Текст книги ""Фантастика 2026-95". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Сергей Жуков

Соавторы: Влад Лей,Павел Шимуро,Александр Грохт,Яна Каляева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 352 (всего у книги 352 страниц)

Глава 15
Квартира монстра

Вот что люблю в Ане, так это то, что она умеет признавать свои ошибки, и когда села в лужу – не пытается использовать прием, столь любимый многими другими девушками: «Да, я неправа, но козел все равно ты».

– Так, теперь соберись. Нам надо быстро добраться до твоей квартиры, потому что таких, как эта, – я кивнул в сторону лежащей ничком тетки, – тут может быть еще несколько.

– Еще? – широко распахнув глаза, испуганно переспросила Аня. – И… сколько?

– Без понятия, – пожал я плечами. – Она вообще откуда, не знаешь?

Аня присмотрелась и тихонько сказала:

– Знаю конечно! Это тетя Зина с четвертого этажа. Я ее и дядю Мишу еще с детства знаю.

– Ага…еще и дядя Миша там? Это все плохо, блин. Очень плохо!

– Почему?

– Ань, а ты подумай сама. Квартира выше нас, так? Вряд ли тетенька зомбанулась и спокойно тут на лестнице сидела. А значит, вышла она из квартиры. И что-то мне подсказывает, что с дядей Мишей там все…нехорошо, а нам мимо их квартиры нужно идти.

Я протянул ей руку, и Аня, ухватившись за нее, рывком поднялась с пола. Тут же нагнулась, подбирая выпавший из рук пистолет, и кивнула мне, мол, пошли. Ее все еще заметно потряхивало, но вроде в себя все-таки она пришла – вот что значит тренированная психика врача. Мне бутылка коньяка потребовалась и вся ночь после «близкой встречи» с моим первым «мертвяком», а ей вон, минуты хватило. Хотя, может, ее позже еще «догонит»…

Мы продолжили движение. На площадке четвертого этажа нас встретила распахнутая настежь дверь одной из квартир.

– Тети Зины, да? – сразу догадался я.

– Да.

Из дверей на нас никто не прыгал, но запах из квартиры был весьма неприятный. Оттуда тянуло гарью и каким-то совсем уж неудобоваримым ароматом. Как будто бомжами, что ли, чем-то затхлым, вонючим… Я уже приготовился захлопнуть дверь, благо в ней был «английский» замок. Но кое-что зацепило мой взгляд, когда я мимоходом заглянул внутрь и осматривал прихожую.

– Хм… Ань, а чем дядя Миша занимался вообще, ну, раз уж ты их знаешь?

– Да его пару лет назад парализовало ниже пояса, и я не видела его с тех пор. А до того бодрый такой, веселый дедок был, вечером в куртке камуфляжной бегал… У нее еще цвет был такой необычный… Не как у вас – страйкболистов, а полосатая, коричнево-зелено-желтая. И вечно на рыбалке пропадал вроде.

Я тут же потерял интерес – последнее, чем я собирался в ближайшее время заняться, это ловить рыбу. Да, у деда могли были быть полезные для нас штуки, но ради них рисковать я не буду.

– Джей, надо зайти, – вдруг заявила Анька.

Она всегда называла меня по позывному, когда дело касалось чего-то важного. Настолько важного, от которого, по ее мнению, я просто не мог и не должен был отказаться.

– Сдурела? – я даже охренел от такой заявочки. – Нам к тебе надо, хотя я даже не знаю, зачем мы так рискуем. А потом валить отсюда побыстрее.

– Нельзя так. Там ведь старик парализованный лежит. Позавчера к нему скорая приезжала – я на смену шла, видела. Мы что, просто бросим его на верную смерть или от голода и жажды, или его просто сожрут такие, как… – Аня бросила быстрый, опасливый взгляд на только что мной убитого зомби, – как эта?

И что мне ей сказать? Что бросим, что он, скорее всего, труп? Что его уже наверняка давно сожрали?

Да она просто меня пошлет и полезет в квартиру сама. И в целом, по-человечески будет права – переключать мозг в режим «выживание» готов дай бог один человек из ста, да и то не сразу.

Но если быть реалистом, а что я могу сделать? Ну вот, допустим, там лежит парализованный дед, которого по каким-то причинам не сожрала тетя Зина. И? Тащить его с собой мы не можем. Нужен спецтранспорт, а у нас и обычный то транспорт на ладан дышит. Потом за ним нужен уход, его, пардон, мыть надо, как минимум. Может, таблетки какие нужны или капельницы даже. Как все это обеспечить, где достать? С ним у нас никаких шансов, да и у него с нами…

Еще он вряд ли проживет намного дольше с нами, чем здесь один. Единственное, что мы можем сделать для него – просто добить, чтобы не мучился, да и все. На любой другой гуманизм, будь он не ладен, нет и не будет времени, средств и прочего. Но я сам про себя это все проговариваю и понимаю, что хреново это звучит. А уж если оно для меня хреново звучит, то и для других тоже.

– Жень! Он ведь живой человек!

– Или уже нет.

– Тогда нужно проверить и…убрать его. Нам ведь назад возвращаться потом? Будем спускаться, а тут…

– Тут дверь можно закрыть, – напомнил я.

– А вдруг дверь не захлопнется? Да и вообще, мало ли…мы про этих монстров ничего не знаем, вдруг они двери умеют открывать?

– Так он же парализованный, нет? – вновь напомнил я.

– А мало ли что…

Аргумент был так себе, но раз уж события так поворачивались и я ничего с этим сделать не мог – Аня, я по ней вижу, однозначно попрется в эту квартиру…

А раз так, то грех было не воспользоваться моментом и не прихватить что-то полезное для нашего выживания. Рыбаки – они почти как охотники. Запасливые ребята и, как правило, на всякий случай держат дома кучу всего того, что может сгодиться на природе. А уж нам сейчас и подавно.

Пока я додумывал все это, Аня устала ждать и, развернувшись, направилась к входу в квартиру.

Ну что за человек! Говорили, договаривались, наглядно ведь показывал, к чему такая самодеятельность приведет, и вот… Пришлось переться за ней, а что оставалось еще?

Я быстро догнал, схватил ее за шкирку, как нашкодившего котенка, и переместил назад, себе за спину.

Мы прошли коридор, где в углу помимо камуфляжных курток висела на специальных крючках целая гора всяких удочек, и то, что заставило мое сердце биться куда быстрее. Там висело три оружейных чехла, явно без стволов внутри. Но…кто ж просто так будет вешать ружейные чехлы? Там, где есть чехлы, есть и стволы, это аксиома. Не удочки же он в них таскал? И неудобно, и для удочек есть своя «тара».

Из коридора вело три двери – одна полуприкрытая на кухню. Это было ясно по столу, который я видел через щель между дверью и косяком, а также по запаху чего-то подгоревшего, который доносился из-за двери.

Еще две двери были закрыты. Анька пошла глянуть, что там на кухне, а я, соответственно, распахнул правуюдверь, тут же поводя стволом из угла в угол комнаты.

Тут царил разгром. Со стены над диваном был сорван красный ковер, неопрятной кучей лежащий сейчас на этом самом диване. Сервант, раньше бывший частью очень хорошо сохранившейся мебельной стенки еще периода Союза, лежал на полу. Вокруг него лежали осколки стекол и разбитые хрустальные бокалы, рюмки и прочие атрибуты давно ушедшей эпохи, бережно хранившиеся в этом серванте, наверное, как раз с тех самых времен, когда они были большой ценностью и ставились на стол только по большим праздникам.

Что же послужило причиной этого беспорядка? Бессмысленного вандализма за зомби я пока что не замечал, так что это следы борьбы. Но кого с кем? Если бы в доме были еще зомбаки – они бы вышли, как только мы вошли внутрь, или даже раньше, когда мы стояли на лестничной площадке.

Дед вроде парализован, так что даже если и зомбанулся, то, кажется мне, способность ходить вряд ли обрел. Да и по стенкам вряд ли стал бы бегать за собственной женой…

– Ань, иди сюда! – образ ползающего по стенам престарелого зомби-паралитика как-то очень уж ярко отразился у меня в фантазиях, да и подруга что-то тихо себя ведет…

Но мой призыв опоздал. Пока я разглядывал комнату «тети Зины», Аня уже закончила с кухней и сунулась в последнее, не осмотренное мной помещение, затем вылетела оттуда через мгновение с диким воплем.

– Там! Там! Джей!

Я влетел в комнату, держа наизготовку пистолет-пулемет, и тут же отскочил обратно к двери.

Практически сразу же на входе я ощутил отвратительную смесь запахов дезинфицирующих средств, чего-то протухшего, крови и вони немытого человеческого тела.

В середине комнаты стояла какая-то сложная механическая конструкция, собранная из штанг, шестеренок и валов. Растянутый на ней, привязанный за конечности, раззявив рот, тянул к нам одну, каким-то образом освобожденную руку, очень сухой и изнеможенный зомбарь. При том рука эта была до локтя перемазана в чем-то буром, напоминающем застывшую кровь.

– Это что такое, Ань? – я указал на странную конструкцию, на которой «лежал» мертвяк.

– Это специальная кровать для автоматического ухода за лежачими больными, – пролепетала белая, как полотно, Аня. – Просто она, кажется, сломана…

– Понятно. Ну, пациент, кажется, помер, – я внимательно разглядывал мертвеца, щелкающего зубами, стонущего, глядящего на нас, как на свежий ростбиф. – Еще и закусить кем-то умудрился… Кстати, интересно – кем?

Аня, боязливо косясь на «распятого» деда-зомби, аккуратно, по стеночке обошла комнату и взглянула на то, что от меня было полускрыто конструкцией.

– Джей, подойди, пожалуйста, и скажи мне, что то, что я вижу – это просто…просто что-то другое.

Я повторил ее путь, не сводя прицела с зомбака. Посмотрел. Чуть не проблевался сам, а отдышавшись, посмотрел на все это другими, безэмоциональными глазами и проговорил:

– Нет, дорогая, не скажу. Смотри, наслаждайся. Так тоже бывает…

– Но как?

– Откуда мне это знать? У меня нет близких родственников, которые зомбанулись. И я без понятия, как в такой ситуации работает у людей голова. У твоей тети Зины вот так вот. Видимо, она очень его любила, этого дядю Мишу.

Дело в том, что на полу за кроватью были разложены топор, ножовка по металлу, куча ножей, разделочная доска и три мертвых тела, над которыми поработал мясник-маньяк, порубив на куски, будто корову на скотобойне, по-другому и не скажешь. Под стенкой напротив за шифоньером громоздились большой оранжевый контейнер-чемодан с ручкой сверху и красным крестом на боку, в шкафу на дне кучей лежали три комплекта одежды, накрытые сверху окровавленными белыми халатами. Чуть выше на полочке сотовые, ноутбук, часы, бумажники и кошельки.

Тела или, скорее, куски тел лежали на толстом целлофане, края которого рачительная хозяйка подвернула, чтобы кровь не выливалась наружу.

В общем, картина похлеще, чем в фильме ужасов про маньяков.

Единственное, что не давало мне покоя, – как бабка умудрилась с тремя медиками совладать?

Последний вопрос я задал вслух.

– Да просто, – пожала плечами Аня. – Она их чем-то опоила. На кухне четыре чашки на столе. Я еще удивилась, откуда у теть Зины гости, она ведь сто лет ни с кем не общалась…

– Хм… – задумался я, – действительно, очень похоже на правду. И что самое неприятное – тетя Зина твоя к этому долго и тщательно готовилась. Видишь, целлофан как расстелила? Да и остальное… Единственное, что теперь понять не могу – как твоя тетя Зина поняла, что зомбаку нужно, и как решилась на такой вот…вариант?

– Не знаю, Жень, – вздохнула Аня. – И, если честно, не очень-то хочу знать. Я с этими людьми рядом жила. Не хотелось бы мне думать, что тетя Зина на досуге была маньяком-расчленителем.

– На досуге вряд ли была, а вот когда дед обратился… И что странно: Тетя Зина тоже зомбарем стала. Как так? Дед куснул?

– Наверное… А кстати…

Аня внимательно походила вокруг зомби, приглядываясь к нему, словно что-то высматривая.

– Ты чего ищешь? – удивился я.

– Ну как же, – не поворачиваясь, ответила Аня, – тот самый, как ты говоришь, живой мертвец. Причем безопасный, зафиксированный. Его можно изучить.

– Нет у нас времени на это, – буркнул я.

Но Аня пропустила мои слова мимо ушей и вдруг приказала:

– Так, а помоги-ка мне! Вон, на его свободной руке вторая «вязка» есть. Надо зафиксировать его – хочу кое-что проверить. Это важно.

Я вздохнул. Слишком мы тут долго копаемся… А главное – до квартиры Ани за ее чем-то «очень важным» так и не добрались. Не нравится мне такая заминка. Да и Вова там внизу уже испсиховался весь небось. Хотя пока не орет в рацию – уже хорошо… Тогда и я его трогать пока не буду.

Я себя тут же успокоил тем, что потеря времени – это, конечно, плохо, но ведь не зря его потеряли: даже если я не найду тут больше ничего полезного – трофеи уже полностью окупают вылазку. Красный чемодан скорой помощи – охрененно полезная в нашем случае вещь. Не знаю точно, что там есть, но явно куда больше, чем в моей домашней аптечке. А ведь еще есть те самые чехлы для оружия…где-то тут должен прятаться джекпот. Зуб даю!

Но пока что пришлось ловко ухватить деда за руку, которой он махал, как бешеный, и не давая себя цапнуть весьма, как оказалось, проворно щелкающему зубами зомбарю, привязать эту руку к раме его «кровати». Потом, используя наволочку, смотанную в жгут, я легко зафиксировал его голову и, на всякий случай взяв вторую, еще и челюсти зажал.

– Все, принимай клиента, а я пойду, пошарюсь тут. Где-то должен быть сейф, а в нем оружие, – заявил я Ане.

– Жень, а ты не боишься? – подняла она на меня глаза.

– Чего?

– Ну… Так нагло брать и воровать чужое оружие, даже если оно тут есть.

– Не боюсь, – усмехнулся я. – И не воровать, а, как говорил классик, экспроприировать. Все на нужды выживальщиков, так сказать, – усмехнулся я. – Анечка, очнись! На нас в городе напали «вороны». Стреляли, гоняли. И ни одной сирены до сих пор. Как думаешь, почему? Или вот эти три врача. Они ведь со станции скорой помощи. И что, там не фиксируют, куда вызов был? Наверняка фиксируют. Однако ментов тут не наблюдается. Да и скорой я под подъездом не видел – свалил водила… Так что, ты всерьез думаешь, кто-то сейчас станет проверять у меня разрешение на оружие?

Аня недоуменно глядела на меня, все еще не понимая, к чему я веду.

– Все, нет больше разрешений и проверяющих, – тяжело вздохнув, пояснил я, – нет больше полиции-милиции. Теперь каждый сам за себя. Слышала про утопающего поговорку?

– Ну.

– Вот тебе и «ну». Процесс выживания выжившего – дело рук и проблема самого выжившего, – с усмешкой переиначил я ту самую поговорку и тут же добавил: – И вообще, теперь воровства и мародерства нет. Есть добыча полезных и ценных трофеев. Поняла?

Аня кивнула.

– Вот и отлично! Займись дядей Мишей, смотри, что ты там хотела, и побыстрее!

– Да знаю, знаю…

– Ну вот. Заканчивай и дай мне уже его…упокоить. Нервирует меня такой сосед. И поаккуратнее – зубами он клацает очень быстро, я еле успел отдернуть руку…

Аня кивнула и, нацепив вытащенные из кармана резиновые перчатки и маску, подошла к деду. Я отвернулся – ей виднее, что там надо посмотреть, а что нет.

Сам же огляделся, внимательно изучая взглядом комнату. Где бы я прятался, будь я сейфом? А вариантов то чертовски немного. Вот в этой нише, заваленной непонятно чем, или на балконе. Больше негде, вся комната заполнена аккуратно расставленной мебелью, причем такой, что внутри нее вряд ли спрячется стальной ящик – разве что он размерами ровно под пистолет, чего уж о ружьях говорить. Так что я закатал рукава и принялся выгребать из угла захламленной комнаты все то, что там стояло – лыжи, старые детские санки…в общем, все то барахло, которое люди обычно отвозят на дачу.

Под старым спальником я нашел искомый сейф, причем капитальный такой, его без взрывчатки или автогена даже пытаться вскрывать было бы гиблым делом. Благо ключи от него в нарушение всех инструкций по безопасности оказались тут же, прикрепленные скотчем к верхней крышке.

Практически капая слюной, я тут же принялся ворочать ими в замках, предвкушая, что я найду внутри. Дверь щелкнула, и я потянул тяжелую створку на себя, открывая недра «пещеры Али-Бабы».

Глава 16
У цели

Вот только тут меня поджидал глубокий облом. Нет, не то чтобы в сейфе не было оружия, оно было – целых два ствола. И краси-и-ивые, прямо загляденье: приклады из красного дерева с инкрустацией. Полированные стволы, поблескивающие под падающим из окна светом. Выгравированная на обоих ружьях надпись Bennelli и серийные номера. Наверняка в мирное время это были особые, коллекционные экземпляры ручной работы. Вот тебе и дед паралитик. Такие «игрушки» не каждому профи по карману, а тут…

Но сейчас для меня, пусть и ценителя прекрасного, это были две жутко переутяжеленные двустволки. Одна еще и не под двенадцатый калибр, а под что-то страшное. Надпись на вставлявшихся в него монструозных гильзах гласила «8 сal». Дед что, в наших краях где-то мамонтов нашел и охотился на них?

Как бы там ни было, а патронов к этому монстру было всего два десятка. Магнум, спешел резерв, пулевые. Это я сумел расшифровать по куче аббревиатур на коробках. Судя по весу каждой снаряженной гильзы, это было, как я точно угадал, на слона или его волосатого родича – мамонта, или на носорога. Ладно, берем. Носорогов у нас тут нет, но, думаю, тому самому монстру, которого мы встретили в больнице, или тому, что рухнул на мой многострадальный «Чероки», хватило бы одного такого патрона. Ну, может, двух.

Второе ружье было под стандартные 1276, и запас патронов тут был намного солиднее: пять пачек по двадцать патронов с картечью и два короба с десятью пулевыми в каждом, все тот же магнум. Вовке отдам, он как раз свой курмультук потерял – я в зеркале видел. Безумный Макс, блин, устроил пальбу во время погони… Но раз так любит ружья, вот как раз ему подгон. Будет пафосно палить из коллекционного ружжа.

Помяни черта, и он тут же явится, как говорится – рация в кармане зашипела и послышался недовольный Вовкин голос.

– Джей, прием! Женя, блин, ответь!

– На связи. Что такое?

– Вас черт знает сколько уже нет. Должны были зайти и выйти, чего тянете-то?

– Ну, возникли неожиданные сложности, – пояснил я, – встретили зубастиков прямо на лестнице. Зато добыли ништяков, причем таких, без которых жить нам было бы тяжко. Тебе тут, кстати, дядя Миша просил подгон передать.

– Дядя Миша? Какой, на хрен, дядя Миша⁈

– Мертвый, Вов, мертвый дядя Миша.

– Ты чего там прибухнул? Что за дядя? Какие ништяки?

– Увидишь. Все, отбой.

– Жень, ты меня пугаешь! Давайте уже быстрее. Развлекается он там с дядями Мишами… Вы в квартире уже?

– Нет еще, но скоро будем.

– Женя, блин! До сих пор не в квартире? – чуть ли не взвыл Вова.

– Мы пошли, отбой!

Вернув рацию на место, я, не глядя, нагреб из сейфа вообще все, что только могло пригодиться – гильзы, пули, порох, пыжи, масло ружейное. Понятия не имею, как этим всем пользоваться, однако лучше не знать, но иметь, чем знать, но не иметь. По-моему так.

Анька, уже закончившая свои странные манипуляции, неслышно подошла сзади и неодобрительно смотрела на то, как я жадно сгребаю скарб. Благо что смотрела, но помалкивала. Впрочем, сбор трофеев не занял слишком много времени. Я подхватил обе двустволки, сумку, в которую сгреб все добро из сейфа, и повернулся к подруге.

– Ну как, исследование прошло успешно?

– В какой-то мере да, – поджав губы, кивнула она и тут же добавила: – Можешь, если хочешь, закончить страдания этого человека.

Какой пафос то попер! Ладно, спишу на стрессовое состояние. Так, а не протестировать ли мне эту жуткую пушку, а? В том, что она громкая, я нисколько не боялся. В панельном доме, в квартире. Попробуй еще разбери, где именно грохнуло. С другой стороны, выстрел будет слышен и на улицу, и может привлечь ненужное внимание…

А пофиг! Надо ж понимать, на что оружие способно и что в состоянии сотворить с человеком, а то носорог носорогом, но я из такого не только ни разу в жизни не стрелял, но даже, если честно, и видел-то всего разок в кино, там какой-то псих с подобным ружьишком на громадных червей или типа того охотился. Старый фильм, название запамятовал, что-то с гробами связанное.

Я вставил в «Бенелли» патроны, защелкнул ее и, ориентируясь на воспоминания, взвел оба курка. Отлично! Можно сказать последние слова и стрелять. К сожалению, в голову ничего не лезло. Да и откуда ему взяться, я ведь этого человека даже не знаю, для меня он очередной зомбак и только. А потому…

– Спи спокойно, дядя Миша.

Я плотно прижал приклад к плечу, и тут Аня, до этого копавшаяся в медицинском ящике, повернулась и не своим голосом заорала:

– Сто-о-ой!

Я закрутился вокруг, ожидая…не знаю, что за моей спиной восставшая тетя Зина с бензопилой или что то подобное. Но нет. Анька резво метнулась к сейфу и вытащила оттуда то, что я просто бросил, посчитав бесполезным хламом – стрелковые наушники.

– Сильно подозреваю, что эта штука грохочет дико, а мы в замкнутом пространстве, – скороговоркой выдала она, – не хочу оглохнуть. А ты?

Она протянула одни из наушников мне, вторые уже красовались на ее тонкой шейке, после чего она продолжила крайне неприятным, «менторским» тоном:

– Нам еще подниматься выше по лестнице – не услышим, что там, и все…Я пару раз участвовала как дежурный врач на стрелковых состязаниях, и каждый раз ребята там после того, как все заканчивалось, практически кричали, чтобы услышать друг друга.

– Да-да, ты права, – кивнул я смущенно, принимая наушники. – Спасибо.

Вот же блин. Страйкболист хренов! Знаю ведь про наушники, всегда на стрельбище их пользовал, но на тебе! Как только оказался в поле – сразу же забыл про их существование. Активки мне подавай. Тьфу, стыдоба!

Я быстро нацепил гарминовские стрелковые уши и, прицелившись в точку чуть ниже середины головы зафиксированного зомби-деда, потянул за спусковой крючок.

Это было похоже на выстрел из пушки, я в Петрограде такое слышал. Вот по ощущениям ровно так же. Хлопок, тебя бьет по лицу и ушам воздух, и грохочет так, что ты просто перестаешь воспринимать звуки. А ведь это в наушниках…что ж было бы при выстреле без них? Оглох бы навеки? Как же хорошо, что Анька наушники заметила и пристыдила меня, ведь реально бы оба оглохли. Да чего там, тут до контузии недалеко…

А еще надо сказать, что лягалось это ружье тоже как пушка. Я уже ощущал, как на плече вздувается громадный синяк, расползаясь на все предплечье. С таким орудием нужна сноровка и опыт, иначе без рук останешься.

Пороховой дым, которым при выстреле заволокло всю комнату, заставив меня кашлять (умная Аня еще и масочку свою дурацкую не сняла, как знала, видать, что сейчас будет), рассеялся, а на месте верхней части моей, с позволения сказать, мишени, просто отсутствовало все. Я попал…да черт теперь знает, куда я попал! Но у тела, теперь неподвижно лежащего на своей стальной «кровати», отсутствовала и голова, и шея. А кожа на верхней части туловища была сорвана к чертям. Еще в стене напротив, туда, куда были нацелены стволы ружья, теперь зияла здоровенная дыра. С полметра, наверное, в диаметре.

Рация вновь заверещала голосом Вовы:

– Жень, прием!

– Тут я…

– Ты слышал? Что это сейчас было?

– Я это был…

– Ты там что, гранатомет нашел?

– Нет, но, скажем так…главный герой любого боевика продал бы почку за эту штуку. Тебе понравится, зуб даю…

– Да что там такое?

– Ружье, Вова, ружье! Все как ты любишь – двуствольное. Можешь даже из него обрез сделать… Если жить надоело…

– К черту обрезы и ружья! Выходите уже!

– Скоро будем. Отбой.

– Отбой…

Закинуть ружья в чехлы – дело пары секунд. Потом чехол, лямки на котором раскрывались для заплечного ношения на манер рюкзака, занимает место на спине. Сумку в правую руку, пистолет-пулемет в левую. Все, я готов. Эту монстробойку я не брошу ни за что. То, что может пробивать 20 сантиметров бетона, точно может пробивать и мутантных зомбаков.

Все еще слегка оглушенный эффектом выстрела, я, как-то не задумываясь даже о возможных угрозах, спокойно прошел по коридору и распахнул двери квартиры. Аня, подхватив чемоданчик, на который я ей без стеснений указал, последовала за мной.

Уже в подъезде я спохватился, быстро развернулся и поискал у входа в квартиру ключи. Оставлять такое место открытым было бы невероятно глупо. Вдруг придется убегать, а тут у нас будет временное убежище, так сказать.

Искомое нашлось тут же, на крючке при входе. Я захлопнул дверь, закрывая на два оборота замок, и, сняв со связки этот ключ, закинул его в нагрудный карман. Остальная связка была мне не нужна, так что она без малейших сожалений отправилась на пол. Перекинув поудобнее ремни сумки на плече, я в прежней манере зашагал по лестнице.

Но никаких приключений вплоть до самого шестого этажа нам не встретилось. Пару раз было слышно, что за дверьми квартир есть какие-то шевеления, а один раз я нервно дернулся, наводя ствол на дверь, в которой явственно щелкнул замок. За железной дверью раздался грохот, как будто кто-то отскочил и уронил что-то на пол, и удаляющийся в глубину квартиры топот. Похоже, любопытный житель решил покрепче запереть двери и поглядеть в глазок. Надеюсь, этот кретин обгадился там с перепугу. Я ж ведь и пальнуть мог, настолько был на нервах.

Анька, все время послушно державшаяся за мной, у дверей резво отперла меня в сторону и загремела ключами. Надо же, не забыла наш диалог, молодец!

Обитая желтой «экокожей» простенькая железная дверь распахнулась внутрь, открывая вид на коридор и…стоящего там паренька лет двенадцати, радостно кинувшегося к Ане.

Вот же блин…

Черт, честно говоря, это было немного не то, чего я ожидал. Анька в принципе никогда ничего не рассказывала о личной жизни, так что сказать, что вот зараза – наврала, было невозможно. Но то, что у нее ребенок, и при этом настолько взрослый…ну…не то чтоб меня шокировало, но около того. Я не противник детей, но… В общем, мои представления о возможном совместном будущем сейчас претерпели некоторые изменения, а если говорить откровенно, то в голове был самый настоящий сумбур. Мысли роились, как сумасшедшие пчелы, а сам я был растерян, удивлен и…оказался огорошен настолько, что пропустил мимо ушей начало фразы Ани, обращенной ко мне, уловив только конец.

– … это Леша, мой брат. Леха, это Женя-Джей. Я тебе про него рассказывала.

– Привет. А мне можно звать тебя Джей, да? – пацан нисколько не стеснялся незнакомого мужика, его взгляд был прикован к пушке в моей руке. – Слушай, а это настоящая, да?

Э-э-э…новая волна удивления и растерянности. «Брат»? Пацан Ане приходится братом? Не сыном?

Я все же смог взять себя в руки, кивнул и буркнул:

– Да, можешь звать меня Джей.

– Круто! А меня Мегакиллер обычно ребята зовут, – заявил пацан и на всякий случай уточнил: – Ну, в КС…

О боги! Казалось, из моего котелка сейчас пар пойдет. Свалившаяся было на меня тяжесть мгновенно ушла, я почувствовал огромное облегчение. А вот пацану огромное спасибо – он своим трепом не дал мне оконфузиться перед девушкой, дал время переключиться и все осознать.

Роившиеся в голове мысли снова выстроились по порядку, и я гневно уставился на девушку.

– Ань, блин! Ты сразу не могла сказать, что у тебя дома брат? «Очень важное»… Ну вот что за детские игры?

Анька слегка смутилась. Потупив взгляд, она промямлила:

– Ну а если бы ты не поверил? А вдруг решил бы, что он…ну…

Я прекрасно понял, о чем она. Собственно, так и было.

– Или наоборот, поверил и решил, что вам на хрен не нужны чужие проблемы, – продолжила Аня.

– Хм… Значит, ты меня таким считаешь? – оскорбился я.

– Прости, не привыкла верить в рыцарей в белых доспехах. Опыт был негативный, скажем так, – пожала она плечами, – да и время такое…

– Да твою то налево! Слушай, я вроде не совсем левый хмырь, правда? И с каких пор я дал повод думать про меня, что я какой-то козел и чмо, что брошу свою девушку решать проблемы самостоятельно только потому, что у нее дите на шее? – насупился я, спохватился и хлопнул пацана по плечу. – Прости, Лех!

– Прости, Джей. Ну ты вроде и правда не такой, – виновато потупилась Аня, – но сама ситуация нестандартная. Правда, прости, я была неправа.

– Пф-ф-ф… – вздохнул я. – Ладно, потом поговорим еще. Давай, собирай манатки и уходим. Я пока пойду и покурю. У тебя есть балкон?

– Вообще-то там не курят, но…ладно, будем считать это форс-мажором. Вон там, слева за шторой, выход. Только пепельницы у меня нет.

– Эй, ты правда думаешь, что соседи будут против? – я аж улыбнулся, представив, как какая-нибудь противная бабка снизу высовывает морду из окна и орет мне, что пепел падает ей на бегонию, а дым тянет именно ей в квартиру. А я такой – хоба, и прицел на нее… Ух, всю жизнь мечтал увидеть, как такая грымза с испуганным воплем падает назад, круша горшки со своими гребаными цветами. Сколько они у меня крови попили еще в столице, самые умные старые кошелки со своими тупыми правилами.

Подняв себе настроение такой прекрасной картиной, я вышел на балкон, с наслаждением распахнул окно и закурил. После затхлой квартиры с покойниками, пропахшей кровью и лекарствами, после нервного подъема на этаж это было то, что надо. Сейчас бы еще пивка дернуть, и полежать часиков шесть. Но чего нет, того нет. Более того – диван и пиво мне не светят еще очень долго. Поход в Анину квартиру – это даже не половина дела. Это вообще только подготовка. А самое сложное впереди – нужно свалить из города, объехать соседний, добраться до села, где живет Вовин отец, и…там уже по обстоятельствам.

Так что курим, пускаем дым в небо и наслаждаемся карканьем ворон, грязью во дворе и лысыми деревьями возле арки. Пять минут расслабона, и вперед, к новым свершениям.

Вот только когда я посмотрел на арку еще раз, кроме побегов плюща на стене я заметил кое-что еще. То, чего мне бы не хотелось видеть вообще. Прямо за ней полностью скрытый для тех, кто находится во дворе, торчал здоровенный черный «Мерс». Из выхлопной трубы валил дым, а в его открытом окне виднелись рожи, которые я легко опознал даже с такой дистанции. Рожи носатые такие, чернявые.

Пока я глазел, по улице к «Мерсу» подкатила уже знакомая нам «заниженная» пузотерка, из которой, пригибаясь и смешно перебирая ногами, выбралось трое в спортивных костюмах и с оружием. Причем на этот раз все было очень серьезно. У «воронов» в руках были «Калаши». У двоих классические короткие ментовские «ублюдки», а у третьего архаично выглядящий деревянный семьдесят четвертый.

И это было чертовски плохо. Если дробь наши тачки вполне были в состоянии задержать, как и пистолетные пули, то вот автоматные «пятерка» и тем более «семерка» нас превратят в дуршлаг. Так, надо что-то срочно думать.

Почему я сказал «нас превратят»? А потому что у меня не было никаких сомнений, что эти товарищи прибыли по наши души. Будь я чуть наивнее, может и попытался бы сам себя убедить, что это просто совпадение, и что эти бойцы прибыли не по наши души. Но наивным я не был, и в совпадения не верил.

Так, раз я уже принял проблему, то как ее решать? Выездов из двора ровно один. Легко держать, еще легче блокировать. Если они не пожалеют свою тачку, то мы отсюда только пешком вырваться можем. Массы даже моего «Чероки» не хватит, чтобы сдвинуть «Мерс». Да и пузотерку не получится подвинуть – просто нет разгона. Если попытаюсь оттолкнуть… Нет, не вариант – пока толкать буду, нас расстреляют, как в тире.

{P