Текст книги ""Фантастика 2025-194". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)"

Автор книги: Андрей Первухин

Соавторы: Робин Штенье,Михаил Баковец,Алекс Холоран,Игорь Феникс,Талани Кросс,Анастасия Королева,Дарья Верескова,Денис Тимофеев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 225 (всего у книги 347 страниц)

49 (ДО) Гудки

Можно годами жить с человеком, думать, что знаешь его, а потом вдруг с удивлением обнаружить, что жил с иллюзией, которую создал сам. Тот человек, живущий рядом, лишь на малую часть похож на того, кого ты себе придумал. Так было и с Ребеккой. Она жила с грубым, но добрым, как ей казалось, человеком до тех пор, пока он ее не ударил.

– Ну, возьми же трубку, – причитала она. – Ты что там, оглох?

У нее было всего десять-двенадцать минут на то, чтобы попытаться дозвониться до Алекса. Из них прошло уже восемь.

– Алекс, возьми трубку, – умоляла она, – возьми ее! – она хотела выругаться, но посмотрела на мирно спящую малышку и замолчала.

Зачем она звонила ему после всего пережитого? Она могла ненавидеть его, могла даже не думать пытаться его предупредить. Какое ей вообще до него дело? Может, и никакого, но она верила, что обязана дозвониться. Неудавшийся брак – не конец света. Такое случается. Любая женщина, выходя замуж, сильно рискует. Конечно, есть немало историй о том, как женщины дурили мужчин, обдирали их до нитки, лишали домов и состояний. Но от таких случаев всегда можно обезопасить себя брачным контрактом, а вот от маньяка, педофила или убийцы ни один контракт не спасет. Конечно, с Ребеккой ничего такого не случилось, ей просто достался домашний тиран со склонностью к алкоголизму. И Ребекка нашла выход. В прямом смысле. Вышла через обычную дверь вместе с дочкой. Женщины существа странные. Они часто уходят, чтобы вернуться. Но уходя, сами не всегда знают тот ли это случай. И Ребекка не исключение. Она, естественно, не без грусти покинула Алекса, но остаться с ним она уже не могла. Она свято верила в то, что каждый человек должен сам осознать, какая он гниль. Только тогда есть шанс стать лучше. Ребекка ушла от него, давая ему возможность заглянуть внутрь себя.

«Если я скажу тебе, кто ты, ты мне все равно не поверишь».

Но у Алекса ушло слишком много времени на осознание своих ошибок. К тому моменту, она уже чуть было не вышла замуж второй раз, а мир чуть было не рухнул. Реальность треснула, а Алекс даже не сразу это заметил.

Малютка что-то прошептала во сне. Ребекка плотнее сжала в руках трубку, в которой все также раздавались гудки. Через секунду звонок сорвался. Уже в который раз. Алекс не подходил к телефону, и она решила набрать бывшего жениха. Все-таки информация у нее была крайней степени важности. Она бы обзвонила всех своих знакомых, если бы было время, но кто бы ей поверил? Она сомневалась, что даже бывший муж и бывший жених ей поверят. Но предупредить их обоих она считала своим долгом, несмотря на то, что между ними было много острых углов. Она всегда была такой, всегда была за мир, любовь и дружбу, но в реальной жизни всех спасти нельзя, это она тоже знала.

«Может, хоть его удастся предупредить?» – она набрала номер. Но трубку также никто не взял. Телефон перевел ее на автоответчик.

– Алло, – она замешкалась, – это Ребекка. У меня важная информация. Прозвучит как бред, но поверь мне, это правда. Мы с малышкой направляемся на военную базу. И тебе стоит последовать нашему примеру. Грядет катастрофа. Но еще можно спастись! – она замолчала. Все сказанное даже ей самой казалось бредом. – Я понимаю, ты не обязан мне верить, но очень скоро ты сам все поймешь. Тогда бросай все и поезжай по адресу, который я продиктую. Можешь считать, что я звоню тебе, потому что хочу увидеться, и нашла такой безумный повод… Можешь думать, что пожелаешь, но запиши этот адрес и, когда почуешь неладное, направляйся туда. Конечно, лучше если поедешь сразу, но… – она опять замолчала, – Я направляюсь туда вместе с малышкой! Можешь приехать просто для того, чтобы сказать мне в лицо, что я чокнутая! Только приезжай! Приезжай на базу, там можно будет спастись! – Она продиктовала адрес и повесила трубку. Секундная стрелка бежала по кругу неумолимо. Времени звонить Алексу почти не осталось. Она еще раз набрала его номер, прослушала полный цикл гудков, звонок сорвался. Она положила трубку на место. Взяла в охапку сонную малышку и повесила на плечо дорожную сумку.

– Мам? Уже пора?

– Да милая. Поспишь в машине, ладно?

– Ладно, – она потерла глазки, – я видела папу во сне.

Ребекка улыбнулась одними губами, прижала дочку к себе, погладила по мягким вьющимся волосам, открыла дверь и вышла к залитой солнцем подъездной дорожке, где ее в машине уже ждали двоюродный брат и его жена. Втиснувшись на заднее сиденье, она кинула сумку в ноги и захлопнула дверцу.

Движок заревел, и Ребекка Фриер-Марс покинула дешевую съемную квартиру, оставляя позади и без того не очень радужную реальность. Перспектива начать новую жизнь на военной базе не казалась ей такой уж пугающей. По крайней мере, там, наверное, не будет крыс под мойкой, скрипящих полов и шкафчиков с посудой, у которых отваливаются дверки. Да и рядом будут люди, которые знают, как жить дальше.

50 (ПОСЛЕ) Новые друзья

Сбивающий с ног ветер разметал мусор на парковке. Когда дверцы машины открылись, очередной порыв чуть не выдрал одну из них. Четыре человека вышли на улицу. Один задержался у переднего сидения, поглаживая пса, лежащего на полу машины. Пес заскулил. Дверца закрылась.

Четыре силуэта, подгоняемых ветром, направлялись к большому зданию. Два, что поменьше, вошли в двери сбоку. Два покрупнее – стали огибать здание, чтобы пройти к парадному входу.

* * *

В уборной было темно, маленькие окошки под потолком почти не давали света. День из солнечного превратился в пасмурный и ветреный. Воздух, казалось, пропитался предгрозовым беспокойством.

– Боже, ну тут и вонища, – сказала Олли.

В замызганных зеркалах они едва различали свои отражения. Кристина провела ладонью по зеркалу, но это ситуацию не улучшило. Она стянула куртку и бросила на раковину.

– Ну и помойка… – скривилась она.

– И не говори, – Олли качала малыша. Кристине показалось, что она слишком издергано это делает. Но они все издерганы, да и кто она такая, чтобы учить женщину с младенцем на руках, да еще и в такое сложное время.

– А он у вас спокойный.

– Ага, нам повезло, – она сдавленно улыбнулась.

– Не могу представить себя с ребенком, – скривилась Кристина и подошла к автомату «2 в 1», из тех, что продают и прокладки и презервативы, – да еще и сейчас, когда кругом эти твари, и есть приходится одни консервы, – она поморщилась, вспоминая консервированную фасоль. – Есть монетка?

– Нет, – помотала головой Олли.

– Тогда придется ломать. Мне прокладки, вам резинки, – Кристина улыбнулась, – думаю, второго ребенка вы пока не планируете. – Олли ответила улыбкой и достала из кармана гигиенические салфетки.

– Это уж точно, нам хватит и одного. А ты не подержишь малыша, пока я… – она мотнула головой в сторону кабинки, – хочу уединиться. Мы же не животные, в конце концов.

– Конечно, – Кристина протянула руки к младенцу и аккуратно взяла его на руки. Обычно, она испытывала чувство брезгливости, когда кругом были дети. Но планка брезгливости значительно снизилась за последний месяц. Кристина из прошлого никогда бы не стояла на коленях перед собачьей миской, никогда бы никуда не поехала со вздорным алкоголиком, никогда бы… Много было разных «никогда», но вот они произошли, и она уже ни от чего не зарекалась. Даже Алекс на секунду показался ей обычным человеком, нормальным, с сердцем и душой. И это стало самым невероятным открытием после того, как мир изменился.

Вдруг мысли ее вернулись к парню из закусочной.

«Такой тощий и потерянный… – призрачная мысль, преследующая по пятам. Кристина наморщила лоб. – И сколько их таких где-то прячется?». Ей еще повезло, каким бы ни был Алекс, с ним было куда безопасней.

«Забери мы парня с собой сразу, он мог бы быть жив…» – грустно подумала Кристина и ту же попыталась заблокировать все грустные мысли, прижимая к себе малыша.

– А кто это у нас тут такой… – попыталась весело сказать она и приподняла уголок простыни, в которую был завернут младенец. На секунду он показался ей странным, даже страшным. Застывшее спящее лицо в темноте уборной смотрелось жутковато. – Кто тут соня…

* * *

Алекс с Дэном зашли в магазин.

– Не переживай, приятель, сейчас найдем марганцовку и прочистим твоему псу желудок как следует.

– Марганцовкой? – удивился Алекс.

– Да, кружку воды, чуть-чуть марганцовки, зальем в пасть и порядок. Оно хорошенько прочистит желудок и все будет отлично. Будешь кормить его жидкими кашками, пес быстро поправится.

Они шли межу заваленных стоек к аптечному ряду.

– Кто-то здорово здесь порезвился, – заметил Алекс. – Все повалено. Видимо, орудовала какая-то банда.

– Да, не хотел бы я им попасться. Надо быстренько все обчистить и валить. Не хочу ни на кого нарваться. Поищи растворимые каши, ну из тех, что заливают кипятком, а я запасусь медикаментами.

Алекс кивнул. Дэн был прав, он лучше разбирается в лекарствах, хотя Алекс бы предпочел сам там порыться. Решив не затевать споров, Алекс пошел к стеллажам, над которыми с потолка свисала табличка «зерновые». Обойдя поваленный стеллаж с соками, Алекс поскользнулся на одной из лопнувших картонных упаковок, еще чуть мокрой от вылившегося на пол сока. Тихонько выругавшись и поправив штанину поношенных джинсов, он краем глаза заметил какое-то мельтешение в окне.

– Что здесь… – недосказанный вопрос завис в тишине разгромленного магазина.

* * *

– Кто тут соня… – только и прошептала Кристина, как поняла, что первое впечатление было верным. Она не была экспертом по детям, но теперь отчетливо осознала, что не может ребенок так долго и крепко спать. Да и за все время малыш ни разу не издал ни единого звука. Ее прошиб пот. За какие-то доли секунд Кристина поняла, что крепко влипла. Она поняла, что даже Алекс, у которого был свой собственный ребенок, ничего не заподозрил. Он же отец, неужели он ничего не понял?

«Кукла».

Олли, подобно кошке, бросилась на нее так стремительно и ловко, что Кристина еще не успела отвести глаз от фальшивого младенца. Секунду спустя они обе лежали на полу. Кристина больно приложилась головой об пол, но все равно почувствовала укол иглы. С такой же кошачьей реакцией она ударила Олли по руке, выбив шприц и сбросив при этом разделявшего их фальшивого младенца.

– Сучка, – взревела Кристина и попыталась сбросить с себя Олли. – Не трогай меня!

Олли попыталась ухватить Кристину за руки, чтобы та не вырывалась, но девчонка была изворотливой и вертелась, как уж на сковороде.

«Ничего, долго ты не протянешь», – успокаивала себя фиктивная мамаша.

– Я убью тебя! Слышишь меня, дрянь! Я тебя прикончу, а Алекс… – в глазах у нее поплыло.

«Только не это!»

Комната начала кружится, а нападавшая раздваиваться.

– Нет! Алекс! Алекс! Да он тебя… он тебя… сотрет в поро… – туман, окутавший голову, оказался слишком вязким, чтобы сопротивляться ему. Кристина еще несколько секунд пыталась дергать ногой, но уже поняла, что эту схватку она проиграла. Она даже не успела как следует испугаться, ушла в темноту, полная негодования и возмущения. Ушла такой, какой она всегда принимала поражения: изумленной, но не сломленной. Олли с довольным выражением лица стянула с раковины оставленную Кристиной куртку и связала ей руки.

* * *

Алекс не понял, что происходит. Олли запихивала что-то на заднее сиденье. Сначала он подумал, что они с Кристиной нашли что-то полезное и притащили в машину. Олли протолкнула какую-то вещь рукой и захлопнула дверцу.

«Это что, была нога?» – мысленно спросил себя ошарашенный Алекс.

– Что здесь… – Алекс обернулся и увидел наставленное на него дуло.

– А я думал, мы сделаем все по-тихому. Огрею тебя по голове и дело с концом.

Алекс инстинктивно сжал в руке рукоятку топора.

– Нет, нет, нет, не дури, – с ехидной ухмылкой произнес Дэн.

– Слушай, я не знаю, что вам нужно, но…

– Тебе и не нужно знать. Мы сами возьмем, что захотим, – ухмылка его стала хищной, Алексу это совсем не понравилось. Как обманчива внешность, как лживы улыбки.

«Добродушный ветеринар, мать твою», – Алекс попятился.

– Да брось, Дэн, давай решим все мирно.

– А мы и решим, мы с сестричкой всегда все решаем мирно, – Дэн сделал шаг вперед.

«Лживый кусок дерьма…»

– Так она твоя сестра? Хм, – осторожно ступая, Алекс сделал еще шаг назад, – так вы что, извращенцы? Заделали ребеночка, а теперь никто и не осудит, – Алекс усмехнулся и отступил еще на шаг.

– Заткни свой поганый рот, – Дэн начал злиться и Алекс понял, что это может быть его шансом.

– Любите странные игры? Бьюсь об заклад, у вас это нездоровое влечение еще с детства, да? Заглядывал ей под юбку, когда она шла по лестнице, пялился на грудь, когда она у нее только начала расти. А может, даже подглядывал за ней в душе, а?

– Я тебе… – он набрал воздуха и выдохнул, – я отправлю тебя в ад!

– Спасибо, но я уже бывал там. Не понравилось!

– Заткнись и бросай топор. Я с тобой не в игры играю.

Алекс попятился и кинул топор чуть в сторону, но перед собой.

– Дальше, отойди еще дальше.

Алекс отступил на шаг.

– Куда едете? Отвечай! Что у вас там в Бирне? Склад, убежище, оружие, а?

– Всего по мелочи.

– Давай, не кривляйся. Выкладывай, как есть. Мы сравним твои ответы с ответами твоей соплячки. И если они не сойдутся, ей придется очень не сладко. Тебя-то, конечно, все равно уже ничего не спасет, но ты можешь оказать ей услугу, раскрыв мне правду.

– Она ничего не знает. Я везу ее туда впервые.

– Да, правда? Она совсем ничего не знает? – он хмыкнул. – Думаешь, я поверю?

– А что тебе остается? Она не знает, где тайник, поэтому ничего не сможет вам рассказать. Будешь ты ее пытать или нет – это ничего не изменит.

Дэн скорчился, было видно, он размышляет. Возможно, он поверил Алексу и теперь прикидывал варианты.

– Я понял, что Крис вы оставите себе, ничего не имею против, но кроме меня тайник вам никто не покажет. А у меня там оружие. Ты такого в глаза не видел. Получше твоей пукалки.

– Ой, неужели ты думаешь, я поведусь на эту уловку? Оставить такого здоровяка живым… пф, за идиота меня держишь? Давай-ка лучше ты мне расскажешь, где у вас что припрятано, тогда, – он на секунду замолк, – слово джентльмена, – приложил одну руку к груди, – девчонке мы ничего не сделаем.

– И что, просто отпустите ее?

Дэн улыбнулся.

– Давай, – он махнул рукой, – двигай назад и не заговаривай мне зубы.

Это и было нужно Алексу. Он поднял руки вверх и покорно повиновался, отступая еще на шаг.

Дэн тоже шагнул.

– Просто доставим девчонку по назначе…

Прогремел выстрел. Поскользнувшись на той же коробке из-под сока, что и Алекс, Дэн потерял равновесие и повалился назад. Пистолет выскользнул из руки.

Алекса не нужно было приглашать дважды. Он не знал, ранили его или пуля пролетела мимо, но всем телом бросился на Дэна. Ему не нужен был топор. Алекс сам был оружием. Первый удар выбил «добряку» ветеринару челюсть. Второй разбил нос. Он бил его, пока лживо-добродушное лицо не превратилось в массу, напоминающую стейк на прилавке. Вытерев свои разбитые кулаки о его рубашку, Алекс обернулся к витрине. Машина стояла на месте, Олли поблизости не было.

Алекс поднял пушку. Магазин был пуст.

– Черт… – выругался Алекс и подобрал топорик.

Покинув магазин, он огляделся. Ни одной живой души, лишь пара мертвых маячила метрах в десяти за машиной. Крадучись, он пересек парковку и ввалился в салон, слегка не рассчитав силы. Его мотнуло в сторону пассажирского сиденья и это спасло ему жизнь. Пуля просвистела в каких-то пяти сантиметрах над головой. Пригнувшись, он провернул ключи в зажигании и нажал на педаль. Машина проехалась дугой, сдавая назад. В разлетевшемся на осколки окне он увидел Олли. Одной рукой она сжимала фальшивого младенца, висящего вниз головой, в другой держала пистолет. Еще один выстрел, пока он выруливал, прогремел, пробив багажник. Следующий выстрел достался мертвецу, которого привлекли звуки.

– Крис, ты как?

Она не ответила.

«В отключке, – подумал Алекс, – и это не удивительно».

Краем глаза он заметил пестроту ее куртки на заднем сиденье.

«Надеюсь, жива».

Еще один выстрел шаркнул по крыше. Педаль в пол, и машина помчалась подобно пуле.

– С бабой, у которой пушка, лучше не связываться, – посмеялся Алекс, – да, дружок? – и подмигнул Губернатору. Тот лишь печально посмотрел на него. – Ничего, поправишься, дружище. Все будет хорошо.

Он гнал под сто двадцать. Мимо проносились разбитые машины, размазанные тела. Нескольких он сбил сам, после чего со спокойной совестью воспользовался стеклоочистителем. Конечно, это не дало нужного эффекта, но ему было все равно. А дорогу видно и так. Дорога всегда была его другом. Они спаслись от парочки сумасшедших – вот что важно. К тому же, теперь он знал, что делать с Губернатором, а Кристина отделалась легким…

«Стоп».

– Крис, ты как? Живая?

Тишина.

Он стал сбавлять скорость.

– Крис? Ответь.

Тишина.

– Ну, хоть помычи, – он начал притормаживать и протянул руку к заднему сиденью, но нащупал лишь рукав куртки.

– Крис, не надо меня пугать, – он остановил машину и обернулся, – я же старый, больной чело…

Справа на заднем сиденье лежала ее цветастая девчачья куртка. Самой Кристины в машине не было.

51 (ПОСЛЕ) Тени в доме

– Доброй ночи, – сказала тень, – присаживайтесь-ка все на кровать… – и ткнула Санни пистолетом в плечо, как бы задавая направление, – нам есть о чем потолковать.

– Вы, наверное… – удар по лицу наотмашь. О том, что слова ему не давали, он понял, прижав ладонь к щеке и почувствовав металлический привкус во рту.

– Присаживайтесь, не стесняйтесь. Если будете вести себя хорошо – мы вас не обидим.

То, что в этих словах не было и доли правды, было понятно всем, но в сознании пленников еще мог бы теплиться лучик надежды, если бы не ехидная ухмылка одного из этой тройки. Подлец даже не попытался ее скрыть.

«Им всем стоило бы отыгрывать один сценарий, так они, возможно, достигли бы цели», – подумал Санни и сел на кровать к опешившему Джереми. Милада за их спиной шевельнулась и застонала.

Тот, что выдал себя ухмылкой, напрягся и расцепил скрещенные в замок руки.

– У них там мертвяк, – он указал в сторону кровати рукой, – мертвяк, Оскар, нечего с ними возиться…

– Умолкни… – тихо сказала тень по имени Оскар, – умолкни и не встревай.

Подлец опять сцепил руки и состроил недовольную гримасу. Одной ногой Оскар подтянул стул за ножку и выдвинул напротив кровати. Усевшись на него словно верхом, поправил пистолетом бандану, вздохнул и пристально уставился на сидящих перед ним.

– Где девчонка? – тихо спросил он.

Джереми испуганно посмотрел на Санни, но тот не шевельнулся.

«Господи, им нужна Милада. Милада! Но они же видели ее, они видели, что она лежит позади нас!»

– Какая девчонка? – спокойно спросил Санни.

– Сдается мне, паренек, ты прекрасно знаешь, о какой девчонке идет речь.

Санни нехотя пожал плечами.

– Рост метр шестьдесят-шестьдесят пять. Русые волосы, светлые глаза. Похожа на сладкий пончик, – он облизнул губы, – знаешь, такая, – он выставил руки перед собой, то отдаляя, то приближая их к себе, словно пытался нащупать объемы невидимой груди, – такая сочненькая. Приходила сюда на днях, ну ты в курсе, ты знаешь…

– Не знаю, о ком вы, – Санни опять пожал плечами, – мы с братом такую не видели.

Джереми опять уставился на него, не веря своим ушам.

«Как Санни может быть таким хладнокровным и так уверенно врать?» – у самого Джереми сердце колотилось, как отбойный молоток, руки подрагивали, а голос, наверняка, сорвался бы на визг. Оскар приподнял руку с пистолетом и легонько махнул ею в воздухе. Третья тень скрылась в проеме.

– С братом значит, – сказал Оскар, не наблюдая никакого сходства между парнями, – ладно…

Милада опять застонала у них за спиной. Подлец опять поежился, повел плечами, будто под курткой у него бегали муравьи. Ему вся эта ситуация явно не нравилась, но то, что он теперь молчал, заставило даже Санни немного напрячься: «Видимо этот Оскар тот еще отморозок, раз даже этот его боится». В дверях появилась тень, в руках у нее что-то было. Какой-то мешок или…

«Рюкзак, Господи, рюкзак!» – теперь и у Санни сердце начало колотиться.

– Я вижу, эта вещь тебе знакома, – он опять поправил бандану пушкой, почесал нос и направил дуло на хозяина дома. – Пора начинать говорить правду, дружок, потому что то, что я нашел в рюкзаке, указывает на присутствие здесь девчонки, – он протянул руку к рюкзаку, схватил и тут же бросил его перед стулом.

Ничего не понимающий Джереми был в ужасе.

«Милада в отключке или в бреду, трое головорезов машут пушками и непонятно чего добиваются. Угораздило же… Проклятый дом, точно проклятый», – поток его страшных мыслей прервал Санни, заговорив уже не таким уверенным голосом.

– Была здесь девчонка, но я не обратил внимания на ее внешность. Мы произвели обмен и она ушла.

Оскар усмехнулся.

– Ушла, значит, ну-ну… Где пушка?

– Эй, – подал голос Джереми, – а ну положи! – все дружно уставились на него, – это моя трость!

Третий, что принес рюкзак, теперь вертел в руках трость, которая даже в такой темноте сверкала змеиными глазами. Оскар обернулся, украдкой глянул на голову кобры и проговорил:

– Тогда вы поймете меня. Эта паршивка украла у меня пушку. Эта пушка очень мне дорога.

– Ага, и аптечку всю прихватила, и листок, на котором…

– Я что сказал тебе? – зашипел Оскар. – Умолкни, пока я здесь веду беседу.

«Беседу! Мы, оказывается, ведем здесь беседу! Прям светский раут», – Джереми почувствовал, как начинает закипать.

– Мы вернем вам трость и не причиним вреда, только скажите, где нам найти мою пушку и остальное барахло. И разойдемся друзьями, – он улыбнулся заготовленной, лживой улыбкой, которой улыбается маньяк в подворотне, пытаясь усыпить бдительность жертвы. «Иди ко мне, малыш, не бойся, дядя тебя не обидит». Вот только Санни кожей чувствовал таких игроков, возможно потому, что в нем самом жило нечто подобное.

– Мы не хотим наводить тут бардак, перетряхивать ваш с братом, – он усилил это слово, как бы давая понять «я вижу, когда ты врешь», – дом. Так что просто отдайте нам то, что мы ищем, покажите, куда ушла девчонка. А после мы уйдем.

– Пушки у меня нет, она осталась у девчонки. Она спросила, где в округе есть еще дома. Я рассказал ей про дачу Эртисов, и она ушла в том направлении. Завтра я… – он не договорил. Заскрипел стул, Оскар поднялся.

– Мы запрем вас в этой комнате до утра. А завтра ты покажешь нам дорогу. Ведите себя тихо, и никто не пострадает. Попытаетесь сбежать – вам конец. Это, – он махнул на трость, – пока побудет у нас. Как я понял, это дорогая вам вещичка.

Двое бандитов скрылись в проходе, Оскар, уже повернувшийся к ним спиной, вдруг застыл:

– И, парень, если ты нас надуешь… – Оскар ничего больше не добавил. Еще секунду он постоял в проходе, а затем плавно скрылся в темноте. Дверь захлопнулась.