Текст книги ""Фантастика 2024-13". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Анатолий Матвиенко

Соавторы: Александр Виланов,Алекс Хай,Александр Изотов,Александр Лобанов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 177 (всего у книги 328 страниц)

– Что за пророчество? – спросил я.

Эвелина молчала. Её взгляд изменился совсем на чуть-чуть, на неуловимую малость, но я уже знал – это снова Чёрная Луна.

– Ну, привет, – буркнул я.

Эвелина улыбнулась, опустила руки. Она оглядывалась вокруг с восторженным видом, будто осматривала удачно приобретённую недвижимость.

А я застыл дурачком, совершенно не зная, что делать. Накатило такое острое ощущение, что я ничтожно малая пылинка в сравнении с теми событиями, которые здесь творятся.

Боги живут.

Боги умирают.

Боги рождаются.

– Видишь, Тим, твоя душа догадалась даже быстрее, чем ты, – холодно сказала Эвелина.

– Что за пророчество? – снова спросил я.

– Незримой больше нет. Тим, осталась только я.

Эти слова ударили гонгом по окружающему миру, отбивая последний набат по богине. У меня закололо сердце, но что-то потеплело в пальцах. Я посмотрел – камешек «псарэса» был всё ещё со мной.

И почему-то вдруг вспомнились слова одержимого Альберта о «раненой богине», которая дала начало всему этому миру:

– Боги умирают вечно, – прошептал я, и это вызвало лёгкое удивление в глазах Эвелины.

Завыл вдали «уголёк». Моя Красная Луна тоже кружила здесь. А, может, если попробовать…

И тут же я сорвался в бег. Бешено молотя ногами, а через мгновение и когтями по песку, я понёсся к тому бархану, где стояла Эвелина. В этот раз она не удалялась, а покорно ждала, протянув руку.

Вот коснулась моей холки, снисходительно улыбнувшись. Но уже через миг я стоял к ней лицом к лицу, снова обернувшись в Тима. Эвелина в этот раз была нормального роста и я, лишь на секунду замявшись, поцеловал её.

– Эвелина, я приду, – сказал я, чувствуя, что в этот раз не испытываю никакого страха.

Чёрная Луна, судя по взгляду, была недовольна моей сообразительностью. Её губы открылись…

– Род Великий под Луной свой земной закончит путь, – сказала она, и голос при этом будто срывался с небес, – Двум наследникам невинным от судьбы не увильнуть. Те, которых двое, ум разделят навсегда. Те, что сотни тысяч, обретут одно лишь «Я».

– Ага, ясно, – я кивнул, ещё крепче сжимая камушек «псарэса».

Кажется, теперь я понял, какую защиту давал этот амулет. Брови Чёрной Луны хмурились, её глаза чуть ли не испускали молнии. Небо над пустыней уже заволокло тучами, и вправду послышалась гроза.

Я обернулся. Опять бежали люди, где-то мой Василий катился с дюны с криками: «Бежим»! С горизонта наступала тьма.

– Я всё понял, Эвелина, – уверенно сказал я, хотя сам в панике думал, что «ну ни хрена я не понял», – Я приду.

С этими словами я отвернулся и…

* * *

Это была уже не пустыня. Небо над далёкими горами было окрашено в зловещий жёлтый цвет.

Я даже не знал, что жёлтый может быть зловещим… Ярко очерченные тени, отбрасываемые от висящей жёлтым оком в небе Луны, двигались по долине.

Стоя на утёсе, я наблюдал, как внизу движется каменная волна, вливаясь в тонкое ущелье. Не сразу я сообразил, что это… да твою ж Пробоину-то!

Это «комки»! Сотни! А может, и тысячи…

Некоторые уже начали карабкаться по склону, пытаясь добраться до меня. Неподвластные гравитации, будто единое целое со скалой, они поднимались, щёлкая пастью.

Всего несколько секунд, и огромная клыкастая пасть раскрылась передо мной…

* * *

Меня толкнули в бок:

– Воет, сволочь, – тихо проворчал Хомяк.

Солнце уже окончательно скрылось за горизонтом. Где-то за ущельем и вправду выл «уголёк».

Зато теперь я понял, что же вокруг происходило. И это заставило меня подскочить, нашарить рукой магострел.

– Правильно, Василий. Это хорошо, что ты, хоть и царевич, а не отлыниваешь от своей очереди, – сказал сержант неожиданно мягко, по-отечески.

– Славна Красногория своими правителями, – в сумраке показался Сивый.

– Хомяк, уходите прямо сейчас, – прошипел я, вконец проснувшись, – Уводи жителей Ночёвки, всех без разбору, и…

– Не, кто ж ночью-то прёт, да без разведки, – перебив меня, тот покачал головой, – По утру, как рассветёт.

– Хомяк, твою луну грёбанную! – выдавил я, – Этот вертун, который в долине. Он вырастет скоро!

Александр Изотов
Пробоина 6. Незримая

Глава 1
Соперничающий

Я застыл перед тёмным ущельем в полном облачении. Серебристая кольчужка под гвардейской формой, пара артефактов защиты в кармане. А ещё таблетки «вытяжки» и, кстати, раздобытые у Влада таблетки пириума, дающие силу магам огня. Верный нож, гвардейский магострел… и подвеска с «псарэсом» в пальцах.

Оглянулся последний раз на дорогу, где в кровавом свете Красной Луны ещё маячили спины отряда Хомяка, уносящего свои ноги.

Сержант ругал и крыл меня так, что даже его солдаты присвистнули. Но ему пришлось уйти, и заодно забрать с собой связанного Истомина. Телохранитель порывался со мной до последнего, и пришлось его утихомирить – несмотря на неприязнь к нему за все его странности, мне пришлось признать, что Влад не испугался страшной новости. Скорее боялся, что Царь с него шкуру спустит.

Бледному Фёдору я тоже приказал отправляться вместе с Хомяком. И напомнил, что умею добиваться своего – он помнил, как я приложил его ещё в академии.

«Я вернусь», – кивнул ему я, хотя сам уже сомневался.

Ну, а Мягонькому достаточно было моего капитанского приказа.

Громов, Хомяк и Сивый ещё постояли некоторое время на последнем повороте дороги, с которого было видно моё ущелье. Вытащив пирусную пулю, и сосредоточившись, я заставил её ярко засветиться, и помахал в ответ.

Повернулся, поднял голову к Красной Луне.

– Ярость… пса, – прошептал я, проглатывая таблетку пириума.

А потом нырнул в заросли, мягко скакнув на раскалённые лапы.

* * *

Ущелье было не длинным, всего метров пятьдесят. Я проскочил его под истерический зуд испуганной и опалённой ночной мошкары. Вырвался снова на простор и поскакал.

В облике «уголька» моё чутьё резко обострилось. Весь мир превратился в кружащееся красное марево, на вершине которого висела только она – Красная Луна. Она манила и пела, затрагивая струны в моей душе.

Я знал, что мне нужно успеть. То, что здесь происходит, неправильно…

В образе «уголька» было очень трудно думать, инстинкты и животная ярость пытались взять верх надо мной. Но позвякивание камушка «псарэса», оказавшегося на моей шее, успокаивало и приземляло мой разум.

Я открыл для себя очередное свойство кулончика Эвелины. Мне казалось, что в любой момент, когда захочу, могу снова обернуться человеком. Раньше такого чувства не было – на такой контроль у меня уходило много сил.

Ну, раз так, можно и подумать, пока бегу. Что я увидел в видении? Что за пророчество?

«Род Великий свой закончит путь». Ну, это Борзовы. А если речь о Рюревских? Так-то, этот род тоже немного обречён.

Так, Тим, не усложняй, давай сначала пойдём по простому сценарию…

Это Борзовы. И они уже закончили свой путь.

Дальше у нас «наследники от судьбы не уйдут». Ну, это ясно, как капитская тупость – в этой долине теперь два наследника, я да Ключевец. Да мы ещё и невинные…

Одна только мысль не давала мне покоя. В это же долине погиб Игнат Рюревский, и он тоже был наследником. Если пророчество захватывает события двадцатилетней давности в случае с Великим Родом, то оно может говорить и об Игнате.

Игнат погиб. А надо, чтобы погибли два наследника. Прошло двадцать лет, все события происходят в том же месте. И наверняка действующие лица – те же.

Получается, тот, кто всё это задумал, вообще взял с запасом. Сейчас у него в рукаве не один, а два наследника. Уж одного-то точно укокошат.

Я постарался ещё прибавить скорости…

Долина была красивой – под светом Луны покачивалась зелёная травка, редкие деревца. Где-то чуть в стороне блестело зеркало озера. Со всех сторон горизонт был закрыт тёмной горной грядой.

Звёзд я не видел. Для меня на небе существовала только Красная Луна.

Жаль, что здесь нет Красных Вертунов. Я помню то сладкое чувство, когда насыщаешься от него энергией. Не такой чистой, как от Луны, но так же вкусной и сытной…

А впрочем, я всё же чувствую источник стихии огня. Вот на том холме, за скоплением камней… Пирусные патроны.

Едва я об этом подумал, как проснулась уже обычная моя чуйка, и я рванул вбок. Вскользь резануло плечо, и позади меня взвилось облачко земли.

Вашу ж псину! Я даже не почуял энергии выстрела… Стреляли какими-то другими патронами.

Я снова ушёл в сторону, потом резко стал забирать в другую, и уже через несколько секунд я оказался на холме. Перемахнул через горную гряду…

Люди в чёрных балахонах, семеро. Они стреляют по мне из магострелов, прочерчивая воздух белыми и жёлтыми трассерами – целая батарея залпов. Не успевают попасть, но мне приходится отступить, и нырнуть за камень…

Прыгая за укрытие, я вижу, как один из них с улыбкой лезет за пазуху. Мой разум «уголька» даже не успевает испугаться, как я отдаю себе мысленный приказ обернуться обратно в человека и прижаться к камню спиной, обнимая винтовку.

И всё же, как прекрасен этот мир, где можно быть оборотнем, но при этом не терять свои вещи.

– Стоять! – рявкнул балахонщик.

Я мельком выглянул, оценивая ситуацию. Незнакомец вытянул в мою сторону руку с полосатым артефактом, в котором было заключено заклинание «контроля».

Я почувствовал резкий поток псионики, даже мой кокон подёрнулся. Всё было так же, как и тогда, в горах возле Маловратска – кто-то попытался взять меня под контроль с помощью артефакта.

Моё сознание покачнулось, явно раздумывая, прятаться в кокон или нет. Но вдруг струя псионики прошла мимо, словно соскользнула с цели. Скорее всего, артефакт настроен на «уголька», вот и не совпал по частоте.

– Кажется, братья, я поймал его, – донёсся радостный крик.

– О-о-о, это оказалось легче, чем я думал…

– Так, что дальше-то с этим делать?

Усмехнувшись, я вывернулся с винтовкой наперевес и выстрелил. Тут же спрятался обратно.

У кого-то их них был отличный артефакт защиты, пуля ушла резко вбок, но его соседу не повезло – отведённый выстрел прилетел прямо ему в голову.

– Твою ж мать! Это кто⁈

По моему камню разрядился новый залп, и защёлкали затворы перезаряда.

– Где «уголёк»⁈

– Слушай меня, исчадие Вертуна! Убей наглеца! – заорал счастливчик с артефактом «контроля», но через мгновение моя пуля вошла ему в лоб. «Защита» была не у всех.

Я откинулся спиной на камень, перезаряжая патрон, и снова вскинул глаза на Красную Луну. Пробоина была недалеко от неё, но ничто в ней не намекало пока, что Жёлтая Луна возвращается.

Моё укрытие приняло новую порцию магических пуль. Защёлкали затворы.

– Поехали, – улыбнулся я, – Ярость пса!

Моя огненная тень метнулась из-за камня, и первые двое просто с предсмертным хрипом упали от моих когтей и клыков. Ещё двое оставшихся успели вскинуть винтовки, ожидая, что я прыгну на них.

И я прыгнул… чтобы через миг снова оказаться человеком, и поднырнуть под линию огня. Пули прошли совсем рядом, поколебав мои волосы, но я уже воткнул штык в одного. Перехватил ствол у второго, крутанул его, используя как рычаг.

Балахонщик рухнул на камни, попытался выхватить нож, но удар прикладом по руке раздробил ему пальцы. Другим коленом я прижал его руку с винтовкой к земле, и через миг мой нож коснулся его шеи:

– Кто такие?

– Это ты кто⁈ – тот вытаращился на меня.

Я надавил на лезвие, медленно вонзая его в плоть. Через пару секунд бедняга понял, что я не собираюсь повторять вопрос, и захрипел:

– Мы – чернолунники!!! Истинные!

– А что, есть и не истинные?

– Те, кто ушёл с перволунником! Они – не истинные.

У меня от удивления чуть глаза на лоб не полезли. Да вашу же псину, что он болтает?

Те, кто с Драгошом – предатели, это ясно. Тогда какого хрена в меня стреляли те, что остались тут? Ведь если Царь освободил Храм Первого Полнолуния от заговорщиков, то должны были остаться нормальные служители.

А в итоге…

Балахонщик двинул раненой рукой, явно пытаясь что-то сделать, и я надавил на лезвие:

– Готов к встрече с Незримой?

– Только Чёрная Луна истинна! Незримая – лишь тень её, – пробормотал послушник.

– Откуда артефакты великолунцев? – спросил я, но тут пленный решительно дёрнулся, подтягивая руку к карману, и пришлось его убить.

Со вздохом я отсел в сторону, почистив нож об одежду одного из убитых. Мой бедный мозг так и не мог разобраться в том, что мне только что объяснили.

– Ну, ладно… – я встал, перехватывая магострел, проверил заряд, – Для простоты будем пока считать, что все чернолунники замешаны.

И, обернувшись, я снова поскакал в облике «уголька». Удивительно, как легко это происходило. И теперь я почему-то не испытывал того животного экстаза, как в те разы – я по желанию мог легко превратиться обратно в человека.

Красная Луна всё так же была для меня центром Вселенной, но она не могла влиять на моё решение. Хочу – человек. Хочу – элементаль.

Вой другого «уголька» заставил меня вздрогнуть. Я повернул голову, определяя направление. Преодолев за несколько секунд расстояние до ближайшего холма, я взвился на вершину.

Так, до цели около трёхсот метров. Они все кучкуются в небольшом овраге. Тоже семеро, а в центре «уголёк».

Не знаю, есть ли в этой долине ещё горелые псы, кроме меня и Ключевца? Так-то, ещё никто не сказал мне прямо, что это Вячеслав, но я привык доверять своей интуиции.

Обернувшись в человека, я вскинул магострел. Оптика у Царской Гвардии хороша…

Моя пирусная пуля ещё летела до головы одного из балахонщиков, который как раз и держал артефакт контроля над «угольком»-Ключевцем, а я уже нёсся со всех четырёх лап к оврагу.

Когда я влетел в низменность, четверо были уже мертвы, двое ранены… Один с озлобленным лицом держал выроненный артефакт перед пастью рычащего, но замершего «уголька».

Всё даже вышло лучше, чем я ожидал. Оказывается, внезапная потеря артефакта лишает контроля над разумом, поэтому Ключевец успел убить троих. Ну или четверых, если моя пуля достигла цели.

– Стоять, тварь! А теперь иди, и убей того, кто стре… а-а-а!

Рука с артефактом осталась в моей пасти, когда я пронёсся мимо. Другой «уголёк» сразу сорвался в атаку, и орущая голова чернолунника потонула в огромной горящей пасти.

Зверь пронёсся над ранеными, довершая свою казнь, а затем, крутанувшись, застыл напротив меня. Я тоже, выплюнув руку, оскалился, и стал делать осторожный круг вокруг противника.

Почему-то, едва я оказался лицом к лицу с ним, в крови сразу взыграли инстинкты. Сразиться, и выяснить, кто сильнее! Мы – враги. И в то же время – единое целое. У нас – разная история. И в то же время – одна кровь.

«Уголёк» напротив меня удивлённо зарычал, сообразив, кто я. А затем сорвался в атаку.

Несколько секунд мы бились, кромсая друг другу шеи и плечи раскалёнными клыками. Я бил лапой, падал от ударов, снова вскакивал и снова напрыгивал на противника.

Силы были равны… Красная Луна одинаково любила обоих, и никому не давала поблажки.

Измученный от ран, я лёг неподалёку от уставшего противника. Тяжело дыша через мощные ноздри, я выдувал всполохи огня и дыма. Ключевец, кажется, тоже выдохся, на одну из лап он даже не мог встать.

Когда возникла передышка, ярость постепенно сошла на нет, и я смог перехватить контроль над своим разумом. Всё же переоценил я способность «уголька» мыслить – значит, переговоры надо продолжать уже человеком.

Одно усилие мысли – и вот я сижу перед «угольком». Как Василий Рюревский.

– Здорово, – усмехнулся я.

Одно мгновение и раненый монстр устремляется ко мне. Раздаётся грозный рык, мне в лицо пышет нестерпимым жаром – и раскалённые клыки зависают в миллиметрах от моего лица. На морде не было глаз, но я точно знал, что он меня прекрасно видит.

Его лапа надавила на приклад моего магострела, лишая возможности поднять его, хоть я и так не собирался этого делать. Утробный рык раздался из дымящего горла. Я поморщился, сразу засунув возникший было страх в глубины души. Ну, поближе к Василию, это же ему страшно, а не мне…

Он рычал, собираясь раздавить меня, потом тяжело осел на одну лапу. Горячая кровь, похожая на смесь лавы с пеплом, струилась из его порванного плеча. Здорово я его покромсал.

Правда, тут же я осознал, что и сам не в лучшей форме, да и вообще покалечен. Упав от боли на одно колено, я посмотрел на ногу – рваная рана на икре, едва ли не открытый перелом.

Да ну твою-то псину…

– Погоди, – я просунул руки в карман, не слушая угрожающего рычания «уголька». Достал таблетку вытяжки, сунул одну себе, и ещё одну… в пасть чудовищу.

Затем, подумав, я достал ещё таблетку пириума. Потому как интуиция сразу предупредила, что сил у меня нет, и у меня всего несколько секунд…

Едва я успел проглотить таблетку, как «уголёк» сорвался в новую атаку. Но когда его клыки практически обхватили мою шею, я сам уже стал элементалем.

И новый круг битвы. Только рычание, вой, скулёж от прокушенных ляжек.

Мы бились около минуты и, наконец, я перехватил обессиленного «уголька» за холку и, с рыком рванув, отбросил от себя, приложив его об склон оврага.

Противник вскочил на лапы, но тут же упал – одна из них была сломана. Я снова обернулся человеком, достал таблетку вытяжки, сунул себе в рот. Э-х-х… Так-то, даже магическая, вся эта химия – вредная штука.

Подняв таблетку, я сделал жест, будто бы предлагал Ключевцу. «Уголёк» рыкнул, а потом, оберегая травмированную конечность, подполз ко мне. Из его ноздрей вырывался бешеный вихрь, поднимая горячую пыль у меня под ногами.

– Вот значит как, – я сжал таблетку в кулаке, – То есть, меня ты понимаешь?

«Уголёк» зарычал, порываясь встать, но снова рухнул. Да, он понимал, но животная ярость не давала ему думать.

А ещё у него не было сил. Какой-бы особенный не был Вячеслав, долго «угольки» не живут – он и так побил все рекорды.

Я подумал ещё о таблетке пириума. Не помню, чтобы Ключевец был магом огня, он же боевой оракул. Пусть и превратился случайно в «уголька»…

Скорее всего, пириум даст ему сил, но мы снова будем тут кувыркаться до посинения. Поджав губы, я сунул монстру в пасть очередную таблетку «вытяжки».

– Скоро и она перестанет тебе помогать, – сказал я, – Без Вертуна не протянешь, Ключевец. Здесь тебе либо умирать, либо… становиться человеком.

На этих словах я слегка запнулся. Вообще-то, мне неизвестно, как оборотней превращают обратно.

– Нас обоих обманули, – прошептал я, – Не находишь?

«Уголёк» фыркнул, обдав мне лицо искрами, но в атаку больше не кидался.

– Ты наследник, и я… Только ты ненавидишь Красногорию, а я… кхм… я Иной, – продолжил я, – И мне, если честно, тоже всё равно, победит Великолуния или Красногория. Но судьба этой страны зависит от уговора с духами Рюревских.

«Уголёк» слушал. На моих глазах рана на его передней лапе затягивалась.

– Вот я и подумал, может, ты бы мог рассказать, в чём причина твоей ненависти? А?

Адский Ключевец фыркнул, тряхнул головой. Потом поднялся, пробуя исцелённую лапу на прочность. И, зарычав, снова надавил ей на мой магострел, словно намекая – одно движение, и ты труп.

– Ну, слушай, давай предположим, что я стану государем, – задумчиво сказал я, не обращая внимание на его намёки, – У меня есть для тебя отличная должность.

«Уголёк» зарычал…

Нам не дали договорить, потому что грохнул выстрел. Пуля прошла совсем рядом с моей головой, но отклонилась в сторону – при этом зашкворчал артефакт в моём кармане.

Я откатился назад, за камень, вскинул магострел и зашипел от того, какой он горячий. Драный Ключевец со своими лапами! А «уголёк» уже унёсся в сторону тех, кто стрелял. Их тени как раз мелькали на равнине, в нашу сторону двигался довольно большой отряд.

Да чтоб тебя, тупой ты жжёный пёс! А поговорить⁈

Сейчас его опять возьмут под контроль, и снова всё по кругу. Так у меня никаких таблеток не хватит. Выругавшись на тупую судьбу с тупыми союзниками, я перехватил магострел и начал отстрел противника.

Глава 2
Прикрывающий

Как же мне не хватало этого. В суматохе мира проклятой Пробоины, в догонялках с богами, магами и монстрами, я скучал именно по крепкому и надёжному плечу напарника. Профессионала, который не нуждается в подсказках, трезво оценивает ситуацию, и который всегда прикроет.

Да к капитской псине всю эту магию, все эти великие Лунные Рода, если ты, по сути, один. Может, потому и трещит Красногория по швам, что Славины и Рюревские забыли эту основу – прикрывай спину друг другу?

Да, у нападающих были ещё артефакты контроля. Но у меня был мой родной «свисток»… кхм… то есть, гвардейский магострел с какой-никакой оптикой, и практически полная власть над летящей пирусной пулей. Поэтому, если я видел, как вздымается рука с белеющим в темноте камушком, спускал курок, метя в обладателя этой руки.

Сначала «уголька» направляла только ярость, но пули врага представляли для него реальную опасность, и монстру пришлось включить смекалку. Отряд огрызнулся залпом из винтовок, и жжёный Ключевец, сориентировавшись, не попёр напрямую, а стал забирать правее, ныряя в ложбинки и низины.

Противников было около двадцати человек. Вперёд побежал один балахонщик, вскинув руку с артефактом и аж задрав подол одеяний для скорости. Это выглядело даже забавно.

Я мягко надавил на крючок… Вслед за грохотом унеслась верная пирусная пуля. Лишь немного я поправил её в полёте силой мысли, и неудавшийся контролёр покатился кубарем.

Первые несколько залпов противник выпустил в «уголька», вспахивая траву и камни. Тот будто специально маячил перед ними, лавируя по равнине вправо и влево, и удобно растягивал для меня вражеские ряды.

Снова спустив курок, я аж прикусил губу от удовольствия, понимая, что отряд передо мной почему-то был лишён банальной военной грамотности. Выявить снайперскую ячейку много ума не надо – пирусные пули оставляли чёткий след, да и линза прицела на моём магостреле в эту лунную ночь светилась, наверное, как звезда. А ещё они могли хотя бы залечь, а по-хорошему отступить до ближайших укрытий и перегруппироваться.

Наконец после того, как мне удалось снять пятерых, на том конце перестрелки поняли, что что-то не так. Ударили первые робкие пули по камням рядом со мной. Я нырнул за укрытие, и вовремя – следующий залп полностью пришёлся уже в мою сторону.

Я выскочил, прицелился, послал пулю. «Уголёк»-Ключевец в это время зашёл с правой стороны отряда, обходя его по широкой дуге. Он специально выскакивал на открытые пространства, маяча горелым силуэтом и отводя на себя часть огня.

Мне пришлось снова спрятаться за укрытие – часть балахонщиков снова стреляла в мою сторону. Затем я, сконцентрировавшись на пси-эфире вокруг, рванул по полю до следующей россыпи камней, чтобы поменять позицию.

Всё шальное пирусное, летящее в мою сторону, я чувствовал прекрасно. Но вот залётные эфирусные или хомусные пули, свистящие рядом, оставались проблемой… Тогда я просто молился Незримой, чтобы пронесло.

Сердце бешено заходилось, ноги отсчитывали такт, а спасительные валуны впереди, отсвечивающие под красноватым светом луны, приближались медленно, как во сне. В пылу схватки мой разум буквально потонул в этой адской какофонии, и у меня даже наложились несколько картинок из прошлого – в Африке я точно так же нёсся по открытом пространству под обстрелом. Мой напарник тогда открыл огонь, чтобы прикрыть меня. И я успел, а он нет…

– А-а-а!!! – вырвалось у меня, когда непреодолимая сила толкнула меня в бок.

Сделав тройной кульбит, я бухнулся на землю. Ох, чтоб вас, недолунки… «Свисток»! Где он⁈

Да какой, на хрен, «свисток»? Тим, мозги включи!

Надо мной шелестели в воздухе пули, и не все они рисовали красный след. Перекатившись, я нашарил приклад магострела, вскинул. Где-то там Ключевец вырвался из укрытия на отбившихся от отряда неудачников, перехватил одного, и с добычей рванулся обратно. Это заставило почти всех стрелков отвернуться от меня.

Выстрелив наугад, я с кряхтением поднялся и снова пустился бежать. Ух, псы толчковые, как больно то.

Достигнув россыпи, я скользнул щучкой за камень, ощутимо приложившись об землю. Боль в рёбрах чуть не отправила меня в нокаут, но я сразу же сгруппировался, а потом стал осматривать себя. Да твою ж псину-то…

На боку в форме зияла самая настоящая дыра, причём ткань по краям была словно в пыли. Видимо, хомусная пуля… Мощная-то какая, меня ж там на несколько метров отбросило. Кольчужка спасла меня, полностью разрядившись, но вот пара рёбер, судя по ощущениям, были сломаны.

Ух, грёбаный… Ключевец! Как он там?

Я закинул в казённик патрон, потом в рот таблетку вытяжки и, выглянув из-за укрытия, стал искать цель в прицеле. На! Ещё один чернолунник отправился на суд к Незримой…

Отряд разделился, и четверо бежали в мою сторону. В полный рост, безо всяких манёвров, как будто под какой-то химией. Когда один из них, взбрыкнув ногами и выпустив в атмосферу мозги, плюхнулся на землю, остальные догадались лечь.

А вот то, что было за их спиной, мне не понравилось… Ключевец нырнул за каменную гряду, и туда же устремились несколько балахонщиков. Видимо, чернолунники всё правильно рассудили, и абсолютно все контролёры остались в той половине отряда, которая охотилась за «угольком».

Быстро перезарядившись, я с сожалением глянул на пару патронов в коробке. Да уж, надо пополнять запасы.

Пуля ушла над головами моих преследователей вдаль, к дислокации Ключевца, и исчезла в спине самого наглого балахонщика, который забрался на вершину скалы и размахивал руками, что-то командуя. Он так и исчез где-то внизу.

Я тут же спрятался, потому что про меня не забыли. Камень треснул под напором вражеских пуль, и троица с гиканьем понеслась к моему укрытию. Я ухмыльнулся… Нет, неправильно вы рассудили.

Когда шаги зашуршали совсем рядом, навстречу им поднялся не Василий Рюревский, а метнулся разъярённый «уголёк».

– Твою ж луну, – вырвалось у бедняги, чьё лицо исчезло в моей пасти.

От шока они даже не успели поднять магострелы. Один из них всё же выстрелил, пуля чиркнула мне по плечу, но это было некритично – уже через секунду все они были мертвы, а я нёсся на помощь Ключевцу.

Красная Луна в небе. Горная равнина, разукрашенная россыпями камней, приправленная пологими холмиками, разрезанная редкими оврагами. И жаркая битва… Всё это не могло оставить равнодушной кровожадную кровь элементаля.

Я нёсся со всех своих четырёх лап, а моё сердце просто замирало от восторга. Давно я уже не выкладывался на полную…

Тим, признайся, а ты разве выкладываешься сейчас? Ведь всё, что я делал, не требовало лютого напряжения. И очень приятно осознавать, что есть ещё потенциал, который я даже не задействовал.

Камни, за которыми скрылись остатки отряда и Ключевец, приближались. Вот мелькнула голова наблюдателя, оставшегося следить за обстановкой.

– Прокля-а-а… – голова закричала, но так с открытым ртом и полетела куда-то в сторону. Взмах моих когтей даже не заметил его шею.

Ключевца пытались зажать между нескольких валунов, обстреливая перекрёстным огнём, но он всё время носился между камнями, не давая противнику забежать в лабиринт. Осталось всего пятеро, они окружили его и подкрадывались, вытянув руки – в одной камень «контроля», в другой вскинутый магострел.

Они даже не сразу поняли, что начали умирать. Пириумная таблетка явно открыла во мне второе дыхание, и я с ошеломительной скоростью пронёсся по кругу, собирая урожай из жертв.

В конце пути мне попался и выскочивший из ловушки Ключевец, мы столкнулись и снова стали кромсать друг друга клыками и когтями. Правда, он явно потерял в силе, да и был ранен залётными пулями, поэтому я уже буквально через пару секунд снова метнул его в скалу. Крутанувшись на месте, я издал победный вой, выпятив грудь и задрав голову.

Тут я понял, что рано расслабился. Потому что теперь мне стоило огромных усилий остановиться и превратиться обратно в человека. Псарэс псарэсом, но погружаться в кровавую ярость всё равно было опасно для моих бедных мозгов.

С недоверием я посмотрел на свои ладони. Человеческие.

– Так мы много не навоюем, – прихрамывая, я подскочил к Ключевцу.

Тот с рыком дёрнулся, раскалённые клыки воткнулись мне в левое плечо. Захрустели кости.

– А-а-а!!! – я зашипел. Если б он рванул головой в сторону, остаться бы мне без руки. Боль была адская, ведь тут три в одном – и ожоги, и раны, и переломы.

– Да твою ж мать! Пусти, – выругался я, плавая между сном и явью, и, бросив магострел, отвесил «угольку» затрещину, – Пусти, я сказал!!!

Монстр зарычал, но выплюнул мою бедную конечность. Я потряс перед его мордой почти пустой коробкой с «вытяжкой» и выдавил, превозмогая боль:

– Мало осталось! Ты меня понимаешь⁈

И, не дожидаясь ответа, сунул ему таблетку.

Сам я успел принять «вытяжку» ещё перед забегом, и её эффекта хватало. Вот только кости в плече могли срастись неправильно, и я попытался их быстрее вправить, а то придётся повторять хирургические эксперименты.

Рука вроде отозвалась, боль утихла.

«Уголёк» тяжело дышал, даже вытяжка уже не придавала ему сил, хотя раны и затягивала. Подумав, я вытащил коробку с пириумом. Тоже негусто.

– Ясный ум, Ключевец! – я схватил его за раскалённую морду, морщась от ожогов, и встряхнул, – Слышишь, Вячеслав⁈ Сейчас проглотишь, но чтоб потом соображалка работала! Понял, пёс капитский⁈

Жаль, что у элементалей нет глаз, я хоть реакцию считал бы. Он что-то проурчал, и я впихнул ему пириумный допинг. Но в этот же момент меня кольнула интуиция, и, повинуясь ей, я сконцентрировался на магии огня.

«Уголёк»-Ключевец раскрылся передо моим мысленным взором огненным цветком – грязнейшая красная псионика сходилась внутри него протуберанцами, в бешеном ритме циркулируя по телу.

Внешне это был элементаль, но при этом силуэты его энерго-контуров отдалённо напоминали и человека. Надо признаться, до этого я не замечал, чтобы «угольки» обладали оракульскими чакрами, но у этого она была, хоть и смятая под напором стихийной магии.

Так вот ты какая, ошибка великолунской технологии… Скопировав Технику Пса с моего Василия возле хижины Коккино, Вячеслав или маги-технари чего-то не учли, и получилось вот это. Магический мутант, который ещё сохранял способность мыслить, но не мог вернуться обратно в человеческий облик.

И неожиданно я понял, что могу распознать некоторые узлы, которые держали Вячеслава в этом облике. Знания, которые мне дали Борзовы, позволяли прочитать некоторые формулы. Если попробовать снять печати с тех мест, где энерго-контуры будто насильно притягивались, чтобы обрести форму «уголька», то Вячеслав снова раскроется в человека.

Запечатаны узлы были тончайшей псионикой, и, хвала Незримой, пока я сейчас был на адреналине, я смог учуять их наличие.

В этот же момент, пока мне удалось так сконцентрироваться, я почуял магический ветер. Откуда-то со стороны – нехороший, зловещий, предвещающий беду.

«Здесь нужен привратник. Не находишь?»