Текст книги ""Фантастика 2026-95". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Сергей Жуков

Соавторы: Влад Лей,Павел Шимуро,Александр Грохт,Яна Каляева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 209 (всего у книги 352 страниц)

Глава 21

Манеж кадетского корпуса. Два дня спустя

– Даниил, мы установили ещё два ограждения, но люди продолжают пролезать к клетке, – тараторил перепуганный сотрудник. – А фотографу он чуть не откусил голову, когда зашёл в клетку, чтобы сделать красивые фотографии.

Да уж. Кто бы мог подумать, что в категорию кошачьих у кого-то хватит ума заявить настоящего, мать его, тигра!

– Полосатик, блин, – выругался я.

Нет, конечно же тигр стал звездой конкурса и у меня не было сомнений, что люди проголосуют именно за него. Особенно после того, как кто-то закинул в клетку клубок ниток и животное, словно типичный Барсик, стало гонять их с завидным энтузиазмом.

– Мы уже объявили, что Полосатик выступает вне категории и будет отмечен особым призом от организаторов, – доложил сотрудник. – А ещё…

– Что? – устало спросил я.

– У нас заканчивается мясо… – потупил он взгляд.

Я улыбнулся:

– Ну так купите новое, денег теперь на него много.

Гениальным ходом было устроить небольшой интерактив для всех желающих: за определённую плату каждый мог покормить Полосатика. Для этого у нас были двухметровые палки и нарезанные стейки. Вот только желающих оказалось слишком много, а Полосатик оказался слишком прожорливым. Эта бездонная глотка устраивала настоящее шоу, тонко чувствуя, что после его выступлений прибавляется желающих покормить его вкусняшкой.

Я уже собирался отойти, как ко мне подскочила ещё одна сотрудница.

– Даниил Александрович, у нас проблема в секторе декоративных птиц.

– Ну разумеется, – кивнул я. – Что на этот раз?

– Волнистый попугайчик одной из участниц вылетел из клетки и принял причёску княгине Оболенской за гнездо, – волнительно рассказывала сотрудница, но я не мог сдержать улыбки, потому что видел завитые волосы княгини высотой под пол метра. Было даже удивительно, что там стал гнездиться всего-лишь один попугайчик.

– Найдите Алису Сергеевну, она знакома с княгиней и сможет погасить конфликт, – сказал я и сотрудница растворилась в толпе.

Но не успел я сделать и нескольких шагов, как ко мне подскочил ещё один работник.

– У нас беда на собачьей полосе препятствий, – выпалил он.

– Даже боюсь спрашивать, – выдохнул я.

– Одна из участниц… испортила все барьеры, – сообщил мне парень.

Я медленно повернулся к нему:

– В каком смысле испортила? Погрызла что ли?

Он замялся, не решаясь произнести вслух. И только когда я указал себе на ухо, он приблизился и прошептал мне суть проблемы.

– Как маленькая собачка умудрилась обосрать сразу все барьеры⁈ – выпалил я, поражённый услышанным.

Работник виновато пожал плечами и добавил:

– Теперь другие собаки поскальзываются и не могут нормально пройти дистанцию. Одна даже лапку подвернула.

Кто-то рядом поперхнулся от смеха. Но внезапно за спиной раздался суровый голос Гончего:

– Погоди-погоди… обкакалась чихуа-хуа по кличке «Потрошитель»?

– Да, – кивнул удивлённый сотрудник.

Вокруг снова послышались смешки.

– Так, похоже у нас преступная схема! – воскликнул стоящий рядом Гончий, чей пёс, как я уже успел заметить, тоже не избежал участи поскользнуться на испорченном препятствии. – Я видел, как владелица добермана, что лидировал в состязании, о чём-то договаривалась с мужчиной, которому принадлежит эта собака-засрака.

– Станислав… – начал было я.

Но он уже шёл к месту, где располагалась полоса препятствий:

– Если выяснится, что это было намеренно, я их обоих упеку за решётку!

Я покачал головой и двинулся дальше по манежу. Страсти кипели такие, словно мы проводили не конкурс животных, а всемирную ярмарку тщеславия. Люди толпились рядом с животными, спорили, смеялись, ругались, хлопали в ладоши и, что самое главное, без конца повторяли название нового бренда. А это, как ни крути, был главный показатель успеха.

И тут мой слух зацепился за ссору неподалёку:

– Я всего лишь на секунду отвернулась, а ваш охламон уже набросился на мою Матильду! – возмущённо звенел женский голос.

– Мой Коленька – воспитанный мальчик! – не менее возмущённо отвечал мужчина простоватого вида, прижимая к груди пушистого колли. – Это всё ваша вертихвостка его спровоцировала! Я видел, как она нюхала попы у половины конкурсантов.

Аристократка картинно схватилась за сердце:

– Да как вы смеете⁈ Мой муж вызовет вас на дуэль!

Я подошёл ближе и мельком взглянул на собачек. Колли-самец смотрел на мир с таким самодовольством, будто только что одержал величайшую победу в своей жизни. Ему не хватало только сигаретки в зубах. Матильда же, изящная болонка с розовым бантом, вовсе не выглядела оскорблённой. Скорее удовлетворённой.

– Простите, вы организатор? – заметила мой интерес дама с собачкой. – Я бы хотела подать официальную претензию.

– Ой, нет, что вы, – улыбнулся я. – Я знаете ли тоже, своего рода участник. Привёз сюда питомицу.

Аристократка с подозрением осмотрела меня и хотела что-то сказать но тут Коленька громко тявкнул и попытался снова рвануть к Матильде, после чего её владелица гордо удалилась, унося свою честь и Матильду подальше отсюда.

Я облегчённо выдохнул и наконец заметил свою питомицу.

– Фотографии и документы доставлены в Зимний дворец? – спросил я у подошедшей Алисы.

Стоящий рядом хозяин колли рассмеялся, осознав мою шутку про участника. Я подмигнул ему и приложил палец к губам, после чего он кивнул головой и с видом заговорщика пошёл приводить своего Коленьку в надлежащий после пятиминутки любви вид.

Алиса непонимающе посмотрела на меня, потом на владельца колли и наконец ответила:

– Да, всё отправили ещё утром. Но пока никакого ответа.

Я коротко кивнул. Это было ожидаемо. Но всё же я был уверен: реакция последует. Слишком много шума подняли вокруг нашего конкурса, слишком охотно в него вцепились и аристократы, и журналисты. Такие истории не проходят мимо трона.

– Он отреагирует, – сказал я Алисе. – Вот увидишь.

Но ответить она не успела, потому что к нам, расталкивая толпу локтями и сияя, словно только что выиграл в карты у самого дьявола, шёл Леонид Георгиевич.

– Даниил Александрович! – воскликнул он ещё издалека. – Это феноменально! Вы даже не представляете, что происходит! Ко мне уже выстроилась очередь из крупнейших сетей, желающих взять товар на реализацию. Вокруг только и слышно название моего бренда.

– Рад слышать, что вы довольны, – улыбнулся я.

– Доволен? Да я в жизни не видел ничего подобного! – он тряс мне руку с таким воодушевлением, будто пытался вытрясти из меня ещё пару маркетинговых идей бесплатно. – Я уже распорядился выплатить вам всю сумму по договору. И сверху приложил бонус. Солидный. Очень солидный.

– Благодарю за вашу щедрость, – кивнул я. – Но смею напомнить, что в нашем договоре был ещё один пункт.

Леонид моргнул:

– Что?

– Вы должны открыть приют для животных и взять над ним шефство, – строго сказал я.

Он удивлённо посмотрел на меня:

– Это разве не была шутка?

– Я никогда не шучу, когда дело касается таких вещей, – покачал я головой.

– Даниил Александрович, право, это несерьёзно, отмахнулся он.

Но я был непреклонен:

– Приходите ко мне на днях, и мы обсудим концепцию этой рекламной кампании.

– Рекламной кампании? – не понял он.

– Конечно, – кивнул я. – Для вашего бренда этот приют станет очень хорошей рекламной кампанией, после которой вы пересмотрите своё отношение к благотворительности.

Леонид хотел что-то возразить, но в этот момент по манежу прошла странная волна. Сначала люди просто начали оборачиваться. Потом зашептались. Потом шум стал нарастать, будто в дальнем конце зала кто-то опрокинул не стол, а весь привычный порядок вещей разом.

Я поднял голову.

Сквозь толпу уже двигалась цепочка гвардейцев. Быстро, жёстко, без лишних слов они освобождали проход, и всё пространство манежа будто само собой расступалось перед ними. Люди прижимали к себе животных, служащие вытягивались, аристократы шептали друг другу на ухо что-то очень взволнованное.

Ко мне подбежала испуганная Алиса:

– Что происходит? Опять гвардейцы?

Я посмотрел на приближающуюся волну из зелёных мундиров, а потом невольно улыбнулся:

– Не беспокойся. Кажется, Император принял наше приглашение.

И в этот самый момент гвардейцы расступились и в плотном кольце охраны появился он. Александр Пятый собственной персоной.

Манеж в тот же миг словно замер. Даже Полосатик в своей клетке перестал рвать мясо и поднял голову, будто тоже решил посмотреть, кто посмел перехватить у него внимание толпы.

Гвардейцы шли плотной стеной, широкими спинами отрезая Императора от всего остального мира. За ними почти невозможно было разглядеть самого Александра Пятого, но каким-то образом он всё равно видел всё вокруг.

Я невольно усмехнулся. Такое впечатление, будто он обладает даром смотреть сквозь людей. Впрочем, подобным даром обладают многие надменные и богатые люди и для этого не нужно никакой магии.

Смотря на Императора, я думал о разговоре с Долгопрудным в самолёте. В тот момент я думал, что узнаю важную тайну, но на деле всё оказалось до банального просто. Тот рассказал мне лишь то, что я и без него прекрасно знал: слухи о ментальном даре императорской династии. Никаких доказательств, никаких подробностей – лишь старые дворцовые сплетни, которыми уже десятилетиями пугают и восхищают придворных.

И всё же сейчас, наблюдая за тем, как Александр Пятый движется сквозь толпу, я поймал себя на мысли, что недооценил его. Император вышел к людям. К простолюдинам.

Да, он окружён живым щитом из гвардейцев, и любой потенциальный убийца должен был бы сначала пройти через десяток профессиональных солдат. Да, охрана проверила манеж вдоль и поперёк. Но всё равно… для правителя подобный выход в народ – это риск.

Пока Александр Пятый шёл через зал, толпа уже полностью потеряла голову. Люди крестились, кричали, тянули руки, кто-то пытался встать на скамейки, чтобы лучше разглядеть происходящее.

– Да здравствует Император! Долгих лет жизни! Храни вас Господь! – доносилось со всех сторон.

Я смотрел на всё это и невольно кивнул. Этим выходом он однозначно поднял свой рейтинг. Перед людьми сейчас стоял не далекий правитель из дворца, а живой символ государства. Столп, вокруг которого держится вся Империя. Бесстрашный. Даже слишком бесстрашный для человека, сидящего на троне.

И именно в этот момент я понял, что надо воспользоваться ситуацией. Я быстро нашёл глазами Леонида. Тот стоял посреди манежа с таким выражением лица, словно увидел Императора, пришедшего на организованный им конкурс для собак.

– Очнитесь, – тихо сказал я, схватив его за рукав. – У нас появился шанс, который бывает раз в жизни.

– Даниил… – прошептал он, не сводя глаз с императорской процессии. – Это… это же…

– Именно, – кивнул я. – Поэтому идём.

Я буквально вытолкнул его на сцену и быстро бросил одному из сотрудников:

– Медали. Те самые. Немедленно.

Через несколько секунд к нам подбежал парень с бархатной подушкой, на которой лежали приготовленные награды. Я наклонился к Леониду:

– Сейчас вы произнесёте короткую речь. Поблагодарите Его Императорское Величество за честь своим присутствием. А затем попросите вынести императорское решение о победителе.

– Вы с ума сошли… – прошептал он.

– Возможно, – спокойно ответил я. – Но поверьте, сейчас это единственный правильный ход.

Леонид сглотнул, поправил жилет и шагнул к краю сцены.

– Ваше Императорское Величество! – громко произнёс он, когда гвардейцы остановились неподалёку. – Для нас огромная честь видеть вас сегодня на нашем мероприятии. Позвольте от имени организаторов и участников выразить вам глубочайшую благодарность за оказанное внимание.

Манеж затих и Леонид, сглотнув, продолжил:

– Мы были бы бесконечно счастливы, если бы именно вы удостоили нас чести определить победителей сегодняшнего конкурса.

Несколько секунд никто не произносил ни слова. Затем один из гвардейцев отделился от строя, поднялся на сцену и молча забрал подушку с медалями. А ещё через мгновение Александр Пятый сделал шаг вперёд.

Толпа буквально перестала дышать.

Император подошёл к первому рингу, где нервно подпрыгивал маленький шпиц, и внимательно посмотрел на него. Затем взял медаль и собственноручно закрепил её на ленточке у клетки.

Толпа взорвалась аплодисментами.

Следующим оказался огромный серый кот, принадлежащий пожилому купцу. Затем – белоснежный пудель какой-то графини. Потом – попугайчик, которого принёс мальчишка лет десяти.

Я невольно усмехнулся. Император не просто раздавал награды – он раздавал их очень аккуратно.

Я наклонился к Алисе:

– Заметила?

– Что? – тихо спросила она.

– Он отмечает не только животных аристократов, но и животных простолюдинов, – указал я. – И делает это намеренно. Вот увидишь, завтра вся страна будет говорить о том, что Император справедлив и для него все подданные равны вне зависимости от статуса. Что честь и благородство для него важнее титулов.

Алиса усмехнулась:

– А тебе не обидно, что он воспользовался нашим конкурсом, чтобы поднять собственные рейтинги?

Я покачал головой:

– Конечно нет. Это как раз тот случай, когда выигрывают все. Люди получили отличное мероприятие, мы одним махом вывели новый бренд в лидеры рынка, о нашем мероприятии будут ещё долго писать все газеты, снова и снова делая нам бесплатную рекламу. Ну а Император получил уважение и показал всем, что он – непререкаемый лидер страны.

Я на секунду замолчал, наблюдая за тем, как Александр Пятый остановился у клетки с Полосатиком. Тигр лениво поднял голову и внимательно посмотрел на правителя. Император тоже смотрел на него. Это была битва двух альф за право быть самым главным здесь и сейчас.

Видя всё это, внутри меня возникло странное ощущение. Всё было хорошо. Слишком хорошо. А я знал, что так не бывает.

И что-то изменилось. Ни шума, ни криков, ни одного слова. Но атмосфера внезапно стала густой и напряжённой. Все взгляды были устремлены на Императора, стоящего в нескольких метрах от вольера с Полосатиком, когда к нему подошёл один из сопровождающих и прошептал короткую фразу. Александр Пятый продолжил также невозмутимо смотреть в глаза тигру, а затем развернулся и направился к выходу.

В этот момент мой телефон зазвонил. Взглянув на экран, я сильно удивился, увидев там номер Чкалова. Ответив, я выслушал его, а затем коротко ответил:

– Понял. Буду у вас через пару часов.

Стоящая рядом Алиса уловила моё изменившееся настроение и спросила:

– Всё в порядке?

Я пожал плечами и ответил:

– Всё произошло слишком быстро.

* * *

Зимний дворец

Император уверенно зашёл в свой кабинет и запер дверь изнутри.

– Ну как прошло? – спросил сидящий за столом.

– Все было спокойно, так что можно было не рисковать мной, – сухо произнёс вошедший и подошёл ближе.

За столом сидел Александр Пятый. Полная копия Императора до последней родинки. Вот только именно он и был настоящим Императором.

– Вы уже знаете? – спросил вошедший у настоящего Императора.

– Конечно знаю, – невозмутимо ответил тот. – Впрочем, меня куда больше интересует причина, по которой Австрия решила объявить войну Соединённому королевству.

Глава 22

Пулково

Прибыв в аэроклуб на территории Пулково, я сразу нашёл Чкалова.

Но едва я подошёл к нему, как он тут же коротко кивнул в сторону выхода.

– Наш разговор слишком… конфиденциальный, – сухо сказал он, выйдя на улицу.

– Может тогда встретимся в менее людном месте? – предложил я, видя снующих вокруг механиков, пилотов и множество других работников.

– Именно туда мы и направляемся, – отрезал он, идя к ангарам.

Я сразу же узнал его. Мой вертолёт, моя серебряная пуля. Он так и стоит тут на хранении. Чкалов уверенно подошёл к нему и сел на место второго пилота.

– Даниил, у меня мало времени, – сказал он, когда я на мгновение замялся, не решаясь сесть за штурвал.

А затем он словно вспомнил и достал из внутреннего кармана небольшой пластиковый прямоугольник.

– Не беспокойся, твоя лицензия, – протянул он мне её.

И это всё? Так просто? Так буднично? А как же экзамен от Распутина, поздравления, фанфары в конце-концов? Впрочем, сейчас действительно было не время для всего этого.

Устроившись за штурвалом, я провёл быструю предполётную подготовку и запустил двигатель.

– Куда летим? – спросил я Чкалова, на что он указал пальцем на потолок:

– Вверх.

Едва мы набрали высоту, он заговорил:

– Я связался со знакомыми в армии, они подтвердили, что формальным поводом для войны стала английская ракета, залетевшая на австрийскую территорию.

Голос Чкалова был спокойным и уверенным, но я чувствовал, что он обеспокоен этим. И это была абсолютно нормальная реакция человека, который осознал тот факт, что он косвенно стал причиной полномасштабной войны между двумя империями.

Наверное, я бы тоже чувствовал волнение, если бы не одно «но». Именно на подобную реакцию австрийцев я и рассчитывал, когда задумывал весь тот трюк с побегом от английского истребителя через их землю. Направляя поток воздуха в элероны летящей в нас ракеты, я намеренно отправил её на территорию Австрии.

За последние месяцы мне пришлось глубоко погрузиться в историю противостояний местных сверхдержав и к своему удивлению я обнаружил, что вся экономика Австрии, вся её политика держалась на постоянных военных конфликтах. И затяжная война с Россией поставила её в незавидное положение.

В ходе долгих бесед с графом Никитиным, я понял, что они завязли и попали в тупик: объявить о перемирии с нами – это признание поражения. И именно в этот момент появился их спасительный круг – Англия. Австрийские политики мгновенно воспользовались ситуацией, обвинив англичан в заговоре, из-за которого возникла позорная для них ситуация. Выставив Англию, а не Россию своим главным врагом, они смогли без особых репутационных потерь выйти из войны с нашей страной.

Ну в этой ситуации им нужен был лишь повод, чтобы объявить англичанам войну и залетевшая к ним ракета – идеально для этого подходила.

– Даниил, ты хоть понимаешь, что мы наделали? – спросил меня Чкалов, так и не дождавшись какой-либо реакции.

– Мы? – улыбнулся я. – Понятия не имею о чём вы.

– Даниил, давай без этого, – недовольно хмыкнул он. – Тебе прекрасно известно, для кого предназначалась та ракета.

– Конечно известно, – спокойно заметил я. – А помимо нас это известно англичанам. И уж поверьте, они вряд ли заявят о том, что обстреливали пассажирский самолёт, который вёз аристократа, которого они похитили и незаконно удерживали в тюрьме несколько лет.

– Ты слишком спокойно относишься к этому, – покачал он головой.

– Нет, я просто считаю, что англичане получили то, что давно заслуживали, – отрезал я. – Когда ты на протяжении всей истории ведёшь свою игру манипулируя другими, нельзя забывать, что может найтись кто-то, кто поступит так же с тобой.

Чкалов строго посмотрел на меня. В этот момент он всё понял. Понял, что стал невольным участником опаснейшей игры, что я затеял без его ведома. И, судя по его взгляду, он сейчас не знал как на это реагировать.

– Сергей Олегович предупреждал меня, что ты куда опаснее, чем хочешь казаться, – тихо сказал он.

Я пожал плечами:

– Аркадий, поверьте, мы с вами на одной стороне и вам не стоит меня опасаться.

В кабине повисла пауза. Оставшийся путь мы провели практически молча. Чкалов никак не мог уложить в голове, что молодой парень по своей воле развязал войну между Англией и Австрией.

Я же в свою очередь думал о том, что всё это произошло слишком быстро. Теперь все передовицы газет будут пестрить заголовками об этом и наше мероприятие, на которое явился лично Император, получит незаслуженно мало внимания.

* * *

Офис агентства Уваров и Распутина

Следующее утро стало самой масштабной битвой между двумя сенсационными новостями. Первый конкурс красоты среди животных, организованный под эгидой нового бренда товаров для животных, смог посоперничать с новостью об объявленной австрийцами войне с англичанами. И всё благодаря личному присутствию там Императора.

– Честно говоря я не могу поверить, что он лично посетил подобное мероприятие, – качала головой Вика, сидя в моём кабинете.

Переезд всех моих фирм в одно здание имел под собой один неочевидный на первый взгляд минус.

Работники Невского вестника теперь могли быстро и просто зайти ко мне в агентство и не стеснялись это делать. Мне было приятно, что мы сохранили с ними тёплые дружеские отношения, но работники агентства явно ревновали к моим «старшим детям».

– Да ты глянь на то, что про него пишут в газетах! – как всегда спорил с Викой Стас. – Об Императоре так лестно никогда не писали. Да если он сейчас прикажет отменить зимние праздники, то ему это простят.

– Так ну ты на святое то не посягай, – погрозила ему Вика.

Но Станислав был прав. Вчерашний выход Императора в свет сработал для него на все сто. Люди увидели не надменного и закрытого человека, опасающегося своих же подданных. Они увидели одного из них: честного, справедливого, смелого. Думаю, именно ради такого эффекта он рисковал вчера.

Ещё удивительнее была реакция высшего света на его смелую выходку. Они увидели в этом посыл. Своим публичным появление среду простолюдинов Император показал всем, что он не делит страну на классы. И аристократия восприняла этот сигнал буквально, с первого же дня устроив паломничества по местам скопления простых людей.

Некоторые пошли дальше остальных и решили испытать на себе диковинного для них зверя под названием общественный транспорт. Это действие имело для моего агентства неожиданный результат: в высшем свете пошли слухи про диковинные экраны в трамваях, от которых невозможно оторвать взгляда. Так что сегодня утром мне поступило множество звонков от разных аристократов с намерением заключить контракт на рекламу их продукции в трамваях.

Вот только я даже не представлял масштаб внезапного интереса аристократии к моему агентству и ко мне лично.

– Уваров, с каких пор я стала твоей секретаршей? – недовольно фыркнула Алиса, войдя в мой кабинет.

– С тех самых, как стала варить сносный кофе, – улыбнулся я.

С следующую секунду в меня полетела её сумочка:

– Оставь свои шуточки для кого другого. Лучше объясни, почему меня с раннего утра атакуют аристократы разных мастей и всем им нужно только одно.

– Боюсь спросить что именно, – усмехнулся я.

– Ты, Уваров! – ткнула она мне в грудь пальцем с идеальным маникюром. – Они всех хотят, чтобы я устроила встречу с тобой!

– Ну хорошо хоть они пытаются найти подход ко мне через тебя, а не через постель, – тихо хихикнул я.

Это было даже забавно. Многие аристократы, привыкшие что все вопросы решаются через связи и знакомства, даже не думают, что можно просто обратиться в мою фирму как обычный клиент. Впрочем, именно «обычными» клиентами они быть и не хотят. Всем нужно особое отношение, все хотят прийти «от кого-то» и получить эксклюзивные условия сотрудничества, пускай они и не будут отличаться от тех, что я бы назвал для человека, просто вошедшего через эту дверь.

– Это просто кошмар! Они заявились к нам в поместье с утра, – с жаром рассказывала девушка. – И были невероятно милы и обходительны! Со мной!

– Какой ужас, – хохотнул я.

– И не говори, – не уловила сарказм в моих словах Алиса. – Отец поначалу был уверен, что барон Трофимов начал очередной этап «ухаживаний» за мной, чтобы выбить скидку на логистические услуги для своей продукции. Вот только быстро выяснилось, что это внимание ко мне вызвано не фирмой отца, а тобой! Оказывается, Трофимов хотел, чтобы я устроила для вас встречу в неформальной обстановке.

В глазах Алисы возмущение смешивалось с самодовольством. И второе перевесило, когда она сказала:

– Отец в итоге даже обиделся, что не он а ты вызвал такой интерес аристократов ко мне и выгнал барона, не дав тому допить кофе. А самое ужасное – после барона было ещё несколько таких же «гостей».

Да уж. Это был определённый «успех». Только ревности Распутина из-за такого мне не хватало.

– И кстати про гостей, вчера поздно вечером к нам внезапно приезжал Чкалов и они с отцом ругались о чём-то, там фигурировала твоя фамилия, – с волнением добавила девушка. – Ты знаешь почему?

– Ты опять подслушивала деловые разговоры отца? – с укором посмотрел я.

– Не-е-е-ет, – по-лисьи улыбнулась она, а затем тихо добавила: – Это была Марина.

Марина. Ну конечно же. Личная шпионка Алисы, следовало догадаться.

– Вообщем, мне теперь нужна менее яркая машина, – хитро посмотрела на меня Алиса. – А то эта слишком заметная и из-за тебя мне не дают прохода.

Я аж поперхнулся от подобного заявления.

– Знаешь что, ты пожалуй права, – решил я подыграть ей. – Действительно, внимание самых богатых и влиятельных людей города может быть весьма утомительным.

Алиса чуть растерялась, явно не ожидая такой реакции. Ведь её слова были скорее провокацией. Вот только эта провокаторша до сих пор не поняла, с кем решила ввязаться в словесную битву.

– Поэтому есть отличный вариант неприметного транспорта, где ни один аристократ тебя не найдёт, ведь даже не подумают там искать – трамвай, – улыбнулся я.

– Уваров! – прорычала Алиса. – А ну дай сюда мою сумку, чтобы я могла её в тебя ещё раз кинуть.

Весь оставшийся день мой телефон обрывался. Все хотели, чтобы я провернул такой же трюк и с их фирмами и чтобы непременно с личным визитом Императора.

«Хочу как у Леонида Георгиевича, готов платить любые деньги» – это определённо была фраза дня, хоть в рамочку вешай.

Через пару часов я понял, что превратился в телефониста, поэтому посадил одну из сотрудниц отвечать на все входящие звонки в моём кабинете и записывать всех на приём в рабочие часы. К обеду я обнаружил, что запись идёт уже на следующий месяц.

– О-о-ох, – протяжно выдохнул я.

Девушка с телефонной трубкой у уха вздрогнула.

– Даниил Александрович, можно мне… сделать перерыв на обед? – виновато спросила она, а затем добавила: – И в туалет бы сходить.

– Ты что, сидишь тут безвылазно? – поразился я и забрал телефон из её руки… – Всё, беги скорее.

Девушка быстро убежала, явно боясь, что телефон вновь зазвонит. И она не ошиблась. Едва я хотел отойти от стола, как раздался звонок.

– Даниил Уваров, слушаю, – спокойно сказал я.

– Даниил Александрович, мой клиент настоятельно просит вас встретиться завтра вечером в ресторане Щелкунчик, – раздался тихий голос на том конце.

– По всем рабочим вопросам встречи проходят в офисе агентства, – вежливо ответил я. – К сожалению, раньше чем через три недели я не смогу принять вашего господина.

В трубке повисла тишина.

– Завтра в семь часов. Ресторан Щелкунчик. Это не деловая встреча, Даниил Александрович, – спокойно сказал звонящий, а затем добавил: – И для вас она будет крайне полезна.

* * *

Букингемский дворец. Лондон

Кабинет королевы был просторным, холодным и безупречно аккуратным. Ни одного лишнего предмета, ни одной бумаги не на своём месте. Даже огонь в камине горел как-то дисциплинированно – тихо и ровно.

И только настроение хозяйки кабинета совершенно не соответствовало этой безупречной гармонии. Она сидела на мягком диване с цветочным узором. На том самом, где принимались все её гости. Это была традиция, которую она не собиралась нарушать даже ввиду крайне неудовлетворительной работы сегодняшнего посетителя.

– Как вы допустили подобное? – её голос был тихим, но от этого звучал только опаснее. – Мы не вступаем в открытые конфликты более века.

Министр иностранных дел сидел на мягкой подушке дивана. Он делал это десятки раз, но сегодня эта подушка казалась ему обжигающе горячей и страшно неудобной.

Королева медленно сняла очки и положила их на столик перед собой. Этот жест был красноречивей любых слов. Она ждёт ответа, но прекрасно знает, что нет таких слов, что как-то оправдают министра.

Мужчина осторожно прочистил горло и спокойно ответил:

– Австрийцам просто нужен был повод. Вся их экономика и политика построены на…

– Мне не нужны лекции о том, что я и так знаю, – тихо, но грубо оборвала его королева. – Мне нужен ответ: зачем ваши люди этот повод им предоставили?

Министр чуть опустил голову, но всё же попытался объяснить:

– Пилот перехватчика был опытнейшим офицером. Расстояние до австрийской границы было рассчитано с точностью до километра. Ракета никак не могла долететь до их территории.

Королева медленно подняла на него взгляд.

– И тем не менее долетела.

Министр выдохнул:

– Значит… ей помогли.

– Это вам нужна помощь, – холодно ответила королева. – Вернее, нам всем.

Она сделала небольшую паузу и медленно прошлась по кабинету.

– Объясните мне ещё одну вещь. Как вы вообще вздумали выпускать ракеты по гражданскому самолёту?

– Мы полагали, что в этом самолёте скрывается сбежавший заключённый, – ответил он и сразу же пожалел о своих словах.

– Заключённый… – повторила она с лёгкой иронией, словно именно этого ответа и ждала. – Вы уже выяснили, как это было устроено? Эта операция курировалась Императором?

– Нет, Ваше Величество. Доподлинно это неизвестно. После скандала с нашим агентом остальные резиденты затаились, и выяснять подобную информацию стало крайне сложно, – постарался спокойно ответить министр, а затем добавил: – Но мы точно знаем, что в этом замешано три российских аристократа.

Королева медленно встала и подошла к портрету Генриха Третьего, что висел над камином. Несколько секунд она молчала, глядя на правителя, что смог превратить Англию в крупнейшую империю мира, а затем произнесла, будто сама себе:

– Подобное не могло произойти без ведома Александра Пятого. Это исключено.

Министр ничего не ответил.

– Если же его подданные способны устраивать подобные операции за спиной своего Императора… – продолжила королева, – значит дела в России обстоят куда хуже, чем мне докладывали.

В кабинете повисла тишина. Королева подошла к министру. Он всё ещё сидел на диване, отчего даже невысокая женщина смотрела на него сверху вниз.

– В любом случае они должны заплатить за это.

Министр осторожно спросил:

– Ваше Величество, вы предлагаете направить официальный протест и призвать их к ответу?

Королева едва заметно улыбнулась. Улыбка была холодной и расчётливой:

– Конечно же нет. Вам лучше других известно, что мы не можем дать официальный ответ на действия русских. А значит… будем действовать их же методами.

Она посмотрела на министра так, что тот невольно выпрямился ещё сильнее.

– И они глубоко пожалеют о том дне, когда решили ввязаться с нами в эту игру, – Её голос стал совсем ледяным. – Я хочу, чтобы вы нашли этих людей и привели сюда. Я хочу, чтобы они оказались на этом самом ковре. Я хочу взглянуть в их глаза и увидеть там страх и сожаление. Я хочу, чтобы они навсегда запомнили тот день, когда решили идти против Англии.

– Ваше величество, вы даёте санкцию действовать любыми методами? – уточнил министр. – Последствия могут быть… непредсказуемыми.