Текст книги ""Фантастика 2026-74". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Юрий Иванович

Соавторы: Джон Голд,Андрей Ткачев,Теа Сандет,Диана Курамшина
сообщить о нарушении

Текущая страница: 103 (всего у книги 353 страниц)

Глава 10

― КАК ВЫ, РИТА?

Борген Кару сидел напротив меня за столиком в «Анатомии картошки». Перед нами стояли две чашки кофе (впрочем, он из своей сделал один глоток, сморщился и больше к ней не прикасался) и тарелка с соевыми булочками. Я периодически подцепляла с нее сероватые комки и отправляла в рот, стараясь есть не слишком жадно.

– Не поняла вопроса, ― сказала я.

Пятнадцать минут назад я отправила Анне сообщение: «Верни мою куртку, тварь», но ответа до сих пор не получила и теперь бесилась.

– Как вы себя чувствуете?

– Что это вообще значит? Нормально я себя чувствую. Как человек с похмелья. Давайте уже к делу. Чего вы от меня хотите?

– Это будет сложно объяснить… ― задумчиво протянул Борген Кару.

Нет, он вообще нормальный?

– А вы постарайтесь. Я сообразительная.

Вранье, конечно. Но я однажды слышала эту фразу в фильме и с тех пор очень хотела когда-нибудь ее ввернуть.

– Что ж, ладно. Итак, вы с тремя молодыми людьми были в Вессеме.

Я кивнула. Смысл теперь отпираться?

– Мне очень нужно знать две вещи. Первая ― видели ли вы там лабораторию. И вторая ― что с вами происходит сейчас.

– Лабораторию? ― переспросила я. ― Что еще за лаборатория?

– Научный или медицинский центр. Что-то похожее. Может, комплекс зданий, стоящий отдельно, за забором, чем-то выделяющийся.

– Там… просто город. Не знаю. Дома, улицы. Хотя я там, конечно, не все облазала.

Я мысленно прошла наш путь. Улица. Дом, детская с фарфоровой куклой. Землетрясение. Площадь. Вот я просыпаюсь как от толчка. Коди говорит мне собираться и уходит. Возвращается. Кричит. Что же там было? Что он увидел?

– Вы что-то вспомнили? ― спросил Борген Кару, пристально наблюдая за моим лицом.

– Коди, наверное, что-то видел, ― неохотно сказала я. ― Но я не знаю, что там было. Я не разобрала, что он говорит, ― тогда еще толком не рассвело.

Кару уставился на меня с недоумением. Я вздохнула и пояснила:

– Коди разговаривал жестами… в основном. Тем утром… В общем, мы спали по очереди. Я проснулась ― не знаю, может, что-то услышала во сне. И те… те два парня, которые были с нами, они тоже проснулись. Коди сказал мне собираться и ушел посмотреть, потом вернулся. Он что-то говорил мне, но я разобрала только несколько слов.

Я замолчала, сделала глубокий вдох. Борген Кару терпеливо ждал.

– Там было что-то, что его испугало. И потом… он велел мне бежать. Я не знаю почему, но я послушалась. ― У меня губы задрожали. ― Я знаю, что не должна была…

– Рита, ― перебил меня Борген Кару, ― если я все правильно понимаю, вы не могли не послушаться. Он мог бы вообще ничего не говорить. Это то же самое, что выгнало из Вессема его жителей. Они ведь тоже вот так… побежали.

Я с силой прикусила губу. Нет. Так нельзя думать. Я не могу быть не виновата.

– В общем, я побежала, ― продолжила я так, будто не услышала его слов. ― Потом… было еще много всякого. Меня арестовали… ну, неважно. Да, Коди видел что-то ― может, и вашу лабораторию. Но вот Коди с того момента уже никто не видел.

– Рита, мне жаль. Но поверьте, это не ваша…

– Не надо. ― Я остановила его. ― Это все. Спрашивайте, что вы еще хотели. Я могу рассказать, как туда добраться. Могу, наверное, даже карту вам дать. Если вдруг захотите пойти.

– Нет, это вряд ли. Расскажите про ваших спутников.

– Зачем? ― вяло спросила я. Этот разговор забирал у меня остатки сил.

Я допила свой кофе двумя глотками и придвинула к себе чашку Боргена Кару. Все равно он не пьет.

– Они вам ничего не расскажут ― такого, чего я не знаю, ― сказала я.

– Я ценю вашу попытку их не выдать, хотя это и немного бессмысленно. Но мне нужно кое-что знать о них. Например, как они вели себя после… всего.

– Как два кретина. ― Я снова почувствовала злость, но уже приглушенную. ― То есть один как кретин, другой как овощ.

– Как овощ? То есть на одного это повлияло не так, как на второго?

– Да нет, он просто получил куском стены по голове. Отключился, потом нес какую-то чушь.

Кажется, я немного зависла, потому что Борген Кару решил поторопить меня.

– А второй?

– Ну, он… Не знаю. Съехал с катушек. Испугался, достал пистолет, стал угрожать мне, требовать… всякое. ― Я посмотрела на своего собеседника и поправилась: ― Нет, не в том смысле. А чтобы я выводила их оттуда. И несла того, ну, который был в отключке. Я пыталась договориться с ним, но он вообще не соображал.

– А что произошло, когда вы прятались в подвале?

Я дернулась как от пощечины.

– Вы знаете… Вы с ними говорили, да? Так какого хрена вам от меня-то надо?!

– Рита, сегодня ночью я вам помог, и вы обещали ответить на мои вопросы. Вот и расскажите, что случилось в подвале.

Я сникла. А я-то чуть было не начала воспринимать Боргена Кару как доброго папочку. Хорошо, что вовремя напомнил, кто я, а кто он.

– В подвале… Ну, мы шли по улице. Я впереди, с Теодором на горбу. ― Я больше не видела смысла скрывать их имена. ― Марко следом, подгонял меня пистолетом. И я услышала, что за нами кто-то идет.

– Вы его видели?

– Кого?

– Того, кто за вами шел.

– Нет, там была такая улица, ― я изобразила рукой волну, ― еще и по склону. Спуски, ступеньки, повороты. Но я слышала шаги. Не знаю, кажется, там был не один человек. В общем, я сказала, что надо спрятаться, мы зашли в дом, спустились, отсиделись там ― не знаю сколько. Потом мы вышли. Вот и все. Не знаю, зачем вам надо, чтобы я это пересказывала, если вам уже и так эти все рассказали.

– Потому что, ― ответил Борген Кару, ― теперь, с вашим рассказом, у меня есть три абсолютно разные версии случившегося там, в этом подвале.

– Они врут, ― уверенно сказала я. ― Теодор вообще не мог ничего видеть, я его таскала, как мешок с дерьмом. А Марко врет. Выгораживает себя. Потому что знает, что облажался. Что он вам сказал? То же, что полиции? Будто пистолет был у меня, да?

– Нет. Напротив, говорит, что кругом виноват. Ему действительно стыдно за то, что он сделал.

– Ну да, как же. А что про подвал? Мы там просто сидели и молились, чтоб нас не нашли.

– Рита, там никого не было.

– Что?

– По его версии. Он не слышал шагов и не понимал, от чего вы прячетесь. Он полагал, что вы что-то заметили, но сам не заметил ничего.

– Так, ладно. Он не слышал. ― Я нервно усмехнулась. ― Они шли прямо за нами, но он оглох. Хорошо. Прекрасно. Но какую версию мог рассказать вам Теодор?

– Он не слишком охотно со мной общался, ― улыбнулся Борген Кару. ― Но с его точки зрения, вы не спускались в подвал вовсе. Зашли в дом, отсиделись у окна и вышли. Впрочем, если вы говорите, что он сильно ударился…

– Бред. Чушь. Я знаю, что слышала. Я знаю, куда мы спускались. Они врут.

– Тише, Рита. Хотите еще кофе?

– Хочу, ― кивнула я.

Борген Кару отошел к барной стойке, и я уткнулась лицом в ладони. Мне нужно было несколько секунд, чтобы взять себя в руки. Когда через минуту он вернулся и поставил передо мной чашку с коричневой жижей, я уже готова была продолжать.

– Что дальше? ― спросила я хмуро.

– Как вы себя чувствуете?

Ну вот, опять.

– Как человек с похмелья, я же сказала. Накачалась я ночью зверски. И не спала почти.

– Проблемы со сном? Давно?

Я пожала плечами.

– Кошмары? Повторяющиеся сны?

– К чему вы клоните?

– Панические атаки? Галлюцинации?

– Чего?!

– Нет? Тогда, может быть, повышенная эмпатия в последнее время?

– Чего повышенная?

– Замечали изменения в своем характере, поведении? Неожиданные, немотивированные поступки? Например, сегодня ночью. Эта девушка, которую вы искали…

– Она мне помогла однажды, когда я сильно вляпалась. Нормально я была мотивирована.

– Значит, все как обычно?

– Не знаю. Да. Или нет. Если бы у вас брат умер, вы бы себя вели как обычно? Или, может, не совсем?

– Справедливо, ― вздохнул Борген Кару. ― У меня будет к вам еще одна просьба.

Я застонала и снова спрятала лицо в ладонях.

– Вы теперь с меня вообще никогда не слезете?

– Очень нужно, чтобы вы прошли небольшое обследование.

– Ладно, завтра запишусь к врачу, ― буркнула я.

– Не здесь, конечно. ― Он улыбнулся. ― Придется приехать в Сити.

– А, ну да. Моя страховка это покроет, о чем речь.

– Нужно будет прийти в одно место. Это не клиника…

– Неужели «НейроКортИнт»? ― спросила я.

Теперь уже дернулся Борген Кару.

– Как вы узнали?

– У меня свои источники. ― Я надменно выгнула одну бровь.

– Что ж, тем лучше. Приедете в «Эн-Си», я устрою вам вызов через трудовую инспекцию, у меня есть там знакомый. Это будет как бы рабочий вызов. Как бы ― потому что работать вам не придется. Небольшое сканирование. Это не больно, не неприятно, ничего такого.

– Хочу напомнить, что у меня судимость. Даже не знаю, какую работу вы мне там собираетесь придумать, но затея точно обречена на провал. Кроме того, если уж я приеду работать, я должна буду работать. С этим строго.

– Вы обо мне плохого мнения, Рита. Ждите вызов. ― Он улыбнулся. ― Честное слово, это очень важно.

– Ладно, верю.

– Я пришлю вам план действий.

– План типа «первое ― получить пропуск, второе ― сесть на автобус и доехать до Сити»? Думаю, я и без ваших инструкций сумею не облажаться.

– Важно, чтобы вы не просто доехали до Сити и пришли в «НейроКортИнт». Это будет, как бы это сказать, неофициальное исследование.

Он молча смотрел на меня, будто ожидая, что я сейчас что-то пойму. Я не удержалась и зевнула. Борген Кару сдался:

– Вас должны будут принять за сотрудника компании.

* * *

― Я оставила тебя на несколько часов! ― орала Эме. ― На несколько часов! И ты уже влезла в дерьмо по уши! Какие-то долбаные потерявшиеся дети, чипы, лаборатории, военные! ― Она швырнула в меня бумажным стаканчиком, но не попала. ― Я тебе говорила ― не звони Боргену Кару? Говорила или нет?! Тебе какое сраное дело до этой Илены?!

– Ну, она мне помогла…

– Да и плевать! Они должны были позвонить в полицию, мать твою! В полицию, а не тебе!

– Они бы сами пошли за ней и…

– Да не пошли бы они никуда! ― Эме схватилась за голову. ― Как можно быть такой идиоткой! Они тебе наврали, Рета! Они хотели, чтобы ты туда пошла!

Она нервно щелкала зажигалкой, пытаясь прикурить, наконец затянулась и выпустила облако дыма.

– Но я ведь не пошла. Правда, он теперь хочет, чтобы я приехала на какое-то исследование…

– А больше он, мать его, ничего не хочет?! Ты что-нибудь подписывала?

– Нет, но…

– Ну и сиди дома! Плевать на него. У него есть еще два подопытных кролика, пусть их исследует.

– Эме, он меня спрашивал про галлюцинации, панические атаки…

– И что?

– Но он прав. Со мной происходит… что-то.

– Галлюцинации?

– Нет. Я чувствую, что со мной что-то не так.

– Что не так?

– Да не знаю я!

Я почти готова была заплакать.

Пока Борген Кару не начал задавать свои вопросы, я тоже думала, что со мной все в порядке. Пока он не спросил про повторяющиеся сны. И немотивированные поступки.

– Черт с тобой, ― вздохнула Эме. ― Едь куда хочешь. Валяй. Но потом, когда он вскроет тебе череп, не говори, что я тебя не предупреждала.

– Мне пора в социалку, ― свернула я разговор.

Эме не ответила ― уткнулась в свой комм.

* * *

Из тюрьмы я обычно звонила маме раз в две недели. Ее номер был одним из двух, которые я помнила наизусть. Вторым был номер Коди, и ему я пыталась позвонить в ту неделю, когда не звонила маме. За минуту, что мне давали поговорить каждые семь дней, я успевала узнать, что с ней, Матеем ― ее парнем ― и Лирой все в порядке и что Коди не объявлялся. В те недели, когда я пыталась позвонить Коди, я не узнавала ничего.

– Ну наконец-то, ― сказала мама, когда после социалки я появилась у нее на пороге.

Рано или поздно это нужно было сделать. Сколько можно звонить ей и делать вид, что я все еще в тюрьме.

– Что ты мне принесла? ― спросила Лира.

Этим вопросом она встречала вообще всех. Сегодня она спросила это, не вылезая из-под стола. Я наклонилась и увидела, что Лира увлеченно рисует на стене косметическим карандашом. И что со временем она все больше превращается в нашу с Коди копию ― такая же бледная и бесцветная.

– Привет, ― сказала я всем сразу.

Мама посмотрела мне за спину.

– А где твой брат?

– Мам, Коди пропал, ― сказала я, царапая ладони. ― Я тебе говорила.

– Ерунда, ― отмахнулась она. ― Он просто где-то шляется. Погуляет и придет. Садись.

Я села, и Лира немедленно принялась рисовать на моей ноге. Смысла возражать я не видела.

У них дома я нечасто бывала ― мама, Матей и Лира переехали сюда года два назад, но Матей нас с Коди не особенно жаловал. Сейчас я наконец рассмотрела квартиру: она состояла из кухни и комнаты, которая сложной системой перегородок была поделена на три части. В одной, как я понимала, жили мама и Матей, в другой спала Лира, а в третьей Матей варил то, что он там варил. Пахло сигаретами, подгоревшей кашей, ацетоном и неожиданно гиацинтами. На стенах, покрытых облупившейся краской, висели плакаты ― на одном были коты, на другом ― девушка в купальнике, а третий почему-то содержал график прививок. Из больницы его, что ли, стащили? Я перевела взгляд на маму ― посетить больницу ее могла заставить лишь одна причина.

– Поздравляю, ― буркнула я, глядя на ее живот. ― Кого ждете?

– Хорошо, что ты зашла, ― сказала она, не ответив на мой вопрос. ― Я решила, что ты переедешь к нам и будешь присматривать за детьми, пока я работаю. Потом, когда твой брат вернется и тоже выйдет на работу, переедем все вместе в квартиру побольше.

От этого плана я потеряла дар речи.

– Мы же семья, ― добавила мама со значением. ― К тому же на четырех детей мы будем получать приличное пособие.

– Во-первых, ― сказала я, ― Коди не вернется, мама. И даже если бы вернулся ― нам скоро девятнадцать, никакого пособия ты не получишь. Во-вторых, если бы я хотела возиться с младенцами, я бы поступила, как ты, ― забеременела в пятнадцать. В-третьих, мне есть где жить, спасибо.

– Значит, семья для тебя ― пустой звук, ― произнесла мама особенным голосом.

Я знала, что за этим последует, и поднялась, но тут открылась дверь и вошел Матей. Некоторое время он смотрел на меня молча ― видимо, не узнавал. Потом наконец кивнул:

– А, явилась ― не запылилась.

Я понадеялась, что сейчас он меня выгонит и разговор можно будет не продолжать. Но плохо я, оказывается, знала маминого парня.

– Ну, поняла уже, что работу тебе теперь не найти? Значит, так. Жить будешь с малыми, работать с Гертой будете по очереди. Считать умеешь? Слышь, ты, отвечай, когда тебя спрашивают.

– Умею.

– Значит, будешь на продажах.

Я перевела взгляд на маму ― она заискивающе улыбалась мужу. Этот взгляд я тоже хорошо знала. Таким взглядом смотрят на тех, кого думают, что любят, а на самом деле боятся и пытаются угадать их следующее движение, прочитать их намерения по взгляду, жесту, раздувающимся ноздрям. Я знала, потому что таким взглядом мы все ― мама, Коди и я ― смотрели на отца.

На секунду я подумала, что можно согласиться и переехать к ним ― ведь мы с Коди всегда защищали друг друга, а Лира тут одна. Потом поняла, что Матей ― это не мой папаша. Воевать с ним в одиночку, без Коди, я не потяну. Уж лучше держаться от него подальше, а как устроюсь ― забрать Лиру к себе.

Я встала.

– Счастливо, ― сказала я. ― Обязательно загляну к вам, когда решу сесть в тюрьму еще раз.

Глава 11

ВЫЗОВ ОТ БОРГЕНА Кару пришел через три дня. Видимо, это время он потратил на подготовку своей операции. Мне было предложено мыть посуду на каком-то празднике ― не самое плохое занятие, вот только кто реально станет ее мыть, пока Кару будет ставить надо мной свои бесчеловечные эксперименты? Я приняла вызов, получила пропуск («Ну надо же, ― сказал Берт, ― тебе везет! Второй вызов в Сити!») и стала ждать звонка.

Кару позвонил вечером.

– Каков план? ― спросила я.

Меня немного трясло.

Эме делала вид, что не замечает меня.

– Это прием для партнеров и друзей «НейроКортИнт», ― сразу перешел к делу Борген Кару. ― Там будет масса народу, вам нужно просто зайти, смешаться с толпой и ждать меня. Наверху, в лабораториях, в это время никого не будет. Очень удобно.

Действительно.

– Есть одна проблема, ― сразу поняла я. ― Мне не удастся смешаться с толпой на приеме в Сити. Серьезно. Дохлый номер.

Кару улыбнулся:

– Удастся. Вам кое-кто поможет. Тот, кто вам сильно обязан.

– Ой, да ладно, ― пробормотала Эме за моей спиной.

– Анне? ― догадалась я.

– Именно.

– Чем это она мне поможет?

– Это ее забота. Просто будьте у нее дома завтра в пять.

Я кивнула. В пять.

К Анне я сумела добраться только в пятнадцать минут шестого. Пробежав через парк и стараясь не попасться на глаза патрулям, я остановилась перед домом на улице Канделя. Анне ждала меня у ворот ― видимо, чтобы я лишний раз не светила свои документы.

– Быстрее! ― Она схватила меня за руку и потащила внутрь. ― Времени в обрез.

– Верни мою куртку, ― сказала я вместо приветствия.

– Позже.

Поняв, что куртка Коди цела, я немного успокоилась. А вот Анне, наоборот, нервничала все больше.

– Сюда. ― Она затащила меня в комнату, в которой я не успела побывать в прошлый раз.

Одну стену целиком занимало зеркало, другую ― мониторы и какое-то оборудование. На стойке был закреплен странного вида костюм, от которого тянулись провода, и шлем виртуальной реальности.

– Волосы у тебя чистые? ― спросила Анне.

– Да вроде. ― Я взъерошила отросшие пряди.

Я не успела увернуться ― она тоже потрогала мою голову.

– Эй! ― возмутилась я.

– Так не пойдет, ― помотала головой Анне. ― Душ вон там. ― Она кивнула в сторону двери в дальнем конце комнаты. ― У тебя десять минут.

Раздражение сошло на нет, как только я встала под горячую воду. У нас вода из крана все еще лилась чуть теплая и все те же три часа в день. Сити эти проблемы явно не коснулись. Я вылила на себя все средства, до которых смогла дотянуться ― половина из них мне была незнакома, но пахли они приятно, ― и вернулась к Анне в гораздо более приподнятом настроении.

Она тоже времени не теряла. В комнате появилось кресло и стол с парой десятков баночек.

– Садись, ― скомандовала Анне.

Воодушевления ей было не занимать.

– И кто тебя так постриг, ― бормотала она, перебирая мои волосы. ― Будто ножом кромсали.

– Тюремный парикмахер, ― ответила я, хотя ответа Анне явно не ждала. ― Стилист из него так себе, надо будет пожаловаться.

– Ничего, это мы сейчас уложим.

Я сидела спиной к зеркалу и могла только догадываться, что она там делает.

– Сейчас не шевелись, ― велела Анне и принялась надевать на меня что-то вроде шапочки с шипами вовнутрь.

– Это что еще за дрянь? ― спросила я обеспокоенно.

Ответить Анне не успела ― все шипы разом впились мне в кожу головы.

– Твою мать! ― заорала я и вскочила, пытаясь стащить это орудие пыток.

– Все, уже все, дай сниму.

– Ты что, мать твою, со мной сделала?!

– Сейчас так модно, ― оправдывалась Анне. ― Посмотри, очень красиво получилось!

Я обернулась к зеркалу.

Волосы, зачесанные на одну сторону, были уложены волнами, корни их стали нежно-лиловыми, к середине цвет сходил на нет, и концы были все такие же бесцветно-белые.

Нет, красиво, конечно. У меня в жизни не было такой красивой прически. Но… как я буду выглядеть, когда вернусь в Гетто?

– И… надолго это? ― спросила я. Кожа головы нещадно зудела, и я собрала всю силу воли, чтобы не чесаться.

– Они теперь будут еще месяц отрастать такие… За это время цвет постепенно сойдет. Тебе не нравится? ― Внезапно Анне растеряла свою уверенность.

– Нормально. ― Я пожала плечами. Спорить было поздновато. ― Что там дальше в программе?

Внезапно мне ужасно захотелось спать. И когда Анне сказала сесть и закрыть глаза, я с радостью подчинилась. Наверное, я даже уснула ненадолго, потому что когда она сказала, что глаза можно открывать, я не могла вспомнить, что она со мной делала.

– Все, одевайся, ― скомандовала Анне.

Рядом с ее странным костюмом теперь висело платье ― из нескольких слоев воздушной ткани, такой же нежно-лиловой, как мои новые волосы, очень открытое и короткое. Я скинула халат, в который завернулась после душа, и взяла в руки платье. Размер вроде подходит. Хотя Анне точно пожертвовала что-то из своего гардероба.

– Что у тебя с руками? ― спросила Анне, стоило мне к ней повернуться.

Я машинально оглядела свои руки.

– Что это за следы?

– Увлекаюсь БДСМ, ― сказала я невозмутимо.

Не рассказывать же ей, откуда шрамы на самом деле.

Она скривилась, выскочила из комнаты и через минуту вернулась, притащив ажурные парные браслеты, которые закрывали руки от запястья до локтя.

– Вот, надень. Вот туфли. Скорее, мы опаздываем.

Серебристые туфли я узнала ― именно в них была Анне, когда приезжала в Гетто. Я-то думала, она потеряла их где-нибудь в Башне.

Стоило мне обуться, как Анне схватила меня за руку и потянула к двери ― я едва успела прихватить комм. С белого дивана, который, видимо, все же удалось отмыть от моей крови, мне навстречу поднялся Теодор. Вид у него был какой-то встрепанный.

– Вот твой пропуск, ― протянул он мне карточку.

Я посмотрела на нее. Рената Гаттала, стажер, отделение нейротехнологического биомоделирования. Понятно.

– А где настоящая Рената Гаттала?

– Стажеров туда не приглашали. Только руководство. Кару специально внес тебя в списки. Комм оставь, ― добавил Теодор, заметив, что я держу в руках. ― Там таких древних ни у кого нет.

Оставить им Нико?

– Вот уж хрен, ― отказалась я.

– Рита, ну правда, кто-нибудь заметит…

– А я тебе говорю, я его не оставлю.

– Ладно, прячь сюда. ― Анне протянула мне маленькую серебристую сумочку. Комм еле-еле поместился. ― Только не доставай. Не сутулься. Ни с кем там не разговаривай.

– Чего еще не делать? ― Я широко улыбнулась, глядя на их напряженные лица, хотя на самом деле нервничала. ― Эй, это просто вечеринка. Что я, на вечеринках не была?

Была, конечно. В Башне каждый вечер что-нибудь происходит. Или вот еще тот раз, когда мы с Коди позвали всех наших, устроили танцы на террасе, напились, обливали друг друга пивом и швыряли бутылки, пытаясь попасть в крысу, которую занесло на наш этаж. Было весело!

– Тогда поехали, ― вздохнул Теодор. ― Я тебя отвезу.

Пока мы спускались на подземный паркинг, я наконец смогла рассмотреть себя. Анне постаралась, что и говорить. Серебристые губы, лиловые тени (а разве не должно быть наоборот?), брови тоже накрашены чем-то фиолетовым. Выглядела я странно, но мне нравилось. Даже жалко будет все это смывать. Хотя, может, эта краска ― как волосы. Тоже месяц не смоется.

– Эй, я знаю эту машину! ― воскликнула я, увидев, куда направился Теодор. ― Мы с Иленой на ней ехали в Гетто!

– Да уж, ― поморщился Теодор. ― Трогательные воспоминания. Забирайся.

– Кстати, как ее дела?

– Нормально, ― отрезал Теодор, и дальше мы ехали в полном молчании.

Я не возражала ― прилипнув к окну, я рассматривала улицы, по которым мы проезжали. Мы миновали башни «Зеркало» и «Зеркало-2», проехали по мосту над парком, спустились по спиральной дороге. Слева промелькнули купола какого-то собора ― явно очень старого, распахнулась дверь кафе, на улицу высыпали нарядные девчонки, дома сделались ниже, потом снова взметнулись вверх, через всю улицу протянулись голографические рекламные объявления ― я и на них смотрела с удовольствием. Наконец машина замедлила ход перед воротами, за которыми виднелась зеленая лужайка и группа зданий с сияющей надписью «НейроКортИнт» над ними.

– Тебе туда, ― сдавленным голосом сказал Теодор. ― Иди вон к тому входу посередине. Приложишь к ридеру свой пропуск, у охраны вопросов быть не должно. Пройдешь насквозь, выйдешь с другой стороны, там будет такое нелепое розовое дерево, за ним «стекляшка» ― зайди и постарайся найти Кару как можно скорее.

– Ладно, ― растерянно согласилась я. ― А ты откуда знаешь, что там внутри?

– Я там вроде как… работаю, ― ответил Теодор, явно испытывая неловкость.

Работает? Там?!

– Иди, тебе пора. Главное, держись уверенно. Там сегодня много людей из разных компаний, все будут думать, что ты работаешь в какой-то из них, просто они с тобой не знакомы. Удачи.

Я открыла дверь и тут же чуть не упала ― забыла, что на мне эти дурацкие туфли. Как Анне вообще их носит?

Я направилась к главному входу. Ладно, все в порядке. У меня есть пропуск. А если охранник спросит, что здесь забыл стажер, скажу, что меня вызвал Борген Кару по делу. А если он спросит, по какому делу, я скажу… мм… а, черт, скажу, что это не его собачье дело, и пусть звонит Боргену Кару.

Но охранник меня вообще ни о чем не спросил. Даже не посмотрел в мою сторону.

Стараясь не вертеть головой, я вышла во внутренний сад и направилась прямо к розовому дереву. За ним и правда нашлась «стекляшка» ― строение, напоминающее кристалл, который непонятно зачем воткнули посреди лужайки.

Увидев свое отражение в одной из граней, я остановилась, потом, воровато оглянувшись ― на меня никто не смотрел, ― достала комм и сделала фотографию. Это же явно первый и последний раз в моей жизни, когда я так выгляжу. Поставлю на аватарку в «таккере». Или нет, вдруг кто-нибудь спросит, где это я. Ладно, хоть Эме покажу.

Я быстро набрала сообщение: «Смотри, я офигенна!» ― скинула подруге снимок («Беги оттудова пока тя не разобрали на органы», ― тут же ответила Эме) и вошла внутрь.

И остановилась, растерянно глядя по сторонам.

Где тут искать Боргена Кару?!

Огромный темный зал был похож на морское дно. Освещали его только слабо светящиеся лампы в виде водорослей, тут и там расставленные на полу, да голографические медузы, плавающие над головами гостей. Ближайшая ко мне стена-грань представляла собой мерцающий водопад ― я не поняла, настоящая ли это вода. В дальнем конце зала на возвышении я заметила музыкантов. А все пространство было заполнено людьми ― они ходили, окликали друг друга, пили, разговаривали, смеялись, обменивались контактами. Лестница с лампочками под каждой ступенькой вела на балкон, опоясывающий зал на уровне второго этажа, ― там тоже было полно народу. Одуряюще пахло цветами ― тут и там торчали подсвеченные вазы со сложными букетами.

Ладно, спокойно. Я не могу стоять тут весь вечер. Борген Кару сказал, что найдет меня. Значит, нужно просто забиться в угол и ждать.

Я направилась к водопаду, решив, что это хорошее место. И хороший ориентир. Конечно, Анне велела не доставать комм, но, если на меня никто не будет смотреть, скину Кару сообщение, что я там, он меня быстро найдет. Но не успела я сделать пару шагов, как на меня налетел какой-то мужчина, и я едва не упала. Чертовы туфли.

– Простите, ― улыбнулся он.

– Ничего, ― нервно сказала я.

– Вы ведь не из «Эн-Си», верно? ― спросил он, оглядев меня.

От него несло алкоголем.

Я промычала что-то неопределенное.

Мне нельзя ни с кем разговаривать! Еще пара вопросов, и мою шпионскую миссию можно считать проваленной.

– Я ― Мартин Винценц, «НейроКортИнт».

– Извините, я должна срочно кое-кого найти, ― оборвала я его и ввинтилась в толпу.

Так, спокойно. Я справилась. Все идет как надо.

Возле водопада обнаружился стол с напитками, я подцепила бокал с мерцающей розовой жидкостью и отошла в сторону. Ко мне подплыла медуза, я протянула руку ― она резво скользнула в сторону.

Я раскрыла сумочку и, не вынимая комм, набрала сообщение: «Я у водопада». Через несколько секунд пришел ответ: «Еще 15 минут».

Ну класс. И зачем я так торопилась?

Два бокала спустя я выяснила, что вода все-таки не настоящая, мой розовый напиток ― безалкогольный (но идти куда-то искать алкоголь мне совсем не хотелось), а Борген Кару просто козлина.

Сколько его еще ждать?!

Я присела на бортик и поболтала рукой в ненастоящей воде. Мимо проплыл поднос с напитками, и я схватила новый бокал. На сей раз пойло было зеленым. Я принюхалась ― вот эта штука точно ударит по мозгам. Вечер переставал быть паршивым. Но можно ли мне пить перед исследованием? Я потянулась к комму ― отправить Кару еще одно сообщение, но не успела.

– Вот вы где! ― услышала я и, обернувшись, наткнулась взглядом на Мартина.

– Да, это я тут, ― кисло улыбнулась я ему.

Он присел рядом.

– Мы так и не познакомились.

– Почему же, вы Мартин, я помню.

– А вы? ― Он улыбнулся.

Мне стало приятно. Мужчина из Сити на полном серьезе со мной знакомится. Ха! А я не так отвратительна, как думала.

– Рета… э-э-э… Рената, ― представилась я.

Надо сворачивать разговор. Он из «НейроКортИнт» и, если когда-нибудь встретит настоящую Ренату Гатталу, будет сильно удивлен.

– Странный все же вы выбрали способ проводить вечер.

– Я тут по делу, ― объяснила я. ― Босс вызвал меня. Сейчас он освободится, и я… мм… кое-что ему передам и уйду. О, а вот и он! ― Я с облегчением заметила Боргена Кару и вскочила. ― Приятно было познакомиться!

Я принялась пробираться через толпу и не сразу заметила, что Мартин пошел за мной.

– О, так вы работаете с Боргеном, ― обрадовался он, увидев, куда я направляюсь.

– Извините, мне правда пора, ― предприняла я еще одну попытку отделаться. ― Я просто стажер. Не хочу неприятностей.

– Не волнуйтесь, Борген мой приятель. Вам не влетит. ― Мартин подмигнул мне и помахал рукой. ― Эй, Кару! Кажется, я нашел твоего стажера!

Я увидела, как у Боргена вытянулось лицо, и позлорадствовала. Нечего было бросать меня тут одну! Пусть теперь разбирается со своим коллегой как хочет.

– Мартин, ― выдавил он улыбку, ― и ты здесь. Извини, у Ренаты мало времени.

Он схватил меня за руку и потащил за собой.

– Еще увидимся. ― Мартин помахал мне рукой.

Я криво улыбнулась и поспешила за Кару.

– Я же сказал ― ни с кем не разговаривать! ― шепотом отчитывал он меня, лавируя между людьми.

– Я и не разговаривала! ― так же шепотом ответила я. ― Он сам подошел ко мне. Что мне было делать, убегать?!

– Ладно, ― махнул рукой Кару. ― У нас и правда не так много времени, идем.

Мы пересекли зал и вышли на улицу через неприметную дверь за сценой.

– Бегом, ― Борген потащил меня за собой в сторону ближайшего здания, ― пока нас никто не увидел.

Я обнаружила, что все еще держу в руках бокал. Ладно, приберегу его, и во время исследования меня будет греть мысль об этом зеленом напитке.

Мы пересекли лужайку, вошли в вестибюль и направились к лифтам.

– Может, все-таки расскажете, что вы собираетесь делать? ― спросила я, пока мы поднимались.

– Безобидное сканирование, ― успокаивающе улыбнулся Кару.

Я занервничала сильнее.

– Вы же в курсе, что во мне полицейский чип? ― спросила я. ― Если с ним что-то случится, мне конец.

– Ничего не случится. Мы постоянно сканируем людей с чипами. Все будет в порядке.

– И что вы хотите найти?

– Очень надеюсь, ― Борген Кару серьезно посмотрел на меня, ― очень надеюсь, Рита, не найти абсолютно ничего.

От этих слов мне совсем расхотелось разговаривать, и до лаборатории мы дошли молча.

В кабинете я наконец-то скинула туфли и огляделась.

Комната оказалась довольно просторной, и бо́льшую ее часть занимал, видимо, тот самый аппарат для сканирования ― здоровенное яйцо, стоящее под углом сорок пять градусов, которое пересекали слабо светящиеся полосы. Рядом торчали несколько мониторов и пульт с парой десятков кнопок. Кару подошел к шкафу, примостившемуся у стены, и принялся выдвигать один ящик за другим.