Текст книги ""Фантастика 2026-155". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Николай Некрасов

Глава 22

Барбара, как в итоге представилась бабуля, оказалась не только заботливой хозяйкой, но и умелым поваром. Она накормила нас с Линн ужином и тактично незаметно устранилась, когда мы вновь о чём-то заспорили, поглощая лапшу с мясом и овощами из больших расписных глиняных плошек.

Мы сидели в больших плетёных креслах в гостевом домике, отведённом под столовую. Крыша, устланная соломой, создавала иллюзию простоты и единения с природой, а больше распахнутые в ночь окна делали грань между жилым пространством и островом едва уловимой.

– Нет, это ты должен был послушать меня и поехать на другое задание! – возмущалась барышня.

– А как бы, интересно, я поехал на другое, если уже записался на это? Я что тебе лох подзаборный? Как бы это выглядело? Что я волков твоих тощих испугался?

– Ишь какая цаца! – фыркнула она. – Мог бы и отказаться. Один хрен ваши рейтинги после стычки в подворотне вниз поплыли. Я слежу, мониторю ситуацию.

– Любопытная какая. Нос на базаре не оторвали?

Она уселась удобнее, поправляя платье, чтобы прикрыть оголявшиеся от резких движений коленки. Такая одежда была ей несвойственна, но бабуля Харрис настояла, чтобы внучка переоделась к ужину, ведь их посетил «важный гость». Но журналистская заноза этого, кажется, не понимала.

– Я попросила тебя не ехать! Мог бы и догадаться, что не без причины.

– Могла бы и рассказать, что потусторонние монстры – ваши домашние питомцы!

– А тебе не кажется, что это не твоё дело? – нагло прищурилась она и клацнула палочками для еды у меня перед носом.

– А тебе не кажется, что у кого-то слишком до хрена секретов на квадратный метр? И это, знаешь ли, моё дело. Потому что так уж вышло, что твои блоховозы – основная цель задания.

– Сам ты блоховоз! – возмутилась она вполне искренне, и со злости подхватила слишком большой кусок мяса, который тут же принялась яростно жевать.

– Ты сама-то глистогонку пьёшь? Или бродячим кошкам по фиг на санитарные нормы?

Тут она совсем взбесилась. Попыталась ответить чем-то равнозначным, но вдруг замерла в ужасе. Глаза округлились, изо рта вырвался только сдавленный хрип. Когда Линн начала колотиться себя в грудь кулаком, понял, что она подавилась.

Не стану отрицать, что на мгновение подумал, что так ей и надо, дотрынделась, так сказать. Но тут же бросился к ней, чтобы помочь. Девка хоть и с характером, но уже какая-то своя в доску. Так что, не церемонясь, обхватил изящное тельце сзади и попытаться сжать под рёбрами, как обычно это делают в фильмах. Ни разу в жизни до этого не приходилось применять приём Геймлиха, поэтому не был уверен, что делаю всё правильно.

Линнея хрипела и извивалась, а я пытался удержать и надавить куда надо. Не спорю, сначала, когда пытался ухватиться, схватил выше чем надо – за упругую грудь. Но был готов поклясться на Библии, что это вышло случайно. Она же мне наверняка это ещё припомнит.

– Да не брыкайся ты! Дай ухвачусь!

И почти услышал, как она говорит что-то вроде: «Уже ухватился. Спасибо, не надо!». Но вопреки всему, девушка вдруг поддалась, отпуская контроль и позволяя мне взяться за дело.

Как учили в брошюрах по оказанию первой помощи, сжал ладонь в кулак, прижал между рёбер у «солнышка». Второй ладонью обхватил кулак и принялся делать отрывистые толчки внутрь, чтобы избавить дурёху от куска мяса, застрявшего в горле.

При каждом толчке платье уползало всё выше, обнажая бёдра. Лямки спадали с плеч, а я только и думал о том, какую взбучку получу, когда спасу её. Так мы и стояли (я, обхвативший девушку сзади, и она, вздрагивающая от моих толчков, с платьем, сбившимся в области пояса), когда в дверях появился Шен.

– Ой… – выпалил он и замер, не зная, как реагировать. – Простите, что помешал… Не думал, что у вас настолько тесное… общение…

В его глазах читались удивление и смущение, но в большей степени – одобрение. А я бы многое отдал, чтобы увидеть, что отражалось сейчас в глазах Линнеи. Шен вышел из оцепенения и заметался из стороны в сторону, будто забыл, как это – развернуться и уйти.

И то ли от стыда, то ли из-за неуёмного желания объяснить, что тут на самом деле происходит, Линн, наконец, выплюнула злосчастный кусочек, когда я в очередной раз дёрнул её на себя.

– А мы тут в доктора играем, – пошутил я, и тут же понял, насколько двусмысленно оно прозвучало в данном контексте. – В смысле, она подавилась, а я пытался…

Заканчивать не стал, пояснения выходили слишком нелепыми, и Шен подытожил за меня.

– Ну как наиграетесь, зовите, я бы чаю попил… – и беззвучно скрылся в дверях, будто обрёл дар Агаты исчезать неслышно и незаметно.

– Да отпусти ты уже меня! – дёрнулась Линн, и я понял, что продолжаю прижимать её к себе.

Ослабил хватку, и она вывернулась, поправляя платье и яростно приводя растрепавшиеся волосы в порядок. Я же уселся на место, наблюдая за ней с лёгкой усмешкой.

– Не за что! – нарочито пафосно произнёс я. – Обращайся ещё, когда потребуется спасти твою жизнь. У тебя их там сколько? Девять? Или уже меньше? Одну я тебе сейчас, кажется, сберёг и с радостью приму благодарность в любом виде, в котором захочешь её выразить.

Она показала язык и фигу, и принялась переносить грязную посуду в раковину.

– Нет, что ты, что ты! Я не готов принять столь щедрую благодарность. Можешь ограничиться поцелуем. Она замерла и испепелила меня взглядом. Потом кинула в раковину ножик и едва слышно что-то пробормотала.

– Что-что? – переспросил я.

– Спасибо…

– Не слышу… какое-то сплошное мяуканье… Что ты хотела сказать?

– Спасибо! – Она отвернулась от раковины, упёрлась в неё запястьями и посмотрела мне в глаза. – Я на самом деле очень испугалась…

И в ней не осталось ничего строптивого или едкого. Только бездонные зелёные глаза и теплящаяся в них благодарность.

– Глупо бы вышло, если б меня убил кусочек очень вкусного мяса, – неловкая улыбка окрасила лицо, и я рассмеялся.

– А знаешь, что было бы неглупо? Если бы ты рассказала мне про остроклыков с самого начала. Тогда вообще всего этого можно было избежать.

Она бросила в меня кухонным полотенцем, которое я, конечно, успел перехватить в полёте.

– Я тут вообще-то благодарить тебя пытаюсь!

– Не вижу что-то твоих губ возле своего лица.

– Ну хоть не возле задницы, – огрызнулась она.

– Я готов рассмотреть варианты… Помнится, ты обещала кое-куда сеть…

Она закатила глаза и рассмеялась, но больше не ёрничала.

– Ладно… Раз уж я твоя должница, то, пожалуй, расскажу тебе всё, что захочешь. Довольно между нами секретов, Канто Алан Рэй. Спрашивай что захочешь.

Стояла и смотрела на меня так, будто видела впервые – с интересом и озорством.

– Зачем вам остроклыки? Просто потому, что бабуля их любит?

– Ну, – девушка скрестила руки на груди и упёрлась бёдрами в столешницу. – Они слишком давно живут с нами, чтобы быть бабулиной прихотью. Она же рассказала, что волки тут со времён Первой Пространственной Войны?

– Было дело.

– Так вот, когда наше семейство обнаружило соседство с монстрами, мы не стали придавать дело огласке. Эти существа неплохо понимают человеческую речь, умеют заглядывать в сердце и считывать намерения. Так что нам было несложно заключить с ними пакт, который продлевается в каждым членом стаи, когда те достигают зрелого возраста. Щенок с раненой лапкой, которого вы гоняли по острову, – на этой фразе голос стал неодобрительным, – ещё зрелости не достиг. В следующем году пройдёт церемония посвящения. Стая отправит его на охоту самостоятельно, без поддержки, и по её завершении мы проведём ритуал принятия. Волчонок склонится перед вождём и перед бабулей.

– Бабуля у вас тоже вождь? – пошутил я, но Линн кивнула.

– Кто-то вроде старейшины. Так что такое соседство на пользу и нам, и стае. Эти животные чувствительны и к людям, и к природе. Они всегда предчувствуют шторма и предупреждают нас. Так что наш островной бизнес процветает ещё и потому, что мы всегда знаем, когда будут природные катаклизмы. И ни один гость ещё ни разу не подал на нас в суд. Не было причин.

– Понимаю, полезное сожительство. Есть у вас ещё какие-нибудь зверухи, незаконно содержащиеся на острове?

– Есть, – покивала она, тон стал игривым, – совсем недавно появилось. Пришло с большой земли. Очень непослушным оказалось, забрело вглубь архипелага, начало рыскать везде, пугать зверей. С бабулей моей спорить пыталось.

Я удобнее перехватил полотенце, подался вперёд и отрывистым хлёстким движением, попал вредине прямо заднице.

– Эй! – девушка не успела увернуться. – Больно же!

Хотя было понятно, что врёт. Я же не изверг, чтобы силу не контролировать.

– А это тебе вместо поцелуя Луны, поцелуй возмездия, – усмехнулся я, и в голову пришёл новый вопрос. – Кстати, покажи, что ли, эту свою метку. Куда там тебя луна целовала?

Она несколько секунд обдумывала просьбу, затем подошла ближе и повернулась спиной. Попыталась дотянуться до молнии, но та была слишком высоко.

– Поможешь? – не оборачиваясь спросила Линн.

– Расстёгивать до конца? – зачем-то уточнил я, хотя одна рука уже потянули за собачку, а вторая легла на талию, чтобы придержать платье. Ну или просто мне так захотелось обосновать свои действия.

– Пока не увидишь то, что хочешь…

– Я тогда вообще не остановлюсь, – прямо заявил, не смущаясь своих простых человеческих желаний.

Она лишь хмыкнула.

Когда молния достигла конечной точки, обнажая поясницу, руки сами потянулись, чтобы раскрыть ткань, скрывавшую неброское пятнышко. Пальцы коснулись кожи. Под ними прослеживался силуэт полумесяца. Нечто вроде родимого пятна или татуировки хной, только неброская, чуть темнее естественного цвета кожи.

– Думал, это будет круглая луна, а тут лишь тонкая четвертинка.

– Она ещё не проявилась в полную силу. Когда я буду готова, она станет полной, эту будет значить, что истинная форма зверя доступна мне.

О чём-то подобном уже говорила бабуля Харрис.

– И когда это произойдёт?

Линн пожала плечами и развернулась. Лямки спадали с плеч, и она придерживала платье рукой в районе груди, чтобы оно не свалилось с неё. Вместо того чтобы попросить меня застегнуть его, она села напротив в небольшое плетёное кресло и закинула ногу на ногу.

– По легенде… я полюблю преемника Адана Муна, кем бы он ни оказался. Буду принадлежать ему и выполнять любые поручения. Таков закон. Такова клятва моего рода…

Глава 23

– В каком смысле «принадлежать»? – возмутился я. – Рабовладельческий строй, вроде как, давно отменили.

– Это не про рабство. Это про исполнение обетов, данных в период Первой Пространственной Войны. Он сможет освободить мой род от него или продлить, а я буду той, кто скрепит союз или, наоборот, расторгнет. Но решение останется за ним. Так что не знаю, как всё окажется на самом деле.

– А про полюбить, что за бред? Ладно клятва, это понимаю. Но остальное…

– В легенде сказано «Поцелованная Луной воспылает сердцем и отдаст его во служение».

– Не очень похоже, что легенда предоставляет выбор на разрыв контракта.

– Почему же? В легенде ничего не сказано про самого преемника. Мы же не знаем, как поведёт себя он.

– И ты во всё это веришь?

Всё это звучало как-то глупо, сказочно и выглядело притянутым за уши. С другой стороны, истории про аномалии, монстров и силу Печатей – тоже. Однако это стало реальностью настолько быстро и естественно, что до сих пор удивляло.

– Это не важно, верю я или нет. Ведь так либо будет, либо нет. К чему гадать и волноваться раньше времени?

Её логика забавляла, а бесстрастный настрой в какой-то степени даже вызывал уважение. Что бы не пророчили ей легенды, отношение оставалось спокойным и здравым. Без борьбы с судьбой или слепого следования.

– Думаешь, сможешь полюбить Джонни? – задал вопрос, который рвался с языка.

Она скривилась.

– Что, пророчество уже не кажется таким пророческим? И с чего ты решила, что «воспылает» значит «влюбится»? Может, воспылает ненавистью?

– Такого ты мне желаешь, Канто Алан Рэй? – барышня бросила укорительный взгляд.

– Я желаю сам стать преемником, жаль только, что преемственность нельзя выкрасть как медальон.

В глазах Линн что-то проскользнуло, и я хотел спросить, о чём таком она подумала, но в голову пришла мысль, которая показалась более важной.

– Как думаешь, нападение Отрицателей на родительском дне – это очередная диверсия, спланированная кем-то внутри? Или они настолько круты, что сами взломали системы, узнали расписания охраны и всё в этом духе?

– Однозначно кто-то изнутри помог. Но я пока не понимаю кто. И если б ты знал, насколько подскочили рейтинги, мог бы даже заподозрить в этом подставу от администрации. Но у ректора сейчас дела поважнее.

– Его болезнь? Или это всё-таки уход от ответственности под приличным предлогом?

– Не уверена, что он болен, хотя и не исключаю. Но, насколько могу верить своим источникам, у него сейчас и кроме здоровья есть ряд проблем, которые нужно экстренно решать. Думала подключить тебя позже, но раз уж ты сам спросил…

Она подхватила со столика телефон и что-то набрала в нём. На экране появилась карта.

– Смотри. Вот здесь он был замечен со спутника. Вошёл в здание и больше не вышел. К нему постоянно приезжают люди, уезжают. Какие-то фургоны что-то грузят через гараж. Но есть у меня подозрения, но это не обычный дачный домик на отшибе в лесу. Они там что-то скрывают, но я пока не понимаю что. Нет желания наведаться?

Хитрый блеск глаз подзадоривал, но меня не так просто взять на слабо или заинтриговать, чтобы бросился сломя голову непонятно куда и зачем.

– Возможности нет, – развёл руками, – утром надо быть в Школе. Я всё-таки староста, должен подавать хороший пример.

– Молодец, хороший мальчик, – подколола она. – Это не горит. Ректор посещает это место с изрядной периодичностью, просто впервые так надолго. И хотелось бы понять, что там прячут. Потому что из грузовиков выгружают глухие контейнеры, а назад уезжают пустыми. Вряд ли он заказывает мебель вагонами и устанавливает в крохотном домике.

На этом моменте она всё-таки поймала меня на крючок. Я никогда не был падким на манипуляции, но любопытства не был лишён.

– Говоришь, туда заезжают крупные тачки, выгружают контейнеры и уезжают?

– Угу… – она прикусила губу, чтобы скрыть улыбку, ведь я попался. – Сдаётся мне, этот домик внутри больше, чем снаружи.

– Знакомая история, – усмехнулся я. – И мне кажется, там мы нашли бы много интересного. Но… – опять развёл руками, – времени нет.

– Я ставлю на бункер. Там наверняка несколько уровней, что-то большое и полное ответов, – пытаясь подхлестнуть моё воображение, чтобы не сорвался с крючка, произнесла она заговорщически. Долина пересохших рек – место само по себе загадочное.

– Что? Повтори… – мне показалось название знакомым, но я никак не мог вспомнить, где его слышал.

– Долина пересохших рек… – повторила она. – Не самое популярное место. Заброшенные поселения, пересохшие водоёмы, пустынные дороги. Однако теперь, как можешь видеть, место оживилось.

– Точно! – я щёлкнул пальцами и чуть по привычке не высек искры. – Вспомнил! Ректор обсуждал это место, когда я пробрался в его кабинет. Он обсуждал это с кем-то из своих спонсоров и союзников.

– Тогда это ещё интереснее… – задумалась она.

– Скинь мне всю информацию. Я посмотрю и, может быть, в следующий раз заскочим…

Она победоносно хлопнула в ладоши и расплылась в улыбке.

– Сделаю в лучшем виде!

– Здорово… – я откинулся на спинку кресла, чувствуя, что взял от этого дня всё что мог.

Было приятно расслабиться в уютной обстановке. Потянувшись к бутылке с водой, окинул взглядом простенькое убранство типичного домика с брошюры туров на жаркие острова.

– Хорошо…

– А как иначе! – обрадованно произнесла она, собирая в телефоне нужные файлы.

– Да я не про информацию. Я про остров…

– В смысле? – не поняла она.

– Здорово, что мы сидим тут с тобой, беседуем. За пределами Школы и без видеокамер. По-домашнему, уютно.

Она улыбнулась как-то по-детски и искренне. Заноза, пишущая разгромные статьи, теперь выглядела совсем не такой, какой привык её видеть. Из грациозной кошки, что гуляет сама по себе, превратилась в беззащитного котёнка.

– И было бы ещё лучше, если бы ты рассказала всё, что знаешь про ректора, а не подкидывала наживку за наживкой. Понимаю, у тебя информаторы, которых ты не хочешь сдавать. Но я ведь и не прошу имён. Я прошу тебя открыться, наконец, и сыграть со мной в одной команде. Так что скажи мне, что задумал ректор. Ты ведь наверняка в курсе. Или как минимум имеешь вполне продуманную теорию относительно всего этого бардака. Пропадали студенты, потом напали сектанты… Это же, мать его, Высшая Школа Героев! Как это вообще возможно?

Она смотрела на меня пристально, прикусив костяшку согнутого указательного пальца, мучимая сомнениями.

– Неужели всем плевать? – добил вопросом, и она поддалась.

– Ладно… – погладила подлокотники кресла и облизнула губы решаясь. – Наверняка в твоём мире дела обстоят похожим образом, так что ты должен понимать, что всё решают связи и деньги. Ректор сам по себе – пешка. Он принадлежит к древнему семейству очень богатых людей, которые растратили всё своё состояние на Школу. На земли, реставрацию зданий, строительство новых. Потом нашли спонсоров, которые тоже захотели вложиться в проект. Но годы шли, пророчества сбывались, а Герои так и не появлялись. Многочисленные кредиты, взаимоневыгодное сотрудничество и десятилетия самопиара, построенного на спекуляции образа Героев привели к тому, что есть сейчас. Вы явили себя миру, у вас есть Школа, у вас есть ректор, который должен большому числу людей. И некоторые из них очень влиятельны.

– Они… из правительства? – вбросил навскидку, чтобы узнать поподробнее, так как не был уверен, что барышня выложит все карты. Очень уж она привыкла скрытничать.

– Я бы так не сказала… Если, например, отец твоей подруги Лясивай ушёл с пути теневой деятельности, то те, кто одалживал крупные суммы семейству ректора, наоборот, пустили корни в местах, куда не дотягиваются лучи света и правосудия. Эти люди любят вести свою игру и всё контролировать. Мне неизвестны конкретные имена или их цели, но ректор увяз по уши. И теперь пляшет марионеткой. И так как пока он всем заправляет в Школе, то мы имеем то, что имеем… – многозначительно завершила она.

– Зашибись… Но я всё равно кое-чего не понимаю. Зачем он вводит эти дурацкие правил. Зачем стравливает сектора? Деление на фракции не сделает нас командой. Идиотские правила в уставе и надзиратели – тоже.

– Вероятно, спонсорам ректора не нужна команда по спасению мира. Мне кажется, им нужные прикормленные управляемые супергерои. Если вас разобщить сейчас, то потом не возникнет проблем. Во-первых, вы не выступите единым фронтом против тупых правил. Во-вторых, когда придёт время, вас можно будет распихать по ответственным должностям. В Школе Героев вы привыкните «работать за еду». Вы привыкните к вниманию, похвале, восторженным пискам фанаток. Вам будут предлагать ровно то, что предлагают сейчас. Популярность, сытость и комфорт. И вы станете делать что скажут, а не то, чего будет требовать долг. Джонни займёт должность в администрации города, а потом, может, и повыше начнёт метить. Способности, связи, хорошая «родословная» и любовь людей… Это откроет все двери. А с такими ребятами, как Шен или Терр всё ещё проще. Их можно дешево купить, и дорого продать…

Цинизм в словах Линнеи слегка коробил, но я понимал, что она говорит правду. Я и сам думал о подобном не раз. Но слышать это от другого человека было слегка неприятно. Потому что марионеточность, на которую нас завязывали, пробуждала во мне бунтаря.

– С девочками ещё проще. Красотка Руби сможет играть в кино, выполняя трюки без каскадёров. Шане пути открыты куда угодно: от косметологии до научных лабораторий, занимающихся космическими разработками. А Брендан… Ты видел, что умеет этот парень? Ему прямой путь в медицину. И так каждый Герой будет при деле. И представь, если такой доктор прорекламирует какой-то препарат? Какова будет степень влияния на людей? Герой, врач, спаситель человеческих жизней! – она всплеснула руками. – И те, кто будут владеть Героями, будут владеть миром.

– Но что-то ректор не сильно бережёт свой ценный товар.

– На самом деле, чем вас меньше, тем вы дороже. Прости, что говорю так жёстко, но это чистая правда.

– Хорошо-о-о… – начал входить в азарт. – А где в этой схеме монстры, пророчества и спасение мира?

Она поправила волосы и потёрла кончик носа, нахмурилась.

– Кто-то из Героев будет от них зачищать простых людей за хорошую зарплату. Например, кто-то типа Терра. Он молчаливый, исполнительный, сильный. Без особых амбиций.

Я был готов возмутиться, но она развела руками.

– Не мои слова, так написано в личном деле. Кроме того… монстры, конечно, страшны, но…

– Но?..

– Ты сам их видел. Взять хотя бы тех ракообразных тварюшек. Сварились в источнике… К ним ещё пива и хоть ресторан открывай.

«У дураков мысли сходятся», – подумал, припоминая собственные размышления.

– Их броня не так крепка, интеллект не выдающийся. Охрана положила бы их даже быстрее, чем вы. Они, конечно, и пострадать могли жёстче, всё-таки у них нет вашей регенерации и устойчивости, но… Хороший броник, пушка, смекалка… И вуаля! Монстр повержен. При появлении первых Героев порох, конечно, уже открыли, но… Сейчас у нас летают дроны, есть такие виды оружия, которые в те времена и не снились.

– Хочешь сказать, что мы не так уж и нужны?.. Я и сам пришёл к такому же выводу…

Она, видимо, почувствовала грусть в моём тоне, поднялась и положила руки на плечи, легонько массируя.

– А как же… высшее предназначение?.. Если Герои появляются, значит, это кому-нибудь нужно… – перефразировал вертящуюся на языке фразу и поднял взгляд на Линн.

Вопрос повис в тишине.

– Не знала, что ты фаталист, – Линн улыбнулась мило и насмешливо.

– Не поверишь, я и сам не знал. Но многое изменилось за последнее два с половиной месяца.

– Разломы и червоточины способны раскрывать только Герои, так что вы нужны миру, – усилила массаж, и я почувствовал, как тепло разливается по телу. – Возможно, и монстры будут сильнее… Или нас всех ждёт ещё что-то… Что мы не можем предсказать, что случится. Знаю одно – никто не хочет воевать. Все хотят сыто есть, мягко спать и чтобы их любили. И реткор будет использовать это желание против вас. А тех, кого этим не проймёшь, или тех, у кого есть наклонности социопата… Их просто выведут из игры так или иначе.

– Значит, мне стоит быть осторожнее…

– А ты что, социопа-ат? – наиграно испуганно спросила Линн и нависла из-за плеча.

– Я слышал, как ректор говорил, что его напрягает мысль, если я всех подомну под себя и подниму на восстание.

– На это случай вас и разобщают… И пока вы не настолько сильны, чтобы представлять угрозу для обученных людей в экипировке и с оружием. Возможно, вас и выпустили, чтобы проверить на асоциальное поведение. И судя по всему, кто-то уже попытался ограбить банк. Их, скорее всего, исключат. А вдали друг от друга без взаимной подпитки энергией Печати будет очень сложно раскачать. И у такого Героя уйдут годы, а то и десятилетия, чтобы суметь раскрыть потенциал. В Первую Пространственную так всё и было. Аномалии проявлялись редко, Герои развивались долго…

Она замолчала, и я обернулся. В дверях опять показался Шен с кружкой в руках. Доверительные разговоры закончились.

– Чувствуйте себя как дома, а я пойду спать, был тяжёлый день, – сказала Линнея. – Дядюшка Анри отвезёт вас завтра назад.

– Не стоит напрягать дядю…

– Не страшно, – возразила она. – Ляся предупредила, что вам не хватит финансов на обратный путь. К тому же вы наверняка опоздаете, если поедете на общественном транспорте. Слишком много пересадок, а интервалы короткие. Задержитесь на пять минут – и можете остаться не у дел.

– Мы и так не у дел. Последнее задание не принесёт нам баллов. Мы даже разлом не закрыли. Так что…

– Зато в новостях засветились. Плохой пиар – тоже хороший пиар.

Она подмигнула и, поднявшись с кресла, погладила меня по плечу уходя. Я же проводил девушку взглядом, не удержавшись, чтобы не заглянуть напоследок в расстёгнутую ткань.

И возможно, воображение разыгралось после разговоров о легендах, но мне почудилось, что тонкий месяц на её пояснице стал чуточку шире.