Текст книги ""Фантастика 2026-68". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Николай Свечин

Соавторы: Сергей Карелин,,Алексей Андреев,Денис Нижегородцев,Лев Котляров,Диана Маш,Владлен Багрянцев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 166 (всего у книги 349 страниц)

– И если в пустынях Афгана, – пробормотал Деймос. – Как будто излишняя ноша, ты будешь с тяжелою раной своими забыт или брошен…

 
Не плачь в бесполезной обиде,
Когда над чужими песками
Ты женщин афганских увидишь,
Идущих с кривыми ножами.
Поймешь, что отмеряна мера,
Финала никто не отменит,
В глаза посмотри револьверу —
И спуск нажимай без сомнений.
И с этим последним напевом,
Прямой и короткой дорогой,
Ступай, как солдат королевы,
На службу к Солдатскому Богу.
 

– Меньше пафоса, Деймос, – укорил себя Хеллборн и поднял пистолет. Длинноват, даже как-то неудобно стреляться. Надо глушитель отвинтить… Опять он бредит. О, а вот и галлюцинации начались. Или это мираж? Пустыня все-таки.

На горизонте показались пять или шесть всадников. На верблюдонтах. Точно, галлюцинация. Верблюдонты в Африке не водятся. Или это все-таки верблюды?…

Верблюды? Допустим. А всадники кто? Что, если это гиксосы? Как лучше поступить, как не ошибиться?

Будь что будет. Патронов все равно не хватит.

Всадники, люди в белых плащах и тюрбанах, приблизились вплотную. Один из них спрыгнул на песок. Что-то сказал. В кои-то веки совершенно незнакомый язык. Последовал новый вопрос, явно на другом языке, и тоже совершенно незнакомом. Арабский? Берберский? Эфиопский какой-нибудь? Неважно. Вроде бы не гиксосы. Самое время в очередной раз потерять сознание.

Так он и поступил.

Глава 49. Идущий из Вальгаллы

Открыв глаза, Деймос Хеллборн услышал традиционное заклинание:

– Все в порядке, не волнуйтесь, не вставайте, вы в полной безопасности.

Хеллборн не спешил с ответом, поэтому заклинатель решил уточнить:

– Вы понимаете по-английски?

– Умгум, – пробормотал Деймос. – Где я? И с кем имею честь?

«Где?» – глаза окончательно привыкли к сумрачному освещению, и Хеллборн понял, что он находится в шатре средней роскоши, на груде верблюжьих (?) шкур. Рядом с ним сидел белый джентельмен – несомненный джентельмен, определил наметанный глаз Хеллборна, и даже это восточно-арабское одеяние не могло его обмануть. Пухлые щеки, тонкие губы, печальный взгляд из-под пышных бровей, короткая военная стрижка. Дьявол, неужели еще один коллега из какой-нибудь треклятой секретной службы?!..

– Говард, Роберт Говард, – представился собеседник. – Журналист, путешественник, из Техаса, Соединенные Штаты.

«Опять американец? Слишком много американцев на квадратные километры здешней Африки».

– Хеллборн, Деймос Хеллборн, – последовал ответ. – Путешественник. Не журналист. Из Нового Южного Египта.

– Надо же, а мне казалось, что это я забрался так далеко от родного дома! – воскликнул американец. – Очень приятно, мистер Хеллборн. Лежите, лежите, не вставайте.

– И все-таки, где я? – уточнил Деймос, устраиваясь поудобнее на своем средневековом ложе. Надо же, нога не так сильно болит. Ага, ее заново перевязали, пока он был без сознания. Надо думать, и рану как следует обработали.

– Где я? Я не шатер имею в виду, мистер Говард, – на всякий случай уточнил Хеллборн, но собеседник только улыбнулся в ответ.

– Это оазис. Местные жители называют его Камбуджадешт.

– ???!!! – память подбросила самые невероятные ассоциации. – Камбоджа? Я думал, что нахожусь довольно далеко от Юго-Восточной Азии!

Или?…

Или он снова прошел через Зеркальные Врата, сам того не заметив, и теперь находится на очередной незнакомой планете?!

– Юго-восточная Азия здесь совершенно ни при чем, – тем временем заметил мистер Говард. – Вам могло обмануть сходство имен, но поверьте, мы находимся в сотнях миль от ближайшего кхмера. Этот оазис населяют арийцы, а «Камбуджадешт» значит «Равнина царя Камбиза».

– ???!!!

– Неужели вы никогда не слышали про этого царя? – удивился Говард. – Мне показалось, что я имею дело с образованным джентельменом…

– Да-да-да, я читал Геродота, – закивал Хеллборн. – Царь жил на белом свете лет за двести до Александра, он был редкий безумец и святотатец…

– Тсссс! – американец испуганно прижал палец к губам. – Только не здесь! Местные жители могут не простить вам подобного оскорбления!

– Но почему?

– Потому что они потомки персидских солдат, отправленных Камбисом на завоевание оазиса Аммона, и до сих пор почитают Великого Царя как своего отца-основателя.

– ???!!! – положительно, сегодня Хеллборн только и делал, что регулярно терял дар речи. – Разве эта армия не пропала в пустыне?

– Пропала, – согласно кивнул Говард. – Заблудилась в песках и забрела в этот оазис, до недавнего времени отрезанный от мира и никому не известный. Уж не знаю, какие аборигены его населяли – скорей всего, светлокожие древние ливийцы, но персы перебили мужчин, взяли их женщин… С тех пор здесь и живут. Вот уже две с половиной тысячи лет, плюс-минус.

– Нет, я должен на это посмотреть, – Хеллборн решительно поднялся. – Мистер Говард, помогите мне выбраться наружу.

– Но…

– Никаких «но»!

– Там и смотреть-то не на что, – пробормотал американец.

У входа в шатер застыли два стражника в уже знакомых белых плащах, тюрбанах и масках. Они немедленно скрестили копья перед гостями из внешнего мира, но Говард поспешил их успокоить парой коротких фраз.

– Бессмертные? – поинтересовался Хеллборн.

– Они, – кивнул техасский журналист. – Они вас и подобрали, и доставили сюда.

– Моя глубочайшая благодарность и все такое, – смутился Деймос. – Переведите им, пожалуйста, мистер Говард.

Потерянные во времени персидские воины выслушали американца и только молча кивнули в ответ.

– Не все из них умеют разговаривать, – почему-то добавил Говард, но тогда альбионец не обратил внимания на его слова.

Хеллборн осмотрелся по сторонам. Действительно – крошечное озеро-лужа, пальмы, глинобитные домики в несколько рядов, один очень большой – трехэтажный (дворец?), загон с верблюдами – оазис как оазис. Разве что высокая черная скала, у подножия которой стоял шатер, резко выбивалась из общей картины.

– А вы говорили – смотреть не на что, – пробурчал Деймос.

– Археологи всего мира душу продадут, чтобы ее увидеть, – заметил американец. – Это же второй Бехистун. Больше, чем Бехистун – там было три языка, а здесь – как минимум пять! И лучше сохранилась, а уж какой великолепный рассказ здесь должен быть записан… Жаль, не могу прочитать. За годы своих блужданий по Востоку я научился белго говорить на нескольких персидских диалектах, поэтому смог объясниться с местными жителями. Но читать эти древние знаки – увы.

– И я ничего не понимаю, – признался Хеллборн. Снова осмотрелся. Людей на улочках не видать, раз-два и обчелся. Полдень, жара – наверно, в этом все дело.

– Вернемся в палатку, – предложил Деймос.

Оказавшись внутри, он первым делом набросился на стоявшие у кровати тарелки и кувшины.

– Что это? Вино из фиников? Сойдет. Умгум. Пропавшая армия царя Камбиса – это очень интересно, просто дух захватывает, – продолжал Хеллборн, устраиваясь поудобнее, – но я хотел бы вернуться в цивилизованные края.

«Не совсем цивилизованные – малайские развалины в Габоне», – уточнил внутренний голос.

– …вы не подскажете, как я могу это сделать?

– Боюсь, это будет немного затруднительно, – промямлил Роберт Говард, и альбионец понял его с полуслова:

– Аборигены нас не выпустят?! Мы что – в плену?!

– Почетные гости, – пробормотал техасец. – Что-то вроде этого. Подозреваю, что нам предложат присоединиться к здешнему правящему классу.

– ???!!!

– Понимаете, – Говард заметно смутился, – они были отрезаны от всего остального мира две с лишним тысячи лет. Близкородственные браки, постоянный инцест – это было неизбежно. Раз в двести-триста лет сюда забредал одинокий путешественник – какой-нибудь египтянин, или араб, или грек, но этого было явно недостаточно. И сегодня Камбуджадешт населяют две касты. Аристократы – прекрасные, как античные боги. И уродливые химеры. Химеры – мягко сказано. Настоящие чудовища. Как вы думаете, почему наши стражники ходят в масках? Уверяю вас, песок здесь совершенно ни при чем.

– И не все из них умеют разговаривать, – вспомнил ошеломленный Хеллборн.

– Трудно говорить, если у тебя языка от рождения не было, а рот перекошен под углом в девяносто градусов, – пробурчал американец. – Извините, мистер Хеллборн, я вовсе не хотел испортить вам аппетит…

Но было слишком поздно – финиковое вино уже покинуло желудок потрясенного альбионца.

Глава 50. The Assassination of James Hellborn by the Coward Robert Howard

– Прошу меня простить, – в свою очередь извинился Деймос, приходя в себя, – мой организм ослаблен переходом через эту дьявольскую пустыню…

Зашуршал откинутый полог, и в палатку проскользнула тонкая фигурка в белом плаще. Что-то прощебетала и принялась разматывать многослойную вуаль, укрывающую лицо. Хеллборн заранее вздрогнул, но его в тысячный раз обманули – перед ним явилось не чудовище, а настоящий ангел. Можно сказать, ангелочек.

– Это Иштар, местная принцесса, – пояснил Говард. – Она ухаживала за вашими ранами, пока вы были без сознания. Не исключено, что ваша будущая жена…

– ???!!! Это которая по счету принцесса?! – возмутился Хеллборн, в то время как прекрасная персиянка заново обрабатывала и перевязывала его ногу. – Нет, это переводить необязательно. Передайте, что я польщен и все такое. Но хорошего понемножку. Я должен отсюда бежать. Я обязан вернуться в Новый Южный Египет!!!

– Я бы с удовольствием к вам присоединился, но как? – развел руками американец. – Пустыня за пределами оазиса…

– А как вы сюда добрались?

– Я пришел с северо-запада, из Пальмирской Ливии. Но мне не хочется туда возвращаться, уж очень поспешно я распрощался с итальянцами, – уточнил Говард.

– И все-таки?

– Конечно, мы можем рискнуть… – неуверенно заметил американец.

– Сегодня ночью, – решительно заявил Деймос.

– Сегодня?! – удивился новый товарищ по несчастью. – Об этом не может быть и речи! Мы должны тщательно подготовиться, как следует разведать маршрут…

– Сегодня, – упрямо повторил Хеллборн. – Самые успешные побеги из плена совершались в первые часы или дни после пленения, если не в первые минуты. Не спрашивайте меня, откуда я это знаю. Они не ждут от нас такой наглости. Сегодня.

* * * * *

Под покровом ночи они выскользнули из палатки и напали на стражников. Возможно, на тех же самых, что охраняли их днем – или других – как знать, если они носят маски, срывать которые нет никакого желания? Говард собирался оглушить часовых тяжелыми предметами, но Хеллборн решительно действовал ножом.

– Но зачем?! – возмутился добродушный американец. – Разве так необходимо было их убивать?!

– Я сжигаю мосты, – объяснил альбионец. – Мы не вернемся назад.

В персидском поселке царило оживление – горели огни, звучала музыка.

– Странно, что нас не пригласили, – заметил Хеллборн, направляясь к «стоянке» для верблюдов, которую он приметил еще днем.

– Быть может, как раз сейчас и собираются пригласить, – с ужасом в голосе прошептал Говард. – Сейчас они найдут охранников…

– Тогда нам следует поторопиться, – добавил Деймос.

Говард угадал – они еще только забирались на верблюдов, когда со стороны покинутого шатра до них донеслись возмущенные вопли.

Погоня настигла их только на рассвете.

– Сделаем вид, что сдаемся, и подпустим их поближе, – предложил Хеллборн уже опробованный и надежный план. – Они ведь не знают, что такое огнестрельное оружие? – Деймос похлопал по «кольту» 56-го калибра, подаренному американцем.

– Не знают, – согласно кивнул техасец.

Хеллборн прищурился и принялся считать догоняющих персов. Одиннадцать человек. Многовато, но они должны справиться.

Персы подъехали почти вплотную, извлекая мечи и натягивая луки – кто на что горазд.

– Сейчас!!! – крикнул Хеллборн и вскинул оружие.

Чертов револьвер немного подвел его – эта модель, переделанная из старой кольтовской винтовки, никогда не отличалась высокой надежностью. Вместо одного выстрела грянула целая очередь – «огненная змейка» последовательно воспламенила все пять зарядов в барабане. Персидского лучника, в которого целился Хеллборн, буквально разорвало на куски. Несчастная правая рука Деймоса уцелела только чудом. Говард оказался удачливее – шесть выстрелов из «сорокапятки» = шесть трупов. Оставалось только четверо «бессмертных», и эти парни были не робкого десятка. Печальная участь товарищей нисколько не повлияла на их боевой дух. Гвардейцы покойного Камбиса взмахнули саблями и бросились на беглецов. Хеллборн машинально подставил опустошенный револьвер под лезвие падающего клинка – и персидский меч разлетелся на куски, не выдержав столкновения с прогрессивной металлургией XIX века. Воодушевленный Деймос взмахнул тяжелым «кольтом», как дубинкой – и его обезоруженный противник вылетел из седла, разбрызгивая мозги. Говард тем временем лихорадочно перезаряжал револьвер. Это было нелегко – выталкивать гильзы по одной, по одному вставлять свежие патроны – но два патрона он успел зарядить, и еще два перса упали на окровавленный песок. Остался только один, и этот последний уцелевший, совсем как тот недобитый гиксос, несколько дней назад, немедленно развернул верблюда и попытался уйти. Хеллборн метнул ему вслед свой револьвер-автомат-кастет – но не попал. Перс стремительно удалялся. Американец запихнул в свой М1873 еще один патрон и взвел курок. Тщательно прицелился. И промахнулся!

– Черт с ним, пусть уходит, – предложил американец.

– Он сообщит своим, и они отправят в погоню новый отряд, с которым мы сможем не справиться, – резонно возразил Хеллборн.

– Пока он доберется до оазиса, мы будем далеко, – успокоил его Говард. – Хотя я предлагаю потратить несколько минут и собрать бурдюки с водой с трофейных верблюдов.

Так они и поступили.

Уцелевший перс вернулся очень скоро, быстрее, чем они ожидали, а с ним – еще две дюжины «бессмертных». Очевидно, он повстречался с этим отрядом где-то в пустыне, даже не добравшись до Камбуджадешта.

– Говорил – надо было его догнать и добить! – воскликнул Хеллборн. – И что мы будем делать теперь?! У нас остался всего один револьвер на двоих, и…

– И он у меня, – заметил американец. – Но я нашел выход. Надо оставить приманку, которая задержит их, и позволит мне уйти.

– Мне? – переспросил Деймос.

– Извините, мистер Хеллборн, – ответил Роберт Говард и выстрелил ему в спину.

Лежа на песке, Хеллборн смотрел в небо и слушал, как удаляется верблюд американца.

Глава 51. Ройал в кустах

Персы уже окружили его, когда Хеллборн наконец-то освободил ногу, придавленную застреленным верблюдом. Но подняться ему уже не позволили. Набросились со всех сторон, скрутили и привязали к седлу очередного верблюда. Деймос Хеллборн, бесконечно уставший от постоянных попаданий в плен к тем или иным злодеям, отнесся к этому факту на удивлению равнодушно. Он даже не обрадовался, когда его пленителей безжалостно расстреляли из винтовок и пулеметов через какой-нибудь десяток километров.

Неведомые спасители отвязали его от верблюда и поставили на ноги. Хеллборн тяжело вздохнул и осмотрелся. Арабы что ли? Надо же, и Говард среди них!

– Вы же не думали, что я брошу вас на произвол судьбы! – воскликнул американец.

– Я вообще ни о чем не думал, – буркнул Деймос. – Кто все эти люди? Ваши друзья?

– Генерал Лоуренс, из Royal Sudanese Camels, – заговорил на хорошем английском один из «арабов», высокий и наглый голубоглазый блондин. – С кем имею честь?

Хеллборн неохотно представился.

– Это правда, что вы бежали из Гиксосии? – поинтересовался англичанин.

Деймос угрюмо кивнул.

– Прекрасно! Великолепно! Вы не представляете, как важны для нас любые сведения из Красного Авариса! Понимаете, мы готовим вторжение и освобождение этой несчастной страны, дабы показать и продемонстрировать непреклоннную бла-бла-бла. Я рад, что нам удалось выручить вас. Благодарите капитана Говарда, мы уже давно работаем вместе. Порядочный человек и надежный товарищ, хоть и американец.

Роберт Говард покраснел.

– Возможно, нам не стоило убивать этих персов, – продолжпл британец, – они могут оказаться полезными союзниками, когда мы начнем наступление на север. Пожалуй, правительство Его Величества не откажется признать эту «Маленькую Персию» независимым государством бла-бла-бла.

Из груди Хеллборна вырвался еще один тяжелый вздох.

Через несколько дней аэроплан британских ВВС подобрал Лоуренса, Хеллборна и Говарда в пустыне и доставил их прямиком в Порт-Судан. Здесь английский генерал выдал альбионцу достойное вознаграждение за свежие новости из Египта, нансеновский паспорт и разрешил убираться на все четыре стороны.

Опустившись на стул в приемной Лоуренса, альбионец крепко задумался.

Что делать и куда идти?

Он должен вернуться домой, в родной, оригинальный, неподдельный Альбион.

Это значит, что он должен пройти через зеркало в Румынском Габоне и попасть в Драконскую Африку. Оттуда – через зеркало в Касабланке или зеркало на Острове Черепов – в родной мир.

Нет ли более короткой дороги? Например, известен ли на этой планете Остров Черепов? Кому он принадлежит? Можно ли туда добраться и… Хм, есть ли в этом колониальном городишке хоть какая-то библиотека?!

С этим вопросом Хеллборн рискнул обратиться к мистеру Говарду, покинувшему генеральский кабинет на несколько минут позже альбионца. Американский журналист печально улыбнулся:

– Собираетесь полистать местный географический атлас? А заодно – учебники истории?

– ???!!!

– В свое время я поступил аналогично, – продолжал Говард. – Я уже несколько лет в этом мире и успел хорошо с ним познакомиться. Именно поэтому я сразу вас разоблачил. Вы ведь не здешний, правда?

– Складывается впечатление, что только пришелец может разоблачить пришельца, – пробурчал Хеллборн. – Аборигенов мне всегда удавалось обманывать. Как в этой вселенной, так и в предыдущей. Даже тех, кто меня пытал – они сами были рады обманываться.

– Предыдущий? – переспросил Говард. – Значит, вы посетили уже несколько миров. Откуда вы? И где успели побывать?

– Вам когда-нибудь приходилось слышать про «Белголландию», «Халистан», «Апсакию», «Доминацию Спаги», «Драконию»? – перечислил Деймос.

– Никогда, – признался собеседник. – А вам о чем-нибудь говорят имена «Хайбория», «Аквилония», «Вендия», «Кхитай», «Офир», «Стигия», «Зингара»?

– Нет, впервые слышу, – покачал головой Хеллборн.

– Так я и думал, – кивнул Говард. – Не похожи вы на хайборийца…

Слово за слово, и вскоре Роберт Говард пообещал приложить все усилия, чтобы помочь собрату по несчастью добраться до малайских развалин в Габоне, и избежать при этом новой встречи с «царской римской» сигуранцей. Что же касается Острова Черепов, то этот путь был закрыт.

– Под ваше описание подходил один островок к юго-западу от Нидерландской Индии, – вспомнил американец, – но лет пятнадцать назад он взорвался. Извержение вулкана.

– А ваше зеркало? – осторожно уточнил Хеллборн.

– Зеркало заднего вида в моем старом автомобиле, – поведал Говард. – Понимаете, я переживал очень тяжелые времена, и собирался застрелиться… Однако вместо этого провалился в зеркало. Но иногда мне кажется, что я все-таки умер, и попал в ад. В один из первых кругов. Все эти гиксосы, персидские мутанты и другие демоны…

– Вы все еще здесь, джентельмены? – из своего кабинета выглянул генерал Лоуренс. Говард поспешно сменил тему.

– Вы все еще собираетесь плыть в Южную Африку на том корабле? – спросил американец у генерала.

– Да, а что?

– Пожалуй, мы присоединимся к вам.

– Почту за честь, – кивнул англичанин.

– В Кейптауне мы легко найдем корабль, который доставит нас в Габон, – пояснил Говард, когда они вышли на улицу. – Конечно, мы могли бы воспользоваться воздушным траспортом, но так надежнее.

«Действительно, – подумал Хеллборн, – а то ведь опять собьют. А так – всего лишь потопят!!!»

Роскошный лайнер «Куин Элеанор» не был потоплен, по крайней мере, не сразу. Но прежде чем отправиться из Порт-Судана на юг, корабль сделал приличный крюк и заглянул в аравийскую Джедду, где иностранных гостей немедленно пригласили на торжественный прием к турецкому губернатору. Ну что ж, Хеллборну было не привыкать.

* * * * *

На сей раз Хеллборн совершенно не собирался кружить по роскошному дворцу и впитывать любую услышанную информацию. Первое, что он сделал, вступив в банкетный зал – занялся поисками уютного уголка. Но ему не повезло – в том же уголке вскоре объявился радушный хозяин собственной персоной и окружившие его восторженные гости. Поэтому Хеллборн, зажатый с двух сторон на мягком диване, вынужден был волей-неволей выслушать то, что имел честь сказать его превосходительство Мехмет Реза Бекин-Паша, генерал-губернатор Джеддайского военного округа.

Генерал совсем не походил на стереотипного турка, толстенького, смуглого и черноусого – еще один высокий и наглый голубоглазый блондин, который мог быть младшим братом англичанина Лоуренса. «Потомок янычар, должно быть, – предположил Деймос. – Кого туда только не набирали, и белые европейцы всегда составляли большинство». Не угадал.

– Европейские орудия разнесли старую империю на куски! – говорил его превосходительство. – Младотурки проиграли. Азии нужна была не новая партия, а новая раса! Тысячи воинов от сирийского побережья до персидских гор готовы были пойти за новым словом, за новым пророком! Восток спал, но мы пробудили его! Мы пошли по стопам наших языческих предков, которые поклонялись Синему Волку до того, как приняли веру Магомета!

Роберт Говард сидел тут же и слушал речь Бекин-Паши вместе со всеми. Хеллборн поймал его взгляд – американец был явно чем-то расстроен.

– Наступил конец исламской эпохи, – тем временем продолжал губернатор. – Мы отреклись от веры в Аллаха как от суеверия, выдуманного припадочным погонщиком верблюдов из Мекки. Наш народ слишком долго подражал арабам. Но мы настоящие турки! Мы сожгли Коран и больше не будем слепо верить их лживому пророку. Старая империя умерла – да здравствует империя новая, Семнадцатый турецкий рейх!

Он почему-то употребил немецкое слово – «рейх». Но Хеллборн до сих пор толком не познакомился с историей этой планеты, и потому совершенно не удивился. Скорей всего, здешняя Турция испытала сильное германское влияние.

– Семнадцатый? – переспросил кто-то из гостей.

– Совершенно верно, – кивнул Бекин-Паша. – Шестнадцать турецких империй в прежние времена царили на нашей планете – Хунну, Чжао, Гуннивар, Алхон, Каганат, Аваринг, Хазария…

Хеллборн мысленно заткнул уши, даже не пытаясь переварить поступающий поток информации. Тем более что он плохо воспринимал на слух все эти турецкие словечки.

– …Уйгурадж, Карахан, Газневи, Сельджуки, Хорезм, Золотая Орда, Тимурленд, Гуркани, и наконец – Блистательная Порта. Но все они пали, и только Семнадцатый Рейх стоит прочно, а восемнадцатому – не бывать!

«Аминь, – возликовал Деймос – Этот список и так слишком длинный».

– Но можно ли назвать вашу империю турецкой?.. – осторожно заметил другой гость, явно продолжая какой-то старый разговор.

– Мужчина – сын своего отца, – возразил Бекин-Паша. – Мы захватывали в свои гаремы женщин со всего мира, но наши сыновья всегда были турками, и наши отцы были турками, и наши деды – были турками! Впрочем, моя мать была уйгуркой, как и мои сестры.

«Ах, вот оно что!» – вспомнил Хеллборн. – «Уйгуры – нация белых кавказоидов, обитает где-то на западной китайской границе…»

– Нелегко им сейчас приходится под китайским игом, – заметил третий гость.

– Саргонским игом, вы хотели сказать, – угрюмо поправил его губернатор. – Но ничего, близится час, когда мы… – Бекин-Паша оборвал себя на полуслове, но вторая полвина явно не обещала Саргонскому Игу ничего хорошего.

– Негодяй почти дословно цитировал мою старую статью, – пожаловался Говард, когда гости понемногу рассосались по другим углам, и американец смог перекинуться с Хеллборном парой слов.

– Сочувствую, – пробормотал Деймос. – Мы уже достаточно здесь проторчали? Это не будет нарушением этикета, если мы уйдем прямо сейчас?

– Торопиться все равно некуда, – заметил американец. – Наш корабль отплывает только утром.

Неизвестно откуда появился Лоуренс, не присутствоваший на лекции про миллионадцать турецких империй.

– Роберт, нам необходимо срочно поговорить, – с ходу заявил он.

– Вряд ли нам кто-то помешает, – осмотрелся Говард, – а от мистера Хеллборна нам скрывать нечего, вы уж поверьте.

Лоуренс пожал плечами и протянул американцу увесистый книжный томик. Хеллборн покосился на обложку – «Les Mille et Une Nuits», «1000 и 1 ночь», французское издание.

– Маленькая военная хитрость, – пояснил англичанин, – так безопаснее, чем таскать за собой толстый конверт с фотографиями и документами. Откройте на 112-й странице и начинайте листать.

– Что это? – заметно побледнел Говард.

– Подлинные фотографии, показания свидетелей, списки погибших, – сказал Лоуренс. – Это звери, настоящие звери, мистер Говард – хуже зверей и даже хуже гиксосов. Гиксосы не стесняются своих преступлений. Эти же прикидываются цивилизованными людьми, порвавшими с темными азиатскими суевериями, а тем временем в дальних провинциях они истребляют целые народы, самыми варварскими способами. Я специально прибыл в Джедду, чтобы встретиться со своим агентом – и теперь все доказательства у меня в руках. Мир должен узнать об этом – и он узнает, в самое ближайшее время.

– Но… при чем здесь я? – спросил американец.

– Вы опубликуете эти материалы, – спокойно заявил английский генерал. – Вернетесь в британские владения на первом же корабле, оттуда – в Европу, в Америку – как можно дальше от ближайшей турецкой границы – и начинайте публиковать. Во все газеты, во все издательства. Мир должен узнать об этом, – повторил Лоуренс.

– Но почему я?!

– Мне больше некому довериться, – развел руками англичанин. – А я должен остаться здесь.

– Конечно, – кивнул Говард, – вы не отказались от своего старого плана и снова попытаетесь возмутить местных арабов…

– Тсссс! Ни слова больше! Роберт, так я могу на вас положиться? Поймите, это бомба, ее нужно немедленно переправить в Судан – турецкая контрразведкка может напасть на наш след в любую минуту! Через полчаса отходит паром…

Говард снова заглянул в книгу, потом решительно захлопнул ее и повернулся к Хеллборну:

– Извините, Деймос. Я очень хотел посмотреть на Драконию и Белголландию, но иногда человек должен делать, то что должен – и будь что будет.

– О чем это вы? – не понял Лоуренс.

– Неважно. Я все сделаю, генерал. Вы можете на меня положиться. Прощайте. Прощайте, мистер Хеллборн – желаю вам удачи.

– Прощайте, Говард. Если что…

– Я запомнил ваш адрес.

Говард крепко зажал книгу под мышкой и скрылся за углом. Лоуренс подозрительно посмотрел на Хеллборна, но не стал задавать новых вопросов. Коротко распрощался и откланялся. Деймос остался один.

«И здесь странные шпионские игры», – вздохнул он. – «Черт, надо убираться отсюда. Если турецкая контрразведка начнет задавать вопросы мне – я снова начну скучать по индюшатникам, а мне этого совсем не хочется!»

Альбионец решительно оставил мягкий диван и направился к выходу. На британском лайнере он будет в безопасности.

Но Хеллборну не удалось уйти далеко.

У него на пути внезапно встал низкорослый бронзоволицый человечек, лысый и черноглазый, с крючковатым орлиным носом. Незнакомец был облачен в странную одежду – черно-желтый пятнистый плащ, прежде несомненно принадлежавший какой-то крупной кошке вроде леопарда. «И не жарко ему?» – рассеянно подумал Хеллборн. Кажется, он уже видел этого человека среди гостей, но не удостоил повторного взгляда. На прием к джеддайскому губернатору явились куда более экзотические личности. Интересно, кто он такой? Какой-нибудь азиат? Индус? Тихоокеанец? Черт его знает. И что ему вообще нужно?!

Но Деймос не успел ничего спросить.

Бронзоволицый человечек внезапно низко поклонился, потом снова выпрямился, посмотрел прямо в глаза Хеллборну и прошептал всего три слова:

– Омолло… Наикурра… Итипачче…

– Простите? – не понял альбионец. Дьявол, он уже где-то слышал подобные слова…

– Господин, Владыка, Император, – повторил незнакомец.