Текст книги ""Фантастика 2026-46". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Галина Гончарова

Территория Европейского Союза, г. Мидгард. Воскресенье, 39/03/22 16:50

Корабельная автопушка подает голос дважды. Первый раз одиночным в воздух – возможно, даже холостым, – второй раз по южному берегу бухты, короткой очередью в тамошние скалы. Пока селедочник выбирает мишени столь странным образом, «сако» Ульрика ответных любезностей в сторону пушки не посылает, и я такую скромность очень даже понимаю. Что-то во всей этой… операции, с позволения сказать, явно нечисто. Раз есть возможность не вмешиваться, лучше не лезть.

– Сторожевик! – радостно вскрикивает Тордис. – Спасены!

В горловине бухты появляется серо-стальной окраски кораблик, в сравнении с селедочником – очень небольшой, наверное, и двадцати метров в длину не будет; но по очертаниям – хищно-военный, да и основным оружием у него не таран с абордажем…

Рация Ульрика оживает. Ага, глушилку заткнули, значит, сейчас со сторожевика передают традиционный «хенде хох» в военно-морском варианте. В общем, отбились. Если у сухопутных хунхузов осталась хоть капля здравого смысла, они сейчас включат заднюю четвертую скорость и дадут деру.

Помогаю Ульрику встать и отряхнуться.

– Победа?

– Вроде как… – Тут он озадаченно прислушивается, склонив голову к правому плечу. – Тордис, доча, ты это слышишь?

Что – это? Стрельба, да, так вроде она и так была, и примерно с той стороны, на запад от нас… на восточном конце, очевидно, хунхузы раньше заметили сторожевик и благоразумно отступили, благо до рукопашной там не дошло, а мидгардцы вряд ли склонны мешать им разрывать «дистанцию огневого контакта». Удирают, и ладно. А вот на западном, дальнем от бухты краю, нападающие все еще не осознали всю глубину афедрона, в котором оказались.

Однако потом я понимаю, что направление-то верное, но в общий хор – ближний стрекот мидгардских стволов, дальнее покашливание хунхузских автоматов, – вклиниваются еще более отдаленные «замечания». Короткие уверенные очереди, издалека – и, похоже, в спину хунхузам, ну а по кому же еще в той стороне можно вести огонь?.. Все страньше и страньше, как говаривала Алиса Лидделл…

Территория Европейского Союза, г. Мидгард. Воскресенье, 39/03/22 23:50

Командир сторожевика «Нифлунг» корветтен-капитан[470]470
  Korvettenkapitän (досл. нем. «капитан корвета») – обер-офицерское звание в немецком ВМФ, эквивалентно младшему командору по шкале НАТО и отечественному капитану третьего ранга.


[Закрыть] Экхард фон Вилленсдорф на боевое дежурство парадной формы, очевидно, не захватил, и поэтому облачен в повседневку скромных темно-синих тонов. Общий вид у моряка тоже не самый представительный – среднего роста, узколицый, вместо положенной вроде бы по флотскому статуту бороды или бакенбард – «модная недельная небритость». Ни сабли, ни кортика; даже и пистолет в поясной кобуре – стандартный бундесовский «у-эс-пэ» компактной версии. Впрочем, имея главный калибр в сто миллиметров, носимым стволом выпендриваться уже незачем, с тем же успехом можно в качестве личного оружия держать хоть джеймсбондовский ППК, хоть браунинговский «малыш»…

Парадным прикидом не спешат похвастать и «первые лица» Мидгарда – кстати, в число таковых входит Ульрик, вернее, Ульрик годи, так его, оказывается, называют «в официальной обстановке». Как же, помню, «годи» у скандинавских товарищей было титулом «законоговорителя», иначе говоря – толкователь обычаев, судья и, отчасти, жрец, в общем, личность в округе уважаемая не менее местных феодалов… но ничего судебно-жреческого в прикиде Ульрика сейчас нет, такая же штормовка, только не защитная, как днем, а серая.

Местного главного зовут хевдингом, что, собственно, и есть в прямом переводе «голова», он же «атаман», звание условно-выборное, подходит как должности руководителя клуба, так и статусу предводителя общины. Хакон хевдинг, Хакон Иварссон, после боя успел умыться и переодеться, но в самую обычную джинсу. Никакой древнескандинавской импозантности, в общем; чуть пониже меня, длинные темные волосы тронуты сединой.

Еще в «президиуме» Мидгарда восседает тот самый Атли, которого Ульрик поминал в начале боя – Атли Эвальдссон, «страж восточного предела», круглолицый очкарик с перебинтованной головой; рана легкая, пуля чиркнула по черепу и выдрала клок волос, так что уступать свое место Атли никому не стал. И «страж западного предела», Хродгар Эйрикссон, длинный тип глубоко «неформального» облика – ладно зеркально бритый череп, такое по местной жаре кое-кто делает, но череп этот у него весь в зеленых татуировках. Индивидуальный камуфляж.

Такой вот «президиум» устроился за столом на главной площади Мидгарда, она же транспортная стоянка недалеко от въезда в город. И примерно четверть дееспособного населения – вокруг этой площадки, передние ряды сидят на корточках или просто на земле, а задние, напротив, стоят на скамейках или камнях, чтобы видеть и слышать через головы соседей.

Хакон хевдинг обходится без мегафона. Что-то излагает по-норвежски звучным басом, затем – ради корветтен-капитана, не иначе – переходит на немецкий. Весьма грамотный, чище моего так точно.

– Все мы благодарны нашим друзьям из Нойехафена, и особенно – вам, герр Экхард, вам и команде вашего корабля. Мидгард не забывает оказанных услуг.

– Ну, в нынешнем-то деле моих заслуг немного, – отвечает командир «Нифлунга». – Всю операцию провернули китайцы.

– Хевдинг, а что за дела были? – звонкий женский голос из толпы.

– Правда, Хакон хевдинг, рассказал бы людям, – кивает Атли и тут же морщится, видно, не стоит ему слишком активно шевелить головой.

– Что знаю, расскажу. Не секрет. – Хевдинг поднимается. – Утром к нам прибыли перебежчики-хунхузы, из триады Желтого Бамбука. По их сведениям, на город должны были напасть их соперники, из триады Красного Дракона, при поддержке пары наемных банд помельче. Троицу, конечно, заперли в подвале, вдруг провокация, но на всякий случай объявили «желтую» тревогу. Как вы все знаете, хунхузы действительно напали, уж не знаю, из Красного Дракона или из другой компании – в бой, увы, эти бандиты ходят без знамен. Потом с моря подошел арендованный китайский транспорт «Гунь Мэй» и включил радиоглушилку. Как раз пока подходил, мы предположили самый худший вариант – что транспорт с бандитами заодно, и прибыл поддержать их артиллерией и, возможно, десантом, – потому и вызвали помощь из Нойехафена…

– Мой «Нифлунг» как раз был в дозоре, сигнал мы приняли и сразу пошли к вам, – добавляет корветтен-капитан. – Нойехафен дал «добро» через полчаса, но глушилка уже работала и пробиться к вам мы не могли…

– Ну вот. А корабельная радиоглушилка – это ведь не на километр, она блокировала не только наши рации, сами хунхузы тоже остались без связи. Тут-то к ним сзади и подошли те самые конкуренты из Желтого Бамбука и зажали в тисках. В общем, дальше осталось только трофеи собрать. Подошел сторожевик нашего друга фон Вилленсдорфа, «Гунь Мэй» выключил глушилку и объяснил, что их на эту операцию подрядил шанхайский особый отдел, поэтому полтрюма и отведено под радиоаппаратуру с генераторами, а за мигрантами на Базу они пойдут уже прямо от нас… Ну, дальше уже мы связались с нашими шанхайскими знакомыми, попросили уточнить ситуацию, и вот час назад прислали телеграмму. Мол, спасибо за помощь, теперь и с вашей, и с нашей стороны гор станет немного потише, и в течение следующих трех месяцев в Шанхае на весь товар со складов номер десять и одиннадцать для наших людей будут особые скидки.

– А что там, на этих складах?

– Это кто спрашивает, ты, Рамвальд? – вступает Хродгар. – Ты в море не ходишь, значит, тамошняя торговля не про тебя. Занимайся мастерской.

…Споры продолжаются еще некоторое время, однако я уже не слушаю.

Везет же мне на «тайные операции с зачисткой бандитов», массаракш. На сей раз «живца» делали не из меня, а из всего поселка Мидгард, но я-то был в это время внутри. И что под пули не попал – ну, так просто сидел не на той позиции, а то мало ли…

Все. Хватит. Надо поскорее возвращаться домой, к семье, и отдыхать, а то никаких нервов не хватит. Да, я умею держать себя в руках и выжидать удобного момента, с наименьшими потерями выживая там, где другие остаются без головы. Только на этом «выживании» у меня, массаракш, почитай, весь последний месяц построен, а новоземельный месяц – он, зараза, длинный…

Как быстрее всего добраться до протектората? Самолетом, само собой. Что недешево, но с «наследства» сеньора Антонио Янеса я могу позволить себе и не такое. Трудность в другом: в Мидгарде своей авиации нет вообще, ближайшие аэродромы – в Нойехафене и Штутгарте, однако есть ли в этих немецких городах «пассажирские рейсы» на русскую территорию? Гложут меня смутные сомнения…

А откуда такие рейсы есть? Из Порто-Франко, само собой.

Теперь вопрос ребром: если мне в Порто-Франко – по-хорошему, надо бы и на Базы завернуть. Передать привет знакомым на «Латинской Америке», наверняка ж не все на ротацию ушли, ну и завернуть на «Европу» за той самой посылочкой для Тьоррингов. То есть сами-то Тьорринги покойники, если видеозапись из «Смертельного лабиринта» не фотомонтаж специально для меня, что вряд ли; но кому-то же перейдет по наследству и имущество их, и дела. Соответственно судьбу «лабораторного журнала» можно и разыграть так, как договаривались с Рольфом Тьоррингом. Опять же с журнала следует снять копию и положить на стол директору Крофту дополнительным бонусом от командировки, авось и нашим экспертам тема покажется полезной. Да, крюк почти на четыреста верст в оба конца. Но если учесть, сколько тысяч я уже намотал по континенту… лишние день-другой погоды никому не сделают.

Территория Европейского Союза, г. Мидгард. Понедельник, 40/03/22 08:15

Шкипера транспортного судна «Гунь Мэй» зовут Сальваторе Спинетти, из чего неопровержимо следует итальянское происхождение данного субъекта, хотя глаза-щелки на хитрой морде вполне могли бы принадлежать и китайцу. Тем не менее, общаемся мы с ним на интернациональном в том числе и в морских делах английском наречии. Дюжина кают на его «селедочнике» имеется, сейчас они пусты и взять пассажира до орденской Базы шкипер Спинетти не отказывается, хотя подобный вариант и не является обычным – но, с другой стороны, в этом рейсе у него все необычно, так что почему бы и нет. Торг за «сколько» заканчивается быстро, и мне рекомендуют не опаздывать к отплытию, то есть прямо сейчас мухой метнуться за багажом и так же быстро – обратно. Потому как им еще в Нойехафене останавливаться, сдавать реквизированную радиоаппаратуру, за каковой процедурой, как и за безопасностью «Гунь Мэй» на каботажном маршруте до самого порта, любезно присмотрит корветтен-капитан фон Вилленсдорф на своем «Нифлунге».

Мысленно усмехаюсь такой постановке вопроса, желаю всех благ Ингольву и всему семейству, не их вина, что гостеприимство оказалось столь кратким; а затем прощаюсь с маленьким городком, которому поселенцы дали имя целого мира[471]471
  «Мидгард» – досл. старонорв. «Срединный город», так в скандинавской мифологии именуется один из Девяти миров, исконная обитель людей.


[Закрыть].

Территория Европейского Союза, г. Нойехафен. Понедельник, 40/03/22 12:43

Разгрузочные работы должны занять не меньше трех часов. Осмотреть за это время нойехафенские достопримечательности – не удастся, так что я и не напрягаюсь. А просто отправляюсь прямо на пляж, благо рассмотрел еще с рейда, что он тут благоустроенный и песчаный, не хуже, чем в Порто-Франко, и лучше, чем в Новой Одессе и Береговом. Наконец-то я как следует поплаваю в море, а то в Мидгарде хунхузы испортили весь выходной, да и нет у них там нормального пляжа, так, лягушатник для «окунулся и на берег». Мокрый сезон завершился уж полтора месяца как, а я в этом году море только видел. Непорядок.

Тем более тут не море, а самый что ни на есть океан. Большой, теплый и соленый.

А как следует наплескавшись, заворачиваю на почту и заказываю по дальней связи звонок в Демидовск. Чем безмерно радую как любимую женщину, так и весь третий «А», у которого как раз контрольная по пропорциям и дробям, и поскольку учительница-Сара увлеченно болтает со мной, шмакодявки могут безнаказанно подсматривать в учебники и шпоры.

Впрочем, это они думают, что безнаказанно… память у моего сокровища отличная, а жизнь продолжается – и контрольная сия далеко не последняя.

Территориальные воды Европейского Союза, к югу от устья р. Рейн. Понедельник, 40/03/22 20:17

Пассажирские каюты на транспортнике крошечные. Только и можно, что лечь на жесткую койку, причем мне с моим ростом метр восемьдесят три она и коротка, и узковата. Ну, не комфорта ради я сие судно выбирал, так что и разочарования никакого.

Зато прочие аксепты краткого путешествия вполне удовлетворительны. Кормежка в основном рыбная, некоторый избыток соли и приправ сглаживается померанцевым соком; занятное сочетание, непривычно, но не могу сказать, что невкусно. Радует и погода: легкий ветерок, качка почти незаметна, и на воде, хоть солнце и шпарит вовсю, не так жарко, как на суше вдали от побережья. Ну и есть с кем пообщаться, спасаясь от скуки: сам капитан Спинетти занят делами, а вот второй помощник, Фриц Кронне, по должности отвечает за пассажиров, ну а раз сейчас таковые представлены одним мной, то и уделить мне время ему нетрудно. Так что я, задав пару вопросов по «селедочнику» и сопутствующим аспектам, получаю картину более широкую, чем описывал Ульрик годи.

Новоземельный Китай – страна достаточно молодая, ему в середине сухого сезона только-только исполнится семь лет. Из-за ленточки развитие данной территории подпитывают и людьми, и материальными ресурсами, однако судостроительные мощности Шанхая пока ограничены маломерными посудинами из местной древесины, всякими там джонками и баркасами. Поэтому все серьезные суда Китай заказывают у американцев в Форт-Линкольне и у испанцев в Виго, где есть полноценные по новоземельным меркам верфи, краны и стапеля. Американцы берут дороже, так что у них правительство Новой Поднебесной приобрело только единственный свой сторожевой корвет, практически такой же, как виденный мною недавно «Нифлунг», а все китайские транспортники – испанской постройки. Вернее, они попросту испанские, в аренде у совместной шанхайско-портофранковской компании «Сян Ю», и та же компания определяет распорядок маршрутов, грузов и прочего. Так что в зависимости от текущих инструкций «селедочник» иногда работает как обычный грузовоз, а иногда грузом этим выступают пассажиры, которых берут пять сотен в трюм, сотню на палубу и три десятка в «каюты первого класса», одна из каковых в этом рейсе предоставлена мне… Наверное, это надо быть китайцем, чтобы втроем втиснуться в такую каморку и еще именовать это «первым классом».

Та же компания «Сян Ю» набирает для арендованных кораблей и экипажи, поэтому команда «Гунь Мэй» представляет собой полный интернационал, по международным морским правилам английский должны знать все, ну и выучить сотню слов на пиджин-китайском невелик труд. У самого Фрица с этим больших трудностей не возникло: английский освоил еще за ленточкой, пробиваясь в офицерский состав народного флота, и как многие немцы, говорит на этом наречии получше многих англо-американцев, ну а китайский – уже здесь, поднатаскался за время службы.

– А почему флот народный? – спрашиваю я. – Вроде ж в Германии он зовется «Deutsche Marine»?

– Сейчас – да, только я-то с берегов Иккера. «Осси»[472]472
  Ossie – нем. жарг. «восточники», уроженцы бывшей ГДР. Разница в характере местами заметна и через двадцать с лишним лет после объединения страны.


[Закрыть]. Ну а в ГДР был «Volksmarine», «народный флот»…

– Für Deutsches Titeln brauche ich kein Dolmetscher[473]473
  «Для немецких названий мне переводчик не нужен» (нем.).


[Закрыть], – ухмыляюсь я.

Фриц, хохотнув, переходит на родной язык.

– Не возражаешь?

– Да ради бога.

– Ну, в общем, у нас фольксмарине был, а у них – бундесмарине. Когда страну объединяли, единым стал и флот. В объединенный бундесмарине меня не взяли, навесили шеврон и выперли в отставку боцманом[474]474
  Bootsmann – здесь: унтер-офицерский чин в немецком ВМФ, по шкале НАТО соответствует унтер-офицеру второго ранга (petty officer 2nd class), а по отечественной – главному старшине.


[Закрыть]. После очередной реформы и волны сокращений «державный флот» и сделался дойчемарине, только я уже этого непотребства не застал, в девяносто втором в «ворота» дернул и вот с тех пор здесь.

– А в здешний германский флот не попал?

– Тут того флоту – три корвета и дюжина катеров, у которых по паре торпедных аппаратов, а вместо ракетной установки вот такая пулеметная, – кивает на бортовую турель, конструктивно – один в один МТПУ, только вместо «владимирова» на станок водрузили «дашку», уж не знаю, оригинал или китайский клон. – Оно-то больше пока и не нужно, строить и содержать «флот открытого моря»[475]475
  Hochseeflotte (нем. «флот открытого моря») – основной флот кайзеровских ВМС, по сути созданный в 1907 г. адмиралом А. фон Тирпицем для открытого противостояния британскому Гранд-Флит.


[Закрыть] здесь некому… – Затягивается трубкой, задумчиво глядит на горизонт. – Так что я ходил на траулере с рыбаками, потом ушел на контракт в «Сянь Ю», один черт – каботажка, а платят они лучше. Ну а для моей мечты без денег никак.

– А что за мечта? – Не то чтобы мне было сильно любопытно, но человек сам напрашивается.

Фриц улыбается.

– Мечта простая: купить когда-нибудь свою посудину да рвануть в неизведанное.

Действительно простая. И даже понятная.

– Что открывать будешь, Америку или Северо-Западный проход?

– На север Дежнев уже ходил, забрался вдоль побережья на пару тысяч километров за Китай, до местной Арктики на своей яхточке не добрался, а зимовать на берегу не решился, слишком мало их было. А вот Америку… – Снова смотрит на восток, в открытое море. – И хочется, и колется. Приборы у нас получше, чем у Колумба, а уж опреснитель ему и не снился. Проблема в спонсоре: пока ее величество Изабелла не объявилась, одна надежда – на себя. Скоплю, построю, наберу в команду таких же сумасшедших романтиков – и посмотрим, что там за горизонтом…

Территория Ордена, база «Юго-Восточная Азия и Китай». Среда, 02/04/22 21:30

К плавучему причалу «селедочник» швартуется уже к закату. Команду, как положено, отпускают на берег, оставив на судне обычную вахту; Спинетти еще раз напоминает, чтобы в шесть утра все были на борту и готовы к авральной погрузке.

Меня последняя часть не касается, однако судно я покидаю вместе с командой, благо единообразия формы у них нет. Нет, не прячусь, просто лишнее беспокойство и вопросы ни к чему ни мне, ни шкиперу. Порядки на орденских базах мне известны, оружие дисциплинированно упрятано в баул и даже опечатано. Печать, правда, корабельная, но Охранная служба отродясь не страдала излишним формализмом.

Плавучая часть длинного деревянного настила потихоньку сменяется стационарной, на вбитых в мелкое дно сваях. Однако. Отгрохали же тут конструкцию, от берега уходит чуть не на сотню метров… помнится, на «Латинской Америке», «Европе» и «Центральной» пирсы-волноломы из обычного бетона и куда скромнее. Правда, и большегрузы туда не заходят, только орденский рыболов-траулер, прогулочные баркасы обитателей Баз – и, изредка, переброшенные из-за ленточки яхты-катера мигрантов, которые вместо машины предпочли такой вот транспорт.

Так, ладно, мне на базе «Китай» нужны две вещи. Во-первых, влезть под душ и как следует сполоснуться, чего в моей «каюте первого класса» сделать было решительно невозможно, а во-вторых, найти транспорт на соседнюю базу, «Латинскую Америку», где у меня все знакомые и вообще. Пункт первый проще всего реализовать прямо на пляже, вон она, душевая кабинка…

…а вот из этой кабинки выходит очень знакомая морда. Не ожидал.

– Бонжур, Рене.

Рене Жозеф Дьегаррон, сотрудник маттеходтела – сиречь «программер», для не желающих разбираться в тонкостях нашего компьютерного хозяйства; в том году работал на базе «Океания».

– Влад? – удивленно моргает француз. – Ты-то тут каким ветром?

– Морским, – фыркаю я. – Будь другом, пригляди пару минут за сумками.

И быстро, пока человек не передумал, ныряю под душ, благо для своих сотрудников Орден все обустроил вполне цивильно, ну и гостям базы и прочим мигрантам не возбраняется пользоваться теми же благами цивилизации, если знаешь, где тут что – а я этого пока не забыл.

Переодеваюсь в чистые шмотки. Рене тоже натянул песочную повседневку, зашнуровывает ботинки, и информирует меня:

– Я уже позвонил Тому, щас поедем вдарить по кружечке. Отказ не принимается.

– Да я и не отказываюсь, только кружечками пусть сам потребляет, а мне вишневку.

– Ты же у русских поселился, неужели и они тебя не совратили?

– Привычки пить с дураками не имею, а умные и не пытаются, ведь им же больше достается!

Территория Ордена, база «Южная и Латинская Америка». Среда, 02/04/22 22:12

Откуда Рене взялся на базе «Китай», ведь в том году он работал на соседней «Океании»? Ротация персонала, регулярное (раз в год, плюс-минус лапоть) развлечение орденского отдела кадров. Перетасовка сотрудников – как правило, низшего звена, хотя бывают исключения; кого-то направляют в представительства «в большой мир», ну а остальных вот так, с одной базы на другую, в том же либо в соседнем подразделении – и, как правило, в том же звании, хотя оно у низшего звена и так весьма условно, хоть и в форме, но нашивок не носят, за вычетом Охранной службы.

По той же самой ротации Тома Ульвера, нашего общего приятеля и компаньона по прошлогодней «командировке» и сопутствующим оной коллизиям (отдельная история), перевели на «Латинскую Америку». Повезло. В смысле, «за встречу» можно пропустить сразу со всеми моими тамошними знакомыми, а их даже с учетом этой самой ротации наберется с пол-Базы. Включая донну Кризи, которая там замдиректора и, для сотрудников, «первая после Бога», ибо сам директор Кларк занят в основном высокой корпоративной политикой и на людях почти не появляется, я лично его видел за все время раза два… Десять верст от «Китая» до «Латинской Америки» джипчик Рене преодолевает за неполные пятнадцать минут, дорога накатанная, и вскорости меня уже дружески хлопают по плечам, обнимают и целуют знакомые обоего пола.

– Фоткой наследника похвастаешься? – интересуется донна Кризи.

Увы, тут могу только развести руками и выдать байку о злоключениях в Латинском Союзе. Мол, отобрали все, что нажито непосильным трудом… Лапшу на ушах постарался обеспечить поразвесистее, однако некоторые, похоже, за моими байками разглядели кусок правды.

– Патрульные наши этим заниматься не будут, слишком далеко и вообще не их зона ответственности, – отозвав меня в уголок, сообщает вполголоса Леон Ричардс, – но могу через Сан-Кристобаль поднять кое-какие концы…

– Спасибо, не нужно, – отвечаю я. – Исполнителей все равно не найти, а с хозяевами уже… рассчитались.

Глава отдела по связям с заленточными структурами молча жмет мне лапу. О да, в охоте на бандитов он полностью на моей стороне, по целому ряду причин.

Остаток вечера занимает обычная вечеринка и треп ни о чем. Кое-кто спрашивает о жизни в Русской Конфедерации, благо ПРА для здешних орденцев, если говорить о низшем звене – источник разнообразных легенд, которые не так-то просто прояснить. Им – непросто, потому как дальше Порто-Франко сами они не выбираются, а персонал тамошнего российского представительства мало того, что «по должности» выдает информацию крайне дозированно, как и подобает посольским сотрудникам, так еще и держит сторону скорее Москвы, чем Демидовска; ну а бойцы РА, которых туда занесло по конвойной проводке, в плане источника сведений для среднего орденца также не ахти что. Нет, не в языке общения трудности: на той же базе «Россия» хватает либо «наших», либо тех, кто выучил русский позднее, потому как Орден поощряет и вообще для работы полезно, да и среди конвойщиков многие владеют английским, тоже профессиональное требование. Проблема в другом: очень уж наши армейцы привычны выстраивать «образ врага», и разумеется, Америка и Орден в списке кандидатур на сию почетную должность стоят очень высоко; общаться же с врагом не через прицел, а хотя бы за дипломатической игровой доской – нужно отдельное умение, каковым вояки обычно не обладают.

Ага, «Орден, он разный». И Америка – разная. И протекторат Русской Армии – тоже разный. Только это ж надо, массаракш, подумать собственной головой. Проанализировать. На уровне, который несколько превышает тактику поля боя…

Лучше всего наши армейцы понимают армейцев орденских, благо мыслят все вояки более-менее на одной волне. Понимают, общаются – да, может так случиться, что завтра по приказу командования им придется стрелять друг в друга, но именно поэтому сегодня можно сесть за один стол и обменяться окопными анекдотами. Это честно, это правильно, и так и происходит – и в Порто-Франко, и на Базах; вот только из такого общения никакой новой информации собеседники вынести не могут. Потому как выше уже сказано об их умении анализировать входящие данные.

Но армейцы еще ладно, они хотя бы профессионалы, и когда имеют дело с «вероятным противником» вне поля боя, все-таки обычно не переходят черту. Да, играть в дипломатов не умеют, «вероятный противник» чувствует, что с ним общаться не хотят, и быстро закругляется, но это и все.

Для профессионала – все.

А вот для непрофессионала…

Для непрофессионала чувство обиды – вот за что они меня, такого хорошего, считают врагом, я ж им еще ничего плохого не сделал, – запросто может взять верх над здравым смыслом. И после этого он ДЕЙСТВИТЕЛЬНО становится врагом, то есть из нескольких вариантов спокойно может выбрать не самый выгодный для себя, а тот, что, по его мнению, по максимуму навредит врагу.

Недостаток информации плюс запущенные в нужной тональности слухи, и враги будут роиться вокруг мириадами и легионами. На этом погорел, к примеру, СССР, сделав подобную паранойю частью государственной идеологии, ну а когда сквозь дыры в железном занавесе начали просачиваться другие сведения, которые противоречили стройной официальной картине – вместе с построенной на обмане идеологией рухнуло и государство. Да, я по возрасту застал только самый краешек оруэлловского двоемыслия, и на момент развала страны мало что понимал. Но – запомнил, а проанализировал уже потом, и выводы сделал сам. Не скажу, что жутко оригинальные, и далеко не факт, что это явилось единственной причиной развала… но одной из – точно было.

Иные диванные специалисты, конечно, и сейчас с пеной у рта готовы агитировать за советскую власть, утверждая, что во всем виноваты враги. Ну да, врагов искать проще, чем решать настоящие трудности. Профессионал работает, или хотя бы старается работать на результат, а от постоянных воплей «кругом враги» единственный результат – создаваемый у кричащего и окружающей толпы букет комплексов покруче любой шизы с паранойей. Много с таким букетом наработаешь, как же…

Конечно, в Новой Земле подобного нет. Здесь, с одной стороны, слишком мало народу, а с другой стороны, этот народ куда более самостоятелен, привык рассчитывать сперва на себя, а на государство уже в третью очередь. Да, тотальная фронтирная вооруженность – одна из причин, как говорил товарищ Мао, «винтовка рождает власть».

Но как и на дикозападном фронтире, вокруг вооруженных обычными в общем винтовками обычных в общем людей – складывается миф.

И часть здешнего мифа – Русская Армия.

Она не миф, она реальна, говорите? Реальна, конечно. Так и герои дикозападных мифов – Дикий Билл Хикок, братья Эрп, Док Холлидей, Билли Кид и прочие Индейцы Джо, – тоже были людьми из плоти и крови. И даже имели некоторое сходство с одноименными героями.

А народ хотел мифа – и слышать не желал о том, что «не так все было».

И похоже, что обитателям фронтира новоземельного также не слишком интересна реальная Русская Армия. Они скорее поверят в пятнадцать тысяч суперменов, каковые водят сверхнадежные конвои по всем окрестным регионам, плевками разгоняя банды дорожных налетчиков; в пятнадцать тысяч суровых профессионалов военного ремесла, каковые плечом к плечу держат границу от «исламского терроризма» – как у себя на берегах Амазонки, так и в Индии, которая хоть и входит в Британское Содружество на правах протектората, но сами бритты справиться там не смогли и запросили помощи у РА. Пятнадцать тысяч тяжеловооруженных суперменов, ну да. На триста тысяч гражданского населения протектората Русской Армии. Интересно, эти любители современной мифологии что-нибудь слышали о законах экономики в приложении к армии даже и военного времени?

А ведь без экономики – современной армии нет и не может быть, ибо ей нужно не столько вооружение, сколько снабжение. То же самое, причем даже в большей степени, справедливо и для государства, и совершенно неважно, кто в нем заправляет: силовики-армейцы, мафиози-олигархи или демократически избранный парламентом светлейший князь. И вот это уже никакой не миф… но кому оно интересно?

Я знаю, что популярные в народе истории о Русской Армии – миф.

Орденцы постарше и поумнее – донна Кризи, Леон Ричардс, Рене, Том, еще кое-кто из старожилов-старослужащих, – тоже понимают, что это миф, и слушая мои байки, только ухмыляются. Остальные же просто слушают, развесив уши пошире, чтобы помещалось побольше лапши.

Уж лучше расскажу я. Пока они не стали прорабатывать эти мифы сами, на основе таких «достоверных» данных, как орденский путеводитель для переселенцев и рекламные проспекты из московского представительства…

Потому что главное, как по мне, достоинство Русской Армии – в том, что она вообще есть. В том, что с ее помощью отстояли вторую русскую территорию, которая теперь не зависит от Москвы, так что у русских – в широком смысле данного слова – переселенцев есть выбор.

Положим, что Москву не люблю я, можно списать на личные эмоции. Да, я наблюдал там типичнейших братков а-ля девяностые, которые всем видом своим демонстрировали, что они и есть власть, а прочие, соответственно, быдло и лохи-«кролики»; ну так и за ленточкой в девяностые точно такие же братки демонстрировали ровно то же самое, а на самом деле судьбы страны на любых уровнях решали совсем другие личности. Начальник мой, Крофт-Гальцев, к Москве относится куда ровнее, прямым текстом заявляя, что с тамошними деятелями нам надо не драться, а сотрудничать, ибо воевать за передел сфер влияния и так найдется кому.

Однако в том-то и плюс расклада, что есть с кем сотрудничать. Или, при острой необходимости, воевать, но даже и так это получится война с внешним противником, а не со своими. Кому-то из поселенцев больше по нраву Москва и Новая Одесса, кому-то – Демидовск, ППД и Береговой. Право выбора – вот он, основной плюс. А прямое его следствие для обычного народа – в том, что ему и в московском протекторате, и в ПРА стараниями властей обеспечивается уровень жизни «не хуже, чем у соседей», чего, будь вместо разделенной Русской Конфедерации единое гособразование, не вышло бы. О «социальных стандартах» говорить рановато, для такого помянутая выше экономика русских краев еще недостаточно развита, с подобным непросто и в куда более богатых Американских Соединенных Штатах. Но жить и дышать людям – дают, и размер этого плюса трудно переоценить.

А непобедимая и легендарная Русская Армиа – так, занятное дополнение к общефронтирной новоземельной мифологии.