Текст книги ""Фантастика 2026-68". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Николай Свечин

Соавторы: Сергей Карелин,,Алексей Андреев,Денис Нижегородцев,Лев Котляров,Диана Маш,Владлен Багрянцев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 344 (всего у книги 349 страниц)

– Алексей, – ответил я не оборачиваясь. – А это Григорий.

– А меня… – он запнулся. – А ведь я забыл. Имя забыл. Триста лет – и имя забыл.

– Ничего, – сказал я. – Если получится – вспомните. А если нет, то и не надо.

Я надеялся, что когда увижу источник, то сразу пойму, как его восстановить. Не раз такое делал! Вариантов же уйма! Моя кровь, моя сила, тот же активатор, если он здесь имеется.

Разберемся, только дойти нужно и не помереть в процессе. Слова старика здорово озадачили меня, но не удивили. Предыдущий источник питался верой старух, их надеждой на встречу с мужьями, а этот – самим стариком. Страшное, безумное и беспросветное в мрачности своей агонии.

При этом я ни на минуту не забывал, что это должен быть источник стихийной силы. Это вполне логично, что на его основе маги смогли вообще создать острова и тюрьму на ней. Магии в прошлом здесь было очень много.

На всякий случай я перешел на магическое зрение и в тот же момент невольно замер: от меня и от Григория в сторону темноты коридора тянулась легкая дымка. Источник увидел нас и начал тянуть силу.

Гадство! Нужно торопиться! Если мы пробудем здесь чуть дольше нужного, что артефакт может разрушить все потоки в теле, и не приведи небо, доберется до резерва. Хорош я буду, архимаг без магии!

Я снова посмотрел на коридор обычным взглядом – наша цель была впереди, и только я мог разобраться, как восстановить силу источника, чтобы здесь все не взлетело на воздух.

– Так что вы решили, Алексей Николаевич? – вдруг спросил Григорий, когда старик остался позади.

– Не знаю, Гриша, не знаю. Впервые у меня нет ни намека на план.

– Сдюжим, – тихо добавил он. – Куда мы денемся? За нами Василиса Михайловна, Кристоф и кот. У нас просто нет иного выхода.

Я едва заметно кивнул и продолжил шагать вперед, навстречу жадной сущности источника.

Сначала я думал, что придется преодолеть метров сто, поплутать по коридорам и тупикам, но нет. Как и с колодцем, все оказалось предельно просто: световое пятно источника увеличивалось с каждым метром. Буквально за несколько минут мы преодолели разделяющее нас пространство.

– Останься здесь, – я остановил Григория. – Будешь страховать. Он тянет из нас обоих силу, но у меня ее больше.

– Вы уверены? У меня же антимагия, как он может на меня воздействовать?

– Ты разве не ощущаешь? – я поднял лампу выше и осветил его бледное лицо.

– Будто пустота в груди разливается, – нехотя кивнул он.

– Это как раз оно. Источник уже готов нас сожрать.

– Так может, – Григорий сжал кинжал, – раз и все?

– Оставим это на крайний случай, – поморщился я. – Нужно попробовать все сделать без жертв.

Я вручил ему лампу – света источника было достаточно, – и пошел вперед. Нутро уже начало покрываться коркой льда, но я продолжал шагать, думая только о том, как бы меня не убила жадность артефакта.

Что же мне с ним делать? Как заставить работать правильно без магии? Хотя, может, именно в ее отсутствии и есть смысл?

Мозг заработал на полную мощность, варианты вспыхивали и гасли в секунды. И в тот момент, когда я уже подошел совсем близко, чтобы разглядеть сияющую поверхность источника, у меня уже был план.

Осталось только его проверить и не умереть.

Глава 24

Я подходил к источнику медленно и осторожно. Его жадность поражала! Все мое внимание сосредоточилось только на витающей в воздухе взвеси силы – моей силы! – и на самом артефакте.

Он ничем не отличался от тех, которые я видел раньше: размером с кокосовый орех, с остатками коричневой шкуры и искрами, негодующе вспыхивающих каждое мгновение. Источник передо мной просто висел в метре от пола, слегка подрагивая от появившейся в нем новой силы. Никаких подставок, алтарей, креплений – парил в пустоте, словно здесь не действовали законы гравитации и магии.

Но главным было совсем другое. Сейчас я всем своим телом чувствовал, как он тянет из меня силу. Медленно, неумолимо, как огромный насос, он забирал все доступные капли магии из всего живого вокруг. Точнее, только из меня и Григория, что остался стоять в стороне.

Мои магические каналы, и так почти пустые из-за антимагического поля, сейчас напоминали пересохшие русла рек, по которым еще текла тоненькая струйка воды. И все это шло напрямую в источник.

– Красивый, гад, – прошептал я, делая шаг вперед. – Хоть и маленький, злобный…

Тело тут же отозвалось слабостью. Колени подогнулись, перед глазами поплыли круги. Я уперся ладонью в стену, восстанавливая равновесие.

– Алексей Николаевич! – встревоженно крикнул Григорий.

– Нормально, – отмахнулся я. – Так и задумано.

Вранье, конечно. Но давать повод Григорию паниковать раньше времени не стоило.

Я смотрел на источник и думал. Думал о том, что антимагическое поле – это не просто отсутствие силы. Это пространство, где магия совсем не работает. И если я сейчас попытаюсь воздействовать на артефакт обычными методами – кровью, заклинаниями, даже простым прикосновением с намерением – он просто высосет меня досуха, дорвавшись до дармовщины. Он делал такое не раз, как говорил старик, и сделает еще, но уже со мной в виде главного блюда.

Значит, нужно действовать иначе.

План родился внезапно, когда я вспомнил слова Ли, что надо сделать так, как делали атаранги. А что, если они задумывали этот источник именно таким? Что, если его сила – не в магии, а в ее отсутствии?

Я обернулся к Григорию.

– Слушай меня внимательно. Ты должен вернуться к остальным и привести их сюда. Всех: Васю, Лабеля, Ли. Если мы все сделаем правильно и сразу же появится портал дальше, не хотелось бы разделяться. И старика тоже захватите, если он согласится.

Григорий удивленно поднял брови.

– Зачем? Вы же говорили, что здесь опасно…

– Говорил. И сейчас опасно. Но без вас всех я не справлюсь. Понимаешь, источник высасывает магию, – слова давались с трудом, грудь тяжело вздымалась, словно от нехватки воздуха. – А у Васи она другая. У Лабеля – призрачная. Ли – атаранг, его магия похожа и может нам помочь. А старик… старик, вообще, часть этого механизма. Если мы хотим разорвать его связь с источником, он должен быть здесь.

– А вы?

– А я пока тут постою. Подумаю. Иди быстро.

Последняя фраза далась особенно тяжело. Да что там фраза! Я даже стоял, и то из чистого природного упрямства!

Григорий колебался всего секунду. Потом кивнул и исчез в темноте коридора.

Я остался один на один с источником.

Он пульсировал ровно, успокаивающе. Если не знать, что это смертельная ловушка, можно было залюбоваться. Холодный, серебристо-голубоватый свет заливал небольшую пещеру, в которой мы находились. Ее стены ловили сияние гладкими отполированными боками, словно их касались тысячи рук.

– Красивый, да?

Голос раздался так неожиданно, что я вздрогнул. Старик парил в двух шагах от меня, пристально глядя на источник.

– Ты как здесь оказался?

– А я везде, где он, – старик усмехнулся беззубым ртом. – Мы связаны. Я чувствую каждый его вдох, каждое биение. А он – мое.

Мне показалось, что он стал живее с нашего последнего разговора. Неужели источник его подпитал?

– И давно ты здесь? – одними губами спросил я, но он услышал.

– Всегда, – пожал плечами старик. – С тех пор как очнулся после… после смерти. Или до смерти. Я уже не помню. Иногда ухожу, брожу по коридорам. Но всегда возвращаюсь. Тянет.

Он подошел ближе к источнику, протянул руку. Пальцы прошли сквозь свечение, не касаясь сферы.

– Видишь? Не пускает. Я ему нужен живым, но не настолько, чтобы можно было прикоснуться. Только смотреть. Вечно смотреть.

– Мне жаль, – сказал я и понял, что это правда.

– Жаль, – повторил старик. – Триста лет никто не говорил мне этого слова. Все приходили, пытались забрать силу, убить меня, уничтожить источник. А ты говоришь «жаль». Странный ты маг.

– Я вообще странный, – усмехнулся я. – Слушай, как тебя хоть звать? Не могу же я все время мысленно называть тебя «стариком».

Он задумался. Морщинистый лоб собрался складками, губы шевелились, словно он перебирал забытые имена.

– Кажется… Кажется, Маркел, – неуверенно произнес он. – Или Матвей? Нет, Маркел точно. Маркел Силыч меня звали. Когда-то давно.

– Маркел Силыч, – повторил я. – Хорошее имя. Сильное.

– Было сильное, – вздохнул он. – Теперь вот – одно название.

Мы помолчали. Источник пульсировал, и я чувствовал, как силы уходят все быстрее. Еще немного – и я рухну без сознания.

– Маркел Силыч, – вдруг сказал я, просто желая еще раз убедиться, что могу соображать, – ты хочешь освободиться?

Он посмотрел на меня с недоверием.

– Шутишь? Конечно, хочу. Триста лет тут торчу, как привязанный.

– Тогда слушай. Сейчас сюда придут мои друзья. Обычные люди, почти без магии. И один атаранг – маленький кот. Ты не бойся их, ладно? Они помогут.

– Кот? – удивился старик. – Кот-атаранг? Никогда не видел.

– Увидишь. А пока – помолчи, ладно? Мне сосредоточиться нужно.

Маркел Силыч кивнул и отступил в тень. Я остался один.

Время тянулось бесконечно. Я смотрел на источник, изучал его пульсацию, пытался уловить закономерность. И кажется, начал понимать.

Он не просто высасывал магию. Он ее перерабатывал, превращал во что-то другое. В ту самую силу, что держала острова в воздухе. И питался он не только магией, но и эмоциями – страхом, болью, отчаянием. Маркел Силыч был идеальным для такой задумки: маг, привязанный к источнику, вечно страдающий, вечно одинокий. Его отчаяние кормило артефакт столетиями.

Шаги в коридоре возвестили о возвращении остальных – Григорий привел их, но остановился там же, где я сказал ему в прошлый раз. Вася попыталась подбежать ко мне, но я остановил ее жестом.

– Леша! Ты жив! – она обхватила себя за плечи. – Ты бледный как смерть!

– Нормально, – отмахнулся я. – Все в порядке?

– Да, в порядке, – подтвердил Лабель, с интересом разглядывая источник. – Ничего себе… Вот это артефакт! Я такие только на картинках видел!

– Кристоф, не подходи близко, – предупредил я. – Он тянет силу. Вы все стойте там, у входа. И слушайте меня внимательно.

– А вот почему я так себя чувствую! А я-то думал, что это из-за клаустрофобии… – задумчиво потянул он.

Ли спрыгнул с рук Васи и подошел ко мне. Желтые глаза внимательно смотрели на источник.

– Оун голоуден, – сказал он. – Оучень голоуден.

– Знаю. Ли, ты можешь его накормить? Не своей силой, а атарангов, что в тебе есть? Мне кажется, этот источник забыл, кто его создал.

Кот задумался, его уши дернулись, между ними появились крошечные рога, а на хвосте пропала шерсть.

– Моугу. Ноу тогдау я ослаубею.

– Ненадолго. Только чтобы он перестал тянуть из нас. Иначе я не смогу осуществить задуманное.

Ли кивнул и сел у моих ног, глядя на источник. Шерсть его начала светиться слабым золотистым светом. По телу пробежали искры, и вдруг поток магии, тянущийся от меня к источнику, прервался.

Я вздохнул с облегчением.

– Спасибо, Ли. Отдыхай. Надеюсь, минут пять у нас есть.

Кот лег, положив морду на лапы, но глаз не закрыл – следил за происходящим.

– Теперь вы, – я повернулся к остальным. – Вася, становись справа. Лабель – слева. Григорий – прямо напротив источника. Маркел Силыч, ты где?

Старик выступил из тени.

– Здесь я, здесь.

– Становись рядом со мной.

– Зачем это?

– Затем, что ты – ключ. Без тебя ничего не выйдет.

Он недоверчиво посмотрел на меня, но место занял.

– Итак, слушайте план, – начал я. – Источник работает неправильно потому, что питается страданием. Нам нужно изменить это. Заставить его питаться чем-то другим.

– Чем? – спросил Лабель.

– Жизнью, – ответил я. – Обычной человеческой жизнью. Той, что вокруг нас. Вы все – живые. Вы дышите, чувствуете, надеетесь. Ваше присутствие здесь, ваша воля – это тоже сила. Не магическая, а жизненная. Звучит, как полный бред, я знаю, но мы должны попробовать.

– И что мы должны делать? – Вася напряглась.

– Ничего особенного. Просто стоять и думать о хорошем. О том, что вас держит в этом мире. О любви, о друзьях, о доме. О будущем, которое ждет впереди. Источник должен почувствовать это, понять, что есть другой способ существовать. Отвязаться от духа, который к нему привязали.

– Это меня, что ли? – спросил старик, и я кивнул.

– А если не поймет? – Григорий был, как всегда, прагматичен.

– Тогда будем пробовать по-другому. Но сначала – это.

Я закрыл глаза и сосредоточился. В голове всплыли лица: мать, отец, друзья, Василиса с ее вечными приключениями, Григорий с его спокойной надежностью, Лабель с его восторженным интересом к миру. Все те, кто был со мной, кто верил, кто ждал.

В груди медленно расползалось пятно тепла.

Я открыл глаза и посмотрел на источник. Его пульсация изменилась – стала более хаотичной, нервной. Он чувствовал что-то новое и не понимал, что с этим делать.

– Продолжайте, – шепнул я остальным. – Думайте. Сильнее.

Вася зажмурилась, и по ее щеке покатилась слеза. Лабель улыбался чему-то своему. Григорий стоял с каменным лицом, но я знал, что он думает о доме, который он давно покинул, и о новой семье, – о нас, – которую он обрел.

Маркел Силыч смотрел на нас и вдруг всхлипнул.

– Я вспомнил, – прошептал он. – Жену вспомнил. Аннушку. Глаза у нее были синие-синие, как васильки. И дочку… Машеньку. Совсем маленькую.

– Думай о них, – велел я. – Сильнее думай.

Источник дернулся. Золотистый свет мигнул, сменился на мгновение теплым, розоватым, и снова вернулся к прежнему.

– Не хватает, – понял я. – Слишком сильна в нем привычка к страданию.

Я шагнул вперед и положил руку на источник.

Холод обжег ладонь, проник в вены, ударил по костям, что они затрещали, а от них – в самое сердце. Я чувствовал, как артефакт пытается высосать из меня последнее, но теперь, когда Ли блокировал прямой отток, это было не так просто.

– Леша! – закричала Вася.

– Стоять! – рявкнул я. – Всем стоять!

Я закрыл глаза и нырнул вглубь источника.

Там была пустота. Холодная, бесконечная, черная. И в этой пустоте билось что-то живое – маленькое, испуганное, запертое. Сердце источника. В памяти всплыл самый первый раз, когда я латал сердце Васи.

– Привет, – мысленно позвал я. – Не бойся. Я не враг.

Существо замерло прислушиваясь.

– Ты долго был один, – беззвучно продолжил я. – Тебя кормили болью, потому что не знали другого способа. Но ты можешь иначе. Ты создан для жизни, а не для смерти. Для стихий, для магии. Посмотри на тех, кто снаружи. Они живые. Они чувствуют. Они могут дать тебе то, что ты ищешь.

В ответ пришла волна недоверия. Обиды. Злости.

– Знаю, – согласился я. – Тебя использовали, снабжая страданиями заключенных, но я пришел с другим, смотри. Смотри внимательно!

Я открыл в сознании образы всего хорошего, что было в моей жизни. Детство, первое заклинание, друзья, Васина улыбка, крепкое рукопожатие Григория, восторженные рассказы Лабеля, Ли, греющийся на солнце.

Существо дрогнуло.

Я добавил образы других: Маркел Силыч с женой и дочкой, старухи из деревни, ждущие мужей, Родион, вернувшийся к Алевтине. Все те, кто любил, надеялся, верил. Даже своего лучшего друга вспомнил и все наши с ним проделки.

И источник сломался.

Золотистый свет ослепительно вспыхнул, пробивая даже через закрытые веки. Меня отбросило назад, я ударился спиной о стену и сполз на пол.

– Леша! – Вася дернулась в мою сторону, но Григорий ее удержал.

– Жив, – прохрипел я, пытаясь отдышаться. – Смотрите.

Источник висел на месте, но теперь его свечение было ровным, теплым, уютным. Антимагическое поле никуда не делось – оно по-прежнему окружало артефакт, но теперь не высасывало жизнь, а начало работать правильно. Я видел, как к нему потянулись голубоватые потоки. Постепенно над источником сформировалась воротка из магии, которая уходила вверх.

– Получилось, – выдохнул Лабель. – Алексей Николаевич, вы гений!

– Я знаю, – усмехнулся я, потирая ушибленную спину. – Теперь здесь хотя бы можно находиться без риска упасть замертво.

Маркел Силыч стоял неподвижно, глядя на источник. Потом медленно поднял руки и посмотрел на них. Они больше не были прозрачными, а ноги коснулись каменного пола.

– Я… я живой? – удивленно спросил он, а потом укусил себя за палец. – Ух! Больно!

– Ты свободен, – ответил я. – Связь разорвана.

Старик моргнул, не веря в то, что я сказал, и вдруг заплакал. Беззвучно, не скрывая слез. Они катились по его морщинистому лицу, мгновенно исчезая в неопрятной бороде.

– Аннушка, – прошептал он, посмотрев на потолок. – Машенька. Я иду к вам.

Он сделал шаг к источнику, потом еще один. Протянул руку и коснулся светящейся сферы.

– Спасибо, – сказал он, обернувшись ко мне. – Ты дал мне то, чего я не мог получить триста лет. Покой.

Его силуэт растаял в золотистом сиянии, быстро втянувшись в источник. Это был не акт агрессии со стороны артефакта, а лишь завершение пути старика. Только так он мог получить свободу.

– Он… умер? – тихо спросила Вася, ловя ладонью последние искры, что остались от старика.

– Ушел, – поправил я. – Туда, где его ждут.

– То есть тогда, когда ты меня нашел, я тоже могла уйти? Вот так? – сдавленным голосом добавила она.

– Да, – кивнул я. – Хотя тогда ни ты, ни я не знали, что такое возможно.

Мы стояли молча, глядя на источник. Он пульсировал ровно, спокойно, словно дышал во сне.

– Что теперь? – спросил Григорий.

– Теперь – ждать, – ответил я. – Ждать, пока Жустинэ соизволит перенести нас дальше.

– А она не соизволит? – с надеждой спросил Лабель.

– Соизволит, – вздохнул я. – Куда она денется. Но пока есть время – давайте отдохнем. Я, знаете ли, устал спасать миры.

Вася фыркнула и обняла меня.

– Ты у меня молодец, – сказала она. – Самый лучший архимаг на свете.

– Льстишь, – улыбнулся я, но на душе снова стало тепло.

Осознав, что опасности теперь нет, Вася и Григорий подошли ко мне и помогли встать, а я смотрел только на кота. Он все еще тихо лежал возле источника, прикрыв глаза.

– Ли, ты как? – я присел возле него и погладил. – Он холодный!

Мгновенно подхватил его на руки и прижал к себе. Нужно поделиться с ним силой, иначе он не справится.

– Быстро! Уходим! – крикнул я и рванул к выходу из пещеры. – Наверх, к магии!

Я чувствовал, как время уходит стремительным потоком, и бежал быстрее, чем когда-либо в жизни. Забыл про боль, про критическую потерю силы – лишь бы помочь коту.

Остальные без вопросов побежали следом.

Не помню, как я взобрался по желобу колодца, не помню, как открывал двери. Весь мой мир сосредоточился только на Ли и его холодном теле у меня под рубашкой.

В голове билась только одна мысль: живи!

Живи!

Наконец, показались ворота тюрьмы, хорошо, что мы оставили их открытыми! Иначе я бы их лбом пробил!

Выскочил и, даже не отдышавшись толком, накрыл ладонью вдруг ставшее совсем крошечным, тело кота и призвал всю силу, до которой мог дотянуться. В одно мгновение я сам стал жадным артефактов, поглощая каждую каплю магии.

Через секунду ко мне присоединились и остальные: три силы вливались в атаранга, пытаясь вернуть его к жизни.

Тишина, нарушаемая лишь шелестом ветра в ветвях, давила. Поможет ли наша магия коту? Хватит ли того, что у нас осталось?

Вопросы острыми иглами кололи сердце.

– Он все еще холодный! – в отчаянии крикнула Вася. – Не помогает!

Я это видел и без нее. Магическое зрение показывало, что разномастная сила входила в кота, но никак не отзывалась. Не собиралась в горячий ком, не запускала внутренние резервы. Вообще, ничего не происходило!

Ярость на мгновение затмила мне разум. Нет. Не сейчас. Только не сейчас! Хотелось взорвать весь мир, разнести его в пыль и расколоть небеса, лишь бы кот ожил.

– Ой, что это? – вдруг спросила Вася.

Мое внимание настолько сильно сосредоточилось на помощи Ли, что я не обратил внимание на дрожание воздуха.

– Жустинэ, – проговорил я, сразу осознав, что происходит.

– Она открывает портал, – кивнул Григорий.

Я не смотрел на появившуюся над дорогой яркую точку. Не смотрел, как она расширяется до размеров ворот тюрьмы и как по ней пробегают молнии. Я видел только Ли и клубок магии вокруг него.

А потом, продолжая прижимать его к груди, пошел прочь от двери перехода.

– Леша? – Вася бросилась за мной.

– Достали, – бросил я. – Кошка драная, достала! Хватит с меня! Все эти источники, магия, загадки! Надоело! Я в деревню хочу! Баню поставить! Отдыхать в гамаке и пить ледяной лимонад!

Злость бурлила во мне, переливаясь оттенками алого и оранжевого. Мне было плевать. В моих руках умирало существо, которое я считал частью своей семьи, и мне было горько.

Но я продолжал окружать его плотным коконом силы, надеясь, что хоть что-то из нее сможет помочь ему. Слой магии все рос, облепляя шерсть кота, становился толще, почти скрыв его от моего взгляда.

– Живи, только живи! – бормотал я.

Тем временем дверь развернулась в полную силу, и нас начало в нее затягивать. Григорий, как самый стойкий к воздействию магии, шагнул ближе, дернув на себя Василису и Лабеля. Потом Антипкин положил руку мне на плечо.

Мне не нужно было смотреть на него, чтобы понять, что он делает – он встал на мою сторону и готов был бороться до конца. Хоть с Жустинэ, хоть с водопадом, хоть с рухнувшими небесами.

– Еще силы, давайте! – крикнул я.

Ко мне потянулись новые потоки. Васина, самая горячая, огнем прошлась по венам, вспыхнула искрами перед глазами и почти сразу впиталась в кокон кота. Магия Григория была иной – с ледяным спокойствием и натиском лавины. Лабель же поделился живой, теплой и наивной силой, которая стала лучиком света.

Мы так сконцентрировались на передаче магии, что почти забыли про дверь Жустинэ. Вот только она не забыла про нас. И кошка явно была недовольна тем, что мы не воспользовались ее приглашением.

Первым магические щупальца заметил и ощутил на своей шкуре я сам. Они больно хлестнули по ногам, обвили и начали тянуть к порталу. На дороге появились дорожки от нашей обуви. Сантиметр за сантиметром нас сдвигало в сторону дверей, как бы мы ни пытались стоять на месте.

Наше время на островах закончилось.

Даже зная и осознавая это, я не повернул головы и не дернул бровью, продолжая наращивать кокон вокруг кота.

Лишь бы спасти! Лишь бы помогло!

Нас протащило еще на целый метр, Вася едва не упала, Лабель вскрикнул, а Григорий лишь сильнее сжал мое плечо.

В этот момент чаша моего терпения переполнилась окончательно. Резко развернувшись, я хлестнул силой по двери Жустинэ, заставляя ее разлететься на осколки.

– Хватит! – прорычал я. – Довольно!

Небо загрохотало. А может, это просто у меня в ушах стучало, я так и не понял, но в один миг над головой собрались молнии и со всей силы ударили в дорогу перед нами.

– Ты не закончил свою работу, архимаг! – силуэт кошки, больше меня раза в два, появился перед нами.

– Достала ты уже меня, – устало отозвался я. – Всю работу за тебя сделали. Теперь сама работай.

– Мы так не договаривались! – грохнула она вспышками молний.

– Мы вообще ни о чем не договаривались! Ты взорвала наш дом, швыряешь нас из одной чертовщины в другую! Потому что сама не в состоянии восстановить ни один источник. С нас хватит.

Она не ответила. Вместо этого весь мир вокруг нас пошел трещинами. Прямо на моих глазах реальность разрывалась на куски, повисая в воздухе комьями земли, деревянными щепками и камнями из стен крепости.

Все это сворачивалось в огромную воронку, в центре которой оставался лишь крошечный пятачок вместе с нами. Ветер трепал волосы, Васина коса больно хлестала меня по ногам, Лабель втянул голову в плечи, Григорий напряг спину.

Я бросил вокруг нас силовое поле, в надежде, что это хоть как-то поможет. Помня, что сделала кошка в прошлый раз, эта самая надежда была очень слабой. Но я все равно должен хоть попытаться защитить остальных.

Кокон с Ли вдруг потяжелел, наливаясь новыми цветами. Мутно-голубой перешел в сапфировый, потом в изумрудный, а еще через мгновение стал ярко-оранжевым.

А что, если…

Мысль стремительно сорвалась с места, и голова заработала быстрее, чем вокруг нас мелькали куски реальности.

Да! Это выход!

Быстро передав кокон с Ли Василисе, я сосредоточился и развел руки в стороны.

– У тебя нет власти надо мной! – спокойно сказал я.

В следующее мгновение в пальцах появились нити заклинания. Сложного, рискового, мощного и опасного. Во мне бушевала сила, были знания и я был готов все это соединить в последнем рывке.

На губах появилась улыбка.

– Сейчас будет громко! – стараясь перекричать грохот, сказал я. – Готовьтесь!