Текст книги ""Фантастика 2026-95". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Сергей Жуков

Соавторы: Влад Лей,Павел Шимуро,Александр Грохт,Яна Каляева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 180 (всего у книги 352 страниц)

– Будь я хоть таким же храбрым, то поехал бы к Вере прямо сейчас и во всём признался, – с тоской закончил Мечников, вздохнув и уставившись в окно.

Глава 21

Весь перелёт обратно в Петербург я не смыкая глаз размышлял над тем, что узнал во время этой короткой, но невероятно яркой поездки. Вот уж действительно «приключение на двадцать минут».

Но к моему собственному удивлению, больше всего меня занимали вопросы, совершенно не связанный с творящимся государственным заговором.

Неужели у Мечникова остались чувства к моей маме? А что думает она? Почему тогда, в молодости, она сбежала?

Закончились мои размышления тем, что я решил непременно устроить из встречу, чтобы раз и навсегда поставить точку в этом вопросе. В конце-концов, если Мечников действительно так трепетно относится к маме, как говорило его подвыпившее альтер эго, то он способен стать тем самым надёжным и сильным мужчиной, которому я смогу доверить её.

Приземлившись в Петербурге ранним утром, я не позволил лекарю сесть за руль, учитывая его вчерашние возлияния с агентом английских спецслужб.

– Даниил, мне право очень неудобно о таком просить, но не мог бы ты освежить в моей памяти детали вчерашнего разговора с Джеймсом? У меня в голове россыпь фактов, что я слышал вчера, но есть сомнения в их… кхм… достоверности, – виновато улыбнулся Мечников.

Я не сдержал улыбки, потому что уже давно ожидал этого вопроса. Вместо ответа, я достал телефон и включил аудиозапись.

– Ты записал весь вчерашний вечер? – поразился он, когда услышал голос английского агента.

– Само собой, – кивнул я. – Информация слишком важная, чтобы полагаться на нашу память и личное восприятие.

– Золотые слова, – усмехнулся Мечников. – Вот бы ты мне их вчера сказал.

Говорить о том, что вчера я не раз предупреждал его о последствиях, мне не хотелось. Уж больно приятно было видеть веселящегося и отдыхающего лекаря, который по ощущениям впервые за долгое время позволил себе расслабиться.

Тем временем, на записи Джеймс отвечал на мои вопросы:

– Это моё оружие. Я оставил его после поездки в Российскую империю.

– Ты приезжал в нашу страну? – раздался уже осоловевший голос Мечникова. – Зачем?

– Да, два месяца назад. Мы помогали с планированием и подготовкой убийства вашего аристократа, – ответил англичанин.

– Карамзина? Вы работали с Волком? – уточнил я.

– Кто был целью я не знаю. Про некого Волка я слышал, но мы работали не с ним. Хотя у некоторых людей были татуировки с волчьей головой, – покорно отвечал Джеймс, правда, помимо ответов на мои вопросы, он не отказывал себе в приятных вещах.

В этот момент сидящий на пассажирском сидении Мечников схватил мой телефон и начал спешно проматывать запись.

На моём лице появилась улыбка. Похоже, он прекрасно помнит что сейчас произойдёт. Мечников пытался пропустить момент на записи, где они с английским агентом начали петь гимн футбольного клуба Челси. Причём они выпили уже достаточно, чтобы не обращать внимания на то, что Всеволод Игоревич совершенно не знает слов.

– Дальше не было ничего полезного, – подсказал я, чтобы он не тратил время. – Оружие Джеймс оставил, кто организовал его приезд сюда не знает, но это был не Волк. Австрийцев среди заговорщиков не было, но оружие австрийское было. Приезд сюда был неофициальный. В цели всего этого его не посвятили.

В машине повисла пауза. Был слышен только размеренный гул двигателя и шум колёс.

– Даниил, в первую очередь я прошу тебя уничтожить эту запись, – строго сказал Мечников.

При этом он заметно покраснел, понимая, какие ещё глупости он там наговорил.

– Даю вам слово аристократа, что все услышанное и увиденное вчера не выйдет за пределы этой машины, – кивнул я.

Было в этом нечто особенное и приятное. Это моё первое «слово аристократа» и он может не сомневаться, что я его сдержу.

Благодарно приняв моё обещание, Мечников полностью переключился на обсуждение полученной информации:

– Получается, что люди Волка работали против своего хозяина уже тогда. Но зачем им всё это? Зачем англичанам помогать? Джеймс получается делает это без ведома своего правительства

– Как раз нет, – покачал я головой. – Он спокойно оставил оружие тут, хотя знает что ведётся учёт, значит не опасается последствий со стороны своего руководства.

– А зачем это английским спецслужбам? – нахмурился Мечников.

– Есть у меня одно предположение, но лучше бы я ошибся, – тихо произнёс я.

Во все времена, во всех мирах есть одна истина – англичане всегда себе на уме и им нельзя доверять. А если они убеждают вас, что вы союзники, то стоит быть вдвойне осторожными. Они никогда не допустят даже мысли о том, чтобы признать кого-то выше, значимее, богаче себя. А есть всего два способа оставаться на вершине: расти и развиваться самому или мешать это делать твоим оппонентам.

– Всеволод Игоревич, есть ли предпосылки к тому, что мы с австрийцами можем в ближайшем будущем заключить мирное соглашение и наконец закончить войну? – строго спросил я у него.

От такого неожиданного вопроса, он аж поперхнулся кофе, что взял в аэропорту.

– Откуда ты знаешь⁈ – тут же выпалил он. – Это сверхсекретная информация о которой не знает половина военного руководства страны!

Всё понятно, значит мои опасения имеют под собой реальную почву.

– Англичане причастны к убийству Карамзина, – ответил я. – Они сотрудничают с кем-то здесь и подстроили всё так, чтобы подозрения в убийстве Карамзина упали на австрийцев. Это бы подорвало замаячивший на горизонте мир.

– Ты хочешь сказать, что англичане затеяли всё это, чтобы война продолжалась? – Мечников уже не обращал внимание на пятно от кофе на своём костюме.

– А кто станет главной силой в Европе, если война завтра закончится? – спросил я наводящий вопрос.

– Австрийцы… – медленно произнёс он. – А мы сможем вернуться к развитию колоний в Новом свете.

– Вот вам и ответ, как англичане могут убить двух зайцев одним выстрелом: сохранить свою ведущую роль в Европе и беспрепятственно продолжать колониальную экспансию.

* * *

Дом на Арсенальной набережной

Вернувшись домой, я первым делом забрал от Вовы Акали, которая теперь послушно оставалась с ним. Тем более у него жил один из её щенков.

Поднявшись с ней на свой этаж, я с удивлением обнаружил у своей двери небольшой букет красных гвоздик.

Взяв цветы, я машинально пересчитал их. Восемь штук. Во время этого действия из букета выпала небольшая записка:

Да, их чётное количество, потому что ты труп, Уваров! Я знаю, что ты в итоге полетел в Лондон на финал Лиги Чемпионов. Вот так у тебя «нет времени на развлечения»?

– А что, вполне неплохие цветочки, – улыбнулся я и, оставив одну гвоздику снаружи, забрал остальные с собой.

Аккуратный женский почерк и возмущение относительно моей поездки однозначно выдавало в отправителе Алису Распутину. Интересно, как она так быстро узнала про мою поездку?

Зайдя домой, я переоделся и заварил крепкий чай. Включив фоном телевизор, я наслаждался горячим напитком:

– И ничуть не хуже чем в Англии, – улыбнулся я покорно сидящей рядом Акали, а затем мой взгляд упал на новостной сюжет и я прыснул изо рта, окатив её бело-рыжую шерсть россыпью брызг.

Схватив пульт, я прибавил громкость.

– На прошедшем в столице Англии матче финала Лиги чемпионов особо отметились российские болельщики. Новый владелец вице-чемпионов кубка России по футболу, Григорий Хвалынский вместе с новоиспечённым бароном Уваровым едва не вырвались на поле вместе с командами, – вещал диктор на фоне видеоряда, где мы с Хвалынским подбадриваем игроков Барселоны перед матчем.

– На послематчевом интервью капитан Барселоны заявил, что напутственные слова молодого русского аристократа придали ему сил в концовке, когда они всё-таки вырвали победу у оппонентов, – добавил ведущий новостей. – Так что весь спортивный мир теперь анализирует записи трансляций в надежде прочитать по губам те самые слова.

Долгие пять секунд я сидел в полнейшей прострации, а затем меня пробил приступ хохота.

* * *

Офис агентства Уваров и Распутина

Сегодня у меня была должна состояться встреча с Николаем Морозовым и я конечно же назначил её в своём личном кабинете. Хватит уже сидеть по кофейням, теперь я аристократ и надо соответствовать этому статусу.

– Как обстоят дела с сетью цветочных? – спросил я, когда мы зашли кабинет.

– Всё отлично, ты разве сомневаешься? Лучше расскажи как ты умудрился побывать на финале Лиги чемпионов! И даже другу не предложил, – с нотками укора сказал он.

– А ты любитель футбола? – спросил я.

– Я любитель отлично проводить время в хорошей компании, – улыбнулся он. – Кто же откажется побывать на таком матче, да ещё и практически выйти на поле с футболистами.

– Хорошо, в следующий раз, когда буду допрашивать английских спецагентов, то обязательно позову тебя, – картинно приложил руку к сердцу я.

– Ладно тебе издеваться, – отмахнулся он. – Лучше ответь, что ты сказал капитану испанцев и будешь прощён.

Я опасливо посмотрел по сторонам, а потом поманил Николая пальцем. Он просиял и развесил уши, в предвкушении, что сейчас услышит нечто особенное.

– Я сказал ему, что если он победит, то позволю разместить ему статью в своей газете, – шёпотом произнёс я.

Лицо Морозова-младшего тут же посмурнело:

– Да ну тебя! Думал мы друзья.

– Мы не просто друзья, мы – деловые партнёры, – поднял я указательный палец.

– Ну раз так, то я жду свои дивиденды, – скрестил он руки на груди, с вызовом посмотрев на меня.

А ждать было что. Наше с Распутиной агентство смогло в одночасье отхватить солидный кусок рынка рекламы. Внезапный конфликт, который устроила Хозяйка кухни с владельцем сети заводов, мы смогли обернуть в выгодное для себя сотрудничество. Деловая хватка Алисы и отсутствие тормозов, в один миг сделало нас полноценным рекламным агентством, куда на мою фамилию, постоянно мелькающую в новостях, слетались клиенты словно мотыльки на свет.

И вот мы сами не заметили, как наш штат расширился до трёх десятков человек, а фирма наконец показала прибыль. Николай, как один из крупных инвесторов, вполне ожидаемо теперь рассчитывал на выплату дивидендов.

– Не сводите с него глаз, а то он может стремительно исчезнуть, – раздался ледяной голос от входа.

Синхронно повернувшись, мы с Морозовым увидели самого Григория Меньшикова, стоящего на пороге моего кабинета.

Николай, понимая, что светлейший князь вряд ли приехал сюда просто так, поспешил попрощаться и уйти, оставляя меня с Меньшиковым наедине. Мне и самому было интересно, что заставило столь уважаемого человека прийти ко мне лично.

– Вас тяжело найти, – подошёл к окну он, разглядывая городской пейзаж.

– Легко потерять и невозможно забыть, – не удержался я.

Меньшиков не понял мою шутку и воспринял её серьёзно:

– Забыть вас действительно невозможно. Но не думайте, что вы сможете что-то скрыть от моих людей. Я прекрасно осведомлён о вашей вчерашней поездке.

Ага, конечно осведомлён. О ней наверное уже вся империя знает.

– Как прошла встреча с Джеймсом? Удалось выбить хоть что-то интересное из него? – ехидно спросил он.

Ну конечно же. Кто ещё мог предоставить Всеволоду Игоревичу такую точную информацию о том, где и когда можно найти секретного английского агента. Вот только Меньшиков не знает о моём секрете и о том, что нам удалось выяснить.

– Разве вам не отчитался Всеволод Игоревич? – удивился я.

– Он сообщил лишь то, что мы и так знаем, – пристально посмотрел на меня светлейший князь.

Я развёл руками:

– К сожалению тогда и мне нечем вас удивить.

Делиться с ним тем, что мы смогли узнать у Джеймса я не собираюсь.

Во-первых, это поднимет вполне резонный вопрос о том как нам удалось заставить агента английских спецслужб выдать нам секретную информацию, фактически расписываясь в планировании теракта на территории нашего государства. Меньшиков не успокоится и использует всю свою власть и влияние, чтобы выяснить как у нас это получилось и наверняка докопается до истины. А мне категорически нельзя допускать, чтобы хоть кто-то ещё узнал про мой родовой дар.

Ну а во-вторых, я не доверяю ему. Из слов Джеймса было очевидно, что кто-то очень влиятельный и могущественный помогал устроить убийство Карамзина. Незаметно привести сюда английского агента и вывезти его обратно – задача не для простого аристократа. Подобные ресурсы есть только у очень немногих людей нашей империи и Меньшиков – один из них.

– Что же, очень жаль, – кивнул он, явно не веря мне. – Ну раз с делами мы закончили, то перейдём к цели этой встречи.

Он достал небольшой конверт и протянул мне его:

– Поздравляю. Вы это по праву заслужили.

Паспорт аристократа? Но я ведь уже получил его. Что тогда там?

Развернув его под пристальным взглядом Меньшикова, я достал прямоугольную карточку. Это было приглашение. Приглашение на традиционный Рождественский бал-маскарад у светлейшего князя.

– Благодарю вас, Григорий Александрович, – чуть склонил я голову, принимая его подарок. – Для меня это огромная честь.

– В этом вы абсолютно правы. Подобная возможность выпадает не каждому и надеюсь вы не разочаруете меня и остальных гостей.

Похоже, что слухи о том, что к столь быстрому получению мной аристократического титула причастен кто-то из императорской семьи оказались верны. Очевидно, что это приглашение – вовсе не искреннее желание Меньшикова, а указ сверху. Ну а кто может приказывать светлейшему князю, кроме как не правящий род?

Очень интересно. Чем же я смог не только привлечь их внимание, но и добиться приглашение на самое главное мероприятие года?

* * *

Дом на Арсенальной набережной

На следующий день я пригласил к себе Мечникова. Нам необходимо было понять как действовать дальше. Мы опять были в тупике. Осознание того, что в союзниках у неизвестного злодея, взявшего под контроль криминальную империю Волка, вся Англия лишь добавило головной боли. Ясно лишь то, что это кто-то очень могущественный и влиятельный. Похоже, что наш тайный враг – аристократ, причём не какой-то рядовой.

– Начинать поиски с самого начала? – нахмурился Мечников, скорее рассуждая вслух, нежели спрашивая у меня.

– Нет, – строго заявил я. – Нужно действовать от обратного и начинать с самого конца. С той точки, где сходятся все ниточки этой запутанной истории. С оружейного завода Карамзина.

– Но Карамзин мёртв, канал сбыта оружия перекрыт. Завод теперь не при чём. Его купил Долгопрудный. Я знаком с ним и при всём к нему уважении он – птица невысокого полёта. Рядом с ним всегда был кто-то сильный и могущественный рядом. Таковым был в своё время Карамзин.

Я хитро посмотрел на Мечникова:

– А вы ещё не догадались?

– Ты подозреваешь Долгопрудного? – чуть ли не с усмешкой спросил он.

– Я подозреваю кого-то сильного, влиятельного, могущественного. А вы сами сказали, что Долгопрудный имеет склонность находить подобных покровителей, – объяснил я свою мысль.

– Невероятно! Как я сам об этом не подумал? – воскликнул Мечников, едва не вскочив с кресла. – Всё ведь так очевидно! Некто узнал о схеме Карамзина и Волка и решил прибрать её к рукам.

– Но он хотел полной власти, поэтому ему нужен был кто-то слабый, кем легко можно управлять и кто даже не подумает претендовать на самостоятельность. И Долгопрудный – идеальная для этого кандидатура. Вот почему он купил завод Карамзина, – рассуждал я.

– Похоже, что Долгопрудный может даже не знать, в какую масштабную игру оказался втянут, – Мечников уже отмерял шагами мою кухню.

Я пожал плечами, продолжая мыслить вслух:

– Наш противник очень умён и провернул гениальную партию. Он разом устранил Карамзина, контролирующего производство оружия и захватил империю Волка, беря под контроль цепочку поставок. Причём заручился поддержкой англичан и использовал их ресурсы. Сейчас он контролирует всё, оставаясь при этом в тени.

– Нужно немедленно сообщить об этом Меньшикову, – остановился Всеволод Игоревич.

– А насколько вы ему доверяете? – спросил я. – Или всё-же допускаете мысль о том…

– У него достаточно опыта и ресурсов, чтобы провернуть такое, – перебил меня Мечников, а затем строго посмотрел на меня: – И что мы будем делать?

– Как я уже сказал – мы начнём с оружейного завода и Долгопрудного, – уверенно сказал я, а затем взглянул на часы и добавил: – Но не сейчас. Сейчас мы поужинаем.

Мечников удивлённо посмотрел на меня и в этот момент раздался стук в дверь.

– Ты ещё кого-то ждёшь? – удивлённо спросил он.

Глава 22

– Всё думала, когда ты пригласишь меня посмотреть на свой новый ремонт, – улыбнулась мама, вручая мне тортик.

– Да, что-то затянул с этим, – ответил я, принимая угощение. – Я тут с другом засиделся, так что мы не одни будем.

– Это же просто замечательно, – просияла она, проходя в кухню.

Но спустя десять секунд её мнение изменилось на диаметрально противоположное:

– Что он тут делает?

Увидев мою маму, Мечников тут же подскочил с места, звонко ударившись головой об висящую над столом лампу.

По квартире пролетел гулкий звон стекла и оглушённый лекарь рухнул обратно на стул.

– Всеволод! – вскрикнула мама и тут же бросилась к падающему со стула Мечникову.

Я же, видя это, не смог сдержать улыбку. Не зря, ох не зря я подстроил эту встречу. То, как мама бросилась к нему, говорило об её истинном отношении. В ней нет ненависти или злости на этого человека. Это всё ширма, выстроенная, судя по всему, для защиты её собственных чувств.

– Даня, неси что-нибудь холодное, – тут же скомандовала она.

Открыв морозильник, я обнаружил там одиноко лежащий кусок говяжьей вырезки, который дожидался своего часа.

Тут же возникшая рядом Акали жадно облизнулась.

– Но-но-но! – погрозил я, передавая ледяной пакет маме. – Это для гостей.

Собака тут же недовольно оскалила острые зубы, а затем нехотя ушла в комнату.

– Я умер, а ты ангел? – вдруг произнёс Мечников слабым голосом.

– А ты неуклюжий балбес, – буркнула она, но от меня не укрылась едва заметная улыбка. – Данькин новый ремонт уже попортил.

Придя в себя, он сфокусировал на маме взгляд и там промелькнул страх:

– Вера? Это действительно ты?

Мечников неловко попытался встать, но сделал это слишком резко и вновь едва не потерял сознание.

Улыбка с маминого лица тут же испарилась, а вместо ней пришла грусть и разочарование.

– Да, я уже ухожу, – тихо сказала она и поднялась, чтобы выйти из кухни.

Но я смотрел на это и не переставал улыбаться, потому что знал.

«Что у трезвого на уме то у пьяного на языке» – гласит старая поговорка.

И я знал, что сорвалось с языка подвыпившего Всеволода Игоревича.

Расстроенная мама уже хотела выбежать, её глаза заблестели, но в последний момент её руку схватил Мечников.

– Постой, прошу, – тихо сказал он, опустив взгляд. – Останься.

– Зачем? Ты ведь ненавидишь меня, – не поворачиваясь, ответила она.

– Ненавижу? – расширились глаза лекаря и он вновь попытался встать со стула и пошатнулся.

Мама тут же подскочила к нему, беря под руку и сажая на место.

– Не вставай, балбес, а то ещё что-нибудь поломаешь, – озорная улыбка вновь появилась на её лице.

Происходящее скорее напоминало бразильский сериал, где в главной роли снималась моя мама. Но это была жизнь.

Двое человек, которые явно питали друг к другу тёплые чувства и не виделись почти двадцать лет, сейчас сидят у меня на кухне. При этих мыслях в помещении повеяло чем-то добрым и тёплым.

– Почему ты всегда избегала меня? – тихо спросил Мечников.

Мама не ответила. Но мне было прекрасно понятно. Она стыдилась и чувствовала себя перед ним виноватой за то, что сбежала тогда, опозорила себя, свой род и унизила его. И ей не всё равно, потому что очевидно, что у них до сих пор остались друг к другу чувства. Оттого мне ещё непонятнее, почему она ушла к моему отцу.

– Ты хороший человек, Всеволод. Ты достоин счастья, достоин уважения и любви той, кто этого заслуживает, – не в силах смотреть ему в глаза, ответила мама.

– Это так, – спокойно сказал он. – Но прошу, прекрати решать это за меня. Ты ушла тогда, даже не спросив меня и хочешь вновь принять решение без учёта моего мнения.

– А какое мнение у тебя? – подняла она на него взгляд.

– Такое, что мне надоело жить одному и давно плевать, что говорят люди, – твёрдо сказал Мечников.

Так, пожалуй мне срочно понадобилось сходить в магазин.

С этими мыслями я вышел в коридор, оставив маму и Всеволода наедине. Но не успел я одеть обувь, как в дверь настойчиво постучали.

Открыв дверь, я обнаружил на пороге взволнованного Вову, держащего на руках щенка. Он вытянул его вперёд, буквально тыча мне в лицо:

– Видишь⁈

Я посмотрел на щенка, пытаясь понять что не так. Довольный барбос энергично мотал хвостом, так же не понимая, зачем его сюда принесли. А затем он просто взял и лизнул меня в нос.

– Фу блин, – тут же вытер я обслюнявленный нос. – Вова, говори уже что не так, мне некогда играть в загадки.

– Что не так? А вот в том-то и дело, что всё так, – воскликнул он, прижимая щенка к груди.

– А должно быть? – спросил я.

– А должно быть не так, – ответил он, проходя в квартиру. – Я варил ему тушёнку, а этот остолоп запрыгнул на плиту…

– И стащил лакомство? – усмехнулся я.

– Ага, – саркастическим тоном ответил он. – И при этом сел на газовую горелку. Включенную газовую горелку!

– О! – просиял я. – Поздравляю тебя, твой питомец перенял гены матери. Похоже, что он тоже невосприимчив к огню.

– Это животное с магическими мутациями⁈ – Вова посмотрел в глаза счастливому пёселю на своих руках.

– Получается что так, – пожал я плечами. – Раз уж пришёл – пошли чаю с тортиком попьём.

Зайдя в кухню, мы обнаружили там мою маму, так и стоящую над Мечниковым с куском замороженной говядины.

– Здравствуйте, тётя Вера, – улыбнулся Вова. – Это вы Всеволода Игоревича так отделали за то, что они вас с собой в Лондон не взяли? Правильно. Заслужили. Можете и за меня ещё разок ударить.

– В Лондон? – поразилась она. – На самолёте? Уже?

– Не беспокойся, Вера. Он вообще не выпивал там, – зачем-то вступился Мечников, видимо не отошедший от удара по голове.

– А мне ещё и беспокоиться надо? – тут же переключилась мама на него.

Да уж. Вечер перестал быть томным. Прямо-таки семейный ужин со всеми вытекающими.

– Пожалуй я в другой раз зайду, – шепнул Вова. – А где мой…

Щенок весело и задорно играл с Акали у меня в коридоре и явно не собирался домой.

– Потом тебе приведу, – кивнул я и открыл входную дверь, чтобы выпустить Вову.

Но Вова так и остался стоять в проходе, не шелохнувшись, потому что за открытой дверью стояла фигура Сергея Распутина. Он уже занёс палец над дверным звонком и мы так и застали его в этой позе.

– Добрый вечер, а я уже ухожу, – быстро сказал Вова и протиснулся мимо Распутина.

– Вы проигнорировали моё приглашение на встречу, – сухо произнёс он. – У нас есть важный разговор.

– Сергей Олегович, я отказал вам во встрече именно сегодня, потому что у меня были планы, – твёрдо сказал я, вовсе не радостный его нежданному визиту.

– Как я вижу дела уже закончены, а я уже тут, – строго сказал он, проходя внутрь.

Что за безумный день сегодня? Почему я понадобился всем именно сегодня?

– Совет вам да любовь, – сухо произнёс Распутин, первым зашедший на кухню.

Через секунду раздался звон разбитой посуды.

Зайдя туда следом, я увидел лишь резко отстраняющихся друг от друга маму и Мечникова. Их лица были пунцово-красными. Взрослые люди напоминали двух школьников, которых поймали обжимающимися в тёмной кладовке. А рядом на полу лежали осколки чашки, которую эти голубки уронили.

– Сергей, как неожиданно вас тут встретить, – тут же вскочил и протянул руку Мечников.

– Вы тоже меня удивили, – чуть дрогнул уголок рта Распутина, а затем он повернулся ко мне: – Даниил, у вас есть рабочий кабинет, где мы могли бы поговорить?

Но я не успел ответить, потому как мама уже подскочила к нему и аккуратно, но уверенно тянула его к столу:

– Сергей Олегович, не обижайте хозяина и присоединяйтесь к нашему празднованию его титула.

Буквально силой усадив его на стул, она тут же начала хлопотать, наливая чай в одну из уцелевших кружек.

Распутин хмуро взглянул на меня, на что я лишь пожал плечами и также сел за стол.

Глотнув чаю и вежливо отломив ложкой кусок торта, он обратился ко мне:

– И всё же я пришёл сюда для важного разговора.

Я вопросительно посмотрел на него в ожидании продолжения, но он чуть тише произнёс:

– Это личный разговор, касающийся неблагочестивых слухов, что бурно плодятся среди представителей аристократии.

– Полагаю, Сергей Олегович хотел поговорить с тобой из-за слухов о твоей связи с его дочерью, которые витают в высшем обществе, – зачем-то пояснил Мечников, который похоже ударился головой куда серьёзнее, чем показалось вначале. Потому как ничем иным его поведение сегодня объяснить нельзя.

Такая откровенность стала неожиданностью не только для меня. Услышав подобное, Распутин прыснул чаем, окатив Акали и щенка, которые пришли на кухню клянчить кусок замороженной говядины.

– Всеволод Игоревич, вы сегодня невероятно общительны, – буквально прошипел он. – Но я бы предпочёл обсудить интересующие меня вопросы с Даниилом наедине.

Мама тут же шикнула на Мечникова и легонько пихнула его локтём.

Мы с Распутиным вышли в комнату, служившую мне кабинетом.

– Вы обещали мне, что устроите «встречу» Алисы с наследником Морозова. Но вместо этого, весь высший свет уже интересуется какое приданое я готовлю для её свадьбы с тобой, – негромко, но яростно говорил он.

– И эту встречу я устроил, – улыбнулся я.

– Не цепляйся к словам, тебе прекрасно известно о чём я говорю, – шикнул он, чем заставил меня убрать улыбку с лица.

Подавшись вперёд я чеканил каждое слово, заставляя Распутина даже сделать шаг назад:

– Я устроил встречу и точка. Каждый человек волен сам решать свою судьбу и с кем её разделять. Я не занимаюсь сводничеством.

– Ага, это очень заметно, – кивнул он в сторону кухни.

– Это встреча двух людей, у которых есть чувства друг к другу и я лишь создал ситуацию, где они смогли поговорить об этом. Да, Николай испытывал чувства к Алисе и именно поэтому я согласился помочь, но ваша дочь так и не проявила симпатий к сыну Морозова, так что оставьте её и дайте самой решать, – твёрдо сказал я.

– Думаешь, она будет с тобой? Уже примеряешься к моим деньгам и фамилии? – выплюнул Распутин, желая скорее задеть и оскорбить меня, но у него ничего не вышло.

Я лишь снисходительно покачал головой:

– Очень жаль, что вы до сих пор воспринимаете свою дочь как товар и путь к вашему кошельку. Алиса – удивительный человек с прекрасной деловой хваткой, смелая и решительная. В отличие от многих, у неё есть своё мнение и она не боится его высказывать. Посмотрите, каких успехов она добилась в нашем с ней агентстве. И всё это – полностью её заслуга. Не моих идей и не ваших денег, а её смелости и решительности. Если вы думаете, что я нахожусь рядом с ней из-за вас или вашего состояния, то вы глубоко ошибаетесь. Мне нравится Алиса как человек, а не как ваш придаток. И очень жаль, что вы этого не видите.

Его ноздри раздувались с каждым вздохом. Передо мной стоял разъярённый бык, готовый броситься и растоптать противника в любую секунду.

Повисла тишина, как вдруг внезапно её пронзил противный дверной звонок.

От неожиданности мы даже чуть вздрогнули.

– Вы ожидаете ещё кого-то? – удивлённо спросил Распутин.

– Сегодня у меня много незваных гостей, – не сводил я с него взгляд. – Вам стоит пойти и попробовать торт, а я пока узнаю кто там пришёл.

Подойдя к двери, я выдохнул и вновь повернул замок. Положив руку на дверную ручку, я почувствовал как она провалилась вниз. Нежданный гость, услышав щелчок замка, беспардонно сам попытался открыть дверь и я мгновенно понял, кого ко мне ещё принесла нелёгкая.

– Уваров, ты получил мои цветы? Считай это предупреждением. Тебе повезло – у нас проблемы с агентством и мне нужна твоя помощь, так что ты прощён, – зашла она в мою квартиру, как к себе домой.

– Спасибо, я как раз замёрзла, – взяла она кружку с чаем у меня из рук и уверенно пошла по квартире.

Я молча наслаждался происходящим, представляя, что будет через пару минут.

– Отец куда-то уехал по делам и у меня получилось незаметно улизнуть, так что давай быстро обсудим дела и я поеду домой, пока он не устроил очередной скандал, – говорила она достаточно громко, чтобы её было слышно и на кухне.

Алиса зашла в ванную, помыла руки, отпустив парочку шуток касательно забытых ею вещей и в этот момент к ней подбежал щенок Вовы.

– Божечки какая прелесть! – взвизгнула она, подхватив его на руки. – Уваров, почему ты не завёл эту очаровашку до той ночи, как я у тебя тут была.

На кухне вновь раздался звук разбившейся посуды.

На этот раз видимо это была кружка Распутина, опешившего от сказанного его дочерь. Это уже походит на какое-то издевательство. Чем провинилась моя посуда? Надеюсь, больше никаких неожиданных гостей, а то мне так завтра кофе не из чего пить будет.

– У тебя кто-то там есть? – замерла Алиса, предчувствуя беду.

Я шепнул, с трудом сдерживая улыбку:

– Твой отец и моя мама. О свадьбе договариваемся.

Кружка, что Алиса держала в руках, скользнула по тонким девичьим пальцам и с дребезгом упала на пол.

– Да вы прикалываетесь? – выдохнул я, мысленно попрощавшись уже с третьей кружкой за сегодня.

– Привет папа, какая приятная неожиданность, – пролепетала Алиса, зайдя в кухню на ватных ногах.

Дерзкая и уверенная в себе девушка вмиг потерялась под испепеляющим взглядом отца.

Распутин молчал, ничего не говоря, отчего атмосфера в кухне становилась всё напряжённее.

– Что за проблемы? – спросил я, нарушив тишину.

– А? – дёрнулась Алиса, а затем ожила и воспользовалась возможностью сменить тему: – Те рекламщики, от которых к нам ушли клиенты, устроили настоящую блокаду. Они договорились со всеми держателями рекламных мест, киосков, баннеров и растяжек, чтобы нас никуда не пускали. Вся наружная реклама оказалась для нас недоступной.

Что же, этого можно было ожидать. Честно говоря, я думал, что они просто разорвут с нами сотрудничество и перестанут размещаться в Голосе улиц, но, судя по всему, деньги не пахнут и высокая эффективность вкупе с хорошей прибылью не позволяет им отказаться от наших услуг. Тем не менее, они всё-таки объявили нам незримую войну.

– Ты должна наказать их, чтобы остальные даже не смели думать о подобном, – вдруг произнёс Распутин, посмотрев на свою дочь. – Возьми сколько нужно денег и просто выкупи все рекламные места в городе, чтобы мы диктовали им условия.

Сидящий с чашкой чая Мечников присвистнул от такого предложения.

– Боюсь, это может потопить наше агентство. Цена и так непомерно велика, а нам придётся заплатить вдвойне, – спокойно сказал я. – Но Сергей Олегович прав. Мы должны нанести ответный удар.