Текст книги ""Фантастика 2026-46". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Галина Гончарова

– Но это могла и крыса сделать.

– Не могла, потому что связь шла по каналам «крыса – главарь» и «главарь – Швед». Крыса сыграла, остался главарь.

– А что, если вычисленная вами крыса и есть главарь? – вставляет Ширмер. – Тогда ваши выкладки несостоятельны.

– Вычисленная мною крыса – банковский служащий или менеджер уровнем выше, с доступом к финансовым данным. Шакуровы выезжали с Базы после восьми утра, смена у орденских работников начинается часом раньше. Ну и с рабочего места даже по личному мобильнику подобное общение вести – значит ни в грош не ставить службу внутренней безопасности, или как она у вас там именуется.

Геррик шумно вздыхает.

– Заварили же вы кашу, с-спасатели. Сами не знаете, куда влезли.

Ага.

– Зато это знаете вы, – говорю я и по взглядам представителей органов охраны здешнего правопорядка понимаю, что угадал. – Вопрос несколько в другом: вам интересно раскрутить это дело? Если нынешний случай спустить на тормозах, главарь выждет какое-то время, потом подыщет боевиков на замену группе Шведа, что вряд ли слишком сложно, и все вернется на круги своя. А богатых новопоселенцев, не добравшихся до Порто-Франко, будут и дальше списывать на деятельность пока-еще-не-пойманных дорожных бандитов, что конечно же правда… но не вся правда.

– Не травите душу, – без предупреждения переходит на немецкий госпожа сверхштатный следователь. – Дело я раскрутить хочу, но если то, что вы вычислили, хоть как-то похоже на правду, полномочий его завершить нет ни у меня, ни у всего нашего отдела.

– Если то, что ты раскрутишь, будет хоть как-то похоже на вычисленный расклад, – по-немецки же вставляет Артур, – тогда я лично готов пробиться к генералу Уоллесу. У него полномочий хватит, чай, не с верхним эшелоном Ордена дело имеем.

– Тебе виднее, я к генералам после Вольфа не вхожа.

Секунд через сорок до меня доходит контекст этой фразы, в смысле кто такой может быть Вольф в случае фрау Бригитты Ширмер. Уж никак не наш атриумовский кадровик Дитмар Вольф, а личность в мире более известная. Генерал-полковник Маркус Вольф, «Миша» для советских друзей-союзников, до объединения Германии – глава штази[224]224
  Здесь Влад ошибается дважды: М. Вольф в 1952–1986 гг. возглавлял не «Министериум фюр Штаатсзихерхайт» в целом, а отдел внешней разведки; потом ушел в отставку и роспуск организации в 1990 г. застал уже как частное лицо. «Номером первым» в штази не был никогда, зато в течение всего периода «холодной войны» считался «номером вторым».


[Закрыть]. А репутация у этой организации суровая, в профессиональном плане агенты штази только «конторе глубокого бурения» и уступали, да и то не факт. Серьезное у госпожи сверхштатного следователя прошлое, ничего не скажешь…

Территория Ордена, г. Порто-Франко. Четверг, 13/03/21 23:41

В девятом часу вечера наконец возвращаются Руис с Полиной. Вид у приятеля загадочно-довольный, а Полина вся сияет и только что не подпрыгивает от радости и возбуждения. Подхожу поближе: вечерок у парочки выдался насыщенный, явно есть о чем рассказать.

– Повеселились? – напускает на себя строгий вид Шакуров.

– Ага, – счастливо соглашается девочка, – ко мне аж вчетвером приставали.

Мы с Геной не сговариваясь интересуемся:

– Трупы есть?

Надя осуждающе качает головой, но в глазах пляшут смешинки.

– Вроде обошлось, – отвечает Полина, – хотя руку я, наверное, одному сломала.

– За дело?

– Угу.

– Ну и ладно.

Возникшая сбоку фрау Ширмер на вполне приличном русском языке интересуется:

– А где дело было?

– В «Ранчерос»… нет, не в «Ранчерос», там мы просто потанцевали и взяли по коктейлю, потом дальше пошли… в общем, клуб такой, сцена с дымовой пиротехникой и лазерным шоу, и еще у них на люстрах вараны висят.

– «Игуана». То еще заведение. Не рекомендую туда возвращаться.

– А чего, шоу работают классно, и техника самая современная, к нам в Ростов зеленых лазеров еще не завозили. Запах с кухни мне не понравился, так ужинать я там и не собиралась.

– И пить тоже не советую, легкие галлюциногены еще не самое худшее, что в этом притоне могут подсыпать.

Полина отмахивается.

– Ай, ну вас. Знаю я, что в таких клубах к выпивке предлагают, таблетка на пробу – бесплатно, а дальше как всегда.

– Где это тебе у нас подобное предлагали?! – Шакуров на грани превращения в Крокодила Гену.

– Пап, да ладно тебе, я ж тоже соображение имею…

Ухмыляясь тихому семейному спору, интересуюсь у Руиса:

– Впечатление на девочку произвел?

– Да уж надеюсь, – ответствует напарник, – четырех щелкоперов она и сама раскидала, а вот вышибал пришлось утихомиривать мне.

– Ну раз вы здесь и целые, утихомирил нормально.

– Пистолетом и добрым словом всегда можно добиться большего, чем добрым словом.

– Слушай, Аль Капоне[225]225
  Произносил ли Альфонсо Габриэль Капоне в действительности фразу про «пистолетом и добрым словом» – вопрос небесспорный, но именно ему она приписывалась Голливудом уже в первых гангстерских фильмах.


[Закрыть] новоявленный, а где ты пистолет взял? Оба твоих ствола в номере лежат, в бауле, опечатанные.

– Так у вышибал и взял, – и с абсолютно серьезной мордой Руис предъявляет новенькую никелированную «берсу-380»*, – уж если достал оружие, так не размахивай где попало, а то можно уронить и пораниться…

Берт одобрительно скалится.

– Это ты правильно, единственно что – не светил бы сейчас стволом, а лучше спихни его при первой возможности тому же Биллу. Не знаю, какое тут наказание за незаконное ношение оружия…

– На первый раз – конфискация ствола и пятьсот экю штрафа, – просвещает из угла Геррик, – при рецидиве серьезнее. Не дергайся, омбре, за кретинов из «Игуаны» я тебе разве что медаль навесить не могу; просто действительно спрячь пока пистолет и не попадайся с ним на улице патрулю.

Следуя доброму совету, Руис отправляет «берсу» в сумочку-набрюшник. Пистолет, даром что небольшой, помещается там плохо и напарник вытряхивает все содержимое, намереваясь переупаковать сумочку.

Берт и Сай, сверкнув глазами, с двух сторон берут его в клещи – Берт, будучи ближе, успевает раньше, зато Сай сразу фиксирует рефлекторно рванувшуюся к поясному ножу руку Руиса. Я подтягиваюсь поближе, незаметно нащупывая в кармане «леди таурус», за стойкой ахает Флоренс, но тут из угла разбуженным медведем вылезает Геррик.

– А теперь все выпустили друг друга, шаг назад, руки на виду, спокойно стоим и не делаем резких движений.

Пауза. Сай и Берт отпускают Руиса и отступают; он потирает локоть и искоса смотрит вправо-влево.

– Какого дьявола?..

– Красного дьявола, – сквозь зубы цедит Сай. – Вот этого.

И указывает концом тросточки на нечто мутно-красное в полупрозрачном целлофане. «Нечто» очень смахивает на пилюльку ручной формовки и упаковки.

Руис пожимает плечами.

– В «Игуане» всучили, и что?

Пауза. Сай устало опирается на тросточку и наклоняет голову.

– Был неправ, прошу прощения. Взгляд замылился.

– И нервы подвели, – добавляет Берт. – Правда, амиго, извини: забыли соображалку врубить, на автомате сработали.

– Ладно, автоматчики, проехали, – вздыхает Руис. – Но с вас пиво и рассказ, что все это значит.

– Пиво – хоть сейчас, – кивает Сай, – а вот с рассказом придется подождать до завершения уже нашей… операции.

– Кстати об операции.

Берт переходит на незнакомый мне язык – возможно, тот же, что и в прошлый раз; судя по физиономии Геррика, он этому наречию также не обучен. Сай коротко отвечает, и Берт снова поворачивается к Руису.

– Подробностями не поделишься, кто именно тебе таблетку всучил?

– Да какие тут подробности. Подваливает, дает – ну я на автомате беру и прячу в карман, а уже потом соображаю, что это такое…

– Имени, само собой, не знаешь.

– Зато морду знаю. Высокий, тощий, смуглый – индейской крови больше трети; по акценту где-то из глубин Южной Америки: Чили, может, Боливия или Перу. Не Колумбия и не Венесуэла. Особые приметы – под глазом фингал и перелом правой руки, сложный или простой – не могу сказать.

– Знатная примета, – усмехается Геррик, – это ты его так?

– Нет, это моя дама его так.

– Полина-то?

– Ага.

– Молодец девочка. Пушеры[226]226
  От Pusher – «толкач» на американском полицейском жаргоне – распространитель наркотиков «низшего звена», его клиенты уже только потребители.


[Закрыть] пользуются тем, что легкие наркотики в городе вроде как не под запретом, и временами совсем страх божий теряют. Надо, надо их порой в чувство приводить…

– «Легкие наркотики»? – у Сая в глотке словно консервная банка застряла.

Вот даже как. Со столь искренним чувством – интересная же у Сая и Берта рисуется связь с тихуанским картелем. Агенты какого-нибудь Интерпола под глубоким прикрытием? версия из дешевых триллеров, но она кое-что может объяснить…

Геррик тяжело вздыхает:

– Будь Порто-Франко в подчинении Евросоюза, нам бы удалось кое-что переменить. Это там, за ленточкой, старушка-Европа вопиет о правах человека даже вопреки здравому смыслу; здешний народ в массе своей склоняется к традиционным ценностям, как ни банально звучит, и большую политику с агрессивной толерантностью во главу угла не ставит. Но увы: город лишь построен европейцами, а заправляет здесь Орден. На бумаге прописана «вольная территория под совместным управлением»; по факту в ведении европейских властей коммуналка, хлеб и зрелища, а реальные хозяева города либо члены Ордена, либо получают распоряжения прямо оттуда.

– А зачем Ордену наркотики? – на голубом глазу интересуюсь я.

– «Каждый имеет право на второй шанс», – едва не сплевывает опер-координатор. – Хороший в общем-то девиз, но в трактовке верхушки Ордена он означает: каждый вправе заниматься любым делом, пока платит с этого дела налоги. И «любым» значит именно ЛЮБЫМ. Они, уверен, и работорговлю с каннибализмом здесь с удовольствием узаконили бы, да только слишком много среди собственных орденских силовиков народа, который на тех самых «традиционных ценностях» воспитан и отбросить воспитание даже по распоряжению начальства так вот просто не готов. В итоге «незаконной» деятельности просто нет, только плати – а на наркотиках деньги поднимаются сами представляете какие… Так что наркотики как таковые Ордену не нужны, а вот доходы с этой дряни – еще как.

– Весело.

– Угу, обхохочешься.

– Любите вы Орден.

– Как тебе сказать… Разный он, Орден. Мы ведь, как сотрудники Патрульной службы, тоже в орденских служащих числимся, имеем кое-какой допуск ко внутренней кухне. Много за что Ордену можно сказать спасибо, за сам этот новый мир хотя бы – пусть Новая Земля не создана орденскими яйцеголовыми, но путь сюда проложили именно они. И для мира как такового, и для людей Орден сделал и делает много хорошего, отрицать глупо. Увы, много нехорошего тоже сделал, и это нельзя объявить «преследующим своекорыстные цели предателем в рядах организации». Скажем, ваш дорожный «инцидент» можно, без вопросов, крысы везде попадаются… но были случаи куда более серьезные и на другом уровне.

Тут Геррик, обнаружив, что пиво в кружке как-то вдруг закончилось, делает хозяйке знак «обновить». Я разворачиваюсь к стойке и обнаруживаю, что в зале, помимо Флоренс и ее кошака, остались только Шакуровы и о чем-то с ними задушевно беседующая фрау следователь; Руис, Берт и Сай куда-то испарились.

Впрочем, куда – догадаться нетрудно. И зачем. Вернее, за кем.

А еще я, не выглядывая наружу, могу обоснованно предположить, что отправились они на джипе Руиса, потому как к нему прицеплен трейлер, и в этом трейлере можно тихо и почти незаметно для окружающих кой-кого… расспросить о том о сем, не знаю как Руис, но Сай и Берт такое наверняка умеют. Вот зачем им раскручивать цепочку местной наркоторговли – а иной цели я здесь в упор не вижу, – вопрос уже другой; и что они намерены делать, раскрутив хотя бы несколько звеньев этой цепочки, также неясно. Пока.

С другой стороны, оно мне надо, все это знать? Любопытственно – да, но надо ли? Так, если честно? Наркодельцов любого класса мне ни капельки не жаль, если одного-двух разрежут на ленточки – я только поаплодирую, однако помочь в этом социально полезном деле Берт и Сай попросили Руиса, не меня. Если потребуется еще пара рук – пусть сами придут, навряд ли откажу, а навязываться не в моих правилах.

Геррик делает большой глоток из новой кружки, зажевывает парой ржаных сухариков и, проглотив, интересуется:

– Скажи, парень, зачем ты в это лезешь?

– Во что?

– В то, чего знать не знаешь. Мог ведь просто поблагодарить Господа и полковника Кольта, что вывернулся из опасного дела целым, причем с прибытком, и спокойно отправляться по своим делам.

– А я мог?

– У Патрульной службы к вам имелись вопросы, но вы вполне могли не отвечать, а уж ответив, вправе были вольными пташками лететь на все четыре стороны.

– Так вторая машина в починке, ждем.

– Вот только не рассказывай, что вы четверо – одна команда. Раньше мог бы поверить, но сейчас, когда сам на вас посмотрел – нет. Гарсия и Толливер матерые профи, до которых Торресу расти не один год, а тебе и того дольше. Случись по-настоящему опасное дело, вы двое для них – балласт. В лучшем случае. А то могут ведь и попросту бросить под нож, чтобы самим до цели добраться. Так что вместе ваша четверка очень временно и ненадолго.

Сурово и в чем-то обидно… но – да, так и есть. Сам понимаю. Боевой опыт даже самолучшей теоретической подкованностью не заменить, а умение быстро и верно просчитывать расклад никак не поможет выбраться из ситуации уже сложившейся.

Так зачем же я действительно в это лезу? Зачем нас убеждала посодействовать ведущемуся следствию фрау Ширмер – понятно; зачем уговаривал стать его прикрытием Крокодил Гена Шакуров – тоже понятно. А зачем вся эта история мне? Ходить по краю, упиваться чувством опасности и собственным адреналином – да, есть личности, которые иначе себе жизнь и не мыслят, но у меня-то в голове совсем другие тараканы.

Ответа глобального дать не могу, а вот локально-сиюминутный – вполне.

– Все, во что я пока влез, Артур – это в некоторое упорядочивание данных, уже имеющихся в распоряжении Патрульной службы. Которая и решает, что следует предпринять по поводу моих выкладок.

– Значит, пусть другие таскают каштаны из огня, а ты вроде и ни при чем.

Пожимаю плечами.

– А для кого каштаны, собственно, и чей огонь?

– То есть ты полагаешь, что причин принимать это дело близко к сердцу у тебя нет.

– Абсолютно. Когда Швед со товарищи начали по нам стрелять, тогда были. Тогда и ввязались. А сейчас я просто разминаю мозги, мне это интересно и не более того.

– Забавно, а что бывает, когда ты не «просто разминаешь» мозги, а активно ими работаешь, – бурчит Геррик.

Вот над этим особо и думать незачем.

– Как правило, тогда очередной проект в авральном режиме собирается из кучи нерабочих блоков в нечто, пригодное для демонстрации и доводки в рабочем порядке.

– Полезное умение. А почему в авральном режиме?

– С удовольствием бы действовал спокойно и без спешки, однако меня обычно бросали именно на авральные задачи, когда срок сдачи был позавчера, а еще ни хрена толком не работает.

Коротко хохотнув, Геррик кивает:

– Знакомо. Вот только у нас таких спецов нету.

Снова пожимаю плечами:

– Если нужны, подумайте либо о должности в штате, либо о временном контракте со специалистом нужного профиля. Из личного опыта знаю, что процент проваленных проектов в конторе, где такие люди есть, резко падает.

– В этом-то я не сомневаюсь, парень. Но начальство в неизъяснимой мудрости своей…

– …специалистов со стороны привлекает, при необходимости выходя за рамки базового расписания. Иначе почему, скажем, должность фрау Ширмер именуется «сверхштатный следователь»?

– Слушай, давай не наматывать круги, говори прямо. Хочешь вступить в Патрульную службу?

Кто, я?! Э… ну, если так подумать…

– От должностного оклада консультанта не откажусь, – задумчиво говорю я, – хотя, конечно, специфику вашей деятельности надо будет изучить.

– Так не пойдет. Вступай в ряды, получай допуск и изучай.

Качаю головой.

– В ряды не вступлю, уставщина и строевая подготовка не по мне. Хотите консультаций спеца – сами озаботьтесь вопросом допуска.

В таком духе спорим с опер-координатором еще минут десять, ни к чему толком не придя. В конце концов Геррик раздраженно бросает:

– Ты действительно желаешь все получить, не прилагая к этому никаких усилий. Халявщик.

Ага, желаю. Есть такое. Но прекрасно понимаю, что халява обходится минимум вдвое дороже честно заработанного, поэтому и развиваю у себя мозги и прочие рабочие органы, а не выпрашиваю у небесных сил хотя бы малую толику везения и удачи.

Так что ответ мой прост:

– Я действительно никому ничем не обязан. Могу хоть завтра помахать ручкой Порто-Франко и отправиться, скажем, в Бразилию, и навряд ли моей личностью кто-то сейчас заинтересован столь серьезно, чтобы ставить палки в колеса. Но видите ли, Артур, у меня нет и причин срочно ехать в Бразилию или вообще покидать Порто-Франко. Появятся – другой разговор, а пока… пока я, скажем так, плыву по течению и высматриваю на берегу местечко попривлекательнее.

Геррик хмыкает:

– По крайней мере, честно. Только скажи, что ты собираешься делать, если течением тебя занесет в омут или вообще в водопад?

– Барахтаться изо всех сил и плыть к ближайшему берегу, что ж еще. Но пока водопада впереди нет, или я ошибаюсь?

– Мне почем знать? Это твоя река, ты сам по ней плывешь и наблюдаешь за берегами. Хотя умнее было бы сперва изучить реку, а уже потом в нее плюхаться.

Справедливо замечено. Только мы с Руисом вынужденные «попаданцы», никто не предоставил нам возможности сперва изучить новый мир, а уже потом думать о переселении. Так что учиться плавать в нынешних реках приходится именно что плюхнувшись… инструктора по плаванью по программе Б нам никто не предоставил, а тонуть ну совсем неохота.

Территория Ордена, г. Порто-Франко. Пятница, 14/03/21 09:11

Утро приносит две новости. Во-первых, ночная засада у Сая, Берта и Руиса результата не дала, в смысле нужную личность они под «Игуаной» не выловили – видимо, получив от Полины урок хороших манер, пушер сразу уполз зализывать раны и лечить реноме чем-нибудь высокоградусным. Во-вторых, на адрес гостиницы прибыло адресованное мне письмо – на обороте открытки с винтажным локомотивом в стиле «фантазия братьев Черепановых» написано короткое: «Выходные собираюсь провести в Порто-Франко, прибуду в субботу одиннадцатичасовым, С.». Намек прозрачнее некуда: барышню надлежит встретить, выгулять и вообще окружить теплотой и лаской. С полным удовольствием. Выясняю у Флоренс местоположение здешнего базарчика, где можно будет завтра утром найти цветочный веник попушистее; если попадутся нежно-бордовые гладиолусы, совсем хорошо, нет – выберу на свой вкус.

Местоположение железнодорожного вокзала я уже вполне представляю – на Станционной, напротив вокзала автомобильного, где формируются и отправляются автоколонны по всем новоземельным направлениям; кстати, надо бы прогуляться туда и по другому поводу – в свете предложения Шакурова выяснить подробный автомобильный маршрут на Новую Одессу. И в свете того же предложения посетить представительство Русской Конфедерации, а то мало ли, вдруг туда отдельная виза требуется, и вообще, наш народ в порядке ностальгии по «традиционным ценностям» запросто мог устроить на своей территории филиал разваленного Союза и отгородиться железным занавесом, за который пускают только своих, и то после драконовской проверки.

Оседлав велосипед, выворачиваю на Главную улицу и через десять минут вхожу в гостеприимно распахнутые ворота русского представительства, оставив двухколесный транспорт на попечение охранника. Занятный, кстати, у него прикид: армейская трехцветная «флора»* и новенький «грач»* в открытой кобуре, но при этом на груди висит не стандартный «калаш» в любом из вариантов, а ментовский «бизон»* с толстым цилиндром-шнеком вместо цевья. Интересно, насколько сей агрегат удобен в деле, пострелять не доводилось.

Представительство имеет вид двухэтажной «усадьбы» стандартной П-образной планировки с тремя входами, свой в каждое крыло. Справа, поясняет охранник, сервисные помещения, склады и прочее внутреннее хозяйство, слева – служебная гостиница, а вот центральное крыло как раз и предназначено для общения с простыми смертными и вообще переселенцами – для упрощения картины я представляюсь таковым, не излагать же всем встречным нашу с Руисом историю «попадания».

Вхожу. Буквально с порога веет классическим таким, кондовым «совком» – солидного, правда, ранга, обстановка и дизайн просто вопиют о партийном учреждении типа горисполкома. Квадратные бюро и шкафы светлого ДСП, зеленая с бурым ковровая дорожка, очковая змея-секретарша за приемной стойкой. Выбиваются из стандарта только кулер в углу и стильный серебристо-алый комп с радужным логотипом надгрызенного яблока[227]227
  Apple Macintosh.


[Закрыть] на столе у секретарши.

– Слушаю вас, – да, и интонации уже совсем не те совковые, умеренно-безразличный тон все-таки не содержит замшелого пренебрежения аппаратчиков к посетителям с улицы.

Вкратце излагаю. На кодовом слове «новопоселенец» очковая змея изображает вежливость:

– Сейчас я приглашу сотрудника иммиграционной службы, он и займется вашими вопросами. Подождите пару минут, пожалуйста. Если хотите, возьмите водички, а то на улице жарко.

Верно подмечено. Благодарю и высасываю стаканчик холодной воды, а секретарша тем временем колдует над внутренним телефоном – классическим советским же, с дисковым набором. Минут через несколько в приемную выходит лысоватый мужичок в дурно сидящем светлом костюме, включает голливудскую улыбку и представляется:

– Евгений Федорович Акимов, оказываю здесь, так-скать, помощь от лица Русской Конфедерации всем нуждающимся в таковой нашим гражданам – и состоявшимся, и, так-скать, потенциальным.

– Владимир Щербань, – представляюсь я в ответ, – за ленточкой был гражданином Украины, а здесь, вполне вероятно, стану русским конфедератом, или как оно правильно зовется. Ну и к вам заглянул не столько за помощью, сколько за информацией, а то из орденских путеводителей о русской территории мало что можно разобрать.

– Вполне вас понимаю, Владимир, и обратились вы по правильному адресу. Прошу со мной, так-скать, в мои владения.

Кабинет у Акимова, обставленный в том же кондово-советском стиле, тем не менее смотрится уютнее и более стильно, а предложенный мне стул вполне удобен.

– Ну-с, давно в город прибыли, как добрались, так-скать, без приключений?

– С приключениями, да еще какими. Третьего дня настоящий бой с дорожными бандитами выдержали.

– Ай-ай-ай, – качает головой Акимов, – и ведь Патрульные силы дорогу до Баз держат под неустанным контролем, а поди ж ты. Трудно пришлось?

– Да я и испугаться толком не успел. Но в итоге обошлось, мы победили и все такое.

– Вот и замечательно. Но давайте к делу. Вы желаете поселиться в Русской Конфедерации?

– Была такая мысль, – отвечаю я, – но сперва хорошо бы узнать о Русской Конфедерации побольше, все-таки дорога неблизкая и отправляться наобум не хотелось бы.

– Узнать – это пожалуйста, я здесь, так-скать, для того и нахожусь, чтобы отвечать на ваши вопросы. Вот, возьмите составленную нашим Министерством образования «Памятку переселенца», структуру позаимствовали из орденских конспектов, но данные строго по русской территории и, так-скать, максимально подробные. Вот наша карта, составлена по уточненным данным на конец двадцатого года, на ней отмечены все поселения и дороги, чтобы вы могли, так-скать, самостоятельно прикинуть, где бы хотели жить. Но рекомендую все-таки исходить из персональных средств и способностей, это надежнее. Кстати, средства у вас имеются?

– Небольшие. С голоду пока не помираю, но и на личную яхту не хватит.

– Что ж, если вдруг у вас не хватит наличных на оплату конвойной проводки до русских территорий – сообщите, пожалуйста, тогда мы устроим вам место в бесплатном, так-скать, транспорте. Комфорт относительный, прямо скажу, но доберетесь.

– А насчет конвойной проводки можно подробнее, что это такое?

– Можно, разумеется.

Обрисованная Акимовым картина транспортного трафика Новой Земли ну очень сильно смахивает на дикозападно-пионерские времена. Только вместо индейцев тут неплохо организованные и вооруженные банды, у которых разве что бронетехники в хозяйстве не водится – зато средствами ее истребления они вполне обладают, поэтому транспортные конвои даже с броненосным прикрытием профессиональных вояк – где-то армейским, где-то из частных охранников, – добираются до места назначения не всякий раз, и не всякий раз в полном составе. Но без опытной и знающей местные реалии охраны, она же проводники – шансов добраться куда нужно и остаться при этом в живых на дальних, а местами и на ближних маршрутах практически нет. Короче, в шеститысячекилометровый автопробег до русских земель надо пристраиваться к одному из соответствующих конвоев, их расписание можно выяснить на Станционной, а договариваться уже напрямую с начальником конкретной группы, тут лично Акимов влияния не имеет, может разве что порядок цен на эту услугу назвать, хотя завышать плату у конвоев не принято, репутация страдает.

Расклад понятен, а теперь вопрос, который меня занимает с того самого момента, как я на здешнюю карту посмотрел.

– Скажите, а как так получилось, что наша территория именуется Русской Конфедерацией? Сколько отечественную историю помню, по устройству назвать «конфедерацией» можно разве что Киевскую Русь после Ярослава, и то с оговорками…

– Нет, история Старого Света тут ни при чем. Уж скорее наши собственные политики носом крутить стали, так-скать, пирог поделить не смогли, горшки побили, аж паленым запахло – когда б не Ичкерия под боком, точно дошло бы до гражданской войны. В общем, провели на карте, так-скать, пунктир, посмотрели на соседей и решили, что «Русским Союзом» назваться – чего доброго, решат, что у нас такой же раздрай, как в Латинском Союзе, сплошные че гевары, симоны боливары и оскары рамиресы, и на больших брифингах руки, так-скать, подавать не станут, опять же положительные ассоциации с СССР очень не у всех имеются. Вот и стали мы Русской Конфедерацией, благо с американцами из Конфедерации и Техаса у нас, так-скать, мир, дружба и жвачка. Десять лет назад, когда чечены джихад объявили и подняли под зеленое знамя все южные халифаты, «Южный Крест» и «Одинокая звезда» к нам две добровольческие бригады на помощь послали… а здесь это много, у нас численность всей, так-скать, армии и сейчас-то едва на дивизию с хвостиком, если по старосветскому счету.

Ясно. Местечковый сепаратизм – история очень не новая. А уж для Украины и вовсе постоянная. Интересно, правда, что на карте Новая Одесса числится в «Московском протекторате», а вот «Русская Армия» отвечает за соседнюю территорию, хотя казалось бы… Впрочем, кто сказал, что генералы не лезут в политику?

На вопрос о визовом режиме Акимов делает круглые глаза.

– До такого тут даже Китай и халифаты не доросли. Закрытые зоны есть во всех анклавах, так туда просто не пустят никого без допуска, и, так-скать, неважно, в которой из местных держав у вас идентификационная карта зарегистрирована на постоянное местожительство, есть допуск – проходите, нет – гуляйте куда подальше. Опять же в Новой Земле хватает и народу, в силу профессии живущего, так-скать, на два-три дома…

Ну, этой политики мне растолковывать не надо, сам такой; мотаясь между Сан-Франциско, Денвером, Бостоном, Гамбургом и Ноймюнстером, дома в Киеве от силы месяца четыре в году бывал…

Территория Ордена, г. Порто-Франко. Пятница, 14/03/21 12:42

В диспетчерской на Станционной площади быстро получаю расписание подходящих нам конвоев. На Новую Одессу отправляется Московский конвой семнадцатого, в ближайший понедельник то бишь; затем в четверг, двадцатого, будет конвой Русской Армии до Демидовска и Базы-ППД (вот интересно, это ППД-34 или ППД-40*?), но в московской «области» можно свернуть на одесскую трассу и добраться самостоятельно, там вроде недалеко и относительно безопасно, во всяком случае, внутри русской территории народ, если верить Акимову, катается без тяжеловооруженного сопровождения; затем в пятницу, двадцать первого, будет сводный конвой на Москву проездом от Нойехафена, и из Москвы можно опять же свернуть по одесской трассе; и следующий – уже двадцать четвертого, снова от Русской Армии, до Берегового через Новую Одессу, нам такой тоже годится. Каким ехать – зависит от Гены Шакурова, как он в состоянии будет; Сай обещал дать ответ «через шесть дней», а это получается числа восемнадцатого-девятнадцатого.

Вспоминая, как катался по Германии на электричках «с пересадкой» – выходило дольше, чем прямыми рейсами, но, как правило, много дешевле, – интересуюсь у диспетчера такими вариантами. Он качает головой.

– Дешевле это вам точно не будет, у всех профессиональных команд тариф единый на любом стандартном маршруте – сто экю с человека и триста с машины, за сам факт включения в походную колонну и сопровождения до безопасного места, плюс отдельно за бензин и провиант, если сами не озаботились; а ехать с новичками-любителями – много шансов нарваться на лжеконвой.

На всякий случай уточняю:

– Лжеконвой – это когда бандиты прикидываются охраной?

– Точно так. Бывали случаи. Мы, конечно, стараемся проверять, и Патрульная служба за всеми новенькими конвойными проводчиками, не имеющими пока репутации «надежных», присматривает особо – но они ведь не на виду у всех шкуру сбрасывают, а где-нибудь в удобном уголке на перегоне, и свидетелей стараются не оставлять… Потому только о лжеконвоях и знают, что некоторым везунчикам удавалось вырваться из засады и добраться до цивилизованных мест.

Хм. Я-то полагал, что наши, в смысле, шакуровские налетчики проявили со своим гоп-стопом изрядную выдумку, а выходит, что это просто традиционная местная методика дорожного разбоя, которую слегка адаптировали к конкретной тактической схеме. Значит, разработавший схему главарь банды отнюдь не гениальный профессор Мориарти, а следовательно, вполне по зубам Патрульной службе. То бишь Ширмер все и сама раскрутит, было бы желание.

Двадцать секунд спустя мне вспоминается, что в штази, как и в КГБ, по слухам, набирали в том числе и народ с экстрасенсорными способностями. Иначе как объяснить, что именно в этот момент мобильник в нагрудном кармане оживает, и когда я, несколько удивленный – здешний свой номер я еще никому не давал, даже Саре и Руису, просто не нужно было, – раскрываю аппарат и говорю «Алло», из динамика раздается голос госпожи сверхштатного следователя.

– Герр Шербане, есть новости, – сообщает она по-немецки, – вас не затруднит к половине четырнадцатого прибыть на Станционную, к кофейне «Пятое колесо»?

Озираюсь вокруг – ага, вот она, вывеска.

– С вещами?

– Напротив.

– В таком случае буду на месте через две минуты.

Короткая, почти незаметная пауза.

– К вам скоро подойдут, постарайтесь до этого времени избегать лишних совпадений.

– Постараюсь, – ухмыляюсь я, закрываю телефон и убираю обратно в карман. Ох, фрау следователь, знали бы вы обо всех совпадениях… мы с Руисом ведь не распространялись, как нас за ленточкой приняли за Сая и Берта, а они тем более.

Сдержать обещание мне удается без труда: медвежья фигура Артура Геррика, на сей раз облаченного в типовую орденскую песчанку, возникает на горизонте минут десять спустя, я только и успеваю, что не торопясь устроиться в кофейне, просмотреть карточку напитков и заказать коктейль «Колесо Фортуны», который мне тут же и смешивают. Зеленый и шипучий. С Артуром еще парочка морд, в партикулярном прикиде и габаритами поменьше; ну, последнее в случае опер-координатора абсолютно неудивительно.