Текст книги ""Фантастика 2026-68". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)"

Автор книги: Николай Свечин

Соавторы: Сергей Карелин,,Алексей Андреев,Денис Нижегородцев,Лев Котляров,Диана Маш,Владлен Багрянцев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 239 (всего у книги 349 страниц)

Глава 3

– Никак вы, черти, не научитесь! – глухо ответил я. – Задание было одно: найти Константина, связать и доставить в его покои. А вы мне тут что сделали? Кто это, черт его дери⁈

Гвардейцам только многолетняя выучка не давала позорно хлопнуться в обморок. Я переводил взгляд с одного на другого, но они все молчали, смотря мне в центр лба стеклянными глазами. Старая техника, которая защищает разум подчиненного от гнева начальства. Но где они это изучили – я преподавал.

– Слушать мою команду! К лекарю шагом марш! И позовите мне… – я на миг задумался, вспоминая имена помощников Виктора Ивановича. – Глебова, да, точно его.

Не самый умный, но безумно консервативный мужик, который никогда бы не опустился до белянки. Ждать мне его пришлось целых полчаса. И все это время я смотрел на лже Константина, размышляя вытащить ли кляп, или и так пойдет. А еще про домик в деревне, чтобы два этажа в нем было, сад с яблоками, и чтобы соседей на два километра и духу не было.

Наконец, дверь распахнулась и вошел помощник. Ему пришлось повернуться боком, чтобы не задеть плечами проем. Я помнил его еще безусым крепышом, а сейчас вон, лысина во всю голову и хмурая морда.

– Господин архимаг, вызывали?

– Михаил Арсеньевич, вы не подскажите, кто это? – я кивнул на кровать.

– Двойник императора, точнее бывшего императора Константина Яковлевича Ромского, – он скривился, как от несвежего лимона.

– Прекрасно. И как его зовут?

– Колосов Евген Дмитрич.

– Ладно, с этим разобрались, спасибо. Михаил Арсеньевич, может тогда подскажите, где, собственно, сам Константин Яковлевич? Мы тут за ним охотимся, надо бы изловить. Еще часов шесть назад надо было.

– Сейчас уж, наверное, до границы добежал.

Глебов краснел, бледнел, потел и чувствовал себя явно не в своей тарелке.

– Прискорбно.

Я забарабанил пальцами по крохотному журнальному столику и из-под руки начали сыпаться искры.

– Вы не волнуйтесь, господин архимаг, мы его живо… того.

– Того? Что ж, давайте его того.

– Будет сделано!

Он выпятил грудь, но так и не сдвинулся с места.

– Вопросы, Михаил Арсентьевич?

– Да, господин архимаг! А «того» – это как? И… господин архимаг, у вас из-под пальцев дым идет.

Я поспешно затушил тлеющие угли, в который превратилась столешница, и постарался взять себя в руки. Константин сбежал. Один? Нет, не поверю. Тогда с кем и как долго к побегу готовились?

Так задумался, что не сразу обратил внимание на мычание лже Константина. Он дико вращал глазами и очень хотел что-то мне рассказать.

– Только быстро и по делу, – сказал я и вытащил кляп из его рта.

– Только не убивайте!

– Я сказал по делу, – ледяным тоном напомнил я.

– Да, господин архимаг, так точно, господин архимаг. Я знаю, все слышал! Костя должен был уходить через боковые пристройки, оттуда на склад тряпок у швейного магазина. Дальше его должна была ждать карета, на которой он отправился в Беленскую губернию, там его ожидает багаж и три доверенных лица. Кто именно, мне неизвестно.

– И в какую сторону дальше?

– Маршрут пролегает в сторону азии, до самого Бейдзина.

– А с чего вдруг мне тебе верить, Евген Дмитриевич?

– Я постоянно находился рядом с Костей, даже когда он думал, что я ушел. К тому же, зачем же мне врать вам, господин архимаг? Про вас говорят, что вы можете и с того света человека вытащить, чтобы он вам на все вопросы ответил. К чему мне рисковать?

Я кивнул, толковый парень, жаль, что его так глупо использовали.

– Вы очень похожи на Константина. Случайность или магическое воздействие?

– И то и то, как я понимаю, года два назад начали искать молодых людей, похожих на императора. Думали, что забава такая, а по факту, мы заменяли его на всех светских приемах. Сидишь, смотришь, улыбаешься, рот не открываешь. Платили достойно. Для полноты образа еще сверху иллюзию накладывали, но на ней тоже далеко не уедешь, маги при дворе очень сильные, могли раскусить.

– И сколько вас таких, красивых?

– Я знаю троих, Костя не в счет.

– То есть сейчас в столице бегает еще три человека с лицом бывшего императора?

– Увы, осталось нас на данных момент всего двое. Третьего закололи еще утром, ретивый гвардеец. Стефан успел уехать еще вчера.

– Как мудро он поступил. Знали, что готовится переворот?

– Нет, у него мать заболела, спешно прыгнул в карету. Я его матушку знаю, она в последние годы совсем слаба стала, едва хватало денег на лекаря, вот и Стефан согласился на эту работу.

– Спасибо, Евген Дмитриевич. Очень помогли.

Я уже собирался выйти и отдать приказ, чтобы его развязали, но не выпускали, как Колосов спросил:

– Господин архимаг, а можно ваш автограф? У меня в тумбочке книга лежит… о вас… Если не хотите, не нужно!

Расписываться я, конечно, не собирался, а вот наличие книги меня крайне заинтересовало. Тумбочка, правда, не выдержала моего любопытства и развалилась. Среди обломком я быстро нашел увесистый томик.

«Жизнеописание Соколова Алексея Николаевича. Мифы и легенды»

– Господин архимаг, если вы чуть-чуть ее даже подпалите, разрешите мне всем говорить, что это вы сделали? – с тихим восторгом проговорил Колосов.

Ни говоря ни слова, я раскрыл книгу, молча выдернул из нее страничку с данными автора и тут же захлопнул. Бросил издание на кровать и ушел, оставив связанного любоваться горелым отпечатком моей руки на задней стороне обложки.

– Идиоты, бестолочи! – ворчал я, идя по коридорам дворца. – Простой переворот, приключение на двадцать минут. Зашли, захватили, вышли. Ага, конечно!

Настроение стало совсем ни к черту.

Быстро прикинув в голове план действий, я поймал дежурного гвардейца и дал ему несколько поручении. За окном уже стемнело, столица собиралась отходить ко сну после тяжелого дня, а мне в ближайшее время будет не до этого.

В моем бывшем – или снова нынешнем? – кабинете уже лежала стопка отчетов от дознавателей. На каждой папке, разложенных в алфавитном порядке, каллиграфическим почерком написаны данные задержанных. Звучные фамилии половины самых богатых местных шишек. Графы, князья, бароны – цвет аристократии, который тянул деньги из казны и занимался грязными делишками под крылом императора.

– Спета ваша песенка. И куда катится этот мир?

Я бросил взгляд на папки и отодвинул их в сторону. С другого края стола на меня поглядывала другая стопка, уже с приказами. Мы их заранее подготовили, чтобы я ни на мгновение дольше нужного в столице не задерживался. Именно благодаря им переворот прошел достаточно быстро. Новые наделы, должности и полномочия – все для обеспечения Виктору Ивановичу надежную опору под ногами.

Осталось всего-то найти Константина, разобраться с казной и сесть в карету. Или еще домой заехать? Нет, не поеду, а то опять закатят вечеринку на неделю, потом ни в одни двери не пролезу. Вспомнив о еде, желудок укоризненно напомнил, что от пирожков Семеновны я отказался. Ладно, переживу, не впервой.

В дверь постучали.

– Войдите!

– Господин архимаг, – в дверь протиснулся молоденький секретарь, – вас приглашает к себе его императорское величество в синюю гостиную.

– Это которая? – я знал дворец наизусть, но в упор не понимал, о каком помещении говорит парень.

– Синюю, – подавившись воздухом ответил он. – Третья дверь возле приемного зала, с левой стороны.

– И ее назвали синей? – я мысленно засмеялся, помниться именно там мы с дедом Виктора Ивановича проводили культурные вечеринки, после которых прислуга выносила ящики с пустыми бутылками. – Гениально. Передайте его императорскому величеству, что я сейчас буду.

Собрав все папки со стола и приказы, я отправился в знакомое помещение. Да, на самом деле во дворце много где сделали ремонт и многие комнаты обрели новые названия, но выглядывающая из каждого угла треклятая ностальгия все равно умудрялась добраться до моего сердца. Все эти воспоминания я давил в зародыше. Не куплюсь снова на ту же наживку. Нет, нет, и еще раз, нет. Достало. Надоело. Задолбало!

В синюю гостиную я заходит с бесстрастным лицом и теплыми руками. Виктор Иванович с кругами под глазами и осунувшимся лицом пил кофе.

– Вам бы поспать, ваше императорское величество.

– Оставьте, Алексей Николаевич, эти титулы. Как все прошло?

– Изумительно. Знать совсем разболталась, даже толком отпор дать не смогла. Только вот наш дорогой Константин дал деру, но за ним я уже послал. Далеко убежать он все равно не сможет.

– Вы хотели сказать, от вас от все равно убежать не сможет? – легкая улыбка оживила лицо Мережковского.

– И это тоже, – я положил документы на стол и тоже налил себе кофе. – Не волнуйтесь. Завтра проведут коронацию, озвучите приказы, как мы с вами и придумали. Надежные люди будут постоянно рядом.

– Вы так говорите, будто уже сейчас за дверь и в дорогу.

– Хотелось бы, но еще немного нужно поработать. Совершенно случайно обнаружил крупные дыры в бюджете. Я же не собирался в него влезать, а тут казанчей сам в ноги упал. Завтра с утра назначу новых людей, есть у меня парочка на примете, а там уже и в дорогу можно.

– Спасибо вам, Алексей Николаевич.

– Виктор Иванович, сказал вам, рано еще благодарить меня. Должна же коронация пройти, духовенство подтвердить ваше право перед всем честным народом.

– Вы все это провернули за два месяца, без вас бы у меня ничего не получилось.

– Это да. Тут даже отрицать не буду, – я развел руками.

– И вы даже не спросите, что я видел в сиянии камня власти?

– Зачем? Это не моего ума дела. Главное, что вы знаете и готовы к этому. Но у меня встречный вопрос, зачем вы своего неудачливого убийцу в живых оставили?

– Увидел, что он сделает в будущем, – Виктор Иванович неопределенно качнул головой. – Парень талантливый архитектор, но в голове дури много. Приезжайте в столицу через лет десять, увидите, о чем я вам говорил.

– Не обещаю, Виктор Иванович, не обещаю.

– Я бы хотел попросить вас подготовить приказы для казни, – будничным тоном сказал император. – Вот список.

Он протянул мне короткую записку. Я пробежался по именам и удивленно поднял глаза на Мережковского.

– Почему они, позвольте спросить?

– Белая дрянь.

Я так и понял, но вслух говорить не стал. Молодец император, сразу решил отрубить голову этой гидре. На этой ноте мы и попрощались. Я настоятельно порекомендовал ему лечь спать, а сам отправился к дознавателям. Должны же и у меня быть какие-то радости в этой жизни⁈

Только надо бы где-то перекусить, а то в местной тюрьме небось, как и раньше, только безвкусная каша, да вода простая. Для желудка хорошо, а для настроения не очень.

Выйдя из дворца, я решительно свернул в единственную забегаловку, которая работала в столь поздний час.

Трактир «От рассвета до рассвета» был построен по моему приказу лет тринадцать назад. И целых два года я являлся их постоянным клиентом. График у меня был ненормированный, мог поужинать перед рассветом, а завтракать в середине дня. Так что такая круглосуточная едальня как раз мне идеально подходила. Для меня даже тут комнату сделали, правда я в ней никогда не был, предпочитая отдыхать в собственном кабинете, закрыв его тремя заклинаниями и одним замком. И все равно помощники императора умудрялись и там меня достать. Однажды даже бутылку с запиской в окно бросили. Ругался я тогда так, что оставшиеся стекла в окнах тряслись.

– Добро пожаловать в наш трактир, какой столик желаете занять? – премиленькая официантка в строгом фактуре и накрахмаленной блузке с улыбкой поприветствовала меня на входе.

– Крайний в углу, пожалуйста.

От моего ответа она изменилась в лице, распахнула глаза и неловко оступилась.

– К сожалению, мы не можем предложить вам этот столик, – вбитые в голову слова этикета не давали ей показать испуг. – Могу ли я предложить вам другой.

– Голубушка, это мой столик. Любимый. Всегда, – я выделил это слово, – за ним сидел.

– Г-г-господин архимаг?

– Все верно.

– Да-да, конечно, сию секунду, проходите! – она засуетилась, бросала красноречивые взгляды в сторону кухни и торопливо засеменила вперед.

Мой угол никак не изменился. Тот же стул, тот же резной узор за спиной и тот же стол, что единственный стоял без скатерти. Пальцы машинально погладили зарубку на столешнице. Это на меня с ножом пытались напасть, помню, хохотал до боли в ребрах, глядя на пепел, что от того идиота остался.

– Мы постарались сохранить его в том самом виде, как и десять лет назад, в знак того, что мы всегда вас ждем в нашем трактире. Что-то сразу желаете заказать?

– Желаю посмотреть, что у вас тут изменилось со времен, когда я был здесь последний раз.

– Если что, наш повар для вас приготовит любое блюдо на ваш выбор, – улыбка приклеилась к ее лицу и меня аж передернуло.

– Спасибо. Я посмотрю меню.

Несколько листков легли передо мной и девушка испарилась. Чует мое сердце, что побежала к хозяину трактира, докладывать о моем приходе. Мог бы и личину, конечно, надеть, но так бы пришлось больше говорить, а я устал и не горел желанием сначала говорить с девушкой, хозяином. Слишком голоден. Могу и испепелить кого-нибудь. Снова.

Через полчаса на моем столе стояли готовые блюда: перепелка с яйцами, наваристый борщ с густой сметаной, грибочки и запотевший графин с квасом.

Единственное, что меня изрядно раздражало – внимание. Ладно бы просто отсаживались подальше, так нет, наоборот, чуть ли не в рот заглядывали.

Я щелкнул пальцами, горка костей от цыпленка мгновенно вспыхнула и осыпалась пеплом. Это несколько отрезвило публику и все разом решили изучить содержимое своих тарелок. Так что доел я спокойно.

Закончив с едой, я вытащил кошелек, но тут ко мне подскочил хозяин трактира и заверил меня, что весь мой стол за счет заведения. Какой вежливый, аж завидки берут. Что поделать, репутация дело такое.

Дознаватели сидели в серой коробке из камня с черными провалами окон. Ни травинки, ни пылинки вокруг не было. Зато дорожка заботливо присыпала новым песком, видно, многие задержанные пытались прорваться, щедро поливая тут все кровью.

Пропустили меня без единого вопроса, сразу отвели к начальнику управления. Им был мой старый знакомый, крепкий седовласый мужчина со стальным протезом вместо руки.

– Иван Андреевич, рад вас видеть в полном здравии!

– Алексей Николаевич, не ожидал вас так поздно, – он глянул в окно, – или рано? Не важно, присаживайтесь. Кофе? Чаю? Чего покрепче?

– Не откажусь от чая, знаю, вам его привозят с западных гор и он диво, как хорош.

– А я, признаться думал, что вы уже уехали, – металлические пальцы виртуозно подхватили чайник.

– Да как тут уедешь-то? – проворчал я. – То одно, то второе. Знал ведь, что одним переворотом дело не ограничится, но нет, вернулся. К вам скоро еще должны привезти Давыдова, казначея.

– Уже, господин архимаг, уже. Поет соловьем, только успеваем записывать. Правда, сначала ему лекаря вызвали, что-то с желудком. Но сейчас все благополучно.

– Желудок? Так он жрет много просто. Подержи его недельку другую на вашей каше и здоровье вмиг поправится.

– А чего недельку? Мы его на лет десять закрыть хотим, с его-то показаниями. Да и потом, может хоть он в финансах тюрьмы разберется.

– Он-то разберется, а вы ему еще потом должны будете, – усмехнулся я. – Что еще интересного узнать смогли?

– Все как по шаблону: кражи, уклонения от налогов, незаконная деятельность. Интриги в полном своем великолепии.

– И что, никто в отказ не ушел?

– Ты моих ребят не знаешь! – с гордостью ответил Иван Андреевич. – Они у меня из новой академии. Там декан, твой хороший знакомый, мастер пыточного дела. Привет передавал, лет пять назад.

– Ну и ты ему передай, как только из столицы уеду.

– Что-то ты совсем нелюдимый стал, не рад вернуться что ли?

– А чего тут радоваться? Я десять лет по всеми миру катался, вопросы решал в интересах государства. Такие узлы разматывал и завязывал, что зубы до сих пор ноют.

– Так благодаря тебе у нас и границы стали шире, три войны остановил и два мирных соглашения подписал. Зря ты так. Империя у тебя в долгу!

– Вот поэтому и уехать хочу. Когда тебе сама империя должна, бежать надо на край света, а то наградить захотят, ни в жизнь не отмоешься.

Иван Андреевич гулко расхохотался, потом редко выдохнул и опрокинул в себя чашку с чаем.

– Кстати, Алексей Николаевич, а не хотел бы ты…

Что я не хотел бы, узнать не получилось, потому что в дверях появился ошалелый стражник.

– Там… там… там… Ромский! Везде!

Глава 4

Выскочить из здания тюрьмы через три двери и четырех дежурных было делом одной минуты. А вот прийти в себя от увиденного – гораздо дольше.

А причиной тому была многолюдная толпа возле здания тюрьмы. Собравшиеся широко улыбались и просто молчали. Возле них стояли икающие стражники, беспомощно оглядываясь в нашу сторону.

Потому что у каждого из толпы было лицо бывшего императора Константина Яковлевича Ромского.

Долго рассматривать я их не стал, сразу же обратив внимание на запутанную структуру заклинания иллюзии, под которым они были. Сложно, вычурно, но я не мог не признать, что весьма и весьма оригинально. Все же местные аристократы не все поголовно идиоты и тюфяки.

Настроение мое улучшилось.

С азартом, которого я не ощущал уже давно, я погрузил пальцы в паутину чужого заклинания, чтобы моментально отдернуть их. Меня банально обожгло! И не просто огнем, а хитрой защитой. Тут с полпинка и без пол-литру не разберешься.

Толпа все продолжала улыбаться и не говорить ни слова. Атмосфера накалялась, стражники нервничали, боясь лишний раз смотреть на размноженного хоть и бывшего, но все равно императора.

– Не дрейфь, братцы, разберемся! – твердо сказал я и, встряхнув руками, снова погрузил их в чужое заклинание. – Мощно!

У меня даже мелькнуло желание лично познакомиться с тем умником, который такое смог совершить. Такие самородки на дороге не валяются. Они валяются в самом глубоком подвале под чутким присмотром декана столичного университета, среди антимагического камня, измерителей силы и десятка очень въедливых ученых.

Но все это потом, а сейчас перед моими глазами раскрывалась удивительная картина: тонкие нити уходили к каждому стоящему и надежно крепились к их головам. Оригинально.

Снова горячая волна прошлась по нервам, заставив сильнее сцепить зубы, но это не могло испортить мне настроение.

– Ух! Хорошо!

Терпел не просто так, а чтобы найти сердцевину заклинания, а там и до его хозяина недалеко будет. Мне понадобилось всего три минуты, чтобы найти его. Маг стоял в самом центре толпы. Бледный, напряженный, того и гляди удар хватит от объема силы, что он сейчас держал в своих руках.

– Надо бы ему помочь, – улыбнулся я.

И резко распылил всю паутину, перенаправив его магию в небо. В ту же секунду над головами загрохотала канонада салюта: заклинание, отрезанное от многочисленных целей, лопнуло.

Лица собравшихся стали меняться, возвращаясь к нормальному виду, но они еще не поняли этого и стояли, продолжая скалить морды.

– Бойцы! Слушать мою команду! – рявкнул я. – Вязать всех, допросить!

– Господин архимаг, а где ж мы их разместим⁈ – робко спросил ближайший стражник.

– А вы прямо здесь начинайте, – пожал я плечами. – Только вот этого не трогайте.

Я взмахнул рукой, связал едва стоящего на ногах мага воздушной плетью и дернул на себя. Тот упал передо мной на колени и жалобно заглянул в глаза.

– Я не виноват, – проблеял он, – меня заставили.

– Все вы так говорите, как поймают, а потом…

Не став договаривать, подвесил в воздухе и через окно отправил на этаж к начальнику тюрьмы, подарочек для Ивана Андреевича будет. Раздался грохот, отборная ругань и голова вышеупомянутого начальника.

– Алексей Николаевич! Есть же двери! – крикнул он, едва сдерживая улыбку. – Так, никаких стекол на вас не напасешься.

Оставив его выяснять, как и кто надоумил задержанного так подшутить, я вышел на улицу и на мгновение задумался: сейчас в карету прыгнуть или коронацию посмотреть?

Решил, что второе. К тому же если они мне толпу двойников к тюрьме прислали, то что могут выкинуть на коронации? Я не опасался за Виктора Ивановича, скорее любопытно было. За свою жизнь я повидал столько, что никому рассказывать не стоит, а тут как ни ситуация, то все в новинку.

Но до официальной церемонии еще осталось несколько часов. Нужно будет перед началом проверить зал, да обновить заклинания. И тут я вспомнил про страничку, которую я выдрал из книги про самого себя. Страсть как захотелось скрасить время ожидания за чтением. Говорят, это очень полезно.

Свернув в ближайший книжный магазин, я выложил перед продавщицей лист и вежливо попросил мне принести экземпляр нужного мне издания. Просить пришлось два раза, потому что девушка была настолько рада меня видеть, что со стоном сползла под прилавок, истерично верещать, что денег у нее нет и в ближайшее время не ожидается.

– Что, совсем покупателей нет? – заинтересованно спросил я. – Так, я хочу стать одним из них. Плачу серебром, только книжку найдите.

Судя по звукам, продавщица начала рыть тоннель, чтобы выбраться из магазина. Ногтями.

Я вздохнул и отправился искать сам, благо алфавитный указатель никто не отменял, а читать я научился еще в три года. Да и потом, не хотелось мешать продавщице ковырять каменные плитки.

Нужную книгу нашел быстро. Единственный экземпляр сиротливо ютился на самом краю верхней полки, зажатый между философским трактатом и любовным романом. Не самое интригующее место, конечно.

Вместе с книгой вернулся к кассе, глянул за прилавок, где между плитками торчала пилочка. А вот самой продавщицы не было. Неужели действительно успела вырыть тоннель?

Аккуратно выложив необходимую сумму, я решил засесть в ближайшем трактире и ознакомиться с текстом. Начало я прочитал, еще когда стоял у стеллажа, и оно мне уже не понравилось.

Неизвестный мне автор уж больно подробно описывал первые годы моей службы, почти не упуская подробностей. О которых знать никому не полагалось, кроме очень узкого круга людей.

Меня обуяло стойкое желание взглянуть каждому из них в глаза, а потом долго и с удовольствием допрашивать. Но для начала необходимо прочитать и остальной текст. Чуйка упорно подсказывала мне, что тут дело гораздо интереснее, чем кажется на первый взгляд.

Или к автору заглянуть? Даже не знаю, что выбрать, все варианты такие уж слишком вкусные.

Впрочем, мучился я недолго и уже через десять минут заходил в новёхонькую ресторацию. Гордое название «Выбор императора» мне приглянулось еще месяц назад, да все времени зайти не было.

Вышколенный персонал хоть и побледнел, но дело свое знал. Жаркое из птицы, горячая картошка и закуски появились на моем столе буквально через десять минут. Чуть ранее мне уже принесли графин с квасом. В общем, сделали все, чтобы я был доволен.

Я же почти не замечал этого, погрузившись в увлекательный пересказ моей собственной жизни. Причем действительно, крайне занимательно получилось, я пару раз даже вилкой мимо тарелки промахнулся. Неизвестный мне Артур Сербский словно постоянно был рядом во время всех событий.

Нет, это точно не мог ему никто рассказать. Такую информацию, да в таких подробностях видел только император и начальник тайной службы. Единственное, что до сих пор держало меня в ресторации, так это авторские приписки в конце каждой истории: «Не подтверждено. Миф.»

Но с Сербским я все равно захотел познакомиться.

* * *

Через сорок минут я знал про автора все: и настоящее имя, и адрес, и даты жизни. Сербским, точнее Фоминым Николаем, оказался дворцовый писарь. Маленький, незаметный человек, через которого проходили все сведения начиная от закупки белья императору, до приказов к началу войны.

Каждого кандидата в писари я проверял лично, накладывал печати верности. И в Фомине был абсолютно уверен. Так как же получилось, что это просочилось наружу? Да хрен с этим, как книгу-то издали? Куда смотрела типография⁈

Я перелистывал страницы, теряясь в догадках, но доев роскошный обед, поднялся и решил лично спросить у главного редактора, как все это получилось. Не люблю чего-то не знать, а больше – не понимать.

Частная типография «Белянский и Ко» располагалась в том районе столицы, куда просто так заглядывать прилично одетый аристократ не стал бы, справедливо опасаясь за свою жизнь. Давно хотел привести тут все в порядок, да как-то руки не доходили. То нападение на императора, то внешняя разведка какую-нибудь хрень найдет, то титулованного дворянина в постели у чужой жены без штанов поймают. Дела деликатные, требующие ювелирной работы и прорву времени.

Низкорослые здания, гнилые заборы, грязь и ощущение тоски на языке – вот что меня встретило в районе с поэтическим названием Яблоневый. Мои зачарованные ботинки с легкостью отталкивали нечистоты, и я спокойно дошел до нужного здания. На вид оно было построено, еще когда я мальчуганом с деревянной лошадкой по усадьбе родителей скакал.

Взгляд цеплялся за облупленную краску, покосившееся крыльцо и выбитые стекла. Сквозь них ярко горел свет, несмотря на поднявшееся солнце. До ушей долетел звук работающих станков, разговоры работников и ругань какого-то деда. Пахло свежей типографской краской, скошенной травой и почему-то горелым.

Хлипкая дверь развалилась от одного прикосновения, и я вошел в здание. На меня никто не обращал внимания, занятые своим делом. Правильно ведь чай сам себя не попьет. А именно этим сейчас и занимались разношерстные сотрудники.

– Кто здесь главный? – громко спросил я, обращаясь ко всем сразу.

– Да, вон он, на втором этаже, – сидящий вполоборота мужчина в застиранной робе, махнул на лестницу. – Все ждем, когда он от своего крика лопнет.

– Спасибо. Попробую это устроить, – ответил я.

Плюшка, которую работяга держал в руке, замерла на полпути ко рту. Мужчина быстро обернулся и выпучил на меня глаза. Я уже подумал, что он в обморок хлопнется, но нет, застыл статуей. Только выпечка мелко подрагивала в пальцах.

– Вы сидите, сидите, не отвлекайтесь, – кивнул я ему, обходя небольшой столик, за которым он сидел с коллегами.

Те сразу поняли, кто к ним пришел и сейчас пытались слиться со стеной, и у них это даже получилось.

Спокойно поднявшись по лестнице и ориентируясь на вопли, к слову, не сильно витиеватых, я остановился за спиной главного этой шарашкиной конторы. Ничем не примечательный лысоватый мужчина с кудрями на затылке, в плохо сидящем костюме и ростом с полтора метра.

– Это вы тут главный? – спросил я.

– А кто спрашивает⁈ – не снижая голоса, главред развернулся на каблуках.

Его взгляд уперся мне в грудь и медленно пополз вверх. И чем выше он поднимался, тем зеленее становилось его и без того зеленое лицо, постоянно сидящего в кабинете человека.

– Вам бы чаще на свежем воздухе бывать, – заметил я. – Где мы можем поговорить?

– Э-э-э…

– Да, все верно, меня зовут Алексей Николаевич Соколов, и мне очень интересно, кто пропустил в печать вот это произведение, – я вытащил из кармана томик мифа и легенд.

– Э-э-э?..

– Можете называть господин архимаг, это дозволяется. Так где ваш кабинет?

– Э-э-э!

– Еще одно «э-э-э», и я испепелю вас, вместе со всей типографией.

Главред икнул, оттянул пальцем ворот тугой рубашки, снова икнул и указал вправо.

– Там, – проблеял он.

Кабинет произвел на меня неизгладимое впечатление: стопки книг почти до потолка, пачки бумаги, сложенные пирамидой, и банки с краской, занимавшие всю стену.

– Мне повторить вопрос или вы его помните? – спросил я, смахивая пыль с кресла для посетителей.

– Помню.

Я внимательно смотрел на главу типографии, ожидая его ответа. Тот не торопился, кося левым глазом в сторону окна.

– Прыгать не советую, второй этаж, ноги сломаете, а отвечать все равно придется. Давайте, выкладывайте все, как на духу. Я пришел за информацией, убивать вас я не собираюсь. Пока.

– Можно ваш экземпляр? – упавшим голосом попросил он.

Книга легла на стол и с щелчком полетела в руки главреду. Тот опасливо взял ее, раскрыл на последней странице и начал изучать, беззвучно шевеля губами. Наконец, он еле слышно выдохнул и поднял на меня глаза.

– Это напечатали три года назад, вот дата. Ответственный за тираж Фомин Олег Николаевич. Пришел и почти сразу уволился. За все время только это и напечатал.

– Именно, Олег Николаевич? Не Николай Петрович?

– Да, именно Олег.

Интересное дело получается, сын писаря издал то, что не должен был знать. Тут два варианта: либо отец ему записи свои оставил, добытые незаконным путем, либо просто рассказывал, как сказки на ночь. Я склонялся к первому варианту, уж слишком подробно все было описано.

– И как я могу найти этого Олега Николаевича?

– Сейчас адрес найду.

Как только глава типографии понял, что я пришел не по его душу, сразу повеселел и принялся искать нужные мне сведения. Через минут десять на свет была извлечена амбарная книга.

Получив информацию, я бросил взгляд на часы и понял, что мне уже давно пора быть в зале для коронации.

Поблагодарив мужчину, имя которого я так и не узнал, я быстрым шагом вышел на улицу. Поймать приличный экипаж в этом районе было невозможно, так что пришлось воспользоваться магией и долететь до дворца на воздушной подушке. За одно и смахнул в грязь двух молодчиков, которые срисовали меня при входе в район и следили до самой типографии.

Надо дать поручение Глебову, чтобы почистил тут улицы от всякой швали.

На главную площадь, впрочем, залетать не стал, а то местные гвардейцы штаны намочат, когда увидят в небе известного на всю империю мага. Поэтому приземлился на самом краю дворцового парка. Оттуда до зала рукой подать.

Дворяне уже начали собираться, выпячивая друг перед другом свои наряды. Больше всего старались дамы. У меня от блеска украшений аж в глазах зарябило.

Пройдя мимо, я свернул к начальнику стражи, получив заверения, что никто не пытался проникнуть на территорию дворца без приглашения. Я не удивился этому, ведь на письмах стоял мой личный штамп. О том, что я в городе знали почти все.

Кивнув ему, я прошел дальше, оказавшись у дверей главного зала. Заклинания все были на своих местах, ни одна нить не дрогнула, ни один узел не деформировался, а значит, никто не пытался на них воздействовать.

Без труда распахнув трехметровые створки, я огляделся. Красные ковровые дорожки, десяток рядов дорогих кресел, отделенных от прохода зачарованной лентой, помост с троном и россыпь светильников. Вокруг каждого предмета мебели я видел легкое колыхание заклинаний: охранных, чистящих и сигнальных. Часть ставил я, часть – придворные умельцы.

Вдоль стен стояло четыре дюжины стражников в парадной форме. Увидев меня, они все вытянулись и подобрали животы. Каждого из этих парней я утверждал лично и был в них уверен.

– Тимофей Михайлович, где старший маг? – спросил я ближайшего бойца.

– В малом кабинете с распорядителем и его императорским величеством.