Текст книги ""Фантастика 2026-23". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)"

Автор книги: Павел Дмитриев

Наконец Ефимов не выдержал.

– Сыро! Очень сыро! – скептически скривившись, прервал он работу прожектера. – Но не безнадежно, – и небрежно, будто делая одолжение, добавил: – Отказать будущему авангарду пролетариата мы, разумеется, не имеем права. Что требуется конкретно, можешь сказать?

– Да вот, совсем немного, – выдохнул с облегчением бывший секретарь райкома, и на стол легли три скрепленных машинописных листочка. – Тут полный перечень необходимого оборудования.

– Ни фига себе! – не удержался Ефимов и, подтягивая документы поближе, продолжил заметно потеплевшим тоном: – Неплохо подготовился, чувствуется школа комсомола!

– Стараюсь, – выдавил беззаботную улыбку Василий. – Все отечественное, и по большей части Ленинградское, из СКБ-2.

– Даже так? – насторожился Иван Степанович. – Погоди, а вы там не велосипед изобретать собрались?[1501]

[Закрыть] Наверняка наша промышленность подобное уже делает!

– Как сказать, – замялся прожектер. – Тут вопрос, если доходить до тонкостей, в технические детали упирается.

– Да ладно, не на собрании, – ухмыльнулся первый секретарь. – Рассказывай, пойму как-нибудь.

– Будь по-вашему, – легко согласился Василий. – Самое близкое к нашей задумке в прошлом году сделали на Рязанском станкостроительном, на базе токарного один эм шестьдесят три[1502]

[Закрыть]. Говорят, что их система сокращает время обработки процентов на тридцать.

– Слышал про этот агрегат, – блеснул неожиданной информированностью Ефимов. – Но ты же мне только что совсем иную картинку разрисовал!

– Подобных станков много, и разных, – несмотря на замечание, продолжил свою мысль опальный комсомолец. – Рязанцы программу обработки детали записывают на магнитной ленте, москвичи из ЭНИМС в своей серии шесть-а предпочитают штекеры, немцы из Сименса используют реле, у американцев даже перфокарты и барабаны со штифтами встречаются! Вот, посмотри, – вытаскивая пачку фотографий с заграничных рекламных буклетов, Василий незаметно для себя перешел на «ты». – Тут, к примеру, станок, который капиталисты уже больше десятка лет производят.

– Милвауке-матик модель два, здоровенный какой, сволочь! – с трудом разобрал подпись Ефимов. – Какой-то Керней делает[1503]

[Закрыть].

– Видишь большой барабан справа от фрезерной головки? – Прожектер безжалостно черканул ногтем по глянцу фото. – Эта машина не просто деталь точит, она еще сама инструменты менять умеет!

– Серьезная техника, но все равно не похоже на это. – Ефимов кивнул в сторону листочков с эскизами.

– В том-то и дело! – обрадовался нужному вопросу Василий. – Насколько знаю, еще никто в СССР[1504]

[Закрыть] не использовал ЭВМ для управления металлорежущими станками. Очень дорого получится, ну сам представь в каком-нибудь цехе БЭСМ или «Минск». Хотя уверен, что после появления ПК-0010 многие постараются, но… мы вполне можем стать первыми!

– Вот это уже другой разговор, – постарался скрыть облегчение Иван Степанович. – А какие преимущества дает такой контроллер?

– Сложные профили не помеха, легко закладывать в память не двадцать – тридцать шагов, как сейчас, на перемычках, а хоть тысячу, – начал перечислять Василий. – Можно использовать разные режимы обработки, менять скорость шпинделя и подачи резца. Обратная связь реализуется понятным образом, а значит, возможна обработка по контуру. Интерполирование реально, ну и, конечно, легко программу исправлять, прямо у станка или даже во время работы… Точность выше задать нет проблемы, и вообще, управлять контроллером, если верить описанию, одно удовольствие.

– Неплохо, хотя на революцию и не тянет, – в сомнении поджал губы Ефимов. – Думаешь, востребовано будет на заводах?

– Выходит дешевле в разы, чем традиционное ЧПУ[1505]

[Закрыть] на ленте или перемычках! – Прожектер снова полез в кажущийся бездонным карман пиджака. – Вот ценник, производитель выставил меньше десяти тысяч рублей за комплект!

– Фантастика какая-то. – Рука Ивана Степановича непроизвольно потянулась к затылку. – Габариты маленькие, возможности серьезные, да еще дешевый и недефицитный!

– Может быть, не напрасно товарищ Шелепин на последнем пленуме партии про миниатюризацию целую речь произнес? – осторожно выложил последний козырь Василий.

– И точно! – как по волшебству отбросил сомнения первый секретарь горкома. – ЦК без всесторонней проработки вопрос поднимать не будет.

– В «Техника – молодежи» не зря статью напечатали, ей-ей, не зря, – поторопился влезть в диалог отодвинутый было в сторону Чесноков. – Там и фотографии есть!

– Олег, ты прав, безусловно, прав! – обратил внимание на инициативу Иван Степанович. – Поэтому будешь у нас отвечать за это направление. Выйдет что путное, без награды не оставлю. Средства для ПТУ горком выделит, – первый секретарь горкома внимательно заглянул в глаза не скрывающего улыбки Василия. – А разбазарите, – он перевел взгляд на завотделом, – пеняйте на себя.

На первоначальных эскизах управление станком с помощью контроллера выглядело просто и красиво. Эка невидаль, суппорт двигается всего-то в двух направлениях, винты и направляющие в наличии, то есть нужно просто моторизовать оси, задать программу перемещения, и все будет как в песенке из нового фильма «Приключения Электроника»: «Вкалывают роботы, счастлив человек»[1506]

[Закрыть].

В реальности комсомольский актив и ученики ПТУ имели микроскопический опыт и попросту не представляли себе масштаба проблем, стоящих между ними и реализацией проекта. Бесславное поражение было бы закономерным результатом для любого, но… Только не Василия, которого, казалось, взяла под свою опеку сама госпожа удача.

Для начала бывший секретарь сумел, сам того до конца не понимая, обойти практически все проблемы с освоением цифровой части. Пробившись на прием к директору СКБ-2 товарищу Старосу, комсомолец, не особо стесняясь, выложил свою одиссею о «бычке и строгаче». Ярко описанные попытки важного товарища лазить по столбам изрядно развеселили Филиппа Георгиевича, который и без того относился к партаппаратчикам, мягко говоря, прохладно. С другой стороны, он хорошо знал, что про перспективы станков с ЧПУ уже пару лет напоминал Петр Воронов, странный, но редко ошибающийся в своих прогнозах директор НИИ «Интел» из Подмосковья.

– Похоже, и правда время пришло, – не стал долго раздумывать Старос. Взглянул на удивленное лицо собеседника и продолжил, хлопнув по столу ладонью: – Открою под вас отдельную тему.

В сложные материи Василий без необходимости не вникал, поэтому так никогда и не узнал, что под словами Староса подразумевались затраты, на пару порядков большие, чем те, которые горком отпустил на весь прожект. Комсомолец лишь старался получить максимум из особых отношений и принял как должное адаптацию «заграничного» языка управления станками G-code[1507]

[Закрыть] к ПК-0010, а также шефскую помощь в освоении промышленной ЭВМ учениками ПТУ № 39.

Зато небывалое внимание серьезных товарищей к обучению «детишек» враз растопило лед недопонимания между Василием и директором ПТУ Борисом Михайловичем Шабровым[1508]

[Закрыть]. После того как на экране монитора «поползли» команды типа 10 G90G0X100Y20Z5F2000M3, а инженер-программист растолковал всем желающим их смысл, Борис Михайлович проникся немалым уважением к вчерашнему баловству. Ворчание на тему «испортите мне инструмент своими игрушками» прекратилось, и прожектеры получили в свое распоряжение почти новый чешский токарно-револьверный станок TOS R5, неведомым капризом переданный с Невского машиностроительного завода.

Случайно сделанный выбор оказался более чем удачным, потому как на данном оборудовании без особых проблем реализовывалась смена инструмента в пределах магазина, а уже установленный механизм подачи прутка «до упора» и специальный цанговый патрон позволяли работать без перерыва, пока не кончится трех-четырехметровая заготовка.

Но это были только цветочки. Ягодки начались с попыток пристроить электропривод к суппорту. Советские шаговые двигатели не блистали особой точностью и давали максимум двадцать, в лучшем случае тридцать шагов на оборот[1509]

[Закрыть]. Этого более-менее хватало, с учетом редуктора привод позволял управлять станком как минимум не хуже, чем ручным маховичком, нониус которого обычно размечался из расчета одной десятой миллиметра линейного перемещения на минимальное деление. Однако теоретическое наличие нужной номенклатуры не означало возможности получить ее живьем в разумные сроки. Не смогли помочь даже письма из Ленинградского горкома ВЛКСМ и буквально оборванная Олегом Чесноковым трубка телефона.

Пришлось использовать старые добрые сервоприводы, то есть обычные мотор-редукторы с управлением через отрицательную обратную связь. Этот вариант позволял добиться значительно большей точности, но и электроники требовал на порядок серьезнее. Тут Василия выручили друзья из ЛЭТИ, которые, как оказалось, уже сталкивались с «халтуркой» на ПК-0010. Но задача обработки металла далась им нелегко, мешал редуктор, вернее, его люфты. Из-за них рабочий инструмент, выставленный относительно датчиков обратной связи, при прохождении траектории начинал колебаться вокруг нулевого положения. Пока студенты мучили свою профессуру на предмет алгоритма гашения автоколебаний, а Василий изыскивал возможность заказать в Японии безлюфтовые редукторы ШПВ[1510]

[Закрыть], положение спас директор ПТУ. Борис Михайлович не стал долго размышлять, а поставил «как времянку» две капролоновые гайки, выбрав тем самым зазоры практически в ноль.

Попутно в утиль отправились установленные на старте проекта датчики положения, намотанные из манганина[1511]

[Закрыть]. Их заменили в десять раз более точные электромагнитные, способные измерять перемещения до одной сотой миллиметра[1512]

[Закрыть]. Оказался химерой и первоначальный вариант управления рычагом коробки скоростей при помощи соленоида. Вместо него регулировать скорости вращения шпинделя стал уже опробованный сервопривод.

Однако самый главный сюрприз ждал прожектеров в конце. Оказалось, что станок «с душком». Заводчане спихнули в ПТУ «чеха» не простого, а с поведенной станиной. Эка невидаль, всего-то советский снабженец забрал оборудование по схеме «три бракованных вместо одного нормального». Пока на нем работали ученики – проблем никто не замечал. Но программы не ошибаются! Оскорбленный в лучших чувствах Василий настоял на составлении карты обмера станка и уже собирался добиваться от завода замены, но… изрядно поднаторевшие в числовом управлении ребята предложили вложить в память ЭВМ коррекцию дефектов, так же как это было сделано для коррекции износа инструментов в процессе работы. Бывалые мастера не верили своим глазам: безнадежно испорченный станок смог выдавать изделия без изъянов.

…Через год пришла пора «считать цыплят». Токарно-револьверный станок с микроконтроллерным управлением решил практически все поставленные перед ним задачи. После публикации в «Комсомолке» проект «ЧПУ из ПТУ» стал известен по всему СССР и имел огромное число последователей, ни один из которых, впрочем, не добился заметных результатов – лимит «цифрового везения» в ПТУ № 39 исчерпали до дна. Олег Чесноков стал вторым секретарем горкома ВЛКСМ, а его друг совершил еще более серьезный рывок – в инструкторы Северо-Западного регионального комитета КПСС, после чего начал отзываться исключительно на «Василия Николаевича». Сам же станок на производстве не прижился. Сметанный «на живую нитку», он начал разваливаться раньше, чем просохла типографская краска на победных реляциях.

Но все же работа комсомольцев была не напрасной. В далекой Рязани партийное руководство станкостроительного завода обвинило главного инженера Владимира Павловича Кабаидзе в пренебрежении генеральным курсом партии на автоматизацию. Последний расстраивался недолго, так как получил предложение возглавить Ивановский завод расточных станков. Но про вызвавший резкий поворот в карьере агрегат он не забыл, перевел его «остатки» с Невского машиностроительного завода на баланс своего предприятия в обмен на две недельные путевки в адлерский профилакторий «Дельфин». Кроме того, он сумел забрать к себе на работу чуть ли не весь выпуск неожиданно прославившегося ПТУ.

К концу тысяча девятьсот семьдесят второго года Ивановское станкостроительное ПО наладило выпуск передовых станков с ЧПУ на базе контроллера ПК-0012.4, которые пользовались спросом не только в СССР, но и на мировом рынке. Ивановские станки получали призы на престижных международных выставках в Ганновере, Дюссельдорфе, Брюсселе, Осаке[1513]

[Закрыть]. Обрабатывающими центрами семейства ИР оснащались ЗИЛ, ГАЗ, «Шкода», «Фиат», «Рено», предприятия космической техники и авиационные заводы. Уже в конце семидесятых в свободной экономической зоне «Северо-Запад» было создано международное совместное научно-производственное станкообъединение «Иваново-Сливен-Кавадзима[1514]

[Закрыть], генеральным директором которого был назначен Владимир Павлович Кабаидзе.

Глава 10
Новогодние подарки

Прожив всю свою сознательную жизнь в России двадцать первого века, я даже представить себе не мог, что самым удивительным днем в жизни Советского Союза окажется тридцать первое декабря. Как-то привык, что Новый год медленно накатывает через многочисленные корпоративы к католическому Рождеству, потом приходит пора поездок начальников в египты, тайланды и прочие доминиканы, оставшиеся без пригляда сотрудники с зарплатами поскромнее работают скорее мнимо, чем реально. Происходит такое не только в частных офисах-конторках, праздничная чума легко накрывает вполне серьезные заводы. Хуже того, начатый под «Санту и оленей» алкогольный марафон гармонично дополняет «синяя яма» новогодних каникул, достойно завершая потерянный для экономики месяц.

Но здесь вам не там! Инженеры и рабочие в СССР привыкли вкалывать тридцать первого с раннего утра и до полного выполнения годового плана. А так как обычно план и здравый смысл несовместимы, начинается быстрое время чудес под «елочкой», строчки отчетов и материальные ценности становятся легкими, подчас призрачными, поэтому легко меняют свое положение во времени и пространстве. Впрочем, советским ученым и всяким примазавшимся к ним типам вроде меня нарушать законы природы и здравого смысла существенно проще, чем рабочим у конвейера, но даже в НИИ «Интел» всегда находились какие-то глупые акты, ведомости и прочая макулатура, которую непременно нужно было привести к запланированному виду до боя курантов.

Особых директорских усилий на это обычно не требовалось, Шелепин в свое время позаботился о формальной стороне, подобрал великолепных главбуха и зама по хозяйственной части. Однако последний день уходящего тысяча девятьсот шестьдесят девятого года обещал быть нелегким, и виноват в этом оказался я сам. Еще летом Авдеев с «УралКабеля»[1515]

[Закрыть] порадовал первой катушкой оптоволокна, и сразу вслед за ним, как будто сговорившись, товарищ Алферов предоставил лабораторные образцы полупроводниковых лазеров[1516]

[Закрыть]. Третим фактором стала супруга, которая откровенно заскучала на лаборантской позиции.

Увидев в стечении обстоятельств знак судьбы, я решил добиться синергетического эффекта, а именно пообещал Кате договориться о втором высшем экстерном, если, разумеется, она творчески осмыслит процесс построения сетей в целом, подготовит в НИИ образец-макет, а потом выработает методологические указания для будущих техников-монтажников. Особых проблем не ожидал, жена как-никак в недавнем прошлом учитель математики, справлялась с подростками в Н-Петровске, значит, сможет все, вплоть до дрессировки тигров, а уж обучение связистов на этом фоне совсем пустяк. Потом, глядишь, диссертацию защитит и вообще реализуется не только как мать, домохозяйка и лаборант странного НИИ, но и как настоящий советский ученый.

Дело – верняк, как говорил в похожих случаях Федор, ведь за моими плечами были десятки километров уложенного по лоткам и коробам «стекла», эвересты разваренных муфт и кроссов, тысячи приклеенных разъемов. И все бы хорошо, да угораздило меня взять повышенные обязательства: к Новому году в обстановке строгой ведомственной секретности запустить первую в мире оптоволоконную линию между парой «Орионов». Соответственно под такое дело не преминул напрячь смежников, чтобы к Первомаю и ни днем позже выдать «любимой партии и великому народу» совместную перспективную программу со всем, готовым для массового строительства, – серийные лазеры в стандартных корпусах, кабели, годные для прокладки под землей и подвесу в воздухе (а не волокна в лаке, как сейчас).

Но… гладко было на бумаге, да забыли про овраги. То одного нет, то другое задерживают или вообще сделали шиворот-навыворот. Так что плохо смазанная телега проекта доскрипела до финишной прямой с изрядным опозданием. Вроде ничего страшного, ну заработает первый линк на пару дней позже, а то и на месяц. Лабораторный журнал все стерпит, а писать методички задержка не мешает, до весны-то времени – умотаться. Но вот Катя… Уперлась, как единорог перед политической проституткой!

Проще говоря, тридцать первого декабря я до любимого кресла в собственном кабинете так и не дополз, а часам к девяти работа уже была в самом разгаре, я сваривал волокна, Катя клеила и полировала разъемы для будущих патчкордов, а позаимствованный у Федора магнитофон радовал свеженьким роком.

– Опять на английском все, – в очередной раз проворчала жена. – От них эпоксидка засыхает раньше времени!

– А ты быстрее работай, – попробовал отшутиться я, между делом укладывая хвосты волокон в сплайс-кассету кросса. – Знаешь, в свое время смотрел, как на китайской фабрике девчонки патчи клеят, не поверишь, вручную производительность такая, что ни один робот не угонится, руки мелькают, прям хоть в замедленной съемке смотри. А вот шлифуют-полируют уже на специальной машинке, простенькой совсем, без электроники. Но ее пока нам не надо, такая производительность потребуется хорошо если через пару лет…

– Ты мне под руку мозги не пудри! – Катя вытащила из-под микроскопа ферулу[1517]

[Закрыть] и, сломив ее с волокна, раздраженно отбросила в сторону. – Из-за тебя испортила! Вроде сколола нормально волокно, а смотрю, прямо как спираль ввернулась вглубь, никакая полировка не спасет.

– Бывает, – я пожал плечами, – мелочи, только ферулы пока сильно дорогие выходят.

– Все равно включи лучше что-то наше, – несмотря на все мои старания, супруга не забыла о просьбе. – Хоть «Рубиновую Атаку»[1518]

[Закрыть], что ли, если тебе так нравится по-заграничному слушать, – продолжила она. – Кстати, мне тут рассказывали, представляешь, у них был концерт в ДК «Энергетик», это в Ленинграде, вроде, так там столько народу набилось в зал, что сама Эдита Пьеха пройти не смогла. Говорят, долго удивлялась: «Кто же эти молодые люди, что собирают публики больше, чем я?!»[1519]

[Закрыть]

– Врут твои подружки, – безапелляционно отмахнулся я. – Вот если бы про «Арию»…

– Вот, кстати, поставил бы, точно знаю, Федор все их записи собирает! – немедленно «переобулась» Катя. – Недолго ведь пленку сменить!

– А чем тебе они не угодили? – Я кивнул в сторону магнитофона, где Джордж Койманс, вокалист Golden Earring[1520]

[Закрыть], выводил: Going to the run, run Angel…

– И правда, похоже, – Катя удивленно нахмурилась, так, что на секунду стала похожа на настоящую «училку». – Это же «Беспечный ангел»!

– Он самый, – улыбнулся я довольно. – Тексты-то с музыкой сама знаешь откуда, но смешно, у нас все наоборот было, перепевали с английского. Ладно еще рок, там не часто, но попса, так чуть не каждый второй мотив имел своего забугорного предшественника. А тут советские композиции на каверы разрывают.

– Наш лучше, – констатировала жена после короткой паузы. – Но и эти ничего, пусть пока попоют…

Надо заметить, нынешнее руководство СССР с «вражеской» музыкой бороться даже не думало, скорее можно сказать, коммунисты цинично зарабатывали на продаже сверхдорогих зарубежных пластинок. Соответственно и всякие группы, банды и барды не особо теснились по подвалам, если чуток популярнее других, то спокойно собирали залы и зарабатывали неплохие деньги, заодно напропалую собачились с конкурентами, ну там рокеры с металлистами и хиппи, они же вместе против старичков-джазистов и прочей инструментальной «попсы», а самопесенников, насколько я понимаю политику, вообще отжали куда-то на задворки культурной жизни. Причем интриги шли прямо как в лучших королевских домах, без эксперта типа Федора не разобраться.

Более того, не иначе как с подачи госпожи Шелепиной появилось новое, прежде невиданное направление: симфо-рок, старт которому дала прежде неизвестная группа «Ария». Тексты из будущего, к моему немалому удивлению, гладко легли на реалии СССР[1521]

[Закрыть], а уж само качество большой сцены, скрипок, гитар и неожиданного вокала натурально взорвало советскую молодежь – лет эдак от десяти до сорока. The Beatles и прочие идолы недавнего прошлого были забыты мгновенно! И наоборот, многие зарубежные группы вдобавок к потным, заросшим бородами мужикам в проклепанных кожанках срочно вытаскивали под софиты субтильных пианисток и скрипачек в стильных черных платьях, а потом пытались «со всей этой фигней» изобразить что-то художественное. У некоторых, впрочем, получалось, и неплохо…

– Петь, помоги, а? – вывела меня из задумчивость Катя. – Не лезет оно в ферулу, ну вообще никак!

– Обломи еще полметра, – посоветовал я, закрепляя очередное очищенное и сколотое волокно в самодельном сварочном аппарате. – Кучу раз ведь все объяснял, аккуратно, как нитку в иголку…

– Я уже три раза пробовала. – В голосе жены появились угрожающие нотки. – Надоело мне лак по десять раз снимать. Четыре ферулы загубила! И химия твоя поганая не только защитный лак размягчает, но краску с ногтей съела!

– Так ты не суй пальцы-то в нее! – Я с трудом удержался от опасной для здоровья ухмылки. – Ограничители есть, одноразовые салфетки безворсовые специально в производство пробил, что тебе еще надо?!

– Пролила! – фыркнула Катя. – Да оставь ты наконец свой ящик в покое!

– А зачем флакон из нагревательного гнезда доставала? – поразился я, отрываясь от микроскопа. – Как ты людей учить-то собираешься? Ведь объяснял сто раз, не смогли на заводе лак для оптики подобрать такой, чтобы сразу стриппером сдернуть, пришлось целую систему для замачивания кончиков изобретать.

– Зауми лишней нагородили, – возразила жена. – Грелка для работы вне помещения, фиксаторы, подставка-чемодан, оправки, щипцы всякие, листы абразива четырех видов, а простого не можете!

– Кать, ну не получается пока у Авдеева толщину выдержать! – Сдаваясь под ее напором, я вскинул вверх обе руки. – Погоди немного, он товарищ ответственный, справится!

– Почему измеритель не сделали? – Жена и не думала успокаиваться. – Ведь ты обещал!

– Комсомольцы не должны бояться трудностей! – Я постарался уйти от ответа, впрочем, Катя прекрасно знала, что поймать разницу в десяток микрон на хрупком волоске не просто. – У меня тоже задача не сахар, сама же видишь, каждый второй скол – брак, юстировка ручная, минут десять уходит, электроды хрен поймешь из чего делать, вообще режимы дуги подобраны на глазок, минимум треть соединений разваливается! Еще за печкой для термоусадки следить приходится, не успел на нее таймер налепить.

– Полгода никто не мешал! – Супруга между делом обрезала следующие несколько кусков и сунула кончики в баночку с растворителем. – А как работать, так все на последний день года.

– Мало сделано? – Я аж поперхнулся от возмущения. – Да тут каждый кусочек железа и пластика с нуля пришлось разрабатывать! Сама посмотри, – я начал тыкать пальцем в оборудование, – разъемы только через Шелепина протолкнуть получилось, и то скажи спасибо, что «Русские кубики» из моды наконец-то вышли и классные литьевые машины освободились. Керамику для ферул подбирали – минимум одна докторская и две кандидатские, да еще не факт, что в серии проблем не возникнет, сама же знаешь, вышло шестьдесят пять процентов брака, и это после их дурацкого ОТК! А скалыватель? Хоть и не Fujikura CT-30, но непростой агрегат, если бы не Федор и его золоторукие ребята, так бы и царапал волокно бритвочкой «Нева»![1522]

[Закрыть]

– Старая я уже для комсомола! – подозрительно спокойно улыбнулась жена. – Поэтому лучше молчи! – добавила она, наконец-то запихивая кончик волокна в отверстие ферулы.

– Сменю-ка пленку, – я охотно пошел на мировую. И продолжил, уже вставая: – Может, и правда под русский текст дело веселее пойдет.

Скоро по лаборатории поплыл энергичный вокал: Не дотянем мы до полночи…![1523]

[Закрыть]

– Совсем другое дело! – аккуратно поставила точку в перепалке Катя. – Помнишь, на прошлой неделе клип с этой песней по телику показывали? Ну почти как у тебя в ноуте? Самолетики летали здорово, совсем как настоящие!

– Неплохо перерисовали с ютубовского ролика, – проворчал я, не отрывая глаз от микроскопа. – «Голоса» говорили, в зарубежные топы вошел, спецы волосы рвут от зависти, типа, русские мультипликаторы могут не только многосерийные сказки про зеленого огра снимать…

Неравномерность диаметра волокна и, хуже того, его ярко выраженная эллиптичность успели меня достать до самых печенок. Но другого материала не было, как говорится, за неимением гербовой бумаги будем писать на туалетной. Да и винить в низком качестве следовало прежде всего свою невнимательность, нет чтобы в покинутом будущем почитать про техпроцессы вытяжки, запомнить что-то полезное… Но нет, вся помощь свелась к общим фразам да тому немногому, что запомнилось из краткой экскурсии на огромный завод по производству оптики, что притулился на окраине Шанхая двадцать первого века. Так что приходилось радоваться, что хоть такое волокно в СССР научились лить в более-менее промышленных масштабах.

Размах-то немалый, на главной операции стекло «вытягивается» с огромной болванки через пролет в целых семь этажей при температуре в две тысячи градусов, попутно охлаждаясь и приобретая лаковое покрытие. Диаметром приходится управлять по большей части скоростью намотки, причем делать это весьма быстро и точно, да еще с учетом показаний целой кучи датчиков, густо натыканных на всех участках процесса. Такое и в две тысячи десятом году решалось с трудом, по крайней мере, российского волокна на рынке не было и в помине, а уж тут… В общем, наш «Орион» на внедрении натурально опозорился, пришлось «УралКабелю» срочно закупать и приспосабливать к делу импортный десятимегагерцовый и специально «заточенный» под режимы реального времени HP 2116A, и то результат оказался далек от идеала. Мне кажется, халтурят программисты по-черному, должен был и «Орион» справиться или «Минск-32» на худой конец, но… в чужой монастырь со своим уставом соваться не стоит.

Самое смешное, что в достижение толком не успел поверить сам Авдеев, слишком уж фантастично оно выглядело на мировом фоне. Не провались со мной пучок патчкордов, он в жизни бы не добился результата, не привыкли директора советских комбинатов быть «впереди планеты всей» в отраслях, далеких от балета и ракет. Хотя образцы из будущего я ему отдавал со спокойной совестью, после того как некий Чарльз Kao[1524]

[Закрыть] в тысяча девятьсот шестьдесят шестом году выступил на научной конференции в Лондоне с подробным описанием оптоволоконных коммуникаций будущего, в которых одна линия «потянет» целых двести телевизионных каналов. И заодно публично и спокойно растолковал основной принцип – двухслойность волокна, при которой свет, проходящий по сердцевине, будет, как в тоннеле, отражаться от второго слоя стекла с иным коэффициентом преломления. То есть как раз то, что происходило в изделиях из две тысячи десятого года.

Вот только дьявол прятался в мелочах. Действительно, с оптическими волокнами работали еще с пятидесятых, но добились успехов в основном в медицине, из пучка смастерили эндоскоп и применяли, копаясь в кишках на радость пациентам. А вот использование в связи тормозили примеси, да такие, что уровень затухания в сто раз или двадцать децибел[1525]

[Закрыть] на километр казался недостижимой мечтой. На этом фоне провалившиеся вместе со мной патчкорды казались чудом природы – в них, в пересчете на ту же дистанцию, терялось всего две десятых децибела, таким образом, их потери в разах отличались на какую-то уж совсем астрономическую величину с кучей нулей.

Так что я сильно недооценил степень шока, ну а после оставалось лишь давить на партийную совесть: «Вы же своими глазами видите, что капиталисты это сделали? Почему не пишут? Так не идиоты, засекретили, или вы не понимаете, что оптоволокно – мощная военная технология?[1526]

[Закрыть] И вообще, что вы себе позволяете? Директивы ЦК КПСС вам мало? Хотите, чтобы советское оружие было хуже американского?» Как ни странно, метод помог, главную задачу социализма по копированию лучших образцов из мира капитализма специалисты выучили назубок. Даже расстраивались, бедолаги, что никак не получается уложить потери менее чем в пару децибел[1527]

[Закрыть], но обещали исправиться еще до конца пятилетки. Вот только какой именно – благоразумно не уточняли.

Надеюсь, на «УралКабеле» меня не проклянут, даже когда узнают, что на самом деле их продукция прежде всего пойдет на совершенно гражданские компьютерные сети.

Надо признать, наш с Катей первый макет не отличается великой сложностью. Магистральную линию изображали две пятикилометровые бухточки волокна, цельные Авдеев дать не смог, так что пришлось варить из кусков. Концы, совсем как в будущем, вводились в металлические коробки кроссов, а уже из них торчали патчкорды собственного изготовления, вернее, трехметровые куски кембрика, через которые мы только что протащили волокно и пучок капроновых нитей в качестве амортизатора… А вот кевлар, повсеместно используемый для этой цели в будущем, стал совершенно отдельной темой.

Проще говоря, оказалось, что такого материала, как кевлар, в дикой природе тысяча девятьсот шестьдесят девятого года просто не существует[1528]

[Закрыть]. Зато в славном городе Мытищи работает Всесоюзный научно-исследовательский институт искусственного волокна, сокращенно ВНИИВ, и там пытаются сделать что-то очень-очень похожее. Учитывая волшебные письма из ЦК, я надеялся увидеть таинственный Вниивлон[1529]

[Закрыть] уже в текущем году, но что-то не срослось в межведомственном взаимодействии. Так что, я знал, что заменитель кевлара уже есть. А вот получить его для опытов не выходило. Впрочем, сейчас оно не особо и нужно, а уж к весне МЭП и Минхимпром как-нибудь договорятся.

…После нашей перепалки дело неожиданно наладилось, не иначе благотворно повлиял советский рок. Волокно пошло нужной толщины, сколы выходили прямыми, а дуга – ровной. Даже капризные лазеры не последовали закону подлости, так что к полудню тридцать первого числа первый пятикилометровый кусок оптоволокна связал экспериментальные «Орионы» на скорости в сто килобит – ничуть не хуже куска витой пары. Можно было бы и быстрее, по моим прикидкам, лазеры потянут и сотню мегабит, но электроника не позволит прыгнуть выше головы.