Текст книги ""Фантастика 2024-13". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Анатолий Матвиенко

Соавторы: Александр Виланов,Алекс Хай,Александр Изотов,Александр Лобанов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 161 (всего у книги 328 страниц)

Глава 25. Высматривающий

Спустя пару часов я приблизился к той самой лощине, служащей выходом из скупой на растительность долины. Лощина больше напоминала ущелье, но всё же здесь по крутым склонам пытались расти кустарники.

Я шёл по щебню, обходя небольшие лужицы, в которых резвилась мелкая жизнь в виде головастиков и чьих-то личинок. Жажда и палящее над каменной пустыней солнце взяли своё, и пришлось попить, поборов брезгливость и тщательно отсортировав из набранной пригоршни всё живое.

Хотя, если сравнить с той неделей, что я провёл в канализации под руинами восточной части капитского Ново-Йорка, то это просто божественная вода. Так-то псионик может не бояться заболеть – полчаса медитации с энерго-чисткой крови и тракта, и все паразиты мертвы.

В этом теле у меня не было времени заниматься этим, да и вообще – не моё это тело, так что будущие проблемы в виде дизентерии или ещё чего меня сейчас сильно не волновали.

«Плохой Иной! Нам нравится это тело!»

Я уже почти перестал обращать внимание на пустобрёхов в своей душе, поэтому даже не реагировал на их возмущения.

* * *

Когда я наконец через несколько минут дошёл до входа в усыпальницу, путь мне затруднил обвал – десятки крупных обломков скалы выкатились на дорогу. Я хотел обойти огромный валун высотой с мой рост, как остановился, удивлённо разглядев в нём большую каменную голову, лежащую на боку. Казалось, она смотрела искусно высеченными глазами прямо на меня.

– Ох, жжёный ты пёс, – вырвалось у меня.

Присмотревшись к обломкам, я сообразил, что когда-то это было огромной статуей, до того, как та рухнула с большой высоты. Рядом с головой валялась уже порыжевшая от ржавчины массивная железная корона с остатками позолоты.

Усыпальница Рюревских – а это могла быть только она – и вправду была высечена прямо в скале. Ко входу можно было подняться по широким ступеням, усыпанным обломками.

Массивный козырёк над входом поддерживался пятью резными колоннами, если считать и крайнюю обвалившуюся. Искусные каменные фигуры магов, запечатлённые в разных позах, украшали крышу на одной половине козырька, другая же была повреждена, и там от статуй остались одни обрубки.

Хоть природа и пыталась залечить урон, нанесённый поросшему кустами склону над входом, я понял, что огромная статуя когда-то стояла на вершине скалы. Но либо статую снесли, либо упала сама…

На колоннах висели тиснённые гербы с облетевшей краской – на каждой по кулаку с кольцами, символизирующими когорты Царской Гвардии. Сейчас цвета даже было не определить.

Я не сразу вспомнил их названия. Как там? Пламенная, Лавинная, Штормовая и Ураганная, кажется. Да, маги стихий любили красивые названия.

Ну, а на пятой колонне, обвалившейся, наверняка раньше был символ Стражей. Можно даже поискать на ступенях щит.

– Какая ирония, Рюревские, – прошептал я, глядя на обрубок, оставшийся от колонны, – Нельзя опираться на Стражей Душ.

Ушей коснулся слабый шёпот, но я не смог ничего разобрать. Если духи рода и хотят поговорить, то им бы надо делать это погромче.

На самом козырьке, в серёдке, висел крупный щит с гербом, верхняя половина которого была обломана. Но, в принципе, и по нижнему куску можно было понять, что там изображена раскрытая ладонь. На пальцах угадываются кольца, а вот что лежит на самой ладони, понять нельзя… Скорее всего, корона.

Козырёк с той стороны, куда пришёлся удар упавшей статуи, был отколот. Крайняя колонна осыпалась, соседняя тоже требовала ремонта, треснув на всю высоту. Но в принципе вся конструкция не выглядела так, будто вот-вот рухнет, построили её всё же на совесть.

А дальше, за колоннами, в тени виднелась четырёхметровая арка входа, ничем не закрытая. Заходи, кто хочет…

Вход охраняли две статуи магов огня в два человеческих роста. На то, что это именно маги огня, намекали остатки красной краски на их мундирах, и те самые эполеты-конфорки. Они и сейчас мерцали, источая слабое свечение, но пирусная основа давно уже выдохлась, и магия работала скорее на общей энергии всего этого места.

Арка вела в длинный коридор, по которому в тени гуляли едва заметные всполохи огня, будто внутри усыпальницы горели факелы. Не удивлюсь, если они и вправду до сих пор горят.

Общее состояние входа в усыпальницу говорило о том, что за ней перестали следить всего пару десятков лет назад. Хоть некоторые ступени и треснули под напором растений, но редкие деревца тут были едва ли выше меня.

Да-а-а, по уровню пафоса это строение больше напоминало гробницу какого-нибудь фараона. Я только осуждающе покачал головой… Помнить предков нужно, но делать из них богоподобных идолов? Что, у каждого в роду была страшная война, где они совершили подвиги? Каждый Рюревский был великим героем?

Я вспомнил скромную усыпальницу Борзовых и подумал, что их подход к почитанию предков мне больше нравится. Аккуратный холмик в пределах собственного имения в шаговой доступности, куда без проблем пошёл, едва захотел помолиться, помянуть предков, или поплакаться им о несправедливости мира живых.

А в такую гробницу, стоящую где-то в горах Святого Диофана, из столицы надо ехать пару дней, снарядив целую процессию и по пути прихватив кучу чернолунников. Да ещё комплекс неполноценности каждый раз зарабатывать, глядя на недостижимое величие предков. Неудивительно, что род Рюревских сам собой захирел.

Я так и стоял, таращась на вход, когда интуиция потребовала повернуть голову. Дальше дорога поднималась по широкому ущелью и переваливалась через седловину между двумя горами.

На самом верху широкого тракта я заметил движение. Повеяло тонким-тонким флёром псионики, уже мне знакомой. Отсюда далёкая фигура казалась не больше муравья, но я сразу же узнал его.

Этот тот хмырь в балахоне, который смотрел на меня возле ворот!

Не теряя ни секунды, я сорвался с места. Всё-таки догнал я вас, сволочи чернолунные! Всё-таки вы мне ответите, куда дели Избранницу.

– Стоять, – просипел я, чувствуя через пару минут бешеного бега, что тело снова хочет сдаться.

Пока я бежал, фигура исчезла за линией дороги, а вместе с ней и поток псионики. Псы толчковые, стоять!

Бежать не получилось, но я всё же не сдался, доковыляв до самого верха… И чуть не застонал от открывшегося вида.

Широкий тракт и дальше петлял по ущелью далеко-далеко вниз, где на пределе видимости в дымке маячила ещё одна долина, окружённая величественными горами. Долина во много раз больше, чем та, через которую я уже прошёл, в десятки раз больше.

Она показалась мне смутно знакомой. Кажется, я уже смотрел на неё, только с другой стороны. И наверняка в там центре дикий лес, окружённый рекой, а посреди чащи развалины – то самое Место Явления Незримой, где мне надрали зад оракулы, захваченные Легионом.

Я вспомнил карту, которую мне довелось раньше видеть. А ведь, судя по этой карте, где-то впереди хижины Святых Привратников. И среди них хижина Коккино, где можно неплохо подзарядиться энергией огня, а может, и протолкнуть кирпич через чакру.

Да, твою псину, Тим, ты не в том теле! Здесь нет кирпича, хотя нижние чакры и без него недоразвитые.

«Да, отдай это тело нам!»

Борясь с одышкой, я сел на землю. Истина такова, что в этом теле мне никогда не догнать Серых Хранителей, или кто они там…

Обернувшись, я снова разглядел вход в усыпальницу. Твою псину, как далеко я ушёл-то. Значит, говорите, Василий где-то там?

«Мы так думаем. Он в усыпальнице, но, если ты попытаешься войти, умрёшь!»

– Ладно, всё равно выбора нет, – я кое-как встал, отряхивая подол мантии, – Будем пытаться. Я уже взламывал разок усыпальни…

Сбоку что-то хрустнуло, между двумя валунами под отвесной стеной ущелья выглянул силуэт. Я сразу же присел, вынув пистолет, и вовремя.

Грохнул выстрел и надо мной просвистела пуля. Одновременно я выстрелил в ответ, и фигура дёрнулась, падая назад за валуны – мой выстрел попал противнику прямо в корпус.

Через секунду я, в несколько диких прыжков оказавшись у камня, прижался к нему спиной и, сунув один пистолет в карман, вытащил другой. Отдышался, разглядывая круги перед глазами… Да, это тело явно сегодня перевыполнило план по физической нагрузке.

Я быстро выглянул из-за края валуна, спрятался, снова выглянул.

Гвардеец в измызганном мундире в обнимку с магострелом лежал, не двигаясь, и смотрел остекленевшими глазами в небо. От него сразу же повеяло той самой тухлой энергией «порошка счастья», которая стала уже его собственной. Как же я его не почуял-то?

Хотя я тут же вспомнил, что, когда мы с Вячеславом пробирались в долину, тоже по пути встречали зомби, умеющих маскироваться. Видимо, и этот сидел тут в засаде, ждал.

Подняв магострел, я и обрадовался, и скривился одновременно. Усиленный, с магическим ключиком для стрельбы, и с оптикой. Но весь пыльный, поцарапанный, с погрызенным прикладом.

– Эх, дать бы тебе этим прикладом за такое отношение к винтовке, – проворчал я, шуруя в карманах гвардейца.

Вот же пёс толчковый, нет патронов. Вообще пусто.

Так, Тим, не тупи. Этот оракул, в котором ты находишься, и так не сможет стрелять из этого оружия.

«Почему он не выстрелил в тех чернолунников?»

– Хороший вопрос, – прошептал я, – Хотя, может, у них есть артефакты защи…

Я оборвал себя на полуслове, растерянно поглядев за спину. С той стороны, куда ушли сраные Серые Хранители, повеяло грязнющей энергией огня, ударившей в меня, словно прибой на скалистом берегу. Такая сильная стихия, что даже это тело, которое не обладало никакими талантами в огненной магии, почуяло дикую и первобытную мощь.

Это… это… а что это? Или кто?

Я уже даже как-то обвыкся, что в этом теле единственный талант – это слышать духов, да и то через раз. А внутри Василия я мог чуть ли не зажигать звёзды… ну, по крайней мере, прикурить точно мог от пальца.

«Это смешанная энергия огня. Она и древняя, и новая…»

– Может, хижина Коккино, – я задумчиво потёр подбородок, – Мне сказали, что рядом с ней можно подзарядиться, как от Вертуна или от Красной Луны.

Я непроизвольно посмотрел на небо. Пробоины не было видно, только палящее солнце. Даже ни одной луны, что для этого мира настоящая редкость.

Хотя у меня из-за скал с обеих сторон обзор был ограничен, поэтому ничего утверждать я не мог. Эх, мне бы тело Василия, в нём бы я разложил энергетический поток по всем полочкам, даже угадал бы, что ел на завтрак маг огня, если это от него так фонит стихией.

Я вышел на середину и, аккуратно протерев поцарапанную линзу на прицеле, поднял винтовку и попробовал рассмотреть, что там происходит.

Далеко в ущелье полыхнуло, поднялась стена огня, и на меня снова повеяло псионикой. Какая мощь! Через мгновение донёсся и грохот, а через несколько секунд ветер, подувший с той стороны, стал заметно горячим. Кто-то там кого-то сильно поджаривает…

«Да, это точно маг огня!»

– Действительно, ну кто бы мог подумать, – усмехнулся я, пытаясь рассмотреть хоть что-то в дыму, заполнившем горизонт.

Душонки даже не поняли сарказма:

«От его души тот же запах, как от того охранника, которому ты бросил в лицо стихийное гнильё».

– Стихийное… что? А, «порошок счастья», – я всё же догадался, – От души пахнет? У души есть запах?

«Конечно».

Прислушавшись ещё к потоку энергии, я понял, что куски Легиона правы. Просто удивительно, что они почуяли это раньше меня.

«От твоей души тоже пахнет».

– И чем же?

«Мы не можем понять. Напоминает оружейную смазку, но нам прилетает картинка какого-то «свистка»».

Я опустил магострел и с тоской посмотрел на него. Если попаду из неё за километр, это будет чудом. Тем более, в этом мире ещё и Вертуны как-то на пули воздействуют.

И вправду, моей родной снайперской винтовки очень не хватает. Да, невероятно далеко, много поправок взять надо, но я бы справился. Эта мысль мне даже понравилась, и губы растянулись в улыбку.

Так и представил себе картину, как по лесу идут фигуры в тёмных балахонах, огибая деревья. Ведут мою бедную Эвелину и думают, что уже ушли, но вдруг у одного капюшон дёргается, выплёвывая клочья ткани вперемешку с мозгами на ближайший ствол. Хотя нет, Тим, надо будет в корпус брать, далековато.

Другие начинают паниковать, трясут грозными артефактами, прячутся за деревья. Потому что не знают, что режимы в оптическом прицеле позволяют творить чудеса, тем более, мой «свисток» прошивает стволы, как масло.

Потом освобождённая Эвелина радостно бежит мне навстречу, чтобы обнять. Долго так бежит, километров пять…

Очень, очень не хватает моей снайперской винтовки. А даже не знал, что душа может ей пропахнуть.

«А, так вот какой свисток».

– Это не какой-то там «свисток», а капитский Шам-Рифл, – я провёл пальцем по стволу магострела.

«Мы думали, что капиты – это ругательство какое-то?»

– Несомненно, хуже придумать нельзя, – я снова поднял винтовку, пытаясь рассмотреть даль, – Но делать оружие для убийства людей они хорошо умеют.

В этот раз в полуразмытом кружочке линзы, посреди дыма мелькнули крохотные фигуры в красном мундире, и некоторые вроде бы с магострелами. Двигались они рваными движениями, и я понял, что это такие же зомби с единственной командой в голове «защитить перволунника».

На моих глазах один из силуэтов испустил такой мощный поток огня из рук, что я сразу вспомнил сражение с магом огня в Царском Лагере. Да тут даже сильнее!

– Твою ж псину, – я опустил винтовку.

Ущелье снова заволокло дымом, ничего теперь не разглядеть.

«Маг Первого Дня», – прошептали души.

– Как минимум, – буркнул я.

«Мы не пройдём через них».

Мне очень не хотелось соглашаться с этими болтунами, но тут они были правы. Эх, прости, Эвелина, но тебе придётся подождать.

– Я приду за тобой, – прошептал я, и мой шёпот словно подхватил ветер, понёс куда-то вдаль тихим-тихим эхом. А может, это у меня глюки?

Повесив магострел на спину, я пошёл обратно к усыпальнице, но образ Серых Хранителей, погибающих под моим снайперским огнём, так и не выходил из головы. Оскалившись, я бросил через спину:

– А вы просто сдохнете.

* * *

Когда я вернулся к усыпальнице, я на всякий случай посмотрел в сторону Храма Первого Полнолуния. Правда, допотопная оптика сильно не помогла, а дым от сражения, стелющийся над горами, я и так видел.

Приближающегося войска Рюревского не видно, и то хорошо. Не хотелось бы мне встретить его в теле чернолунника-оракула – что-то мне подсказывало, что Василию будет легче договориться с отцом.

В тишине гравий на ступеньках хрустел оглушительно громко. Я осторожно поднялся, обходя обломки статуи, и подошёл к огромному крыльцу. Постоял так, сканируя псионику на всех частотах, потом осторожно поднял ногу, чтобы ступить на общее возвышение.

«Осторожно, Иной!»

«Это – смерть!»

Я всё же поднялся, оставшись на самом краю. Ближе подходить пока не спешил.

– Я знаю, – проворчал я, крутя головой.

Отсюда колонны казались ещё больше, чем с подножия. Козырёк ещё не нависал надо мной, но я чуял, что, если ступлю под него, активируется какой-то защитный магический организм. Интуиция пела в голове тихой сиреной вместе с настороженным шёпотом душонок:

«Нельзя! Опасно!»

– Если не заткнётесь, – прошептал я с закрытыми глазами, – для вас я буду опасен.

Наконец-то тишина.

Тренированным усилием я распылил своё внимание перед входом, стараясь охватить сразу весь вход. Настроился на все частоты, особенно стараясь услышать чистую небесную псионику.

Опыт работы с дверью в усыпальнице Борзовых подсказывал, что ключ к открытию механизма может быть очень тонкой настройки, и если не знать, где искать, никогда и не услышишь.

Я ощутил только часть защитных плетений, и масштабы впечатляли. Причём я чуял только верхний слой, который, судя по свежести энергии, накладывали совсем недавно. Столько слоёв, что магию самих Рюревских огняшей даже не чую.

А вот этот хитромудрый капкан, который должен вышибить мне мозги, вообще добавили час назад. Ну, сволочи, я когда-нибудь вас догоню…

Я тихонько водил пальцами, пытаясь совладать с чужим замыслом. Эта энергия, смешанная оракульная магия мысли, была мне хорошо знакома. Ещё лучше я воспринимал чистую псионику, потому что Свободная Федерация тратила миллиарды рублей на своих псиоников не для того, чтоб они боялись касаться чужих ментальных печатей.

Но это тело было неудобным для такой работы. Вот вроде оракул, а чакры тут привыкли к грубым течениям – вломился в чужой разум, оглушил Легион, пришиб мощным ударом, и всё, дело сделано.

– Ага… – я тихонько двинул пальцем, откатывая нужное плетение чуть вбок.

Защитное заклинание, по сути, та же программа, и всегда можно найти лазейку. Можно подобрать частоту своего тела, чтобы механизм принял за своего. Можно грубо ударить по центральному блоку, чтобы вывести из строя, но это очень рискованно.

Свежая защита была поставлена наспех, но слоёв для большей мощности удара нагромоздили достаточно, наверняка и мой кокон бы не выдержал такого ментального взрыва.

И всё же грубовато, грубовато… Усмехнувшись, я довольно быстро разобрался. Тут тоже, как и у Борзовых, на открытие замка требовалась последовательность из сигналов – очень, очень тонких.

И я нашёл эту последовательность.

«Изумительно! О, могучий! О, сильный!»

Я сделал шажок вперёд. Так, дилетантский свежачок сняли, а дальше уже работа повзрослее, ставили несколько лет назад. Тоже оракулы, но более основательные.

Задумавшись, я вспомнил, что один из тех артефактов, которые принадлежали этому телу раньше, излучал в подобном диапазоне. Я вытащил ворох амулетов на шнурках, стал подбирать их, как отмычки. Дело сразу пошло полегче.

Неплохой костыль, чтобы не концентрироваться на всю мощь. А то вон сколько энергии потратил, устал сильно, хотя адреналин от ощущений так и зашкаливает. Напоминает работу сапёра – если ошибусь, то прощай, Тимофей Зайцев, зря Свободная Федерация тратила на тебя столько…

Стоп.

Вспомнив об адреналине, я снова вернул внимание внутрь тела. Кроме адреналина, ещё какая-то странная смесь гормонов, вызывающая букет эмоций… В общем-то светлые, вроде радости и веселья, но я почуял подвох.

«Гордыня!» – прошелестел чей-то голос, насмешливый и довольный. Этого весельчака здесь не было, это всего лишь означало, что ловушка включилась.

И активировался именно тот дилетантский свежак, который я только что отключил. Отключил и вошёл в границы его воздействия.

Но как?!

Я уже приготовился свернуть сознание в ментальный кокон, но в последний момент интуитивно почуял, что это тоже ошибка. Всё – ошибка!

Выдернув из кармана коробок «вытяжки» я, не глядя, вбросил в рот всё, что там было, и сжал зубы, раскрошив половину таблеток.

– Чвою х пшину, – я от удивления выплюнул крошки, когда из-под арки вырвалось пламя такой силы, что мгновенно поглотило все колонны и вылетело из-под козырька.

А я только и успел, что закрыться руками, в которых так и висел ворох артефактов, когда раскалённая волна смяла меня адской болью и толкнула в пропасть.

Несколько секунд полёта, и новый удар, только уже спиной. Понимая, что не жилец, я всё же успел забросить сознание в кокон, чтобы спастись хотя бы от болевого шока.

* * *

Я не сразу очнулся внутри кокона, боль всё-таки достала меня… Толчковый ты пёс, Тим, как ты мог так ошибиться?!

Да, уроды оказались хороши. Поставить ловушку, которая заставляет сапёра поверить и даже обрадоваться тому, что он её обезвредил. Против меня не любители, это уже другой уровень. Да, и надо признаться, что магию эмоций я до сих пор недооценивал.

– Псовая Луна! – снова выругался я, – Да чтоб тебя!

А главное, что у меня нет теперь тела, даже самого хреновастенького! Наверняка этот старик лежит там обугленным чурбаком. Выверну сознание обратно, и сразу умру.

Теперь обречён, как Незримая, вечно томиться в этой скорлупе. Я даже не задумывался раньше, сколько здесь можно пробыть.

«Иной…» – шелестящее многоголосье раскатилось внутри кокона.

– Кто здесь?

Это не те две душонки… Я ощущал в своей душе кровоточащие следы от них. Так они держались за тело, что сами вырвались с корнем.

«Мы – Рюревские… Мы призвали тебя».

Александр Изотов
Пробоина 5: Чёрная Луна

Глава 1. Призвавшие

Как-то не так я представлял себе встречу с духами, повинными в том, что я оказался вырван из родного мира.

– Рюревские, значит? – прошептал я.

«Да, Рюревские».

Спустя всего пару секунд, как я погиб, мне сейчас больше всего хотелось зарычать и со злостью броситься на стенки кокона. Самому расколоть скорлупу, чтобы добраться до этих Рюревских, заигравшихся чужими судьбами.

Но я, конечно же, спокойно спросил:

– Ну, и зачем вы меня призвали?

«Чтобы спасти род».

Я вздохнул от их простоты. Если бы у меня было физическое тело, то, наверное, заиграли бы от злости желваки.

Да, я был в теле Василия много времени, и род Рюревских теперь для меня не совсем пустой звук. Я прекрасно помнил ту дыру в душе парня, которая раскрывалась, когда он передавал мне свои эмоции. Василию очень хотелось иметь за спиной сильный, а главное, заботливый род.

Рюревских я такими назвать не мог…

«Всё не так просто, как тебе кажется, Иной».

– А взамен? – прорычал я, с трудом контролируя злость, – Знаете, даже демоны всегда что-то предлагают взамен.

Самое обидное, что злость была действительно моя. Никакие артефакты или магия не вызывали её.

«Мы не демоны. Мы предлагаем тебе правду».

– Тв… – я на миг потерял дар речи, – Твою же… вашу псину! Какую ещё правду? Какую правду вы, духи из другого мира, можете предложить псионику Свободной Федерации? Она мне нужна была?

Духи некоторое время молчали, давая мне время успокоиться. Оно и понятно – я только что допустил глупейшую ошибку при вскрытии усыпальницы, и теперь сам, по сути, такая же бесплотная сущность, как и они.

«Не такая же. Ты ещё не закончил».

– Ладно, – уже спокойнее ответил я, – Что за информация.

«То, что творится в нашем мире – война богов.»

– Поздравляю.

«И она придёт в твой мир. Это уже началось, и не так, как бы тебе понравилось.»

– Уже интереснее.

«Перед смертью своего физического тела ты встретился с одним из проявлений такой магии. Те, кто хочет разрушения твоего и нашего миров, уже передают секреты твоим врагам».

Тут я заволновался. Ну да, погиб я не совсем обычным способом – от орбитальной бомбардировки. Там ещё и бомбы, насколько мне было известно, были какие-то экспериментальные.

А перед этим сраные капиты пытались спасти своего искусственного псионика. Капиты действительно сделали невозможное – технология, способная генерировать ментальную энергию.

А это точно была технология?

– Погодите-ка, – вырвалось у меня, – Так вы о капитах?

«Наверное. Мы многого не знаем. То тело, в котором ты только что был – это Страж Духов, оракул, который может общаться с умершими. Так все думают, но у него гораздо больше возможностей».

– Ну да. Я подловил его, когда он выуживал знания из гвардейца, одержимого Легионом.

«Такой оракул не один. Такие были и у нас в роду. Немного, но мы знаем о вашем мире».

– Ладно. А причём здесь Василий? Как связана наша война с капитами и ваши семейные проблемы?

«Впервые наш род обречён. Позволь немного рассказать тебе».

* * *

Не скажу, что меня удивила история, которая звучала, как сказка, но некоторые моменты оказались довольно неожиданными.

В истории моей родной Земли, если вспомнить монархию, право на престол всегда имел тот, кто старше. Но здесь был другой мир, где принадлежность к голубой крови решалась магией.

Красногория, известная и славная магами огня, имела важный нюанс в законе престолонаследия: наследником должен быть маг огня. Если царский род представал перед сложностями, помочь ему в этом деле всегда могли два других Великих Лунных рода – Славины и Борзовы.

Такое случалось раньше, что власть переходила другому Великому Лунному роду, но эти два рода очень давно были лишены престола. И это давало повод для обид.

Вот и получилась интересная картина у Царя. Игорь Олегович Рюревский имел двух сыновей, практически одногодок. Для правителя два наследника – всегда радость, но не в этом случае. Старший с самого начала проявлял таланты оракула, а младший…

Ну, такое бывает в истории Лунных родов, когда отпрыск «пустой», но если лунная кровь сильная, то обычно она довольно рано проявляется. Всем известен крайний возраст, после которого уже не ждут магических свойств – двадцать один год.

Я усмехнулся:

– Да, я наслышан.

Стоп. А когда там день рождения-то у моего-то Василия? Когда меня Вепревы к себе притащили, они давали мне месяц до возраста, когда я вступал в наследство Великого Рода. А после этого я довольно много потаскался по миру…

«Василию Рюревскому, единственному подходящему для нас наследнику, двадцать один год исполнится через три месяца».

– Что-то не сходится, – я задумался и представил себе пальцы, по которым хотел пересчитать дни и недели.

«Документы Василия были подделаны талантливым оракулом. Да, он бастард, рождённый вне брака, но это не так важно, ведь Василий – не пустой».

– Ему мешает магия Вето.

«Это часть договора с Незримой».

– Что? Какого дого…

«Иной, ты нетерпелив. Так мы никогда не закончим».

– Ладно, продолжайте.

В общем, один сын – оракул, второй – пустой, и в затылок жадно дышат два Великих Рода, жаждущих трона. Игорь Рюревский оказался в непростой ситуации, пусть даже младший сын всё же «пробудился» – было поздно, уже закрутился маховик лунных интриг.

Бесспорно, оракул царской крови получил бы очень высокое положение при дворе и в гвардии. Но это – не трон, о котором мечтал Драгош Рюревский, тот самый старший сын-оракул.

А в Красногории, помимо Великих Лунных родов, были и ещё силы, которым не очень нравился расклад власти.

Высокомерные Стражи Душ, которые испокон веков с презрением относились к стихийным магам, и те им отвечали взаимностью. Оракулов, кстати, вообще мало кто любил.

Загадочные чернолунники, которые вообще стояли особняком, храня какую-то свою особую тайну об этом мире.

И великолунцы, соседняя держава с замашками империи, которая была вообще не прочь, чтобы в Красногории не было никакой власти. Это при том, что своих Лунных соседи хранили, как зеницу ока.

Драгош знал, что вскоре Великие Лунные рода потребуют своё право на престол, и понял – раз законы бесполезны, надо просто изменить их. Тем более, сам он был оракулом, обучался в академии Стражей, и быстро проникся презрительным отношением к магам стихий. Так что не удивительно, что ему пришла идея включить в список обязательных наследников престола и оракулов тоже.

Надо сказать, что среди Стражей Душ он довольно быстро нашёл единомышленников. Правда, более радикальных – они считали, что вообще вся власть должна быть у Стражей Душ. Тем более, учитывая то, что они защищают Красногорию от враждебных духов, вселяющихся извне в магов.

Чернолунники просто хотели сбросить ярмо царского рода. С глубокой древности установилось, что Царь властвует и над страной, и над церковью. При этом чернолунники хранили самое глубокое и сокровенное знание об этом мире, да ещё готовили Привратников, способных обуздать любой Вертун.

Так как Стражи Душ являются частью Царской Гвардии, связанной и с чернолунниками, заговор быстро распространился среди всех заинтересованных лиц. Но об этом же стало известно и Царю, и Великим Лунным родам.

В Красногории сложилась шаткая ситуация…

Борзовы и Славины хотели трон, но очень не хотели менять законы, иначе они потеряли бы даже призрачный шанс на корону.

Стражи Душ вообще хотели всю власть, сдвинув магов стихий на ранг ниже оракулов. Ну и что, что маги огня сражаются с монстрами, лезущими из Вертунов – они могли продолжать это делать и под присмотром оракулов.

Чернолунники хотели власти только над своей Церковью Чёрной Луны, и вообще не прочь были отделиться. Конечно, сохранив полностью при этом церкви по всей Красногории и власть над умами лунных, подлунных и безлунных.

Царь оказался перед трудным выбором. Пойти против старшего сына, исполнить закон, но потерять трон. Или всё же поддержать Драгоша в его желании изменить традиции, а взамен получить страшное будущее – ведь Красногория была славна именно магами огня, ни о каких оракулах у власти не могло быть и речи.

Ситуация была шаткая, но вполне устойчивая из-за нерешительности Царя. Игорь Рюревский готов был поддаться на уговоры Драгоша чуть-чуть изменить закон, всего один разочек, хотя всё равно тянул до последнего.

– Очень знакомо, – вздохнул я, – В истории Свободной Федерации такое уже было, и ничем хорошим это не заканчивалось. Но, может, только поэтому мы и стали крепче.

«Красногория станет крепче, если сможет сохраниться».

– Я так понял, произошла маленькая неожиданность, и пошло-поехало?

«Да. Случилась неожиданность, и не одна».

Ситуацию резко сдвинуло две новости – проявление магии огня у младшего брата Драгоша, Игната Рюревского, и слухи о рождении ещё одного внебрачного наследника с явной огненной кровью.

Закрутились сразу все маховики заговора…

Драгош понял, что помимо глупых древних законов и Великих Лунных, перед ним появились новые препоны в виде братьев: Игната, с которым он вырос с детства, и неизвестного новорожденного выскочки, который с первой огненной искрой в открывшихся глазах заявил о праве на трон.

Игнат, двадцать лет проходивший в «пустых» и до последнего не мечтавший о власти, в своё законное право неожиданно вгрызся всеми магическими зубами. И чуть ли не во всеуслышанье заявил, что его старший брат хочет изменить священные традиции.

Царь, естественно, только обрадовался такому событию и забыл про все обещания Драгошу. Но все стороны слишком погрязли в заговоре, да тут ещё соседи-великолунцы пообещали трон Славиным, если те помогут снять Рюревских.

Великолунцы в данной ситуации действовали крайне просто – они поддерживали все силы, которые могли бросить Красногорию в хаос.

Стражи Душ хотят власти? Пожалуйста.

Славины? Да без проблем, тем более, именно южные земли Славиных большей частью граничат с Великолунией.

Чернолунники? Ну, это тёмные ребята со своими бзиками, с ними мало кто хочет работать, но подумать можно.

– Да уж, – сказал я, – Если б вы знали, какие это бзики. Там Красногория лишь кубик на доске…

«Мы знаем о Незримой. Поэтому и согласились на договор, но ты должен дослушать».

– Да, да…

В общем, что случилось дальше, и так понятно.

Игнат погиб странной смертью при путешествии в усыпальницу рода. Юный наследник только-только получил право на трон, но ещё не понял, как это опасно для жизни.

Борзовы, которые пытались поддержать Игната, да ещё имели в рукаве козырь в виде другого наследника, исчезли с лица Красногории.

А Славины неожиданно для себя оказались замешаны в играх Стражей Душ, тем более, их крайне напугало резкое исчезновение целого Лунного рода. Всё было запутано таким образом, что в результате Славины оказались на коротком поводке у великолунцев. Да ещё странная активность Красных Вертунов в землях Славиных в это самое время, будто наказание от высших сил.