Текст книги ""Фантастика 2026-68". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Николай Свечин

Соавторы: Сергей Карелин,,Алексей Андреев,Денис Нижегородцев,Лев Котляров,Диана Маш,Владлен Багрянцев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 253 (всего у книги 349 страниц)

Через час возница начал сворачивать к трехэтажному зданию. Оно торчало посреди приземистых домишек, как хрен посреди огорода. И называлось оно «Башня путника». С учетом, что здесь достаточно оживленное место с пересечением трех больших дорог, размеры трактира вполне обоснованы. Думаю, на верхних этажах можно снять комнату, а небольшая баня, три беседки и место для жарки мяса на заднем дворе намекали, что тут можно отдохнуть большой компанией.

Григорий уже хотел въехать на мощеный двор, но вдруг мое внимание привлекло другое заведение. Точнее, я увидел разноцветные зонтики и интересные тряпичные кресла на деревянной основе.

Все это относилось к одноэтажному зданию, вроде не трактир, а крохотная ресторация, где из еды только выпечка, а из напитков – чай.

– Вы не хотите есть? – удивленно спросил Григорий.

– Не так сильно, а вот сесть в то кресло под зонтиком и выпить сладкого лимонада – да.

Возница кивнул и собирался еще что-то добавить, но промолчал, но я его прекрасно понял. Из «Башни путника» одуряюще вкусно пахло жареным мясом, поэтому и дал разрешение Григорию сходить туда.

А сам пошел в «Невинный двор». Забавная игра слов, которая означала, что вино здесь не продавали.

За стойкой стояла очаровательная девушка в белоснежном переднике и кружевном чепчике. Она сразу начала рассказывать мне о выпечке, которую делали тут же, за стенкой. Потом перешла к выбору лимонадов. При этом она успевала подмигивать мне и постоянно поправлять волосы, и без того идеально уложенные. То бишь оказывала знаки внимания.

Беспечный разговор прыгал с темы на тему, Ирина, так ее звали, успела рассказать мне про площадь, на которой стояло ее заведение, о том, как она сама придумала продавать только сладкое, и что ее конкуренты не дают ей житья. Не прямым текстом, но когда она смотрела через окно на Башню, то глаза ее становились злыми.

Впрочем, меня эти торговые разборки совершенно не интересовали. Пока Ирина вещала про пирожные с вишней и шоколадом, я присмотрел себе одно кресло, стоящее позади всех под раскидистой липой. Она уже почти отцвела, но аромат все еще наполнял воздух.

Сделав заказ, я развернулся, чтобы выйти на задний двор к выбранному креслу, как вдруг увидел, что из дверей Башни буквально выкинули Григория.

Он перекувыркнулся через лестницу, неудачно упал на одно колено, а потом отправил в открытую дверь водяной шарик. Затем последовал отборный мат, и из трактира показались две мокрые бандитские рожи.

Один из них уже засучивал рукава и собирался хорошенько избить Григория. А этого я допустить не мог, поэтому решительным шагом дошел до изгороди, перемахнул через нее и ударил воздушным хлыстом по ближайшему бандиту.

– Ты кто? – спросил он, щедро добавив к вопросу ругательств.

Отвечать на этот вопрос я не стал, а просто подвесил обоих придурков в невидимых силках и подошел к Григорию.

– Что случилось?

– Алексей Николаевич, все в порядке, – он, охнув, поднялся, держась за отбитое бедро. – Не поняли друг друга.

– И каков был предмет спора?

– Не имею привычки жаловаться, – ответил он, глядя на болтающихся в моем заклинании бандитов, – но думаю, хорошо, что вы не пошли в этот трактир. Обманывают они путников.

– Как именно?

– Заказал мясо, а принесли какую-то дрянь. Пытался жаловаться, так меня выкинули. Не дело же! Вроде приличное место, вон какое здание отгрохали. Я лучше на козлах перекушу. Мне ребята лепешек в дорогу дали.

– Нет, Григорий, так дело не пойдет. Не люблю, когда моих людей из трактиров выкидывают, да еще по такому поводу. Посторожи-ка этих, я сейчас вернусь. А еще лучше, вызови стражников.

Настроение было испорчено.

Когда я вошел внутрь, в нос снова ударил приятный запах мяса. Но глянув в тарелки посетителей, сразу увидел, что кормят здесь очень плохо. Даже салат и тот наполовину состоял из подгнивших овощей. И при этом зал был полон людей, которые с азартом уплетали отвратительные кушанья.

– Кто здесь главный? – громко спросил я, поймав тощую официантку.

– На кухне, – пискнула она и умчалась.

На меня никто не обратил внимания. Вообще. Никакого. Я слышал только стук ложек и чавканье. Пожав плечами, я прошел через весь зал в сторону двойных дверей, из которых то и дело показывались сотрудники. И чем дальше шел, тем страннее были ощущения. В одну секунду мне чудился запах гнили и земли, в другой – аромат копченостей, что рот моментально наполнялся слюной.

Это меня озадачило. На кухню я зашел с грохотом дверей об стены. И сразу на меня уставились десятки глаз работников. На них были грязные фартуки, на лицах толстые повязки, которые защищали от вони испорченных продуктов. А она была такой плотной, что у меня глаза заслезились.

Ко мне подскочил один из горя поваров и попытался сдвинуть меня с места.

– Вам сюда нельзя, посторонним вход запрещен!

– С чего вдруг? Тут зона отчуждения? Что вы, вообще, готовите? Из чего? Людей решили потравить⁈

– Они же едят и добавки просят! – совершенно искренне ответил он. – Ни одной жалобы не было!

– А кладбище в километре отсюда совершенно здесь ни при чём. Кто старший?

– Я старший, – массивная фигура вышла из-за спин.

Неприятный толстый мужчина с тесаком наперевес шагнул ко мне.

– Не нравится – вали отсюда! – рыкнул он, чем окончательно поставил точку в своем приговоре.

Одно скупое движение, и нити заклинания дурмана упруго дрогнули. Их я увидел, едва только зашел в трактир. Достаточно сложное плетение, но именно оно заставляло посетителей думать, что они едят изысканные блюда. На меня такое не действовало, но все равно задело, иначе бы я не чувствовал приятных ароматов.

– Никак вы, черти, не научитесь, – сказал я.

Мерзкое заклинание лопнуло с тихим звоном, и все люди на кухне замерли, не понимая, что происходит. А вот в соседнем зале начал нарастать шум. Возмущенные выкрики пополам с изумленными в короткий миг наполнил трактир.

– Ты что творишь⁈ – завопил старший и бросился ко мне, желая достать тесаком. – Не мешай работать!

На моей ладони заплясало жидкое пламя, и я улыбнулся.

Путешествие в отпуск только начиналось.

Глава 26
Старт нового тома

Едва повар сделал первый шаг, я запустил в него шар жидкого пламени, мгновенно поджигая толстяка. Теперь криками наполнилась и кухня. Люди в панике бросали все и выбегали на улицу, толкаясь и оттаптывая друг другу ноги. Кто-то пытался выпрыгнуть в окно и застрял в нем. В помощь им я хлестнул воздушной волной. Незадачливый повар выскочил, как пробка из бутылки, а заодно и вонять стало меньше.

За моей спиной в обеденном зале тоже воцарилась суета – люди стремились побыстрее покинуть здание. И не только из-за начинающегося пожара, но и из-за содержимого тарелок. Каждого посетителя выворачивало наизнанку, едва они успевали выскочить из дверей.

Я же не двигался с места и смотрел на орущего борова, который решил гнильем кормить людей, пока тот не рухнул на пол замертво. Огонь тут же перекинулся на ближайший стол, а потом проворно добежал до потолка, принимаясь за толстые балки. Хорошо, что всё здание сделано из дерева, так сгорит быстрее. Интересно, кто-нибудь снаружи догадается вызвать огнеборцев?

Убедившись, что пламя не потухнет – защитных заклинаний здесь не было, – я спокойно покинул трактир и прошел мимо Григория. Он остолбенело смотрел то на дым, то на перепуганных людей и первые оранжевые языки огня. Возница глянул на меня, икнул, побледнел, но в его глазах робко мелькнуло уважение.

Я вернулся к хорошенькой девушке из «Невинного двора», подхватил со стойки готовый лимонад в запотевшем стакане и сделал хороший глоток. Хозяйка заведения переводила взгляд с меня на горящий трактир, а потом взяла с полки тарелку и положила на него целую горку пирожных.

Кивнув ей, я отправился на задний двор, опустился в кресло и прикрыл глаза.

– Никогда такого не было, и вот опять, – пробормотал я, стараясь расслабиться.

Это путешествие мне уже начинает нравиться.

Лев Котляров
Как достать архимага 2

Глава 1

– Да когда же ты сдохнешь, тварь⁈

Я выпускал уже седьмой шар с огнем, а неведомая зверушка в полтора моих роста и не думала умирать. Больше того, мое заклинание с трудом на нее действовало, и три толстых полупрозрачных жгута воздушной петли едва удерживали ее на месте. Приходилось постоянно обновлять и следить, чтобы тварь не скидывала их с себя.

– Алексей Николаевич, а может, ее по старинке, ножом нужно? – робко спросил Григорий, сидя рядом со мной на соседней ветке. – Или сучком в глаз.

– Думаешь, у нее защита антимагическая?

– Я ничего не думаю, мне по статусу не положено, – возница скромно опустил взгляд. – Но я читал…

Я не стал дослушивать, а сосредоточился, потому что собирался срезать верхушку клена, на котором мы сидели, и проверить гипотезу Григория. Удерживать рвущуюся тварь и одновременно плести новое заклинание другой стихии достаточно сложно. Еще я переживал, как бы сделать все аккуратно и не воткнуть острый кол в себя или возницу.

Решил использовать водное лезвие. Им и дрова хорошо рубить, и врагов. Только нужно сфокусировать хорошенько силу.

– Оп! – аккуратно срезанная под нужным углом ветка с шумом полетела вниз прямо к монстру.

Кстати, я даже понятия не имел, что это за тварь. Какая дикая смесь овцебыка, только вместо шерсти была змеиная кожа и два тощих крыла. Взлететь не могла, но уворачивалась изумительно.

На последних метрах я успел подхватить падающую ветку, слегка наклонить ее и заставить замереть в воздухе.

– Григорий, а ну-ка, отвлеки ее. А то дергается, невозможно прицелиться.

– Да как же я… – испуганно пробормотал он, но потом встряхнулся и как свистнет, что у меня аж уши заложило. – Эй, чудище непонятное, глотка на меня!

То ли от свиста, то ли от обиды, что ее назвали непонятной, но тварь замерла. Я не стал терять мгновения и резко опустил руку, в которой держал нити заклинания.

Раздался короткий свист воздуха, и тварь утробно взревела. Григорий сначала схватился за сердце и, потеряв точку опоры, заскользил вниз по суку. Я едва успел ему подставить воздушную подушку, но она лопнула под его ногами, как мыльный пузырь. Впрочем, Антипкина спасла его куртка, которая зацепилась за обломанный сучок и остановила падение.

– Вот незадача! Не поможете мне, Алексей Николаевич? – простонал он, беспомощно болтаясь. – Померла она? Оно?

– Еще барахтается. Или ты сам проверить хочешь? – он замотал головой, и я помог ему вернуться обратно на ветку.

Так или иначе, теория Григория была верна. А это значит… Я усмехнулся и широко махнул рукой, срезая начисто половину веток на соседних деревьях.

Через секунду они уже летели в тварь, нанизывая ее на толстые прутья, как мясо на шашлык. Новая порция рева, причитаний возницы и тварь рухнула на землю, истекая кровью.

– О, затихла, Алексей Николаевич, – он вытягивал шею, глядя на красные лужи под зверем. – Поди сдохла.

– Сейчас проверю, посиди пока.

До чего же мерзкая зверушка. Мало того что чуть возницу не затоптала, пнула два раза, так еще и на дерево загнала. А он всего лишь решил встать пораньше и пособирать грибы.

Груда плоти, утыканная ветками, больше всего напоминала сейчас куст. Глядя на нее, я задумался, о свойствах ее шкуры. Интересно, получится ли ее снять? Сошью себе жилетку, будет надежная защита. Хотя с учетом всех дырок…

– Григорий, спускайся.

С кряхтением и тихими ругательствами, возница покинул безопасное дерево и, вытирая ладони о брюки, осторожно подошел ближе.

– И откуда такие берутся? Может, из зверинца сбежала? – спросил он, впрочем, далеко от моей спины он не отходил.

– Главное, чтобы она здесь одна такая была. Ты, кстати, шкуру снимать умеешь?

– Я? Нет, Алексей Николаевич, я, может, и сумею разделать поросенка, но эту тварь… Да я даже не подойду к ней, – он на секунду замолчал, а потом продолжил, – если, конечно, вы не прикажете. Только брать с нее нечего. Шкура вся порченная.

– Встретим еще такую, будет бить в сердце или в пасть, – кивнул я, продолжая осматривать, может, хоть рог получится отломать, будет трофей?

– Не хотелось бы, конечно, но сейчас я уже ни в чем не уверен.

– Григорий, я все хотел спросить, а почему там в трактире ты увидел гнилое мясо, а не как остальные – изысканную еду?

Антипкин ответил не сразу, и я краем глаза наблюдал за его лицом. На нем отразилась ожесточенная борьба: Григорий хотел сказать правду, но не знал, можно ли мне доверять. Потом шумно вздохнул и ответил:

– Сила у меня такая, – спокойно сказал он. – Сам я могу магию использовать, а если в меня бросить тот же огненный шар, но никакого урона не будет.

– Поэтому ты и предложил заколоть ее ножом, да? – и поэтому моя воздушная подушка лопнула.

– Да, Алексей Николаевич, поэтому.

– Никогда не встречал такой силы, – я на всякий случай пнул тушу зверюги, чтобы убедиться, что та сдохла. – Это родовая?

– Сложно сказать. Никто в семье особо не задумывался об этом. Я и сам случайно узнал, когда меня по молодости одна барышня приворожить хотела.

– То есть магические зелья тоже не берут?

– Нет. Все, что содержит в себе магию – не берет. Если хотите, можете в меня заклинанием запустить. Мне ничего не будет.

Я покачал головой, потому что видел правду. Точнее, поток ветра, который создал позади него и который не причинил ему никакого вреда. Очень интересно. И необычно.

– Ладно, пойдем отсюда, – я с хрустом оторвал рог твари. – Оставим ее здесь, не тащить же ее к дормезу.

– Точно? Может у этой твари сердце полезное.

– Хочешь вырезать?

– Никак нет! – он испуганно отскочил, а потом заинтересованно уставился на обломок в моей руке. – А можно мне второй?

Я кивнул и отломал второй. Это далось легко с учетом усиленными магией мышцами.

– Кстати, грибы-то нашел?

– Нашел! Там целая россыпь белых, и крепенькие такие! Хотите, я вам суп сварю? Только мне корзинку найти нужно.

Искомое нашлось в пятидесяти метрах от туши твари. Григорий аккуратно сложил все грибы обратно, стряхнул все листики и прижал корзинку к груди.

Пустив Антипкина кашеварить на кухню, я разложил на столе карту. Какое странное выдалось утро! Меня всё занимал вопрос, как мы оказались в этом лесу. Вооружившись пером, я провел линию из Сормовских Далей на восток – именно так мы ехали последние два дня. Должны были ехать.

Острие скользнуло по желтой линии дороги и недвусмысленно остановилось в Больших Вятках. Там, где мы и должны были оказаться.

– Хрень какая-то, – пробормотал я. – Как же это так?

Я точно знаю, что мы ехали по дороге почти целый день, все, что я видел, совпадало со значками на карте: небольшое озеро, три холма, лощина.

Значит, мы куда-то не туда свернули на следующее утро. Здесь было одно большое но: дорога была все время прямая, и других здесь не было.

– Григорий, – я поднял голову, – а ты когда-нибудь бывал в этих краях?

– Нет, Алексей Николаевич, – он помешивал суп, распространяя по всей комнате ароматы грибов, – я вам сразу сказал, что дальше пригорода нигде не бывал.

– Не могу понять, где мы находимся.

– Неужто карта устарела? А ориентиры есть какие-нибудь?

Он оставил кастрюлю томиться на горячем камне, а сам подошел, вопросительно взглянув на меня. Я махнул на карту, мол, попробуй разберись.

Григорий долго смотрел на все значки, шевелил губами и водил пальцем. Затем чесал затылок, смотрел в окно, переводил взгляд на карту, и, в конце концов, шумно выдохнул.

– Можа мы, Алексей Николаевич, не там свернули?

– А ты хоть один поворот видел?

– После Больших Вяток было несколько, но все мелкие, на карте их нет. А можа не доехали еще?

– Должны были еще часа четыре назад, – мрачно сказал я. – Ладно, давай пообедаем и будем думать, куда ехать дальше.

– Можа, обратно? Там точно известно, что. А впереди, поди разбери еще. В любом случае, как прикажете, Алексей Николаевич.

– Не хочется туда-сюда кататься. Лучше дальше поедем. Встретим местных жителей, у них и спросим, что да как.

– Это вот вы мудро сказали, господин. Мудро.

Иногда у Григория непонятно, откуда вылезал деревенский говор. Ведь говорил, что все у него городские! С другой стороны, понятно изъясняется и небеса с этим.

Возница, а теперь уже и повар, вернулся к плите, клятвенно заверив меня, что еще минут двадцать и суп будет готов.

– Вы, ежели что, говорите. Я много чего умею готовить. И хлеб можно, и жаркое. Было бы из чего.

– Думаешь, у меня здесь целая кладовая запасов? Крупы есть, сахар, соль, а вот муки – нет. Да и потом, мы думали, что успеем добраться до города на том, что в запасе.

Я вспомнил, что в холоднике еще лежит кусок мяса, который мне всучила торговка со словами: хорошему человеку – хороший кусок. А я всего лишь не дал крыше ее лавки обрушиться.

– Как ты смотришь, Григорий, что если к вечеру не доедем до города, мяса пожарить?

– Давайте я его прямо сейчас тогда замариную. У меня такой рецепт есть – пальчики оближете!

Вот так практически незаметно, но Григорий уже умудрился стать отличным помощником. Изначально он должен был выполнять только роль возницы, но я быстро понял, что он отличный собеседник. А то, что я вначале принял за неразговорчивость – это он стеснялся большого начальства.

Так что я часто сидел рядом с ним на козлах, вместе мы вытаскивали застрявшее в грязи колесо, да и ели из одной кастрюли. Правда, Антипкин не сидел рядом за столом, предпочитая оставаться на стороне кухни, всего лишь в трех метрах от меня.

– А вот и супчик, Алексей Николаевич, – на столе появилась глубокая тарелка, ложка, а через секундную заминку и салфетка.

Я пытался научить Григория, как сервировать стол, но он упорно отказывался запоминать, зачем нужен этот белый кусок ткани, если руки можно вытереть о штаны.

Ничего, привыкнет. Потом одежду ему поприличнее найду, чтобы не выглядел, так потрепано. Когда я ему предложил это в первый раз, он с вызовом посмотрел на меня и ответил, что это его лучший наряд. Но тогда он был всего лишь возницей.

Рядом с тарелкой появилась последняя краюха хлеба, завернутая во льняную ткань. Последняя из запасов. Надеюсь, город уже в нескольких часах пути, иначе начнем, как бравые путешественники, питаться дарами леса. А если в этом самом лесу живет не одна такая зверушка? Нет, точно нужно скорее уезжать дальше по дороге.

Суп у Антипкина вышел совершенно изумительный. Я что-то похожее ел, наверное, только в дорогих ресторанах. Идеальный баланс по соли и густоте. Порой не угадаешь, какие таланты в себе хранит обычный мужик.

– Если ты и мясо также вкусно жаришь, то я тебе буду доплачивать за готовку, – сказал я, чуть ли не облизав ложку.

– Алексей Николаевич, что вы⁈ И так платите мне больше, чем стоят мои скромные услуги. Да и потом, я же не только вам, но и себе. Крупа ваша, соль, кухня. Так что нет, не нужно.

Впервые видел, что человек отказывается от дополнительных денег. Зато сразу стало понятно, что ни он, ни его семья не нуждалась в средствах, хоть и богатыми их назвать было нельзя.

– Григорий, а как ты с Василием познакомился? – мне стала интересна история Антипкина.

– С кем?

– С Косым.

– А-а-а. Давно дело было. Мы служили вместе. Два сражения бок о бок. И потом, после службы поддерживали связь. У меня ранение в ногу было, много денег ушло на лекарей, Косой помогал.

– А семья? Почему семья не помогала?

– Поругался я с ними, – в сердцах ответил он. – Надумала мать меня женить. У нее ж, помимо меня, еще три девки. Выдали их уже замуж, едва не разорились. И на тебе – женись, сынок. Будто у меня есть деньги еще и жену содержать. Собрал вещи, переехал в город. А там кому нужны бывшие военные? Только в стражниках. Косой меня пристроил, помаленьку возле Долгоозерного района и работал. Жилье есть, еда есть, начальство все то же самое. Платили не так много, но куда мне это тратить?

– Любопытная история, – я отодвинул тарелку, и Григорий подскочил, чтобы ее убрать. – Поехали дальше, чего сидеть. Не хочу в дороге ночевать в таком месте.

– Это мы быстро! Вот только дайте я все же мясо подготовлю, на всякий случай. В холоднике с ним, если что, все равно ничего не случится.

Еще полчаса ушло на маринад, а потом он поставил кастрюлю и выскочил за дверь, чтобы занять место на козлах.

– Пошли, родимые, – раздался его крик, и дормез тронулся.

Следующие два часа мы ехали по прямой дороге сквозь лес. Картинка за окном не менялась. Деревья, деревья, и снова деревья. Вскоре они мне так надоели, что я выбрался к Антипкину.

– Ты следи за лошадьми, а я сейчас, посмотрю, что есть в округе.

– Как это?

Отвечать я не стал, а активировал воздушную подушку и аккуратно взмыл в небо, стараясь не испугать бравых животинок.

Солнце понемногу начинало склоняться к горизонту, облаков не было. Появятся звезды, можно еще и по ним сверить маршрут. Но что-то мне подсказывало, что дело вовсе не в нем.

Дорога, прямая, как черенок от лопаты, разрезала густой лес и мчалась вдаль. Казалось, ему нет ни конца, ни края. Ни одного поля, ни одного города, даже селения нигде не было видно.

Хотя… Мне пришлось подняться еще выше, чтобы на фоне зеленых крон разглядеть крохотные домишки. На Большие Вятки это не было похоже, уж больно глубоко в лесу стояли. Но там хотя бы живут люди, у которых можно спросить дорогу.

Вот только где поворот к ним?

Я пролетел немного вперед и хотел было приземлиться прямо рядом, с домиками, но вдруг понял, что не могу этого сделать. Над куском леса висела толстая защитная сеть.

Обескураженный – ведь такое мог сотворить только очень опытный маг – я вернулся к дормезу. Мое появление из ниоткуда рядом с куполом могло быть воспринято, как атака, а связываться с незнакомым архимагом, я не собирался. Подстрелит на подлете и что потом делать? А обрывать нити чужого заклинания будет выглядеть так же.

Уж лучше как-нибудь по старинке, по дороге.

– Нашли что-нибудь, Алексей Николаевич? – обеспокоенно спросил возница. – Есть город?

– Города нет, – задумчиво ответил я, – но справа, достаточно далеко от дороги, небольшое селение в несколько домов. Хорошо бы к ним добраться, и нужно где-то свернуть. Смотри в оба, не проморгай поворот.

Еще полчаса мы в четыре глаза искали развилку. Потом еще полчаса. Потом еще.

– Нету! – вздохнул Григорий. – Можа с другой стороны леса?

– Не видел я там дороги. Хочешь, можем вместе подняться, посмотришь сам.

– Нет-нет! – испуганно ответил он. – На меня нельзя воздействовать магией!

– Как хочешь. Возможно, ты прав. Небеса с этой деревней, поехали дальше.

Ближе к ночи, когда уже невозможно было разобрать дороги, Григорий все же остановил дормез. Под светом магического шарика он расседлал лошадей, напоил, вычистил и привязал у кромки леса, чтобы они доставали до травы.

А я вытащил кастрюлю с мясом, два стула и набор для жарки. Он состоял из металлического ящика на ножках, в котором можно было разжечь угли, их мы купили на одной из стоянок, не знали, что в лес попадем. Сверху на ящик ставилась решетка. Так, мясо не пригорало, а равномерно жарилось.

Закончив с лошадьми, Григорий быстро настрогал остатки овощей и занялся готовкой. Он мудро решил не жарить все, а часть оставить на утро.

Вскоре поплыл невероятный запах. Я чуть слюной не захлебнулся, пока Антипкин нес мне первые куски. В итоге съели все подчистую. И я нисколечко об этом не жалею, только надо ремень расстегнуть, а то давит.

Быстро посовещавшись, мы решили утром продолжить наш путь вперед.

– Григорий, а ты разбираешься в навигации по звездам? – вдруг спросил я, когда все небо усыпало сверкающими точками.

– Слышал, но мне такая наука зачем? Ежели что, сяду в карету, скажу, куда мне нужно, меня и отвезут.

– А я вот разбираюсь, – потянул я, не отрываясь смотря наверх.

– И что вы видите?

– В том то и дело, что ничего понятного. Будто звезды не так расположены.

– Оставьте это дело и ложитесь спать. С утра голова всяко свежее.

Я зевнул, соглашаясь с ним, и завалился в кровать, уснув чуть ли не с улыбкой на губах. У меня уже почти получилось выспаться. Еще две-три таких ночи и точно высплюсь.

Как и предсказывал Григорий, на следующий день голова действительно посвежела. Вот только не для новых мыслей, а для потрясающего открытия.

Первым это заметил сам Антипкин. Он терпеливо дождался, пока я проснусь, приведу себя в порядок и даже позавтракаю.

– Григорий, что тебя гложет? Вижу же, сказать что-то хочешь.

– Вы знаете, Алексей Николаевич, мне кажется, я сошел с ума.

– Не понял, – аппетит мгновенно пропал. – С чего ты взял?

– Вам лучше взглянуть на это своими глазами.

Он поднялся и вышел из дормеза. Я бросил салфетку на стол и последовал за ним.

– Что именно тебя… – договаривать было не нужно, ведь я увидел, что он имел в виду.

Буквально в двадцати метрах от вчерашнего костра лежала туша диковинного зверя, утыканная ветками с ближайших деревьев.

– Твою ж дивизию!