Текст книги ""Фантастика 2024-16". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Анна Гаврилова

Соавторы: Влад Туманов,Владимир Босин,Владмир Батаев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 46 (всего у книги 346 страниц)

Гарнизон, несомненно, тоже присягнуть успел. То есть Дантос время не терял, пользовался новой способностью не стесняясь.

Хм… а вот ещё одно «кстати»: это умение распознавать ложь и повязывать клятвой – единственное? Или древняя магия что-нибудь ещё может? И если может, то что именно?

Я попыталась вообразить, но фантазия, увы, спасовала. Что, впрочем, не помешало размышлять о возможностях древней магии до самой кухни. А вот когда переступила порог просторного, заполненного сказочными ароматами помещения, лишние мысли из головы выдуло. Освободившееся пространство занял он – ужасный голод!

А получасом позже, когда поела, в голове вспыхнул новый, ну о-очень веский вопрос. Он был и сложен, и прост одновременно. И гласил: вот зачем я так обожралась, а?

Миска супа, два жареных на гриле куска мяса, огромный розовый помидор, салат из зелени, и ещё один, дополнительный, поджаренный на гриле кусочек. И поверх всего этого уже знакомый малиновый кисель в размере суповой плошки. А также маленькая шоколадная конфетка. И мысль: зачем я это сделала? Нет, ну в самом деле, зачем?!

Увлечённая сперва голодом, потом едой, а следом состоянием чрезмерной сытости, я почти не обращала внимания на разговоры, которые велись на кухне. Народ, которого тут собралось непривычно много, обсуждал проведённые аресты и коллег, которые на предательстве попались.

Тот факт, что и сами рассказали больше, нежели хотели, тоже обсуждали, но вяло. Просто поняли – играть в самодура их светлость не намерен и даже готов относиться к слабостям прислуги по-человечески. А раз так, то зачем нервничать?

В общем, ничего интересного я не пропустила. Единственное, с большим запозданием обратила внимание на то, что челядь слишком часто в мою сторону косится. А ещё голоса понижает и старается отодвинуться, явно опасаясь подслушивания.

Последнее стало поводом нахмуриться. Но занервничать и решить, будто мы окончательно и бесповоротно в плане конспирации провалились, я не успела. Пояснение такому поведению замковых слуг дала одна из младших кухарок.

– Видели, как Астра на происходящее в зале приёмов смотрела? – громким шёпотом вопросила женщина. – Она глядела так, будто всё-всё понимает!

– Ага, – подхватила другая служанка. – И у меня такое же ощущение возникло.

– Я тоже внимание обратил, – прошелестел стоящий подле женщин лакей.

Мм-м… Вот, значит, как? Ну ладно… Такой прокол не смертелен. Более того, он скоро забудется, если не слишком сильно внимание к своей персоне привлекать.

С этими мыслями я шагнула к Роззи и благодарно потёрлась носом о подставленную ладонь. Потом громко икнула и уже собралась растянуться на каменном полу, чтобы прилюдно умереть от пережора, как в кухне Жакар объявился.

– Их светлость будут обедать в столовой, – возвестил дедок громогласно. – В компании господина Вернона и благородных леди. – И ещё громче: – Роззи, у тебя всё готово? Мы можем подавать?

В компании леди? Ну-ка, ну-ка…

Направляясь в примыкающую к столовой гостиную, я готовилась рвать, метать, а потом опять рвать. И даже тот факт, что я не иду, а буквально перекатываюсь в заданном направлении, боевого пыла не уменьшал.

Вот… вот как он посмел, а? Как додумался взять и пригласить на обед этих гадин? И это после того, как сам, лично, задержал и посредника в организации убийства, и двух купленных на деньги Итереков отравителей?

Нет. Нет, поступок Дантоса в голове решительно не укладывался! Но когда я ворвалась-таки в упомянутую гостиную и, придержав свою ярость, прислушалась к эмоциям и разговорам, желание убивать поугасло. Просто выяснилось, что моя светлость не виновата, что графиня с виконтессой сами на обед напросились. Влезли, можно сказать, без мыла, и сделали вид, что так и надо!

Вот теперь, осознав главное, я выдохнула и притормозила окончательно. С запозданием отреагировала на обращённую ко мне реплику Вернона и вновь прислушалась к тому, что происходит вокруг.

А ещё через миг расплылась в мысленной улыбке, оказалось, что Дантос не только невиновен, но ещё и зол до невозможности!

Железная выдержка аристократа не помогала. В эмоциях читался такой гнев, что впору прятаться подальше. В какой-то момент почудилось, что хозяин замка сейчас не выдержит – протянет руки, схватит стоящих перед ним куриц за шеи и задушит. А после этого умиротворённо выдохнет и уже спокойный отправится кушать.

Кто знает, вероятно, так бы всё и случилось, но в ситуацию вмешался лакей. Он важно распахнул двери столовой и произнёс:

– Прошу к столу.

Все собравшиеся, включая меня, встрепенулись и неторопливо зашагали в указанном направлении.

Дальше, у сервированного уже стола, пути немного разошлись. Люди начали усаживаться, причём ухаживать за леди Сицией и Катариной выпало слугам, а маленький дракон направился к личному, уже обжитому креслу.

Прежде чем запрыгнуть, я пару минут примерялась и пыталась сообразить – смогу оторвать потяжелевшую попу от пола или нет. В итоге после продолжительных раздумий я всё-таки рискнула, и…

Да! Драконы лучше всех! Драконы могут всё и немного больше! А я – настоящая красавица! Самая ловкая, самая замечательная, самая…

– Ваша светлость, вы такой хмурый сегодня, – перебил мысленное ликование голос поганки Катарины. – Вы не признаётесь, но что-то случилось. Верно?

Наш неизменно вежливый блондинчик вопрос проигнорировал, а я неожиданно поняла – в данный момент Дантос решает важную дилемму. Пытается определиться: выгнать мамашку с дочкой из замка или всё-таки оставить.

Судя по блуждающим по щекам желвакам, чаша весов склонялась к первому варианту, и данный момент немножко золотую девочку отрезвил.

Да, Сиция с Катариной слова доброго не стоят, но гнать их со двора нельзя. Во-первых, мымры выполняют охранную функцию, ну а во-вторых… Уф! Во-вторых, когда Итереки поймут, что лишились и информатора, и отравителей, безусловно, занервничают. Но если у них останется хотя бы иллюзия преимущества, то вероятность новой подлости от этого семейства будет сведена к минимуму. А это, учитывая амбиции и активность Итереков, немало.

– Ну что ты сопишь? – ворвался в мысли уже Дантос.

И я не сразу, но поняла: таким невежливым образом мне сообщают, что маленького дракона услышали.

– Прям не дракон, а… целый драконище, – продолжил после паузы герцог. – Сопи потише. Аппетит сбиваешь.

Миг, и… кто-то онемел от невероятного, прямо-таки сказочного хамства. А опомнившись, засопел так громко, как только мог.

– Астра… – протянул Дан уже примиряюще, но я мириться не собиралась. С кем угодно, кроме этого мужлана!

Герцог Кернский закатил глаза, потом выдохнул и усилием воли вернул себя в некое подобие равновесия. Перевёл взгляд на маму с дочкой, хмыкнул и, подхватив бокал вина, пояснил:

– Среди прислуги нашлись нечистоплотные люди.

Пауза. А потом реплика Катарины:

– О, но нечистоплотные люди есть всегда. Они как мыши или тараканы – сколько не трави, всё равно заведутся. Так стоит ли переживать на этот счёт?

Дантос пожал плечами, хлебнул вина и ответил.

– Вероятно, нет, но понимаете… сюда, в этот замок, должна приехать моя кузина, леди Астрид. А я очень хочу, чтобы леди Астрид здесь понравилось. Чтобы она захотела остаться и стать хозяйкой не только замка, но и всего Керна. И ради этого я готов на всё.

Пуф…

Вот теперь дракон сопеть перестал. Более того, он едва не взвыл! Вот что, скажите на милость, этот мужчина творит? Зачем провоцирует и без того нервных тёток?

– Мм-м… – ответила Катарина.

– Кхе-кхе, – отозвалась Сиция.

А их светлость герцог Кернский вновь приложился к бокалу, чтобы через миг полностью сосредоточиться на еде.

Как итог, обед прошёл в гробовой тишине. Такой, что было слышно, как каждый из присутствующих пережёвывает. Глупо, конечно, но всё это время маленький дракон чувствовал ужасную неловкость, а вот гостьи…

Сиция с Катариной внутренне негодовали. Причём реакция была до того сильной, что чудилось: стоит встать на лапки и тебя тут же собьёт эмпатической волной.

А в конце обеда это негодование усилилось стократно! Дело в том, что в столовую вошёл Жакар и доложил с поклоном:

– Ваша светлость, к вам устроитель торжеств, господин Ригис, прибыл. А также портниха, но её я осмелился перепоручить Полли.

– Устроитель? – некультурно встряла Сиция. – О, ваша светлость, но вы могли обратиться к нам с Катариной. Мы бы всё сделали!

Сама же Катарина за другой, куда более занимательный момент зацепилась.

– Портниха? – прошептала девица изумлённо. – Не портной?

Учитывая давешнюю историю с пудрой, и без того немыслимая весть стала ну просто запредельной. Сиция, которая лишь сейчас внимание на вторую часть фразы обратила, приоткрыла рот и точно дар речи утратила. А вот герцог вопросом ни капельки не смутился.

– Да, портниха, – ровно сказал он. И продолжил подчёркнуто вежливым тоном: – Как уже упоминалось, я жду приезда кузины. Очень надеюсь, что она появится в ближайшее время. И мне категорически не хочется, чтобы Астрид не смогла пойти на бал просто потому, что у неё не будет подходящего платья. Именно поэтому я вызвал портниху. Ещё вопросы?

Вопросов, разумеется, не было.

Причём их не было даже у меня.

Я, как и наши ядовитые гостьи, сидела и изумлённо хлопала глазками. Ну Дантос, ну… светлость.

Сам светлость, глядя на этот дружный шок, отложил салфетку и встал. Приглашающе кивнул другу и решительно направился вслед за Жакаром. Навстречу устроителю.

Вернон, дожевав кусок, тоже салфетку отложил и опять-таки поднялся.

– Прошу меня извинить, – сказал маг. Развернулся и скрылся в том же направлении, что и Дан.

Вот тут-то мамашку с дочкой и накрыло! Катарина зло отбросила нож, а Сиция едва не швырнула бокал в стену.

– Ас-стрид… – прошипела виконтесса злобно.

– Кузина! – гневно воскликнула мать.

Но на этом – всё. На этом бурные реакции кончились. Просто в столовую лакей вошёл, и плеваться ядом стало неудобно. Зато гневно сверкать глазами присутствие прислуги не мешало, и именно этим гостьи и занялись. Я же смотрела и недоумевала – как им удаётся не лопнуть от злости, а?

Вторым вопросом, который в светлой голове возник, было: что случится, когда Сиция и Катарина поймут, кого из слуг Дантос в отставку отправил? Ведь, несмотря на назойливость и настырность, гостьи этого пока не знали.

– Сегодня вечером опять будет дождь? – наконец отмерла Катарина.

– Да, – ответила Сиция. – С запада большая туча заходит.

– Осень в этом году очень мокрая, – продолжила виконтесса.

– Это неудивительно: последние два года была такая сушь, а после суши, как известно, всегда дожди.

– Но дожди столь утомительны.

– По мне, они утомительны, если находишься в пути. А когда сидишь дома, то ничего особенного в дождях нет.

Намёк на состояние дорог и сомнительное удовольствие, которое получит «кузина», вздумай она-таки приехать в Керн, был брошен вскользь и значения не имел. Равно как и сам разговор. Мать и дочь просто пытались сгладить ситуацию и сделать вид, будто уход герцога и Вернона ни на что не влияет.

Тот факт, что представление разыгрывается для одного лакея и бессловесной зверушки, значения не имел. Не будь нас, они бы всё равно этот разговор начали, чтобы заполнить пустоту и свести на нет висящую в воздухе неловкость.

Выслушав ещё несколько реплик о погоде, я не выдержала. Встала на лапки, спрыгнула с обжитого кресла и со вздохом направилась к выходу. Мне не составляло труда найти Дантоса и присоединиться к разговору с устроителем, но искать их светлость я не стала.

Вместо этого пересекла примыкающую к столовой гостиную и, миновав ещё два зала, оказалась у лестницы с золочёными перилами. Огляделась, чувствуя себя неуютно и нервно, и потопала наверх.

Просто очень захотелось взглянуть на портниху и узнать, что именно та готова предложить герцогской «кузине».

Глава 10

О покоях, предназначенных для леди Астрид, я знала две вещи: во-первых, то, что расположены они через дверь от покоев их светлости; во-вторых, комнаты не просто хороши – это ожившая мечта.

Последнее стало известно из разговора Полли с Жакаром и вмиг было подвергнуто сомнению. Но пойти и проверить степень преувеличения я всё-таки не решилась.

Почему? Ну… идти далековато – это первое. Второе – чтобы попасть в покои, нужен ключ, а он неизвестно у кого. Третья причина – моя ужасная занятость. А четвёртое…

Эх, ладно. Кому я вру? В покои не заглядывала потому, что немного, самую малость струсила. Я испугалась того, что, увидав комнаты, не устою перед искушением и прощу Дантосу ту вопиющую выходку со свадьбой. Что желание жить в комфорте, спать в собственной постели и чувствовать себя настоящей леди затмит разум. Что под действием этого желания я отрину принципы и предательски променяю драконью шкурку на свой истинный облик.

Сейчас, стоя перед массивной дверью и намереваясь в эти самые покои войти, я тоже побаивалась. Но любопытство было стократ сильней, поэтому…

Маленький дракон поднялся на задние лапки, а передними надавил на ручку. Удовлетворённо кивнул, услышав тихий щелчок замочного язычка, и изящно ввалился в просторную светлую гостиную.

А опустившись на все четыре и окинув пространство взглядом, тяжело вздохнул. Всё-таки Полли и Жакар не лгали – покои оказались замечательными.

Тут было светло и очень уютно. Паркет тёплого, шоколадного цвета, кремовые обои с цветочным орнаментом, украшенные изысканной лепниной потолки. Ещё – люстры и светильники, тяжёлые гардины, а также изящная, предназначенная, безусловно, для женских помещений, мебель.

Отдельный момент: в воздухе витал лёгкий запах краски и текстильной мануфактуры, что подсказывало – комнаты действительно готовили и даже обивку мебели меняли. Это было не очень ожидаемо, но приятно. Правда, прочувствовать ситуацию и проникнуться заботой я не успела, меня отвлекли голоса, которые из глубины покоев доносились.

Встрепенувшись и мотнув головой, маленький дракон устремился к следующей, уже приоткрытой двери. А просунув в широкую щель сперва морду, а потом и всё своё замечательное тельце, ожидаемо оказался в спальне.

Вот тут захотелось не просто вздохнуть, а присвистнуть, ибо спальня была стократ наряднее гостиной, но…

– Что это? – ошарашенно выдохнула симпатичная немолодая женщина, вооружённая портновским метром. А через миг… завизжала.

Визг! Да такой, что у маленького дракона ушки закладывает! Но внимания на уши я не обращаю. Вместо этого изумлённо на портниху смотрю.

Вижу, как та отбрасывает метр и, подхватив свои юбки, начинает озираться. Как молнией срывается с места, долетает до одиноко стоящего стула, запрыгивает на него, и вновь издаёт истошный, пронзительный визг!

Действо занимает считаные секунды, но мне кажется – прошла вечность. И это совершенно ужасно, ибо столько времени, а маленький дракон бездействует. Стоит прямо на пороге и даже не пытается спасти свою безусловно ценную шкурку.

В итоге… тоже визжу!

Визжу и, оглядевшись, подобно портнихе, срываюсь с места. Вприпрыжку бегу ко второму, оставленному в другой части спальни стулу и, запрыгнув на оный, визжу опять!

В третий раз визжу ещё громче! А вот оглядеться в поисках опасности не догадываюсь. И даже тот факт, что горничная Полли как ни в чём не бывало стоит у кровати и переводит шокированный взгляд с меня на портниху и обратно, никаких вопросов не вызывает.

Визжу!

А через две секунды замолкаю, чтобы с неподдельным изумлением пронаблюдать, как Полли, грязно ругнувшись, подскакивает и захлопывает приоткрытую дверь. Потом поворачивается и рычит:

– Хватит!

И после короткой паузы:

– Хватит, иначе сюда сейчас весь замок сбежится!

– Так именно этого мы и добиваемся, – искренне поясняю я.

Моя реплика звучит как обычное «Ву-у-у» и тут же тонет в новой порции визга. В этот раз верещит не дракон, а зачинщица всей этой паники – портниха.

И вот теперь, когда от силы звука начинают дрожать хрустальные подвески на люстре, я таки озадачиваюсь вопросом: а чего мы, собственно говоря, испугались? По какому поводу так истошно орём?

Плюнув на страх, я трачу добрую минуту на то, чтобы выискать источник опасности. Ещё столько же на то, чтобы проанализировать странное поведение Полли и прийти к самому невероятному выводу… Портниха испугалась не проникшего в замок бандита или грабителя. Женщина испугалась… меня.

Меня?!

После этой догадки маленький дракон едва не свалился со стула. Потом тряхнул головой и вопросительно уставился на… нет, не на портниху, на горничную.

– Дорогая моя, хорошая, замечательная, Полли, – начала я вкрадчиво. – Объясни, пожалуйста, почему эта глупая женщина так на меня реагирует? Я что же, сильно за последние несколько часов подурнела? Или… или что?

Вопрос опять-таки прозвучал как «Ву-у-у», но, как по мне, смысл был предельно ясен. Тем не менее Полли не поняла. И вообще – отвернулась от золотой девочки и полностью на портнихе сосредоточилась.

– Вас не предупредили? – поинтересовалась она. – У их светлости дракон. Ручной и очень послушный. Он, вернее она, не кусается. По крайней мере без причин.

Последняя фраза логично усилила напряжённость, но лишь на мгновение.

– Он… она… ручная? – переспросила портниха, помедлив.

Горничная улыбнулась уголками губ и кивнула, а повелительница оборок и рюш выдохнула и недоверчиво покосилась на меня.

На какое-то время в спальне воцарилось молчание – мы с портнихой стояли на разных стульях и дружно таращились друг на друга. В финале этой игры в гляделки женщина начала осторожно со стула слезать, ну а я плюхнулась на попу и засопела.

Всё понятно. Это слишком ровное отношение обитателей замка, а также гостей из числа местной аристократии сказалось. Тут, в Керне, на маленького дракона реагировали настолько спокойно, что я слегка запамятовала, что вообще-то являюсь хищником.

Впрочем, если быть объективной, дело не только во мне. Портниха тоже свою лепту внесла – она боялась так сильно, так заразительно, что я просто не могла остаться равнодушной. И это несмотря на природную храбрость и находчивость!

Собственная реакция была настолько глупой, что я слегка расстроилась. А через миг вздрогнула, услышав первый смешок. За этим последовал и второй, и третий, а потом… Полли залилась хохотом. Причём он был не менее заразителен, чем страх портнихи.

Секунда, и главная по оборочкам к горничной присоединилась. Я же подумала и, спрыгнув со стула, направилась к кровати. Просто оттуда наблюдать за происходящим в комнате приятнее, да и мягкость подушек проверить не мешает. А кому как не мне данным вопросом заняться?

Прошло около четверти часа, прежде чем все успокоились и к делам вернулись. Теперь, слегка надутая, я могла наблюдать, как портниха рассматривает платья, вытащенные из чемодана – да, те самые, что в Фагоре покупались. Потом, поворчав, подхватывает одно из них и устремляется к кровати.

Вновь косится на дракона, но уже без страха. По-доброму улыбается моей нескромной позе – я лежу, облокотившись на подушки и выставив переполненное пузико. Опять-таки поворчав, расстилает на кровати платье и принимается его измерять. А приставленная к портнихе горничная итоги этих измерений записывает.

Где-то в середине процесса госпожа Фанни не выдерживает – отбрасывает портновский метр и, всплеснув руками, восклицает:

– Ну как? Как можно работать по таким меркам?

– Не волнуйтесь. – В голосе Полли звучит позитив. – Всё непременно получится.

– А если девушка приедет ровно к балу? – вопрошает портниха. – Если я не успею подогнать сшитое платье точно по фигуре?

Вот тут я слегка ёжусь и впервые за всё время жалею о профуканной конспирации. Просто, вместо того чтобы ответить на вопрос, горничная скашивает взгляд на меня, и…

Нет, вслух не звучит ни слова, но взгляд Полли настолько красноречив, что появляется желание спрятать голову под подушку. И я бы, пожалуй, так и поступила, если б не пережор.

Уж не знаю почему, но после пережитого страха чувство сытости усилилось. Теперь оно сковывает по всем лапкам и делает золотую девочку предельно неповоротливой. Более того, вместо попытки спрятаться я, в конце концов, зеваю. А потом ещё раз, гораздо слаще и сильней.

– Думаю, леди Астрид не опоздает, – по-своему истолковав реакцию, говорит Полли.

Портниха патетически вздыхает и, подхватив метр, возвращается к измерениям. Ну а я… слежу за действом в полглаза, а заодно пытаюсь понять: и всё-таки, надо мне на этот бал, или…

Ещё один широкий сладкий зевок, и портниха приходит к гениальному выводу:

– А чего я мучаюсь? Я же могу с собою это платье забрать. Верно?

Горничная хмурится и, мазнув по сонному дракону взглядом, уверенно кивает. После этого портниха откладывает платье и возвращается к разглядыванию содержимого чемоданов.

Я такой перемене сперва удивляюсь, а потом понимаю – Фанни не просто любопытствует, а пытается составить представление об обладательнице вещей. И вскоре эта догадка подтверждается.

– Говорите, она брюнетка? – вопрошает портниха.

– Да, – отвечает Полли, чтобы тут же добавить: – С белой кожей и зелёными глазами.

Я резко выныриваю из накатившей дрёмы, но спросить: «Откуда знаешь?» – не успеваю.

– Мы не знакомы, но их светлость упоминала, что леди Астрид… – вот тут Полли на громкий шёпот переходит, – умопомрачительно красива.

Портниха широко улыбнулась и тоже голос понизила. В её интонациях прозвучали и хитрость, и удовольствие, и бешеный интерес:

– Так и сказал?

Вместо ответа горничная закатила глаза, а я внезапно свою встречу со стражей на западных воротах вспомнила. Как там в выданной им бумаге было?

– Кожа белая, глаза зелёные, волосы чёрные до пояса, – перебив мою мысль, процитировала Полли. – Рост средний, фигура тонкая, и… умопомрачительно красива!

– Если исключить последнюю фразу, то на ориентировку похоже, – хихикнула портниха.

Полли расплылась в новой улыбке и пожала плечами, а я зевнула ещё раз и прикрыла уставшие глазки.

Я уснула на моменте обсуждения тканей. Вернее, как… Фанни не обсуждала и даже не советовалась, а просто показывала образцы и мыслила вслух. Как вот такой оттенок жемчужного подчеркнёт светлую кожу, как оборки цвета изумрудов будут сочетаться с глазами, и прочее, прочее, прочее.

По правде, это было интересно, и обрывки фраз, которые долетали сквозь ватную пелену, я ловила очень жадно. Но пересилить накатившую сонливость всё-таки не могла. Да и не рвалась, если быть честной.

А в какой-то момент вздрогнула всем тельцем и не то что проснулась, а вылетела из сна как ошпаренная. Вскочила на лапы, чтобы осознать себя и тут же замереть, пытаясь утихомирить обезумевшее от страха сердце.

Просто там, во сне, меня каким-то невероятным образом настигло воспоминание о том, что я с некоторых пор бессознательными трансформациями промышляю. И подумалось – вдруг уже превратилась? Прямо в присутствии горничной и портнихи.

Вот поэтому и очнулась. Да, в холодном поту и с бешено стучащим сердцем. А осознав, что всё в порядке, замерла и попыталась успокоиться.

Когда же паника сошла на нет, крылатая девочка огляделась и с некоторым удивлением узнала, что по-прежнему находится в покоях кузины. Только Полли и Фанни поблизости уже не было, я осталась одна.

В огромном камине весело плясало пламя, в незашторенные окна лился печальный сумеречный свет. Окружающая тишина была отдельно и особенно прекрасна, а в воздухе появился аромат поздних осенних цветов.

Затопленный камин и этот аромат намекали: кто-то всерьёз надеется, что я в замечательных комнатах «кузины» останусь, но… Маленький дракон потянулся, разминая косточки, бодро приблизился к краю постели и, спрыгнув на пол, направился к выходу.

Где там моя светлость запропастилась? И чем без меня занимается?

Остаток вечера прошёл очень мирно и спокойно. Дантос с Верноном засели в герцогском кабинете и отдались игре в шахматы, а карликовый дракон устроился здесь же, на ковре, в компании уже знакомой книги по истории Керна.

Перелистывать страницы лапкой было не очень удобно, но я не жаловалась. А вот Дан поглядывал так, словно вопрошал: «Может превратишься, а?» Однако менять форму я не собиралась и громко фыркнула, сообщая об этом светлости.

Несколькими часами позже, когда поели, распрощались с Верноном и, поплавав в бассейне, отправились в кроватку, взгляды возобновились. Но теперь блондинчик не просил, а… ну как бы ждал.

Да-да, ждал! Смотрел и точно надеялся, что ночь маленького дракона переупрямит. Что усну и сама не замечу, как золотая чешуя исчезнет. Как пропадут крылья и хвостик, когти и клыки.

Я стоически вытерпела три таких взгляда, а потом не выдержала и рассмеялась. Отвлеклась от вытаптывания полянки на одеяле и демонстративно огляделась в поисках «губозакатайки».

Сработала ли в этот миг телепатия – не знаю, но блондинчик намёк понял.

– Твою бы самоуверенность да в благое русло, – с улыбкой поддел он.

Я картинно закатила глаза, сообщая, чья бы коровка мычала! А потом крутанулась в последний раз и легла.

Маленькому дракону предстояла замечательная ночь. Жар от камина, свежие простыни, тишина и мужчина, чей запах подобен наркотику. Мм-м… разве есть в мире что-то лучше?

Утром выяснилось, что да, есть!

Лучше – это когда твои планы сбываются, а соперник остаётся в пролёте. Когда ты можешь улыбнуться и спросить не без подколки: «Ну что, съел?»

В нашем случае этот сакраментальный вопрос мог задать Дантос, но он решил отмолчаться. Вернее, занять свои губы другим, куда более приятным делом. Ну и мои заодно…

А за губами… и остальные части тела подтянулись. Завтрак же и прочие утренние дела, наоборот, отодвинулись. И хотя я вполне могла от предложенного занятия отказаться, но… В общем, решила не лишать себя удовольствия. В конце концов Дантос действительно победил, а раз так, то почему нет?

О том, что эта победа первая в целой веренице, я даже не догадывалась. Про то, что очень скоро начну принимать свои превращения как должное, тоже не знала. Здесь и сейчас я наслаждалась теплом и ласками, которые дарил этот несносный мужчина. А когда всё закончилось, озадачилась другой, довольно далёкой от наших отношений, темой…

– Что там с подготовкой к балу? – спросила я.

– Мм-м… – ответила их светлость глубокомысленно. Потом спросила: – Тебе про количество салфеток рассказать? Или про декор залов?

– Залов? Их что же, больше одного будет?

– Прикинув список гостей, мы с устроителем решили, что залов будет три, – сообщил герцог, а я задумалась.

Да, задумалась, чтобы через час, после совместного душа и завтрака, превратиться в дракона и храбро отравиться на разведку. А добравшись до бирюзовой гостиной, обнаружить там того самого устроителя в компании трёх его помощниц и нашей замечательной Роззи – кухарка пожелания по праздничному меню выслушивала.

Дальше было ещё несколько часов «слежки», в процессе которой я пару раз столкнулась с Катариной и Сицией – угу, наши гостьи страсть как хотели в процессе поучаствовать. А заодно узнала много нового о расположении кладовых и о замковой ключнице, которая этими кладовыми заведует.

Последняя, к слову, оказалась не только старой, но и вредной до жути. Прежде чем пустить устроителя в кладовую, где посуда и столовый текстиль хранились, полчаса бедолагу мурыжила. Когда же устроитель из кладовой вышел, посмотрела так, что он, прошипев пару ругательств, демонстративно вывернул карманы. Вот после этого ключница таки успокоилась.

В общем, понаблюдав за происходящим с близкого расстояния, я пришла к выводу, что помогать с подготовкой к балу не буду.

Конечно, такой опыт был бы полезен, но… нет. Это слишком суетно, слишком неуютно и нервно. Я как-нибудь потом, позже, науку организации масштабных приёмов осваивать начну.

С этими мыслями маленький дракон развернулся и направился прочь от места событий. Он хотел добраться до лестницы, которая к покоям их светлости ведёт, но увы. Просто, шагая мимо одной из гостиных, присутствие Дантоса почувствовал. А потом и Брумса, и… Натара?

Любопытство было закономерным и вспыхнуло мгновенно. Под действием этого чувства я резко остановилась, крутанулась и приблизилась к двери. Подниматься на лапы и жать на ручку, вопреки обыкновению, не стала. Вместо этого приложила голову к узенькой щели и обратилась в слух.

Честно говоря, надеялась услышать тайну. Причём какую-нибудь такую, чтобы ух! Но всё оказалось проще и банальней – Дантос поручал стражникам собрать две группы и провести обследование замковых стен и ближайших территорий.

Цель? Поиск пути, которым воспользовался Ласт.

В то, что Ласт мог применить какую-нибудь хитрую магию и войти через ворота, блондинчик не верил. И такая позиция была вполне обоснована: судя по всему, бывший компаньон добрался до замка на последнем издыхании, то есть просто не смог бы применить мало-мальски серьёзное заклинание.

Ну а амулеты из разряда тех, которым в своё время «Солнышко» воспользовалась, тоже не вариант. Во-первых, при Ласте подобных не обнаружилось; во-вторых, замок – это не столичный особняк, уровень охраны тут принципиально другой.

На воротах замков всегда устанавливают защиту от «магии обмана». Причём, как правило, речь о защите с оповещением. Без этого смысла в высоких стенах, узких бойницах и прочих оборонных премудростях вообще нет. Ведь врагу достаточно прикрыться магией, пройти внутрь и, дождавшись удобного момента, открыть ворота изнутри. И всё! Рубеж обороны взят!

Второй момент… Ласт был не первым. Пусть вопрос проникновения в замок людей из Братства Терна мы не обсуждали, но Дантос никак не мог про это обстоятельство позабыть.

То есть стремление поручить стражникам проверку территории было очень даже разумным. Маленький дракон это решение однозначно одобрял.

А потом мне всё же пришлось открыть дверь и войти в гостиную. Просто Дантос предложил Брумсу и Натару ознакомиться с картой потайных ходов, а такие сведения уже не подслушаешь, тут видеть надо!

Вторжение, конечно, вызвало лёгкое недоумение и какую-то излишне тёплую улыбку со стороны их светлости. Но заморачиваться на реакциях присутствующих я не стала – решительно направилась к низкому чайному столику, на котором карту разложили, сообщая на ходу:

– Ву-у-у! – В смысле подвиньтесь.

Мужчины сообразили сразу, и даже непосвящённый в тайну моей личности Брумс отстранился. Я же привстала, уподобившись суслику, и уставилась на видавший виды чертёж.

Система потайных ходов замка оказалась, мягко говоря, бедной. Всего две ветки и обе из числа путей отступления. То есть начинаются в подвалах и заканчиваются одна в овраге, а вторая… ну тоже в овраге, но чуть подальше.

– Думаете, преступник мог воспользоваться одним их этих проходов? – озвучил общий вопрос Брумс.

– Как вариант, – ответил блондинчик. И тут же в разъяснения пустился: – Изнутри оба хода открываются легко, но для того, чтобы в каждый из них проникнуть, нужно знать расположение скрытого рычага и хитрости его нажатия, а ещё… – Дан сунул руку в карман и вскоре продемонстрировал крупный медальон янтарного цвета, – нужен ключ. Без ключа никак.