Текст книги ""Фантастика 2026-23". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)"

Автор книги: Павел Дмитриев

Впрочем, дожидаться моего крика дичь не стала, сразу после звонкого «клац!» закрываемых стволов бекас поднялся на крыло, явно намереваясь повторить свой козырный полет. Бабах! Даже сквозь дым я увидел, как заряд дроби практически впечатал птицу в землю.

– A sniper killed a snipe! – прокомментировал происходящее разведчик.

– What? – машинально переспросил я.

– Да бекас по-английски – снайп, – как-то подозрительно покосился на меня Конон. – Хороший выстрел.

– Случайно попал. – Я честно постарался сменить тему.

Меня заметно напрягало другое – тушка подбитой птички весила граммов сто, это с перьями, клювом и дробью. Соответственно, меня мучил вопрос – не издеваются ли надо мной старшие товарищи, выдав за знаменитую добычу какого-то дятла-переростка. Успокоился я только во время готовки полевого обеда, когда «снайп» пошел в разделку наравне с парой «даков». Надо заметить, не было никакой «настоящей» охотничьей романтики, пережигания углей, вертелов из деревянных прутьев, запекания в глине и прочих псевдоресторанных рецептов. Альбертыч опытной рукой ободрал с тушек перо вместе с кожей, заметив походя, что щипать и опаливать дольше. Заодно порубил уток на куски, как это делают советские женщины с обычными домашними курицами. Далее продукт был смешан со специями, приправлен картошкой и выложен на совершенно прозаическую чугунную сковороду, для которой над костром были вмонтированы специальные опоры из металлических уголков.

Неизменной в СССР водки было всего чуть – бутылка на троих: ведь еще нужно ехать домой. Но беседу она заметно оживила. По крайней мере, товарищ Молодый перестал ломаться и, когда егерь отошел кормить собак, начал рассказывать о жизни в Англии.

– …Конечно, там мне приходилось соответствовать образу бизнесмена… какая вилла у меня была! Восемь спален, три этажа, двойной свет в гостиной и люстра из настоящего хрусталя! А мебель… сплошное красное дерево! Дюжина машин в гараже, я их только специальным авиационным бензином сотой марки заправлял!

– Это ж какой штат прислуги надо! – поразился я, отложив на время жесткий, пахнущий тиной кусок грудки.

Петр Степанович удивленно уставился на меня. Но я хорошо помню, как отец решил завести четыре машины: косящий под «бизнес» «Мерседес Е350 4matic», старенький, но очень даже приличный Porsche 911, «Ниву» для леса и «Пежо» для матери. Благо места на парковке у коттеджа было не занимать. Но быстро выяснилось, что их все надо гонять на сервис, мыть, хотя бы от пыли, заправлять и, вообще, изрядно загружать мозг автопарком. Или взять на работу специального человека. Так как автофанатом мой папа никогда не был – от всей «конюшни» быстро избавился, остался только универсальный Porsche Cayenne, на котором по ново-российским понятиям можно и в ресторан заехать поговорить, и в лес по грибы.

– Удивительная осведомленность для советского молодого человека, – озадаченно засмеялся Конон. – Славная смена у вас растет, товарищ генерал!

– Не жалуюсь, – не стал отрываться от обгладывая косточки Музыкин.

– Вот бы таких петров на все наши предприятия, – наставительно покачал пальцем Молодый. – Но всех грамотных комитетчики подгребли, тогда как на производстве такое творится! – Улыбка сползла с лица Конона, видать, реально вспомнил что-то неприятное. – Был я тут на одном московском заводе, там ужасный кавардак, половина рабочих просто бездельничает! Вот их бы выгнать, а остальным дать нормальную зарплату…

– Ты бы тогда с трибуны промолчал, не пришлось бы дома год сидеть, – по-прежнему не отрываясь от утятины, заметил Петр Степанович. – Думаешь, никто этого без тебя не видит?!

– Ну вот, даже тебе про это рассказали!

– А ты что думал? – Генерал наконец прекратил терзать крепкими зубами лапу несчастной птицы. – Проект «Денди» очень серьезный, в него вовлечен ряд серьезных предприятий и огромные средства. Массу ученых от оборонки на эту коммерцию отвлекли. А ты опять завел свое: «Дайте мне завод, я быстро наведу порядок». Тебе мало врагов на острове?

К чему мне кагэбэшные разборки? Поэтому я поспешил воспользоваться повисшей паузой и вклинился с ортогональным вопросом:

– Вот интересно, будут ли на Западе клубы и бары сразу покупать наши автоматы или только через лизинг? Если последнее, то встанет вопрос с кредитной линией в мощном банке, суммы-то получатся немалые…

– Неужели в СССР не найдется на это средств? – Конон охотно ухватился за бревно новой темы.

– Это действительно существенная сумма, если одна установка будет стоить десять тысяч, а для США только для начала понадобится, по крайней мере, несколько тысяч штук, то это все идет к сотне миллионов долларов. А потом, сбор лизинговых платежей сам по себе не слишком прост. Наверняка будут просрочки и банкротства. Далее навалится сервисное обслуживание, телефонный и почтовый техсаппорт, а потом еще апгрейд или вообще замена модулей…

– Ха! – Конон снисходительно улыбнулся. – Ты напрасно так уверен в перспективах, ведь на Западе нет дефицитов, наоборот, идет отчаянная конкуренция за каждый пенс. Конечно, ваш аппарат хорош, он даст реальный прорыв, но будет здорово, если мы за первый год продадим хотя бы полсотни «Тетрисов». Лет за пять выстроим нормальную фирму, будет не хуже Совэкспортфильма![1074]

[Закрыть] Кстати! – Молодый делано шлепнул ладонью по голове и продолжил: – Совсем забыл, стоимость в десяток тысяч долларов как-то нереально выглядит.

Я прикидывал, продолжительность среднего одноквотерного сеанса пять минут, меньше – расстраивает неудачников, больше – невыгодно. Загрузка первые несколько лет будет никак не меньше семидесяти процентов, стало быть, можно надеяться на сотню «монеток» в сутки, или двадцать пять долларов в день, сто семьдесят пять в неделю[1075]

[Закрыть] и более восьми тысяч в год.

– Смело! – Только развитое разведкой самообладание позволяло моему собеседнику удерживаться от смеха. – А налоги, затраты на обслуживание, электричество? Да и вообще, откуда владельцы кафе и баров возьмут такие огромные деньги?

– Вы про «Русский кубик» слышали? – Я не стал дожидаться завершения нравоучения. – Сколько их продано за полтора года? Десять миллионов штук? Думаю, Внешторг имеет с каждого не менее пары баксов!

– Ты к ним имеешь отношение?

– Можно сказать… – начал я, поддавшись гипнозу ровной интонации. Но тут заметил, что Конон как-то странно отвел взгляд в сторону. Не может же быть, чтоб ответ на такой вопрос был совсем неинтересен! Пришлось переобуться на ходу: – Просто для примера. Но каков успех? Наверняка его никто не предполагал заранее!

– Не совсем… – тут уж неожиданно задумался разведчик. И продолжил после настоящего «ощупывания» взглядом моего лица: – Как раз с кубиком странно получилось, я консультировал работников Внешторга по некоторым вопросам, и мне показалось… Уж больно все масштабно затевалось!

– Ну вот! – делано обрадовался я. – Только проект «Денди» гораздо сложнее, понятно, что никто не купит такую дорогую и непонятную игрушку. Поэтому и говорю про деньги и логистику, нам неизбежно придется брать на себя также сервисное обслуживание, ремонт и профилактику. А это за собой тянет создание международной сети представительств, наем и подготовку сотрудников и прочие «мелочи». Причем не через пятилетку, а попросту вчера. На складе уже стоит больше сотни автоматов!

– Ничего себе! – Молодый был реально изумлен. – Это что, в МЭП ракетный двигатель кто-то вставил?

– Александр Николаевич постарался, – согласился с такой оценкой ситуации Музыкин. – Так что, экс-капиталист, соображай быстрее!

– Раскачка категорически неприемлема! – Мне уже изрядно надоело попусту толочь воду. – Для полноценной работы нужно прямо сейчас, на старте, быть на равных с конкурентами во всем, от заказа комплектухи до последнего коммивояжера. Иначе никакие патенты не спасут. И вообще, тупо не понимаю, как эту проблему собираются решать там. – Я ткнул в сторону ближайшего облака неожиданно вкусной после утятины полутушкой бекаса. – На проект должны работать сотни, тысячи людей! Вы сможете реально выстроить подобный бизнес за полгода?

– Ты полегче! – Конон недовольно поморщился. – Можно приобрести профильную компанию или даже десяток. Нанять лучших специалистов, и все прекрасно заработает. Я же примерно так и делал.

– То есть вы не строили свой бизнес и не управляли им, а были кем-то вроде silent partner?![1076]

[Закрыть]

– Не совсем так. – Досада на лице товарища Молодого начала трансформироваться в открыто обозначенную неприязнь, если не сказать большего. – Следовало постоянно держать руку на пульсе, ведь мне приходилось решать массу проблем и по основной «работе».

Я ни черта не понимаю в зарубежном бизнесе 60-х, но… Уж очень планы построения корпорации «Денди» у товарища Конона напоминают фантастику Хайнлайна. И кратко сводятся к принципу: мы наймем самых крутых спецов, и они сделают нам зашибись. В предыдущем разговоре было достаточно нестыковок в мелочах, но я относил их на свое слабое понимание эпохи. Однако, оказывается, все куда проще. Конон прежде всего разведчик, делами своей фирмы он занимался скорее для вида, входа в перспективную тусовку, для личной роскоши, наконец. Ему нужно было чутье или удача, чтоб не сильно ошибаться в кадровых вопросах, да способность хоть изредка открывать форму № 2,[1077]

[Закрыть] или как там она называется сейчас в Англии. Все остальное делал наемный менеджер, и это вполне нормально, даже совершенно правильно с точки зрения интересов спецслужб, только… Куда нам теперь бежать с продажами «Тетриса»?

– Тем более! – Настроение упало на точку замерзания, и я зло выплюнул: – Наемные эффективные менеджеры разнесут в клочки любую свежекупленную МЭПом корпорацию. Вы в одиночку на самом деле будете выстраивать механизм управления лет пять, и это еще быстро! Кадров нет! Кого будем записывать в совет директоров? Сразу Шокина?

Стало слышно, как в костре тихо потрескивают прогоревшие до углей ветки да поодаль повизгивают и хрустят совсем не птичьими костями спаниельки.

И тут Петр Степанович наглядно доказал, что не зря получил широкие генеральские лампасы.

– Дожили, – пошутил он. – Придется вводить в стране бизнес-комиссаров.

– В смысле? – ничего не понял я.

– А ведь вариант! – куда быстрее меня просек фишку Конон. – В Гражданскую к каждому офицеру ставили комиссара, и ведь победили!

– Но как?! – Я тщетно пытался постичь красоту замысла.

– А вот это уже пусть там решают. – Теперь Музыкину пришла очередь ткнуть пальцем в небо. – Хотя если серьезно, то опять придется отдавать все на откуп буржуям. Может быть, оно и к лучшему… Вон наши «москвичи» не многим проще, но ведь покупают их за границей, и неплохо… Впрочем, – генерал явно решил вернуть былую легкость беседе, – вы попробуйте пофантазировать, может, что-то дельное и выйдет.

Но настроение обсуждать торговую империю «Денди» пропало начисто. Скоро Конон засобирался домой, мне после кусочка бекасятины куски нафаршированной свинцом утки не лезли в горло.

Перед возвращением «в семью» товарищ Музыкин чуть не насильно всучил мне один из своих трофеев. Отказаться не удалось, хотя я думал, что Катя меня побьет за такой сомнительный подарок. Однако жена приняла презент поистине стоически, даже с улыбкой. Обозвала «добытчиком» и сразу пошла на кухню – готовить. Странные они, эти женщины, никогда не мог понять, что они выкинут в следующий раз.

Глава 8
СТО ДОЛЛАРОВ ТОМУ, КТО ПРОДАЛ

Выжато сцепление, рука рефлекторно дергает хищную головку рычага вниз-влево, на вторую, полный газ, одновременно кручу податливый пластик руля. На горных дорожках около Сан-Тропе, что в самом дальнем углу французского Лазурного Берега, расслабиться сложно. Вроде и не серпантин, но по факту еще хуже – никакой предсказуемости, за любым поворотом чуть красноватая лента асфальта может нырнуть и вправо вниз, и влево вверх, а то и вообще неожиданно превратиться в узехонькую улочку практически средневекового городка, со всеми прилагающимися к этому каверзами.

А тут еще этот шикарный байк! И не сам мотоцикл меня задел, а девушка за спиной водителя, нагло подпрыгивающая на вздернутом остром кончике сиденья полушариями своей задницы, которую едва прикрывали шорты, в данном ракурсе здорово похожие на стринги. По крайней мере, полоску ткани в точке соприкосновения загорелой кожи с красной мотоциклетной разглядеть было невозможно. Жаль, не успел посмотреть на нее спереди… Невольно нога плотнее встала на газ, и только дохлый дизелек прокатной трехсотдвадцатки[1078]

[Закрыть] не позволял мне держаться ближе к привлекательному зрелищу.

Медленно, вираж за виражом, я насиловал «все равно не свой» двигатель, отыгрывая расстояние, даже умудрился нашарить в брошенной на сиденье сумке фотоаппарат, но всему хорошему приходит конец. Уродливая корма старого фольксвагеновского сарая, натужно перемещавшая провансальского крестьянина между магазинами и виноградниками, закрыла вид не хуже крепостных ворот. Более того, обгонять на такой дороге – играть со смертью. Нога резко ударила по тормозу и… сбросила покрывало с мирно спавшей рядом жены.

Сон, только сон, но зато какой реальный!

Впрочем… Если посадить на мотоцикл Катю – я на миг вскинул глаза к потолку – выглядеть она будет ничуть не хуже. Разве что грудь заметно побольше, чем у девушки из воспоминаний, и кости не так выпирают, но это никак не в минус. Я придирчиво рассмотрел потягивающуюся в полосе солнечного света супругу и в который уже раз порадовался своей удаче. Никаких признаков советского «обабливания» и новорусского целлюлита! Руки сами потянулись к соблазнительно затвердевшим кончикам груди, очень удобно, что в летней жаре мы приспособились спать «без всего»… Конечно, кровать не байк, но на ней тоже можно отрабатывать ну очень крутые виражи!

На работу мы опоздали, впрочем, уверен, страна не понесла ущерба. Красочный рисунок, отдаленно напоминающий Yamaha YZF R1 из XXI века, ушел в очередном пакете фельдъегерской почты товарищу Шелепину. Надеюсь, где-нибудь на Ижмаше примут его к действию, а не будут гнать потоком черт знает сколько лет унылую «Планету-спорт»[1079]

[Закрыть] моего раннего детства. Главное, чтоб меня не трогали, ведь производство и продажа игровых автоматов оказались очень непростым делом. Было впечатление, что серийный завод при старосовском КБ делает не электронику, а тестирует огромную фабрику по производству бумажных листков, заполненных неровными рядами буковок. До меня докатывалась сущая малость, требовавшая экспертной оценки. Но этого хватало с избытком.

Началось все с мелочи: какого типа кнопки использовать для управления аппаратом? В ответ пришлось накатать аж два десятка листов с эскизами и обоснованием модульного принципа на базе ранее предложенного 19-дюймового стандарта. Время квалифицированного ремонтника стоит за рубежом совсем не как в СССР, зато транспортные компании недороги и работают просто замечательно. Соответственно, автомат «делился» на шасси и почти два десятка быстросменных блоков, причем их замена обязана быть доступна интеллекту среднестатистического трактирщика. Одним из модулей как раз и стали пресловутые клавиши управления, ломать которые будут и от усердия, и с досады, но в любом случае очень часто.

Далее пришлось продавливать идею сменных картриджей ПЗУ и резервных колодок контактов для подключения блоков оперативной памяти. Для любого человека, знакомого с персональными компьютерами 90-х годов, необходимость апгрейда очевидна и естественна. Но тут даже коммерческий нюх Староса пасовал, не понял он важность подобного «запаса», чего уж говорить об инженерах. Причем именно после осознания перспектив началась настоящая «битва за урожай», в смысле посыпались вопросы типа допускать или нет потребителя к самостоятельному апгрейду от сторонних поставщиков?! А если кто-то напишет свою игровую программу для нашего автомата, что делать? Запретить? Или, наоборот, снизить ставку аренды, лишь бы конкурент рядом свой шкаф с микросхемами не воткнул? Предусмотреть это в стартовом контракте? Или не надо заранее наталкивать людей на вредные мысли? И так чуть не каждый день, то тюлень документ пришлет, то олень позвонит.[1080]

[Закрыть]

Зато не скучно ни грамма. Тем более что сразу после празднования 50-летия Октябрьской революции по новому национальному ритуалу в семи действиях,[1081]

[Закрыть] по стране прокатился ряд весьма неожиданных реформ, будто где-то наверху прохудился рог изобилия.

Для начала, нехилый кусок на западе Ленинградской области в устье Луги[1082]

[Закрыть] выделили в особую свободную экономическую зону. Там начали поистине стахановскими темпами строить морской порт, дороги и жилье. Как объясняли «говорящие головы» в телевизоре, создавалась буферная зона для упрощения торговли с иностранцами. Ну типа, чтоб было где без контроля ЦРУ и Моссада чаю попить нашим министрам с их капиталистами-кровопийцами и при этом не тратить дефицитную валюту на оплату рестораторов.

В кулуарах министерства о СЭЗ толковали куда более практично и правдоподобно. Экспорт советских товаров последнее время ширился небывалыми темпами, по крайней мере, я точно знаю, что «Русские кубики» и электронные часы-будильник на прилавках Европы не залеживаются. По последним в главке вообще постоянная головная боль, все озабочены, как увеличить выпуск и не потерять качество. Начальника так крепко накрутили «в верхах», что он лично выдал категорический приказ: «Чтоб больше никаких рацпредложений!», шаг в сторону от технологической карты приравнен к волчьему билету директору завода. Для меня подобные крайности выглядят неуместной шуткой, но местные ничуть не удивляются, что даже такой жалкий ручеек валюты на прямом контроле в ЦК партии.[1083]

[Закрыть]

Понятно, мало сделать, еще нужно продать. Отдать все на откуп зарубежным посредникам просто, но когда советский партноменклатурщик видит уровень их наценок – зубовный скрежет слышен за пару кварталов. Да что там, даже меня эти буржуйские индюки взбесили наглостью и уверенностью в собственной незаменимости. Драть 30–40 % к цене, да еще растягивать оплату на полгода – и это на опте! Еще розница добавит, и от цены тех же часов остается едва треть, если не меньше.

Необходимо безотлагательно выкидывать из цепочки посредников, шлифовать логистику, начинать вдумчиво работать с основными торговыми сетями, лавирование между оптовиками опять же никто не отменял. Но кто всем этим будет заниматься?! Не всякий заграничный специалист готов жить в советской Москве с зарплатой в рублях, без привычных удобств и забитых товарами магазинов. А своих-то нет, только на 50-м году своей власти коммунисты наконец додумались в торговых вузах иностранные языки реально преподавать, а не создавать фиговую видимость типа «читаю со словарем». Только когда еще этот факт педагоги в головы студентов вбить успеют…

Так что «островок капитализма» с частной собственностью и свободным хождением валюты для работы и проживания буржуев явно не помешает. Будет куда чужих коммерсантов звать и где своих учить рыночной экономике. И мне немалая радость – не зря писал в записках о будущем про опыт Китая: хоть и медленно, но поворачивается страна в сторону здравого смысла.

Тем более на СЭЗ процесс реформ не остановился. Монстроидальное Министерство внешней торговли СССР упразднили до внешне простого Валютного контроля СССР. Взамен каждому министерству дали права на организацию собственных компаний-главков типа «МинЭлектронЭкспорт», которые получали право на внешнеторговую коммерческую деятельность. Скандалов в процессе реорганизации было столько, что весь ЦК месяц жил, как на вулкане. Думаю, только стимулированная послезнанием стальная воля Шелепина смогла порушить карьеру и финансовое благополучие потомственных «внешнеторговцев» и прочих «нужных людей». Позже дело закончилось целой кучей уголовных дел.

Причем многие из них стали показательными, то есть широко обсуждались в газетах и даже по телевизору.

Условия работы «по-новому» оказались, мягко говоря, драконовскими. Во-первых, было запрещено продавать иностранцам дешевле, чем по капитально откорректированным еще в 1966 году оптовым ценам.[1084]

[Закрыть]

Более того, на многие сырьевые позиции выставили специальные экспортные тарифы, повышающие заданную планку. Во-вторых, в казну уходило 95 % валютной выручки, вместо нее продавец получал сконвертированный рублевый безнал. Только оставшиеся 5 % шли на потребительский валютный счет. Последним можно было распоряжаться в очень широких рамках, в том числе проводить с него закуп ширпотреба для поощрения сотрудников.

Подачка, по меркам Советского Союза, вышла просто неслыханно щедрой. В курилках и даже кабинетах совучреждений всех уровней началось форменное безумие. Самые далекие от коммерции люди занялись сущим идиотизмом и до хрипоты торговались за какие-то мистические варианты многоступенчатого обмена медной проволоки на электродвигатели, далее их на металлопрокат, из которого получались пилорамы, затем доски и на финише цепочки первосортная упаковочная тара для продажи за валюту в Италию.

Как обоснование шел непробиваемый аргумент: всем же известно, нет у макаронников своего леса! Как новые бизнесмены собирались делить на обратном пути заграничные шмотки, я даже не вникал.

Особо диким этот процесс казался в условиях планового хозяйства. Здравые люди предупреждали: в ЦК КПСС по инициативе товарища Шелепина подготовили ловушку для производственников и добытчиков ресурсов, стоит нарастить «валютные» объемы, и под них сразу скорректируют планы, срезав весь запас «неучтенной» производительности.[1085]

[Закрыть] Заодно и чемоданы компромата соберут. Но жажда импортных побрякушек сметала все границы и барьеры. Чего греха таить, даже я, не сказать, чтоб сильно фанател по импорту, но невольно начал прикидывать, как половчее приобрести нормальный кассетный магнитофон. Без музыки порой было скучновато, но возиться с катушками или, того паче, пластинками – уж увольте от такой радости.

Поначалу подобная децентрализация импорта меня здорово напугала. Ведь понятно, на остающиеся 5 % валюты МЭП никогда не сможет приобрести за границей что-то осязаемое и приличное. И тем более придется забыть о любой внешнеторговой экспансии с игровыми автоматами. Но оказалось, что я зря забываю – есть в СССР особая прелесть «ручного» управления. Выручку государство может как с особым цинизмом забрать, так при особом желании вернуть, добавить несколько недостающих миллиончиков долларов или фунтов стерлингов. Не в кредит, не под залог квартиры-машины-товаров, а просто так, ради победы мировой революции.

Но вот что с ними делать? Какое-то время я надеялся, что у СССР хватит решимости приобрести сразу крупного дистрибьютора типа недавно вылезшей из производства автозапчастей Gulf & Western Industries. Пара сотен миллионов долларов, и все проблемы проекта «Денди» были бы решены навсегда.[1086]

[Закрыть] Но что-то там не срослось в верхах, пришлось поискать фирму подешевле, например, посмотреть в сторону ведущего производителя аркадных игр. Забавно, что там в середине 60-х лидирует компания со знакомым названием Sega Enterprises[1087]

[Закрыть] со сверхудачным электромеханическим симулятором субмарины Periscope.[1088]

[Закрыть] Стоит ее железный ящик в США 1295 долларов, и в бойком месте окупается за несколько месяцев.

Но какой прок с подобной сделки нам? Похожесть игр только в рыночной нише, все остальное не имеет ничего общего. Людей использовать не удастся, их патенты без надобности, тут свои хоть соли, производство в СССР со скрипом, но движется, а остальное – суть несущественные мелочи.

Еще и со стоимостью у меня явный прокол, недооценил я жадность непуганых бизнесменов 60-х. Более полутора-двух тысяч долларов они не отдадут даже за самый феноменальный игровой аппарат. Хотя их можно понять: люди привыкли к законченным электромеханическим решениям, с которыми отбить большую сумму невозможно даже в теории. Пару-тройку месяцев автомат окупается, еще столько же приносит прибыль, а дальше… Его надо менять, как минимум – убирать из популярного центрового места в маленький провинциальный городок. Там он еще поживет полгода и еще столько же – в какой-нибудь уж совсем скучной дыре-бензоколонке, где его перенастроят с квотеров на даймы, а то и вообще пятицентовые медяки. Соответственно, цена автомата «с годовым пробегом» падает долларов до 100, а дальше его место вообще на свалке – чинить механику выйдет себе дороже. Никто не любит тратить деньги на старые игры, и вовсе не зря производители оборудования стараются, выпускают до десятка новых моделей в год.

Двигаться против тренда, будь он даже десять раз ошибочным, смертельно для бизнеса. Я-то не сомневаюсь, что цикл жизни «Тетриса» несравним с туповатым «Перископом», сыграть в который более десятка раз может лишь олигофрен.[1089]

[Закрыть] Вот попробуй это объясни каждому реднеку аризонщины. Но еще не поздно, как говорил советский классик товарищ Маяковский про вождя мирового пролетариата: «Брат, мы здесь тебя сменить готовы, победим, но мы пойдем путем другим!» Поэтому с моей подачи МЭП не будет продавать игровые автоматы совсем, полторы тысячи долларов за год аренды – вот настоящее спасение для планового социалистического производства.

Причем в запасе страшное оружие – сменные картриджи с играми. Нам не понадобится для свежей игры менять всю коробку. Маленькая бандеролька, и наутро у старенького автомата опять толпится народ, приятно звякает пролетающий в щель монетоприемника никель. Один год «Тетрис» выдержит стопроцентно, за это время написать десяток хитов послабее – труда не составит. Когда возможности «железа» будут исчерпаны, придется добавлять памяти, но это не дорого, закон Мура[1090]

[Закрыть] играет в нашей команде. Графика усложнится, «Диггер» и «Танки» подхватят внимание людей. Потом под замену пойдет монитор, появится цветная картинка, и откроется новый класс игрушек. Причем затраты на апгрейд не фантастические – все это можно делать через UPS,[1091]

[Закрыть] обходясь одной лишь телефонной поддержкой.

Что до выделенной валюты… Ее есть на что потратить без покупки зарубежных компаний вчерашнего дня. Два месяца в три смены мэнээсы, инженеры и вообще все желающие сотрудники НИИ «Интел» играли на паре стартовых игровых автоматов. Список выявленных слабых мест удивил своим размером даже меня. Краска слезала, как шкура со змеи, пластик трескался, блоки питания перегревались, разъемы отваливались, платы коробились, остатки плохо смытой химии «съедали» дорожки на стеклотекстолите, монетоприемник вообще ломался едва ли не каждый день. Так что без импортных комплектующих и материалов пока никак не обойтись.

…Продавать «Тетрисы» сразу за границу в МЭПе не рискнули. Решили потренироваться на своих студентах. С одной стороны не напрасно: в первый же день реальной работы вышли из строя все десять расставленных по МГУ автоматов, не рассчитали мы с размером бункера под монетки.[1092]

[Закрыть] Но с другой…

Никто не подумал, что во главе СССР стоит товарищ Микоян, который бдительно следит за наполнением бюджета. Его можно понять, после заметного повышения зарплат и начала выплат по облигациям займа на счету был если не каждый рубль, то, по крайней мере, каждый миллион. Именно в подобную сумму превращались 30 наличных рублей с автомата в день, если считать на сотню уже готовых устройств за год. Такая математика, увы, оказалась вполне доступной для Генерального секретаря, и МЭПу выкрутили руки по самую задницу. Как ни пытались Шелепин и Косыгин отстоять идею первоочередности внешней экспансии – против мнения ЦК не пойдешь, политика – штука жестокая и малопредсказуемая. Не то чтоб валюта резко стала никому не нужна, напротив, но… Никто попросту не верил в реальность прорыва и захвата иностранных рынков. Поэтому и планы построили из расчета экспорта не более трети «Тетрисов».

Соответственно, выход на внешний рынок получился, как война у товарища Пирра. Громкие, можно сказать – триумфальные презентации, огромный интерес отрасли, захлебывающиеся от удивления публикации известных журналов плюс сносная рентабельность, скоро за автоматы предлагали две тысячи долларов в год. Но количества!!! Поразительно, никто не хотел ждать следующей пятилетки! Месяц, квартал до поставки – это нормально. Но нам пришлось расписать очередь на два года вперед. Чинуши в МЭПе радовались настоящему плановому хозяйству, но мне только и оставалось, что писать унылые кляузы про неизбежность появления конкурентов. Биться с которыми ценой и качеством в долгосрочной перспективе мы попросту не могли.

Однако уже через полгода стало понятно, что мои худшие прогнозы не оправдываются: переоценил я уровень техники в США. Вытянуть что-то похожее на «Тетрис» никто из буйных новичков не смог. Не пришло еще время, когда ЭВМ делали в гаражах. Серьезные фирмы вяло ковырялись в вариантах, как я понял по кагэбэшным данным, у них не слишком хорошо складывалась экономика. Это мы со Старосом могли смело списать стоимость разработки в затраты глобального проекта массовой мини-ЭВМ и «мухлевать по Муру» с себестоимостью микросхем на новых фабриках. В рыночной экономике таких чудес не получается, тем более ниша не казалась настолько выгодной, чтоб за нее биться всерьез, даже ценой демпинга.

Плюс надо отдать должное Старосу, он все же успел разогнать машину серийного производства раньше, чем конкуренция стала действительно опасной. Да и отладка механизма техподдержки и ремонта – заслуга его коллектива. В остальном все шло до противности предсказуемо. Как только пошли первые доллары, фунты, марки и прочие франки и стало понятно, сколько нулей после единицы можно приписать к данной рыночной нише, закопошились партийные органы. Как что нужно сделать – не дождешься, а вот примазаться к запущенному процессу они завсегда с удовольствием. Хорошо хоть ордена у них кончились на непосредственных участниках производства, не хватало еще мне портить выходной пиджак металлическими побрякушками.

Но, так или иначе, в 1968 году за пределы СССР было отгружено чуть более тысячи автоматов, из них около семисот – в четвертом квартале. Общая выручка составила более полутора миллионов долларов. С одной стороны, мелочи, но, с другой… План на 1969 год был больше в скромные десять раз, и прогнозы говорили – даже это неспособно сократить время ожидания желающих приобрести «Денди». Нужен был технологический рывок.

В дальнем уголке своего кафе Брюс Скотт, вспоминая события позапрошлого года, размеренно покачивал в стакане с виски кубики льда. Именно тогда, после внезапной смерти жены, скука толкнула солидного пятидесятитрехлетнего вдовца подальше от обжитого домика около Нью-Йорка и нелегкой работы электромеханика. А что, свободная страна, дети уже взрослые, так что собрал Брюс нехитрые пожитки во вместительное нутро Chevrolet Nomad и двинулся в неспешное путешествие по стране, то самое, о котором мечтал с детства, но никак не мог решиться. По побережью спустился на юг, до самого кончика Флориды, потом вернулся через Тампу и повернул по федеральной «десятке» вдоль берега на запад, мимо Таллахаси и Пенсаколы, намереваясь встретить Рождество где-нибудь в Хьюстоне.