Текст книги ""Фантастика 2026-95". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Сергей Жуков

Соавторы: Влад Лей,Павел Шимуро,Александр Грохт,Яна Каляева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 200 (всего у книги 352 страниц)

– Почему вы не сообщили властям? – с укором спросил он. – Нужно немедленно рассказать всё Меньшикову.

– Нет, – строго отрезал я. – Он пока ещё один из подозреваемых.

– Даниил, неужели у тебя есть ещё какие-то сомнения что это не Распутин? – нахмурился глава моей охраны.

– В этот раз я склонен согласиться со Станиславом. Это точно Распутин, – вторил ему Всеволод Игоревич.

Нет. Что-то не сходится. Это просто не может быть он. Или я просто не хочу в это поверить? Из-за общего с ним бизнеса, который пойдёт прахом в случае, если Распутин действительно окажется нашим таинственным злодеем. Из-за Алисы, которая потеряет единственного родного для неё человека. Из-за своей гордости, которая просто не желает признавать что я мог так ошибиться в человеке.

– Помните что сказал следователь Колобов? Тот, кого мы ищем не пьёт кофе, предпочитая ему чай с молоком, – заметил я. – Мне не даёт покоя эта деталь.

– Даниил, ты серьёзно будешь руководствоваться такими мелочами, когда у нас есть куда более веские доказательства причастности Распутина? – возразил Мечников.

– Дьявол кроется в таких вот деталях, – задумчиво протянул я. – И именно детали как раз не сходятся.

Да, возможно я сейчас выступал адвокатом этого самого дьявола. Но пока не доказана вина, каждый имеет право на адвоката.

– Понимаю твои чувства, но факты говорят сами за себя и мы не можем закрывать на них глаза, – Мечников положил мне руку на плечо. – Сегодня мы возьмём его и добьёмся ответов чего бы это ни стоило.

Покачав головой, я не согласился с их мнением, но кроме предчувствия и собственных догадок, веских доказательств невиновности Распутина у меня не было.

Вернувшись к гостям, я не мог выбросить прошедший разговор из головы. Всё моё нутро сопротивлялось и было тревогу. Мы ошибались, но доказать это я никак не мог.

– Представляешь себе? – вырвал меня голос Хвалынского из этих мыслей.

– А? – переспросил я, вообще не помня что он только что мне рассказывал.

– Говорю, что капитан испанцев в итоге бутсы с липучками стал носить, – повторил он. – Ну, после того матча, где мы с тобой к полю прошли.

– Серьёзно? – не поверил я.

– Ещё как! – кивнул Хвалынский, закинув в рот тарталетку с икрой. – Кто-то подсчитал, что он больше десяти раз шнурки завязал. Вот людям заняться нечем, кроме как считать кто сколько раз шнурки завязывает.

– Поразительно, я тогда этого не заметил даже, – улыбнулся я.

– А то! Надо на футбол смотреть, а не на такую ерунду, – одобрительно крякнул он, опрокинув стопку водки. – В итоге-то испанцу прозвище дали – эль бамбино. Типа он как ребёнок малый не умеет шнурки завязывать.

Эх. Жаль этого добряка. Я вовсе не желал зла капитану испанцев, рассчитывая что моя шалость останется незамеченной.

– Кстати, я недавно опять видел на стадионе того англичанина, с кем вы познакомились на матче. Джеймс, кажется, – вспомнил Хвалынский. – Он болел за Челси в матче с Ливерпулем.

– Да, он тот ещё любитель футбола, – улыбнулся я, вспоминая, как пьяный агент английских спецслужб пытался уговорить меня вложить денег в его любимый клуб.

– Матч был потрясающий. Жаль, что вам не удалось выбраться на него, – раздосадовано покачал головой Хвалынский.

– Я бы с радостью, но работа не отпускает, – улыбнулся я.

– Даниил, это не повод пропускать такое событие, – с укором сказал фанат футбола. – Я и сам лишь в последний момент смог сорваться, а кое-кто приехал туда прямиком с больничной койки.

– Боюсь, вы у нас один такой любитель футбола, – рассмеялся я.

На что Хвалынский заметил, что среди моих знакомых есть и другие подобные фанаты и назвал фамилию.

Мои глаза мгновенно округлились. Мир вокруг затих в шуме собственных мыслей. Этого просто не может быть.

Глава 6

Мой слух резанула знакомая фамилия и я тут же стал серьёзным.

– Что вы имеете ввиду? – нахмурился я. – Вы встретили там Долгопрудного?

Хвалынский немного растерялся от моей внезапной перемены:

– Ну не совсем встретил, просто видел его мельком.

– Виктор Григорьевич, вы уверены? – машинально подался я вперёд, заставив его даже чуть отступить.

– Даниил, что случилось? Он не должен был там быть? – нахмурился Хвалынский.

– Пожалуйста, это очень важно. Вы уверены, что это был именно Долгопрудный? – с нажимом спросил я.

Всё моё нутро кипело и горело. Всё дело в том, что матч, про который говорит Хвалынский, проходил в тот самый день, когда я заявился в поместье Долгопрудного с внезапным визитом.

– Уверен, Даниил, – хмуро ответил он. – Его раны на лице после покушения ни с чем не перепутать.

Если в тот день он был в Лондоне, то чей голос я слышал там, в поместье? И тут меня прострелило осознание: тот пластиковый щелчок, что я слышал в конце разговора Долгопрудного со слугой – это был звук кладущейся на базу телефонной трубки. Слуга просто разговаривал со своим хозяином по громкой связи! Именно поэтому я не увидел Долгопрудного в комнате, когда слуга выходил.

Я резко обернулся и не заметил среди гостей Распутина. Также не было и Гончего с Мечниковым.

Твою мать, неужели они решили действовать⁈

Стараясь сохранять спокойствие и не вызывать подозрений, я медленно вышел из зала, а затем бросился к кабинету. Схватившись за ручку, я услышал грозный голос Гончего, который явно вёл допрос с пристрастием. Да что они вообще творят, идиоты⁈

– Станислав, это не он, – распахнув дверь, выкрикнул я. – Прекратите!

– Ещё как он! Этот проныра шастал по неотремонтированной части и фотографировал там всё, – злобно прорычал глава моей охраны. – Вы только гляньте на эту журналистскую рожу. Да от неё жёлтой прессой за километр несёт.

Вот ведь блин. Гончий поймал настоящего шпиона. С одной стороны мне очень приятно, что он столь профессионален и так быстро и легко вычислил крота, но с другой – именно этого крота не нужно было вычислять.

– Много успел наснимать и всего увидеть? – грозно спросил я.

– Не знаю, но с учётом что прошло уже два часа, то думаю – более чем, – рявкнул на перепуганного Леонида тот.

Отлично. Значит материал есть. Нужно теперь как-то аккуратно отпустить его да так, чтобы он не понял, что его используют.

– Так жаль ломать ему руки, – задумчиво произнёс я. – Ведь прошлая его статья мне действительно понравилась.

– Руки⁈ Да господи помилуй, зачем же ломать⁈ – воскликнул журналист, но тут же замолк, едва Гончий посмотрел на него.

– Как вам у меня в поместье, Леонид? Понравилось? – внезапно спросил я его.

– О-оч-чень, – заикаясь, закивал он.

– Жалко, что чиновники не хотят, чтобы я восстановил его целиком. Они считают, будто в заброшенном виде оно смотрится лучше, – грустно развёл я руками.

– К-конечно ж-жаль, – вновь закивал перепуганный журналист.

– Леонид, хватит вам трястись. У нас сегодня праздник, так что никто вас калечить не будет, – спокойно сказал я, на что Гончий недовольно посмотрел на меня. – Но наказать вас всё-таки надо.

– Н-наказать⁈ – испуганно воскликнул он, уже подумав, что его просто отпустят.

– Конечно же, – хищно посмотрел я на него. – И вашим наказанием будет…

– Даниил, неужели ты всерьёз отправил его работать официантом? – возмутился Гончий. – Это всё равно что лису запустить в курятник.

– Абсолютно серьёзно, – кивнул я. – И с чего ты взял, что это и не было моей целью?

Он удивлённо посмотрел на меня, а затем тихо буркнул:

– Можно было и предупредить.

– Да к чёрту этого журналиста, есть информация куда важнее: Распутин – не наш злодей! – воскликнул я, резко меняя тему.

– С чего ты так решил? – раздался ледяной голос Сергея Олеговича, стоящего в дверях в сопровождении Мечникова, который был растерян не меньше князя.

Это выглядело словно сцена из дешёвой комедии, вот только никому не было смешно.

– Полагаю, вам следует мне кое-что объяснить и сделать так, чтобы я поверил в это, – сухо произнёс Распутин, пройдя в кабинет.

Но вводить его в курс дела никто не спешил. В глазах Мечникова и Гончего он всё ещё был главным подозреваемым.

Вот только я уже знал на сто процентов, что Распутин не при чём. Именно поэтому, не стесняясь спросил:

– Почему машина с краденным артефактным оружием заезжала на ваш склад? И зачем вы солгали мне, что не знаете кому принадлежит тот склад?

Распутин безэмоционально посмотрел на меня и вальяжно сел на отреставрированный диван.

– Это допрос? – поднял он бровь, окинув взглядом стоящих вокруг него людей.

– Это вопрос, – спокойно ответил я.

– Тогда и вы ответьте на мой, – невозмутимо сказал он. – Какого чёрта происходит и почему я должен что-то вам объяснять? Мой бизнес вас не касается.

– Даниил, да тут всё очевидно! Зачем нам вообще разговаривать с этим человеком⁈ – возмутился Всеволод Игоревич. – Необходимо задерживать его и вызывать Меньшикова.

– Ты что себе позволяешь? – вспыхнул Распутин. – Кажется, дружба со скрывающимся менталистом не пошла тебе на пользу.

Мечников слегка растерялся от этого заявления:

– Откуда ты…

– Я знаю всё про всех, – с нажимом сказал тот, обведя нас взглядом. – И не думайте, что от меня укрылось то, чем вы занимаетесь последнее время.

– Даниил, один приказ и я… – прорычал Гончий, готовый вцепиться в глотку Распутина, словно бойцовский пёс.

Атмосфера в кабинете накалилась до предела и пожар мог вспыхнуть в любую секунду. Пора было брать ситуацию под свой контроль.

– Тихо! – властно приказал я.

В воздухе повисла звенящая тишина.

– Долгопрудный завладел империей Волка и поставляет контрабанду через ваши логистические компании, – строго сказал я, посмотрев на Распутина. – Нравится вам это или нет, но вам придётся ответить на наши вопросы. Сейчас мы все в одной лодке, вот только нам не принадлежат фирмы, замешанные в государственной измене, а у вас – есть.

Распутин смотрел на меня, страстно желая испепелить взглядом. Но он прекрасно чувствовал, что я говорю абсолютно серьёзно.

Но он ничего не успел сказать, потому что раздался голос Мечникова:

– Даниил, ты ошибаешься. Это не может быть Долгопрудный. Его едва не убили прямо у тебя на глазах, если бы не ты…

– Если бы не я, то этого нападения бы не случилось, – парировал я. – Вернее оно бы случилось, но в другом месте и при других обстоятельствах. Это было представление для одного зрителя и им был я.

– О чём ты говоришь⁈ – вмешался Гончий. – Хочешь сказать, что это была постановка и он сам на себя напал⁈

– Именно, – кивнул я. – Мы играем против гениального стратега и подобный ход – в его стиле. Кто в здравом уме после покушения будет подозревать его?

Все молчали.

– Вот именно, – продолжил я. – Все детали указывали на Долгопрудного с самого начала и мы когда-то даже подозревали его, но после покушения никто всерьёз его не рассматривал.

– Детали? – нахмурился Мечников.

– Он всегда был рядом с оружейным заводом. Карамзин считал, что Долгопрудный – мелкая пешка, которой он крутит и помыкает как ему вздумается. Но всё это время именно Долгопрудный держал ситуацию под своим контролем и крутил Карамзиным как ему выгодно. Именно он договорился с англичанами, чтобы те подговорили Волка избавиться от Карамзина, – объяснял я свои догадки. – Всё было спланировано с самого начала. Все мы были фигурами на его шахматной доске и он продумал каждый ход до последнего.

Сделав паузу, я прошёл к столу и, сделав глоток воды, продолжил:

– Я долго не мог понять кто прислал документы, подтверждающие причастность Карамзина к контрабанде в мою газету. Это точно был человек, приближённый к самому Карамзину, кто-то, кому тот доверял.

– И зачем Долгопрудный сделал это? – нахмурился Гончий.

– Тем самым он уничтожил репутацию Карамзина и цена на оружейный завод упала на самое дно, после чего Долгопрудный «благородно» приобрёл его, помогая вдове Льва Александровича, – как само собой разумеющееся сказал я.

– А убийство Волка? – поинтересовался уже Мечников.

Задумавшись, я высказал своё предположение:

– Полагаю, что тут его план дал сбой и всё из-за меня. Учитывая то, как рьяно некто искал флешку с компроматом, что я нечаянно обнаружил в кабинете Карамзина, то это выбивалось из продуманной партии Долгопрудного. Он знал о том, что Карамзин держал Волка на коротком поводке за счёт собранного компромата и хотел забрать криминальную империю без крови, просто переманив людей и шантажом выдавив Волка.

– Но ты нашёл компромат первым, из-за чего Волк погиб, – сказал Гончий, а я тем временем недоверчиво взглянул на Мечникова, который застрелил Волка, чтобы явно что-то скрыть от меня. Впрочем, это уже совсем другая история.

– А ещё я нашёл компромат на самого Долгопрудного, – вернулся я к главному. – Просто мы не связали те документы с ним. Карамзин оказался не так прост и понял, что кто-то пытается завладеть всем его криминальным бизнесом и планомерно собирал доказательства этого.

Лёд тронулся. Мои аргументы и доводы были слишком убедительны, чтобы не поверить.

– Ну и самая главная деталь, – улыбнулся я. – Та самая, в которой скрывается наш дьявол. Чай с молоком.

– Что? Ты серьёзно? – не выдержал и фыркнул Мечников.

– Абсолютно, – кивнул я. – На приёме у Мечникова я лично видел, как Долгопрудный пил чай с молоком. Точно так, как делает наш таинственный злодей.

– Это не доказательства, – скривил губы лекарь. – Это – лишь теории и догадки. Всё очень натянуто и нет ни единой весомой улики. С чего ты взял

– Десять минут назад я узнал о том, что в то время, когда я был в поместье Долгопрудного и его слуги уверяли меня о том, что он находится на процедурах, на самом деле он был в Лондоне и встречался с вашим английским другом Джеймсом, – ответил я, чуть усмехнувшись. – И мы бы никогда об этом не узнали если бы не случайность и любовь к футболу одного аристократа.

Мечников слегка покраснел, вспомнив события того вечера.

– Даже если это так, то всё равно всё звучит слишком сложно, – хмыкнул Гончий.

Но внезапно ответил ему Распутин:

– Для Долгопрудного – нет. Он самый гениальный шахматист, кого я знаю. Если кто-то и смог бы провернуть подобное – то только он. Я давно наблюдаю за ним и его действиями. С тех самых пор, когда он хотел занять место Васнецова в моём бизнесе и использовать мои каналы поставок для контрабанды.

Распутин посмотрел на меня и легонько кивнул, давая понять что помнит, кто тогда спас его бизнес от подобного.

– Но это никак не объясняет что машина с артефактным оружием делала на ваших складах, – прожигающе посмотрел на Распутина Гончий.

– Да, больше походит на то, что ты продолжаешь выгораживать его, никак не желая признавать, что злодеем оказался твой бизнес-партнёр и отец твоей… – Мечников осёкся, не договорив свою мысль до конца, но всем всё было и так ясно.

Повисла неловкая пауза. Понятно. Вот и вырвались наружу истинные мысли. Не сомневаюсь, что Гончий считает также, просто не может позволить себе озвучить это. Честно говоря, сейчас мне было плевать на чужое мнение, потому что я наконец-то узнал имя своего врага и осталось лишь найти способ доказать это всем остальным.

Распутин, после сказанного Мечниковым, как-то иначе взглянул на меня. Несмотря на подозрения, он был абсолютно невозмутим.

– Так уж и быть, я отвечу на ваш вопрос, – внезапно сказал он, нарушив тишину. – Да, я прекрасно знаю о том, что артефактное оружие проходит через мои склады.

Все удивлённо посмотрели на него.

– И в этом нет ничего незаконного, – продолжил он. – Именно мои фирмы занимаются поставкой вооружения для армии, находящейся в Европе.

– Зачем вы мне соврали? Почему не сказали сразу? – спросил я.

– А почему я должен об этом говорить? Это секретные поставки, которых нет ни в одних документах, – холодно ответил он.

– Но ведь я видел лишь одну машину, ту самую, в которую загружали определённые кейсы, – нахмурился я.

– Фургоны всегда следуют через разные склады и разными маршрутами, – заметил Распутин. – Или вы думаете, что перевозка артефактного оружия настолько же примитивна, как доставка газет?

Это был камень явно в мой огород.

– Повторять свои ошибки и подставляться под удар, делая подобное открыто я не собираюсь, – холодно закончил он и я прекрасно понял, что он имеет в виду случай с убийством его жены. Скрывая всё это, он защищает Алису.

В глазах Мечникова и Гончего читалась лёгкая растерянность. Их вера в то, что злодей именно Распутин, пошатнулась. Сейчас они впервые всерьёз задумались над тем, что Долгопрудный действительно может быть причастен.

– Полагаю, что доказывать что-либо Даниилу мне не нужно, – вновь заговорил Распутин и достал из кармана свой телефон.

Выключив, он протянул его Мечникову и добавил:

– Поехали.

– Куда? – удивился тот.

– На склад, – понял я замысел Распутина. – Сергей Олегович хочет, чтобы вы вместе с ним немедленно обыскали то место в поисках улик. Он будет вместе с вами без телефона и не сможет никого предупредить об этой внезапной вечерней проверке.

Он одобрительно кивнул, подтверждая мои слова, а затем обратился ко мне:

– А вас, Даниил, я тогда попрошу присмотреть за Алисой и сопроводить её домой.

Глава 7

Дзы-ы-ы-ынь. Дзы-ы-ы-ынь. Дзы-ы-ы-ынь.

Мерзкая трель будильника на телефоне выдернула меня из сна. Состояние было такое уставшее, будто я лёг полчаса назад. Вот что значит проснуться не в той фазе сна.

Я потянулся к телефону, чтобы выключить, но внезапно другая рука с размаху ударила по дребезжащему мобильнику. Затем ещё и ещё, пока он наконец не умолк.

Что это сейчас было?

Повернув голову, я увидел россыпь рыжих волос на соседней подушке. Причём и подушка была не моя. Приподнявшись, я огляделся по сторонам и подтвердились мои опасения. Это была комната Алисы Распутиной.

Проснуться не в той фазе и не в той кровати – это, как говорится, две большие разницы. Кажется, я перестарался, выполняя просьбу Распутина присмотреть за его дочерью.

Под одеялом рядом зашевелилась хозяйка комнаты. Алиса, словно зомби, медленно поднялась и потянулась, подняв вверх руки. Она ещё не осознала, что произошло, поэтому ничуть не стеснялась того, что была абсолютно голой.

– Кхм, – чуть кашлянул я.

Она так и замерла с поднятыми руками, словно находилась под дулом пистолета. Её голова медленно повернулась и она увидела меня рядом. Зелёные глаза девушки неправдоподобно расширились, а щеки мгновенно залились краской. Смущённо обхватив руками свою грудь, она выпалила:

– Что ты со мной сделал⁈

Осознав, что её изящные небольшие ладони плохо закрывают большую грудь, Алиса резко дёрнула шёлковое одеяло на себя, укутавшись в нём целиком. Вот только одеяло было одно и тем самым она полностью стянула его с меня.

– Это я хочу узнать у тебя. Какого чёрта я в твоей кровати абсолютно голый? – спросил я, отвоёвывая обратно кусок одеяла.

Алиса яростно сопротивлялась, не сводя с меня взгляда. И чем дольше она смотрела, тем краснее становились её щёки и уши. Встав с кровати я осмотрелся по сторонам и грозно спросил, уткнув руки в бока:

– Распутина, где моя одежда?

А затем добавил:

– Мои глаза гора-а-а-аздо выше.

Но она ничего не ответила, потому что за дверью послышались шаги и голос её служанки.

– В шкаф, живо! – шикнула Алиса, вскакивая с кровати.

– Чего? Ты совсем обал… – возразил я, но девушка подлетела ко мне, словно молния и мощным ударом толкнула меня в открытую дверь гардероба.

В этот момент ей только не хватало крикнуть «Это спарта!!!».

Упав на спину, я так и лежал: голый, в темноте и не имеющий ни малейшего понятия, что произошло вчера и как я здесь оказался.

* * *

Марина вот уже тридцать минут дежурила под дверью своей госпожи, ожидая её пробуждения. Эту ночь служанка запомнит надолго. Впрочем, если бы не её поистине героические действия, то похождения её госпожи стали бы достоянием всего поместья.

Сонная и уставшая, фрейлина не позволяла себе уснуть. Она словно солдат почётного караула не отходила от двери. Отгоняя из крыла Алисы всё прочую прислугу. Впрочем, это вряд ли помогло сохранить в тайне происходящее сегодня ночью, уж больно громко и страстно кричала её госпожа. Вспоминая эти звуки, кровь приливала к лицу Марины и она невольно улыбалась, радостная за свою госпожу.

Придётся согласиться сходить на свидание с Максом, – думала она, уверенная в том, что именно это запросит влюблённый в неё парень за то, что распустит слух о том, что виновники ночных звуков – он с Мариной, поддавшиеся чувствам во время отсутствия хозяина поместья. Впрочем, Марина сейчас была так взбудоражена, что была даже не прочь сходить на свидание, вот только прежде – выспаться.

За дверью послышались звуки. Перепуганные голоса, споры, шёпот.

– Вчера вы стеснялись куда меньше, – тихонько хихикнула служанка, вспоминая, как её госпожа с Даниилом едва не устроились в столовой, затем в гостинной, а кабинет хозяина Марина чудом спасла от подобной участи, вовремя его заперев.

Ладно, поворковали и хватит, – решила для себя она и потопала у двери, предупреждая о своём приходе.

За дверью послышалась возня, звук удара, а затем Марина медленно открыла дверь, обнаружив Алису, стоящую посреди комнаты, укутавшуюся в одеяло.

– Алиса Сергеевна, всё в порядке? – спросила Марина.

– А? Да, да. Просто замёрзла немного, – растерянно ответила та.

Из гардероба послышалось негромкое «О, а вот и моя одежда», но фрейлина даже ухом не повела, понимая, что хозяйка явно не желает афишировать произошедшее.

– Может быть я тогда принесу вам горячего кофе? – услужливо предложила она. – Двойную порцию, чтобы наверняка согреться.

Алиса кивнула, отпуская служанку и едва за той закрылась дверь, как тут же бросилась к гардеробной.

– Девушка, вас стучаться не учили? А если бы я был тут голый? – возмутился, а затем улыбнулся.

Она зашла внутрь тесного помещения и шикнула:

– Выйди, мне надо одеться!

Я пошёл к выходу и, пробираясь мимо неё, наши лица оказались друг рядом с другом. Взгляды встретились и я не раздумывая поцеловал её. Не так, как целуются в школе, а так, как делают это люди, желающие показать что прошедшая ночь не была ошибкой.

Алиса не отстранилась, не оттолкнула меня. Она закрыла глаза и утонула в моём поцелуе. А затем… Я почувствовал, как её руки обвились вокруг моей шеи и ничем не удерживаемое одеяло упало на пол.

– Хоть я ничего не помню, но у меня стойкое ощущение, что ночь была потрясающей, – шепнул я ей на ухо.

Она покраснела и обняла меня, положив голову на плечо, уже ничуть не смущаясь того, что на ней не было одежды.

– Мне пора, а то Марина скоро вернётся с твоей двойной порцией кофе, – поцеловал я рыжие волосы и, развернувшись, пошёл к выходу. – Нужно как можно скорее выяснить, что же произошло этой ночью и почему мы ничего не помним.

Но не успел я выйти из полумрака гардеробной, как сзади меня обхватили две нежные руки и сомкнулись на груди. Я чувствовал тепло её тела, прижатого к моей спине.

– Постой… я поеду с тобой, – тихо произнесла она.

– Хорошо, тогда буду ждать тебя в машине, – ответил я.

– Но как ты пройдёшь? Там ведь куча прислуги, отец… – испуганно спросила она.

– У меня есть свои секреты, – усмехнулся я, прикоснувшись к артефактному кольцу невидимости, теперь всегда лежащему у меня в кармане.

Выйдя из поместья без каких-либо проблем, я подошёл к парковке:

– Ну и как это понимать? – хмыкнул я, не обнаружив там свою машину.

Не придумав ничего лучше, я забрался на заднее сиденье джипа Алисы и снял кольцо невидимости.

Через десять минут на парковке появилась Алиса. Она стала озираться по сторонам, явно в поисках меня, а потом со злостью топнула ногой и вытащила из сумочки телефон.

Несколькими секундами спустя мой мобильник завибрировал.

– Уваров, по твоему это смешно? – раздался недовольный голос в трубке.

Я с трудом сдержал смех и сказал:

– Догоняй.

Через стекло я наблюдал как девушка в норковой шубке недовольно потрясла руками, а затем быстро направилась к своей машине. Открыв водительскую дверь, она бурча села за руль:

– Ну я тебя догоню, так догоню, тебе мало не покажется. А я дура уши развесила, потрясающая ночь блин, ну гад!

Сидя на заднем сидении я уже и не знал как поступить. Честно говоря, я и не думал подслушивать или пугать её, но теперь оказался в щекотливом положении. Боюсь даже представить как она будет кричать, если я сейчас постучу ей по плечу.

Подумав об этом я жадно улыбнулся, с трудом подавив в себе желание это сделать, а затем достал телефон и набрал сообщение:

«Привет. Только не пугайся. Я сижу на заднем сидении»

Сидящая на водительском сидении девушка затихла, а потом медленно перевела взгляд на зеркало заднего вида. Увидев это, я широко улыбнулся и помахал рукой.

– Уваров! Р-р-р-р-р! Как же ты меня бесишь! – взревела она и заколотила по рулю.

– И я тебя обожаю, – кинул я, ловко перелезая на переднее сидение. – Поехали уже.

– Где твоя машина? Что за шутки? – гневно спросила она, выруливая на широкий проспект.

– Понятия не имею. Поехали в моё поместье и постараемся это выяснить, – сказал я, указывая дорогу.

* * *

Поместье Уваровых

– Даниил Александрович, добрый день, не ожидал вас сегодня тут увидеть. Забыли что? – вежливо обратился ко мне Михаил, видя рядом Алису Распутину.

– Да, кое-что мы забыли, – не сдержал я улыбки от этого каламбура. – Вот только не вещи, а события.

– Понимаю, – расплылся в улыбке он.

Я с интересом посмотрел на него, ожидая пояснений, но он поднял руки и замотал головой:

– Нет, нет, ничего такого. Просто у самого такое бывало.

– И тем не менее, ты видел нас вчера? – спросил я.

– Конечно же, – кивнул он. – Вы с Алисой Сергеевной проводили гостей и она попросила провести экскурсию по поместью.

Вот как. Интересно, но пока ничего не объясняет.

– Госпожа много… кхм… шутила, рассказывая какие помещения следует реставрировать в первую очередь, какого размера необходим гардероб, кровать… – слегка смущённо рассказывал прораб. – Честно говоря, мне даже показалось, что… вы с Алисой Сергеевной, ну это… вообщем она себя вела, словно уже была тут полноправной хозяйкой.

Я грозно посмотрел на Алису, на что она лишь хмыкнула:

– Ничего такого не припоминаю.

Что же вчера случилось? Эта бестия что, отыскала где-то приворотное зелье, а теперь делает вид что и сама ничего не помнит?

– А дальше что было? – обратился я к прорабу.

– Дальше… – почесал он затылок. – Дальше я собрался и поехал домой, так что не могу точно сказать. Но вы ещё ходили к сгоревшей пристройке.

Да уж, понятнее не стало. Можно лишь быть уверенным, что к алкоголю мы не прикасались, так что все становится ещё страннее.

– О! – воскликнул Михаил и хитро улыбнулся, явно о чём-то вспомнил. – В вашем кабинете мы сегодня обнаружили следы… кхм… характерного беспорядка. Словно там кто-то… ммм… дрался.

По его хитрому взгляду, который он переводил то на меня, то на Алису, я прекрасно понял, что происходила там вовсе не драка. Поняла это и сама Алиса, судя по пунцовым щекам и ушам.

Отпустив прораба, мы пошли в кабинет. И едва зашли внутрь, как я понял что Михаил был весьма тактичен. Вчера тут поселилась страсть. Ну или парочка разъярённых барсуков.

– Давай я помогу прибраться, – смущённо произнесла стоящая рядом девушка.

Но я её уже не слышал. Всё моё внимание было обращено к отреставрированному письменному столу. Но привлёк меня не стол, а чёрный, обугленный ключ, торчащий из едва заметной щели сбоку. В два шага оказавшись рядом с ним, я повернул ключ и раздался щелчок внутреннего механизма.

Затаив дыхание я выдвинул тонкий потайной ящик, внутри которого лежал пожелтевший лист бумаги.

– Офигеть! Старинное письмо! – воскликнула Алиса, хватая записку, но я тут же закрыл ей глаза рукой и сказал:

– Отдай и не вздумай его читать, – властно сказал я.

– Что? Почему? – не поняла она, опешив от моих действий.

Но мой тон не предполагал вопросов и я забрал старинный приказ. В том, что это был приказ, заставивший нас с Алисой… потерять разум, у меня не было ни малейших сомнений и повторять сейчас то же самое я не хотел. Вернее, я бы хотел повторить и запомнить это.

– Здесь написан текст приказа, из-за которого мы с тобой проснулись сегодня вместе и ничего не помним, – спокойно объяснил я, положив лист текстом вниз.

– Что⁈ Зачем ты его сюда подложил⁈ Зачем такое написал? – воскликнула она, мгновенно свирепея.

– Успокойся, не клал я сюда ничего. Видишь же, что бумаге много десятков лет. Да и что там написано я не знаю, просто предположение, – осадил я её.

– Так давай посмотрим, – пожала она плечами, а затем сама же поняла и покраснела. – А-а-а-а.

Читать его нельзя даже мне. Это приказ очень сильного менталисты, если подействовал даже на меня.

– И что будем делать? – захлопала она ресницами.

– Насчёт письма – я придумаю способ безопасно узнать что там написано, а насчёт последствий сегодняшней ночи… – я посмотрел на стоящую рядом девушку и улыбнулся. – Можно и повторить.

– Уваров блин! – стукнула она меня, но я успел заметить искру, промелькнувшую в её глазах.

– Поехали, больше мы вряд ли что-то узнаем. Остаётся надеяться, что больше никаких глупостей мы не натворили, – кивнул я на выход. – А ещё нужно выяснить где моя машина.

* * *

Дом на Арсенальной набережной

– Тебя точно не надо подвезти к штрафстоянке? – спросила Алиса, остановив машину у моего дома.

– Нет, позвоню Гончему, чтобы он сам этим занялся завтра, – ответил я.

По пути мне пришло сообщение от центра городской эвакуации о том, что моя машина была припаркована в неположенном месте рядом с Исаакиевским собором и была перемещена на штрафстоянку. Интересно, что мы там делали, зачем оставили машину и как добрались до поместья Распутиных пешком?

Открыв дверь, я не спешил выходить. Перегнувшись через центральную консоль, я положил руку на затылок девушки и властно притянул к себе, страстно поцеловав. После этого ничего не говоря вышел на улицу, оставив раскрасневшуюся Алису замершей в этой позе.

Не успел я дойти до дверей подъезда, как оттуда буквально вылетел разъярённый Нестор Павлович и прижал меня к стене дома:

– Ты! Я тебе устрою сладкую жизнь, понял? Ишь чего удумал творить! Ты кажется не понял кто я такой!.

Подобное ошарашило меня так, что я не сразу нашёлся что ответить.

– А ведь я действительно не знаю кто вы такой, – пожал я плечами, отмерев.

– Сказать кто я? – просипел дед? – Я теперь твой ночной кошмар!

У него что, весеннее обострение началось? Рано вроде, февраль только на дворе.

Дед продолжал сыпать угрозами и грозиться небесными карами, не пропуская меня в дом. Мне это порядком надоело, если не сказать грубее. Сосед был явно с приветом и сейчас я похоже попал на его очередной приступ.

И тут я так разозлился на него, что мне вдруг пришла глупая но безумная идея. Достав из кармана лист и карандаш, я написал короткий приказ, а затем вытащил из сумки то старинное письмо, читать которое не решался.