Текст книги ""Фантастика 2024-13". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Анатолий Матвиенко

Соавторы: Александр Виланов,Алекс Хай,Александр Изотов,Александр Лобанов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 191 (всего у книги 328 страниц)

Кулон едва заметно вздрогнул на груди. Спасибо, Эвелина, но я и сам понял, что он солгал.

– Этот языческий алтарь притягивает магические души, как Легион, – увлечённо зашептал собеседник, явно меняя тему разговора, – Он и есть Легион, только ему не нужно тело. Точнее, он вселился в Вертун, представляешь?

Я хмыкнул. Ну да, это действительно впечатляло. Правда, я сам ещё до конца не разобрался, что такое Вертуны…

– И он притянул все души, оказавшиеся поблизости, – продолжал Одержимый, – А я, значит, набрал недостаточно сил, чтобы сопротивляться.

Я кивал его словам, и тут до меня дошло. Вывертыш, Одержимый, крысы… и я. А ведь выберется только один.

Так вот зачем ему моя помощь… Для последнего удара мне в спину.

Из нас двоих наружу выберется только один, причём в моё тело. Неужели оно осталось единственным доступным и целым телом?

– Ключевец в тебе – жив? – сразу спросил я.

– Он – часть меня. Это он убедил меня, что сейчас для нас всех лучше сотрудничать.

Я снова ощутил ложь. А жаль, очень жаль… Я привязался к Ключевцу, и почувствовал горечь. Ну, гнида древняя, ты мне за него ответишь! На моём лице не дрогнул ни один мускул, ни одна чакра не заколебалась от злости.

Кстати, получается, крысы – и есть сознание кровавого Вертуна? Точнее, тот крысиный король, чьё присутствие я ощущаю всё сильнее. Вон, даже Вывертыш… точнее, «дестроер» палит уже куда ни попадя.

Одержимый всё пытался меня стращать:

– Легион опасен и становится сильнее. Он опасен для богов, для миров, для человечества в них. Он поглотит всё! Человек, ты можешь понять это?

– Ты говорил, этот мир – ловушка для Легиона, так?

– Так было задумано. Так ты поможешь?

– Только, значит, отделился от Легиона и осознал своё «Я»… – тут у меня вырвалась усмешка, – И уже понял, что один в поле не воин?

Одержимый со вздохом скривился, но промолчал. Хотя его мимика была лучшим ответом.

Тут руины сотряс оглушительный взрыв, и стало светло, как днём. Мы отскочили от плиты, за которой прятались, потому что она треснула, и одна её половина со скрипом стала заваливаться на нас.

Остовы небоскрёбов сверху озарила вспышка, и среди домов стал подниматься огненный гриб. Кажется, «дестроер» перестал быть вместе с боекомплектом…

А может, и хорошо, что я попал в иллюзию обычным снайпером? У меня тут подрываться нечему… ну, кроме горящей задницы от всей этой ситуации.

– Твою ж псину, – вырвалось у меня. Ну вот как крысы, пусть и мутированные, смогли взорвать бронированный танк⁈

Псионика крысиного короля стала будто бы сгущаться, словно он перевёл своё внимание сюда вниз. Вожак закончил с Вывертышем, и теперь переходит к десерту.

Глава 24
Жертвующий

– Значит, так… – сдавленно прошептал я, чувствуя, как чужеродная псионика волнами накатывает на нас.

От этого сбивалось дыхание, страх охватывал разом все чакры, не давая сконцентрироваться. Думать было очень трудно, и единственным желанием было просто бежать.

Совсем как тогда.

Помнится, мне понадобилось много времени, чтобы понять искусственную природу своего страха. Чудом мне удалось заманить этого вожака в ловушку, половина его стаи полегла, но сам он в последний момент почуял опасность и ушёл. Крысиный король тогда явно взвесил все за и против, и просто оставил меня в покое…

– Что «так»? – переспросил Ключевец, отвлекая меня от воспоминаний.

Его круглые глаза и прерывистое дыхание говорили о том, что Одержимый сам испытывает страх. Значит, внутри этой иллюзии мы оба под властью магии Кровавого Вертуна. Надеюсь, оба.

Но на всякий случай я держал в уме, что Одержимый может разыгрывать передо мной сцену, и нужно будет постараться, чтобы быть на шаг впереди.

– Уходить надо, – сказал я, – Есть ещё одна винтовка, но её не вернуть. Она внизу, а туда нам нельзя… Там их царство, каждый туннель – ловушка. Но теперь эта тварь сама вышла к нам, и надо просто идти поверху.

Как хорошо, что на нас обоих влияла магия крысиного короля. Можно не стараться говорить ровно, потому что сейчас я лгал. Точнее, смешивал правду с ложью.

Я выглянул из-за края укрытия. Там, где светилось зарево от пожара, между руинами домов мелькали многочисленные хвостатые тени. Это крысы, расправившиеся с «дестроером», возвращались в кратер.

И где-то там их вожак, его магия чуется с той стороны…

– Куда идти? – отвлёк меня Ключевец.

– В прошлый раз мне надо было добраться до одного места, – ответил я, – Здесь подземный бункер, где держат одного нашего… кхм… держали нашего сильного мага. Он знал очень много секретов.

– Я знаю, кто такие псионики. Тебе нужно было убрать его?

– Не совсем. Псионик и сам это может, нужно лишь сжечь себе имплант. Но капиты взломали код, заблокировав имплант, и сейчас по крупицам вытягивают из него информацию… – сказал я, чувствуя неловкость, что приходится объяснять такие тонкости древнему богу, – Наше командование приняло решение активировать имплант удалённо. Капиты не дураки, поэтому над Ново-Йорком работает купол с помехами, плюс сам бункер глубоко под землёй…

Вкратце я поведал, что сигнал со спутников, даже усиленный нашими умниками, сюда не пробивается. Можно было бы пробиться тонким лучом, но для этого нужен точный пеленг, то есть конкретные координаты. А в какой именно точке держат пленника, никто, конечно, не знал.

Одержимый щурился, словно технические тонкости в моём рассказе заставляли его крепко задуматься.

Моей задачей было подобраться к бункеру ближе и послужить проводником для последнего сигнала. Пси-связь, усиленная и очищенная имплантом, позволяла творить такие чудеса…

– То есть, вы просто решили убить своего? – перебив меня, грубо спросил Ключевец.

Я усмехнулся. Наша с ним игра началась…

Это была дешёвая попытка нажать на мою совесть. Одержимый знал, что чувство вины – это слабость, и пытался у меня вызвать это чувство. Придётся дать ему козырь.

– Да твою псину! Ты понимаешь, он очень много знает… кхм… то есть, знал, – вздохнув, сказал я, всем видом показывая, сколько во мне сомнений, – Это тот самый случай, когда жизнь одного стоит миллиарды жизней!

Я скользнул по его глазам. Скорее всего, мы подумали об одном и том же – этот бог в древности сам точно так же пожертвовал жизнью Незримой, чтобы, как он выразился, «спасти Вселенную». Вот только Незримая согласия не давала…

Одержимый едва сдержал улыбку и участливо кивнул.

– Понимаю. Это был первый случай, когда ты убил своего? – тут он сделал акцент на последнем слове.

Я стиснул пальцы, показывая, как его слова меня задели. Потом, поджав губы, демонстративно принял невозмутимый, даже слегка оскорблённый вид. Было сложно не переиграть, потому что мне самому нужно, чтобы Одержимый клюнул на наживку.

– Я не убивал! – я мотнул головой чуть сильнее, чем следовало, – Я послужил проводником для пси-связи, для сигнала со спутника.

– Сигнал на самоуничтожение?

– Я… ну… да! Но это был приказ. Ты же понимаешь, что такое приказ? – я повысил голос.

– Да, Иной, – тот кивнул с деланным сочувствием, – Это было наверняка трудное решение. Так что мы дальше делаем?

Его зрачки иногда расширялись. Он тоже чувствовал приближение вожака крыс, и подгадывал, когда будет лучше принести в жертву напарника. То есть, меня…

Пришлось рассказать, что после того, как я найду бункер и выйду на связь, в Ново-Йорк сбросят десятки спас-пакетов. Почти все ложные, и почти все будут уничтожены ПВО, но несколько будут с оружием и новым комплектом брони.

Как только я вскрою один, остальные самоуничтожатся и заволокут руины дымом. Этот комплект даст мне шанс добраться вдоль побережья до точки, где меня будет ждать целая группа спасения. Да, помнится, операция была сложная…

Мне и самому было интересно, где именно выход из иллюзии. Может, там, где я найду спас-пакет? Хотя нет, скорее всего, там я раздобуду оружие, которое позволит мне убить крысиного вожака… Этот Кровавый Вертун надо закрывать.

– Правильно понимаю, нам надо убить эту тварь, и Вертун отпустит? – спросил Одержимый, словно читал мои мысли.

Чувствуя, что он внимательно следит за моей реакцией, я не стал кивать, а просто пожал плечами.

– Я думаю, что, найдя спас-пакет, мы получим оружие. Там не только огнестрелы, там много мощных игрушек.

– Хм-м-м… – тот кивнул, – Звучит неплохо, особенно если учесть, что здесь мы ограничены в магии.

Я показал Ключевцу направление, и мы, пригибаясь, двинулись вдоль насыпи из обломков. Нам предстояло выбраться из кратера совсем с другой стороны от места взрыва «дестроера» и сделать большой крюк, чтобы выйти к бункеру.

Очень скоро мы услышали уже знакомое рычание, преследующее нас. В руках Одержимого появился такой же нож, как и у меня. Он усмехнулся, заметив мой взгляд, но я ничего не сказал.

– А почему нельзя было напасть всей армией твоей Свободной Федерации на эти руины? – спросил он, когда мы карабкались вверх по обломкам какого-то небоскрёба, упавшего в каверну.

Я усмехнулся. Было очень трудно не клюнуть на его наивность – Одержимый явно знал, какие струнки моей души дёргать. Людям нравится умничать, и я – не исключение.

Но я с готовностью рассказал ему о тонкостях работы диверсанта. И о том, что нападение войска спровоцирует тотальную оборону со стороны противника.

И что очень важно было провести операцию так, чтобы капиты не заподозрили, что тут замешаны федералы. То, что здесь водятся эти крысы, сыграло нам тогда на руку – капиты не сразу поняли, что всплески псионики совсем не от хвостатых обитателях руин.

Одержимому казалось, что длительная беседа усыпляет мою бдительность. Он даже держался впереди, показывая, как доверяет мне.

И всё же я не переставал раздумывать, пытаясь понять, где именно может быть выход из иллюзии. С одной стороны, это и вправду может оказаться крысиный король – убьём его, Вертун закроется, и мы очнёмся. Точнее, один из нас.

Но я привык доверять интуиции… И она подсказывала, что не всё так просто.

Вскоре нам пришлось перейти на бег. Крысы преследовали нас по пятам, а магическое воздействие вожака так хлестало по мозгам, что у нас перехватывало дыхание и это иногда мешало бежать.

* * *

Первая наша стычка с хищниками случилась, когда вокруг были руины уже невысоких зданий.

Мне чуть не отгрызли голову. Крыса неожиданно метнулась из ржавого остова автомобиля, прыгнув мне на спину, и пришлось выгибаться всем телом, чтобы страшенные клыки не вгрызлись мне в шею.

Мы кубарем покатились по земле. Я сунул руки за голову, перехватив её клыкастую пасть, и всё пытался приложить её о камни. Тварь всё это время норовила пробить когтями усиленный кевлар, и эти её попытки ощутимо били мне по рёбрам.

Неожиданно крыса взвизгнула и перестала шевелиться. Ключевец, стоя надо мной, вытер нож о её шерсть, а потом подал мне руку.

– Нет времени валяться, – деловито сказал он.

Я изобразил благодарный взгляд, потому что понимал, что этот доверительный жест – тоже продолжение нашей с ним игры. Проиграет тот, кто больше доверится…

Мы не стали задерживаться, и припустили уже со всех ног. Крыс становилось всё больше, они виднелись в оконных проёмах вокруг, но смерть сородича немного охладила их пыл.

Мой тонкий слух улавливал где-то на соседней улице скрип гравия под чьей-то тяжёлой тушей. Сам вожак был уже рядом, и явно поравнялся с нами, но нападать не спешил.

В следующий раз на нас напало сразу четыре зверя. Слаженно действуя с Ключевцем и прикрывая друг другу спины, мы всё же отбились от них, но было понятно, что это для нас уже серьёзное количество.

– Да, без огнестрела никуда, – проворчал я, вытаскивая клинок из звериной шкуры.

Мой взгляд привлекло движение в полузаваленном переулке, метрах в ста. Блеснули мутные зрачки…

Вожак стаи, осторожно выглядывающий из-за бетонного блока, был огромным, в холке даже выше меня. Полуметровые когти легко крошили кирпичи, из-под слюнявых губ торчали страшенные клыки.

Розоватая, почти лысая шкура… Массивный пульсирующий нос, покрытый уродливыми отростками, как у крота… Умные, хоть и подслеповатые глаза… Всё в нём говорило, что это результат генетического эксперимента.

Он не двигался, явно разглядывая нас чисто из любопытства. Но на всякий случай я подготовил своё сознание нырнуть в кокон – прямой пси-удар такой твари выдержать будет трудно. За его спиной и за обломками, в окнах вокруг зашевелились крысы, и я покрепче перехватил нож.

– Вот он – Легион, – прошептал Ключевец, тоже заметив крысиного короля.

Вожак стаи, в пасть которому я бы, наверное, пролез даже с плечами, разглядывал нас несколько секунд. Выросло давление на мои энергоконтуры, сознание подёрнулось, готовясь прыгнуть в кокон, но я, стиснув зубы, удержался.

Вот же жжёный пёс, до чего страшная сила. И ещё страшнее было осознавать, что за ней стоит обычный животный инстинкт…

Я мысленно выругался. Тим, твою псину, это иллюзия! В голове этой крысы-переростка извращённый разум Кровавого Вертуна, нет никакого животного!

Вожак повёл носом, прислушиваясь к чему-то, потом исчез за укрытием. Точно так же зашевелилась его крысиная армия и, махнув хвостами, скрылась. Мы с Ключевцем стояли некоторое время, прижавшись к разрушенной стене.

Странно было всё это… Преимущество ведь на стороне крыс. Скорость у нас с Ключевцем небольшая, из оружия только ножи. Если вся их орава нападёт сейчас, то легко разорвёт нас на куски.

Я подумал, что монстр просто испугался, что вышки капитов засекут мощный всплеск псионики, а потом пришлось самого себя одёрнуть. Как будет надо Вертуну, так тут и произойдёт, в этой иллюзии.

– Сколько ещё до бункера? – прошептал Одержимый.

* * *

Здесь было всё так же. Когда-то это было обычным торговым центром, но от полукруглого здания теперь остались только торчащие к небу рёбра железных перекрытий, между которыми, словно перепонки, поблёскивали осколки уцелевших стёкол.

Вышла полная луна, и под её белым светом руины торгового центра выглядели особо зловеще.

Ничто не намекало, что где-то здесь вход в секретный бункер. В первый раз я потратил много времени, пытаясь найти точку, откуда смог связаться с пленённым умником. Теперь мой взгляд не отрывался от небольшого здания автомойки, которое примостилось прямо под одним из рёбер торгового центра.

– Там? – спросил Одержимый, и я кивнул.

К автомойке мы и двинулись через огромную парковку, заполненную останками автомобилей

Я чувствовал присутствие вожака крыс, который так и следовал за нами по пятам. Что-то не вязалось во всей этой истории… Совсем не вязалось. До сих пор нет дронов капитских, да и крысы беззаботно гуляют по верху.

Мои пальцы даже нервно стали поглаживать кулон на груди. Ну же, Эвелина… Нет.

Незримая, прошу тебя, подскажи. Для тебя же стараюсь!

– Мне тоже не нравится, что он не нападает, – сказал Одержимый.

Он шёл впереди, держа наготове нож, и нервно оглядывался. Мы видели крыс, перебирающихся через автомобили. Иногда вдалеке мелькала и туша крысиного короля – он не отставал, следуя по пятам за своей армией, но нападать не спешил.

Дойдя до входа в тёмный бокс, он встал возле угла и осторожно заглянул внутрь. Потом махнул мне.

– Здесь? – спросил он, когда я подошёл.

Я кивнул. Сомнения охватили меня до такого состояния, что по спине теперь катился липкий пот.

– Я знаю, ты меня подозреваешь, – прошептал Одержимый, разглядывая стремящиеся к нам по всей парковке тени, – Но я предлагаю сделку. Я остановлю эту тварь, пожертвую собой, но ты вытащишь нас обоих… Как раньше, ты хозяин тела, а я так, подселенец… Только вытащи меня, Тим!

Он уже чуть не умолял, и от неожиданности я даже замер. Ага, как же, так я тебе и поверил…

В этот момент послышался визг, и сверху на нас полетела крысиная тень. Отточенным движением я ушёл в сторону, вонзая лезвие в голову твари.

Из-за автомобилей полезли ещё, я пинком отпихнул одну, ударил ножом вторую. Мозги вспомнили навыки псионика, и чётким энерго-ударом я вырубил третью крысу, но это вызвало возмутительный визг над всей парковкой.

Эти твари ведь чуют псионику, и она у них вызывает лютую ярость. Видимо, воспоминания о подземных лабораториях капитов засели глубоко в их крови.

Со скрежетом сдвинулись ржавые скелеты ближайших авто, и к нам вырвался сам крысиный вожак. Он заревел, оглушая своим рыком, и, топнув когтями по треснувшему асфальту, ударил по нашим мозгам псионикой.

Не устояв на ногах, я упал на колено, но тут же перекатился в сторону. Вот он, тот самый момент…

Нет, Ключевец не пытался напасть на меня сзади. Наоборот, упав на четвереньки и не отпуская нож, он пополз вперёд, к крысиному королю. В какой-то момент он обернулся – у него были красные от полопавшихся сосудов глаза. Вся мощь псионики вожака обрушилась на него.

– Давай, Иной, беги… – прохрипел он, делая ещё шаг вперёд, – Зови умника своего! Вытаскивай нас отсюда!

Я отскочил ко входу в бокс. Именно отсюда я смог тогда дотянуться мысленно до умника под землёй…

Но, стиснув зубы, я смотрел, как вожак с рычанием подскочил к Ключевцу. Когти пробили ему плечо, и тварь, легко приподняв диверсанта, шумно стала обнюхивать свою добычу.

Щёлкнула чека… В руке Одержимого показался маленький цилиндр гранаты. Везунчик, я свои потратил ещё при первой стычке с крысами.

– ИНОЙ!!! – рявкнул Одержимый, вонзая нож в кисть крысиного короля, чтобы тот не смог его отбросить, – Дава-а-ай!

Остальные крысы бросились к своему вожаку, одна особо удачливая перехватила у Одержимого руку с гранатой, стала дёргать, пытаясь отгрызть ему ладонь.

– Ну же…. Вытаскивай нас!!! Я больше не могу!

Гулко билось сердце. Я так и пытался продавить сквозь кевлар пальцами кулон Эвелины. Ну же, Незримая, подскажи…

Молчит. Мол, «думай сам, муж мой наречённый».

Заревев, вожак всё же отбросил Ключевца, и тот, кувыркнувшись, словно мешок с костями, приземлился рядом со мной. Убежала в за автомобиль крыса с отгрызенной ладонью и раздался взрыв.

Одержимый лежал на животе прямо у моих ног, продолжая сжимать целой рукой нож. Совершенно беззащитный, и ясно, что лучше момента не будет. Всего один удар ножа…

– Как ты догадался⁈ – он резко вскинул голову, сверля красными, чуть ли не светящимися глазами, – Отдай мне свою силу!!!

Он попытался встать, перехватывая нож, но снова завалился на четвереньки. Второго такого шанса точно не будет… Как же ловко я раскрыл его секрет.

Но я не стал бить. Я просто отбросил нож и тихо сказал:

– Нет.

Казалось, мир застыл. В этот самый момент на меня сбоку бросилась крыса и, сбив с ног, с разбегу затолкнула прямо в бокс. Упав, я перекатился по решёткам на полу.

Потом я встал и, пошатываясь, вышел обратно…

– Нет, я сказал.

Вожак крысиной стаи стоял над Ключевцем, глубоко вонзив зубы в голову дёргающегося Ключевца. Струйки крови стекали по его вискам и щекам…

– Хватит притворяться, – поморщился я, – Актёр из тебя хреновый.

Монстр медленно раскрыл пасть, длинные клыки выехали из кровавых ран в черепе. Ключевец поднял голову, один глаз у него запал от полученной травмы… Травмы, несовместимой с жизнью, кстати.

– Как ты догадался? – с хриплой, едва скрываемой яростью спросил он.

Я не ответил, пожав плечами. Мысль о том, что этот Ключевец и крысиный король суть единое целое, наклюнулась давно. А вот то, что нельзя связываться с тем самым умником-псиоником под землёй, я догадался в самый последний момент.

Словно ветром эту мысль принесло… незримым.

– Ненавижу!!! – Ключевец уткнулся лицом в землю.

Вместе с этими словами пошатнулся и весь мир вокруг. Зазвенели звёзды на небе, загудела полная луна. Заскрежетали руины вокруг.

Я продолжал молча стоять, ожидая, когда наконец вырвусь отсюда. Странная иллюзия, и правила у неё странные. Значит, и мои решения должны быть странными.

– Но Ключевец же твой друг… – раненый Одержимый захныкал, ёрзая по асфальту, – Ты привык жертвовать своими друзьями?

– Друг, – усмехнувшись, сказал я и покачал головой, – Честно, между нами… Ключевец, если бы ему было выгодно, пожертвовал бы мной без единого сомнения. Я хорошо знаю этого человека.

Одержимый промолчал. Крысиный король, стоявший над ним, смотрел на меня, словно безмозглая кукла, лишившаяся хозяина. Ну, значит, и вправду эти двое – единое существо.

А «умник» под землёй и есть кровавая сущность Вертуна. И я должен был добровольно открыть ему свой разум.

Слишком много открытий в последнее время. А значит, пришло время кое-что закрыть. Кажется, здесь нужен Привратник…

Глава 25
Последний

Я не ждал, что мне будет легко с Кровавым Вертуном, ведь я так и не ощутил себя в теле Василия. Легко открывать или закрывать Вертуны, когда стоишь перед ним, настраивая собственные чакры… Но мёртвый алтарь Низших не собирался меня так просто отпускать, блокируя переход из иллюзии в смертное тело.

Трудно ощутить свои энергоконтуры, когда не чувствуешь само тело, но постепенно у меня стало получаться. Ну же… Там, где мои чакры, и где грязная псионика стремится по ним вверх, там и моё тело.

Ну… Ну⁈

У меня подёрнулись глаза, и через мгновение я увидел себя лежащим в огромном тёмном зале.

– Твою ж… Эвелину, – я попытался двинуть рукой, чтоб коснуться кулона из псарэса, но на меня надавила чудовищная магия.

Смерть. Отчаяние. Ненависть. Целый букет эмоций, от которых сдавливало грудь, и я даже дышал с трудом. Если б не подвеска Эвелины, наверное, я тут бы и сдох от жуткой печали.

Кое-как мне удалось сдвинуть голову и разглядеть что-то в темноте передо мной…

Сложно объяснить, что я увидел. Это было подобие трона, на котором сидел великан. Огромный идол был собран из костей и черепов, горящих красными глазами.

Я понимал, что так это выглядит в реальном мире. Но в астральном плане и трон, и сидящая на нём фигура, да и весь зал окутывались плотной кровавой массой, так напоминающей Вертун.

И он, этот Кровавый Вертун, хотел вырасти за пределы храма, стать гигантом, потому что пророчество свершилось. Почти… Моё упрямство оставалось единственным препятствием.

Я поймал взгляд сидящей на троне неподвижной статуи…

– Мы – Легион!

Голос слышался не ушами, а мозгом, резонируя со всеми моими энергоконтурами.

Вот оно что… Всё-таки это Легион. Правы, наверное, были те боги, которые пытались его остановить. Он с каждым разом всё сильнее и сильнее.

Оказалось, что и чернолунники, и великолунцы в своих попытках играться с такими силами не усмотрели, что Легион просто использовал их. Драгошу в своих горах Диофана казалось, что они взяли Легион под контроль, научились держать его в узде, и стали даже изучать это явление.

Но нет, оказалось, что это Легион изучал их. Получал нужные ему знания и пытался найти способ воплотиться. Ему было недостаточно захватывать умы магов, потому что Стражи Душ довольно успешно сражались с ними. Да и редкие Иные, которых Незримая упрямо втягивала в этот мир, тоже вставляли палки в колёса.

И Легион нашёл способ… В разрушенной стране на далёких Островах, с помощью странной извращённой магии мёртвых. Никто не знал, что это за магия, почему она работает и почему даже боги отступают перед ней.

Воля Незримой была бессильна перед этой магией… Легион теперь даже не страшился Чёрной Луны, жестокой и мстительной ипостаси Незримой.

– Говорят, эта магия пришла из твоего мира, Иной, – в моей голове шипели голоса Легиона, – Скорее всего, вы и принесли её сюда.

Я не мог говорить, мне было трудно просто удержаться в сознании. Но откровения Легиона что-то подстегнули в моей памяти, что-то, о чём я забыл… Очень важное.

«Тим, я говорила тебе. Не нужно было идти сюда».

Слова Эвелины словно придали сил. Я зажмурился, мысленно пытаясь разобрать Кровавый Вертун вокруг меня на контуры. Внешние и внутренние, и, насколько помнится, чтобы закрыть Вертун, надо работать именно с внешними… Тут работа для Привратника, это точно.

«Моё сердце в Восточной Пустыне».

Зачем она говорит это мне?

Появилось ещё больше сил, я даже смог подобрать под себя локти и приподняться.

– О-о-ох, – вырвалось у меня, – Луну мою… налево…

«Уходи!» — крик Эвелины резанул.

– Да, Иной, уходи, – хохот Легиона расходился под сводами храма, – Не мешай вершиться тому, что суждено.

Где-то сверху трескался потолок, рядом со мной хрустела осыпающаяся крошка… Огромные камни в стенах елозили в своих гнёздах, норовя выскочить. Черепа в теле великана будто стучали зубами, и этот зудящий стрёкот сводил с ума.

«Привратник, иди туда, куда тебя ведёт судьба».

Ментальная помощь Эвелины придала сил, и кое-как я смог вдохнуть полной грудью. И тут же вспомнил, как пройти к тому самому тоннелю, по которому можно будет выйти в Закрытый Город.

Там Эвелина… И там Драгош Рюревский. Наверное, ждёт меня, не дождётся, пёс толчковый!

«Меня уже не спасти. Я просто хочу уйти».

* * *

Я вскинул голову, и неожиданно передо мной появилась пустыня. Знойное солнце ослепило, заставляя жмуриться.

– Твою мать! – вырвалось у меня, и я стал рыскать перед собой рукой. Лишь бы снова не иллюзия, я ведь только-только вырвался!

Но пустыня не исчезала, да ещё далеко-далеко за дюнами я увидел Красный Гигант. Огромный Вертун, на половину горизонта и на пол неба. Древний, как этот мир, он спокойно крутил свои алые потоки, испаряя редкие облака вокруг, и мне в лицо отдавало его жаром.

Даже отсюда я видел, что некоторые дюны на горизонте искрились, давно превратившись в стекло, а с самой земли по Вертуну поднимались чёрные всполохи дыма. Пески под ним плавились и горели целую вечность.

«Это моё сердце. Тим, закрой Вертун.»

– А ты? – спросил я, не отрывая взгляда от Гиганта.

Сердце Эвелины, значит. Огромное-то какое… Всегда подозревал, что, несмотря на её заскоки, она широчайшей души человек. Точнее, богиня.

«А я наконец обрету покой. Это – моё решение, Тим. Моя воля».

– А-а-а, – я кивнул, – Тогда понятно.

«Тут нужен Привратник. Тим, я устала скитаться по этому миру. То, что здесь происходит, остановит только Чёрная Луна».

– Нет, – я покачал головой, закрывая глаза.

Обратно, в храм. К Кровавому Вертуну.

«Тим! Не тебе вмешиваться в дела богов».

Я уже не слушал. Её воля меня не интересовала… Всегда раздражало, когда кто-то за меня принимает решение.

Поэтому. Обратно. В храм.

Я открыл глаза. Тёмная статуя-алтарь была передо мной. Прошаркав пальцами по камню, я поднял голову. Потом, пошатываясь, встал.

Ну, вот я и здесь… Пришло время закрыть этот Вертун.

– Ты можешь попытаться, но уже поздно, – голос Легиона хихикал под сводами, – Незримая хотела вырваться, но у неё не получилось. Она надеется, что если умрёт, то Чёрная Луна довершит начатое и уничтожит этот мир вместе со мной. Но этому не бывать…

Голос ударил псионикой, завибрировал в моём теле. Подёрнулся кокон, готовясь спасти моё сознание.

Но я повёл рукой, выставляя огненную защиту. Какого, спрашивается, хрена я копил столько сил, если нельзя использовать? Просто добавляем огня, создаём огненную корку вокруг души…

Тем более, где-то на острове раскрылся Красный Вертун, а в нём энергии хоть отбавляй. Мне хватит.

– Мы – Легион! Мы получили душу бога, благодаря тебе! Осталось лишь вселиться в новую, чистую душу… И мы свободны…

Я вздрогнул, вконец осознав, что задумало это существо. Моя Эвелина… Мой ребёнок!

– Да ты охренел, – прошептал я, стиснув зубы, – Если хоть пальцем… ты умрёшь!

– Мы – бессмертны.

Я почти распознал контуры Вертуна, когда на меня обрушился следующий ментальный удар. Кое-как мне удалось перехватить тренированный кокон, чтобы сознание не свернулось. Я осознал, что от этой битвы нельзя было прятаться.

Именно этого от меня и ждали. Чтобы я ушёл и не мешал. Именно так и этот мир захватили, пока обманутая Незримая в слезах пряталась в своём «коконе».

* * *

Теперь иллюзии напоминали скорее отрывки из воспоминаний, словно кто-то перематывал видеозапись с жизнью Тима Зайцева…

Меня выкидывало из одной иллюзии в другую – нигде я надолго не задерживался, но каждый эпизод словно вбивал недостающие паззлы в картину.

* * *

Летний ветерок потряхивает ветки кустарника надо мной, а где-то над холмами стрекочет сверчок. Ночь такая лунная, и я невольно вспоминаю, как сижу на веранде, потягиваю «бархатное» пиво, а мои шаловливые руки тискают…

Алёну? Да, я помню Алёнку, и мои руки отлично помнят её тело… Пальцы так и оглаживают каждый изгиб, особенно часто останавливаясь на роскошной груди.

Но почему-то в моих мыслях теперь Эвелина. Этой чернолунницы никогда не было в моём родном мире, а среди моих многочисленных подруг не было ни одной Эвелины.

Но я вспоминал о ней, и мозг охотно фантазировал, как худенькая Избранница выглядит без…

Залп плазменных орудий вырвал меня из размышлений и я, вскочив, короткими перебежками двинулся между холмами к «дестроеру», вибрацию от которого уже прекрасно ощущалась ногами. Родной «свисток» покачивался в руках – как же я скучал по своей винтовке.

Я уже знал, как всё дальше будет. Встречусь с разведчиками. Потом меня атакует псионикой искусственный мозг «дестроера». Потом начальство сверху решит, что мой кокон не выдержал. Что жизнь снайпера-диверсанта стоит меньше, чем вражеский могучий псионик, после чего скинут с орбиты бомбу.

И умру я с мыслью о том, что не успел передать важнейшее донесение. Этот таинственный капитский псионик – не живой человек, а…

Я замер как вкопанный, чуть не споткнувшись. Да твою же псину! Вот о чём я забыл!!! Вот что за мысль столько раз билась у меня на задворках!

Тот хозяин Островов, сознание которого я почуял в сети Пульсаров. И капитский псионик, который тогда едва не вскрыл мой кокон…

Одна сила! Слишком похоже, слишком одинаково.

Сейчас он гораздо сильнее, чем тогда. Что это, сборище душ, гуляющих по Вселенной, или бездушный искусственный интеллект, созданный капитами?

Не знаю!

Но одно я знаю точно. Его нужно остановить, причём не только в мире Пробоины… Легион уже сделал всё, чтобы выжить – уничтожат его в одном мире, он останется в другом.

Я поднял голову… Есть ли смысл вызывать пси-связь, чтобы достучаться до умников на орбите?

Потом я усмехнулся. Легион, к счастью, очень туго учится. Ну вот только что была иллюзия, где ловушка была точно такой же, где я должен был добровольно открыть разум. И нет, он попытался ещё раз…

«Тим?» – голос командира, усиленный имплантом в моём затылке, раздался в голове.

Я покачал головой, чувствуя, как мир вокруг рассеивается на осколки. В другой раз…

* * *

Пространство передо мной раскрылось в сумрачную таверну. Нос втянул запах спиртного и специй, а ещё крепкого мужского пота. Вокруг висели звуки отдыхающего народа – гомон, смех, редкие крики, стуки кружек…

– А я тебе говорю, царь хотел только блага стране! – пропыхтел пьяный Сивый, схватив меня за лацкан мундира, – Он даже сына не пожалел, когда тот смуту затеял!

Я беспокойно оглянулся. В таверне полно народу, и то, что армеец таскает за грудки рядового царской гвардии, могут воспринять неоднозначно.