Текст книги ""Фантастика 2024-13". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Анатолий Матвиенко

Соавторы: Александр Виланов,Алекс Хай,Александр Изотов,Александр Лобанов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 174 (всего у книги 328 страниц)

Глава 20. Играющий

Нас одели, снарядили деньгами, провиантом, и выдали лошадей. Влад ехал чуть впереди, крутя головой по сторонам. Фёдор покачивался справа от меня, время от времени поглаживая свою лошадь и что-то ей нашёптывая.

Улыбающийся Мягонький ехал сзади, заметно отстав от нас, и время от времени что-то сосредоточенно чертил в блокнотике.

И всё бы ничего, но, сгинь моя луна, Василий совсем не умел ездить на лошади. Как и я, Тимофей Зайцев, псионик-снайпер Свободной Федерации. Ну, ладно, я не умею, у меня там век космических крейсеров, но вот какого хрена ты, Васёк, не научился? А ещё родовитый, тоже мне…

От Василия прилетела эмоция возмущения, в ответ я поёрзал отбитым задом по седлу. Смотри, какие там уже синяки!

Мне доводилось раньше управлять только повозкой, и всё же это было чуть полегче. Да, там трясло и мотало из стороны в сторону, но там была привычная обстановка – под моим задом находился построенный человеком механизм.

Здесь же ноги сжимали круп животного, и эти ощущения нельзя было передать. То, что меня несёт живое существо, которое в любой момент может вдруг испугаться, или вообще принять своё решение, и понести куда-нибудь галопом… И то, что я вроде как управлял, придерживая уздечку, ничуть уверенности не прибавляло.

Это просто настроение у тебя хреновое, вот и хандришь, Тим.

Ладно, хоть тело теперь прикрыто магической кольчужкой, скрытой под формой. Да и новый магострел приятным весом лежал на бедре, где я придерживал его рукой за цевьё. Хоть Влад мне и намекал, что не очень прилично разъезжать по городу с оружием наготове, но я клал огромный псионический болт и на Влада, и на его предупреждения.

Царевич я, или не царевич?

Интуиция, как обычно, вопила мне: «Убирайся отсюда ко всем толчковым псам!» Осознание, что во всей этой истории что-то нечисто, так и грызло мне душу.

Мне не нравилось поручение Царя, будто я не его сын вовсе, а какой-то мальчик на побегушках. Мне не нравился Влад, потому как ему я доверять уже не мог. И мне не нравился ехавший сзади туповатый Мягонький, который вообще был словно не от мира сего.

Но пока я мог быть только настороже… Такое часто случается в жизни военного, особенно если он в десанте. Когда спускаешься в десантной капсуле, которую в любой момент вражеское ПВО может превратить в пыль, прицепленный к креслу солдат только и может, что изо всех сил «повысить бдительность».

* * *

Было раннее-раннее утро, солнце ещё только окрашивало вершины далёких гор Диофана, когда мы уже выехали из города. Точнее, из центра Великорюревска, потому что мы проехали городскую стену, а вокруг всё так же высились дома.

Сменилась пара провожающих стражников, и остались позади богатые кварталы, где, кажется, даже тротуары были замощены дорогим мрамором.

Буржуйское великолепие Великорюревска действовало мне на нервы, особенно в контрасте со скромным Маловратском, и хорошо, что по пустому городу мы проехали в предутренней темноте.

Здесь же, за стеной, кварталы были много проще, хотя тут тоже попадались и трёхэтажные, и двухэтажные особняки. Ладно, хоть роскошь не давила своей аляповатостью.

Плохо было только, что я стал чувствовать на себе осторожный взгляд. Псионику я настроил на самый тонкий уровень, поэтому наблюдатели, как они не старались, не могли скрыть своего намерения.

С другой стороны, значит, Царь говорил правду. За мной следят, и это уже хорошо.

Народ здесь был победней, а значит, и работал больше, чем богатеи внутри стен. Поэтому неудивительно, что в такую рань здесь попадались мастеровые по дороге, которые то поспешно кланялись нам, то просто уважительно кивали, прижимая руку к груди. По этим жестам я понимал, обычные безлуни перед нами или так называемые Подлунные.

Эти Подлунные могли быть и обычными людьми без магии, которые когда-то имели в предках настоящих Лунных. А могли быть и магами, у которых либо просто не сильно сложилось с долгами, либо просела лунная жилка в роду.

Но, как мне подсказывал Гром, обычно самые лучшие маги-технари из таких и получаются. Естественно, мне стало интересно, и я вопросительно глянул на него.

Фёдор, к моему счастью, не дожидался от меня вопросов вроде «Почему?», а объяснял всё сам, и выглядело это так, будто он просто болтает, словно рассказывает истории из жизни. Это чтобы Влад Истомин не задумывался, чего это Громов объясняет мне прописные истины.

– Ну, как бы понятненько, что чем сильнее маг, тем… ну, как же это… не может он работать с тонким плетением, вот.

– Ювелирной точности нет, так, что ли? – переспросил я.

– Ага, точненько. Поэтому и нужна такая вот… эта, как её…

– Гармония, – подал голос Влад, – Не слабый, но и не слишком мощный. Да, тут рядовой Громов прав.

– И в то же время усыпальницу Рюревских защищала очень мощная магия, – усмехнулся я, – Как же регулируется мощность артефакта?

– Вам ещё многому учиться, ваше лунное величие. Маг-технарь создаёт артефакт, но заряжать его могут уже великие маги Красногории.

– Ага, – кивнул Громов, – Был у нас случай, когда купили некачественный артефакт, какой-то долболунь его делал. Дед давай его заряжать, для рабочих в шахтах… И сам чуть не погиб, когда артефакт вдруг трещину дал.

– И такое бывает.

* * *

Наш маршрут пролегал к небольшой деревушке в предгорьях, с интересным названием Ночёвка.

Сначала я подумал, что это связано с тем каламбуром, согласно которому обычные безлуни назывались в Красногории «ночными магами». Ну, вроде как и маги, только силы совсем никакой нет, и в те Последние Времена, когда все Вертуны разверзнутся и хлынут орды монстров, безлуни даже ночи не простоят у них на пути… Погибнут, в общем, сразу.

Оттого их и называли пренебрежительно ночухи или чушки. Но, как говорится, ноль тоже цифра.

Ну а что, в моей логике всё было ровно. В горах Святого Диофана, в том самом Храме Первого Полнолуния, большинство чернолунников, как считается, это обычные безлуни. Ну вот и назвали деревушку на пути к этому храму Ночёвкой…

Естественно, я свои мысли озвучил Фёдору, на что тот пожал плечами. Таких подробностей он не знал.

– Не совсем так, – снова вмешался Влад, – К безлуням это никакого отношения не имеет, а вот дорога к храму очень даже повлияла на название.

– Интересно послушать, – сказал я, с интересом глядя на горные вершины, и понимая, что смотрю на них теперь с другой стороны.

До этого я вошёл в горы с востока, придя с одноглазым Филиппо из Восточной Пустыни. Ну, что я мог сказать? С этой стороны горы ничем особенным не отличались.

– Тут дело в паломниках… – начал Влад.

Горы Святого Диофана с их святынями являлись местом паломничества не только множества чернолунников, но и обычных людей, и магов, которые вдруг озаботились вопросами веры. С его слов я понял, что народ Красногории безоговорочно верил в то, что в горах Святого Диофана происходит много чудес.

Здесь можно исцелиться от болезни, перед которой беспомощны лучшие целители Красногории.

В горы шли, чтобы снять родовое проклятие, изгнать Иного… Некоторым казалось, что в них вселился пришелец, именно из-за этого у них в жизни ничего не складывается. А к Стражам Душ пойдёт только тот, у кого мозгов нет, или кто хочет от этих самых мозгов избавиться.

При этих словах Фёдор едва заметно переглянулся со мной, но ничем не выдал своих мыслей.

В горы так же ехали просить благословения для рода, усилить лунную кровь. А ещё чернолунники обещали избавление от «пустоты»…

– В смысле? – я даже заинтересовался, – И Пустые туда едут?

– Ну да. Пустые маги, да безлуни, которым с чего-то в голову пришло, что они маги. Думают, что сила Святых Привратников всё поправит…

Я усмехнулся и послал мысль Василию: «А тебя, случаем, Вепревы в эти горы не возили? Ну, снять там порчу, пустоту, или ещё чего?»

В ответ от Василия прилетела эмоция отрицания. Да и сам я уже догадался, что навряд ли Вепревы показывали направо и налево такой ценный козырь, как наследник Борзовых.

– Для паломников храм открывается утром, когда солнце окрасит пилон на его крыше. Если выезжать из Великорюревска, то хорошо, если успеешь к полудню. А вот из Ночёвки успеваешь прямо к открытию, вот многие и ночуют там, в деревне…

– Вот теперь ясно, – усмехнулся я.

Пока мы двигались по холмистой равнине, постепенно обрастающей каменными лбами и утёсами, чужого взгляда я не чуял.

Но я не оставлял попыток сканировать эфир вокруг. Мысли человека, особенно яркие, подпитанные эмоциями, всегда оставляют след – именно эти следы меня интересовали.

Влад был прав. По этой дороге действительно в основном шли люди, озабоченные какими-то проблемами. Болезни, неудачи, проблемы…

Но и мысли заговорщиков удавалось поймать. Короткие такие обрывки-картинки, связанные с государем и царевичем. «Найти, схватить или убить».

Получалось, Царь прав. Все волки стекались в один загон. Вот только овечкой я быть не собирался.

* * *

В Ночёвке мы были в самый разгар утра. Солнце висело уже довольно высоко, и в деревне остались только местные жители – все приезжие с самыми первыми петухами смотались в горы Диофана.

– Дорога к храму туда, – Влад показал на широкий тракт, поднимающийся в седловину между двумя вершинами прямо за деревней, – А та самая долина – вон там.

Он показывал в другую сторону, хотя за домами тут ничего не было видно.

– Всё-то ты знаешь, – усмехнулся я, – Поспрашиваем у местных.

– Но зачем? Я знаю дорогу…

Объяснять, что я снова почуял слежку, я не стал. Значит, нас здесь уже ждали, раз наблюдатели сразу же, как мы въехали в деревню, «приняли объект».

Да что там говорить, интуиция сразу намекнула, что здесь пахнет жжёным псом. Да что там пахнет, прямо-таки воняет – заговорщики в Ночёвке, наверное, штабелями в укрытиях сидят, мест не хватает.

Здесь я решил немного поменять стратегию и, вжав голову в плечи, стал затравленно рыскать глазами по сторонам. Пусть думают, что царевич трус, каких поискать.

Да, псы толчковые, придётся вас переиграть…

Я решил оставить пока Мягонького на въезде, ну вроде как охранять деревню от залётного монстра. Влад, естественно, оставаться отказался.

– Вам же его лунное величество объяснил, что есть план, – тихонько бурчал Влад, – Этого монстра давно уже убили.

– Ты точно это знаешь?

– Я бы так сделал…

Кое-как, попетляв по улицам и поспрашивав местных, мы нашли старосту деревни. Ну, его двухэтажный дом и так выделялся среди остальных своей богатой отделкой.

Едва мы его окликнули, как дверь распахнулась, выпустив сначала крик, а потом и хозяина:

– Безлуни проклятые, сколько раз говорить, обращайтесь «ваше подлунное благородие»!!! У меня в роду Лунные были!

Староста оказался довольно упитанным бородатым стариком, одетым явно побогаче своих односельчан. Правда, едва он увидел, кто стоит перед его крыльцом, так сразу же осёкся и, покраснев, стал кланяться и подпоясывать расписанный халат:

– Ох, ох, ваше лунородие, господин, искренне рад видеть доблестную гвардию в наших землях.

Влад открыл было рот, явно намереваясь объяснить, в каком царском нужнике находится у этого старика его статус Подлунного, и что перед ним солдаты Царской Гвардии, но я громко кашлянул.

– Не сомневаюсь, что у вас в роду были Лунные, – мягко сказал я.

– Ваше лунородие, совсем скоро мы снова обретём статус Лунных. Внучка подрастает, учится в Великорюревске, и уже Утренний Маг. Вы не подумайте, я чту и государя, и Лунных, и Гвардию.

– Сдаётся мне, кто-то посмел подставить под сомнение величие Лунной крови? – высокомерно произнёс я, осознав, почему старик так себя вёл. Кто-то совсем недавно вывел его из себя.

– Да! Да! – старик изогнулся в противных поклонах, и бедный халат стал трещать от таких упражнений, – Ещё как посмели! Дошло уже, что всякие безлуни уважение потеряли…

– И не говори, – проворчал Влад, хмурясь.

– Таких безлуней надо наказывать, – на полном серьёзе сказал я.

Староста выпрямился, радостно подхватил:

– Да! И накажите, ваше лунородие, обязательно накажите! Вижу, вы в гвардии не последнего звания, – его глаза скользнули по моим погонам, – В долине вон сидят, защитнички так называемые. Усатый хряк он, вот кто, а не Хомяк! Тоже мне, в упор не видит, кто перед ним…

Услышав знакомое прозвище «Хомяк», я сделал усилие, чтоб не выдать своего волнения. И всё же, какая тесная Красногория.

– Эти что ли, которые дежурили там? – как можно пренебрежительнее отозвался я, подхватывая настроение старосты, – Знаем мы их дежурства, солдатня наверняка всё пиво выдула в деревне.

Я толкнул локтем Фёдора и тот хмыкнул, кивая и улыбаясь.

– Точненько.

– Вот-вот, ваше благородие, – старик обрадовался благодарным ушам, – Тысячу лет Вертун там спал, уж окаменел весь, и тут на тебе, проснулся, как же! Наверняка по пьяни вылуни полезли туда, да поубивались. А то народ он потерял… Ну-ну.

Мне стоило усилий, чтоб не осадить старика. Если Хомяк говорит, что потерял людей, значит, всё серьёзно. А этого старика мне вдруг захотелось просто пристрелить, пальцы так и заёрзали по спусковой скобе магострела.

Картина была ясна, как день. После открытия Вертуна и появления монстра, Хомяк с солдатами кое-как отбились, завалив одного монстра, и засели на входе в долину. Наверняка сержант посылал гонцов в деревню, чтобы сообщить о новости и запросить помощи.

Провизии и воды у них тоже, скорее всего, было только на одно дежурство. Но, судя по лицу этого откормленного старосты, кормить нахлебников тот не собирался. В «комка» он не верил, и считал, что сержант просто набивал себе цену.

Ну да, сотни лет солдаты дежурили, и ничего не происходило. А Хомяк только появился, и пошло-поехало… Мешает старосте деревней управлять, туристов встречать и денежки считать. Зная характер Хомяка, я так понимал, за словом тот в карман не полез.

Новость о том, что никакого монстра нет, должна была расслабить трусливого царевича. Поэтому я слегка приосанился, расправил плечи, хотя сохранять весёлое настроение мне стоило больших трудов.

Широко улыбаясь, я продолжил:

– Никто и не сомневается в лунности вашей крови, ваше подлунное благородие. Если честно, мой подчинённый… – я кивнул в сторону Фёдора, – чует лунную кровь за версту, поэтому сразу и указал на ваш дом.

– Э-э-э… – Фёдор почесал лысину, – Ну да, чую.

– Вот в этом доме, говорит, староста живёт, – продолжал я, – Так что, светлых лун вам над головой, господин Подлунный, ваша кровь действительно сильна.

Старик заулыбался, стал приглаживать бороду, и сразу оттаял. До чего же все подонки падки на лесть.

– Ну что, господин староста, а наши-то где? – спросил я, – Царской Пламенной Гвардии отряды должны были быть, а мы вот отстали, поручение самого генерала Славина выполняли.

Влад тут же повернулся ко мне, недоумевая, что за чепуху я несу.

Ну да, по легенде же мы приехали на помощь к отряду обычных солдат из Царской Армии, которые дежурят на входе в долину, где рыскает залётный «комок» из Вертуна.

Это всё я помнил, но уже начал играть в свою игру. Необходимо было выяснить, что здесь происходило все эти дни, и какой расклад меня ожидает.

Доверять планам Царя, который со своими интригами потерял уже двоих сыновей, будет только глупец.

Старик пригладил бороду, виновато улыбаясь изо всех сил:

– Ваше лунородие, так не было больше никого, только солдатня эта. Паломники идут, это да, но с утра они все отправились в храм, храни их Незримая. – при этих словах он осенил себя знамением, нарисовав круг перед собой.

Я сделал то же самое, чтобы сохранить общее настроение со стариком. Сразу же появились тёплые мысли об Эвелине, я словно почуял её присутствие, и это меня даже удивило.

– Не может такого быть, что никого не было! – вырвалось у Влада, и он обернулся ко мне и горячо зашептал, – Ваше лу… господин капитан, должны были прибыть отряды. Я уверен, что вся долина уже в кольце.

Я поджал губы. Ну, с точки зрения логики, если у Царя с головой всё нормально, то так и должны были сделать – гвардия рассредотачивается вокруг долины, и ждёт в укрытиях, когда сюда прибудет приманка, то есть, я. И, когда начнут действовать предатели, гвардия нанесёт удар.

Какой отличный план.

– Как есть, так и говорю, ваше лунородие, – недовольно проворчал староста, – Не было никого, только эти безлуни хамоватые. Ну, и паломники… Правда, их так много стало, – он кивнул своим мыслям, заулыбался, потом снова осенил себя знамением, – И это хорошо, ведь люди к вере тянутся. Нынче времена такие.

Ага, псина ты толчковая, рассказывай. Просто денег тебе больше принесли, вот и радуешься.

– Много, говоришь, паломников? – поинтересовался я, с деланным интересом глядя на горы Святого Диофана, торчащие над крышами.

– Да. За последние два дня, как Жёлтая Луна ушла, столько народу прибыло. У нас и мест столько-то нет, и еды, чтоб всех прокормить, а тут ещё Хомяк этот… – искренне возмущался староста, – Паломники вот уважают чужой труд, платят, а этот чего?

– Переждём, – повернулся я к Владу, кивая ему, – Значит, обогнали мы генерала, скоро прибудет. Места в гостинице теперь есть, ваше подлунное благородие, ведь ушли паломники?

Влад только беспомощно таращил глаза. Какой генерал? Кого переждём? Какая гостиница?

– Ой, ваше лунородие, – снова виновато улыбнулся старик, словно оправдываясь, – Ну, многие же из них только повернулись к вере, неопытные ещё. Да, проспали люди, с дороги дальней ведь, пива перебрали, с кем не бывает? Отоспятся, да завтра к храму отправятся.

Отоспятся, как же. На месте Царя я бы накрыл гнездо сразу, пока все яйца в одной корзине. Но нет же, Гвардия не может напасть на обычных паломников, хватать и убивать заговорщиков надо, когда ловишь их с поличным.

Я повернулся к Фёдору, тот перехватил мой взгляд и судорожно сглотнул. Кажется, здоровяк догадался, что мне снова будут нужны его мозги.

Глава 21. Жестокий

Большая двухэтажная гостиница на несколько номеров в этой деревне была одна. Она же была и постоялым двором, и таверной, и справочным бюро.

Если туристам не хватало места, их готовы были приютить другие жители деревни. И, если уж на то пошло, жители были бы рады, если бы паломники останавливались только у них, а не заглядывали в гостиницу.

К постоялому двору я решил пока не ехать. Мы скоро вернулись к Мягонькому, который, казалось, остался в том же положении, в котором мы его покинули. Он сидел на лошади, чуть склонив голову, и таращился в стену ближайшей избы.

А, нет, время от времени всё-таки выхватывал блокнотик и что-то там записывал.

– Рядовой Мягонький, проходил кто, пока нас не было?

Парень посмотрел на меня отрешённым взглядом, потом развернул лошадь в сторону дороги. Сдаётся мне, он и не смотрел туда до этого.

– Господин капитан, пролетели две птицы, пробежала кошка.

Казалось, его губы жили отдельно от застывшего странной маской лица.

– Люди были? – раздражённо переспросил я, – Заметил что-нибудь странное?

Он задумчиво прикусил карандаш, поднял глаза. В солнечном небе как раз висела, почти затушёванная до розовой бледности, Красная Луна. Пробоина маячила далеко над горизонтом, за густой полосой облаков.

Мы тоже уставились в ту сторону, надеясь, что Мягонький не просто так смотрит вдаль.

– Странное… – повторил рядовой.

– Да он сам странный, точненько говорю, – вырвалось у Грома.

– Странный… в стороне… В странной стороне, – еле слышно бормотал, гоняя какую-то мысль, Мягонький.

Я даже напрягся, подумав, что он реально что-то выложит мне.

– Струны странные во мне! – округлив глаза, выдохнул Мягонький, и тут же стал записывать в блокнотик.

– Да твою псину! – выругался я, – Чтоб тебя Пробоина сожрала!

– А вот псины не было, господин капитан, – отмахнулся Мягонький, – Только тень.

Я как раз спешился с коня, решив прослушать эфир вокруг. Пространство вокруг уже начало подёргиваться от нарастающей тревоги, и моя интуиция намекала – события разворачиваются без моего участия, и надо поскорее вклиниться в поток.

Заговорщики знают, что я здесь. Наша беседа со старостой могла немного отсрочить их решение действовать, но повлиять на само решение не могла.

И надо сейчас… То есть, как тень?!

– Какая тень? – я резко развернулся, уставившись наверх, на Мягонького, – Тень собаки?

Тот молчал, что-то царапая на бумаге.

– Отвечай, когда тебя капитан спрашивает, – рявкнул Влад.

Мягонький, поджав губы, буркнул:

– Да вон там, на дороге, откуда мы пришли, – он ткнул карандашом, – Смотрю, движение. А это собака пробежала через дорогу…

Мы все уставились в ту сторону. Полуденное солнце уже хорошо разогрело гравий, и над петляющей по холмам тропой поднималось зыбкое марево. Нагретый воздух подёргивался, и кусты вдоль дороги, покачиваясь от ветра, иногда рождали миражи.

Спокойно, Тим. Долбанутому Мягонькому вполне могло показаться.

– Здесь, в горах, много кто водится, – сказал мне Влад, – Вы думаете, капитан, это был «комок»?

– «Комка» бы я почуял, – тряхнул головой Фёдор, – Ну, если б он в деревню забежал.

Мягонький, тоже рассматривая уходящую вдаль дорогу, ответил на полном серьёзе:

– Это была собака, мне не могло показаться. Вот когда по дороге шла женщина, вся в чёрном, в капюшоне, то я точно знаю, что она мне показалась.

– Что?! – совсем растерянно вырвалось у меня, – Женщина? Избранница?

– Я же говорю, капитан Рюревский, она мне показалась, – Мягонький развёл руками, – Она шла, шла сюда, а в деревню не пришла.

Влад Истомин, косо поглядывая на Мягонького, ничего не сказал. Фёдор по моим глазам понял, что это какое-то серьёзное дело, и просто ждал.

Когда я снова повернулся к дороге, моё сердце заходилось, как бешеное. Это были мои собственные эмоции, и поэтому с ними было несколько сложнее справиться.

Не может такого быть! Эвелина свободна? И она так быстро нашла меня?

С одной стороны, было даже как-то обидно, что я не спас её. С другой стороны, в душе разлилась такая дикая радость от того, что она в порядке.

Ну, а в-третьих, Тим, ты не чуешь, какой ты идиот? Прочисть мозги, пёс толчковый, и обрати внимание на свои гормоны.

– Стихи пишешь? – спросил я у Мягонького, – Про любовь?

Рядовой неожиданно вздрогнул и поспешно спрятал блокнотик в карман, а на его щеках заиграла краска. Такой богатой реакции от дурачка я не ожидал.

– Ага, значит, я прав.

– Но как вы узнали, господин капитан? – слегка растерялся Мягонький, пригладил форму и даже поправил магострел за спиной.

– Интуиция… – ответил я, равнодушным взглядом осматривая пустую деревню.

Такое чувство, что жители здесь жили только за счёт паломников. Дворы пустые, никто не корпит над грядками, не пасёт животных. Проводили посетителей и, наверное, отсыпаются или убираются в домах.

Моя мысль так и вертелась вокруг тени собаки и таинственной женщины. Нет, это не Эвелина, Тим, но Незримая изо всех сил постаралась дать мне зацепку, чтобы я не пропустил важных деталей.

И, кажется, я уже знаю ответ. Это может быть любая другая Избранница, но, скорее всего, это та старая грымза из Малого Совета. А ведь дело закручивается даже ещё быстрее, чем я думал.

Она легко могла пройти мимо Мягонького, приворожив его чувства. И, возможно, уже давно следила за нами, а этот рядовой просто оказался самым чутким к эмоциям, поэтому и таращился всю дорогу в блокнот. О безответной любви думал.

Ну, ладно, наличие ещё одной силы в деревне ничего не меняет. Будем косить всех, и даже чернолунников.

– Что делаем-то, капитан? – спросил Влад, – В долину? Или в гостиницу? – последнее слово он произнёс с лёгкой издёвкой, считая это блажью царевича.

– Для начала просто помолчим, – закрыв глаза, прошептал я.

То, что я задумал, требовало осторожности. И некоторой хитрости…

В прошлый раз одноглазый Филиппо возле Красного Вертуна показывал мне, как настроить чакры так, чтобы почуять связь Вертуна с Пульсарами. С оракульской чакрой у меня было чуть лучше, чем никак, но мне нужна была информация.

Несколько минут я стоял в полной тишине, вглядываясь внутрь себя и слушая только редкие крики птиц, да ещё какие-то постукивания со стороны деревни.

Связь с Красной Луной я чувствовал прекрасно, но старался держать поток псионики от неё в узде. Ещё не хватало превратиться в «уголька»… Пусть в столице у меня и получилось призвать настоящего «уголька», я боялся, что сейчас, на эмоциях, может быть осечка.

Вскоре я почуял ближайший Красный Вертун. Довольно большой, наверняка по размерам не Карлик, а средний Ординар. До него было несколько километров, и он подсвечивал эфир стихией огня, словно небольшое солнышко, со стороны Великорюревска.

Вертуны других стихий я тоже чуял, но энергия от них сливалась для меня в один поток со всей псионикой, которой был пропитан мир. В теле Фёдора, думаю, мне бы удалось настроиться на жёлтую стихию земли, но пока это не было нужно.

Зарево далёкого Красного Ординара вскоре подёрнулось мелкими звёздочками, и мне стоило усилий, чтобы не согнать от радости это наваждение. Я уж боялся, что не получится.

Эти самые звёздочки мерцали по всем окрестностям, и в стороне Великорюревска от них вообще рябило в глазах. Здесь же плотность Пульсаров была совсем небольшой, и я, покрутив головой, обнаружил на всю деревню всего шесть штук.

Один чуть мерцал, покачиваясь от волнения. Я повернулся в ту сторону, некоторое время настраивался, потом открыл глаза.

Пульсар мигнул пару раз и затух для моего зрения. Но я успел подметить примерное его местонахождение.

– Так что… – начал было Влад, но я лихо запрыгнул в седло и, двинув коня, махнул:

– За мной.

* * *

Мне повезло, что этот Пульсар был недалеко от гостиницы, всего в трёх домах от неё. Географически он находился прямо во дворе какого-то местного жителя, и наверняка этот безлунь даже и не знал, что у него в огороде невидимый Вертун.

Мы подъехали к невысокому штакетнику, отгораживающему чужую собственность. Ещё несколько секунд я потратил на то, чтобы снова настроиться на тонкую псионику, убедиться в том, что Пульсар рядом.

Он чуть-чуть волновался, и, насколько я понял, на него влияли какие-то потоки эмоций и псионики, излучаемые гостиницей. Ну, столько заговорщиков, все строят коварные планы, да ещё наверняка напичканы артефактами под завязку.

– Вау, мы объехали гостиницу по кругу, – усмехнулся Влад, – Уверяю вас, капитан, все уже знают, что вы здесь. Если вы думаете, что действуете скрытно, то…

– Заткнись, Влад, – проворчал я, потом махнул Грому подъехать поближе.

Тот, предчувствуя, что началось, нехотя подогнал лошадь.

– Чего-то мне хреновастенько, – чуть не плача, прошептал Фёдор.

– Нормально, – я отмахнулся, – Влад, с Мягоньким смотрите в оба, мне не нравится это место.

– Чего тут смотреть-то? – Влад сыграл бровью, его уже достали наши с Фёдором странности, но всё же повернулся в сторону гостиницы.

В этот момент я взглянул в глаза Грому…

* * *

Во второй раз я освоился в его теле всего за пару секунд. Тряхнул плечами, ощущая приятную тяжесть внушительной комплекции.

– Твою ж луну, что за дела? – послышался голос Влада.

Тот вытащил из кармана артефакт в виде браслета с вправленной россыпью камешков, и встревоженно всматривался в него.

– Что там?! – сразу же испуганно спросил Василий, сидящий на лошади рядом со мной.

Молодец, дрищ, быстро перехватил роль.

– Как будто Иной здесь… – Влад нервно положил ладонь на рукоять сабли и закрутил головой. Мягонький рядом с ним встрепенулся, снял магострел с плеча.

А я изо всех сил таращился на двери гостиницы. Ну же, ну же… Ловись, рыбка, большая и маленькая! Ловись, рыбка… Есть!

В этот момент со стороны гостиницы послышался скрип открывшейся двери. На просторном крыльце появился человек и, судя по кожаному плащу и фуражке, это был Страж Душ. Я всё же оказался прав – ну какой заговор в Красногории, и без этих толчковых псов? Даже удивительно, что он один тут оказался.

Я спрыгнул с лошади и, ткнув пальцем наугад за ближайший дом, заорал во всё горло:

– Да вон Иной, точно говорю! Влад, охраняй капитана.

– Я и без тебя знаю, что мне делать! – возмущённо отозвался Истомин, уже перехватив Василия за плечо.

Не слушая телохранителя, я уже бежал по улице, подавая знаки Стражу Душ: «Там он, там!». Тот с подозрением смотрел на меня, но с ещё большим подозрением косился туда, куда я тыкал пальцем.

Потом он всё же сорвался с крыльца и побежал в мою сторону. В его руке появился пистолет.

– Гвардеец, твою сраную Пробоину, ты можешь не кричать?! – поравнявшись со мной, выругался Страж Душ.

– Так Иной же! Одержимый, луну его налево! – тяжело дыша, выругался я, – Он туда побежал, хрипел, весь в пене! Убьёт сейчас все-е-е-ех!!! – я чуть не осип от своего крика.

Страж был немолодым брюнетом, с пробившейся сединой. Судя по бронзовой кокарде на фуражке, ранга невысокого.

– Заткнись! Сейчас деревню на уши поднимешь, оно тебе надо?! – зашипел на меня оракул, – Тогда Иной всех порешит, дурень.

– А, ну точно… – я почесал лысину, потом стукнул себя кулаком в грудь, и снова рявкнул, – Нас в Лавинной Когорте учат – видишь Иного, бей сразу!

В некоторых домах хлопнули ставни. Это люди выглядывали на улицу, услышав не свойственные для их деревни крики и шумы, а потом сразу же прятались обратно, почуяв неладное.

– Да замолкни ты, долболунь! – выругался Страж Душ, пряча пистолет за пазуху и махая кому-то в окне, – Всё в порядке.

Ответом ему был хлопок закрываемых ставней.

Мы забежали с оракулом в проулок между двумя рядами штакетника. На узкой тропке было тесновато, и я, будто бы не рассчитав, со всего маху приложил Стража Душ плечом об забор. Бедное дерево треснуло, и оракул едва не провалился в чей-то огород, нырнув в брешь головой.

– Идиота кусок! – заорал он, пытаясь выбраться из трухлявой западни.

– Ой, господин Страж, я ж не специально, – с деланным беспокойством я схватил его за руку, рванул на себя, ставя на ноги.

– Да чтоб… тебя… – гневный взгляд оракула скрестился с моим, а потом он задрожал мелкой дрожью, понимая, в какую ловушку угодил, – Ты… не-е-е…

Трудно найти «точку сборки» у мага стихии. С этим беднягой всё было намного легче, потому как оракулы привыкли выплёскивать ярость вместе со своей магией через глаза.

* * *

Самым сложным в моём плане было оказаться внутри Стража. Ну, а дальше дело техники.

Их приём защиты я выучил уже давно. И этот оказался не исключением.

Стремительной мысленной тенью на меня устремился хищный разум оракула, собираясь припечатать непрошенного гостя. Одним движением мысли я ушёл в сторону, скрывшись глубоко в подсознании Стража, а потом выскочил и всей мощью псионика приложил несчастного, размазывая по энергоконтурам.

Лежа-а-ать, капитское отродье!

Оглушённый разум оракула задёргался, и я быстренько засунул его за тот же занавес, где обычно обитал Василий. Вспомнив, как Одержимый не давал мне перехватить контроль над телом, я на всякий случай провёл такие же манипуляции, отрезая пути к выходу.