Текст книги ""Фантастика 2024-16". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"
Автор книги: Анна Гаврилова
Соавторы: Влад Туманов,Владимир Босин,Владмир Батаев
сообщить о нарушении
Текущая страница: 90 (всего у книги 346 страниц)
– Добрый день.
Его величество молчал не в силах осознать происходящее.
– Она колдунья, – наконец, пояснил Эрик. – Одна из тех, кто ходит между мирами.
После долгой, удивлённой паузы монарх оторвал взгляд от девушки и тихо обратился к сыну:
– Неужели?
Принц с гранатовыми волосами улыбнулся и кивнул.
«Эрик, как это понимать?» – вопрос был сдобрен изрядной долей удивления.
«Гардеробная, – мысленно усмехнулся принц. – Помнишь, я так и не сумел заменить старинную дверь. Вот через неё и пришла.»
В столице королевства Фаргос не пользуются обычными замками – магические стократ эффективней. А во дворце лишь одна дверь с простым затвором – та самая, что ведёт в гардеробную кронпринца.
Замок, конечно, пытались заменить, но выломать старинный механизм не смогли ни плотники, ни маги. Оснастить гардеробную дополнительным, магическим затвором или сменить дверь целиком – тоже не удалось. Заклинание, создавшее такие проблемы, уничтожению так же не поддавалось.
Одно время ситуация доводила Эрика до белого каленья, но в итоге наследник смирился. Ключ от гардеробной носил на цепочке, на груди. По большому счёту, надобности запирать гардеробную не было, но после всей этой возни Эрик пошел на принцип. Если бы ни это, он бы ни за что не заметил перестроение ключа, а так стал единственным магом в мире, кто видел рождение портала в иномирье. Правда, в тот момент не понял, не осознал происходящего, решил – готовится диверсия или покушение…
«Занятно, – задумчиво протянул его величество Брейг. Он по-прежнему рассматривал иномирную гостью, старался изобразить дружелюбный взгляд. – И что ей нужно?»
«Не знаю. Мы пока что в гляделки и догонялки играем.»
На ментальном плане зазвучал раскатистый смех, хотя внешне король остался спокоен, как мраморное изваяние.
«Возможно, она будет полезна королевству, – продолжил пояснять красноволосый. – Девушка явно не из простых.»
«С чего такие выводы?»
«Слишком много дерзости и… она мне угрожала, представляешь?»
Весёлость короля сменилась удивлением, беззвучный вопрос прозвучал не сразу:
«И как?»
«Сблефовала неплохо. На мгновенье я даже поверил, что она и впрямь может поставить меня на место.»
«Тебя?! – удивление вновь сменилось весельем. – Если у неё получится, я её озолочу!»
Семейную идиллию нарушил шумный выдох и сосредоточенное:
– Хватит.
Эрик уже слышал этот тон, но всё равно удивился.
Колдунья расправила плечи и шагнула вперёд, к трону. Её голос звучал не очень уверенно, но довольно жестко.
– Ваше величество, я бесконечно рада знакомству с вами, но позвольте узнать, в чём причина столь повышенного интереса к моей персоне?
– Что ты имеешь в виду? – насторожился Брейг. Во взгляде мелькнуло любопытство.
Настя снова выдохнула и сообщила:
– Прежде всего то, что меня удерживают силой. – Король молчал, и колдунья сообразила пояснить: – У меня отняли ключи!
– О… – его величество перевёл недоумённый взгляд на сына. Тот равнодушно пожал плечами. – А зачем вам ключи, Настя? Вы хотите уйти? Уже?
«Сын? Во что ты меня впутываешь?» – прежним, недоумённым тоном, спросил король.
«Я всего лишь знакомлю тебя с колдуньей, – кронпринц не сдержал улыбки. – Она хорошенькая, не находишь?»
– Нет, – зло отчеканила девушка. – Но без них, я чувствую себя пленницей.
– Вы не пленница, Настя, – не задумываясь отозвался монарх. – Вы гостья. Конечно, гостья. Знаете, к нам так давно никто не заглядывал… я имею в виду колдунов. Даже странно. Одно время чуть ли ни толпами ходили. Правда, не задерживались. Кажется, они убегали потому, что боялись магии. Для них это было нечто из ряда вон. А вы? Вы тоже боитесь?
Все трое, не таясь, таращились на девушку. И, как один, были убеждены в ответе. Настя не подвела.
– Нет, не боюсь, – вздёрнув нос, заявила колдунья.
Ну конечно… что ещё мог ответить этот растрёпанный воробышек с зеленовато-карими глазами? После столь нелепого заявления, даже Эрик, который славился небывалой выдержкой, улыбки не сдержал.
– Не боюсь, – повторила гостья, задирая нос ещё выше. – Опасаюсь.
«Глупышка,» – прокомментировал король. На сей раз его слышал не только Эрик, но и Кардер. А вслух сказал:
– Вы очень разумная девушка, Настя. И я чрезвычайно рад нашему знакомству.
Брейг кивнул. Этот жест означал конец аудиенции и колдунья, вопреки ожиданиям, действительно проявила разумность – промолчала.
Согласно этикету, Эрик должен был подставить локоть, позволяя даме сделать вид, будто опирается на него. Но дрожь в пальчиках иномирной гостьи доставляла немалое удовольствие, поэтому протянул ладонь. Прежде чем вложить руку в капкан, Настя одарила коротким взглядом, злющим, как осиное жало.
– Удачного дня, отец, – учтиво поклонился Эрик и повёл спутницу к выходу.
«Эрик, зачем она тебе?» – в голосе короля не было недоумения, только усмешка.
«Хочу.»
«Ах, ну раз хочешь…» – многозначительно протянул Брейг. Он всё-таки рассмеялся, и тут же почувствовал ответную улыбку сына.
Кронпринц не ждал от гостьи покорности, она уже показала истинное лицо. Поэтому ничуть не удивился, что едва за ними захлопнулись двери тронного зала, девушка резко остановилась и прорычала:
– Это не смешно!
– Мы в королевском дворце, а не в цирке, – невозмутимо парировал он.
– Вы! – её пальчик возмущённо колол воздух, но груди Эрика так и не коснулся. – Вы не смеете меня удерживать!
– Ты слышала, что сказал король? – доверительно шепнул красноволосый. – Ты гостья.
Она явно хотела крикнуть что-то оскорбительное, но одумалась. Закрыла глаза, сделала несколько нарочито глубоких вдохов.
– Эрик, что вам от меня нужно?
– Ничего, – кронпринц очень старался, чтобы голос звучал нейтрально. – Просто погостишь у нас.
– Зачем вы меня удерживаете? – не унималась девушка.
– Не «зачем», а «почему».
Он замолчал, наслаждаясь её румянцем. Во взгляде зеленовато-карих глаз смешались страх, растерянность и высшая степень недовольства. И куда же подевалась та отчаянная смелость, с которой она отбивалась от обыска?
– И? – протянула колдунья.
Эрик заломил бровь. К гамме её чувств добавилась злость, настолько искренняя и сильная, что принцу захотелось отшатнуться.
– Почему вы меня удерживаете? – не выдержав, процедила девушка.
– Потому что ты не сдержала обещание, – на губы Эрика прыгнула самодовольная улыбка.
– Бред, – помолчав, фыркнула колдунья.
Он проигнорировал реплику, сказал почти любезно:
– Пойдём. Я покажу тебе дворец.
После повернулся к Кардеру, который всё это время стоял рядом и внимательно следил за разговором.
– Распорядись насчёт апартаментов для нашей… гостьи.
«Смежные с твоими?» – усмехнулся блондин.
«Конечно,» – невозмутимо отозвался принц.
Глава 4Происходящее всё сильней напоминало сон. Самый дурацкий из всех возможных. Я чувствовала себя Алисой в Зазеркалье, правда, в отличие от Кэрролловской героини, относиться к происходящему спокойно не могла. В душе боролись два чувства – страх и злость. Эрик беззастенчиво подстёгивал и то и другое.
После встречи с королём, который мягко говоря, послал, их красноволосое высочество потащили меня на экскурсию по дворцу. В других обстоятельствах я бы упала в обморок от одного взгляда на такую красоту, сейчас же с трудом сдерживала желание поморщиться. Эрик явно заметил, но продолжал водить по коридорам и залам. И чем дольше топтали роскошный паркет, тем меньше понимала происходящее.
В какой-то миг показалось, что принц банально хвастает, желая произвести впечатление. Но я отмела эту догадку, как бредовую. Сила с какой он сжимал мою ладошку, не оставляла никаких намёков на любезность или флирт.
Ещё один невыразимо «прекрасный» момент прогулки – встречные вельможи и дамы. Нас с его высочеством одаривали таким любопытством, что желание забиться в щель переросло в навязчивую идею. По крайней мере, у меня. Эрику, если судить по физиономии, было безразлично.
Следующим пунктом демонстрационной программы стал дворцовый парк. Он оказался небольшим, светлым и довольно красивым. Невысокие деревья незнакомых пород, кусты причудливых форм, немногочисленные клумбы, розарий, благоухающий так, что в носу свербит, пара фонтанов, паутинка дорожек и подъездная аллея. Последняя, хоть и вымощена светлым камнем, напомнила дорогу в Ад. Сам дворец, который снаружи оказался шедевром зодчества, вызвал ещё худшие ассоциации.
Хотя, жить в белокаменной тюрьме с огромными окнами, остроконечной изломанной крышей и бесчисленными декоративными башенками, несравнимо приятней, чем в сером бетоне за стеной с колючей проволокой. Впрочем, с чего я взяла, что апартаменты, о которых должен позаботиться блондин, не окажутся в подвале? В таком случае зарешеченное окошко с видом на пост вертухая куда приятнее.
– Который сейчас час? – я старалась казаться спокойной, но голос всё равно дрогнул.
Эрик одарил равнодушным взглядом, ответил:
– Три часа после полудня.
Значит, сдвиг не почудился.
В родном мире сейчас около часа дня, в Лисичке и на Дальних Островах – втором оплоте нашей с Ахмедом торговли – в районе пяти. Следовательно, Фаргос восточней Москвы и западней Лисички, примерно на одной долготе с достопамятной Вешенкой. Чёрт, мне же с самого начала говорили, что Ремвид и Горанг – не единственные королевства этого мира! Но я так зациклилась на двух странах… А материки? Чёрт! Выходит, я ничего не знаю о мире, в котором провела столько времени?
Вслух спросила о другом:
– И как долго мне гостить в вашем прекрасном королевстве? – А что, принц, кажется, подобрел. Может признается?
– Пока не надоест.
– Кому?
– Определённо не тебе.
Злость снова начала брать верх над страхом. То, что моё мнение никого не волнует и без заносчивых принцев ясно!
– Кому из вас? – попыталась уточнить я, но схлопотала бесстрастный взгляд и только.
По периметру парка тянулся высокий кованый забор с острыми пиками, за ним – город, довольно непримечательный. Невысокие каменные дома с тёмными остроконечными крышами, горожане в нарядах а-ля средневековье, редкие экипажи и всадники, мчащие по пролегающей мимо дворца дороге.
– Эрик, мы взрослые люди, давайте просто договоримся?
– Что ты имеешь в виду?
– То и имею, – не сдержавшись, я рыкнула. – Вы просто, нормально, по-человечески, говорите, что вам от меня нужно, а я так же нормально говорю – могу я вам это дать или нет.
Эрик остановился, вынуждая последовать его примеру. Пальцы, сжимающие мою ладошку, стали как будто горячей, а в глазах принца блеснули алые всполохи. Я же всем своим видом выражала готовность выслушать и дать адекватный ответ, но он молчал.
– Боюсь, ты не поймёшь, – наконец, произнёс красноволосый. И ухмыльнулся как-то… по-особому.
– С чего такие выводы? Эрик, я повидала достаточно. Я многое могу понять. И мои возможности несоизмеримы с возможностями обычного колдуна. Я даже оружие достать могу, вопрос лишь в цене.
Красноволосый глядел так, будто я неразумное дитя. Явно умилялся.
Я расшифровала его посыл, тоже улыбнулась:
– Думаете, вру? Эрик, я честна, как полиграф. Другое дело, что поставлять оружие я не хочу. Это неправильно, неэтично. Но если от этого зависит моя свобода…
Главное сторговаться! А после что-нибудь да придумаю.
– Я видел оружие твоего мира, Настя. Магия гораздо эффективней.
– Неужели?
Эрик в который раз усмехнулся, пояснил:
– Настя, мы неплохо знакомы с благами твоей цивилизации. Нам они ни к чему.
Я бы поспорила. В конце концов, когда они в последний раз колдуна-то видели? Если лет десять назад, то, считай, ни одного нашего «блага» не знают. Разве что упомянутое оружие – оно, кажется, не сильно изменилось. Но спорить бессмысленно, моя задача выбраться из цепких лап красноволосого и его подельников, а не втюхать партию китайского барахла.
– Что тогда? – спросила по-деловому, с толикой наезда. – Для чего меня удерживать?
Не знаю, собирался ли он снизойти до ответа, но всё равно не успел. На другом конце парковой дорожки появилось трио в пышных платьях, и приятный, молодой голос окликнул:
– Эрик!
Принц слегка поморщился. А я вдруг поняла, Эрик – непробиваемый. Он показывает лишь ту реакцию, которую хочет показать. И делает это, вероятно, для того, чтобы хоть чуточку отличаться от мраморной статуи.
– Эрик! – повторила дама.
– Пойдём, – равнодушно сказал принц. – С тобой хочет познакомиться моя матушка.
Надо было промолчать, но все эти недомолвки, непонимания порядком надоели. Я решила, что пора начать налаживать контакт с местным населением. Сказала, подражая светскому тону Эрика:
– Ваше высочество, а почему вы морщились? – И, растерявшись от его молчания, добавила первое, что пришло на ум: – Неприятно, что ваша матушка нарушила наше уединение?
О боже! Что я несу!
Он глянул с такой иронией… точь-в-точь Ахмед, когда я заявила, что наценка, которую делаем на товар, поставляемый в элитные супер-маркеты, в высшей степени неэтична. И что её нужно снизить!
Попытка исправить ситуацию тоже не удалась, с языка сорвалось:
– Значит, она вам неприятна?
– Не она, – нехотя ответил принц.
Не она, а я? О, чёрт! Неудивительно, особенно после таких вот слов.
Пока я позорилась, дамы исчезли. Хотела спросить, но опыт минутной давности заставил прикусить язык. Моё недоумение было замечено и Эрик, вопреки ожиданиям, снизошел:
– В это время матушка предпочитает пить чай у розария. Она ждёт там.
– Хм… а позвать ментально она не могла?
Красноволосый поморщился так, будто два лимона сожрал.
– Матушке уже донесли, что ты – лишенка. Она решила проявить такт.
Я услышала всё, но сознание зацепилось за единственное слово.
– Лишенка? – изумлённо выпалила я.
– Лишенная магии, – безразлично пояснил Эрик. – Идём.
У розария обнаружился стол, сильно напоминающий обычную садовую мебель из моего мира. На белой поверхности яркими пятнами – чаша с фруктами, тарелки с пирожными, кофейник, две чашки. И матушка Эрика, конечно. Я споткнулась, когда её увидела.
Назвать королеву женщиной язык не повернётся. Девушка, невообразимо прекрасная, исполненная той неподражаемой свежести, которую в нашем мире разве что «фотошопом» добиться можно. Гранатовые волосы с тёмными, каштановыми корнями можно принять за результат давнишней покраски, но это сочетание ничуть не портит, наоборот. Тёмные брови, тёмные глаза. И даже сидя за столом, смотрится лучше, чем наши манекенщицы в самых «красивых» позах.
В паре шагов от королевы парочка девушек, видимо, фрейлины. На фоне своей госпожи кажутся бледными поганками. Я бросила торопливый взгляд в их сторону и споткнулась ещё раз. Ту, что справа, уже видела – утром, в спальне принца. Она не скрываясь рассматривала мою скромную персону, а на лице такая ненависть, что проще самой в гроб лечь, чем спросить о причине. От неё даже пахло ненавистью, и этот запах забивал тяжелый аромат роз.
Мы остановились в двух шагах от стола.
– Эрик! – окликнула королева. Голос тот самый – юный, звонкий.
Мой гид (или всё-таки тюремщик?) отвесил низкий поклон.
– Матушка…
Только теперь заметила, что голос самого Эрика звучит чуть хрипловато. Он тяжелый, грубый, и в то же время бархатный.
Принц отпустил мою ладошку, сказал:
– Матушка, познакомься, это Настя. Она, как тебе уже сообщили, колдунья.
Изображать реверансы перед королём мне откровенно не хотелось, а перед ней… я бы с удовольствием, но в джинсах это, по меньшей мере, смешно. Поэтому кивнула, но с куда большей почтительностью, нежели венценосному супругу.
– Наедине можешь называть меня Эдизой, – улыбнулась «девушка». Лёгкий кивок и фрейлины заторопились отойти подальше. – Ты тоже свободен, – добавила королева, обращаясь уже к Эрику. И всё так непринуждённо, без тени высокомерия.
Я не удержалась, глянула на напыщенного сынка столь милой дамы. Их высочество предложение удалиться явно не оценили, но кивнули, развернулись и пошли прочь. Фрейлины последовали его примеру, столь же неохотно и медленно.
– Присаживайся, – королева похлопала по сидушке второго стула и потянулась к «кофейнику».
Памятуя недавнее выступление перед Эриком, я решила проявить благоразумие и помолчать. Даже чашку душистого отвара, который здесь называли чаем, приняла молча, с благодарным кивком. Эдиза по-девчоночьи хихикнула, спросила:
– Он уже запугал тебя?
Я выдала гримасу из серии «ну как тебе сказать…».
– Запугал, – вслух заключила королева.
И улыбнулась так искренне, так по-доброму, что мне тут же захотелось простить Эрика. Исключительно за то, что он рождён этой великолепной женщиной.
– Настя, поверь, он не злой. Просто положение обязывает вести себя определённым образом. Кронпринцу не пристало любезничать, тем более с теми, кто настолько… ниже. Извини, если обидела, но прятать очевидное за витиеватыми словами считаю глупостью. – И добавила веско: – В некоторых случаях.
– Значит, по-вашему, люди вроде меня, даже красивой формулировки не заслуживают? – слова сорвались с языка раньше, чем успела сообразить. Тут же устыдилась собственной наглости, щёки вспыхнули огнём. – Извините.
Ладонь снова оказалась в капкане, но на сей раз в роли красноволосого чудовища выступал не принц, а королева.
– Настя, – жалобно протянула Эдиза. – Прости! Я не это имела в виду. Просто… я думала, в вашем мире ценят честность!
Хорошо, что не успела прикоснуться к чашке, иначе я бы или расплескала, или поперхнулась. Видя моё недоумение, её величество стушевалась, отпустила руку и отодвинулась.
– Я что-то не то сказала?
– В нашем мире, как и в вашем, ценят деньги и положение, – осторожно пояснила я. Взгляд, на всякий случай, упёрла в столешницу. – Но я не обиделась. Правда. Я отлично понимаю разницу между кронпринцем и простолюдинкой. Просто, когда это говорится вот так, в лоб… Я смутилась, извините.
Некоторое время над столом висело неудобное, напряженное молчание. Я не знала, куда деть руки и куда деваться самой. Отчаянно хотелось встать и убежать. Хоть к тому же Эрику – он тоже хам, но в его характере ни секунды не сомневалась, а тут… мгновенная симпатия и полновесная пощёчина вдогонку.
– Настя, я, наверное, чего-то не поняла. Видишь ли, я долгое время общалась с одним колдуном, его Валерой звали. Валера из Свердловска. И он убеждал, что у вас вот так.
Свердловск? Это что за зверь такой?
Я всё-таки подняла взгляд на королеву и тут сообразила. Чёрт! Ну конечно!
– Можно я тоже некорректный вопрос задам? – мой голос предательски дрогнул.
– Попробуй, – настороженно отозвалась Эдиза.
– Вам сколько лет?
Ох, как же она оскорбилась! Даже спину выпрямила и нос задрала. Я невольно улыбнулась.
– Ладно, давайте считать, что ничего не было?
Обижаться действительно глупо: если правильно понимаю ситуацию, Эдиза общалась с «колдуном» времён советского союза, а тогда всё действительно иначе было. К тому же, мужчины априори проще на жизнь смотрят, реально мог внушить, что прямота в нашем мире на вес золота.
Её величество покосилась с деланным недоверием, изящно подняла чашку, отпила. И прежде, чем я успела запаниковать, сказала:
– Давай.
Я непроизвольно выдохнула.
Дело вовсе не в том, что она – королева, а я – бесправная «лишенка», просто… Эдиза действительно понравилась. Иррациональное чувство, но такое важное, такое правильное, что не довериться сродни преступлению. Нечто подобное я испытала при знакомстве с Ахмедом, хотя тогда не обратила внимания, не поняла. Зато пустила джигита в свою квартиру, ночью, а потом перепугалась едва ли не до расстройства желудка…
От воспоминаний отвлёк голос её величества:
– Значит, ты не из Свердловска? А откуда?
…Говорили, как часто бывает, обо всём и ни о чём.
Эдиза делилась взглядами на жизнь, рассказывала забавные истории, часто смеялась. Я тоже смеялась, потому что некоторые из её историй были уморительней любых анекдотов. Тоже рассказывала – о себе, о своём мире. Немного, без подробностей и лишних деталей, но большего королева и не требовала. И в душу лезть не пыталась, чем укрепила уже вспыхнувшую симпатию.
Этот разговор был настолько обычным, что в какой-то миг позабыла, что моя собеседница – владычица королевства Фаргос, и сидим мы не в банальной летней кафешке, а в королевском парке, близ величественного, белокаменного дворца. Даже отвар незнакомых травок казался банальным зелёным чаем…
Когда мы вернулись к теме Эрика, пришлось закусить губу, чтобы не засмеяться. Эдиза нахваливала принца с напором, присущим PR-менеджеру высшего разряда, и неподражаемой искренностью. Убеждала, дескать, он добрый, отзывчивый «мальчик», а цинизм – маска. Заметив моё веселье, замешанное на скепсисе, надула губки и пробурчала:
– Ну я же мать!
Признание – как бомба в основании плотины. Меня прорвало, да и сама Эдиза не сдержалась, залилась хохотом. Но лёгкость ситуации не помешала задать главный вопрос:
– Зачем этот «хороший мальчик» меня удерживает?
Королева поджала губы, ответила нехотя:
– Не знаю.
Мы обе понимали – это ложь. Но я не могла злиться на красноволосую женщину, а она… она заметно расстроилась и добавила:
– Тебе не причинят зла, поверь.
Требовать от неё гарантий или просить решить проблему, я не смела. Я была благодарна за ту толику тепла, которую она подарила. Эдиза отнеслась по-человечески, а это дорогого стоит, в моей жизни такие моменты по пальцам пересчитать можно. Требовать большего – наглость.
– Отнесись к ситуации, как к внеплановым каникулам, – её величество всё-таки переживала. – Ведь в вашем мире бывают каникулы, да?
Я вздохнула и промолчала. Один из постулатов моей цивилизации гласит – если не можешь изменить ситуацию, измени своё отношение к ней. Но это не тот случай.
И лишь когда допили чай, а вынырнувший из ниоткуда Эрик заставил распрощаться и потащил обратно во дворец, я задумалась – а что пыталась сказать королева? Зачем нахваливала сына малознакомой чужеземке? Почему пыталась успокоить и подбодрить?
Увы, на ум приходил лишь один ответ – Эдиза хотела смягчить удар. Вот только какой? Настоящий или будущий?
Эрику наше общение пришлось не по душе. Недовольство сквозило в каждом жесте, в каждом взгляде красноволосого принца. И хотя я была убеждена, что он показывает лишь те эмоции, которые хочет показать… всё равно радовалась. Хоть какой-то противовес королевскому эгоизму.
В этот раз мы не вышагивали по дворцовым коридорам, а просто шли. На любопытство встречных вельмож Эрик не реагировал, я – наоборот. Я дарила улыбки.
Общение с её величеством снизило пресловутый «уровень важности», теперь я видела не только напыщенность приближенных особ, но и… человечность. Практически каждый из встреченных нами, однажды умудрился накосячить – напиться, спутать комнату собственной любовницы с комнатой отдыха королевской стражи, стать «главным призом» в споре дворцовых кокеток или оказаться в шкафу за миг до возвращения супруга. Ну или супруги – истории, на которые не скупилась её величество, не только мужчин касались.
– Прошу, – холодно, со звериным рыком, возвестил Эрик.
Я с трудом оторвалась от собственных мыслей и осознала себя стоящей возле неприметной двери. Она была приоткрыта, в широкую щель просматривалась комната с цветочными обоями. Ни то прихожая, ни то гостиная.
Безропотно скользнула внутрь. Эрик, подобный айсбергу, последовал за мной.
– Ты, возможно, заметила – у нас неприняты механические замки, – возвестил принц и протянул ключ. Самый обычный, от того самого механического замка. – Но ты лишенка, и я распорядился.
Ого! Входную дверь отведённых мне покоев действительно украшали две новенькие, блестящие накладки, в центре зияла скважина.
– Постарайся не открывать посторонним, – холодно предупредил Эрик.
– Постараюсь….
Кажется, принц хотел сказать что-то ещё, но наш тет-а-тет был каким-то неправильным, и он не решился.
– Располагайся, – Эрик развернулся на каблуках и вышел.
Несколько секунд оторопело глядела на ключ, после подошла к двери. Хлопок, громкий «щёлк» замочного язычка, и поворот ключа… Чёрт, неужели я в безопасности? Увы, даже моей наивности не хватило, чтобы уверовать в подобную глупость…
Апартаменты находились на третьем, предпоследнем, этаже дворца. Они состояли из трёх комнат, если не считать ванную. Окна на одну сторону, за стеклом ухоженный королевский парк с паутинкой дорожек и розарием. За кронами с трудом различимы остроконечные крыши городских домов.
Из комнат – гостиная, спальня и кабинет, выполненные в едином стиле, близком к нашей классике. Светлые стены, добротная мебель тёмного дерева, никаких излишеств и прочих «бантиков». Такие апартаменты вполне подходят самому кронпринцу, но с юной девушкой никак не сочетаются.
Единственное, что порадовало – ванная комната. Она напоминала обычный, хоть и очень просторный санузел. Вместо деревянной бадьи, с которыми доводилось встречаться в Ремвиде, нормальная ванна. И унитаз вместо горшка, что куда ценней… Я не стала вдаваться в подробности того, как работают эти агрегаты, хотя уверена – без магии не обошлось.
Несмотря на комфорт отведённых мне покоев и благожелательность королевы, ощущение клетки не покидало. Ситуация в целом тоже не радовала. Я замерла у окна, мысленно прикидывая, чем грозят «каникулы» в королевстве Фаргос, по спине побежали мурашки.
Ахмед видел, как я исчезла, он понял, что дело нечисто, но найти и вырвать из лап недоброжелателей не сможет. Королевство Фаргос слишком далеко от точек выхода наших порталов. Возможно, на другом материке. Зато свернуть бизнес Ахмед может запросто. Если учесть, что на квартиру и новые документы я уже заработала, это не так уж и страшно. Но всё равно обидно. В Лисичке и на Дальних Островах наши сделки как манна небесная, а блага, которые дарим, сродни той же магии. Без нашего присутствия людям будет худо. О подшефных детских домах нашего мира лучше не вспоминать вовсе.
Вторая принципиально важная проблема – грядущие экзамены в университет. Я всё ещё не оставила надежду получить образование, но так как в родном мире я… вообще-то скрываюсь, пришлось отказаться от идеи восстановления в прежнем ВУЗе, и начать подготовку к поступлению в другой. Если не успею вернуться – пролечу ещё на год. Чёрт!
Но даже это мелочь в сравнении с неприятностями, которыми может грозить Фаргос вообще и Эрик в частности. Ведь именно кронпринц удерживает меня тут, остальным явно плевать. Надеюсь, он не собирается препарировать, как ту лягушку?
«Верез! – мысленно позвала я. – Верез, ты как думаешь?»
Маг не ответил. Кольцо, в котором заключена его душа, стало невидимым и неосязаемым ещё в тот момент, когда мерзкий Эрик насильно телепортировал из Лисички.
«Дьявол!» – мысленно выругалась я, но развить мысль не успела.
В дверь постучали, деловой женский голос сообщил:
– Госпожа Настя, это портниха. Меня её величество прислала.
