Текст книги ""Фантастика 2026-46". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Галина Гончарова

Соавторы: Василий Панфилов,Кайл Иторр,Геннадий Иевлев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 358 страниц)

Пару минут жом Тигр смотрел на нее с непониманием. Потом сообразил – но вместо шлепка по ладони взял Яну за кисть, перевернул ладошку тыльной стороной вверх и поцеловал. Всерьез.

Не обозначил поцелуй, а реально коснулся губами гладкой кожи. И кажется, даже кончиком языка?

Будь Яна не так пьяна…

Соображай она получше…

Увы.

Когда зеленые глаза нашли ее лицо, она ответила спокойным взглядом. Уверенной в себе женщины.

– Мне тоже надо поцеловать вам руку?

– Я не настаиваю.

– А я?

– А вы?

Карие и зеленые глаза оказались близко-близко. И Яна вдруг ухмыльнулась.

– А я обещаю, что вам понравится. Расслабьтесь – и получайте удовольствие.

В жизни жома Тигра было многое. И многие женщины в том числе. Блондинки и брюнетки, торы и жамы, девушки и женщины, добродетельные и развратные…

Но такого с ним ни разу не случалось. Чтобы ему сделали подножку, ловко повалили на диван – да еще и уселись сверху?

И что дальше?

Халат распахнулся, заставив жома перестать размышлять.

Что дальше? А кто-то не догадывается? Ну сходите книжку почитайте! И – не мешайте… расслабляться!

Вот нахалка!

А… э…

Нахалка оказалась весьма деятельной, и жом Тигр вдруг почувствовал себя горничной, которую прижали в углу. На пару секунд, но…

Позвольте!

Это что – изнасилование?

* * *

Через пару часов Яна выскользнула из постели и поискала ночнушку.

Та нашлась в баре. Халат – под диваном. Туфельки? Где-то еще… надо искать.

– Что не так? Полежи еще. – Жом Тигр был ленив и расслаблен. Так и хотелось его за ушком почесать. Очень удовлетворенная жизнью большая киса получилась.

– Все так. Сейчас оденусь – и пойду, – заверила Яна.

– Зачем? – удивился жом.

Девушка пожала плечами.

– Милый, ты был великолепен. Но честное слово, ты же понимаешь, что это – не навечно? И не ждешь от меня признаний в великой любви?

Жом Тигр едва рот не открыл. Помогла привычка – держать маску в любой ситуации.

А сколько раз он сам так поступал?

Прости, дорогая, я принадлежу Освобождению, а не бабам… у меня дела, меня ждет революция… я не объяснялся тебе в любви и не собираюсь этого делать…

Сейчас он видел зеркальное отражение своих поступков. «Прости, дорогой, мне было хорошо, но я пошла?»

А обидно, оказывается…

– Что ты, – заверил он девушку, которая залезла под диван так, что ее тыльная часть провокационно торчала вверх и побуждала к новым подвигам. – Я не в претензии, нам было замечательно.

– Согласна. Так что не надо все портить?

– Не будем. Я уважаю твою свободу, – заверил жом.

– Но? – насторожилась Яна.

– Предлагаю повторить? Уже без дубовика?

– Хм, – задумалась Яна.

Честно говоря – ей понравилось. И сейчас она материла Сережу Цветаева.

Козел!

Мужчины, читайте «Камасутру»! Или камасвечеру! Да хоть что читайте, чтобы не оставлять по пути разочарованных женщин! И тренируйтесь (лучше – не на кошках). А то вернутся – и вломят!

За что?

А вот за то!

За плохо проведенные ночи!

За эти два часа Яна получила удовольствия больше, чем за год с Сергеем, слишком уж тот был самовлюблен. И не отказалась бы от продолжения опыта. Но…

Сама личность жома Тигра тому препятствие.

Он не создан для легкой интрижки, это слишком серьезная личность. Такой либо переспит и забудет, либо… хотя ей-то что?

А ведь верно!

Честь ей беречь незачем! Через год ее все равно не будет, даже уже меньше. Ни чести, ни Яны. А доехать со всем комфортом, не вызывая психологического напряжения в коллективе, – тоже важно.

Яна прекратила поиски туфель – и вылезла из-под дивана.

– Тогда предлагаю договор.

– Договор?

Жом Тигр даже расстроился.

Ну вот, еще одна шлюха… интересно, а что этой надо? Денег? Скучно даже как-то…

– Ну да. Мы – свободные люди. Я на претендую на твою свободу, а ты – на мою. И просьба потом без возмущенных криков. А то начнется… соблазнили, обманули, изнасиловали…

– Меня? – совершенно искренне удивился жом.

Яна фыркнула.

– А как это выглядело со стороны? Явилась дама, потребовала выпить, напилась, начала грязно приставать, а потом еще и… действовать грязными методами.

– Мне понравилось, – серьезно сказал жом, вспоминая кое-какие методики.

– Мне тоже. Но покушений на свою свободу я не потерплю. Ты – свободный мужчина, я – свободная женщина. Пока мы вместе – мы верны друг другу. Надоело? Говорю об этом – и расходимся в тот же день. И я жду от тебя такой же любезности.

– Хм… Пожалуй, – согласился жом Тигр. – Я могу делать тебе подарки?

– Можешь. Хочу штук сто патронов, – заказала Яна.

– И?

– Мало? Можешь подарить двести, – не поняла намека девушка.

– Подарю.

– Договорились. Как мы ведем себя на людях?

– Как мы можем себя вести?

– Не то чтобы я кидалась к тебе на шею с поцелуями, но – мало ли? Еще сделаю что-нибудь не так, испорчу тебе репутацию…

Жом Тигр представил себе процесс – и фыркнул.

– Ты? Мне? Репутацию?

– Что – уже поздно?

– Определенно.

Яна пожала плечами.

– Если нечего терять – то и нечего стесняться.

– То есть? – насторожился жом, глядя на девушку. Как-то она выглядела… плотоядно.

– Можешь кричать, что тебя насилуют, – разрешила Яна. И скользнула под одеяло.

А почему нет?

Жом тоже ничего не имел против. Отдохнуть он успел, а адреналин… кто сказал, что он выделяется только у женщин? Ему сегодня тоже нелегко пришлось.

Надо снимать стресс!

* * *

Наутро Яна даже и не подумала стесняться.

Поезд, господа! По-езд!

Захочешь – не скроешься. Да и звуки из их купе доносились недвусмысленные. Так что Яна вышла утром, абсолютно спокойно, и проследовала к себе в купе.

Смотрите и завидуйте!

Хотя проблемы будут, она не сомневалась.

Сергей…

Да, оказывается, у Тигра было и человеческое имя. Сергей сказал, чтобы Яна не стеснялась просить помощи. Но в такой ситуации? Когда пошли сплетни и требуется помощь в борьбе со сплетниками? Тут либо справляться самой – либо обтекать. Никакой начальник не поможет.

Сама справится.

И Яна поправила пистолет, не собираясь больше с ним расставаться.

Перстень с черным камнем поблескивал на пальце.

Яна просто о нем забыла. Вот на руке он – и на руке, и удобный такой, и неброский, и ни за что не цепляется, вот даже были б здесь капроновые колготки – и за них не цеплялся бы… И чего его снимать?

Обратил ли на перстень внимание ее партнер?

Да кто ж его знает? Яна не питала никаких иллюзий в отношении своего любовника. То, что они оказались в одной постели, ни на что не влияет. Он ее и на казнь отдаст, и на пытки, если хоть что-то заподозрит. Это – Тигр.

Такая милая полосатая киса… то, что в постели он разрешил называть себе Сережей, – ничего не значит. Еще не факт, что это его настоящее имя.

И вообще – у нее своя цель.

Яна фыркнула и принялась заплетать волосы. Ночью – ладно, там можно и с распущенными. А днем – у нее работа, а не погульбушки.

* * *

Проблемы появились на третий день путешествия.

Два дня прошли спокойно, две ночи – беспокойно. Яна не возражала. Даже против вечеров – и то не возражала.

Жом Тигр оказался не только хорошим любовником, но и Мужчиной.

Да, именно так, с большой буквы. Не дамским угодником, а мужчиной, который внимателен к своей женщине.

В чем разница?

Дамский угодник вроде кота, который трется обо все ноги. Он мил, очарователен, он обнимет, поцелует ручку, скажет комплимент, но у его любезности низкая цена.

Мужчина, который внимателен к своей женщине…

Жом Тигр не проявлял к Яне интереса – подчеркнуто. Но когда она оступилась, поддержал девушку под локоть именно он. И побаловал ее любимыми конфетами – орехами в шоколаде, невесть откуда взятыми, – и пообещал подобрать ей другой револьвер, получше…

Это – с одной стороны. Не нарочитое очарование, нет. Но забота, без которой не выживет ни одно чувство.

С другой стороны – Яна иногда себя чувствовала как под прессом. Сила воли этого человека была такова, что находиться с ним рядом…

А вы поживите под прессом!

Сложно!

Давит!!!

Даже неосознанно, не желая того, не намереваясь… давит! А если постоянно?

Яна в себе уверена не была. И радовалась, что у них все это ненадолго.

Личность?

Безусловно.

Но сила сей личности такова, что рядом с ней находиться невозможно. Сломает.

* * *

Мужской коллектив – образование крайне своеобразное. И женщина в нем может жить только по одному признаку.

Нельзя никому? Никому нельзя.

Можно одному? Можно всем и сразу.

Вот эту теорию и попытался проверить на Яне один из освобожденцев.

Идете вы по коридору, и понимаете, что Штирлицу было легче. Он хоть и шел по гестапо, но… его по заднице не шлепали! Не было там геев! Кажется…

Шлепок по филейной части получился чувствительный. Как должна реагировать приличная девушка? Развернуться и дать наглецу пощечину.

Яна приличной отродясь не была. А потому без предупреждения нанесла прямой удар ногой назад. Кажется, в карате он называется уширо-гери.

Ушатало врага так, что любо-дорого посмотреть. Яна хоть и не особо целилась, но пробила ему в печень.

Мужчину согнуло, вывернуло наизнанку, Яна посмотрела, плюнула, да и пошла дальше. До умного дойдет, а дурака не перевоспитаешь.

Говорить об этом жому Тигру? Чтобы еще досталось бедолаге?

Яна не собиралась заниматься глупостями. Она уже все разъяснила.

* * *

Тор Слейд Дрейл взял протянутую ему телеграмму.

– Прошу жома…

Ох эта варварская страна!

Он, аристократ в девятом поколении, – и жом! Слушать противно!

Мысль о том, что первый его предок-аристократ был обычным лавочником, который попросту купил титул за большие деньги, мужчине в голову не пришла.

Это было давно.

Неправда.

И вообще… за девять поколений его происхождение отлежалось, настоялось, облагородилось, патиной покрылось (и не надо тут про паутину, никто ничего не перепутал!). Чего вспоминать древние времена? Каждое дворянство начиналось с простолюдинства.

Но в Русине сейчас жомом быть не стоило. Так что тор Дрейл гневаться не стал. Просто на чай не дал телеграфисту. А судя по обиженному взгляду, тот рассчитывал. Поделом тебе, быдло! Будешь знать, кто тут жом, а кто – тор!

Тор Дрейл бросил взгляд на бланк.

Алоиз Зарайский.

«Посылка ушла, продолжаю поиски».

Это была первая его телеграмма.

На тот момент тор Дрейл пребывал в отчаянии.

Про гибель Петера он узнал, равно как и вся столица. Про наследника – тоже. А вот кто? Что? Как? Неизвестно…

А что скажет тор Вэлрайо? А как хочется жить…

А потому телеграмму он принял с восторгом. И телеграфировал сам.

«Ищите, оплачу».

Тор Дрейл понял так, что Алоиз ищет или наследника, или кого-то из царевен – не дурак же! Разберется!

И вот следующая телеграмма.

«Иду по следу».

Отлично! Просто отлично! Жаль, что нет подробностей, но такие вещи ни письму, ни телефонной связи не доверишь. Тор Дрейл подумал пару минут – и решил отправить еще одну телеграмму.

«Держите курсе дела».

Посмотрим, как оно сложится. Главное – есть шансы.

* * *

Тор Вэлрайо в этот момент был на приеме у ее величества Элоизы.

Есть в мире справедливость.

Тор Дрейл тянулся перед тором Вэлрайо. Тор Вэлрайо тянулся перед своей королевой. И было, было отчего! Это вид у нее очаровательный. А сущность…

Никто не обманывался внешностью милой доброй бабушки. Доброты в ее величестве было как в гадюке жалости. Что своей семьей, что Лионессом она правила железной рукой. А что на людях демонстрировала очаровательную даму, милую и дружелюбную… Так и гадюка тоже красивая. Особенно греющаяся на солнышке.

Вэлрайо не обманывался. Случись что – его приговорят так же спокойно и равнодушно, как бедолагу Петера. И ледяные серые глаза ее величества сейчас казались свинцовыми. Губы поджаты, пальцы барабанят по подлокотнику кресла.

– Вы подвели нас, тор.

Тор поежился.

– Ваше величество, я…

– Я не хочу слышать оправданий.

Оправданий она не хочет слышать! Но… Вэлрайо все же рискнул.

– Вы приказали не принимать его императорское величество. И я выполнил ваш приказ, ваше величество.

Королева досадливо поморщилась.

– Следовало пригласить одну из его дочерей. Петер нам не был нужен, но кто-нибудь из его девочек… устроить любовную историю…

У Элоизы были причины гневаться.

Готовясь к эмиграции, Петер перевел в банки Лионесса определенную сумму. Крупную. И если император мертв и его семья мертва…

С банкирами Элоиза договорится. Или не договорится, такое тоже возможно. В любом случае она на эти деньги руку наложить не может. На Лионесс столько грязи выльют – ушаты!

– Ваше величество, я выполнял ваш приказ. И… у нас есть надежда.

– Мы слушаем вас, тор.

– Насколько мне известно, кто-то из дочерей императора остался жив.

– Вот как?

– Мой агент заслуживает всякого доверия.

Или красивых похорон. Но это уже детали.

Элоиза медленно кивнула.

– Мы ждем от вас вестей, тор. Не разочаруйте нас. Я надеюсь, что бедная сиротка прибудет в наши объятия как можно скорее.

Тор Вэлрайо поклонился.

– Я приложу все усилия, ваше величество.

– Мы будем ждать. Идите, тор, – и исполните свой долг. От этого зависит ваша карьера.

– Да, ваше величество.

Выходя за дверь королевского кабинета, тор Вэлрайо думал, что принцессу (великую княжну, но разница несущественна) он из-под земли достанет. Королева шутить не будет. У нее – много.

И дипломатов в том числе…

Надо телеграфировать Дрейлу. Пусть активизируется.

Русина, Подольский округ

Илья упал в кровать, не раздеваясь.

Как в пропасть. И отключился так же.

Сны ему обычно не снились. А в этот раз… И хороший такой сон был, приятный. Идут они с Анной по саду, под руку, и Анна ему улыбается, и глаза ее карие сияют…

– Аннушка…

– Илюшенька. Любимый!

И столько чувства в ее тихом шепоте, столько нежности…

А потом Анна тянется к нему, а Илья наклоняется и касается губами ее нежных губ.

– Аннушка…

Обнимает ее плечи, шепчет что-то ласковое… Он не хотел! Он не нарочно… Он…

И все было как тогда. И шепот, и поцелуи, и нежность, и горечь потери… Все это бывало во снах, и не раз. С этим Илья свыкся.

А вот вскрик был вполне себе натуральным.

И горячее женское тело под ним – тоже.

И…

Маргарита?!

Илья открыл глаза – и тут же закрыл их.

– Тора Измайлова! Вы…

Нежная женская ладошка накрыла его губы.

– Илюша… не надо! Просто – молчи! Прошу тебя, молчи! Не говори, что ты мной брезгуешь!

Илья и так не собирался. Но Маргарита била наверняка.

– Ты… пусть это будешь ты… пусть хоть ночь, хоть час… не гони меня, умоляю! Ты меня уже один раз спас… не бросай, пожалуйста!

Илья и не собирался. Но и такого не ждал.

– Тора!

– Я ничего у тебя не прошу, я знаю, ты себе не принадлежишь. Но… Пусть у меня будет хотя бы несколько дней! Хоть что-то… Умоляю!

И кто бы отказал?

Илья и не стал изображать из себя святого Ксенофонтия, отвергающего домогательства ста суккубов. Он жив, Анна мертва, и вообще это другое дело! Так что поцеловал сначала ладошку, потом запястье, потом кожу на сгибе локтя…

Мужчина он – или уже нет?

Сам Илья был уверен, что мужчина. И действовал по ситуации. Да не особенно и возражать хотелось…

Где-то в безвременье

Самый страшный враг бессмертного – скука. Что угодно сделаешь, лишь бы она тебя не одолевала. Что угодно…

Богиня сидела в ледяном кресле.

Словно ожившие голограммы, в воздухе перед ней крутились две девушки. Аня и Яна. Яна и Аня.

Две родные души из разных миров.

Две практически одинаковые души.

Ее развлечение.

И надо сказать, пока богиня была довольна. И жертвами, и поступками девушек. Скука отступила. Во всяком случае – пока.

Забавные существа – смертные.

Интересные.

И можно добавить им остроты в игру. Умненькая девочка Аня. Умненькая девочка Яна, которая должна скоро прибыть в столицу… Очень скоро. Почему бы не сделать нечто такое…

Хелла улыбнулась. Где есть кровь ее последователей – есть и власть богини. Жаль, что крови осталось мало. И власти – мало, в этих двух мирах о ней почти не помнят. Но она о себе напомнит. И смотреть за игрой будет интереснее.

Богиня прищурилась в сторону Русины – и чуточку, едва заметно, шевельнула пальцами, отдавая приказ. Интересно, догадается ли смертная, что произошло?

Посмотрим, что будет дальше. Понаблюдаем.

И богиня устроилась поудобнее.

Русина, Яна

Поезд несся вперед. Постукивали колеса по рельсам, мелькали поля, мелькали за окном звезды. Яна лежала и смотрела в темноту.

Звенигород. Завра они будут в Звенигороде, и путешествие подойдет к концу.

Яна покосилась на лежащего рядом мужчину. Тигр спал.

Тигр… Сережа.

Завтра им надо расставаться. Будет ли ей больно?

Нет.

С чего?

Привязаться к мужчине она не успела. Полюбить?

Ага, как же! Сексуальная революция породила поколение людей, которые отдавали свое тело словно сдачу в лавке. Равнодушно и спокойно.

Чувства? А при чем тут чувства?

Будет ли она жалеть?

Безусловно будет. Первый раз у нее случилось такое, чтобы и любовник, и собеседник, и ей было интересно, и о ней заботились, да и вообще…

Даже с Сергеем Цветаевым Яна чувствовала себя сильной. А с Тигром – могла стать слабой. Редкое в ее жизни чувство. И все же утром она уйдет.

Все уже готово, собраны вещи, сложен саквояж, остается только решить – когда уйти? На перроне их будут встречать. Там незаметно не исчезнешь.

Потом?

А когда – потом? Вот вопрос?

Насколько Яна просчитала характер своего любовника, ее попросту не отпустят. Жом Тигр воспринимает ее своей собственностью.

Забавно, там Сережа и тут Сережа. Там ее считали собственностью – и здесь. Только вот от Цветаева уйти было несложно.

А от Тигра?

Не уйдешь. Не тот человек…

Свое он выпускать не привык, а Яна мало того, что спала с ним, – она его заинтриговала. И мужчине было интересно поковыряться в новой игрушке, показать ее приятелям, самому подергать за разные рычажки…

Что при этом будет чувствовать игрушка?

А когда это кого волновало?

Яна тихонько встала и подошла к окну. Потянулась.

Поймала краешком взгляда искры в кольце. Белые, ночные… Красивый камень, наверное опал. Она что-то такое про них читала.

На плечи ей легли теплые ладони.

Почувствовал, что она встала, проснулся. Тигр – и все тут. Правильно прозвище дали. За дело.

– Не спится?

– Скоро Звенигород.

– Тебе нечего бояться. Ты со мной.

– Тогда – и ты со мной? – вернула усмешку Яна.

– Под твоей охраной и защитой, верно? – Шеи коснулись горячие губы, повели дорожку вниз.

– В Звенигороде тебе может угрожать опасность только от Пламенного. – Яна, с легкой руки любовника, начала постепенно разбираться в реалиях данного мира. В тех, которые не интересовали Анну. – А от него тебя защитить не получится.

– Пока я ему нужен. Подозреваю, буду нужен еще долгое время.

– Для грязной работы.

– Мне нравится, как ты это говоришь.

– Эротично?

– Нет. С абсолютным спокойствием.

Яна фыркнула, потом развернулась и обняла любовника, руки которого позволяли себе все большие вольности.

– Давай я побеспокоюсь о чем-нибудь другом?

– Давай… побеспокоимся…

* * *

Яна вышла из купе под утро.

Вернулась к себе. Тщательно вымылась холодной водой из кувшина, оделась потеплее. Хорошо, что у нее не чемодан, а рюкзак… с ним проще.

А еще хорошо, что это не «Красная стрела». И не поезд метро. Вот с них прыгать – самоубийство. А с этого – придется.

Поезд уже входил в Звенигород. Яна знала: они остановятся не на вокзале. Они проследуют в депо, там спокойнее, а уж из депо жом Тигр отправится к товарищам.

По идее, она должна его сопровождать.

Без идеи…

Яна выглянула из купе. Действовала она спокойно, она это уже не раз продумала.

Спрыгивать в чистом поле нет смысла. Надо дождаться столицы, там проще затеряться. Это недолго.

Несколько шагов по вагону, засов на двери, поднять, потом привязать к нему особым узлом тонкую веревочку, открыть дверь, закрыть… С той стороны дернуть за веревку. Засов падает, узел распускается.

Яна стоит на площадке вагона, ветер треплет волосы…

Все равно поезд идет слишком быстро.

А вот и Звенигород.

Она знает: жом Тигр уже проснулся и приводит себя в порядок.

Она знает: скоро подадут завтрак, и мужчина начнет искать свою любовницу.

Она знает: надо уходить. Но какое-то время еще медлит.

А потом прыгает с подножки, группируясь в полете, как учил отец[21]21
  Один мой знакомый такое регулярно проделывал. ИМХО – самоубийца, но в критической ситуации и не так раскорячишься. (Прим. авт.)


[Закрыть].

Падать – надо уметь правильно. Из любого положения, с любой высоты… Яна прокатилась по земле кубарем, больно хлестнул рюкзак, который она выпустила уже в прыжке – не искать же потом полчаса?

Бок встретился с каким-то сволочным камнем, щеку ободрал куст…

Яна выдохнула – и распрямилась.

Звенигород.

Встала, быстро пробежала руками по телу… Цела. Обернулась, поискала глазами рюкзак, шагнула к нему, подобрала…

Так, руки в порядке, ноги в порядке, ребро… нет, не треснуло – Яна глубоко вдохнула, выдохнула, провела ладонью… сойдет! Даже если и треснуло, то не сломалось, остальное – не важно!

Щека в крови?

Яна вытащила маленькое зеркальце и оглядела себя.

Нормально!

Волосы дыбом, грязи собрала на себя – хоть лопатой отгребай, но в остальном – сойдет. И девушка принялась приводить себя в чувство.

Собрала волосы под бандану, отряхнулась, немного испачкала лицо… Ну да, получилось нечто странное. Но…

Переживем!

Ей в Звенигороде долго не оставаться. Забрать сына – и уезжать. И – быстро!

Яна сунула руки в карманы и зашагала по направлению к известному ей дому, в котором жил ее ребенок с приемной матерью, сестрой Ильи…

ДОН-Н-Н-Н-Н!!!

Девушка подняла голову.

В древней столице звонил колокол.

ДОН-Н-Н-Н-Н-Н-Н-Н-Н-Н-Н-Н-Н!

ДОН-Н-Н-Н-Н-Н-Н-Н-Н-Н-Н-Н-Н!

Три тяжелых удара, которые были слышны во всех концах Звенигорода.

Наследник прибыл в столицу. Пусть даже Яна и не подозревала о подобной подставе.

Ей было не до колоколов, которые могли бить по любой причине, даже самой неуважительной. Ее ждал сын. Здоровый! Любимый!

Единственный и обожаемый Гошка!

И какие там колокола – Освобождения – крови – любови?

Да плевать ей на все, кроме родного ребенка! Гоша, солнышко, я иду к тебе, жди меня… Эх, свинюшка я все-таки… даже игрушку с собой не захватила! Но такое нельзя показывать разным Тиграм, они мигом ударят в уязвимое место! И так чудом удрала! Наверняка ее уже хватились… ну и ладно! Разберемся!

С неба медленно, словно бы нехотя, полетели белые снежинки.

Первый снег…