Текст книги ""Фантастика 2026-23". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)"

Автор книги: Павел Дмитриев

Глава 12

Я так и остался один сидеть у стены, чувствуя, как силы быстро покидают тело. Темное помещение, в котором остался только тусклый свет, льющийся с потолка, совершенно не подходило под место, где хотелось бы умирать. Но выбора особого не было. Виверн скрылся под толстой коркой застывшей породы. Оставив после себя лишь россыпь драгоценных камушков. Которые сейчас ничем не отличались от тех, что появлялись утром в конверте.

Не понимая зачем, но я уже немеющими пальцами подобрал один из лежащих поблизости. К счастью, для этого не потребовалось тянуться. Смертельная усталость напоминала пудовые гири, подвешенные на веки. Глаза сами закрывались, несмотря на все усилия. Но я все равно боролся. Уснуть сейчас – значит не проснуться в реальном мире. Там, где меня действительно ждут. Интерес пересиливал сон. Единственным вариантом, который можно было предложить себе, было изучение загадочного минерала. Издали кусочек прозрачного стекла ничем не отличался от любого другого. Крепость не проверить, внутреннего блеска нет. Но стоило поднести немного поближе, как внутри вспыхнул яркий образ. Образ моих девушек, весело переругивающихся меж собой. Да еще и постоянно старающихся подкинуть шпильку в чью-то историю.

Камушек не просто показывал фантазии. Он вырывал из моей памяти куски, растворяя в себе. Как я это понял? А очень просто – внутри кристалла зародился огонек. Причем не маленький. И чем больше я думал о Тане или Маше, тем ярче разгорался. А при добавлении воспоминаний о Жели или Ильмере, так и вовсе засиял ярче стекла, из которого была создана вся эта пещера. В голове начали плыть мысли. А вместе с этим и растворять воспоминания. Чем больше думал о своих девушках, чем ярче представлял их. Их лица и улыбки – тем тускнее становились сами образы. Кристаллик разгорался всё ярче и ярче. А в памяти становилось всё меньше и меньше недавних воспоминаний. Самые яркие образы стирались первыми. А за ними уходили и грустные моменты, о которых не стоило вспоминать. Но когда не осталось хороших моментов, пошли в ход и не очень приятные.

Пальцы уже не чувствовали, что держали. Как и вся рука. Полностью онемев и держась лишь потому, что проклятый пожиратель памяти продолжал притягивать внимание, высасывая последние воспоминания. Мне уже было тяжело представить Таню. Лицо Маши стало настолько замыленным, что ассоциировалась лишь с однокурсницей. Про Ильмеру и говорить не стоит. Девочки в памяти почти не осталось. Лишь смутный силуэт, стоящий передо мной на фоне бушующего океана. Только Желя еще была вполне осязаема. Я мог представить объемную фигуру, выразительное лицо. И любимый образ деловой девушки. Оставляющей большую толику разврата в расстёгнутых больше необходимого пуговицах блузки. И глубоком разрезе облегающей юбки. Но глаза, скрываемые под декоративными очками, уже почти исчезли. Только неприятная встреча с летавицей никак не хотела выходить из головы. Словно проклятый камень отторгал данное воспоминание.

– Ну уж нет. – Прорычал я, глядя в ускользающие глаза Маши, улыбающейся из маленького камушка.

Не знаю, что вдруг на меня нашло, но этот порыв сдержать было невозможно. Меня словно молнией поразило, заставляя дернуться. Стараясь хоть как-то удержать в памяти образы своих девочек. Уже давно затекшие мышцы сократились, отправляя маленький камушек прямиком в открытый рот. Волна жуткой боли прошлась по телу, заставляя свернуться калачиком. А потом выгнуться дугой. Каждая клеточка организма получила такой сильный удар, что удержаться в сознании оказалось попросту невозможно. Сильнейшая энергетическая волна смыла в океан боли. В котором я благополучно и растворился, проваливаясь в забытье.

* * *

Сознание вернулось достаточно быстро. Времени я не знал. Но ничего внутри не изменилось. Оставалось только надеяться, что ночь еще не закончилась. Все-таки, находясь в логове великого, как он сам себя назвал, можно было ожидать чего угодно. Но для начала нужно было подняться с холодного пола.

Прежде в тоннелях и особенно в огромном зале было очень тепло, если не сказать – жарко. Сейчас же, когда лавовое озеро застыло, стало весьма прохладно. Особенно холодно было на полу, что и заставило быстро подняться, стараясь перебороть в себе желание крушить всех и вся кругом. Ощущение переполненности энергией заставляло действовать. Что очень сильно мешало думать. Особенно сильно отвлекало то, что член снова стоял торчком. Снова заставляя искать ту, кто поможет снять напряжение. А никак не то, что сказал дракон. Да и толку от того, что сказал старик, если в памяти всплывали самые яркие моменты из наших с девочками развлечений. Один только образ Тани, стоящей на коленях со связанными за спиной руками и умоляюще смотрящей, как Маша смачно облизывает каменный орган, чего стоил. А как Желя помогает блондинке, играя с мошонкой… Я едва не спустил в штаны от одних лишь воспоминаний. А ведь перед глазами мелькали и более пикантные кадры. От которых сводило ноги и скрипели зубы, требуя срочно вернуться.

Такого эффекта точно не ожидал. Память стала более ярко описывать каждую из девушек. Вырисовывая всё до мельчайших подробностей. Я мог вспомнить каждую родинку, каждый крохотный шрамик, в большом количестве оставшиеся после нескольких наших неудачных приключений. Каждая морщинка, каждая складочка, каждое пятнышко. Всё стало таким родным. Словно уже тысячу лет изучал восхитительные тела.

– Шкафчик! – На выдохе простонал я.

В моменте показалось, что слова смогут подействовать лучше, чем растворяющиеся в похоти мысли. Только куда там! Слова пронеслись по пещере, растворяясь без следа, а перед глазами уже встал новый образ. И снова такой яркий, что молния не выдержала, расходясь под напором окаменевшего члена. И снова Таня лежит привязанная к столу двумя ремнями. Ноги сильно разведены, привязанные к металлической трубке. А та, в свою очередь, пристегнута цепочкой к ошейнику. Маша дразнит библиотекаршу, щекоча тонкой плеточкой. Грознега извивается и просит остановиться, но никому и в голову не приходит это сделать. Все знают, что похотливая рабыня получает удовольствие, находясь в беззащитном положении.

– Шкафчик! – Еще раз рыкнул на себя, отвесив оплеуху для убедительности.

Боль в щеке заставила, хоть и ненадолго, но вспомнить, зачем сюда пришел. Хотелось поскорее сбежать из душного подземелья. После чего отправиться в центр города, выискивая злосчастный проход обратно. Но вместо этого, пока образы моих девочек не были настолько яркими, побежал искать шкафчик, в котором виверн, имя которого так и не удосужился спросить, припрятал свои сокровища. Найти его оказалось совсем не сложно. Стоило только добежать до самой крайней комнаты, как деревянная коробочка сразу попалась на глаза. Ничего выдающегося. Обычная деревянная коробка с одной единственной дверцей. Что еще можно было ожидать увидеть в ванной комнате? Конечно, это не был основной шкафчик для хранения средств гигиены. Но выглядел почти так же, как и все остальное, гармонично вписываясь в общий интерьер.

Внутри, как и рассказывал виверн, нашлось яйцо. Причем выглядящее как обычное куриное. С одним только отличием – оно было чешуйчатое. Всё небольшое яичко покрывалось крохотной, но очень острой чешуёй, от чего было крайне неприятно держать в руках. Редкий артефакт словно сам впивался в кожу, прилипая и не отрываясь больше. Пришлось повозиться, прежде чем удалось избавиться от него, отправляя в рюкзак.

Зато с кольчугой, выглядящей скорее как обычная толстовка, расставаться желания не появилось. Всё как и у хоббита, очень тонкая и легкая. Каждое колечко было не больше пары миллиметров в диаметре. При этом была сплетена в три слоя. Материал тоже был ни на что не похож. Кольца были из черного металла, переливающегося таинственным зеленовато-голубым цветом. При этом создавая дополнительную ауру неизвестности. Такое сокровище даже не захотелось прятать под курткой.

Там же нашелся и небольшой сверток, на который уже и не стал обращать особого внимания. Просто посмотрел на обычную конопляную веревочку, скрепленную восковой печатью на концах, и сунул в рюкзак. Где свиток и упал рядом с книгами, став частью общего завала.

Предстояло еще выбрать подарки девочкам, но с этим уже не было желания разгребаться. Среди того, что видел еще когда шел сюда, приметил несколько вещей. Идеально подходящие любой из моих спутниц. Даже джинни с Беляной подобрал кое-что интересное. Вопрос, как отнесется к тому, что решу прихватить подарки всем девушкам и женщинам в доме, хозяин пещеры, вообще не волновало. Нечего было так быстро прятаться.

Всё это я делал на автомате. Стоило только обратить внимание на определённую вещь, как в голове сразу вставал образ той или иной девушки. Причём приличного в этом всём было ровным счётом ноль целых ноль десятых. В один момент поймал себя на мысли, что из уголка рта потекла слюна. Пущенная на Ксюшу, радующуюся столь интересному подарку.

Приводить себя в порядок было лень, вместо этого бросился бежать обратно. Было некое нехорошее предчувствие, что меня могли бросить на произвол судьбы в этой гиблой пещере. И плевать, что яйцо было нужно совсем не мне.

На удивление, тусклого света, излучаемого стеклянными стенами, было более чем достаточно для спокойного бега. Мне даже не пришлось приглядываться, как это было по пути к логову дракона. Да и сами стены стали словно прозрачными. Нет, я не видел всего, что происходит за ними. Но стекло больше не было сплошной преградой. Я смог разглядеть тех самых скребунов, пытающихся проникнуть в подземную цитадель. Старающихся когтями проделать отверстие в прочнейшей стене. Страшные создания, больше похожие на кротов, только превосходящих в размерах в десятки раз. Зрение стало настолько острым, что становилось как-то не по себе. Что-то очень сильно изменилось. Мне больше не приходилось переключаться на божественное зрение, чтобы увидеть некоторые моменты, которые раньше было сложно разглядеть. Но при этом не было и противного золотого света вокруг, от которого начинали болеть глаза уже через пять минут.

Обратный путь занял намного меньше времени. Не было особого смысла прятаться. Вместо этого, видя перед собой очень возбуждающие образы, на всех парах мчался вперед. К небольшому лазу, расположенному высоко на стене. К слову, он тоже не стал особой преградой на моем пути. Даже и припомнить не смогу, как взлетел на такую высоту и протиснулся в узкое отверстие. А потом и вовсе все смешалось в одну долгую… Бесконечно долгую, ползучую прогулку. Еще и оттопыренные трусы не могли сдержать член. Из-за чего стонал в голос, цепляясь за корни и всякие камушки в земле.

Но всё имеет свойство заканчиваться. Пусть конец будет плохим или хорошим, но длиться вечность может только загробная жизнь. До которой мне еще далеко. Узкий лаз начал расширяться. А вместе с этим и я смог подняться на колени и перестать цепляться за всё подряд, проделывая глубокую борозду в земле. Нора постепенно расширялась, донося до меня новые, очень неприятные звуки. Впереди звучали очень встревоженные и очень знакомые голоса. У Маришки с Аннабель что-то случилось. Девушки очень нервничали. От чего в ночи голоса звучали чрезвычайно громко. Но это было не всё. До ушей долетали и другие, более неприятные звуки. Что-то пыталось проскрести нечто крепкое. Словно металлом пытались прорезать металл. Скрежет стоял невыносимый. А еще присутствовал лязг…

Нора, несмотря на то, что не прибегал к божественному зрению, оставалась светлой. Но мозг не особо цеплялся за этот момент. Словно так и должно было быть. Яркие образы моих девочек продолжали всплывать перед глазами, полностью перехватывая всё внимание. По большому счёту, я двигался просто на инстинктах. Стремясь как можно скорее оказаться рядом с ними.

– Бажен! – Аннабель накинулась на меня, повисая на шее и припечатывая губы страстным поцелуем. – Ты вернулся!

В этот момент голова полностью отключилась, передавая контроль над телом своему нижнему заму. Руки ухватились за тощую попку, сжимая так, что ящерка застонала, роняя голову мне на плечо. Еще немного, и разорвал бы неприлично закрытый костюмчик. И плевать, что только недавно приобрела. В этот момент откровенный образ Маришки видел как сексуальную куклу, и не более. Всего-то приподнять короткую юбочку, и ведьма окажется насажена на твердый орган.

– Не сейчас! – Зашептала ящерка на ухо, едва сдерживая стон. – На нас напали…

– Кто⁈ – Зарычал я.

Мне самому стало страшно от того, как хрипло прозвучал собственный голос. Что говорить об Аннабель. Жёлтые глаза округлились до такой степени, что можно было использовать вместо фонарика. Хотя зачем нужен фонарик, когда в темноте видишь лучше пресловутой кошки?

– Твои глаза! – С ужасом и восхищением воскликнула желтоглазка.

Руки ящерки перестали держать тело. Позволило спокойно поднять и отбросить в сторону, вызвав еще один испуганный вскрик. Но мне было уже неважно, что ящерка может подумать. Кто-то посмел мешать мне! Кто-то посмел напасть на мою добычу! А я хотел использовать по своему усмотрению. Значит, надо жестоко наказать тех, кто решился на такое.

Маришка испуганно вжалась в стену, стараясь стать максимально незаметной. Только перевозбужденный член, перехвативший управление телом, подметил сексуальную крошку раньше, чем та сообразила спрятаться. Радовало, что Чумка не могла далеко отойти от входа, где держала защитный пузырь. Нечто очень похожее на то, что выставлял Елеазар, перекрывало вход в нору.

– Убирай. – Еще более зло прохрипел я.

Ведьма испуганно икнула и начала сползать по стене на землю. Меч выпорхнул из ножен раньше, чем матовая мембрана начала истончаться. Красным тварям, которые старались пробиться внутрь, было все равно, кто перед ними стоит. Божественное зрение, которое подключил всего на несколько секунд, показало нечто запредельное. Каждый красный силуэт представлял из себя ужасно развитое создание. Мне даже были видны ранги некоторых из них. Каждый из которых был выше трёхсотого. Но сейчас и это было не важно. Меч, а следом и я сам, сорвался с места, несясь к первому же застывшему в предвкушении легкой добычи монстру. Небольшая рогатая фигура, больше похожая на черта, чем на человека, первой оказалась на пути. И мгновенно лишилась головы, не успев даже сообразить, что произошло. Остальные не сильно удивились произошедшему. Скорее даже обрадовались. Сразу три фигуры бросились вперед. Среди которых был даже классический европейский оборотень голливудской интерпретации. С непропорциональными конечностями, свидетельствовавшими об исключительно неправильном понимании самой сути преображения в зверя.

Жажда крови, как моя, так и моего проклятого меча, окончательно затмили разум. Руки и ноги больше не контролировались мозгом, оставив всё на откуп первобытным инстинктам. Уроки Мечиславы не прошли даром. Как бы отвратительно я не махал острой железкой, для тварей и этого было более чем достаточно. Тело двигалось настолько быстро, что сам не особо осознавал, что происходит. Глаза лишь успевали отметить, что скоро живот должен встретиться с острыми когтями. А через мгновение эти самые когти отсыхают, опадая на землю отвратительными сухарями. А тут уже с другой стороны несется здоровенная секира. Вот-вот и отрубящая наглую голову. Но вместо этого возомнивший себя царем зверей минотавр лишается копыта. Начинает заваливаться на бок и срубает голову соседу. При этом крича так, что на бой стягиваются посмотреть все, кто еще не был в курсе.

Огромная толпа красных созданий собиралась у входа. Причем никто не мешал нападать сородичам. Это было похоже на спортивное состязание. Когда каждый следующий атлет дожидается окончания выступления предыдущего. Я лишь мельком отметил, что каждая из собравшихся в толпу тварей отличается друг от друга как небо и земля. Среди зрителей были как огромные пауки, так и мифические мантикоры – львы с огромными скорпионьими хвостами. Грифоны, как обычные, так и морские. В толпе были и огромные змеи, ящеры, вампиры. Непонятные создания, напоминающие людей, но при этом с невнятными уродливыми лицами. Встретилась даже страшная тентаклевая гадость – мечта похотливой школьницы. Ну или Тани. И всех объединяло лишь одно. Все рассматривали меня как преграду на пути к Маришке с Аннабель.

Отчасти это немного задело. Меня даже не рассматривали за противника, несмотря на то, что уже четверо насильников-неудачников пали от меча. Высосавшего жизни быстрее, чем те упали на землю. А ведь следующие двигались даже медленнее предыдущих. Низкорослый гном в глухих доспехах занял место здоровенного минотавра. Но он и не смотрел на меня, постоянно косясь на застывшую в проходе ведьму.

– Прочь! – Почувствовав, что сил на всех не хватит, решил воспользоваться проверенным способом.

Яркий луч ослепил на долю секунды. Но не дезориентировал, позволяя точно направить на врага. Только на этот раз навык оказался бесполезен. Никто не то что не загорелся, но даже и не получил крохотного ожога. Зато вызвал очень много смеха от десятка собравшихся глоток. Это могло бы остудить мой пыл. Но энергия, перетекшая из убитых монстров, окончательно свернула любые тормоза. Теперь я мог думать только об одном – как бы поскорее добраться до двух сексуальных девушек. Только не отступить и не поделиться ими с остальной толпой. Убью всех, кто захочет посягнуть на мою собственность!

Меч очертил длинный круг, орошая всё вокруг маленькими капельками крови, оставшимися от предыдущей жертвы. И полетел к оборотню, старательно пытавшемуся проскочить мимо. Возможно, именно то, что меня не считали противником, и спасало от смертельных атак. Каждый из монстров мог порвать меня на куски просто походя. Если бы старательно не игнорировали, видя своей целью полуобнажённую Маришку. Хребет оборотня рассыпался, будто был сделан из стекла. А следом и тварь обмякла. Покатившись ко входу поломанной мумией. Девушки внутри испуганно взвизгнули, чем еще сильнее раззадорили толпу. Некоторые, не до конца утратившие человеческий образ, даже начали заранее скидывать остатки одежды, освобождая боевые агрегаты. От вида которых даже у меня отвисла челюсть. Монстры были огромны во всех смыслах.

– Стой! – Сделал я еще одну попытку использовать свое божественное умение, не подводившее до последнего момента ни разу.

Яркий свет широко охватил всю окружающую территорию, заставляя всех без исключения зажмуриться. А некоторых и закрыться руками. Никто даже и не подумал останавливаться. Не говоря уже о том, чтобы замереть, как это и было задумано. Но некоторые создания, чьи уровни были явно меньше прочих, начали превращаться обратно в людей, перетягивая часть интереса толпы на себя. Где-то рядом оказалось две демонические пантеры, спокойно лежавших на дереве. А тут вдруг превратившихся в обычных девушек. Пусть и не очень красивых, но для других даже такие девушки оказались предпочтительнее моих. Толпа заволновалась. Некоторые твари отделились, бросившись к новой добыче. Только это была лишь небольшая часть. Остальные так и продолжали смотреть вперед, совсем не обращая внимания на происходящее вокруг.

Голова гнома, так и не успевшего проморгаться после яркой вспышки, рассыпалась черным пеплом, едва упала на землю. Тело, совсем не рассчитанное на резкие движения, дернулось и так же посыпалось черным пеплом, освобождая место для следующего желающего. Который не заставил себя ждать. Огромный шестирукий мужчина с синей кожей, вооруженный шестью мечами, медленно двинулся вперед. Причем устремляясь уже не к девушкам, а именно ко мне. Огромный член, почти с мою руку, болтался из стороны в сторону, заставляя постоянно обращать на себя внимание. Уж очень устрашающе выглядел. А то, с какой ухмылкой шел мужчина, только добавляло опасений за свой собственный зад. Нечто такое припоминал в индуистской мифологии. А там были слишком свободные взгляды на жизнь.

– Умри! – Неожиданно даже для самого себя, выкрикнул я, выставляя вперед не всю ладонь, как обычно, а указывая пальцем на конкретного персонажа.

Тонкий золотой луч прочертил темный лес, упираясь прямо в грудь синекожему здоровяку. Лучик оказался настолько концентрированным, что прожег в теле огромную дыру. Монстр не сразу понял, что случилось, тупо уставившись на меня удивленным взглядом. А потом плавно опустил глаза на прожженную грудь. На лице читалось полное непонимание происходящего. Но это уже было не важно. Руки уже не держали кривые мечи, а ноги перестали нести тело.

Оставшиеся монстры быстро сообразили, кто их главная проблема. Никто больше не стал ждать своей очереди, стремясь добраться до вожделенной цели. Сразу вся толпа качнулась вперед, распрямляя когти, челюсти, топоры и прочие орудия убийства. В меня даже полетела стрела. Но попала в неудачливого нападающего, решившего покончить со мной одним ударом огромной лапы. Мне лишь чудом удалось избежать атаки огромного медведя с белой шкурой и яркими, горящими огнем глазами. Зато следующий монстр – белый скелет в ржавых доспехах, уже заносил свой, не менее ржавый, меч над головой. Ситуация резко изменилась. Но мозг все равно отказывался верить в то, что надо что-то делать с этим.

– Умри! – Небольшой дракончик, больше похожий на обычную ящерицу, получил яркий луч в голову и споткнулся не добежав пары шагов.

Скелет начал опускать ржавый меч именно в тот момент, когда дракончик покатился по траве, снося всех на своем пути. Мой меч встал на пути снесенных монстров, высасывая множество жизней разом. Пересыщаясь сам и наполняя меня еще большей энергией. От чего голова окончательно поплыла. Зрение начало сбоить, выдавая нечто невероятное. Я словно видел не тех монстров, что были в лесу и подсвечивались красным. На их месте стояло множество обычных людей, аурой которых были магические образы.

– Умрите все. – Сквозь зубы прорычал я, уловив всего один момент, пока никто не успел напасть.

Маленький шарик выскочил из руки, словно искорка у фокусника. Но в отличие от фокусника, мой шарик, размером с мячик для пинг-понга, таил в себе действительно страшную силу. Я чувствовал переполнившую внутренний мир энергию и вложил всё, что только мог, в отчаянную атаку. И сейчас смотрел, как смертоносный снаряд взлетел над головами разъярённых врагов.

– Сдохните! – Яростно повторил приказ.

Я снова поднял меч перед бестелесной фигурой в женской ночной сорочке и длинными черными волосами, закрывающими лицо. Только ничего уже сделать не смог. Ярчайшая вспышка ослепила, лишая даже тех остатков плывущего зрения, что еще присутствовали. А следом и волна необузданной энергии устремилась во внутренний мир, прокатываясь цунами по всей округе. Накрывая даже тот холмик, который считал неприступной крепостью.