Текст книги ""Фантастика 2024-40". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Ольга Санечкина

Поначалу Корину Шагрин показалось, что это задача не составит большого труда. В конце концов, он собаку съел на безопасности, найти очередного убийцу будет проще простого. Но очень быстро стало понятно, что он имеет дело не просто с убийцей, а с весьма могущественным убийцей. Реналь побывал на местах всех преступлений, но нигде не находил ни одного следа, ни физического не ментального. Это говорило только об одном, убийца кто-то из Великих Персон, никому больше не подвластно подобное. Тогда Реналь попытался прослушать ментальный фон города, где произошло последнее убийство, и вычислить убийцу по его мыслям. И буквально на мгновение он смог что-то поймать, но уперся в глухую стену. Его сил не хватило на то, чтобы пробить ее. Зато ему удалось поймать убийцу «за хвост». Он запомнил его уникальный ментальный отпечаток и теперь мог в любой момент совершать атаки, пытаясь пробить этот барьер. Когда успехи Дэймона достигли определенного уровня, он подключил к этому процессу сына. Но даже их объединенных усилий не хватило на то, чтобы пробить глухую стену и зацепить хоть какую-то ниточку, которая выведет их к убийце.

Реналь предполагал, что объединив силы с Джулом, он справился бы с этой проблемой, но доверять Корину Фоли не мог. Слишком велика была вероятность того, что именно Джул расправляется с Персонами. Хотя, после смерти Габи, Реналь изменил свою точку зрения. Он слишком хорошо знал, как дорога старому другу Малкани Куори. Но, в конце концов, если один из них нашел способ убивать себе подобных, то мог найти и другой, и уже не было никакой гарантии, что все это время убийства совершал один и тот же человек. Их могло быть уже гораздо больше. К сожалению, в данном вопросе он мог доверять только смертным, лишь они ценили жизнь в этом мире. Он мог бы обратиться за помощью к Монике, но она так же была под подозрением. Ее непомерное любопытство и страсть к экспериментам могли привести к желанию посмотреть, что будет, если все-таки найти способ прибить парочку Персон. А тем временем мир все больше приближался к катастрофе.

Сегодня ночью они были близки к этому, как никогда! То, что Джельсамина выжила, было настоящим чудом. Тот вихрь, в который ее ввергла Морган, не позволил бы ей выжить. Но ее уникальная коробочка смогла сохранить ее рассудок. Реналь наблюдал процесс восстановления дочери Габриэллы. И это было потрясающе! Словно крошечный свернутый кусочек бумажки был извлечен из этой коробочки и стал разворачиваться, разворачиваться, разворачиваться, пока не превратился в толстую книгу. Она восстановила себя до толики!!! Такого он никогда не видел. Эта девушка была просто уникальна. И Рене очень хотелось бы знать, случайность ли это, или ее рождение было так же точно просчитано, как рождение Дэймона было просчитано им самим.

Мина стояла в центре церемониального зала и ждала, когда начнется ритуал посвящения новой Хельги Куори. Она подумала, что у них появилась еще одна Персона, не имеющая наследников. Малкани Куори примерно представляла, что ожидать от Стэйси. Шпионы Дэймона и Яго поведали ей в частной беседе, о младшенькой дочери Габины. Да и все их семейство было похоже на клубок змей, а не родственников. То, что Морган рассказывала ей, об отношении сестер было абсолютной правдой. Только она забыла указать, что последние годы давала им весьма серьезный отпор. Сопоставив Стэйси из рассказов шпионов и ту, что видела на балу, Мина пришла к выводу, что перед ней очередная интриганка, щедро наделенная артистизмом Куори. Ни Джельсамина, ни Яго не услышали фальши в ее игре в доме Ремизы Монье, а это говорило о многом. Впрочем, Морган тоже удавалось морочить им голову первые дни. И если бы она не расслабилась, решив, что они недостойные противники, возможно, ей так и удавалось бы водить их за нос. Мина подумала, что это вполне логично, в конце концов, они обе дочери Хельги Куори, кому, как не им, быть одаренными артистками.

Для сегодняшней церемонии Стэйси выбрала образ скорбящей девы. Она была бледна, под глазами синяки, скромные одежды подчеркивали ее хрупкость и беззащитность. Полный печали взгляд Анастасии, столкнувшись с насмешливым взором Малкани Куори, растеряно остановился. В глазах девушки мелькнуло понимание, и она склонила голову, давая понять своей госпоже, что признает ее превосходство. Возможно, Стэйси еще та стерва, но она знает правила игры, и, похоже, не страдает безумием, как Морган. Дружить с ней Мина не собиралась, а для всего остального и так сойдет.

Джельсамина окинула зал. Собрались почти все. На первый взгляд Персоналий был в полном сборе. Такого не было ни на одном посвящении из тех, где была Мина. Несмотря на то, что зал был довольно большой и мог вместить в три раза больше, чем присутствовало сейчас, почти все скопились в одном месте. Только Малкани и Корин Куори оказались в стороне от всех.

Мина повернула голову к стоящему рядом Яго. Сегодня на кузене не было лица. Она никогда не видела брата таким… Девушка никак не могла подобрать слово… И, наконец-то, смогла понять состояние Яго, он был обреченным! Вся его сущность была пропитана этим чувством. Сколько себя помнила Джельсамина, на лице Джакомо всегда была маска. Никогда он не выходил на люди, не нацепив на себе одну из своих бесчисленных личин. Сегодня в зале полном народу стоял истинный Джакомо Амато Альфредо Куори. Даже Мина видела его таким всего пару раз в жизни. А то, что при этом на его лице лежала печать обреченности, серьезно напугало Малкани Куори. Заметив, что кузен цепким взглядом окидывает зал, она снова вернулась к изучению пришедших.

Когда Мина встретилась взглядом с Кейсаром Фоли, она вздрогнула. Увидеть его здесь она не ожидала. Что же такое должно было произойти, чтобы собрался весь Персоналий?

– Яго, почему они все пришли? – нервно спросила Мина, чувствуя, как мурашки бегут у нее по спине.

– Основная масса пришла удовлетворить свое любопытство. Вы с Хулианом сегодня будете центром всеобщего внимания. Весть о гибели Чано и Морган уже разнеслась по всему миру. И о твоем участии в той и в другой истории тоже. Не говоря уж о том, что сегодня ночью кто-то прошелся по резиденциям всех Персон в Куори-Сити маленьким ураганом, и бросил им вызов. Вот они теперь и хотят взглянуть на вас, как на зверушек в зоопарке.

Мина поежилась и нашла взглядом Корина Фоли. Высокий брюнет, с глазами ворона, укутавшийся в черный плащ, он стоял рядом с Реналем и, не отрывая взгляда, смотрел на дверь. Мина точно знала, кого он ждет. Химена Бланко еще не появлялась.

– Джельсамина, – успокаивающий голос Анри тихо прозвучал за спиной. Мина с улыбкой обернулась.

– Анри, я рада вас видеть, но я же просила называть меня Миной.

– Мина, как вы?

– Спасибо, уже лучше.

– Я беспокоился за вас сегодня ночью, но счел, что мой визит будет неприличным в столь поздний час. – Слышавший разговор Яго недовольно скривился.

– Анри, не стоило волноваться. Мы с Дэймоном были рядом и помогли кузине. Знаете, даже удивительно, как за последние несколько дней Дэймон и Мина сблизились! Поверить не могу, что они познакомились на том самом балу вашей матушки, когда убили старшую дочь истиной Хельги Куори.

Анри немного растеряно смотрел на Корина Куори и пытался понять, чем вызвана столь неожиданная агрессия с его стороны. Решив, что помешал разговору Яго и Мины, Анри откланялся и оставил их наедине.

– Яго, что за муха тебя укусила? – изумленно поинтересовалась Джельсамина. На лице кузена отразилось презрение вперемешку с раздражением.

– Ремиза Леклер задалась целью выдать тебя замуж за своего дылду сыночка, и поэтому поводу строит бесконечные козни вокруг тебя.

– Я об этом прекрасно знаю, – пожала плечами Мина. – Анри предупредил меня об этом в вечер знакомства, и посоветовал как можно тщательнее оберегать нашу с тобой любовь, потому что его матушка способна на многое.

– Слишком на многое, – зло проворчал Яго. – Надо будет извиниться перед парнем, я недооценил его. Хотя, с его стороны это мог быть просто тонкий ход.

– Перестань. Он самый настоящий романтик, каких в наше время почти не встретишь. А вот ты болван! Не забыл, что мы с тобой еще помолвлены.

– Дорогая, – Яго с сочувствием взглянул на кузину, бить лежачего было не в его правилах, – боюсь, что после вчерашнего вечера в доме Дэймона мы вряд ли сможем и дальше поддерживать эту легенду.

– Если ты захочешь пошевелить хотя бы пальцем для того, чтобы люди продолжали верить в нашу с тобой помолвку, то им будет проще это делать. – Не желавшая слышать сочувствие в голосе кузена, Джельсамина нападала на него, вынуждая защищаться.

– Что, по-твоему, я должен для этого делать?

– Ну, может проявлять по отношению ко мне на людях побольше внимания? – Сарказм и ирония, прозвучавшие в ее голосе, безошибочно рассказали Яго, насколько уязвима сейчас кузина. Утрировать все и вся было ее излюбленным способом, скрывать от окружающих свои истинные чувства. Молодой человек не собирался лишать последнего оружия Мину. Она немало пережила, и если он не ошибается, то не меньшее ей еще предстоит пережить. Подыграть и подарить несколько минут покоя сестре, было тем не многим, что он мог сейчас сделать.

– Я и так не отхожу от тебя ни на шаг!

– Это не совсем то, что ожидают от жениха.

– Мина, ты нервничаешь и это понятно, но тебе не кажется, что это не повод изводить меня?

– А кого мне еще изводить?

– Хочешь, я позову Дэймона? – кровожадная улыбка человека, предлагавшего растерзать своего лучшего друга на клочки, на лице Яго заставила девушку недоверчиво покачать головой.

– Что-то я сегодня слишком часто слышу это имя, – пробормотала Мина, с подозрением покосившись на кузена.

– Ничего особенного, просто он мой друг. К тому же мне казалось, что вы некоторым образом тоже сдружились.

– Помниться раньше ты хотел, чтобы я держалась от него подальше.

– Я что не могу поменять свою точку зрения? Если со мной что-нибудь случиться, я бы хотел, чтобы рядом с тобой был человек, которому доверяю. А доверяю я только Дэймону.

– Яго, возьмусь тебе напомнить, что если с тобой что-нибудь случится, то мир рухнет.

Заметив выражение сомнения на лице Джакомо, Джельсамина потрясенно замерла. Оно было искренним. Кузен не играл, он открыто выражал свои чувства. Это напугало девушку еще сильнее. Что такого могло произойти, что он так себя ведет?

– Как ты сегодня спала? – более неуместного вопроса Мина не могла ожидать от кузена.

– Ужасно, всю ночь пыталась тебя спасти, и каждый раз безрезультатно. – Яго от злости заскрежетал зубами.

– Мина, успокойся и послушай меня внимательно. – Джельсамина испугано взглянула в глаза кузена. Такого Яго она еще не видела.

– Я хочу, чтобы ты забыла обо всем, чему тебя когда-то учили в этой жизни. Я хочу, чтобы сегодня ты слушала только меня. Обещай, чтобы не случилось, ты будешь делать то, что я скажу.

– Яго, что происходит? – Корин Куори взглянул на вошедшего в зал Кейсара Гастона. Вслед за ним появилась Химена Бланко.

– Слишком долго объяснять, но ты должна мне поклясться, что не сделаешь и шага, если я тебе это запрещу. Даже если на кону будет стоять моя жизнь, обещай мне, что ничего не станешь делать! – Отчаянье, с которым Яго смотрел на нее, окончательно вывело Мину из равновесия. Она уже не знала, что думать. За последние дни ее жизнь превратилась в неконтролируемый поток событий, которые она не всегда успевала отслеживать. Но сделать то, о чем просил Яго, это противоречило всему тому, чему ее учили с раннего детства!

– Прости, но то, о чем ты просишь невозможно! Приоритеты семьи превыше всего!

– Господи, послушай себя, ты повторяешь это как заводная игрушка! – Взорвался Яго.

У Мины на глазах навернулись слезы. Такого от него она не ожидала. Измученная постоянными кошмарами, разбитая потерями дорогих ей людей, она с трудом находила по утрам причины, чтобы встать с кровати. Она до сих пор не понимала, как смогла вчера вернуться. Ведь ей так хотелось остаться там, где абсолютный покой!

– Малкани Джельсамина, Корин Джакомо, вы готовы к процедуре посвящения? – Надменный голос Кейсара Гастона оторвал Мину от размышлений.

– Да, давайте с этим поскорее покончим, – выдохнула Джельсамина.

Все, кто не являлся Персонами, покинули зал, и действо началось. Церемония посвящения шла своим чередом. Малкани Куори совершала все действия механически, толком не замечая, что делает. Призывая новую Хельгу Куори к клятве, она, наконец, обратила свое внимание на Стэйси. Та преданно смотрела своей госпоже в глаза, но сколько в этом взгляде было искренности, а сколько игры? Впрочем, это было не так уж и важно. Мина не собиралась верить не единому слову этой очаровательной и с первого взгляда абсолютно невинной девушке.

За то время, что она потратила на исполнение своих обязанностей, как Малкани, Мине пришлось встретиться со всеми Персонами своего сейма и их приближенными. Вывод, к которому она пришла, был весьма не утешителен. Ветвь власти сейма Куори больше напомнила ей театральную труппу, с вечными сплетнями, интригами, борьбой за ту или иной роль, с мастерством подаваемой ложью. При этом буквально каждый пытался хоть чуть-чуть, хоть на йоту восторжествовать над ней. Это довольно быстро стало утомительно. Она не могла себе позволить уступить своим подданным хоть в чем-то, поэтому ей немало пришлось попотеть, чтобы выйти победительницей из всех этих мини-поединков. Но школа Яго позволила ей выдержать каждый из боев с неизбежным достоинством и победой.

Не сильно задумываясь над тем, что делает, Мина повернулась к Яго, чтобы взять из его рук ножницы, и в тот миг, когда она протянула за ними руку, неизвестно откуда рядом с Корином Куори оказалась Химена Бланко. В одно мгновение она выхватила у него ножницы и приставила их острием к шее Яго, слегка повернувшись спиной к Мине. Джельсамина действовала как «заводная игрушка». Она сама не заметила, как в ее руках оказался кинжал, подаренный дядей. В одно мгновение Малкани Куори оказалась рядом с Хименой и занесла руку в ударе, когда раздался душераздирающий вопль Яго.

– Мина, нет! – безысходность, прозвучавшая в его голосе, была так полна отчаянья, что у Мины от нее на глазах выступили слезы. Девушка была словно в еще одном своем кошмарном сне, но здесь у нее еще оставалась возможность спасти кузена. И тут в ее голове всплыли слова матери «Мина, думай, прежде чем сделать». Занесенная с кинжалом рука дрожала в нескольких сантиметрах от шеи Малкани Фоли.

– Зачем вы это делаете? – осипшим голосом спросила Джельсамина.

– Он должен умереть. Так же, как умерла твоя мать, как умер твой дядя, как умер мерзкий ублюдок Чано. Ему место там же, где и всем остальным! – Мина не могла больше позволить себе размышлять, на кону была жизнь Яго! Ее рука сама взметнулась, и ей с трудом удалось ее остановить, когда вместо спины Химены нож уперся в грудь кузена.

Молодой человек закрывал собой Малкани Фоли, не давая Мине убить ее. Лицо обезумевшей женщины скорчилось от ярости. Джельсамина потрясенно пыталась понять, что же происходит, когда Яго расставил все точки над «и».

– Отец, довольно! Игра окончена. – Прозвучавшие слова были подобны грому… Мина потрясено взглянула на брата, а затем на Химену Бланко и к собственному изумлению поняла, что лицо и тело Малкани Фоли меняют свою форму, словно сделаны из мягкой глины, и через мгновение в бесформенной массе стали проступать черты Корина Куори Густаво Альфредо Амато. Раздавшийся в зале вздох потрясения почти не дошел до сознания девушки.

– Дядя… – Мина в ужасе отбросила в сторону кинжал, который только что чуть не воткнула в спину человеку, подарившего его. Несчастная окончательно потеряла нить событий. Глядя на погибшего дядю, девушка подумала, что опять сошла с ума, или в лучшем случае снова спит. Через мгновение рядом с Густаво оказались Реналь и Хулиан, схватившие его за руки и оттащившие от сына.

Со слезами в глазах Яго подошел к Мине. Он не знал, как объяснить ей то, что произошло. Единственно на что он был способен, это прижать трясущуюся Мину к груди, и, дождавшись, когда она зарыдает, зарыться лицом в копну ее волос.

– Все позади, Мина. Все позади. – Яго как заведенный шептал это, пытаясь поверить самому себе. Прижавшись лицом к груди кузена, Мина не отрывала плачущих глаз от стоявшего между Реналем и Хулианом Густаво. Все это время дядя смотрел на нее, как на ошибку, как на самое большое разочарование в жизни. Не выдержав этого взгляда, Мина с горечью сглотнула и спросила:

– Яго, что происходит?

– Да, – возмущенный голос Кейсара Гастона раздался у Мины за спиной. – Я тоже хотел бы знать, что все это значит? Густаво, почему ты жив? Ты что притворился мертвым, чтобы тебя не убили? – По залу прошел возмущенный ропот, пожелавших присоединится к вопросу главы Куори.

От толпы неторопливо отделился Кейсар Хоакин. Подойдя к стоящему перед Яго и Миной Гастону, он с сожалением посмотрел на своего недалекого коллегу и с горькой усмешкой произнес.

– Нет, он притворился мертвым, для того, чтобы его убили. – Убедившись, что ему удалось привлечь внимание всех присутствующих в зале, Хоакин обратился к Яго.

– Я потрясен тем, что тебе удалось разгадать так быстро этот ребус. Если честно, то я думал, это наш последний час жизни.

Джакомо старался как-то собрать себя по кусочкам. То, что занимало все его существо последние годы, свершилось. Не было больше возможности обманывать себя, искать отговорки и объяснения происходящему. Его самые худшие опасения подтвердились. Судьба беспощадно привела его к мигу, которого он так страшился. И он был не готов ответить самому себе, вышел он победителем или проигравшим. Борясь за существование мира, он разрушил тщательно выстроенный отцом план. С того момента, когда его расследование закончилось и он увидел масштабность задуманного Густаво, Яго миллион раз задавал себе вопрос, как поступить. Он понял, что сделает, только за мгновение до того, как подставить грудь под нож Джельсамины.

Затянувшуюся паузу прервал Кейсар Куори.

– Хоакин, если ты такой умный, может, поделишься с нами своим великим знанием? – зло выплюнул Гастон.

– Если не возражает Джакомо, ибо право разоблачения этой истории принадлежит скорее ему. – Кейсар Фоли, не прекращавший все это время испытывающе смотреть на Яго, с уважением склонил в его сторону голову.

– Прошу вас избавить меня от этой чести, – сухо ответил Джакомо.

Постепенно приходящая в себя Мина, почувствовав горечь и боль брата, взяла его руку в свою и сжала ее. Если она хоть что-то могла сделать в этой ситуации, то это показать ему, что он не один. Она ровным счетом ничего не понимала, но, несмотря на спутанность сознания, девушка слепо и безоговорочно приняла сторону Яго.

Хоакин, как плохой артист, вышел на середину залы, дабы его было всем хорошо видно и начал свое звездное выступление.

– Ну, что же, тогда я с удовольствием расскажу вам маленькую драму, которая наверняка войдет в анналы нашей бесконечной истории. И так как сегодняшний день не стал последним, думаю, она так и останется бесконечной.

– Хватит красоваться Хоакин, ближе к делу, – раздался недовольный голос Ремизы Монье.

– Ну, раз об этом меня просит дама…, – шутовски раскланялся Хоакин. – Итак, для того, чтобы понять, что здесь сегодня произошло, нам придется вернуться на несколько веков назад. В тот период, когда нашему дорогому братцу Корину Куори так надоело его бренное существование, что он решил с ним покончить. И тогда он попытался наложить на себя руки, отрубив себе голову. Все мы помним этот незначительный эпизод, когда Густаво полгода ходил с прирастающей головой.

Услышав столь шокирующие подробности, о человеке, заменившего ей отца, Мина с неверием бросила взгляд на окружающих. К своему ужасу девушка замечала то там, то тут кивающих Персон, на лицах которых было написано, что они отлично помнят описываемые Хоакином события. Переведя беспомощный взгляд на Кейсара Фоли, она продолжила слушать.

– Когда он убедился, что самому ему себя убить не удастся, он решил испробовать другой способ. Он решил проверить, сможет ли его убить другая Персона. И так как его отношения с Хулианом всегда были, мягко говоря, недоброжелательными, на роль своего убийцы, он выбрал именно нашего славного Корина Фоли.

Хоакин посмотрел на последнего, будто спрашивая у него разрешения говорить дальше. Все присутствующие в зале, дружно перевели взгляды на Хулиана Борджиа. Державший вместе с Реналем Густаво, он стоял бледный, как смерть.

Мина смотрела на этого красивого и мужественного человека, и невольно восхищалась тем, с каким достоинством он принимает удары судьбы. Говорили, что он самый беспощадный и кровожадный человек в мире… Он стоял перед толпой любопытствующих, и почти у каждого вызывал только одно чувство – страх. То, что ему пришлось пережить за последние дни, сломало бы любого. Но Великий Корин Фоли Хулиан Диас Борджиа был замешен Создателем из другого теста. Открытый и смелый взгляд в лицо Хоакина, дал немой ответ на его вопрос. И с позволения своего Корина рассказчик продолжил.

– Как все мы помним, у Габриэллы и Хулиана в тот момент был безумный роман, и Густаво решил воспользоваться этим.

От услышанного у Мины перехватило дыхание. Будто почувствовав, что девушка не сводит с него глаз, покровитель посмотрел на нее. И на мгновение она смогла разглядеть под железным панцирем, израненную душу любящего человека. Хулиан быстро отвел взор, смутившись того, что смогла прочесть в нем Мина. Девушка, очнувшись будто от сна, сосредоточила внимание на рассказе Хоакина.

– До того момента я даже предположить не мог, что создавая иллюзию, можно принять чье-либо обличье. Но уже тогда, достигнув высочайших высот в этом искусстве, Густаво, прикинув на себя личину Химены, явился к сестре и сообщил ей, что ее любовь к Хулиану имеет неестественное происхождение. Так как наша дорогая Малкани Фоли всегда была нелюдима и зациклена исключительно на своих кошках и Габриэлле, то ему ничего не стоило внушить ей, что она действительно это сделала.

Сразу же после разразившегося скандала, который все мы, безусловно, отлично помним, Густаво вызывает Хулиана на дуэль, дабы защитить честь сестры. Оскорбленный неверием любимой наш вспыльчивый Корин принимает вызов, и так как соперник усиленно к этому стремится, насаживает его сердце на шпагу. После чего Густаво ходит еще полгода с открытой раной, только на этот раз в области сердца.

Но его открытая рана ничто, по сравнению с тем разочарованием, которое он испытал, оставшись в живых. И тогда в его голове возникает абсолютно безумная, но весьма красивая по своей сути мысль. Он решает, что если все существа, порожденные нашим Создателем должны подчиняться законам, которые он нам дал, то его единственный шанс умереть, это погибнуть от руки существа, которое не было создано нашим Создателем, а значит, не обязано подчиняться законам нашего мира. И таковых оказалось только два – Габриэлла и Нихуш. Два самых жизнерадостных и жизнелюбивых человека нашего мира. Вот она жестокая ирония судьбы! Заставить их пойти на подобное, нельзя было ни уговорами, ни силой, ни хитростью.

И тогда в голове Густаво зреет новый план. Он решает, что ему нужно существо, которое будет ему целиком и полностью подвластно, и в то же время не подвластно законам мира. И так как такого на свете нет, Густаво решает создать его… или ее. Он понимает, что его единственный шанс это дитя Габриэллы и Нихуша. Не будучи уверен, что сможет управлять разумом ребенка, Густаво решает – ему необходимо самому его воспитать. А как получить эту возможность? Очень просто – подорвать веру Габриэллы в ее материнские способности.

Когда приходит время, он сводит с ума Джеральдину, дочь Габи. Корину Куори это не составило труда. Превратив девушку в кровавое чудовище и заставив мать убить собственную дочь, он добивается желаемого. Габриэлла посчитав, что она никудышная мать, решает больше не иметь детей. Но, она еще не догадывается, что ее судьба ей больше не принадлежит. Густаво дожидаясь, когда пройдет время и боль кузины утихнет, нежно «поддерживает сестру», помогая ей вернуться к жизни. Когда боль наконец-то притупилась, и Габи вернулась к нормальной жизни, он решает, что пришла пора воплотить в жизнь свой план.

Зная, как азартен Нихуш, Густаво подлавливает его на банальной игре в карты. Он выигрывает у нашего безбашенного друга. А, как всем нам известно, Корин Куори блестяще играет в карты и при этом ставка у него всегда одна и та же «исполнение любого желания». И в качестве желания, он просит Нихуша вступить в связь с Габриэллой, чтобы у нее родился ребенок. Он объясняет столь странное желание тем, что кузина после гибели Джеральдины глубоко несчастна, и ребенок смог бы спасти ее от тягостных дум. Нихуш со свойственной ему простотой и добродушием с радостью «спасает» кузину, да и кто бы из нас отказался от такой чести? И, чтобы не нарваться на град тумаков, в качестве реакции на столь непристойное предложение, меняет личину.

И вот наступает светлый миг, и, как планировал Густаво, на свет рождается дитя дочери Фараны и сына Нифреи. Дитя, порожденное Персонами, не созданными Создателем – наша прелестная героиня дня Джельсамина Валенте.

Услышав свое собственное имя, девушка потрясенно замерла. Ей казалось, что сегодня уже ничто не сможет выбить ее из колеи. Оглушенная она никак не могла собрать себя воедино, чтобы осознать, что Хоакин говорил о ней. Что дитя, чье рождение было столь тщательно спланировано дядей для того, чтобы умереть, это она и есть. Она рождена для того, чтобы убить родного человека. Слезы, стоявшие в горле комом, набежали на глаза… И в этот миг обнимавший ее Яго, встряхнул сестру и заставил взглянуть ему в глаза.

– Мина, я люблю тебя. Этого достаточно?

Собрав волю в кулак, и загнав рвавшуюся наружу истерику, Джельсамина судорожно кивнула.

– Достаточно.

– Тогда давай выдержим это с честью.

Выдержавший эффектную паузу Хоакин, убедился, что девушка взяла себя в руки, и продолжил.

– Вот здесь происходит событие, которое наш гений заранее просчитал. Нихуш при всей своей безалаберности, легкомыслии и беззаботности, в глубине души доброе и заботливое существо. В свойственной ему манере, он решил сделать дочери подарок. Маленькую коробочку. Да-да, ту самую, которую не раз пытались разгадать у него самого все здесь присутствующие Персоны, способные к телепатии – Коробочку Нифреи. Как всем нам известно, благодаря этой коробочке, помимо всего прочего, ее обладателя нельзя убедить что-то сделать против его воли.

Но это все лишь небольшое препятствие на пути Густаво, которое он предвидел заранее. Он считает, что, получив доступ к воспитанию девочки, сможет подвести племянницу к убийству естественным путем. Как он и ожидал, Габриэлла старалась не участвовать в формировании личности дочери, и перекладывала эту обязанность на самого близкого человека своего любимого кузена Густаво. И наш великий манипулятор растит девочку в любви и заботе. Джельсамина получает лучшее образование, но при этом с ней занимаются только частные педагоги. Она почти не имеет контактов с внешним миром, зато в ней с первых лет пестуют любовь к семье. Девочка растет и с каждым годом в ее сознание укрепляется закон «интересы семьи превыше всего», «жизнь членов семьи оберегается любой ценой».

И так как мать и дядя ее бессмертны, то главная забота направлена на ее любимого кузена Яго. Единственного ребенка Корина Куори за всю историю существования этого мира, который так вовремя появился на свет. Мальчик с девочкой растут в любви и согласии. Усилиями Густаво они становятся все ближе и ближе друг к другу. И вот приходит момент, когда наш герой, все же совершает ошибку. Он решает убедиться, что все сделал правильно. На глазах Джельсамины нанятые нашим главным героем люди похищают Джакомо, и девушка отважно спасает кузена, перерезав горло пяти разбойникам.

Все присутствующие в зале в ужасе уставились на Джельсамину. Малкани Куори смело встретила направленные на нее взгляды. И натыкаясь на ее пустой холодный взгляд, все торопливо переводили взор обратно на Хоакина, который продолжал наслаждаться своей ролью.

– Густаво счел, что уже добился своего, и он близок к цели. Приняв обличие обычного уличного бандита, он нападает на Яго в присутствии Джельсамины, но тут выясняется, что предыдущая проверка слишком дорого обошлась девушке. Она не в состоянии больше действовать бездумно. Она знает цену человеческой жизни. А к тому же, Яго слишком хорошо понимает, чего будет стоить эта жизнь Джельсамине. И пока девушка, на мгновение заколебавшись, выхватывает нож, Джакомо сам успевает расправиться с обидчиком.

Густаво банально перестарался. Если бы он не устроил эту дурацкую проверку, его план сработал бы. Но пережив предыдущий кошмар, племянница дала сбой. Наш изобретательный самоубийца в отчаянье мечется, пока не принимает решение, что девушку надо подвести к тому состоянию, когда она снова сможет убить человеческое существо, не задумываясь. Он рассуждает довольно примитивно. Что может перевесить в сознании племянницы смерть человека? И ответ нашелся очень просто, смерть родного ей человека. Густаво считает, что девушке надо показать гибель родных ей людей. Он решает, что они с Габриэллой должны «умереть», а чтобы это не выглядело слишком подозрительно, он заходит издалека – начинает «убивать» других Персон. Но, как нам всем известно, Персону убить нельзя… Зато вполне возможно погрузить в бесконечно длинный сон. – По залу пробежал легкий гул, заставивший Хоакина на минутку остановить свой рассказ. Убедившись, что все переварили сказанное, он продолжил.

– Но для того, чтобы все поверили в невозможное, ему была нужна поддержка. И Густаво точно знал, где ее искать. Наши чудесные Фали, несущие нам слово Создателя, легко пошли на поводу у заговорщика, точнее у заговорщицы, ведь и с ними Густаво общался в образе Химены. Не знаю, чем ему так не угодила наша Малкани, но ролью злодейки он решил наделить именно ее. «Химена» встречается с Фалями и, воспользовавшись их давней обидой, что они стоят на самой нижней лестнице власти, уговаривает их изменить порядок в мире. Она обещает им по одному убрать всех истинных Персон и заменить их на слабых отпрысков, и тогда хранители знаний, поднимутся на высшую ступень власти и единолично будут править своими сеймами. Себе же Химена в их глазах отводила роль властительницы мира.

Жадные и вечно обделенные Фали вцепились в эту идею и всячески стали помогать Густаво-Химене. Они разработали целый свод правил, якобы данный им Создателем на случай, если какая-либо Персона умрет. Весь этот балаган, который мы тут устраивали, каждый раз проводя церемонию, не более чем бред, выдуманный нашими Хранителями знаний. И так продолжалось несколько лет. Наш герой планировал перейти к основной части своего плана «убийству Габриэллы» чуть позже, но он совершил промах, «убрав» со сцены Хельгу Куори. Малкани Куори не смогла пройти мимо гибели своей давней подруги Габины, и начала свое расследование. Всем известно, что наша красавица славилась мертвой хваткой. Вопрос разоблачения Густаво для нее был лишь вопросом времени. И когда она приблизилась к истине, Густаво пришлось вывести ее из игры. Он тихо и без свидетелей убирает Габриэллу, а затем показывает племяннице великолепную иллюзию, как арестовывают ее мать и казнят на эшафоте. Убедившись, что все идет по плану, через несколько дней он «погибает» сам.