Текст книги ""Фантастика 2026-23". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)"

Автор книги: Павел Дмитриев

Вот что в здании на Старой площади умеют делать качественно, так это плевать в душу. Страха, впрочем, не было и в помине, брошенная в спину фраза, что называется, «открыла глаза». Очень похоже, не я один попал в неудобное положение с геологами, наоборот, президент СССР нуждается в моих отчетах для решения каких-то своих задач, причем, и это самое главное, их суть так или иначе сводится к месту микропроцессоров в стране и кадрам! Именно это я и сам всегда считал самым узким местом «цифрового скачка».

Уже по дороге домой, покачиваясь на мягком волговском диване и разглядывая подернувшиеся легким зеленым облаком березы, я постарался придумать, как дополнительно развить и углубить давно описанный в «записках о будущем» и каждодневно внушаемый руководству секрет успеха, напрямую следующий из нашего «всего» – закона Мура. Особенности использования однопроцессорных компьютеров им подавай! Да еще для школьников… Школьников?! Слово жгло напалмом; похоже, всесильный Шелепин совсем недавно сказал мне чуть больше, чем нужно. Ведь о реальных учениках не могло быть и речи. Тут явно намек на совсем другую касту Советского Союза, не отличающуюся особым уровнем образования. Неужели дело дошло до презентации проекта на собрании Президиума ЦК – или как там правильно по коммунистической науке называется тусовка высших партийных чиновников?

«Прямо хоть садись за PowerPoint в ноутбуке! – Мысли попытались зацепиться за знакомый чуть не с детства стереотип. – Кстати, почему бы и нет, переснять презентацию на фотопленку не проблема, а кому это красиво перечертить – у Шелепина найдется!»

Уж что-что, а как использовать дешевый компьютер на одной печатной плате, я размышлял давно. Жалко, что, судя по всему, реальный образец не будет дотягивать до того, что я успел застать в Yamaha MSX, но это не главное. История с геологами показала, насколько легко может быть использована будущая ЭВМ в промышленности, не зря вместе с процессором старосята и пульсаровцы кроме уже хорошо знакомого ИП8[1184]

[Закрыть] вбили в типовой комплект микросхем АЦП-ЦАП, последовательный RS-232[1185]

[Закрыть] и его двухпроводный вариант, чем-то похожий на RS-485 моей реальности. Я было хотел «придумать» что-то типа Ethernet, но быстро сдался, слишком далеко тут хотя бы до «мегабитных» скоростей и пакетного режима обработки данных.

Впрочем, это все не важно. Сложно найти отрасль, в которой подобную ЭВМ не оторвали бы, что называется, с руками. Так что два десятка красивых слайдов нарисую, даже не вспотею. Про Минобороны вообще думать страшно, им всегда размер критичен. Но про генералов, как я понял, лучше пока помолчать. Поэтому главной мыслью презентации должно стать… Насыщение промышленности комплектами микросхем! Их нужны даже не тысячи, а десятки тысяч в месяц. И все равно мало будет. А если подумать об экспорте? О «Денди»? Готовы ли заводы СССР к такому валу заказов? Вот пусть об этом думают коммунисты, а не треплют свой марлен почем зря!

И второй аспект, про который надо еще раз «продолбить» мозги чиновников. Отрасли, как воздух, нужна параллельная разработка технологий разных поколений. Пока одна команда шлифует массовый выпуск своего чипа, вторая должна осваивать ниишную малосерийку, а третья – готовить перспективный проект. Причем это касается не только людей, но и производственных линий, а также всего оборудования по длинным цепочкам техпроцессов. Если мне не изменяет память, именно так в будущем сделает Intel, да и в этой истории за капиталистами не заржавеет дать ответ советскому прорыву. Вот только кадровый голод… Даже если поставить ЭВМ в школы и институты, результат придется ждать минимум несколько лет. А специалисты нужны прямо сейчас. Интересно, практика комсомольских строек еще не миновала? Надо бы поговорить с Анатолием…

…Вот только с «Тетрисом» в тайге как-то неудобно получилось, вроде и особого криминала нет, типа «вконтактика» в офисе 2010 года, но… Какой хороший повод устроить Федору головомойку, чтоб не почивал на лаврах, а в темпе подключался к последней шелепинской «халтурке», некоторые вопросы мне без него не потянуть!

В общем, я сам не заметил, как задремал, привалившись головой прямо к стеклу «Волги».

Глава 13
КИТАЙСКИЙ ЛЕДОКОЛ

Давно прошло то время, когда о последних событиях американцы узнавали с бумажных страниц утренних газет. Исчезли с улиц крикливые мальчишки-зазывалы, пытающиеся сорвать дайм или квотер за листы, покрытые свежей типографской краской. Но значение новостей в век радио и телевидения только увеличилось. Так что в последний день апреля картинка реальности на цветном экране легко затмила все остальные зрелища – Америка не отрывалась от кадров горящего в Тонкинском заливе первого атомного авианосца «Энтерпрайз». Эфир был плотно забит репортажами журналистов и рассказами очевидцев, благо свидетелями первых секунд трагедии оказалась почти сотня матросов и офицеров, а помощь в тушении огня так или иначе оказывал едва ли не весь флот.

Причина была известна слишком многим, и ее никто даже не пытался скрывать от общественности. Все было очевидно и просто: ранним тропическим утром, перед стартом первой волны самолетов, чернокожий матрос-раздолбай по имени Альфред припарковал свой погрузчик на палубе авианосца рядом со штабелем 127-мм НУР «Zuni». Через несколько минут одна из ракет «не выдержала» раскаленного выхлопа,[1186]

[Закрыть] перелетела через полетную палубу и по нелепой случайности ударила не куда-нибудь, а точно в подвесной топливный бак под крылом готовившегося к взлету штурмовика А-4 Skyhawk.

Благодаря предохранительному механизму, ракета не взорвалась, в первый момент казалось, что на этом все неприятности закончились, но… На этот раз судьба была явно против Америки. Бак сорвало с крыла, топливо JP-5 выплеснулось и воспламенилось, это, в свою очередь, повлекло за собой беспорядочный разлет оставшихся ракет, многие из которых нашли свою цель на забитой полетной палубе… В считаные мгновения огонь охватил несколько стоящих рядом самолетов. Пожарный расчет героически работал прямо под градом осколков и погиб целиком, но совсем чуть-чуть не успел спасти корабль. Уже под первыми струями пены с подвески сорвалась «старая добрая» AN-M65 с взрывчаткой типа «Composition B». Взрывом она пробила палубу и разнесла шрапнелью то немногое, до чего не добрался огонь. Авианосец превратился в филиал ада, взрывы следовали один за другим, более того, через многочисленные пробоины горящее топливо полилось в жилые помещения и ангар.

Со стороны казалось, что «Энтерпрайз» близок к гибели, но в реальности подобный удар не мог быть смертельным для огромного боевого корабля. Справившись с неожиданностью, аварийные команды взялись за дело, уже к полудню пожар был локализован, а к вечеру – потушен окончательно. Потери, однако, были серьезными. В United States Navy и Naval Air Forces[1187]

[Закрыть] только погибших оказалось более двухсот человек, в том числе дюжина высококлассных пилотов. Из военно-морского регистра пришлось вычеркнуть тридцать два самолета,[1188]

[Закрыть] более того, «на всякий случай» аварийно заглушить два из восьми атомных реакторов. Общий ущерб достиг астрономической суммы в две сотни миллионов долларов, а крупнейший авианосец мира более чем на два года «прописался» на верфях Норфолка и более участия во вьетнамской войне не принимал.

Но это был далеко не конец истории. Сначала вездесущие журналисты раскопали, что младший брат погибшего водителя погрузчика оказался, во-первых, членом «Черных пантер», во-вторых, неоднократно принимал участие в знаменитых оклендских беспорядках и, в-третьих, незадолго до взрыва на «Энтерпрайзе» был убит полицейским. Дальше – больше: в «Нян Зан» и «Куан дой нян зан»[1189]

[Закрыть] была опубликована фотокопия письма Альфреда, которое он умудрился передать партизанам Хо Ши Мина через «девочку» из сайгонского борделя. В этом «крике души» автор с маниакальными деталями описал нескольких вариантов самоубийственных атак на своих же товарищей-сослуживцев.

Справедливости ради надо признать, что ни сам погрузчик, ни его выхлоп в перечень «оружия возмездия» не входили, но… История «мести за брата» облетела весь мир, обрастая при этом весьма и весьма красочными подробностями. Сайгонская проститутка сумела продать несколько интервью за сносные деньги, купила домик на окраине и бросила прежнюю профессию. Пропагандисты коммунистического блока подняли страшный шум, казалось, «подвиг во имя торжества идей коммунизма» наконец-то примирил идеологических раскольников из СССР и Китая. Не помешала даже примитивность и весьма сомнительная маоистская риторика знаменитого письма. Дошло до того, что в коридорах ЦК КПСС всерьез обсуждали возможность присвоения негру Альфреду звания Героя Советского Союза. Впрочем, последнюю идею Президиум ЦК отказался даже обсуждать, и разговоры быстро заглохли.

Зато в эфире радио «Маяк» прозвучала композиция неизвестного автора:

 
Uncle Sam is waiting with the draft card
He says you’ve got to fight the Vietcong…[1190]

[Закрыть]
 

Ярчайший голос исполнителя, сошедшиеся в одном тексте Сомма, Сталинград, Белфаст, и странная, непривычная музыка – все это мгновенно разнеслось по всему миру. Скоро припев «The Broken Heroes» стал настоящим символом протеста против войны во Вьетнаме, и официальная пропаганда ничего не могла с этим поделать.

Командование US Navy не придумало ничего лучшего, как устроить масштабную «чистку». Офицеры стряхнули пыль с личных дел экипажей, навалились на стукачей и, вообще, полезли «в души» своих подопечных. Ни к чему хорошему это не привело, фактически чернокожим перестали доверять, их изгоняли с кораблей в дальние пампасы при малейшем подозрении. Отношение между «черными» и «белыми», и без того не шикарные, дошли до точки кипения. Будь в экипажах хотя бы четверть «ниггеров» – не избежать «нового Потемкина». Но и без этого, после пары несчастных случаев, офицеры предпочитали появляться в некоторых отсеках только в сопровождении вооруженной охраны.[1191]

[Закрыть]

Все это не могло не сказаться на количестве и качестве боевых вылетов, а следом – на «работе» морской пехоты и вообще всей кампании. Альфред достойно отомстил за брата. Понятно, обывателям казалось, что именно он высыпал в шестерни военной машины США доброе ведро песка. Но профессиональные политики не без оснований видели за взрывами на авианосце серьезнейший внутриполитический кризис. И каждый из них делал собственные оценки глубины западни, в которую попала первая экономика мира и президент Линдон Джонсон.

Однако была и другая страна, лидер которой оказался в весьма незавидной ситуации. На первый взгляд начатая Мао Цзэдуном без должной подготовки[1192]

[Закрыть] великая чистка проходила сравнительно успешно. С контролем Пекина и провинций Северо-Запада у Великого Кормчего проблем не было, то же самое можно было сказать про земледельческий Юг. Несколько хуже обстояли дела в Тибете, по горным перевалам потянулись караваны из Индии, и не только с продовольствием – в первую очередь разведслужбы извечного противника перебрасывали деньги и оружие.[1193]

[Закрыть] С Хайнаня поступали очень неприятные доклады о тайных переговорах с Гоминьданом.[1194]

[Закрыть] Даже в Маньчжурии и Уйгурской области было неспокойно, но там, по крайней мере, отсутствовала подрывная деятельность из-за границы. Впрочем, ничего страшного на окраинах не происходило, все без исключения партийные функционеры без зазрения совести клялись в безусловной верности курсу ЦК КПК и его Председателю. Только вот отряды хунвейбинов и цзаофаней[1195]

[Закрыть] у них были большей частью «свои», подконтрольные, насколько это вообще было возможно.

И дрались они с «пришлыми» конкурентами буквально «смертным боем». Солдаты НОАК часто были вынуждены вставать между враждующими бандами, получая град ударов палками и камнями.[1196]

[Закрыть] Причем вооружать армейские части чем-то кроме цитатников Мао министр обороны Линь Бяо попросту боялся:[1197]

[Закрыть] по большому счету никто не понимал до конца, на чьей стороне выступят полковники и генералы, если дело дойдет до «большой крови».

Пример уже был: в Шанхае на помощь сражавшимся сторонникам секретаря горкома Чэнь Писяня пришли части адмирала флота Восточного моря Тао Юна,[1198]

[Закрыть] который по совместительству являлся заместителем командующего военным округом. И теперь самый богатый город Китая с десятимиллионным населением, существенная часть восточного побережья и даже южная столица Нанкин,[1199]

[Закрыть] управлялись своим собственным Генеральным секретарем ЦК КПК, причем Мао Цзэдун там признавался вождем великим, но, увы, впавшим в безумие и старческий маразм. Впрочем, жителей такие тонкости интересовали мало, большинство пережили «Борьбу против трех», «Борьбу против пяти», «кампанию против Ху Фан» и прочие мероприятия компартии, во время которых люди боялись ходить около высотных домов: слишком велик был шанс попасть «под самоубийцу».[1200]

[Закрыть] И теперь они были согласны принять в вожди даже владыку подземного мира Янь-Вана со всей его стражей, лишь бы снова не попасть под карающий меч революции.

Первое время «Шанхайский горком» гордо отказывался от сотрудничества с засевшим на острове Чан Кайши. Но в кровопролитной коммунистической усобице скоро стало не до чистоты идеологии: шедшие с редким остервенением бои не оставляли места компромиссам. Не зря говорят, что самые страшные враги – бывшие друзья, и с Тайваня на материк потекла полноводная река оружия, продовольствия и даже добровольцев. Чем сильнее нажимали Линь Бяо и НОАК, тем больше самолетов и танков появлялось у бойцов Тао Юна, неисчерпаемые резервы армии США не оставляли места сомнениям. В военном плане ситуация зашла в тупик, более того, по периметру удерживаемой мятежниками территории строились оборонительные сооружения по примеру границы между Южной и Северной Кореей.

Перед лицом совсем не шуточной угрозы новой полномасштабной войны с Гоминьданом или даже США Великий Кормчий уже более года нащупывал возможнос ти вернуться обратно, в привычный союз с СССР. Пусть в 66-м дело дошло до полного разрыва отношений и хлестких обвинений, пусть там у власти «новые цари», зато враг общий! Все можно объяснить перегибами Хрущева и обидой на этого авантюриста и грубияна. Ведь не зря товарищ Косыгин всегда говорил: «Мы коммунисты, вы коммунисты. Не может быть, чтобы мы не смогли договориться, глядя в глаза друг другу».[1201]

[Закрыть]

Однако «откат» шел крайне небыстро, в ответ на все инициативы МИД СССР прозрачно намекал, что горячо приветствует новый курс, но не собирается «терять лицо». В подтверждение этому во всем, что не касалось самой высокой политики, отказа не было, скорее наоборот, северный сосед более чем охотно шел на сотрудничество. Куда более цинично и меркантильно, в сравнении с прошлой «эпохой», но проблемы возникали только по наиболее современным видам вооружений. Даже по обогащенному урану переговоры велись относительно успешно,[1202]

[Закрыть] дело упиралось скорее в размер и порядок оплаты – на кредиты или растянутый «бытовой» бартер новое руководство Советского Союза не соглашалось категорически и требовало предоплату в золоте или валюте.

На этом фоне Мао Цзэдун увидел в горящем «Энтерпрайзе» настоящий знак судьбы. Ему было очевидно: враг временно ослаб и более благоприятный шанс для решения шанхайского вопроса может не выпасть никогда. Тем более консультации Чэнь Писяня с Чан Кайши по поводу присоединения к Китайской Республике на правах автономной области дошли до финальной стадии. Случись это, и безопасность мятежного региона окажется под защитой ООН и США, ведь именно Китайская Республика признается большинством государств и международных организаций как законная власть всего Китая и даже входит в Совет Безопасности ООН![1203]

[Закрыть]

При этом навсегда потеряны будут не просто города Шанхай и Нанкин, а устье крупнейшей реки Китая! Стоит мятежному горкому всерьез блокировать крупнейшую транспортную артерию страны, и последствия в экономике не заставят себя долго ждать. А там, глядишь, свой путь начнут выбирать другие регионы. Так что можно без преувеличения сказать, особого выбора у Председателя КПК не было. Ради идеи коммунизма и собственной власти (едва ли он сам мог дать ответ на вопрос «что важнее») Великий Кормчий вполне был готов спалить половину страны в пламени ядерной войны.[1204]

[Закрыть]

Так что в процессе судьбоносного выбора Мао Цзэдун колебался недолго. Последней соломинкой стали переговоры между Вьетнамом и США, которые 15 мая начались в Париже на фоне всеобщей забастовки и ожесточенных столкновений между студентами и полицией. Сложно найти лучшее подтверждение начавшейся в стане империалистов агонии, но любого опасного зверя необходимо вовремя добить, пока не отлежался в берлоге, не зализал ран! Председатель сыграл на опережение, рискнул на самые крайние меры.

Очередной выпуск «Жэньминь жибао» украсила новая речь вождя, из которой наибольшую известность получил следующий фрагмент:

«Империалисты готовят против нашей страны наступательную войну, войну всеобщего разрушения и массового уничтожения народа с помощью ядерного оружия. Поэтому им надо противопоставить решительные, активные действия наших Вооруженных Сил, и в первую очередь сокрушительные ядерные удары стратегическими средствами. Только этим можно обуздать империалистических агрессоров, сорвать их преступные планы, быстро нанести им поражение. Стратегическая оборона, а затем контрнаступление в современных условиях не смогут обеспечить достижение решительных целей войны.[1205]

[Закрыть]

Американский империализм кажется громадой, но фактически является бумажным тигром и делает предсмертные потуги. Он убивает людей чужих стран, он убивает также белых и негров собственной страны. Этот враг сам по себе не исчезнет! Мы не должны бояться перенесения военных действий на территорию изменников партии и Гоминьдана! Ликвидировать компрадорско-феодальный строй мы обязаны любой ценой, не останавливаясь в применении любого оружия.

Необходимо понимать, атомная бомба – это бумажный тигр, которым американские реакционеры запугивают людей, с виду он кажется страшным, а на самом деле вовсе не страшен. Исход войны решает народ, а не один-два новых вида оружия. Следует выступать против переоценки сил врага! Если один борец за права всех угнетенных смог вывести из строя целый корабль, то чего боимся мы?»[1206]

[Закрыть]

Дззз! Дззз!!! – взорвала ночную тишину подмосковной дачи «вертушка».

– Черт! Тяжело начинается неделя, – пробормотал Шелепин слова из анекдота будущего, вылезая из-под одеяла. – Только-только заснул!

Впрочем, Председатель Президиума Верховного Совета СССР ворчал скорее для проформы, он прекрасно понимал: по пустякам никто звонить посередь ночи понедельника не станет. Причина должна быть настолько веская, что…

– Саш, что там? – у самого аппарата догнал его вопрос жены. – Лишь бы…

– Нет, Верусик, вроде ни с кем воевать не собирались! – добавил легкости в голос муж. И продолжил, чуть рисуясь: – Сейчас узнаем, кто там из Москвы в Анадырь собирается переехать! Шелепин у аппарата! – поднял он трубку.

– От командующего Тихоокеанским флотом товарища Амелько получено сообщение о вероятном применении ядерного оружия в районе Шанхая! – на одном дыхании, почти единым словом, выпалил кто-то незнакомый.

– Подробности?! – рявкнул в трубку Александр Николаевич. – И представьтесь!

– Уточняются, товарищ Шелепин. – Далекий голос, казалось, был готов сорваться от сдерживаемого страха. – Докладывает оперативный дежурный Генштаба майор Симкевич!

– Принято. – Александр Николаевич зло бросил трубку на рычаг и запоздало добавил: – Ну спасибо, товарищ Мао!

– Саша! – потребовала отчета супруга. – Что-то серьезное? На тебе лица нет!

– Хитрозадый Председатель решил поиграть атомными бомбами… Похоже, против ребят Писяня, хотя кто этих узкоглазых разберет!

– Что сейчас будет?! – как-то совсем по-бабски подтянула одеяло под подбородок Вера Борисовна.

– Да черт его знает! Сейчас я в Кремль, дежурный майор наверняка всех разбудит по инструкции, там все решим. – Шелепин раздраженно потряс головой, прогоняя остаток сна. – Позвони пока водителю и в охрану, я хоть водой себе в морду плесну! И Володьку[1207]

[Закрыть] набери на всякий случай.

Сборы недолги, уже через четверть часа Александр Николаевич непривычно крепко поцеловал жену у двери ЗИЛа и негромко, чтоб не слышал водитель, прошептал ей на ухо:

– Верусик! С утра детей оставь тут, пусть посидят денек. И на всякий случай проверь состояние бомбоубежища. Но аккуратно, панику не поднимай ни в коем случае! Да и вообще, не переживай, все будет хорошо!

Сказал и, не дожидаясь встречных вопросов, быстро спрятался в автомобиль. Понятно, что китайские ракеты до Москвы не долетят. Но не объяснять же впопыхах жене, что окончательное решение на ядерный удар принимает командир ПЛАРБ,[1208]

[Закрыть] причем не только в СССР, в США все точно так же. А как именно поведут себя люди под реальными ядерными взрывами – предсказать очень сложно.

…Новый, месяц как с завода, ЗИЛ-114[1209]

[Закрыть] мягко летел по ночному шоссе, стрелка спидометра явно клонилась к полутора сотням километров в час. Впереди, метрах в ста, успокаивающе качались красные огоньки габаритов форсированной «Волги» охраны. Предстоящая кабинетная битва наполняла тело новыми силами, какой там сон! «Адреналиновый наркоман» – Шелепин вспомнил термин будущего и невольно пожал плечами. Очень точно кто-то подметил в XXI веке, несколько месяцев не обсуждалось ничего по-настоящему «острого» за огромным, крытым зеленым сукном столом, и теперь Александр Николаевич чувствовал радость и почти физическое наслаждение. Буквально, до дрожи в руках, хотелось доброй драки.

Но сначала нужна разминка. Что произошло в бывшей Поднебесной империи за последние два года? Сказать не так-то просто, все усилия Семичастного наладить хоть какое-то подобие разведки потерпели крах. Причем по совершенно объективной причине – в разгар «Культурной революции» стабильность в Китае отсутствовала чуть более чем полностью, а принятие решений не подчинялось никакой здравой логике. Немногочисленные синологи[1210]

[Закрыть] только разводили руками, расписываясь в собственном бессилии.

Впрочем, чуть не до зимы 1968 года все шло по сценарию записок о будущем Петра Воронова. Иначе говоря, медленно взрывалась мина, заложенная еще Никитой Сергеевичем, который в 1964 году с треском, по принципу «все или ничего», развалил до основания тщательно подготовленный генерал-полковником Зыряновым договор о границе. Закрыть все спорные моменты не хватило самой малости терпения, расплачиваться пришлось постоянными провокациями, хорошо хоть пока не дошло до стрельбы, солдаты обходились прикладами и дубинками.

Тем не менее с подачи качественно накрученного Устинова был восстановлен распущенный еще в 1945 году Забайкальский пограничный округ, введено почти две сотни новых погранотрядов, переброшена поближе авиация, танки и тяжелая артиллерия. Транссиб спешно электрифицировался и перешивался на «двухпутку», кроме того, было начато строительство приграничных автодорог-рокад. Но дальше послезнание о боях за остров Даманский вышло боком. Мао Цзэдун резко сменил политику, и зимой 67-го на границе установились практически безмятежные тишина и спокойствие. Если, конечно, не считать многочисленных перебежчиков, от которых было больше вреда, чем пользы.

И вот теперь Председатель КПК явно решил взять реванш…

Машина вырвалась с шоссе на окраину Москвы, и сразу установленный в машине «Алтай» разразился громким звонком. В поднятой трубке раздался голос жены:

– Саш, мне только что дозвонился Володя, он уже в Кремле…

– И?! – перебил Шелепин. – Что-то прояснилось?

– Он сказал, что НОАК произвела по шанхайским узлам обороны пуск ядерных тактических ракет.[1211]

[Закрыть] Зафиксировано как минимум пять атомных взрывов, из них один почти в центре Шанхая. Оборона Писяня прорвана, отчаянные бои идут на окраинах города.

– М-да…

– Устинов тоже звонил, ничего нового не сказал.

– Это нормально, – несмотря на серьезность ситуации, не удержал легкого смешка Шелепин. – Он свою семью от дел изолировал напрочь, поэтому думает, что у нас так же.

– Как думаешь, эта война в Китае, она нам не опасна? – Голос Веры Борисовны предательски дрогнул. – Ты меня так жутко напугал, когда уезжал!

– Если Штаты не начали в ответ сразу кидать атомные бомбы, то мы наверняка договоримся. – Александр Николаевич уже жалел о своей поспешной заботе о детях. – Так что не переживай! Но извини, я попробую до Димы[1212]

[Закрыть] дозвониться, он должен уже все подробности знать.

До зала заседаний Президиума ЦК КПСС Александр Николаевич добрался едва ли не последним. Обсуждение уже было в самом разгаре, Кирилл Тимофеевич Мазуров привычно клеймил шанхайских контрреволюционеров, которые не оставили выбора бедному Председателю КПК. Небольшой рост, широкое добродушное лицо и смешные оттопыренные уши с острыми кончиками резко контрастировали с растрепанными волосами и горящими глазами. По его словам выходило, если Советский Союз и Китай вместе навалятся на общего врага, то победа, в смысле крах мирового империализма попросту неизбежен.

Сложно отрицать аргументы докладчика, Мао Цзэдун гениально угадал момент решительной атаки. Почти полмиллиона солдат и матросов США воюют во Вьетнаме, полсотни тысяч заняты в соседнем Лаосе, чуть меньше стоит в Южной Корее как буфер между Пхеньяном и Сеулом. У них дома бунты чернокожих, не сказать, что они всерьез угрожают политической системе, но экономике это удовольствие обходится совсем не дешево. Тут еще золото стремительно начало дорожать относительно доллара, и это стабильности не добавляет.

На первый взгляд это все мелочи, которые первая экономика мира может себе позволить без особого напряжения. Вот только небольшими силами мятежному Шанхаю уже не помочь. Пусть Великий Кормчий истратил треть своего ядерного потенциала, но он ясно показал, что на полпути не остановится. И что с ним могут сделать США? Перебросить подкрепления? Из доклада военных видно, что размещенный на Тайване 13-й авиаотряд делает все возможное, уже не особо маскируясь под армию Китайской Республики. Любые иные меры попросту опоздают: два, максимум три дня, и мятежники будут сброшены в море.

Давить через ООН, требовать санкций, обвинять в преступлениях против мирного населения? Безусловно, в долгосрочной перспективе это очень сильно ударит по международному коммунистическому движению. Европа не простит Мао сожженных в атомном огне людей; не пройдет и пары дней, как студенты в Париже начнут стыдливо прятать красные книжечки с цитатами вождя. Но… Здесь и сейчас все это не имеет ни малейшего значения, пример недавней арабо-израильской войны наглядно показал, что «против лома нет приема».

Применить в ответ ядерное оружие? Однако еще Хрущев обещал рассматривать ядерное нападение на Китай, как на сам СССР. И, несмотря на трения последних пяти лет, его слова никто даже не подумал опровергнуть. Развязать третью мировую ради Шанхая… Нет, на это в США никто не пойдет. Примера Кубы хватило всем.

Как специально, на последних словах Кирилла Тимофеевича дверь распахнулась, и в зал практически вбежал какой-то полковник. Не доходя до стола нескольких шагов, он вытянулся в сторону министра обороны и произнес:

– Шанхай только что заявил о вхождении в состав Республики Китай.

В наступившей тишине был слышен только четкий стук каблуков уходящего «строевым» офицера. Все присутствующие прекрасно знали – еще в декабре 1954 года США подписали с тайваньскими властями так называемый «Договор совместной обороны», фактически поставив китайскую провинцию Тайвань под протекцию США.

– Вот это номер! – Осторожный Микоян только расстроенно покачал головой. – Пока мы тут думаем, как лучше поддержать китайскую компартию, враги действуют!

– Интересно, а мистер Джонсон в курсе этой инициативы? – сразу вычленил главное Косыгин. – Если это сделано с его санкции…

– Нам нужно срочно перевести войска на повышенную[1213]

[Закрыть] боеготовность! – не стал дослушивать Устинов. Уже поднимаясь со стула, продолжил: – С вашего разрешения, я сделаю необходимые распоряжения.

– Совсем эти китайцы рехнулись! – вставил свое мнение Воронов. – Друг друга гробят почем зря, еще и нас в это втравить хотят!

– Да при чем тут они, все из-за штатовской военщины! – горячо возразил Кириленко. – Зачем только мы на самоограничение по боеголовкам пошли!

– Они здорово подняли ставки! – постарался сменить тему Щербицкий. – Там все хороши, как сговорились, рвутся устроить «маленькую победоносную войну».[1214]

[Закрыть] Что у Мао, что у Джонсона – в стране бунты. А с Украины чуть не все боеспособное ПВО в Сирию перебросили.

Началась обычная неспешная перепалка, по большому счету никто не понимал, что можно сделать в текущей ситуации, кроме «твердой решимости защитить завоевания китайской революции, не останавливаясь перед любыми средствами». Мазуров писал черновик тезисов в поддержку Китая для газетных передовиц. Микоян сосредоточенно пил чай. Только Александр Николаевич кожей ощущал, что мимо неспешно проходит возможность перехватить инициативу. «А что, если…» – подумал он, тут же оформил свою мысль в записочку и толкнул ее по столу Косыгину. Тот сперва бросил до крайности возмущенный взгляд на партнера, но потом призадумался на несколько минут и написал ответ…

Обмен бумажками между Председателями Совмина и Президиума Верховного Совета затянулся, скоро соратники увлеклись, записки летали по сукну стола туда и обратно, почти как у школьников на уроке. Наконец Микоян не выдержал, отставил в сторону чашку и обратился к «Николаевичам»:

– Товарищи, вы так увлеклись перепиской, может быть, вопрос стоит обсудить всем вместе?

– Пожалуй, пора! – Алексей Николаевич Косыгин еще раз перечитал последний текст и наконец ободряюще кивнул Шелепину. – Саша, у меня еще много вопросов по твоей идее, но время не ждет.

– Не бросайте сразу обвинения в предательстве, – тяжело вздохнув, начал Александр Николаевич. – Поймите: вариант, который я сейчас буду защищать, нравится мне ничуть не больше, чем вам. Но рассмотреть его мы просто обязаны.

Зафиксировав на себе заинтересованные взгляды всех членов Президиума ЦК, он продолжил доклад:

– Леонид, насколько помню, ты недавно говорил, – Шелепин обернулся в сторону Брежнева, – дескать, Китай слишком велик, чтоб его можно было контролировать? Так ведь это истинная правда! Представьте, нет, товарищи, вы только на мгновение представьте, что в Европе у нас не десяток разных стран, а одна? Сколько времени пройдет, прежде чем эта единая страна найдет свой, отличный от нашего, путь в коммунизм? Год? Два? Пять? Или не совсем в коммунизм? Или совсем не в коммунизм? Что вы предпочтете: единую страну «социалистической ориентации» до Ла-Манша или то, что мы имеем сейчас? Только честно!