Текст книги ""Фантастика 2026-95". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Сергей Жуков

Соавторы: Влад Лей,Павел Шимуро,Александр Грохт,Яна Каляева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 155 (всего у книги 352 страниц)

Да уж, вот оно студенческое счастье, – улыбнулся я и вдавил газ, чтобы проскочить на мигающий зелёный.

Бросив машину недалеко от входа на арену, расположенную в самом конце Крестовского острова, мы быстро пробирались сквозь толпу людей. У них не было билетов внутрь и они дежурили на улице, в надежде взглянуть хотя бы на проезжающих мимо бойцов, а если повезёт, то даже урвать автограф.

Для безбилетников даже была организована специальная зона с трансляцией боёв в специальном шатре за скромную плату в десять рублей.

– Отлично, как раз вовремя. Ты отлично водишь, да ещё машина такая резвая! Давно на ней катаешься? – поинтересовался Вова, когда мы уже забегали в огромные стеклянные двери.

– Да, нет, совсем недавно, – отмахнулся я, выворачивая содержимое карманов в небольшой лоток, чтобы рамка металлодетектора наконец впустила меня внутрь.

Повсюду было множество фанатов. Они все оживлённо переговаривались, спорили и даже пытались изображать некоторые приёмы. Подогреваемые адреналином, кровью и потом, коридоры арены гудели, словно пчелиный улей.

И вот наконец, дойдя до нашего сектора, мы толкнули тяжелые двери и погрузились в удивительный мир магических единоборств.

Глава 4

Зайдя в огромный зал, где проходили бои, я поначалу даже не понял, что происходит.

Шум людей в коридорах был прелюдией перед по-настоящему оглушительным рёвом толпы на самой арене. Уши мгновенно заложило, а ярко освещённый октагон, контрастирующий на фоне мрака трибун, поначалу показался огромным светлым пятном.

Но спустя пару секунд органы чувств адаптировались к местным условиям, и я воочию увидел местный Колизей. Большая восьмиугольная площадка была по размеру как половина баскетбольной площадки. На вид обычная сетка, ограничивающая поле боя, в действительности была невероятно тонкой работой артефактора. Тонкая проволока образовывала особый рунический рисунок, который не пропускал атаки бойцов наружу, позволяя зрителям наслаждаться зрелищными приёмами с расстояния пары метров.

– Да-а-а-а-а-мы и господа! Давайте поприветствуем следующих бойцов! – громогласно провозгласил ведущий в спустившийся с потолка микрофон. – Непоколебимый Евгений Го-о-о-о-рец Нечаев!

Толпа взорвалась криком и улюлюканьем. Каждый орал во всё горло, словно пытаясь оглушить бойцов. Не дожидаясь, когда арена стихнет, ведущий представил второго бойца:

– И его соперник. Восходящая звезда ММА-сцены прямиком из нашего славного города. Максим Коваленко по прозвищу Бе-е-е-езумный…

– МА-А-АКС! – взорвались трибуны хором.

Местный боец был явным выбором зрителей в этой схватке. Хотя и не являлся фаворитом.

Участники боя не стали тянуть резину и как только прозвучал гонг, ринулись навстречу друг другу.

Огневик тут же выпустил перед собой хлыст, попытавшись сразу добраться до ног соперника, но Безумный Макс мгновенно отреагировал, подпрыгнув и пропустив атаку под собой. А следом, не успев даже приземлиться, он создал водяное лезвие из жидкости, что находилась в специальном желобе по периметру октагона, и направил его прямиком в Нечаева.

– Какая стремительная контратака! – прокомментировал ведущий действия местного любимца. – Он почти смог достать противника!

Маг огня в последний момент перекатом ушёл в сторону, разминувшись с лезвием в считанных сантиметрах. Тончайший слой воды со всей мощью ударил по земляному полу, подняв в воздух клубы грязи и пыли.

– Уа-а-а-а! – заревела толпа, радуясь зрелищному приёму.

Но внезапно соперник всеобщего фаворита приложил руки к земле и прямо из того места, где стоял Коваленко вырвался столб огня. Водник, предвидя эту атаку ушёл в сторону, но тут же из под его ног вырвалось ещё одно пламя. Но и на этот раз приём Горца не достиг цели.

И тут толпа ахнула и затихла. Аккурат из того места, куда ушёл их фаворит вырвался третий огненный столб. На этот раз атака была выполнена чуть раньше и не дала человеку шансов увернуться.

– Невероятно! – завопил ведущий и толпа взорвалась с утроенной силой, хотя было сложно такое даже вообразить.

Безумный Макс, полностью оправдывая своё прозвище, приземлился с высоты на уже торжествующего соперника, обрушив на того глыбу полузамёрзшего льда.

Раздался звук мощного удара, тут же утонувший в ликовании фанатов. Арену накрыло водяным облаком, а когда оно рассеялось, перед зрителями предстал Коваленко, победно стоящий над поверженным огневиком.

– Фантастический приём! – не унимался ведущий. – Он создал водяной щит прямо под собой и взмыл на потоке пламени вверх, чтобы нанести свой сокрушительный удар! Мы стали свидетелями ошеломляющей победы, которая несомненно станет украшением сегодняшнего вечера!

Подбежавшие медики уже привели в чувства проигравшего и он, пошатываясь, протянул руку торжествующему воднику, чтобы поздравить с победой. Но тот довольно хамским движением оттолкнул соперника и, схватив микрофон из рук вошедшего в октагон ведущего, закричал на весь зал:

– Кто следующий⁈

Зрители рвали глотки, пытаясь докричаться до бойца.

– Я уничтожу каждого, кто посмеет встать на моём пути! Вы все ничтожества, не достойные даже боя со мной! – захлёбываясь словами, кричал Безумный Макс, а затем нашел снимающую его камеру и обратился прямо в объектив: – Неуязвимый, я вызываю тебя! Хватит прятаться за своими чемпионскими поясами, они тебя не защитят, когда я приду за тобой!

А затем он швырнул микрофон на землю и запрыгнул на сетку, отделяющую октагон от зрителей. Сделав размашистое движение руками, он поднял в воздух всю воду, что находилась по периметру поля боя и окатил ею беснующихся фанатов.

– Он тот ещё скандалист, – недовольно прокомментировал Вова действия бойца. – Никакого уважения к соперникам и организации.

Я согласно кивнул, смотря как служба безопасности стаскивает сопротивляющегося Коваленко с сетки, а потом пытается увести безумца в подтрибунное помещение.

– В прошлый раз он сломал руку подростку, что ровнял землю между поединками, а два месяца назад влепил пощёчину девушке, что брала у него интервью после боя, – продолжал возмущаться сосед.

– Тот ещё урод, – согласился я. – Но биться действительно умеет.

– Ну, просто пока ему не попадались соперники, умеющие думать и просчитывать его действия, – хмыкнул Вова, явно не разделявший восторгов большинства фанатов касательно местного бойца. – Людям нравится показуха, но ты сейчас увидишь, как бьются настоящие профессионалы.

И Владимир не соврал. Следующий бой показал, что прошлые бойцы были скорее шоуменами, нежели безжалостными нокаутёрами.

Бой двух магов земли оказался куда жестче и продолжительнее. Соперники не щадили друг друга, обрушивая многотонные глыбы друг на друга. Но раз за разом умудрялись парировать и развеивать созданные противником техники.

С каждым следующим боем, всё чаще стала пригождаться защитная сетка по периметру октагона и отнюдь не для показных посиделок, как в первом увиденном бою. Пылающие сгустки огня и молниеносные водяные копья пытались вырваться за пределы поля боя, но каждый раз сетка лишь вспыхивала фиолетовым цветом в месте касания под волнительные вскрики сидящих за ней фанатов.

У меня не было шансов не поддаться всеобщей эйфории, поэтому спустя два часа я уже рвал горло в едином порыве арены, когда в главном бою вечера схлестнулись два сильнейших мага огня, устроив посреди многотысячной арены филиал ада на земле.

– Мне кажется, или даже защита не справляется? – спросил у меня Вова, мокрый от пота. – Тут явно становится жарко!

– Им стоит держать рядом не только медиков, но и пожарных, – хохотнул я, на что сосед указал в угол огромного зала, где в темноте затаился пожарный расчёт.

Финальный бой закончился яркой и оглушительной победой действующего чемпиона дивизиона. Его атака смогла не только добраться до грамотно обороняющегося противника, но и пробиться сквозь обязательный защитный артефакт, что носил при себе каждый боец.

– Представляешь что бы было, если бы они голыми руками сражались? Ну в смысле без защитных артефактов? – с придыханием говорил Вова, когда мы выходили из спортивного комплекса.

– Думаю там бы принимали участие сплошь самоубийцы, – пожал я плечами. – Шансов пережить пару таких схваток крайне мало.

Мы ехали по дороге, идущей вдоль парка, который опоясывал арену, когда сидящий рядом парень внезапно выкрикнул:

– Стой!

Нажав на тормоз, я резко припарковался. Уже заметив, что привлекло внимание моего пассажира, я тут же вышел из машины и направился в сторону нескольких людей, стоящих рядом с сидящей на земле фигурой.

Подумав, что человеку стало плохо, я решил предложить помощь, чтобы отвезти его в больницу. Но оказалось, что я ошибся, хотя помощь ему действительно требовалась.

– А потом на! – пошатываясь, крикнул на сидящего явно пьяный мужчина. – И с локтя по хребтине в догонку!

Стоящие рядом с ним двое парней тут же загоготали. В их руках были бутылки, и судя по состоянию – далеко не первые. Быстро стало понятно, что это просто трое пьяных зрителей, бурно фантазирующие на тему своей потенциальной спортивной карьеры. Но вот сидящий на земле паренёк явно не наслаждался происходящим, а был случайной жертвой их пьяного угара.

– Помощь нужна? – строго спросил я, когда мы подошли ближе.

Самый говорливый тут же переключил на меня своё внимание и дружеским тоном сказал:

– Очень! Мы тут ждём друга, а вот этот господин не хочет веселиться. Может выпьете с нами и скрасите ожидание?

Я кивком головы дал понять сидящему на земле парню, чтобы он убирался отсюда, чем он непременно воспользовался, схватив свою сумку и скрывшись среди деревьев.

– Ну теперь точно придётся нас развлекать, – уже недовольно сказал пьяный.

– На сегодня развлечений достаточно. Идите проспитесь, – холодно сказал я и развернулся, чтобы уйти.

– Э-э-э-нет! – послышался сзади кровожадный голос.

Я увидел как внезапно передо мной выросла моя собственная контрастная тень, уходящая далеко вперёд. Обернувшись к пьяной компании, я сразу заметил в руках самого говорливого большой огненный шар, сменивший бутылку.

Не говоря ни слова, я сделал резкое движение рукой и просто сдул пламя с его руки мощным потоком воздуха. Шар огня пролетел не больше метра, окончательно развеявшись в ночном воздухе миллионом искр, но прежде чем это случилось, он успел опалить куртку человека, что стоял сзади огневика.

– Ай! Твою мать! – отпрыгнул он и взмахнул бутылкой, угодив прямо в их третьего товарища.

Бум! – послышался гулкий звук и мужик упал на землю, оглушённый неожиданным ударом.

– Ты чего творишь, урод? – взревел пьяный мастер огненных искусств.

– Всё, поразвлекались и хватит, – вмешался Вова, всё это время стоявший рядом. – Пошли, Даниил, пока не покалечили это быдло. Они того не стоят.

Мы успели сделать несколько шагов в сторону дороги, где стоял мой внедорожник, прежде чем в землю прямо под ногами вонзился десяток ледяных сгустков.

– Стоять! – раздался дерзкий и уверенный голос.

Говорящий человек был трезв и крайне уверен в себе. А ещё… я узнал этот голос. Это был…

– Безумный Макс! – воскликнул обернувшийся раньше меня Вова.

– У нас тут два самоубийцы нарисовались, – злобно прорычала восходящая звезда ММА. – Какого хрена вы себе позволяете нападать на моих друзей?

– Научи своих друзей вести себя прилично, когда выпьют. А то такими темпами они в полиции скорее окажутся, чем дома, – ответил я, смотря в его горящие глаза.

Лицо бойца исказил злобный оскал и он подошёл ко мне вплотную, явно пытаясь напугать:

– Ты, щенок, ещё смеешь что-то мне указывать? Похоже это тебя надо научить, что не стоит открывать рот в присутствии уважаемых людей.

– Слушайте, давайте просто разойдёмся. Никому не нужны неприятности, – поспешил успокоить ситуацию мой сосед, видя назревающий конфликт.

На что Коваленко лишь усмехнулся и покачал головой:

– Неприятности тут только у вас.

– Владимир, отойди пожалуйста на безопасное расстояние, а лучше езжай и вызови полицию, – спокойным голосом сказал я.

– А ты у нас сильно смелый? – с вызовом спросил профессиональный боец. – Что же, это надо наградить. А наградой будет возможность сразиться со мной. Здесь и сейчас.

На этих словах он без предупреждения атаковал меня. На этот раз без использования магии, просто ударил по корпусу громадным кулаком. Не ожидая такой подлости, я тем не менее успел среагировать и слегка развернуться, получив лишь небольшой удар по касательной.

Мгновенно разорвав дистанцию, я без промедления атаковал по нему сжатым потоком воздуха.

– О-о-о! Да ты у нас маг! Ну тогда будет ещё веселее, – улыбнулся Коваленко.

Трое его подвыпивших друзей тут же начали создавать привычную для него атмосферу болеющих трибун. А ещё они вытащили свои телефоны и принялись снимать, как им казалось, моё избиение.

Вошедший в раж водник тут же начал кидать в меня дистанционные техники. Я же умело отражал всё, что летело в меня с его стороны. Несколько минут мы поочерёдно пытались втупую пробить чужую оборону. Это походило на старый добрый кулачный бой, когда противники разменивались ударами, в ожидании, что следующий, наконец, сразит оппонента.

Но между мной и Коваленко была большая разница. Он делал так, потому что был глуп, а я – чтобы заставить его считать меня таким же.

Пора действовать, – пронеслось в голове и я принялся сыпать на врага град небольших атак правой рукой.

– Ты такой тупой, что действительно считаешь победить меня подобным? – крикнул он, поставив защитную лупу, полностью закрывающую его от моих техник.

В воздух летело бесчисленное множество брызг от каждого удара. Водяная взвесь заполнила пространство вокруг. Под крики своих пьяных знакомых, боец отпускал уничижительные комментарии и всячески делал вид, что ему скучно.

Пока…

Одна из моих атак не прошла сквозь выставленную им защиту. Он даже не сразу понял что произошло, а когда осознал, то было слишком поздно.

Всё это время, пока я бессмысленно атаковал противника правой рукой, усыпляя его бдительность, в моей левой ладони формировался идеальный сгусток хаотически двигающегося воздуха. Моя новая техника, что я научился делать, будучи закованным в каменные оковы людей Распутина, прошла сквозь водяную лупу, не почувствовав никакого сопротивления. Я увидел страх, промелькнувший в глазах Коваленко, прежде чем небольшой шар ударил в него и отбросил на несколько метров, повалив на твёрдую землю.

– Мы закончили, – холодно объявил я конец этого боя, а затем бросил его поклонникам: – Вызовите ему лекарей.

Повернувшись, чтобы уйти, я ощутил как по спине пробежал холодок, предупреждая об опасности. Но тут же мне в спину ударил водяной хлыст, отбросив в сторону. С трудом устояв на ногах, мокрый и злой, я смотрел на Безумного Макса, который стоял, готовый продолжать бой.

– Эй, на нём остался защитный артефакт с турнира! – закричал Вова, стоящий позади. – Это не честно!

– Этот? – мой соперник с окровавленным лицом достал из под рваной одежды цепочку с золотым амулетом на конце. – Он мне не нужен, чтобы уничтожить тебя.

С этими словами он резко дёрнул за него, порвав тонкую цепь, и кинул артефакт на землю.

– Тебе конец, – ледяным тоном прорычал Коваленко, а затем начал сжимать кулаки.

И я почувствовал. Поначалу мой мозг даже не осознал что происходит с телом. Одновременно на мою грудь словно положили тяжеленный груз, не позволяющий сделать вдох, а руки и ноги налились свинцом. Но это было ничто, по сравнению с той болью, что испытала каждая частичка моего тела уже через секунду. Давящее чувство местами перерастало в острые пики. Сознание отказывалось верить в происходящее, пытаясь проснуться. Но адская боль лишь нарастала.

Рубашка Посейдона, – пролетела в голове мысль, заставив сердце бешено биться от ужаса. Одна из запрещённых техник, которая сжимала мокрую одежду на теле своей жертвы, пытаясь выдавить внутренности, словно тюбик зубной пасты. И этот ублюдок прямо сейчас использует её против меня.

Голова начинала кружиться из-за недостатка кислорода. Крик подбежавшего Владимира становился гулким и далёким. Я чувствовал, что вот-вот потеряю сознание. А затем послышался хруст и по телу словно пробежал электрический разряд. Боль от сломавшегося ребра на секунду вернула меня к чувствам и я создал сильнейший воздушный поток, направляя его вертикально на себя.

Словно само небо обрушилось на моё обессиленное тело, прибивая к земле. Но самая главная цель была достигнута – воздух сдул основную массу воды с моей одежды, позволяя сделать долгожданный вздох.

Жадно хватая ртом спасительный воздух, я попытался подняться, но тут же получил удар ногой по сломанным рёбрам. Адская боль прорезала тело и я упал, полностью обессилев.

Свернувшись на холодной земле, я смотрел, как обезумевший боец навис надо мной, готовый нанести финальный удар. В его глазах читалась слепая ярость и желание добить свою жертву. Он улыбнулся окровавленным ртом и занес надо мной руку, в которой создал ледяной клинок.

– Стой! – крикнул я хриплым голосом, вытянув вперёд руку с открытой ладонью.

Коваленко лишь усмехнулся под дружный гогот его пьяных дружков, снимающих мою казнь на свои телефоны. Он искренне верил, что победил.

Но я не опускал руку, так и замерев в защитной позе.

Ну же, давай читай. Ты же не настолько туп, чтобы не уметь читать, – злился я.

И тут я увидел как его взгляд остекленел. Одновременно с этим моя голова страшно закружилась. Приказ, коряво написанный на вытянутой ладони сработал. Защитная скрюченная поза не была признаком слабости или отчаяния. Нет, ни на одно мгновение я не терял веру в себя. Свернувшись на земле, я скрывал от противника как достал из кармана ручку и написал на ладоне четыре буквы.

«Стой». Короткое и простое слово, дающее мне драгоценные секунды, чтобы нанести один единственный удар по замершему противнику.

Я или он. Второго шанса не будет.

Собрав последние силы, я создал настолько мощный и плотный сноп воздуха, насколько мог и направил его в бойца, стоящего прямо передо мной. Сделав это, я тут же ощутил, как мой энергетический запас опустел и ватная рука упала на грязную землю.

Не в силах повернуть голову налево, чтобы посмотреть на результат моей атаки, я мог лишь слушать. И хруст, что я услышал был звуком победы.

Тело водника снесло, словно ударом проносящегося поезда. Пролетев десяток метров, он врезался в стоящее дерево. Было сложно понять, что издало такой громкий треск, разнёсшийся по ночному парку: ломающиеся кости или не выдержавшее дерево. Но гробовая тишина, последовавшая следом и испуганные лица пьяной компании, тут же опустившие камеры своих телефонов, говорила о том, что Безумный Макс ещё не скоро выйдет в октагон, если вообще сможет ходить.

– Я убью тебя! – взревел пьяный огневик, распаляя руки-факелы и бросаясь в мою сторону. И тут же за ним последовали оба его товарища.

Глава 5

На меня двигались трое пьяных товарищей поверженного мной бойца лиги магических боевых искусств. Урод использовал запрещённую технику, едва не убив меня, но я справился с ним. И неужели это было сделано ради того, чтобы потом эта пьянь вот так просто расправилась со мной?

Сил не осталось даже чтобы просто пошевелить руками, мне оставалось лишь молча смотреть на приближающихся людей.

Но неожиданно они остановились как вкопанные, смотря куда-то мне за спину:

– Г-господи, это же Н-неуязвимый… – проблеял один из пьяных парней и перекрестился.

– Пошли вон отсюда, пока не убил, – раздался где-то сзади властный голос.

Услышав это, троица нападавших, спотыкаясь и падая, побежала прочь, умоляя о пощаде.

С трудом повернув голову, чтобы взглянуть на своего спасителя, я увидел лишь тёмную аллею ночного парка и подходящего из-за деревьев Вову. Это действие отняло у меня последние силы, и мир перед моими глазами окончательно погрузился в кромешную темноту.

* * *

– Даниил, это очень неуважительно звонить людям в два часа ночи, надеюсь у вас есть на то веская причина, – ответил Всеволод Игоревич сонным голосом без своего привычного дружелюбия.

– Прошу прощения, но вы единственный контакт с припиской «лекарь» в телефоне Даниила, – услышал Мечников незнакомый голос. – Ему нужна ваша помощь.

– Что случилось? – тут же подобрался медик, встав с кровати.

– Кажется, он умирает, – услышал он леденящий душу ответ.

Выяснив, где находится Уваров и то, что в распоряжении его знакомого есть машина Даниила, Мечников приказал немедленно везти больного в клинику, принадлежащую лекарю.

Когда у крыльца остановился огромный чёрный внедорожник, его уже встречал лично Всеволод Игоревич в сопровождении двух санитаров, находящихся на ночном дежурстве.

– За мной, – скомандовал он незнакомому парню, доставившему Уварова. – Расскажете, что произошло.

Подключив лежащего без сознания Даниила к всевозможным датчикам, отслеживающим его состояние, лекарь начал водить руками вдоль израненного тела, проводя первичную диагностику.

– Вы умеете напугать, – наконец обратился он к стоящему у стенки голубоглазому юноше. – С Даниилом всё будет в порядке. Перелом двух рёбер, множественные гематомы, вывихнутое плечо и полное энергетическое истощение. К утру приведу его в чувства, а через день будет как новенький. А вы молодец, что догадались мне позвонить.

– Спасибо, – робко сказал Владимир.

– А теперь садитесь и рассказывайте, как такое вышло, – вежливо, но не подразумевая отказа, попросил аристократ.

Гость, представившийся Владимиром Дмитриевичем Ледянским, поведал о том, как они с Даниилом ходили на бои лиги магических единоборств. О замеченной пьяной компании, пристающей к прохожему, о внезапном вмешательстве одного из профессиональных бойцов лиги и использовании им запрещённой техники.

В течение всего рассказа, Всеволод Игоревич хмурился и недовольно смотрел на рассказчика, будто бы именно он был виновен во всём этом. А после, предложил юноше чаю и начал интересоваться уже самим Владимиром.

Он дружелюбно спрашивал о том, где парень учится, откуда приехал и кем хотел стать в детстве. Легко и ненавязчиво, он узнавал о его детстве и вежливо интересовался здоровьем, предлагая при необходимости провести обследование.

Со стороны этот разговор выглядел бы очень любезным, если бы не та настойчивость, с которой доктор собирал информацию, напоминая скорее проведение допроса вражеского шпиона.

Когда через полчаса, они прощались, стоя в дверях, доктор по-дружески улыбался и крепко жал руку. Вот только от взгляда лекаря, заглядывающего буквально в душу у Владимира пробежал мороз по коже.

* * *

Придя в сознание утром, я рассказал Мечникову обо всём произошедшем этой ночью. Но, кажется его куда больше интересовал спасший меня сосед. Мне показалось это странным, впрочем действия и слова Всеволода Игоревича и раньше не отличались логичностью и прозрачностью.

Так что поблагодарив его, я уже в обед покинул клинику, несмотря на яростное сопротивление медика, желающего оставить меня там на несколько дней.

Припаркованная привезшим меня сюда Владимиром машина, так и стояла на парковке медицинского учреждения. И как же приятно было вновь сесть в этот роскошный салон и услышать утробный рокот проснувшегося мотора.

– Ты где был⁈ – с порога подскочили ко мне Вика и Станислав, едва я зашёл в офис редакции.

Поскольку был ещё день и я чувствовал себя более менее сносно, то решил заехать в газету, чтобы решить кое-какие вопросы. И оказалось, что сделал это не зря.

– Здоровье поправлял, – махнул я рукой.

– Даниил, сейчас очень неудачный момент для ночных вечеринок, – тут же отчитал меня главред, видимо приняв мой бледный, болезненный вид и сильное опоздание за последствия бурной ночи. Хотя ночка у меня действительно выдалась очень бурная, вот только явно не столь приятная, как думает Стас.

– Что произошло? – строго спросил я, не став ничего объяснять.

– Нас топят, – холодно сказала Виктория. – Едва вышла небольшая статья про убийство Карамзина, где мы писали о том, что идёт следствие и оно обязательно выяснит кто замешан. Как мы с тобой и обсуждали – никаких дифирамбов Льву Александровичу, никаких слов о геройстве.

– И? – нахмурился я, уже понимая что услышу дальше.

– И? – фыркнул главред. – Да на нас спустили всех собак! Внезапно наша статья стала темой номер один! А если читать то, что везде пишут, то складывается ощущение, что мы виноваты больше, чем сами убийцы.

Взяв протянутые мне газеты, я мельком пролистнул заголовки.

Порочат имя героя, позор профессии журналиста, иуды двадцать первого века, – самые безобидные из того, что я увидел.

– А я тебе говорила, – хмуро посмотрела на меня Вика.

– А я тебя услышал и сделал так, как считаю правильным и справедливым, – холодно отрезал я.

– И что нам теперь делать? Многие киоски отказываются уже от сотрудничества с нами, даже не выкладывая Заневский вестник на прилавок, – обречённо сообщил мне Стас.

– Продолжать работать, – строго сказал я, не поддерживая упаднические настроения своих сотрудников. – У нас есть база наших читателей, которые оформили подписку, так что временные трудности не сильно отразятся на общем объёме продаж. С розничной дистрибуцией, если ситуация продолжит ухудшаться, я разберусь.

Главный редактор не стал спорить, видя мой уверенный взгляд.

Но я понимал, что он так и не может справляться даже с такими небольшими кризисами. Каким бы прекрасным журналистом он ни был, но управленец из Стаса так и не получается. Видимо он просто из той породы людей, которым нужен начальник, готовый принимать за них решения и брать ответственность.

Значит необходимо искать человека, способного справиться с подобной задачей. Жаль, я надеялся, что Станислав, знающий Заневский вестник как свои пять пальцев, займёт моё место управляющего газетой. А учитывая количество моих новых проектов, которым нужно всё моё внимание, день моего ухода с должности управляющего директора не за горами.

– Ты ведь понимаешь, что идёт целенаправленная травля нашей газеты? – серьёзным голосом спросила Вика, когда остались вдвоём.

Она, в отличие от Стаса, привыкла работать под давлением и куда лучше справлялась в кризисных ситуациях.

– Конечно, это происки Юсупова, – спокойно ответил я.

– Почему ты так уверен? – девушка подняла одну бровь, уже догадываясь, что дело тут нечисто.

– Потому что я отказался продавать ему газету, – всё также невозмутимо сказал я, будто говорил о покупке буханки хлеба.

– Он предлагал тебе купить газету⁈ – не поверила услышанному Вика.

– Ага, сначала за деньги, а затем за аристократический титул, – отмахнулся я, роясь на столе в поиске экономических выкладок касательно запуска народной газеты.

– Он предлагал тебе титул⁈ – выкрикнула девушка на весь офис, заставив всех мгновенно замолкнуть и посмотреть на нас.

– Спокойнее, – попросил я Вику, оглядывая притихших сотрудников. – Это была золотая клетка. Он хотел контролировать меня. А свой род мне нужен именно для того, чтобы быть полностью свободным и не зависеть ни от чьей воли.

– Ты хочешь основать свой собственный род⁈ – ещё громче воскликнула она.

С трудом отбившись от бесконечных вопросов сотрудников, связанных с моими амбициозными планами, я вышел на улицу, чтобы проветрить голову, которая продолжала болеть и кружиться после ночных приключений.

Идя по улице, я думал о Юсуповых и разгорающемся противостоянии с их империей. То, что начавшаяся информационная атака – это только начало, у меня не было никаких сомнений. Павел затаился и ждёт повода, чтобы нанести удар и надо быть начеку, чтобы не быть застигнутым врасплох.

А эта травля в газетах – просто временные трудности, которые в итоге сыграют нам в плюс. Рано или поздно я докажу всем, что Карамзин вовсе не жертва, а предатель родины, сотрудничающий с криминалом и тогда ситуация перевернётся с ног на голову. Все те, кто критиковал нас и поливал грязью окажутся в дураках. Так что сейчас они просто роют яму для своей репутации, причём очень глубокую.

Но всё это будет так только в том случае, если я смогу доказать связь оружейного барона с Волченко и австрийцами. Значит самое время встретиться с человеком, который сможет мне в этом помочь, тем более после полного энергетического истощения у меня разыгрался зверский голод.

– Чем-то полезным обрадовать не могу, – хмыкнул Станислав Гончаров, когда мы взяли по шаверме и встали за излюбленный уличный столик.

Место встречи изменить нельзя. Да и не очень то хочется.

– Следствие связывает Карамзина с австрийцами и Волченко? – спросил я основное, что меня интересовало.

Следователь неоднозначно покачал головой:

– Австрийцы – основная версия на данный момент, имя Волка даже не упоминалось. Мои ребята, с кем я поддерживаю связь особо не треплются, но в частных разговорах намекают, что никто особо и не будет глубоко копать. Мы сейчас воюем с австрийцамии убийство одного из основных оружейников полностью соответствует логике. Никаких оснований искать связь с Волком у них нет.

– У тебя такое же мнение? – нахмурился я.

– Да вот не сказал бы уже, – задумчиво произнёс он. – Слишком уж всё складно: австрийское оружие, форма, мёртвые исполнители. Да и люди Волченко в последнее время затаились и не высовываются. Неспроста всё это и особисты думаю прекрасно это понимают, но просто не хотят ворошить это осиное гнездо без чёткого приказа императора или без железных улик.

– Значит придётся всё делать самим, – спокойно сказал я, потому что в душе понимал, что именно так и будет.

– Советую последовать примеру Волка и особо не высовываться. Твоя позиция по убийству Карамзина не очень популярна в высших кругах и ты можешь нажить много новых врагов, – по-отечески предупредил меня Гончаров.

То, что аристократия не на шутку перепугалась из-за столь громкого и безжалостного убийства одного из них и единогласна в своём мнении касательно произошедшего я уже ощутил на своей шкуре, точнее на своей газете. Но подобным меня сложно напугать. Скорее бояться стоит им, потому что я смогу довести своё расследование до конца.

– Ты такой бледный и голодный, как будто всю ночь пил напропалую, – не выдержав, спросил у меня следователь, когда я решился на вторую большую шаверму.

Не став ничего скрывать, я рассказал про своё ночное побоище с профессиональным ММА бойцом, тем более мне потребуется небольшая услуга Станислава по этому делу.

– Постой, ты действительно не шутишь, когда говоришь что смог победить Максима Коваленко? – никак не мог поверить мне Гончаров. – И ещё утверждаешь, что он применял запрещённую технику?

Он пристально смотрел на меня тем самым взглядом, что способен заставить самого отъявленного отморозка признаться во всех грехах, но я лишь жадно ел свою шаверму и утвердительно кивал.