Текст книги ""Фантастика 2026-155". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Николай Некрасов

Во время переброски вирус погрузился в спящий режим до того момента, когда другой майет окажется поблизости и активирует его. Такого была видно их цель. В реабилитационной палате я начал вспоминать эти события, но до конца так и не восстановил все. Не смог понять, что же со мной произошло.

Потом нас вернули в строй и бросили на новый штурм группировки идрисов, во время которого я погиб и перенесся на планету Земля в СССР. Толи этот перенос заглушил часть моей памяти, толи это изначально было в программе вируса майетов, но я ничего не помнил об этом. А майеты жили во мне, как теперь жил Тень.

Возможно так бы продолжалось и дальше, и я бы никогда об этом не узнал, если бы не столкнулся с Кармием, и он не поручил мне найти и обезвредить Хирурга, террориста из расы майетов.

После разговора с Кармием, я сел в машину, открыл папку, увидел фотографию досье и прочитал фамилию человека, которого мне предстояло найти и обезвредить. И тут мою память прорвало. Копаясь в моем сознании, Тень подточил защитный механизм вируса, и теперь он активировался. Правда одно Тень не мог учесть, что эти раскопки и эта активация приведет к его полному уничтожению. Проснувшийся майет поглотил Тень, не оставив и следа. Для меня, впрочем, ничего не изменилось. Внутри меня продолжала жить чужая личность. Только теперь я не знал, какой она силы, на что способна, и когда подаст голос. Внутри меня жил Пришелец, чей потенциал мне был неизвестен, но рано или поздно он проявится. И тогда нам придется сойтись в битва за контроль над телом. И это будет смертельная битва.

Глава 8

В картонной папке с тряпочными завязками был один листочек и маленький белый конверт, внутри которого что-то находилось. Сначала я изучил листок.

Игорин Вадим Владимирович

Дата рождения: 02.03.1960

Место рождения: г. Ленинград

Дальше следовал адрес прописки, место учебы и другие сопроводительные данные. А также краткая характеристика, по всей видимости взятая из учебного заведения. В общем, краткое введение в дело, которое меня сейчас мало интересовало. А вот конверт пробудил во мне любопытство.

Я открыл его и вытряхнул на ладонь маленький красный кружочек из материала, похожего на пластик. Как давно я не держал датакарту в руках. В моем мире они были распространены повсеместно, использовались часто, но старались ими не злоупотреблять. На этом маленьком кругляшке хранился архив данных по какому-то направлению знаний. В данном случае я мог предположить, что здесь содержится полное досье на гражданина Игорина, который в реальности является глубоко законспирированным инопланетным агентом с кодовым именем Хирург.

Для применения этой карты не требовался никакой компьютер, да и где бы я его мог взять в Ленинграде, по крайней мере находящий на уровне развития науки и техники моей Родины. Достаточно было просто приложить эту карту к виску, и данные сами проникнут в мозг. Как это происходило, в чем принцип действия, я не знаю. Меня никогда это не интересовало. Датакарты были просто как факт моей реальности. Единственное ими нельзя было злоупотреблять, если постоянно загружать мозг через эти кругляшки, то вполне можно его перегреть, а дальше последствия непредсказуемы.

В моем мире такое явление как датаголизм было также естественно, как алкоголизм в этом мире. С ним боролись, пытались лечить, старались ограничивать применение датакарт. Как альтернативу использовали классические способы получения информации: чтение, погружение в виртмиры и другие варианты. Но датакарты все равно пользовались стабильным спросом. Как известно, любой явление в одних руках может стать полезным орудием, в других неуклюжих руках разрушительным наркотиком, способным разрушить весь мир. Все зависит только от целей и способов применения.

Мне приходилось раньше пользоваться датакартами, хотя на моей родной планете они не были сильно распространены. Но я смотрел на этот красный кругляшок с большим подозрением. Что содержится внутри? Если я приложу его к себе, активирую, какая дрянь проникнет в мой мозг? Там итак уже сидит один Пришелец, от которого не понятно, что ждать. Что еще я подгружу себе в сознание?

Но зачем Кармию меня загружать новыми вирусами. Если бы они хотели это сделать, то сделали бы во время переброса на Землю.

Я решил подождать с датакартой. Сейчас передо мной стояло две задачи. Первая – дело Конструкторов, второе – найти и обезвредить Хирурга. Я решил, что Хирург может подождать. Сначала надо было выполнить обязательную программу по текущему делу.

Я выехал со двора.

Дворец культуры работников связи находился на улице Герцена дом пятьдесят восемь на набережной реки Мойки. Это здание было построено в середине девятнадцатого века как немецкая реформаторская церковь. После Революции церковь на волне борьбы с опиумом для народа закрыли и организовали здесь пролетарское общежитие, но потом закрыли и общежитие, а задание перестроили под Дворец культуры, где работали разные кружки по интересам, был открыт концертный и кинозалы, а также библиотека и клуб при Всероссийском Обществе Рационализаторов и Изобретателей. Здесь же и собиралась секция Самавто, с председателем которой у меня была назначена встреча.

Я приехал вовремя. Оставил машину у тротуара, и вошел в здание ДК. На входе пожилая вахтерша с рыжими волосами и большими очками сообщила где мне найти помещение двести один, где собирались автомобилисты конструкторы.

– А вы не знаете Игорь Васильевич уже пришел? – поинтересовался я.

– С какой целью интересуетесь? – вахтерша отложила в сторону журнал «Крестьянка» с тремя улыбающимися женщинами разных национальностей в простых летних платьях и косынках на фоне красного трактора на обложке.

– Правильно. Бдительность – это хорошо. В любое время, – похвалил я ее и предъявил удостоверение. – Встреча у меня с Игорем Васильевичем.

– Ах вот оно что. А я-то думаю, почему это он во вторник в клуб приехал. Они обычно во вторник никогда не собираются. А тут приехал. Пять минут как прошел. Вам прямо по коридору на лестницу на второй этаж.

– Спасибо. Найду.

Я прошел мимо вахтерши, которая вернулась к чтению журнала.

Я поднялся на второй этаж, нашел двести первое помещение и постучал. Изнутри прозвучал зычный голос:

– Да. Да. Входите.

И я вошел.

В большом помещении, больше похожем на лекционный зал с расставленными партами напротив грифельной доски и столом преподавателя, возле которого стоял высокий полный пожилой мужчина с седыми волосами и курчавыми усами в больших черных очках. Он вынимал книги из портфеля, стоящего на столе. Услышав, как я вошел, он посмотрел на меня и сказал:

– Я так понимаю, вы из милиции?

– Так точно. Валерий Иванович Ломанов, я вам звонил.

– Липницкий Игорь Васильевич, – взаимовежливо представился он. – Проходите, присаживайтесь напротив. Какие у вас ко мне вопросы?

Я последовал его совету и сел за парту напротив его стола.

Липницкий достал из портфеля бутылку водки и палку сервелата. Положил на стол. После чего продолжил исследование содержимого своего портфеля, словно я не присутствовал рядом. На столе появился железный портсигар, пачка папирос «Беломорканал», стопка каких-то тетрадей, календарь настенный отрывной на текущий год, уже изрядно потрепанный, и книга Жоржа Сименона «Мегрэ сердится» в красной обложке.

– Вы говорите, говорите. Я вас внимательно слушаю. Просто никак не могу найти ключи от гаража. Уже все проверил и дома и здесь на работе. В пятый раз обыскиваю портфель. Ума не приложу куда я их дел.

Я облегченно вздохнул. А то я уже предполагал, что он предложит мне раздавить пузырь водки на двоих. Такое предложение в этом мире могло прийти совершенно неожиданно с любой стороны.

– Вы знаете Колмыкова Льва Игоревича? – спросил я сразу без предисловий.

– Льва конечно знаю. Он у нас в клубе состоит, конструирует автомобиль. Его «Комета» весьма многообещающая конструкция. Правда ему еще работать и работать, – продолжая копаться в портфеле говорил Липницкий.

На столе появилась губная гармошка, носовой платок и металлическая монетница на семь отсеков для монет разных достоинств, полностью заполненная.

– А что случилось? Почему вы интересуетесь Львом? – внезапно остановился в своих поисках Липницкий и уставился на меня.

– Тапочкин Петр Сергеевич, такая фамилия вам что-нибудь говорит? – проигнорировав его вопрос, спросил я.

– Тапочкин у нас в клубе не состоит. Он сам по себе. Приятельствовал с Колмыковым с незапамятных времен. Он тоже конструктор. Он уже собрал одну машину. Хороший получился экземпляр «Диана», современная, быстроходная, с такими дверцами вверх. Эти дверцы Льву очень понравились. Он решил их тоже задействовать в своем проекте. Весьма кстати экономит место на стоянке. Можно машины близко друг к другу ставить. Да.

Липницкий смерил меня взглядом, отложил портфель в сторону и медленно сел за стол.

– Что случилось, дорогой товарищ? Почему вы интересуетесь Львом и Тапочкиным? Милиция просто так интересоваться не будет.

– Вы правы, Игорь Васильевич. К сожалению, Колмыков и Тапочкин были убиты. Возбуждены уголовные дела по факту совершения этих преступлений. Я расследую эти дела в составе особой группы. Пока они по отдельности, но почерк схож. Оба убитых были найдены возле своих автомобилей, которые сконструировали своими руками. Так что я вам задам несколько вопросов. Вы не возражаете?

– Нет, нет. Конечно, задавайте, – разом как-то осунулся и поскучнел он. – Какой ужас. Кто бы мог подумать. Лева. Он же молодой. Энергичный, жизнерадостный. Ему бы жить и жить. Его «Комета» можно сказать первая проба пера. У него большой потенциал. Он много мог бы добиться. Какой кошмар.

– Уважаемый Игорь Васильевич, я с вашим увлечением недавно столкнулся. И надо сказать поражен. Без заводских мощностей, своими руками, в кустарных условиях вы собираете полноценные автомобили. Это прямо достойно восхищения. Расскажите, пожалуйста.

– Да что тут рассказывать. В удивительное время живем товарищи. Машина она ведь удивительных механизм, который дарит нам свободу передвижения. Но этот механизм всегда стоил дорого, да к тому же свободно купить его сложно. Вообще наше движение зародилось почти сразу же после Революции. Вы наверняка смотрели фильм «Золотой теленок» с Юрским и Куравлевым, тогда вы помните несравненную «Антилопу Гну». Вот этот автомобиль, он же «Марлен Дитрих», и является одним из самых первых образцов самавто.

Я не мог признаться товарищу Липницкому, что фильм «Золотой теленок» не смотрел, и кто такая «Антилопа Гну» понятия не имею. Но отметил себе, что надо обязательно восполнить этот культурный пробел. Правда, вот как это сделать пока не знал. Это в моем мире любой фильм можно посмотреть в любое время на любом носителе. Но в СССР чтобы посмотреть кино, надо сначала найти, когда он будет показан по телевидению. Для этого публиковались еженедельные телепрограммы. В этот день обязательно быть дома и смотреть по телевизору. Главное, чтобы фильм показывали, а то многие картины транслировались по одному разу в день премьеры, а потом лови их год за годом, может повезет и снова всплывут на телевизионном пространстве.

– После Гражданской войны потребность в личном транспорте была, а вот свободного личного транспорта было мало. Выпускались машины, но они распространялись по специальным ордерам особо важным людям. Тогда-то умельцы и стали из старых запчастей и доступных средств и деталей конструировать свои машины. У нас же народ всегда до изобретательства охоч был.

Липницкий заговорил с жаром увлеченного человека. Было видно, что это его любимая история, которой он предан до мозга костей.

– Вы, наверное, понимаете как обстоят дела в нашей автомобильной промышленности. Наши машины находятся на передовой современной техники. И это понятно, но вот нет у нас разнообразия в моделях. Понятно, что все что выпускает наш автопром раскупается моментально. Продукция пользуется высоким и стабильным спросом. Как и у нас в стране, так и за рубежом. А раз покупают эти модели, то незачем выводить в производство новые модели с интересным дизайном. За рубежом ведь как, видов машин множество. У нас же стабильно выпускается одни лишь седаны. Никто не выпускает кабриолет, нет спортивных машин, универсалов опять же. Поэтому наши умельцы решили взять дело в свои руки. Понятное дело, сначала это не было общим движением. То тут, то там энтузиасты запускали свои проекты автомобилей. Вычерчивали, потом собирали. В гаражах. До тридцатых годов вообще частному лицу машину сложно было купить. А вот построить никто не запрещал. Вот и строили. Варили из труб каркасы, делали фанерные кузова, двигатели брали от мотоциклов, разбирали старую технику на запчасти. После войны наше движение обрело второе дыхание. По всей стране конструкторы любители стали моделировать свои автомобили. Наши заводы не выпускают спортивные машины, мы сами ее сделаем. Нету у нас в продаже семейного автомобиля на десять человек, чтобы можно было с ночевкой выбраться на природу. Мы его построим. Постепенно любители стали собираться вместе, обмениваться идеями, чертежами, запчастями, расходниками. Так появились клубы, которые объединяли единомышленников. А в тысяча девятьсот пятьдесят седьмом году случился прорыв, я бы так сказал, в журнале «Техника-молодежи» были опубликованы технические условия для конструирования самодельных автомобилей. Эти условия были разработаны товарищем Василием Захарченко, видным деятелем нашего движения, совместно с ГАИ. Через восемь лет государство официально утвердило «Технические требования к микролитражным автомобилям и мотоколяскам, изготавливаемым в индивидуальном порядке». Таким образом нас не просто заметили, а ввели в правовое поле. Теперь самодельный автомобиль можно зарегистрировать в ГАИ и получить номера. Но при этом ввели ограничения, которые никоим образом не сказывались на размахе нашего творчества. Ведь Самавто это не просто про машины. Это в первую очередь творческий поиск, самовыражение. К примеру, раньше в шестидесятые можно было на самодельный автомобиль ставить двигатели от мотоциклов, а сейчас разрешили ставить от «Запорожца». Благо, на вторичном рынке полно автомобилей и запчастей от этой марки. Но наши умельцы и двигатели пересобирают, так что получается нечто новое и интересное. Популярности движению придали регулярные публикации в таких журналах как «Техника – молодежи», «Моделист – конструктор» и «За рулем». Эти издания часто публикуют чертежи типовых автомобилей самавто, инструкции и советы по созданию самодельных автомобилей. Очень много ребят пришло в наше движение благодаря этим публикация. Опять же собрать автомобиль стало легче. Достаточно взять чертеж из журнала и можно приступать к постройке, дополняя модель согласно своим предпочтениям и фантазиям. Очень удобно. А от такого типового проекта потом кто-то переходит и к своим автомобилям. Телевидение тоже заметило нас и сделало ряд передач в рамках программы «Это вы можете». Сейчас регулярно проводятся конкурсы самодельных автомобилей «Техническое творчество молодежи». Устраиваются автопробеги. Наше движение наращивает обороты. Если раньше в год регистрировалось по триста автомобилей, то сейчас мы приблизились к цифре тысяча. И это не предел. Понятное дело, что в основном машины эти конструирует в больших городах, ведь нужен доступ к расходным материалам. Если раньше делали машины из фанеры и склеивали эпоксидной смолой, то сейчас для кузова используют стеклопластик. Хотя бывают и исключения. Например, товарищ Кучеренко, мотоспорсмен, построил свой автомобил «Труд» из металла. В ход пошло свыше семидесяти фрагментов металла, найденные на свалках. Вы не представляете, какой кладезь полезных вещей эти наши свалки. У нас строят машины в основном в гаражах, на дачах, но некоторые умельцы собирали машины в частных квартирах. Один товарищ собрал машину в квартире на седьмом этаже, чтобы ее достроить и поставить на ход, машину с седьмого доставали промышленным краном. Сейчас поговаривают в узких кругах, что скоро могут разрешить в самавто использовать моторы от Волги. Это уже новый шаг вперед в нашем движении.

Я чувствовал, что, если Липницкого не остановить, он может разговаривать о своих самоделках до самого вечера.

– Игорь Васильевич, вы прямо кладезь знаний. Сразу чувствуется, вы очень преданы делу. А можно где-нибудь посмотреть на законченные проекты? Может если за рулем не дадут посидеть, то покатают на пассажирском.

– Это вполне можно устроить. У нас Самосадов недавно закончил «Ласточку». Название рабочее. Пока еще не утвержденное. Планирует ее показать на конкурсе, который должен быть в апреле следующего года. Мы можем к нему съездить. Я обо всем договорюсь.

– Вот это спасибо, Игорь Васильевич. Но давайте вернемся к нашим погибшим товарищам. Как бы вы могли охарактеризовать Колмыкова? Что он за человек был? Каким уважением пользовался среди своих товарищей по увлечению?

– Человек как человек. Все к нему хорошо относились. Отзывчивый товарищ. Звезд с неба конечно не хватал. Но очень трудолюбивый. Я видел его «Комету». Вполне себе рабочий проект.

– А были ли у него завистники, недоброжелатели? – спросил я.

– Да какие завистники. Общим делом же занимаемся.

– Хорошо. Быть может он ссорился с кем-то? Ругался в последнее время?

– С Самосадовым у него были споры по техническим вопросам. Но это вы лучше у него сами спросите.

– А с кем из конструкторов больше всего дружил Колмыков?

– С Дятловым, Геншиным и Самосадовым. Они и дружили. Мы их еще мушкетерами называли.

– Как давно Колмыков состоит в вашем клубе?

– Третий год уже. Точно не могу сейчас сказать. Надо посмотреть в записях.

– Пока это не нужно. А Дятлов, Геншин и Самосадов?

– Плюс, минус то же время. Я точно не помню.

– Игорь Васильевич, спасибо большое за помощь. Пока у меня вопросов нет. Вполне вероятно появятся чуть позже. Тогда мы с вами поговорим еще раз. Вы мне обещали показать самавто? – напомнил я.

– Да, конечно, я сегодня позвоню Самосадову и договорюсь о встрече. Потом позвоню вам.

– Тогда запишите номер моего телефона. И все-таки дайте контакты Самосадова. Мало ли у вас не получится дозвониться.

Мы обменялись телефонными номерами и попрощались.

Я вышел на улицу, сел в машину, открыл бардачок и достал конверт с датакартой.

Резким движением я приложил датакарту к виску и тут же меня накрыло волной информации. Картинка реального мира перед глазами схлопнулась. Я словно потерял сознание, но при этом был в нем. Когда же зрение вернулось, я знал все что было нужно о Игорине Вадиме Владимировиче, человеке, и Хирурге, диверсанте майетов. Никаких посторонних данных датакарта не содержала. Или по крайней мере я их не почувствовал.

Датакарта исчезла. Она полностью всосалась под кожу. Я растер висок и убрал руку. В голове шумело. Картинка перед глазами расплывалась, но это было временное явление. Я посидел минут десять. Дал возможность организму адаптироваться к новым данным. После чего завел мотор.

Я знал кто такой Хирург. Какую опасность он представляет этой планете. И знал, что мне с ним делать.

Глава 9

Липницкий позвонил тем же вечером и сообщил, что ему удалось созвониться с Самосадовым и договориться о встрече.

– Алексей Иванович готов показать машину и покатать вас. Так что завтра если вас не затруднит, заедите за мной часиков в десять? – спросил Липницкий.

Я попросил продиктовать адрес и утром к назначенному времени был на Моховой улице дом десять. Липницкий спустился к машине вовремя. В сером пальто, черной шляпе с полями, зеленом шарфе, который совсем не гармонировал с остальным обликом, и с большим черным портфелем, в котором судя по всему находилось все самое необходимое для его владельца, включая и бутылку водки.

Я просигналил, привлекая его внимание. Липницкий тут же заметил меня, махнул рукой и уже через минуту пристегивался ремнем безопасности на переднем пассажирском сидении.

– Как хорошо, что вы вчера ко мне приехали и завели разговор про Самавто. Дело в том, что Самосадов планирует завтра сорваться в Москву к сестре и заодно «Ласточку» обкатать. Так что пришли бы вы ко мне на пару дней позже, то пришлось бы ждать несколько недель его возвращения, – радостно сообщил мне Липницкий.

– И правда, как удачно к вам зашел, Игорь Васильевич, – согласился я, заводя мотор. – Куда мы едем?

– Угол Маршала Жукова и проспекта Народного Ополчения. Там гаражи и ждет нас Самосадов. Поедемте, покажу на месте.

Я включил радио, приглушил звук, чтобы он не сильно отвлекал от дороги и общению с товарищем, и выехал на проезжую часть.

По дороге Липницкий рассказывал что-то о деятельности клуба Самавто, про разных конструкторов и проблемы, с которыми им приходилось бороться в текущей обстановке, но я слушал его вполуха. Все что он говорил к делу не относилось, а скорее было информационным мусором. Мыслями же я был в другой истории.

После загрузки информации с датакарты Кармия передо мной возникла задача по устранению Хирурга и сроки для ее реализации, две недели. Но теперь передо мной появилась моральная проблема. Хирург – молодой парень из хорошей интеллигентной семьи, студент, ни в чем плохом замечен не был, а мне предстояло его уничтожить. Я то знаю, что Игорин Вадим Владимирович и не человек вовсе, а опасный инопланетный преступник, но для окружающего мира это не так. Явно что Хирург не родился на Земле, скорее всего он такой же подселенец в человеческом теле. Но как убрать подселенца, не повредив человеческую оболочку и управляющий центр – разум. Возможно ли вообще такое? Также мне пока было не понятно, что именно собирается делать Хирург на Земле. Как именно он намерен разрушить союз Сплетения Майетов и Бресладской Империи. Одни только вопросы и никаких ответов. Но зато про Игорина теперь мне доступны были почти все известные факты. Есть с чем работать.

– Вы представляете, я вчера рассказывал про самоделки и совершенно забыл рассказать о такой чудесной машине как «Амфибия». Ее создатели только в этом году показали на конкурсе. Два инженера любителя Игорь Рикман и Алексей Ревякин в семьдесят первом начали работу над первым своим проектом. Они захотели научить автомобиль плавать. Работа над этой машиной заняла восемь лет. Вот только в этом году они его закончили. Этот автомобиль внешне похож на катер «Кама», дверей не имеет. Корпус обшит алюминием, внутренняя часть кузова оклеена пенопластом, также этот материал находится в специальных полостях для придания лучшей плавучести. В технические характеристики особо вдаваться не буду. Скажу только, что мотор на «Амфибии» стоит от ВАЗ 2103, а рулевое управление от Запорожца. В лодочном режиме машина передвигается благодаря гидрореактивному одноступенчатому осевому водомету. Водомет к жигулевскому мотору подсоединяется эластичной муфтой. Управлять же машиной на воде можно при помощи поворота передних колес и положением выходного сопла водомета. Кстати, «Амфибия» могла сдавать назад на воде. При помощи гидрореверса. Создатели в этом году участвовали в автопробеге и доказали, что их «Ихтиандр» полностью сто процентный рабочий транспорт. На воде скорость развивает двадцать км в час, а на суше до ста двадцати километров. Вот такие чудеса творятся у нас. Так что вы должны понимать, что Самавто это не просто какая-то прихоть технически одаренных мужчин, которым в свободное от работы время заняться нечем. Это полноценное серьезное дело, которому можно посвятить всю свою жизнь.

– Вы мне прямо чудеса какие-то рассказываете, Игорь Васильевич. Поверить в это не могу. Прямо и ездит, и плавает. Интересно, почему такие ноу-хау не вводят в серийное производство. Это же какие полезные машины как минимум для морских городов. У нас же много городов на реках. Очень полезный транспорт может выйти. Если не для частного использования, то для лесников, заготовщиков.

– Виктор Иванович, вы все правильно говорите. Думаю, что рано или поздно наши чиновники придут к тому, чтобы активно сотрудничать с нашими конструкторами. Но пока что чиновники в высоких кабинетах нас игнорируют. Вилка получается. Государство нас поддерживает, не обходит информационным вниманием. А с другой стороны начальники от автопроизводства полностью дистанцируются от нас. Но думаю, что скоро эта ситуация изменится. Наше движение набирает обороты.

Липницкий говорил с жаром, словно первый большевик на дореволюционном митинге. Я даже завидовал такой вовлеченности в дело.

Тем временем мы выехали на проспект Народного Ополчения, и Липницкий стал активно показывать мне, куда ехать дальше. Вскоре мы подъехали к гаражам. Въезд нам преграждал шлагбаум и двухэтажный домик сторожа, который выглянул из окошка, увидел машину и спустился по лестнице вниз. Пожилой мужчина, явно пенсионного возраста, в телогрейке на тельняшку, кирзовых сапогах и старой советской пилотке не хотел нас пропускать на территорию, потому что мы не члены гаражного кооператива. Липницкий заявил, что мы в гости к Самосадову и посещение с ним согласовано. Сторож еще какое-то время ворчал, но шлагбаум все-таки поднял. Через пять минут мы были на месте.

– Гаражи – это проблемная тема для современного советского общества. Автолюбителей становится все больше, а гаражей на всех не хватает. Система распределения толком не работает. В общем, мы пока не готовы оказались к такому повороту событий. Но и эту проблему, думаю, в скором времени решим, – сказал Липницкий, выбираясь из автомобиля.

Двери гаража открылись и на улицу вышел высокий статный мужчина в рубашке и вязанном джемпере поверх нее, в серых удобных брюках и идеально начищенных ботинках. Внешне товарищ Самосадов больше скорее напоминал инженера интеллигента, чем конструктора автомеханика. Не знаю, что я ожидал увидеть, человека в спецовке, заляпанной машинным маслом, со следами сажи на лице и грубыми мозолистыми руками.

Я поздоровался с Самосадовым, представился.

– Жаль, что мы встречаемся при таких печальных обстоятельствах. Я прямо не представляю, кто и почему мог убить Льва. Он такой был душевный человек. Для меня это личное горе, понимаете. Мы дружили сильно.

– Мы поговорим еще о Колмыкове. Чуть позже, – сказал я. – Примите мои соболезнования. А сейчас не могли бы вы показать нам свою «Ласточку». Я недавно только узнал о вашем движении. Поэтому мне все очень интересно. Я и подумать не мог, что такое возможно у нас.

– Конечно, конечно. Сейчас все покажу. Наверное, лучше будет мне выехать из гаража. А то внутри для демонстрации тесно.

Самосадов широко распахнул двери гаража, зафиксировал их и через минуту на улицу выехала компактная красная машина с обтекаемыми сглаженными формами, необычной продолговатой решеткой радиатора, похожей на улыбающийся рот, и двумя видами фар. Одни фары были в решетке радиатора, другие подъемные на капоте. Задняя часть корпуса была округлой, словно две реактивные трубы были органично встроены в автомобиль. В машине было всего два места. Одно для водителя, другое пассажирское. Автомобиль остановился, и дверцы плавно поднялись вверх, словно крылья ласточки. Похоже, это общая тенденция у Самоделкиных машины с поднимающимися дверями. По сравнению с заводскими автомобилями эта машина выглядела весьма необычно, словно с обложки зарубежного журнала. Спортивные формы, футуристический дизайн. Автомобиль словно пронзил время и прибыл из будущего.

– Ничего себе, – не смог я сдержать возглас удивления.

Самосадов выбрался из машины и довольно потер руки. Он явно был рад произведенным впечатлением.

– Вы не представляете, сколько лет я строил это чудо. Сколько денег и сил вложил. Чтобы ее построить мне пришлось разобраться в дизайне, химии, электрики. А у меня в школе по химии была тройка, между прочим. А также освоить профессию кузнеца и жестянщика, – самодовольно заявил Самосадов.

– Да чувствуется, что вы время зря не теряли, – оценил я, обходя машину по кругу.

Я рассматривал автомобиль, удивляясь, как в кустарных гаражных условиях можно было добиться такого профессионального и изящного дизайна. Самодельные автомобили Тапочкина и Колмыкова не выглядели настолько проработанными и органичными, как «Ласточка».

– Я с детства увлекался автомобилями. Еще в школе прочитал в журнале «Юный техник», как построить автомобиль своими руками. И собрал первую модель еще в десятом классе вместе с отцом. Но это была можно сказать пробная модель. Тогда я задумался о серьезном проекте, но знаний и ресурсов мне для этого не хватало. Вот и пришлось осваивать новые профессии, восполнять пробелы.

– А можно прокатиться? Вы так вкусно рассказываете, хотелось бы на собственном опыте почувствовать «Ласточку», – попросил я.

– Садитесь на пассажирское. Игорь Васильевич, вы нас подождете. Мы кружочек сделаем вокруг гаражей.

– Да, конечно, – согласился Липницкий. – Я внутри погреюсь. Холодно чего-то. Потом ты обязательно должен все показать и рассказать. Внешне я тебе скажу, брат, это серьезная заявка на первое место в будущем конкурсе – смотре.

Липницкий вошел в гараж, а я сел на пассажирское сидение. Самосадов сел на водительское кресло, потянул какой-то рычажок, и двери плавно опустились вниз. На Родине мне доводилось кататься на разном виде транспорте, от колесного до летающего, поэтому меня вряд ли чем-то можно было удивить. Но «Ласточке» это удалось. Настолько комфортно было внутри. Я пристегнулся. Самосадов завел мотор, и мы отправились в путешествие по окрестностям.

Машина шла плавно. Мы проехали мимо сторожа и выехали на проезжую часть. Самосадов уверенно управлял транспортом, параллельно рассказывая о своей машине.

– Двигатель у меня тут зверь. От чехословацкой Шкоды 1202. Сорок семь лошадиных сил, между прочим. Детали шасси от Москвича 412, коробка передач тоже с Москвича. Только почти каждую деталь мне пришлось перебирать и совершенствовать. Так что каждая деталь внутри этой машины перепродумана и переделана. Много чего пришлось с нуля изготавливать. В общем работа была тяжелой, но очень увлекательной.

– И где вы только Шкоду откопали? – удивился я.

– Удалось купить со старой списанной кареты скорой помощи. Мы же чехословацкие шкоды закупали для нужд скорой помощи. Для перевозки грузов для предприятий. Так что мне повезло с движком. Не совсем по регламенту, но думаю, удастся зарегистрировать, – ответил Самохвалов.

Машина ехала легко, словно скользила по проезжей части.

– Скажите, а вы сами придумали этот дизайн или чем-то вдохновлялись? – спросил я.

– Конечно, достать автомобильные журналы сложно, но все же то что-то до нас доходит. Очень мне нравятся итальянские спортивные машины. Можно сказать, что ими и вдохновлялся.