Текст книги "Дочь мафии (СИ)"

Автор книги: Fosi

Я уточнил, чего именно от неё хотели и, выслушав ответ, реально обрадовался – наклёвывалось некое программистское развлечение и обнадёжил Свету:

– Плёвое дело, на первый взгляд.

Девушка из сороковых ранее успела проникнуться уважением перед вычислительной мощью техники 21 века, хотя «как именно» комп и софт помогут ей, представляла, видимо, слабо.

Зато целый попаданец-прогер с железом и софтом был под рукой:-)

* * *

Лично мне желания товарищей из «группы Мерецкова» стали ясней некуда – прогностическое ПО. Ну, или жалкая попытка что-то изобразить в 40-х, пусть и на технике 21 века с неясным практическим результатом. Света, кстати, ошибалась, полагая сие результатом показа варгеймов. Конечно, Шапошников и К с интересом оценили возможности стратегических военных игр, но главное, имхо было в последовавшем разговоре, который милая, скромная и упорная во всех отношениях сотрудница 8-го отдела не слышала. А я то поначалу предположил, что то обсуждение о применении ВТ и ПО в военном деле сороковых, было забыто за насущными заботами и бешеным ритмом подготовки РККА к «войне по новому»… С другой стороны, никакого техзадания… рожай, как можешь, девушка просит, передавая «заказ маршала». «Хоть что-то». Им бы у Иоффе постановке задач поучится. Или сами не знают, чего хотят?

«Просто сделай мне хорошо…»… – ухмыльнулся, бросив новый взгляд на ждущую моего окончательного ответа девушку. Разумеется, вслух ничего такого не произнёс.

Ирония в не прозвучавших словах была очень двусмысленна, кто знает, о чём Света могла подумать и как поняла бы их. Вдруг сочтёт, что я с ней по пути таким способом… заигрываю? Поэтому вслух ограничился лишь недоумением по поводу отсутствия нормального официального «запроса на разработку ПО»:

– Как-то всё это выглядит по любительски, на уровне «ну, поиграйтесь, может чего и выйдет полезного». Особенно в свете того, что с тобой, Света, только маршал устно поговорил, без каких-то бумаг или хотя бы личного приезда к нам. Ладно, ему сейчас не сильно то до нас… сама понимаешь… значит, будем работать от простого к сложному. Грызть слона по кусочкам. А тебе жизнь, я, действительно, облегчить смогу… – тут таки не удержался от подкола, но не в плане флирта, а в плане окружающей действительности: – … но, может, так и лучше, я к серьёзному военному ПО отношение имел нулевое, так что очень хорошо, что без каких-то «социалистических обязательств»…

Не знаю, поняла ли она мою иронию над советской терминологией, то ли решила, что я действительно рад тому, что, выражаясь языком 21-го века, нам дали «поиграться в песочнице».

* * *

Варгейм из моего времени, я, пожалуй бы, взялся пообещать повторить, но игрушка, где реализм и серьёзность всегда уступает дорогу внешнему облику и затягивающему игрока геймплею (я помню слова легендарного Сида Мейера о главенстве крайнего аспекта!) – это одно, а что-то, способное приносить реальную военную пользу генералам РККА… бр-р… я тут ни черта ни бум-бум. Однако, с другой стороны, разработка системы команд «процессора» М-1, обучение программистов СССР номер 2 и 3 и совместная работа с ними «на благо Родины» придали мне уверенности в профессиональном плане и в том, что ныне, «в сороковых иной реальности» мне по силам что-то большее, чем обеспечение личного финансового благополучия в «потерянном будущем» за счёт инди-геймдевелопинга.

Глаза боятся, руки делают. Тем более, как я уверенно понял, военные рассматривали идею как интересный и потенциально полезный эксперимент.

Теперь о том, чего именно хотели от Светы. Изначально шёл разговор всего лишь переносе на обычные большие листы миллиметровки ежедневной обстановки на фронте. «Тогда» и «сейчас». Вплоть до дивизионно-бригадного уровня. С попыткой последующего анализа. Возможностями просмотра «как кинофильм» динамики день за днём.

Всё равно, кроме как 8-му отделу, заниматься этим больше некому. Допущенные к тайне генералы заняты своими прямыми обязанностями, от которых зависит существование страны и советского народа, да и не барск… генеральское это дело, рыться сейчас в книжках из «иного будущего» и по текущим сводкам с переносом на карту… всё, время изучения книг и внедрения опыта «той войны» прошло. Кровавый экзамен начнётся на днях…

Но если пока так, то на самом деле, моя новая работа откровенно выглядит некоей халтуркой, хотя, как я понимаю, это только первый этап. И он, с моей точки зрения, пока выглядел так – простейшая 2Д графика для отображениея подробной карты. Плюс – ландшафт и боевые части. С последующим наращиванием функционала проги по запросам военных…

При первичной разработке я не стал заморачиваться на по настоящему серьёзных вещах типа переноса карты земной поверхности в 3Д (как в Google Earth и подобных системах), обошедшись аналогом яндекс/гугл карт из окна броузера. Правда делал всё в более всего привычном мне standalone-варианте. Реализацию начал на той же самой кроссплатформенной геймдевелоперской либе, что и использовал для своих инди-игр. Знакомый и хорошо изученный инструмент для реализации. Впрочем, максимально изолировав в исходниках основную логику проекта от работы с данной специфической либой, которая будет актуальна только пока живы этих два компа. Но об сём поясню чуть позже…

В случае будущего расширения проекта, если что, можно будет сконвертировать все введённые данные при смене системы координат на полноценную трёхмерную имитацию земной поверхности – как для карты с населёнными пунктами и прочим рельефом, так и для базы данных с координатами боевых частей и прочего.

Списки населённых пунктов, «юнитов» и их содержимого представляли собой поначалу простейшие базы данных в виде текстовых файлов, информацию в которой с символами разделителями в дальнейшем могла быть легко пополняться и редактироваться в обычном текстовом редакторе из FAR-а и т. п. подручных средств.

В целом, если из этого прото-прогностического ПО что-то выгорит на уровне хотя бы «идея, полезная на будущем», то стоит максимально упростить его реализацию для последующего переноса на будущие первые компы с графическим дисплеем для местных, не сильно налегая на использование возможностей техники и софта из 21 века.

Или я это совсем далеко забегаю вперёд?

Подумав, пометил в to-do list возможность масштабирования (в максимальном масштабе вплоть до 1*1 км? Ладно, подлежит обсуждению – как заказчики пожелают…) и заложил сразу в структуры данных по «юнитам» возможность наполнение их штатов, расформирование и прочая, и прочая… Пометил возможность учёта типа территорий и прочих свойств, моделирующих рельеф.

С началом войны 8-й отдел стал получать свою копию сводок генштаба о положении на фронте, которая шла по высшему комсоставу РККА и верхушке ЦК, а троица «инициативников» начала осваивать работу в понемногу обраставшем новыми фичами «вьюере-прогнозере» обстановки на линии боевых действий. Имевшего, среди прочего, возможность накладки/сравнения положения дел на фронте «тогда и сейчас». Как в виде карт, так и сравнения потенциалов юнитов. Ну насколько имелись данные по врагу для этого раза. БД для программы кстати, стали пополняться очень быстро. Пленных немцев, служивших основным источником подробной информации в «этот раз» было больше. И уже с июля в 8-м отделе каждую неделю, несмотря на всю свою занятость, появлялся кто-то из «группы Мерецкова». В основном это был сам Шапошников, нагрузка со штабной работой на которого, судя по его утомлённому виду, легла огромная.

Маршала, очевидно, прельстила возможность всего парой кликов рассматривать положение на линии фронта и за пределами фронтовой полосы в динамике, за выбранные по его желанию временные периоды и по отселектированным по разным параметрам набору юнитов, местностей, уровню подчинённости и т. п.

Разумеется, ход мыслей главного, пожалуй, штабиста страны, мне был неведом, а освоив работу с программой, он бывало почти по часу-два изучал ежедневно наполнявшуюся новыми данными программу. Молча появлялся, работал и также уезжал обратно в Генштаб. Его попытку, почти что требование забрать компьютер с программой туда (вместе с пополнявшей базы данных проги Лежнёвой), пришлось пресекать самому Берии, при мне кратко перечислившему маршалу задачи, которые возложены на железо из 21 века.

Тот лишь вздохнул. Увы, компов было всего два. И именно сейчас, они были нужнее всего. Объём расчётных задач от Иоффе возрастал с каждым днём. Шура-Бура и Ляпунов, в связи с необходимостью были переведены на «полные ставки» со своих прежних работу сюда, в 8-й отдел ГУГБ.

* * *

19-20 июня 1941. Попаданец и К.

Впрочем, многозадачность и почти беспредельные для 41 года ресурсы компов позволяли многое. Точнее использовать всё это время компы не только для «важнейших государственных задач»(TM), но и для развлечений немногих избранных. А начавшаяся работа над прототипом прогностического ПО снова разожгла мою страсть и породила мысли о том, что вот уже почти год не программирую игр, но ныне можно даже здесь, в сороковых, совместить личный интерес (хоть в простейшей и убогой форме) с «интересами советского государства»:-)

Через день, узнавший о моём новом задании Шура-Бура, между прочим, видевший ранее только мельком компьютерные игры, понаблюдал за подготовкой дизайн-документа на прогностическое ПО, отметил совсем новое, не виданное ранее за неактуальностью (в текущий исторический момент) в преподнесённых ему и Ляпунову урокам направление – высокоскоростную графику и не выдержал. Он стал настойчиво выспрашивать о подробностях. Как-то незаметно мы перескочили на историю электронных развлечений. А вечером, после официального завершения работы в 18.00, я, оставшись в отделе, устроил в архиве, где был десктоп и рабочее место местных прогеров, мастер-класс. Ему и присоединившемуся Ляпунову. Правда была и парочка зрителей из числа сотрудников отдела, до сего момента занимавшихся своими делами.

– Так… коллеги… это я к Вам, товарищи программисты СССР номер 2 и 3, в первую очередь обращаюсь, сейчас у Вас, говоря языком моего времени, будет мастер-класс. Ваше обучение программированию, как неоднократно подчёркивалось, было весьма однобоко и узконаправленно. Сами понимаете насчёт целей, стоящих сейчас перед нами. Вводные данные, алгоритм, данные на выходе, проблемы взаимодействия с потребителями вашего профильного расчётного ПО через руки товарища Иоффе и всё такое… сто раз уже обсуждали. Сугубо расчётные потребности. Короче, пора исправлять этот недостаток, тем более реальная и интересная задача нарисовалась. А пока… просто чтобы знали, «как и чем я там жил»… да и сам соскучился. Хотя бы так развлекусь…

* * *

За четыре часа я соорудил им небольшую аркадку с помощью Lazarus, GIMP и Castle Game Engine.

Как это выглядело?

По быстрому накидал в графическом редакторе стильных в своей простоте спрайтов, сохранённых в png формате с альфа-каналом – «челопутик», «хавающие челопутика шарики», «золотишко», «брызги кровищи»

С лёту придумал простейшую структуру уровня и путём копипаста и минимальных исправлений соорудил в текстовом редакторе уровень на пару десятков локаций.

Схватил стандартный стартовый каркас своих прежних игр с внутриигровым таймером, пообтрубал куски кода для поддержки кроссплатформенности и прочим неактуальными в данный (да и вообще в этом мире? Навроде внутриигровых покупок через интернет… только «хехе» грустноватое выходит, товарищи…), отписал операцию инициализацию уровня и его загрузки, процедуры и функции примитивной игровой логики, хотя и с простейшей, но вполне приятно выглядящей «силой тяжести», контроль столкновений спрайтов, отписал реакции по обработку клавиатурных нажатий и прочие известные разработчикам игр обязательные вещи.

Заработало практически сразу, потратил десять минут на отладку-проверку и… вуаля!

Насладитесь, товарищи первые советские программисты и зрители, игрой в первую компьютерную игру СССР… на инопланетн… уф-ф, иновременной железячной платформе! Конечно, подобное быстрое действо было возможно не только потому, что я программист из 21 века с софтом и компами от туда же, но и потому, что именно геймдевелопер с приличным опытом…

Люди (эти двое и двое работавших в архиве сержантов, залипших на происходящее), вроде бы уже видели разножанровые шедевры из 21 века, на порядки превосходившие сляпанный по быстрому пример. Но тут… на их глазах я сотворил за ничтожное время маленькое электронное чудо последних мирных дней довоенного СССР.

К сожалению, к которому могли прикоснуться только единицы, максимум десятки из допущенных. «Разогревшись», к часу ночи выдал им второй пример – работающий римейк сокобана.

Наверное, на присутствовавших здесь Ляпунова, Шуру-Буру «мастер-класс игростроительства» сие подействовало отчасти не менее, чем бешеный темп и значение их работы на технике из будущего на нужды СССР и все секреты из 21-го века, которые они узнали за прошедшие месяцы.

Программист я или так, погулять в 1940 год вышел!?

Полученные парой местных прогеров опыт «простых», хотя и сверхполезных программ тут не показывал, какими эффектными внешне могут быть весьма простейшие игры. О, эта волшебная сила ретро-графики простейших римейков хитов зари домашних ПК… которая почти что в мгновение ока рождается руками, головой прогера и софтварными инструментами из 21-го века!

* * *

21 июня (суббота – рабочий день!).

– …У меня минимальная матподготовка, за исключением некоторых аспектов, требовавшихся мне в программировании трёхмерной графики. И, кроме того, в своё время я читал, что даже на современных мне компах взлом методом «тупого перебора» возможных вариантов старых шифров не так прост. Боюсь пообещать и не выдать результата… а криптография, как я понимаю, требует недюжинных математических способностей и времени на освоение.

Он немного помолчал. А затем уточнил насчёт других прогеров.

– А товарищи Ляпунов и Шура-Бура? Их профиль, насколько я понимаю, как раз – математика.

– Разрешение из Кремля на привлечение и доступ к нам профессионального криптографа дадут? Если обоснуем верно, то… можно попробовать, хотя бы самые критические места и ресурсоёмкие места при взломе попробовать… алгоритмизировать и запрограммировать. Но машинное время одного компа, всё равно забрать полностью под криптографию невозможно. Сами понимаете, другие задачи откладывать не выйдет.

Выслушав мою крайнюю, не особо многообещающую фразу, Павел Михайлович быстро свернул разговор и покинул 8-й отдел…

Интересный разговор у нас с товарищем Фитиным, содержание которого, очевидно, не сильно его порадовало, получился.

А вечером я отправился гулять (конечно же не один… интересно, мне когда нибудь разрешат быть без сопровождения где-то ещё, кроме стен собственной квартиры и личного кабинета внутри главного здания самого жуткого ведомства СССР?) по вечерней Москве. В последний мирный уже не год, уже не месяц, а «последний мирный день…»

С «коллегами» на отдельской М-1 (оба ЗиС-а последнюю неделю прочно заняты Поташником и «замшей», мотающимся по неведомым мне, каким-то госважности делам) добрались до окрестностей Красной площади, где познакомились и легко пофлиртовали (абсолютно не имея никаких далекоидущих планов) с парочкой гулявших девушек. Выпускниц сорок первого.

Интересно, смотрел ли кто-то из моего сопровождения (давно свыкшимся со знанием о подступающем) на девиц в ином (помимо привычного и естественного) разрезе:

Наверняка пойдут в дружинницы, санитарки в будущее госпиталя, в московское ПВО? Или вообще… как Зоя Космодемьянская…

С другой стороны, моя пара небрежно-хохмливых фраз (на порядок меньшим числом, чем у сержантов сопровождения) не приведёт ли к тому, что девицу, в чей адрес были отправлены комплиментарные шутки слегка сомнительного рода, например, через пару месяцев «случайно» встречу в роли официантки в привычной и такой почти что «родной» ведомственной столовой НКВД? Чем не вариант с точки зрения местных или это у меня уже глючит совсем? Слишком много о себе драгоценном, думаю? Или… «жониться Вам, барин, надобно», ггы…

* * *

Тот же день. Берия. Фитин.

– …у тебя 10 минут, через час уезжаю. Сам понимаешь, куда. Поговорил с ним?

– Да. Услышал много дополнительного, товарищ Нарком. Результат – не очень.

– Что так?

– Если вкратце, криптография очень специфическое дело – и главное в том, что сам Рожков не обладает никакими практическими полезными знаниями по данному вопросу, в чём сам честно признаётся. Из того, что он вспомнил – из прочитанного в их всемирной сети, что стойкость шифров немецкой шифровальной машинки «Энигмы», о которой мы кое-что узнали из книги… про меня… зависела от множества факторов. Англичане и поляки давно ведут дешифровальные работы, зная о существовании у немцев этих механизмов. В целом, его вывод таков: на что-то полезное можно будет рассчитывать только в том случае, если один компьютер полностью будет отдан под нужды занятых расшифровкой как минимум двоих специалистов. Кого-то из моих специалистов-криптографов и программиста, могущего создавать… программы дешифровки на… языке программирования из будущего – подобрал верные, но по прежнему непривычные термины Фитин. Рожков предложил эксперимент – если криптографа не допустят к «особой папке» – самые критичные по сложности… но самые… алгоритмизируемые места при попытке расшифровки передавать кому-то из их троих программистов, чтобы они создали соответствующие расчётные программы для компьютера. Но тут вылезут проблемы – криптограф не понимает, чем ему обещают «ломать», сам Рожков не специалист в математике и шифровке-дешифровке. Двое наших местных – Ляпунов и Шура-Бура хороши в математике, но как специалисты-программисты ещё начинающие, хоть Рожков и хвалит их…

Берия, выслушав Павла Михайловича, распорядился.

– Значит, пока доступ давать не будем. Работайте по малому варианту, предложенному Рожковым. Если результаты будут, думаю, и доступ для криптографа товарищ Сталин позволит, а пока прислушаемся к потомку. И… будем надеяться на быстрый прогресс в разработке наших советских электровычислителей.

А самому себе в голове он дополнил: со всем этим академическим… сборищем кучу проблем уже себе на голову наскрёб. Как только Иоффе смог Хозяина убедить? Выгоды не очевидны, а сколько уже осведомлённых об «главной тайне СССР», с каждым днём труднее держать контроль. А в условиях войны… ладно Жуков и ему подобные, у них своя охрана есть… их дело – войну выигрывать… а за остальными всеми в оба глаза смотреть придётся, чтобы к линии фронта не приближались.

* * *

Последние дни июня 1941.

22 июня вышло «Заявление советского Правительства» с кратким анализом происходящего и констатацией факта начала войны между СССР и Германией и её сателлитами. Советский союз получал сведения о готовящейся не спровоцированной агрессии Германии достаточно давно… В своём стремлении к миру руководство СССР готово было к любым переговорам и поиску компромисса, с учётом мнения всех сторон… Опьяневший от военных побед в Европе германский фашизм, ведомый бесчеловечными идеями расовой и идеологической ненависти… Безудержное стремление Германской стороны к мировом господству… Вооружённые силы СССР оказывают сопротивлению вторгшемуся агрессору…Советский Союз призывает все прогрессивные силы человечества сплотиться в борьбе…

И всё такое. Даже завуалированное признание некоторых предвоенных ошибок присутствовало.

А товарищ Молотов произнёс от имени и по поручению руководства СССР ту самую знаменитую фразу.

Короче, Победа будет за нами… а через пару дней мы увидели в газетах стихотворение «Священная война» и услышали по радио её исполнение.

* * *

Я вскоре поймал себя на том, что каждый день внимательно вчитываюсь в доставляемую копию обобщённой сводку Генштаба, из которой Светлана заносит в текстовые файлы ежедневных баз данных для «разрабатываемого на заказ из ГШ» прототипа прогностического ПО и – что было для меня крайне удивительным – в передовицы советских газет.

Мои слова – об кинофототехнике и числе материалов военной хроники не пропали даром? К ним даже прислушались? Давние осенние разговоры с Тимошенко, Мерецковым и К нашли тропку куда-то к центрам решений в их голове и, Политическое Управление РККА получило (может, и от известно кто с самого верху) «ценное указания»?

А может, я слишком своё ИМХО возвеличиваю… хотя… наверное, всё же учли. Учитывая тот объём агитации про «немцы-фашики-нелюди, давить их всех без жалости! Немецкий пролетариат предал нас…», который я вижу буквально с первых дней «этой» ВОВ.

Не знаю, как насчёт обычных военнослужащих РККА, но от фронтовых кинофотокорреспондентов материалов было на порядки больше. Уже 25 июня в «Правде» и «Красной Звезде» вся передовица была заполнена фотографиями битой немецкой техники и трупов немецких солдат. И даже пленных.

С Белостокского выступа! С границы в Прибалтике. Из подо Львова.

После в газетах и журналах ежедневно стали печатать тонны, буквально тоныы фото с фронта… особо меня впечатляли лица простых красноармейцев.

Народ и армия – едины… ну или как-то так.

Полагаю, судя по толпам, останавливавшимся у стендов наглядной агитации, куда вывешивали номера «Красной Звезды» и других газет и куче народа в кинотеатрах, готовых платить чисто номинальную цену в 2 копейки (государство) старалось по максимуму довести до народа то, что происходит на фронте. Частично пресекая поганые слухи. Не железной рукой НКВД, а фактами с мест событий.

Содержимое сводок советского Информбюро также порадовало. Как мне показалось, стало меньше вранья, стало больше правды.

Если верить сводкам и тому, что печаталось официально, то немцам уже в первые дни удалось нанести очень приличные потери, от которых у них многое в сразу пошло наперекосяк, а темп продвижения упал. Каждый подобный день («лучше чем в тот раз») играл на улучшение будущего общего итога войны для СССР.

Зная цифры потерь и скорость продвижения немцев из «того раза», мог сравнивать и иметь более-менее достоверное понимание. Чему помогала сводка в 8-й отдел из Генштаба по которой Светлана формировала в проге «линию фронта в динамике» и прочие вещи, уточнявшиеся каждый день. Чуть позже ей стали приходить и обобщённые материалы из допросов пленных, которые она вносила в данные по каждой немецкой дивизии. А я усиленно дорабатывал структуры и возможности программы, которую терзал Шапошников, пытавшийся оценить возможные варианты будущих действий немцев.

Порадовали результаты начала войны на Чёрном море, но потерянный свой эсминец (отчёты по удару флота и авиации по румынам радостно были изложены в прессе населению СССР) при полном превосходстве наших, вызвал у меня вырвавшийся вслух едкий комментарий среди своих, в отделе.

– Получше, конечно, чем в тот раз… но всё равно… самотопы, бл-и-иин… как не было у Императорской России приличного флота, так и у СССР пока нет. Корабли есть, моряки храбрые есть, а флота нет… это надо же… как повторилось. Товарищу наркому ВМФ не выдавайте – расстроенно пошутил я… – обидится, а он и командир и человек правильный. Даже и не знаю, надеяться ли теперь на то, что наши и «Тирпитца» и крейсера фашистские по настоящему на дно пустят, и финские бронелоханки в их в шхерах отыщут и утопят.

Моя реакция даже для подготовленных людей из «8-го» было поразительна. Сочли нытиком и пораженцем. О чём и не преминули сообщить. В шутку, конечно, но в каждой шутке, как известно…

А что не так? Всегда уязвляло сравнение «успехов» нашего ВМФ по сравнению с амеро-японским побоищем на Тихом океане.

И когда все в нашем 8-м уже полагали, что новые язвительные гадости от попаданца закончились, я подвёл черту:

– Танкисты и танки хорошие у СССР есть, лётчики и самолёты – тоже ничего и будут ещё лучше, но вот с флотом – беда. Вся надежда теперь – на ракеты и ядрён батон… ну, когда будет, поправился я.

* * *

Увы, ни сам попаданец, ни даже товарищ Сталин в тот момент не могли и предполагать, что этот мир увидит аж полтора десятка грибов атомных взрывов на реальных целях намного раньше… а страх (в чём то полезный) против последующего применения данного (и других!) видов ОМП поселится в жителях Земли глубже и раньше.

* * *

Вскоре после начала войны крутой отдельский радиоприёмник, настроенный на правильную волну, словил выступление Черчилля. Какой всё таки это был анрыл – сравнивать то, что английский бульд… биг-босс сказал «в тот раз» и «новый повтор» тут!

Политический аспект наших сравнений дал первые отличия в конце июня. Обсуждения на радиостанциях Великобритании и США статей тамошней прессы (а позже и полученные в СССР их оригиналы в виде номеров западных газет, которые стали получать у нас в отделе, к моему явному удовлетворению) показали, что упорное сопротивление СССР в приграничном сражении оценивается нашими потенциально будущими союзниками весьма высоко.

Я смог возобновить свою интернетную привычку полноценно смотреть на вопросы с разных точек зрения и стал вгрызаться в наглосаксонскую прессу, к реальному удивлению многих в отделе, с сомнением относившимися к чтению «буржуйской пропаганды».

В тот момент мы ещё не знали, что увеличению числа контактов по дипломатической линии между тремя главными действующими лицами будущей антигитлеровской коалиции было дано «добро» с самого верху СССР. Сталин искал пути максимально быстро получить ленд-лиз, точнее обширные поставки (много чего). И готов был торговаться и платить. Не только кровью бойцов РККА, как в «тот раз», но сильнее, чем тогда – золотом и прочими высоколиквидными ценностями.

Статей с названиями «Сколько продержится Россия?» в принципе выходило и в «этот раз» немало, но то, что немцы столкнулись не просто с ожесточённым сопротивлением, но и несли существенные потери, стали признавать на западе очень скоро. Особенно после показов для англоязычных военных атташе трофеев РККА – немецкой военной техники и амуниции, немалого числа пленных немцев и позже организованных выездов их к линии фронта.

Сие достаточно неплохо было освещено в советской прессе. И, как я понимаю, преследовало множество целей – как на ориентацию и «правильное восприятие» своим населением формирующегося военного союза с США и Великобританией, так и для верного воздействия на верхи наглосаксов – чтобы те имели дополнительные подтверждения в том, что СССР выстоит. Да и чтобы понимание в Германии нарисовалось – немцам снова, как и в первую мировую, предстоит полноценная война на два фронта. С соответствующим итогом…

* * *

29 июня неожиданно получил приглашение сходить первый раз в кинотеатр на, говоря языком 2018-го, предпремьерный кинопоказ. В советской вариации – «для узкого круга ограниченных лиц»:-) Для широкой публики многие кинотеатры начали демонстрацию на следующий день.

Смотрели первый «Боевой киносборник N1» А компанию мне составила – кто бы мог подумать? Замша! Особенно пикантно смотрелось то, что она пригласила меня «в киношку» сама, как и взяла под руку тогда, когда шли из машины в кинотеатр и после.

Отказываться не стал. И даже не думал о каких-либо «тайных замыслах». Полагаю, чекистам сейчас не до них. Правда, и мне «посмотреть и сравнить» хотелось прилично. А замша, как она пояснила после сеанса, именно что хотела узнать моё впечатление. На сколько подействует на человека, искушённого и пресыщенного будущим интернетом, с идеосинкарзией на идеологию, сия пропаганда.

Полагаю (даже уверен!), что она не только позже мои ответы слушала, но искоса наблюдала за моей реакцией в кинозале. Правда, ничего она там не словила, покерфейс я тут давно держать научился.

Позже одарил её вполне искренним спасибо за идею и поделился впечатлением – со скидкой на текущие возможности кинотехники и методы съёмки – киносборник вышел «на твёрдую чётверку».

Полагаю, визит на киносеанс состоялся потому, что за пару лет до провала в это время я видел в ютубе «первый вариант» и у меня он тогда ещё оставил тягостное впечатление. О чём в своё время (осенью) настойчиво говорил.

Не знаю, как его воспринимали в «тогдашнем» августе 1941 (когда он, кстати, вышел) моего времени – может и лучше, чем у меня, плевавшимся и капавший ядом в 2016 от постановочных сцен и нулевом количестве реальных кадров с фронта.

Но то, что увидел в кинотеатре тут, меня вполне порадовало. Художественного свиста и товарищей актёров тут было ноль. Во первых, качественный инфоматериал. Подбитые немецкие танки и даже была сцена авиаудара немецких бомбардировщиков по Каунасу и разрушений там.

Конечно же, пропаганда оставалась пропагандой – не было кадров убитых наших бойцов и подобных вещей, но это была правильная пропаганда…

Даже верные слова от ведущего были вставлены – про то, что наши раненые и похоронки на погибших уже начинают прибывать и смотрящие сии кадры в кинозале их скоро сами увидят… священный гнев разожжётся и без них, но без агитпропа на войне – никак.

* * *

30-го июня, Лежнёва, ездившая по работе в Генштаб к Шапошникову, уловила момент, набралась смелости и, улучив момент, когда вблизи не было посторонних, тихо уточнила у него:

– Товарищ маршал Советского Союза, как там… на фронте?

Она поделилась позже с нами в отделе ответом.

– Маршал секунд пять внимательно на меня смотрел, а после выдал:

– В целом, фронт удержали. Отходим кое-где. Пока катастрофического ничего нет. Потери… большие, но и немцам крепко даём… лучше, чем в тот раз… а вообще, Света, у вас, в 8-м отделе, есть копия ежедневной сводки для высшего комсостава. По сведениям там о дислокации наших и немецких частей на линии фронта Вы сами можете понять обстановку…

– Это всё что он мне сказал – дополнила Лежнёва.

Подобное дорого стоит…

* * *

Даже по сравнению с «тем разом»… и по результатам боёв на границе стали заметны первые признаки существенных изменений в ходе истории. А затем, на фронте же «начавшейся снова» войны стало творится что-то совсем невероятное.

Особенно меня потряс размах танковых битв. Десяток мехкорпусов и отдельные танковые дивизии и бригады РККА, поддержанные массированными силами наших ВВС, нанесли свои, очевидно давно планировавшиеся контрудары в Прибалтике, Белоруссии и на западной Украине.