Текст книги ""Фантастика 2024-40". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Ольга Санечкина

Соавторы: Сергей Щепетов,Владислав Русанов,Наталья Шегало,Доминион Рейн,
сообщить о нарушении

Текущая страница: 257 (всего у книги 353 страниц)

Яго потрясенно перевел взгляд на кузину. – Посмотри сам, эта дрожь, что сотрясает ее каждую секунду, бледная кожа, синяки под глазами. Спутанное сознание, то она хочет, чтобы ты к ней переехал, то говорит, что тебе опасно находится рядом с ней. Она ни на мгновение не прекращает в ужасе оглядываться. Так ведут себя люди, с которых продолжительное время кормилась Персона.

– Создатель, ты прав! – Наконец-то Яго понял, о чем говорит его друг. – Мина, что случилось с тобой после того, как мы с Дэймом вчера ушли?

– Я не хочу об этом говорить. – Мина крепко зажмурила глаза и, спрятав лицо на груди Дэймона, стала тихо повторять – Куда ночь, туда сон. Куда ночь, туда сон. – После десятого раза она немного успокоилась, но это было больше похоже самозомбирование. Раздавшийся голос дворецкого вывел всех троих из состояния транса.

– Корин Хулиан к миледи. – Не успел гость сделать и шага к молодым людям, как Мина с диким криком «нет» вырвалась из рук Дэймона и встала спиной к Яго, закрывая его собой от Хулиана. Неизвестно откуда в ее руках оказался кинжал. Яго среагировал моментально и обхватил кузину за руки, прижав к своей груди. Ошеломленные мужчины смотрели на забившуюся в истерике девушку и не знали, что предпринять. – Не смейте! Не подходите к нему! Я вам не позволю! – Яго, с трудом удерживавший Мину за плечи, не знал, что делать. Не менее сбитый с толку Дэймон, тем не менее, встал между Миной и Хулианом.

– Сэр, прошу вас, не приближайтесь.

– Хорошо, хорошо, я уже понял. – Хулиан поднял руки в примиряющем знаке. – Я не причиню никому никакого вреда. Я пришел с мирными намерениями.

– Дэми, не верь ему! – тихо плакала Мина, которую на глазах покидали силы, и она уже еле шевелилась. – Дэми, не пускай его к Яго, я умоляю тебя! – Яго почувствовал, как в его объятьях обмякло тело кузины, хотя ее рука так и не выпустила кинжала. Подхватив ее, он увидел, что девушка без сознания. – Фарана!

– Спокойно, Джакомо, – голос Хулиана был похож на шелест ветра в поле, – она просто уснула. Ей нужен покой. – Яго осторожно положил Мину на рядом стоявший диванчик и в бешенстве повернулся к Хулиану.

– Что вы с ней сделали?

– Избавил от кошмара, который кто-то очень нехороший внушил ей.

– Внушил? Что это значит? – Дэймон продолжал стоять между Яго и Корином Хулианом, хотя и понимал всю бессмысленность этих действий. Но то, состояние, в котором находилась Мина, просто потрясло их всех.

– Джакомо, если говорить юридическим языком, моя версия не для протокола. Это понятно? – В голосе Корина Фоли стало проскальзывать раздражение.

– Да. – Еле сдерживая эмоции, согласился Яго.

– Я считаю, что на ней попировал кто-то из Темо. – Сложив воедино наблюдения Дэйма и версию Хулиана, Яго пришел к тому же выводу.

– Хотите сказать, что…

– Я хочу сказать, что кто-то культивирует в ней страх, чтобы кормиться им.

– Но это же незаконно! И как такое можно допустить по отношению к Персоне? – Потрясенно прошептал Яго.

– Безусловно. Только это такая тонкая сфера, что выдвинуть в чей-либо адрес обвинение и тем более что-либо доказать невозможно.

– Кто мог сотворить с ней такое?

– Ну, судя по тому, что она боится фантазии, а не реального страха, можно сделать вывод, что ей эту мысль внушили. Скажем так, мой подозреваемый номер один Корин Темо. Но это может быть и не он. Пожалуй, и более мелкие Персоны могли достичь такого уровня ментального влияния на человека.

– И что же могло так напугать ее, – привыкший видеть бесстрашную кузину спокойной в самых экстремальных ситуациях, Яго поверить не мог, что что-то способно так потрясти его Мину.

– Ну…, – Корин Фоли ехидно улыбнулся, – надо признать, что мы оба стали героями ее маленькой фантазии. – Яго с Дэймоном в изумлении уставились на Хулиана. – Джакомо, у нее перед глазами стоит картина вас с перерезанным горлом и меня пьющим кровь из весьма объемного хрустального бокала.

– Красиво, я это вижу, – улыбнулся Дэйм.

– Чему ты радуешься, идиот? – фыркнул Яго.

– Ну, если Корин Фоли выпьет твою кровь, прикончив тебя, Мина достанется мне.

– Дэйм, твои шуточки…

– Дэймон, извини, но я не говорил, что Джакомо в кошмаре Джельсамины убил именно я, – поддержал легкомысленный тон юноши Хулиан.

– Ах, и правда! Но это только усложняет ситуацию. Если на роль злодея претендуете не только вы, то надо понять, кто, так сказать, ваш бармен, кто «открыл бутылку».

– А вот это самое интересное! – Довольно ухмыльнулся Хулиан. – Окровавленный нож был в руках Джельсамины. Похоже, это она так аккуратно перерезала Джакомо глотку. – Оценив выражение лиц молодых людей, Корин Фоли мечтательно добавил, – знаете, мне тоже начинает нравиться этот кошмар. Столько крови Куори! И не просто крови, а крови Персоны уровня Корина! Мечты все слаще и слаще!

– Если бы вы вчера не устроили демонстрацию с поглощение крови Хельги, у Мины не было бы сегодня подобных кошмаров, – почти прорычал Яго, раз за разом, бросая беспокойные взгляды на лежащую без чувств кузину.

– Да, картинка повторилась почти идентично, – задумчиво произнес Корин Фоли. – А это говорит о том, что нашему любителю девичьих страхов не пришлось сильно напрягаться. Скорее всего, в мыслях Джельсамины вчера промелькнула эта картинка самостоятельно, а любитель халявы только укрепил в ней эту идею, немного придав ей большего драматизма. А на подобное способен даже Хетт сейма Темо. Они питаются страхом, поэтому способны с легкостью развить его у другого человека.

– Это не облегчает нам поиск преступника, – покачал головой Дэймон.

– И что будет, когда она проснется? – Яго вновь вернулся взглядом к спящей Мине.

– Ничего. Для меня не составило труда убрать из ее памяти эту неприятную сцену.

– Так же, как вы стерли из ее памяти первые сутки после смерти тети Габи, – с вызовом поинтересовался Яго.

– Зачем бы я стал это делать, – ни мало не смутившись, спросил Корин Фоли.

– Вот это бы я очень хотел знать.

– К сожалению, молодой человек, нам не все дано знать в этой жизни. – Развел руками Хулиан.

– Ну, а причину вашего сегодняшнего визита к моей невесте вы можете объяснить?

– Безусловно! Сегодня на вторую половину дня назначено вступление Морган Валенте в сан Хельги Куори, а так как Малкани Джельсамина должна принять непосредственное участие в этой процедуре, я должен был обсудить с ней предстоящую церемонию.

– Почему именно вы? Почему не Кейсар Куори, который и должен заниматься этим вопросом?

– Потому что Гастон, как всегда, занят своими личными делами и ему нет никакого дела до того, что и как будет происходить.

– А вам есть дело до сейма Куори?

– Мне до всего есть дело, Корин Джакомо. Я с радостью возложил бы эти обязанности на вас, но боюсь, вы еще слишком молоды, чтобы их принять. Я рад застать вас у Малкани Куори в столь ранний час, но более чем уверен, вы пришли сюда не для того, чтобы подготовить Джельсамину к церемонии посвящения новой Хельги в сан. – Яго смущенно отвернулся. Корин Фоли был прав, и, несмотря на то, что Густаво готовил его к предстоящим событиям, он оказался не достаточно ответственен и готов.

– Боюсь, что Мина не сможет сегодня участвовать, ни в каких церемониях. – Заметив неловкость друга, вступил в разговор Дэймон. – Как видите, она не в состоянии вообще что-либо делать. Тем более ей не под силу оказаться среди толпы людей, где любой подонок из сейма Темо может влезть ей в душу и запугать до смерти. А если бы вы сейчас здесь не появились, чтобы с ней было?

– Скорее всего, сошла бы с ума, – пожал плечами Корин Фоли.

– И вы так спокойно об этом говорите? – Вернулся к беседе Яго.

– Сумасшедшая Малкани Куори, это не мертвая Малкани Куори.

– Ах, ну да! Для вас это уже знакомая ситуация. Хетт вашего сейма вполне благополучно обеспечивал пару тысячелетий существование этого мира, сидя в смирительной рубашке, – язвительность в голосе Джакомо нарастала с каждой минутой.

– Яго, остановись, – тихо предупредил друга Дэймон.

– Вы так же горячи и нерассудительны, каковым был ваш отец, Джакомо. Он тоже предпочитал делать преждевременные выводы, не желая проникнуть в суть проблемы глубже. И если бы вы немного больше уделяли времени вашей невесте, то заметили бы, что не только семейка Темо вчера кормилась с Джельсамины. Шагрин тоже достаточно вкусили ее горя, поковыряв палкой в больной ране. Хорошо, что рядом с ней оказался ваш друг. Дэймон весьма искусен в залечивании душевных ран. – То как Корин Фоли посмотрел на Дэймона, после последней фразы, убедило молодого человека, что Хулиан был свидетелем далеко не дружеского поцелуя его и Мины. Это могло стать проблемой.

– Почему вы не остановили их? – возмущенно спросил Яго. – Вы же сами говорили, что все мы должны беречь ее как зеницу ока. Долго ли она продержится, если ею будут питаться все кому не лень?

– А кто вам сказал, что я не остановил их? Вы опять делаете поспешные выводы. Просто методы, которыми я действую, не бросаются в глаза. Вы бы набросились с кулаками на Кейсара Шагрин, я же предпочел послать для спасения Джельсамины Малкани Ремизу.

– Еще одну Шагрин! – презрительно фыркнул Яго.

– Шагрин, которая жаждет заполучить Джельсамину в невестки, и поэтому не позволит себе вкусить даже малой толики ее сил. Но я считаю, что мы достаточно задержались на этом эпизоде. Ровно через час Малкани Куори проснется бодрая, полная сил и спокойная. Я надеюсь, что она не забыла процедуру с тех пор, как приводила к сану вас, и будет готова к посвящению Хельги Куори. Без Джельсамины церемония просто невозможна. А Персоналий не желает тянуть.

– Насколько мне известно, Персоналий это мнение всех 32 Персон. А мое мнение по этому вопросу никто не спрашивал.

– Приношу свои извинения, но более чем уверен, что вы так же сочтете, что вступление Хельги в сан, дело безотлагательное. И при учете того, что Малкани Куори будет прибывать в добром здравии, нет объективных причин откладывать процедуру посвящения. Мы будем ждать вас через три часа во дворце Кейсара Куори. Не забудьте, одежда парадная.

Оставшись вдвоем, Дэйм и Яго мрачно уставились друг на друга. Минута растерянного молчания затянулась.

– Что скажешь? – Яго, хмурясь, взглянул на друга.

– Ну, думаю надо смотреть по обстановке, – пожал плечами Дэймон. – Если Мина проснется через час свежа и бодра, как обещал Хулиан, не вижу причин, почему бы не посвятить новую Хельгу в сан. Ну, а если у нее будут такие же безумные приступы страха прирезать тебя на аперитив Хулиану, придется им подождать, когда Мина придет в себя.

– Эти приступы паники, даже не знаю, что сказать!

– Яго, перестань. Что ты можешь сказать? Кто-то воспользовался вашими чувствами, чтобы напугать Мину до смерти. Вы любите друг друга…

– Дэйм, да брось! Мы всегда были очень близки с Миной, но поверь, между нами нет тех чувств, которые ты углядел. И смею тебя уверить, Мина не влюблена в меня ни на минуту, как и я в нее.

– Может быть это ситуация, когда со стороны виднее? – ухмыльнулся Дэймон, наблюдая столь страстную убежденность друга.

– Ну, а как ты прокомментируешь то, что за 19 лет знакомства с Миной у меня ни разу не возникло желания даже поцеловать ее?

– Скажу только, что ты много потерял, – не понимая, как такое возможно, покачал головой Дэймон.

– Вот что-то я сейчас не понял… – нахмурился Яго.

– Да тебе и не надо. Я предпочитаю, чтобы все так и оставалось. Не хочу с тобой соперничать за ее сердце.

– Дэм, прекрати! – Когда Яго злился на друга, он сам того не замечая, сокращал его имя до трех букв. – Немедленно прекрати думать о моей кузине в подобном ключе.

– Почему? Ты намерен за год найти ей мужа. Чем я хуже других?

– Я хочу, чтобы Мина была счастлива в браке. А ты мало подходишь для подобной возможности.

– Значит, я все-таки прав! – торжественно улыбнулся Дэймон, – Ты ищешь ей мужа!

– Фарана! Тебе обязательно надо до всего докопаться! – Расстройство Яго по поводу того, что он проговорился, было не таким уж убедительным.

– Мог бы сразу сказать мне правду. Я умею хранить тайны.

– Да, ты умеешь хранить тайны. Только моя помолвка с Миной была защитой для нее от того, чтобы ты разбил ей сердце.

– Еще вопрос кто кому разобьет сердце, – еле слышно пробормотал себе под нос Дэймон. Впрочем, Яго не обратил никакого внимания на последнюю фразу друга. Он был погружен в размышления.

– Эй, о чем задумался?

– Я все время думаю за кого бы выдать ее замуж.

– За того, кого она полюбит.

– А если она полюбит какое-нибудь ничтожество?

– Мина умная девушка, почему она должна полюбить ничтожество? – Дэймона искренне веселило поведение друга. Никогда ему еще не приходилось видеть такой ответственный подход к чему-либо у безбашенного Яго.

– Можно подумать это зависит от того, насколько умна девушка! Сердцу не прикажешь.

– Ну, и какой у тебя план? – ухмыльнулся молодой человек. – Ты же не можешь без плана.

– Я думаю не подпускать к ней тех, кто с моей точки не подходит Мине, чтобы у нее не было шанса влюбиться в неподходящего человека.

– Типа меня?

– Типа тебя.

– Ну-ну. Успехов! – Дэймону становилось все веселее и веселее. Он за один вечер зашел в отношениях с Миной достаточно далеко, не особо стремясь к этому. Что же говорить о тех мошенниках и проходимцах, которые захотят добиться внимания молодой неопытной девушки.

– Ну, а кто же с твоей точки зрения подходит твоей дорогой кузине?

– Пока никто.

– Почему-то я именно так и подумал, – продолжая подтрунивать над товарищем, с улыбкой произнес Дэймон.

– Думаешь это так просто?

– Думаю, что это невозможно по определению.

– Это почему? – оторопел от подобной категоричности Яго.

– Да потому, что ты никогда не сможешь найти того, кто достоин твоей драгоценной Мины. В любом ты найдешь кучу недостатков. Вот давай попробуем. Вчера я видел, как она прогуливалась по залу и танцевала с Анри Леклер. Что скажешь?

– Он слишком высок. Ей все время придется смотреть на него, задрав голову. Через пяток лет у нее не будет поворачиваться шея. К тому же его мамаша так откровенно нацелилась на то, чтобы женить Анри на Мине, что меня от этой мысли трясет.

– Почему? Все браки, устроенные Ремизой, были счастливыми, – удивился Дэймон.

– Потому, что она страшная манипуляторша. Она превратит их жизнь в ад. Иметь в качестве свекрови одну из Малкани, просто ужас!

– Мина сама Малкани.

– Перестань! Она такая же Малкани, как и я Корин. Мы ничтожества по сравнению с настоящими Персонами. Мы можем чувствовать себя на равных только с теми, кто приняли сан по наследству, как и мы. С остальными нам не тягаться. Я бы хотел, чтобы Мина вышла замуж за обычного человека. Ей хватит того, что она дочь Персоны, племянница Персоны и сама стала Персоной. Муж с родителем Персоной из разряда Великих это уже перебор.

– Ты преувеличиваешь. Я сын Персоны из разряда Великих, и мне кажется, что это не сильно отражается на мне.

– Ты ошибаешься. Просто тебе не много приходилось общаться с детьми обычных людей. Они совершенно другие.

– Точно. Примитивные и скучные. Такого мужа ты хочешь для Мины?

– Я хочу ей такого мужа, который не станет ею руководить. А такого, которым Мина сможет управлять сама. Она слишком долго подчинялась указаниям других.

– Короче, видишь ее замужем за тряпкой и размазней. Извини, мне кажется, ты недооцениваешь свою кузину. Она в состоянии справится с людьми нашего круга. Пусть не Персоной, но с любым из их детей.

– Возможно. Но я хочу, чтобы она держалась как можно дальше от всех этих монстров. Чтобы у нее была обычная спокойная жизнь. Дом, любимый муж, дети.

– Яго, вернись на землю. Такого не будет. Мина никогда не полюбит такого обычного, серого человека. Она похожа на искру, при столкновении с которой вспыхивает все, что хоть немножечко горит. И она тянется к тем, с кем можно зажечь огонь, а не к тем, кто будет в ней его гасить.

– Ты знаком с ней меньше суток, что ты можешь о ней знать?

– Яго, ты знаешь, что я прав. Пора просто попытаться привыкнуть к этой мысли.

– Тебе осталось только сказать, что я должен действительно жениться на ней.

– А вот этого ты от меня не услышишь. Ты последний человек, который должен быть рядом с ней. Скорее на ней стоит жениться мне. Анри тоже подходит, но боюсь, ты прав, у нее действительно могут быть проблемы с шеей, если она выйдет замуж за этого переростка.

– Забудь, я никогда не отдам ее замуж за такого болвана, как ты.

– Ну, спасибо. Ты только что оскорбил своего единственного друга.

– В этом и есть истинное предназначение друзей – срывать на них зло и говорить им гадости. Потому что от всех остальных за это можно схлопотать по шее, – пожал плечами Яго. – К тому же ты не единственный, есть еще Джейсон.

– О да!!! Джейсон за подобную фразу в его адрес, просто прикопал бы тебя где-нибудь на заднем дворе твоего дома, выпил бы из своей фляжки глоток другой в память о друге Яго, и пошел бы дальше бродить по свету.

– Вот поэтому, я с ним себя подобным образом не веду.

– Ну, да. Ладно, пока ты прервался и прекратил срывать на мне зло и говорить гадости, я пожалуй удалюсь. Мина скоро придет в себя, и не думаю, что ей захочется, чтобы я стал свидетелем этого.

– Только если она снова не захочет, чтобы ты спас меня от нее.

– Да, это было впечатляюще. Не знаю, чтобы мы делали, если бы не явился Хулиан. Он оказался как никогда кстати, а ты был беспричинно груб с ним.

– Не говори мне о том, как вести себя с этим уродом. – Взорвался Яго. – Он копался в мозгах Мины! Я уверен, она видела в те сутки что-то такое, что может выдать его. Наверняка он как-то замешан в смерти ее матери и моего отца! – то, с какой страстью и ненавистью говорил Яго, немного напугало Дэймона. Он никогда не видел своего друга таким озлобленным. Впрочем, разве можно его судить за это? Яго потерял отца, а Мина мать. И кто-то, определенно, был в этом виноват.

– Я не говорю, что он хороший, а говорю о том, что он очень могущественный. В глубине души я допускаю, что он самое могущественное существо этого мира.

– Могущественней Кейсаров?

– Наверняка. Кейсарам с самого начала была дана сила, которая превосходила остальных, и им незачем было рыпаться. Всю свою жизнь они провели, развлекаясь. Корины всегда чувствовали свое двойственное положение. С одной стороны они входили в разряд Великих Персон. А с другой были самыми слабыми среди Великих. Они стремились к развитию. И Хулиан был впереди всех в этом своем стремлении. Он никогда не останавливался. Я почти уверен, что он давно переплюнул в могуществе всех наших Кейсаров. Мой отец говорит, что единственный кто мог с ним потягаться, это твоя покойная тетя Габи. Она была столь же одержима в вопросах саморазвития.

– Видимо, все-таки недостаточно, раз он смог ее победить.

– Ты так уверен, что это он! А если ты ошибаешься? А если это кто-то другой, а ты потратишь все силы на борьбу с Хулианом. Я не хотел тебе говорить, но отец считает, что Корин Фоли не мог причинить вред твоей тетке.

– Это почему же? – заранее подозревая, какой ответ услышит, спросил Яго.

– Потому что он любил ее.

– Это было почти пятьсот лет назад, – неуверенно фыркнул Яго.

– Ты знал об этом? Не важно. Что такое пятьсот лет для Персоны? Примерно, то же, что для нас с тобой десять лет? Или и того меньше?

– Не понимаю, что может знать твой отец о том, что было между моей тетей и Хулианом.

– В те времена он был близким другом Корина Фоли. Они вместе учились, развивались и старались достичь чего-то нового.

– Никогда не слышал о том, что у Хулиана были друзья.

– И тем не менее. У нас в доме масса отпечатков, на которых мой отец и Корин Фоли кутят на очередной пирушке.

– Неужели было время, когда Хулиан был веселым и посещал пирушки?

– Отец говорил, что он был страшным гулякой. Пытался весельем заглушать жажду безумия. Опять же на любой попойке всегда найдутся желающие помахать кулаками и, можно было пригубить глоток, другой, крови Куори никого не убивая. К тому же Хулиан был уверен, что убийство может лишить его возможности продвигаться в своем развитии. Отец еще и поэтому уверен, что Хулиан не убивал. Это противоречит всему тому, во что Корин Фоли верит. Последний известный случай, когда Джул пытался кого-то убить, это был твой отец.

– Что? – знавший о давней вражде Корина Фоли с отцом, Яго тем не менее был потрясен услышанным. – О чем ты?

– Ты не знаешь, о дуэли твоего предка с Джулом?

– Первый раз слышу.

– Это было когда, Химена заявила, что Хулиан подправил мозги Габриэлле, чтобы пробудить в ней любовь. Твой отец вызвал его на дуэль за честь сестры.

– Но зачем? Какой в этом смысл, если они оба бессмертны!

– Гм… Даже не знаю, как и сказать об этом… – Дэймон неловко замялся, отводя в сторону глаза.

– Скажи, как есть! Ну же!

Дэйм пожал плечами, и, закатив глаза, нехотя произнес:

– Мой папа считает, что подобным образом твой отец пытался покончить с собой. В то время он был сильно увлечен этой идеей. Настолько, что даже попытался отрубить себе голову! Но, как ты догадываешься, абсолютно безуспешно.

Яго, которому уже довольно давно казалось, что на него обрушилось небо, пытался справиться с новым ударом. Услышать такое было бы нелегко в любом случае, а учитывая все, что происходило в последнее время…

Чтобы отвлечь друга от мрачных мыслей, Дэймон решил не давать ему возможность погрузится в размышления.

– Яго, я не думаю, что это Хулиан. Он жестокий, и беспощадный, но он уже много веков старался избегать убийств. Как любит пошутить мой отец: «Убийство и Хулиан понятия несовместимые. Это слишком примитивно и великодушно для него. Способы развлечения Корина Фоли значительно более тонкие и изощренные».

– Да, но последние годы они не общались. Он мог изменить свою точку зрения. Что мы о нем можем знать?

– Возможно. Но возможно и нет. Ты не должен на нем зацикливаться. Фарана тебя побери, Яго, надо искать и других возможных врагов.

* * *

Марко нетерпеливо мигнул фарой, и снова отвлек Фарго от наблюдения.

– Ну что еще? – недовольно заворчал кот.

– Твой брат не появлялся уже несколько тысяч лет. Тебя не беспокоит, что с ним случилось?

– Почему меня это должно беспокоить? Он вполне может позаботиться о себе сам.

– Скажи, а какова природа вашего братства?

– Сколько же у тебя сегодня вопросов! Наш отец создал нас близнецами из собственной плоти и крови. Он решил, что очень оригинально создать абсолютно одинаковых внешне и разных характером сыновей и понаблюдать, как будут разниться миры, создаваемые ими.

– Я думал, что все-таки вас породила мать.

– Марко, ты столько лет уже со мной и так и не понял, что женщин демиургов не бывает? А демиурга может создать только демиург.

– Но почему, у них же такая богатая фантазия?

– Именно поэтому, они слишком нестабильны эмоционально. Они настолько легкомысленны и ветрены, что не в состоянии создавать устойчивые миры. Они разваливаются еще на стадии сотворения, потому что их родительниц постоянно раздирают противоречия.

– Откуда тебе об этом известно, если женщин демиургов не бывает?

– Ты забыл про мою любимую сестричку Нифрею? Видел я пару ее попыток создать некое подобие миров. Пожалуй, это не та история, которую стоит рассказывать детям на ночь.

– Ваша сестра еще жива?

– Думаю, что этого не знает даже мой отец. Скорее всего, живет в одном из наших с Фараной миров. Раньше она появлялась всякий раз, когда я создавал новый мир, и дарила мне для каждого мира по ее «ребенку». Нифрея не может создавать нормальные миры, но ее «детки» это что-то! Они не похожи ни на что, каждый из них уникален, со своим завихрением. Я уже не помню, когда она появлялась последний раз. Это было задолго до твоего рождения. Когда Фарана последний раз видел ее она жила в его мире, в крестьянской семье пятой дочерью, вставала по утрам доить корову, и убирать хлев. Каждый раз, являясь в какой-нибудь из наших миров, она рождается в нем и проживает целую жизнь. Фарана говорит, что еще ни в одном из миров, она не жила дважды.

– Как бы я хотел увидеть твою сестру!

– Будь осторожнее с желаниями!

– Послушай, но если Густаво создан из твоей плоти и крови, то он тоже…

– Демиург?

– Да.

– Потенциально, конечно.

– Но, тогда его власть в их мире должна была быть безграничной!

– Ну, если не считать тех границ, которые установил я, безусловно.

– Как же тогда его кто-то смог убить?

– Ну, наверное, так же, как и Габриэллу. Как дочь Фараны, она обладает не меньшим могуществом, чем Густаво.

– Значит этот кто-то очень-очень сильный, – решил Марко. – А сын Нефреи…?

– Ты сегодня побил все рекорды по сообразительности, – утомившись бесчисленными вопросами, поддел мотоцикл Фарго.

– Но все же он имеет от них некоторое отличие. – Постарался не заметить издевки шефа Марко.

– И какое же?

– Он жив.

– Спорное утверждение, но его не сложно проверить. Хочешь, поищем его?

– Не сейчас. В данный момент меня значительно больше волнует, как себя чувствует моя любимая девочка.