожий[1265]1265
  Монголоидность некоторых индейских племён была весьма условной. Популярные в сети фотографии и рисунки индейцев в своё время тщательно отбирались властями САСШ (США), чтобы показать отличии диких племён от цивилизованных европейцев. Есть масса фотографий, на которых индейцы отличаются от европейцев разве что характерными нарядами, причём одежды эти порой отличаются явным сходством с традиционными нарядами европейских народов.
  ПЫ. СЫ. Развлекаться теорией заговора неохота, желающие могут сами поискать информацию по этому вопросу.


[Закрыть].

– Приветствуем вас на земле пайютов, – очень официально сказал немолодой, довольно-таки упитанный вождь, с невозмутимым морщинистым лицом.

– Рады видеть хозяев этих земель, – столь же официально ответил Фокадан. Обменявшись приветственными фразами, стороны отъехали к ровной площадке, наскоро подготовленной женщинами каравана.

Усевшись на одеяла, начали разговор ни о чём, не затрагивающий серьёзных тем. Индейцы, кельты и мормоны вели себя как дипломаты на серьёзном приёме – с поправкой на условия, разумеется.

Осторожно затронув нужные им темы и получив подтверждение достигнутым договорённостям, индейцы расслабились, разговор пошёл живей. Вождь несколько косо поглядывал на мормонов и попаданец отослал их под благовидным предлогом.

– Странные люди, – Сидящий Бык проводил взглядом сектантов, – считают других не только грешниками, но и не совсем людьми. Будто иная религия делает людей хуже или лучше.

– Европейцы, – с долей иронии сказал Алекс, на что вождь приподнял слегка бровь.

– Разве не все белые – европейцы?

– По крови – да, – согласился Фокадан, – но среди равных народов некоторые равнее.

Сарказм оценили, среди индейцев послышались смешки. Тёмными их никак не назовёшь, некоторые вожди разбирались в хитросплетениях политики бледнолицых получше иных сенаторов. Так что историю ирландского народа или скажем, социализма, вожди знали как минимум не хуже рядового обывателя из Нью-Йорка или Атланты из тех, кто претендует на звание начитанного и образованного человека.

Поговорили немного о ирландцах, об индейских племенах, и на свет появилась трубка мира. Впрочем, быстро оказалось, что это не совсем трубка мира, а скорее трубка для принятия социальных и политических решений[1266]1266
  У индейцев были ещё и трубки для заключения коммерческих договоров, проведения религиозных ритуалов.


[Закрыть].

Час спустя один верховные вожди пайютов и один из верховных вождей ирландцев, в кои индейцы, ни капли не сомневаясь, записали Фокадана, выкурили трубку, символизирующую начало союзных и дипломатических переговоров меж двух народов.

– Никогда такого не случалось, – уверенно сказал Конноли, когда церемония с последующей трапезой закончилась, и индейцы уехали.

– Стоит об этом помалкивать, – согласился задумчивый Фокадан, у которого в голове вертелись ускользающие обрывки мыслей, – больно уж история необычная.