Текст книги "Последний аккорд (СИ)"

Автор книги: Blitz-22

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 81 страниц)

– Но?

– Как она?

– То есть отчасти ты рад, что я всюду сую свой длинный нос? – уточнил Голд.

– Может быть, немного… Ну?! Ты скажешь мне или нет?!

– Нет.

– Серьёзно?! – Ал снова разозлился.

– Она нормально. Хорошо о тебе отзывалась.

– Правда? – глупо улыбнулся он. – Почему же она тогда меня избегает?

– У неё возникли некоторые жизненные трудности… – уклончиво ответил Голд.

– Которые нельзя было решить в Бостоне?

– Она так считала.

– Чувствуется, вы многое успели обсудить, – почти ревниво проворчал Ал.

– Не сказал бы. Просто у нас нашлась общая тема.

– Я могу ей помочь?

– Так она не совсем в прошлом? Да, наверное, можешь.

– Как?

– Мне кажется, что тебе стоит её навестить и спросить лично. Вот… – он протянул сыну бумажку с адресами, которую составила для него Ив. – Тут все адреса, по которым её можно найти.

– Ясно… – Альберт пробежал записи глазами. – Считаешь, что мне стоит?

– Это изменит всю твою жизнь, – Голд изо всех сил старался сохранить серьёзное выражение лица.

– Что-то ты не договариваешь… Ладно. Ты сейчас в Нью-Йорк?

– Да.

– На самолёте или на поезде? Я могу проводить.

– Не нужно. Арендую машину. Хочу прокатиться.

И он правда хотел. Расставшись с Альбертом, Голд отправился в автопрокат и попросил самую быструю машину, которую они могли предложить.

– Насколько быструю, сэр?

– Мне нужно, чтобы она ехала быстрее, чем я думаю.

Вот и весь его ответ. Он чётко осознал для самого себя, что несмотря на все самоубеждения и просьбы родных, он должен ехать совсем не в Нью-Йорк, а севернее, в штат Мэн, в Сторибрук. Быстрая машина должна была помешать ему передумать, и ему предоставили самую быструю. Одну из последних моделей теслы.

– Откуда у вас средства на такое? – удивился он.

– Её продали за долги, – ответил служащий.

– Долги – основа отношений! – усмехнулся Голд. – Все должны платить долги…

Автомобиль не поехал – полетел по трассе. Голд никогда не ездил на такой скорости, и ему даже нравилось. Скорость мешала мыслям, но одной всё же место нашлось: нельзя было уезжать без предупреждения, а потому он позвонил Ив. Он не мог позвонить Белль или Коль, потому что они бы его остановили, а Ив, скорее, подтолкнула бы к этому. Ив догадывалась, что ему что-то известно, несколько раз во время их непродолжительных бесед хотела заговорить об этом, и теперь пришло время ответить на её так и не заданный вопрос. Голд сообщил ей немногое, взял с неё слово, что она попрощается за него с его семьей и получил необходимое напутствие, словно дополнительное поручение. После этого Румпель разорвал все связи с миром и отдался своему непродолжительному путешествию, включил радио, выставил максимальную громкость и уставился на дорогу, не видел ничего, кроме неё. Играла старая музыка, не подходящая внешнему антуражу: целый час Бобби Бэра. Голд подумал, что ему нашлось бы, о чём потолковать с Бобби. Когда заиграла «Find Out What’s Happening», он даже начал подпевать на припеве.

– Вот уж точно… Выясни, что происходит, Румпель. Выясни, что происходит со всей твоей жизнью, прежде чем уйдёшь…

Конечно, это было довольно сильное искажение первоначального смысла, но разве Бобби, будь он жив, стал бы обижаться? Совсем напротив…

Веселью наступил конец, когда машина на полной скорости пересекла черту зачарованного города и вышла из-под контроля. Не разбился Голд только потому что, как и все электронные приборы, она перестала работать. Хорошо, что подобное учли инженеры, и он смог из неё выбраться.

– Ну, вот я и дома… – мрачно сказал Голд, выйдя на середину дороги.

Ему, по крайней мере, так казалось. Разглядеть что-либо было просто невозможно: даже лунный свет едва пробивался через чёрный туман, обволакивающий город. А какой стоял холод! Румпель моментально промёрз насквозь, порылся в машине в поисках фонарика: ни один из двух не включился. Зато нашлись спички, и свет одной из них помог ему немного сориентироваться. Он мог бы использовать магию, чувствовал, как она заискрилась в его крови, но не хотел этого делать, не зная новых порядков. Поправив шляпу и высоко подняв воротник, Голд пошёл по краю знакомой дороги, прислушиваясь к каждому шороху. Скоро он споткнулся обо что-то мягкое и зажёг вторую спичку, чтобы посмотреть. Его взгляду предстала полуразложившаяся тушка вороны. И потом чем дальше он продвигался, тем больше мёртвых птиц было разбросано по дороге. Он не знал, как долго шёл и где находился. У него были догадки, и он надеялся, что верные, и если ничего не случится, то вскоре он должен был выйти к нескольким лесным домикам: первым жилым строениям с этого края города. Разумеется, его планам не суждено было воплотиться в жизнь.

Звенящую, чёрную тишину разрезал жуткий вой, от которого кровь стыла в жилах. Голд замер на месте и весь обратился в слух. К ужасу своему он понял, что кто-то бежал к нему в темноте, и он не хотел выяснять кто. В надежде на укрытие Голд бросился в лес. Теперь под ноги попадались не только мёртвые птицы, но и животные. О какое-то особенно крупное он споткнулся, упал и пролетел пару метров вперёд. Машинально он отполз к дереву и затаился. Бежавший за ним зверь пролетел мимо, глухо рыча. Переведя дух, Голд бросился бежать в другом направлении, в надежде на спасение, и некоторое время успешно поддерживал в себе эту иллюзию, пока снова не услышал шаги зверя за спиной. Ноги заплетались, левое плечо жгло, и он сообразил, что поцарапался то ли когда падал, то ли когда бежал. Если до этого у него и были какие-то небольшие шансы, то сейчас вероятность уцелеть из-за запаха крови сократилась вдвое. Но и это можно было использовать. Растравив рану, Голд оставил ложный след, запутал зверя среди деревьев, воспользовался замешательством противника и побежал так быстро, как только мог, поражаясь собственному проворству. А потом снова замер. Вдалеке послышалось ржание лошадей, потом ближе, и вот зверь уже забыл о своей неуловимой жертве и миновал Голда, который облегчённо вздохнул полной грудью и пустился на поиски тропы. Облегчение длилось недолго, потому что зверь решил, что Голд всё же интереснее, чем лошади, или на их след оказалось напасть труднее. Так или иначе он вернулся за своей добычей, и Румпель понял, что без магии ему не справиться. Пробежав несколько метров, он резко развернулся, создал файербол и кинул в зверя. Файербол не поразил цели, улетел далеко и погас, однако Голду удалось рассмотреть противника: густая светло-серая шерсть, вытянутая морда и яркие зелёные глаза. Оборотень. Наверное, один из одержимых, про которых говорила Реджина. Огонь ненадолго отпугнул волка, и позже стало ясно, что только разозлил, но убедившийся в стабильности своей магии Румпельштильцхен чувствовал себя намного увереннее и готов был ответить.

Однако его напрягло другое. Он ощущал, что помимо волка поблизости появился ещё кто-то. Через минуты две прогремел одинокий выстрел, за которым последовал жалобный скулёж раненого оборотня, а затем стрелок сам бросился по следу Голда. Тот же не знал, на чьей стороне его преследователь, и побежал прочь, потом снова резко развернулся, подождал, когда тот подойдёт ближе, и приготовился напасть на него со вторым файерболом. Перед ним возникла высокая фигура в чёрном плаще и широкополой шляпе. Чёрные перчатки, чёрная маска, прикрывающая нижнюю часть лица. Но глаза стрелка были такими знакомыми, что Голд так и застыл со своим файерболом, пытаясь вспомнить, кому они принадлежат.

– Стойте! Не надо! – стрелок сдёрнул маску с лица. – Не убивайте, мистер Голд!

– Роланд?!

– Да! Не убивайте! Я это я!

Это был Роланд, обросший, слегка обезумевший, но целый и невредимый. С файерболом, искрящимся на кончиках его пальцев, Голд приблизился к зятю, дотронулся свободной рукой до его плеча, потом прикоснулся к лицу, убеждаясь, что тот настоящий, и только тогда убрал своё обжигающее оружие.

– Вроде ты.

– Зачем вы приехали? – спросил Роланд, нагнулся и подобрал что-то с земли.

Вскоре в его руках тусклым светом загорелась маленькая лампа.

– За тобой! – упрекнул Голд.

– Вы – молодец. Теперь вы застряли здесь вместе со мной!

– Как ты меня нашёл?

– Я же следопыт! – усмехнулся Роланд и поманил тестя за собой. – К тому же Зелена дала точные указания, где искать. Она думала, что это Реджина.

– Почему она так думала?

Роланд Гуд ушёл от ответа, а потом буквально ушёл.

– Куда ты идёшь?

И снова нет ответа.

– Роланд! – раздосадовано рыкнул Румпель, с трудом поспевая за парнем. – Куда ты?!

– Тише вы! – шикнул Роланд. – Мы пойдём к лошадям, но сначала я должен найти оборотня.

– Зачем искать оборотня?

– Чтобы узнать, можно ли спасти.

Больше Румпель ничего не спрашивал и просто следовал за Роландом. Вместо оборотня они нашли светловолосую полуголую девушку с пулевым ранением в правом боку. Роланд сразу же бросился к ней, сдёрнул с себя плащ и завернул её в него.

– Рана нестрашная. Можно спасти, – он передал Голду лампу. – Посветите!

– Зачем?

– Мы забираем её с собой.

– Зачем? – повторился Голд.

Роланд коротко засмеялся, будто услышал что-то очень забавное, забросил девушку себе на плечо, придерживал одной рукой, а в другую взял лампу. И в таком составе они пошли сквозь лес к месту, где Роланд оставил свою лошадь.

– Больше никого нет? – Голд намекал на других одержимых.

– Есть, но остальные их увели.

– Остальные?

– Одного меня бы не выпустили. Вы ранены? Я заметил кровь.

– Нет, – нетерпеливо замотал головой Голд, которого неопределённость раздражала больше, чем что-либо ещё. – Поцарапался. Пустяки. Что здесь происходит?

– Это вопрос без ответа, – пожал плечами Роланд. – Никто точно не знает.

– Как можно было за столько месяцев ничего не узнать?!

– Ну, кое-что они, конечно, узнали. И однажды Зелена даже сразилась с одним…

– Чародеем?

– Кем-то вроде… Их двое, и на людей они похожи очень приблизительно.

– Кем-то вроде… – недовольно пробурчал Голд.

– Почти пришли.

У Роланда было две лошади. Обе стояли, привязанные к дереву, и тревожно прядали ушами.

– Не поможете мне? – попросил Роланд, кивая на девушку.

– Хорошо…

Вместе они кое-как усадили девушку на лошадь и связали её ради собственной безопасности. Роланд сел позади неё, а Румпель забрался на вторую лошадь. Вместе они неспешно поехали сквозь лес, пригнув головы, пока наконец не выехали на дорогу. Тут они немного ускорились. Голд давно не ездил в седле, и ему было немного не по себе, почему он слегка тормозил лошадь, одёргивал.

– Сейчас держитесь крепче и не дёргайте лошадь, – предупредил Роланд. – Они приученные.

– Приученные к чему?

Вскоре он узнал к чему: впереди была пропасть, и лошади неслись прямо в неё. Лошадь Роланда прыгнула первой. Когда настала его очередь, Голд зажмурился, ожидая удара, но удара не было. Пропасть оказалась порталом, и они переместились в короткий подземный туннель, который уткнулся в большой пустой и очень тёплый зал. Там они оставили лошадей, забрали девушку, и незнакомый паренёк поднял их на механическом лифте наверх, где их встретило ещё четверо. Двоих Голд не знал, а в двух других признал Стивена и Хьюберта, братьев Ив. Хьюберт велел двум незнакомцам приготовить место для раненой и забрал девушку у Роланда.

– Она – оборотень, – предупредил Роланд. – Осторожнее.

Хью очень серьёзно кивнул и ушёл с девушкой на руках. Голд огляделся и сообразил, что они оказались в больнице Сторибрука.

– Ты первый, – Стивен похлопал Роланда по плечу и приветственно кивнул Голду. – Здравствуйте, мистер Голд. Мы думали, что это Реджина.

Стивен ушёл, а Голд вновь потребовал у зятя ответа.

– Почему вы ждали Реджину?!

– Потому что Генри здесь, – наконец ответил Роланд. – Вчера приехал. Коль послала его сюда.

– Она ничего не сказала мне… – нахмурился Голд.

– Как вы ничего не сказали ей? – добродушно поддел Роланд.

– И мне очень стыдно, – повинился он в ответ. – Я рад, что ты жив. И придумаю, как вытащить тебя отсюда.

Роланд улыбнулся и внезапно крепко обнял Голда, как никогда не обнимал. Если подумать, то он вообще его никогда не обнимал.

– О… Ты это… – Голд растерянно обнял его в ответ. – Да я… Ладно…

Он успокоился и ощутил довольно сильную радость. Он не ожидал от себя этого, потому что несмотря на все свои прежние слова, не верил, что и правда любит этого парня как родного.

========== Добро пожаловать в Сторибрук! ==========

Городскую больницу Сторибрука Голд узнавал с трудом. Всё оборудование за ненадобностью убрали, расчистили место под огромное количество раненых. Коридор, по которому он озираясь следовал за Роландом, освещали тусклые керосиновые лампы. В палатах света было ещё меньше, а вся имеющаяся энергия использовалась в операционной. Туда мимо них провезли на каталке девушку-оборотня, которую подстрелил Роланд. Голд бросил быстрый взгляд через приоткрывшиеся двери и ощутил тошнотворный запах крови, которая покрывала часть пола и одежду Виктора Вэйла, расстроенно склонившегося над мертвым пациентом. Впрочем при виде новой задачи доктор стряхнул с себя усталость и стал готовиться к операции.

– Тяжёлый день выдался. Хендерсон всё-таки не выдержал, – тяжко вздохнул Роланд. – У него сердце было слабое.

– Расскажи мне, что происходит, – попросил Голд.

– Идите за мной. Кое-что вам нужно увидеть в первую очередь.

Они дошли до конца коридора, по лестнице спустились в психиатрическое отделение и отправились прямо в изолятор. Голд невольно скривился: за все эти годы он так и не смог справиться с неприязнью к этому месту. Когда же они зашли в белый узкий коридор со множеством тяжёлых непробиваемых дверей, он скривился ещё сильнее от ужасных запахов крови и испражнений, исходящих от некоторых палат.

– Полностью забит.

– Одержимыми?

– Да, – печально подтвердил Роланд. – У каждого что-то своё. В первой сидит Эд Гаррис. Он ест самого себя, если ему не мешать.

– Ест?

– Ага. Но я вам другое покажу.

Голд настороженно прошёл за Роландом почти до самого конца к палате № 19 и без особого энтузиазма отнёсся к намерению зятя открыть её. За дверью оказался Нил Нолан. Голд заметил, что окошко в его палате было замазано толстым слоем чёрной краски.

– Он теперь не выносит света, но его несложно уговорить потерпеть, – сказал Роланд. – Он один из немногих, к кому можно поворачиваться спиной. Очень спокойный и послушный. Позволяет ухаживать за собой. Легче, наверное, только с Лероем.

Нил не выказывал никаких признаков агрессии, только отполз подальше от посетителей и света и смотрел перед собой остекленевшими глазами. Он был ухоженный, подстриженный, причёсанный, умытый и аккуратно выбритый, одетый в чистую больничную пижаму.

– Разве Лерой не убил человека?

– Убил, – кивнул Роланд. – А после такого не повторялось. Мне сказали, что когда это произошло с Нилом, он тоже кинулся на человека, своего товарища, когда они тушили вспыхнувший лес. Непонятно до конца, почему и как это происходит. Зелена считает, что они собирают определённую последовательность событий и потому бьют по определённым людям в определённое время. Между нами, это самое логичное предположение из всех. Вы не будете против, если я?..

– Конечно-конечно, – согласился Голд и позволил ему зайти в палату.

Роланд дотронулся до плеча Нила и что-то тихо зашептал ему на ухо. Нил же почти не реагировал, только слегка дёрнул губами в самом конце, будто пытался улыбнуться. После Голд и Роланд оставили его, покинули это во всех отношениях жуткое место и принялись неспешно подниматься обратно на второй этаж.

– Много таких? – спросил Румпель на полпути.

– Где-то тридцать четыре человека, – последовал ответ. – Двадцать здесь. Лерой и Хендерсон содержатся в участке, в новом тюремном блоке. Ну, теперь только Лерой. Ещё один оборотень в ветлечебнице, и один человек – в мэрии под присмотром самой Зелены. Остальных родственники предпочли держать дома. Должен сказать, что это не самая хорошая идея, потому что тогда они, бывает, убегают и совершают ужасные вещи – от разрушений и поджогов до убийств. Недавно как раз один сбежал. Полагаю, остальные задерживаются, потому что его ловят. Кстати, где вы будете жить?

– В своём доме, наверное. А что? Мне могут запретить?

– Не думаю, – улыбнулся Роланд. – Но могут назначит сопровождающего. Особенно сегодня. Я бы сам с удовольствием, но сегодня моя очередь дежурить в больнице и приглядывать за Нилом. Вы можете тоже остаться тут, конечно.

– Уволь, будь добр.

– Да, местечко не из приятных. Однако, многие именно здесь ищут защиту.

– Из-за столпотворения защитников? – язвительно осведомился Румпель.

– Можно и так сказать.

– А почему ты присматриваешь за Нилом? У него недостаточно… родственников?

– Они в основном заняты, – неодобрительно фыркнул Роланд. – Дэвид не может на него такого смотреть, Ева и Абигейл и так с ног сбиваются, Лео его боится, Эмма помогает через раз, и остаются только Мэри-Маргарет, Робин и Зелена. Я настоял на своей помощи, чтобы Робин могла отдохнуть и уделить внимание детям.

Голд хотел ввернуть, что ему не мешало бы подумать о своём ребёнке, прежде чем лететь в этот ад сломя голову, но промолчал: для этого сейчас было не время и не место. Да и его раздражение почти сошло на нет, до тех пор, пока он не вернулся на второй этаж и не услышал знакомый извечно насмешливый голос Зелены Миллс.

Она кого-то громко отчитывала в ординаторской. Этим кем-то оказалась Александра Герман, ныне миссис Александра Форкс, в бешенстве вылетевшая из ординаторской.

– Это самая глупая причина для отстранения! – крикнула девушка. – Просто вам, мэр, не хватает мужества назвать настоящую! Я хорошо справлялась с работой!

– Если ты думаешь, что этого недостаточно, то сильно ошибаешься! – прикрикнула на неё Зелена. – И для тебя всегда найдётся другая работа! Без риска!

Алекс рассерженно фыркнула и ушла прочь, не взглянув на Роланда и Голда – невольных свидетелей этой ссоры.

– Алекс! Вернись! – продолжала Зелена. – Ушла…

Чтобы убедиться в этом, она высунулась из ординаторской и наконец увидела Голда.

– Ты!

– Я.

– Я думала, что это Реджина.

– А это по-прежнему я, – мрачно улыбнулся Голд. – Думаю, нам нужно поговорить.

– Да, – кивнула Зелена. – Нужно. Вопрос первый: какого чёрта ты приехал?

– Я приехал за Роландом и, возможно, что и за Генри.

– Как трогательно!

– И ты меня выпустишь! – Голд сделал шаг в её сторону. – Мне нужен просвет в той чудесной чёрной пелене, которой ты окутала весь город.

– С чего ты взял, что я могу?!

– А разве нет?! Всё просто! Я видел Эмму в Бостоне в сентябре, когда город уже был закрыт, – настаивал он. – А значит, ты можешь. И тут повсюду так и разит твоей магией, дорогуша!

Ему во что бы то ни стало нужно было увезти отсюда Роланда, который внимательно прислушивался к каждому слову тестя и понимал, что его, как и многих, просто-напросто обманывали всё это время. Зелена жестом пригласила их в ординаторскую и нетерпеливо закрыла за ними дверь.

– Такие речи не добавят спокойствия! – прошипела рыжая ведьма. – Я не могу никого выпустить, пока не найду убедительных доказательств, что это безопасно. Если я начну выпускать людей, то уйти захотят все, а это три тысячи человек! И мало ли, что они вынесут во внешний мир. Риск неоправдан. Особенно теперь! Так что ты застрял здесь, как и все мы, дорогуша!

– Меня ты выпустишь!

– А это мы увидим!

– Увидим! Я способен как помочь тебе, так и навредить. Могу решить эту маленькую проблему. Тебе выбирать. Так или иначе, но ты меня выпустишь. Меня и Роланда.

– С чего ты взял, что сможешь решить мою «маленькую проблему»?!

– А с того, что я – это я! Но ты всё время забываешь об этом!

– А ты уверен, что ты по-прежнему ты?! – рыкнула Зелена. – А, Тёмный?! Или уже совсем не Тёмный?!

– И всё равно полезнее тебя! – в тон ей ответил Голд. – Ты рушишь всё, за что берёшься!

– Ну давай! Расскажи мне, как прекрасно управилась бы на моём месте Реджина!

– Да при чём здесь Реджина?!

– Прекратите! – рявкнул на них Роланд. – Хватит! Устроили! Извините, конечно, но это ничего не даст!

Голд прислонился к стене и сердито уставился себе под ноги, а Зелена упала на стул, скрестила руки на груди и принялась сверлить его недобрым взглядом.

– Кхм… – нерешительно кашлянул Роланд. – А за что ты отстранила Алекс? Она разве что-то не так сделала?

– Да. Она умудрилась забеременеть, – ответила Зелена, не сводя с Голда глаз. – Самое глупое, что можно было сделать в такое неспокойное время. Да ещё и скрывала! Впрочем, она не единственная такая дурочка в городе.

Голд издал короткий саркастический смешок.

– Что тебе опять не нравится?! – процедила ведьма.

– Ну не надо! – взмолился Роланд. – Вам…

Он не успел закончить свою мысль, прерванный криками и грохотом, разнёсшимися по всему второму этажу. Все трое тут же выскочили из ординаторской. Роланд невольно попытался заслонить собой Голда и Зелену.

В коридор выглянули и другие потревоженные люди: медперсонал и некоторые пациенты. Впрочем, многие тут же попрятались при виде Дэвида и Лиама, которые насилу удерживали третьего человека. Мужчина явно был одним из одержимых, отбивался яростно и самозабвенно, не замечая раны, зияющей в правом боку.

– Держи его, держи! – кричал Дэвид. – Лиам, осторожно!

Лиам не удержал, и мужчина припечатал его к стенке. Дэвид бросился на бешеного сзади, пытался выкрутить ему руки, но скоро оказался на полу.

– Питер! – Алекс преградила мужчине путь. – Остановись, Питер!

Её просьба, естественно, не достигла цели. Вероятно, одержимый был тем самым Питером Форксом, её мужем. Когда-то… Сейчас же он, кажется, желал только одного: убить её. И попытался это сделать. Дэвид отреагировал быстро, встал между Питером и Алекс, пропустил удар в ухо, отшатнулся оглушённый и едва снова не упал. Лиам, пытавшийся помочь ему, получил по носу и снова полетел в стену, да так сильно ударился, что Голд вздрогнул. Роланд поспешил на помощь к Алекс, сгреб её в охапку и заслонил собой, а Стивен Розенблум, страж лифта, подбежал с другой стороны и набросился на Питера едва ли не с большей яростью, навалился всем своим весом, прижал к полу и начал бить его кулаками.

– Стивен, прекрати! – взвизгнула Алекс. – Роланд…

Роланд оттащил Стивена, а Дэвид наконец скрутил Питера и надел на него наручники. Лиам осел на пол, прислонившись к стене и прикрывая руками ушибленную голову.

Стивен оттолкнул от себя Роланда, огляделся вокруг и задержал взгляд на Алекс. Все глядели на него и молчали. Алекс испуганно смотрела то на мужа, то на Стивен, а потом развернулась, рванула прочь, выскочила из коридора и побежала вверх по лестнице, едва не врезавшись в Голда.

– Алекс! – крикнул Стивен и побежал следом. – Подожди!

Роланд отвёл глаза в сторону и переключил внимание окружающих на Питера.

– Его надо к Вейлу и обратно в палату.

– С личной охраной! – злобно добавил Дэвид. – А сейчас – отключить.

– Просто так не позволю! – возразила Зелена. – Запас медикаментов ограничен!

– Тогда держи его сама! – прошипел шериф. – Голд?

– Да… – Голд подошёл ближе. – Бывает хуже?

– К сожалению, да, – ответил Лиам и поднялся на ноги. – Здравствуйте, мистер Голд.

– Здравствуй… – Голд провёл рукой перед лицом парня и вылечил его рану. – Береги голову.

– Спасибо, – поблагодарил Дэвид за Лиама. – Что ты тут делаешь? Мы ждали…

– Реджину.

Это начинало его бесить, и он подумал, что придушит любого, кто это скажет ещё раз. Не успел он об этом как следует подумать, как в конце коридора показался капитан Киллиан Джонс собственной персоной и замер, увидев его. Рядом с ним, так же удивлённо остановились Эмма Джонс и Руби Лукас

– Ба! Крокодил! – усмехнулся Крюк. – А мы думали…

– Да-да! – прервала Зелена, которую всё раздражало не меньше, чем самого Голда. – Так! Отведите Питера к Вэйлу и вызовите ему замену: мне кажется, он уже едва на ногах стоит. Эмма, больше никого?

– Никого… – неопределённо сказала Эмма и устало вздохнула: – Когда же всё это уже закончится…

Дэвид и Лиам поспешили выполнить указание Зелены и задержались в операционной, споря с негодующим Вэйлом. Руби принюхалась, изменилась в лице и кинулась туда же, а за ней и все остальные, кроме Эммы и Голда.

– Я боялась, что вы придёте, – Эмма подошла к нему. – И вот вы здесь. Я не удивлена.

– Вот как? Я могу помочь.

– Или всё испортить. Я уже перестаю верить, что нам что-то поможет.

Вместе, словно старые друзья, которыми они никогда не были, Румпельштильцхен и Эмма прошли по коридору дальше ординаторской, миновали ещё пару небольших переходов и вышли в опустевший и промёрзший зал ожиданий. Голд встал посреди него и осмотрелся: пыль, сваленное в кучу медоборудование, пара дохлых мышей и труп на каталке, закрытый от посторонних куском чёрной ткани. Эмма подошла к телу, отвернула край полотна и заглянула в лицо, после чего несколько раз печально кивнула, прикрыв глаза.

– Кто это? – вежливо поинтересовался Голд.

– Доктор Одри Брайт, – ответила Эмма. – Она из внешнего мира. Она вообще не должна была тут быть.

– Мы все там, где мы должны быть.

– Сложно быть Спасительницей, когда даже не знаешь, от чего спасать.

– Но что-то известно, – возразил Румпель. – Откуда слух, что их двое?

– От Зелены, – досадливо поморщилась Эмма. – У неё было нечто вроде видения. Она говорит, что будто в другой мир переместилась и говорила с одним из них. Он предложил ей сделку.

– Сделку? Какую сделку?

– Этого она не сказала. Сказала только, что отказалась. И сразилась потом со вторым из них.

– Вы ей верите?

– Насчёт сражения – скорее да, чем нет, – задумчиво протянула Эмма Джонс. – Её тогда поранили. И эту рану, как и раны одержимых, лечить магией было невозможно.

Это многое объясняло.

– Законы магии изменились.

– Её стало больше, – тут Эмма совсем помрачнела. – Но она, как бы это сказать… мёртвая. Умирают животные, вянут растения… Кто бы они ни были, но они устроили нам травлю. И намекнули, что единственный способ избавится от них, – дать им пройти дальше. Это сказал Эд Гаррис, прежде чем…

– Роланд рассказал мне про него.

– Его наказание – тоже знак, – вздохнула Эмма. – У всех своё наказание. И все это знаки, которые мы не в силах прочитать! У вас есть соображения?

– Ни единого, – признался Румпель, – но будут. У магии всегда есть цена, Эмма. И у такой должна быть немалая. Узнаем цену – узнаем мотив. Узнаем мотив – узнаем врага. А дальше заплатим свою цену, какой бы высокой она ни была.

– Страшно подумать, что может быть хуже той, которую мы уже заплатили.

Двери в зал распахнулись, и Крюк с Дэвидом вкатили в зал вторую каталку с трупом, также накрытым чёрной тканью.

– Хендерсон умер, – с сожалением сообщил Крюк Эмме. – Мне очень жаль.

– Это было предопределено, – философски изрекла Эмма. – Я и не рассчитывала, что он выкарабкается.

Она говорила вполне искренне, но при этом лгала. Смерть её подчиненного задела её гораздо сильнее, чем она показывала. И все знали это.

– Я сообщу его семье, предложу им помощь, – Дэвид приобнял дочь за плечи. – Завтра его похороним.

– Спасибо, пап, – ответила Эмма. – Киллиан, ты не мог бы… Не хочу, чтобы Лиам сегодня снова выходил.

– Да, – коротко кивнул Крюк, подозрительно покосился на Голда, и они с Дэвидом ушли.

– Где вы остановитесь?

– В своём доме, – ответил Голд. – В своей лавке. Я в курсе убедительных просьб не передвигаться в одиночку, но в моём случае допустимо исключение.

У неё было диаметрально противоположное мнение на этот счет, которое она решила оставить при себе. Его она всё равно ни переубедить, ни проконтролировать не смогла бы и предпочла не тратить на это остаток своих сил. Голд ей даже немного сочувствовал, но совсем немного.

– Ясно… Что же! Добро пожаловать в Сторибрук, мистер Голд! – невесело усмехнулась Эмма, разворачиваясь, чтобы уйти. – Наслаждайтесь!

Да уж… Здесь было чем наслаждаться. В конце концов, что может быть лучше старого доброго ощущения, что смерть наступает на пятки и готовит для удара в спину заточенное, припрятанное в складках чёрной ткани, лезвие.

========== Мастера древней магии ==========

Мистер Голд вернулся к операционной.

Большую часть людей Вэйл уже разогнал, и остались только Роланд и Руби. Оба выглядели обеспокоенными и виноватыми.

– Я не знал, что она дорога тебе, когда стрелял, – сказал Роланд Руби. – Мне жаль.

– Ты не виноват. Это уже не она, не моя Серена, – печально ответила Руби Лукас, а имя девушки произнесла так ласково, будто говорила о собственном ребёнке. – Я бы сама выстрелила на твоём месте. Отчасти я рада, что не столкнулась с ней лично.

– Она выкарабкается. А потом найдётся способ всё исправить.

– Это точно, – к ним вышел Вэйл. – Она жить будет. Можете сами перевезти её в отдельную палату.

Роланд и Руби кивнули и воспользовались разрешением, а Вэйл обратил внимание на Голда, скромно стоящего в стороне.

– Мистер Голд…

– Доктор Франкенштейн, – улыбнулся Голд. – Появились случаи, где магия бессильна?

– Появились, – кивнул доктор. – Сожалею, что это так. Я едва справляюсь.

Выглядел Вэйл ужасно. Серое, худое, уставшее лицо, утратившее способность демонстрировать что-то, кроме печали и отвращения. Старые сухие белые руки, нетерпеливо срывающие облачение хирурга. На белую рубашку под зелёным одеянием всё равно попала кровь. На этих маленьких тёмно-багровых пятнах Голд почему-то задержал свой взгляд.

– Я устал, мистер Голд, – вдруг цинично признался Виктор. – Каждый день надеюсь, что помру следующим. Застрелился бы, если б жены и сына не было. Зря вы приехали.

– Быть может, нет, – возразил Румпель. – Быть может…

– Может, – согласился Вэйл и слабо улыбнулся. – Всё равно. Одним больше, одним меньше… Главное, не давайте волю эмоциям. Только разум.

Вэйл прошёл мимо и скрылся в ординаторской. Голд дождался Роланда и убедился ещё раз, что тот не уйдёт вместе с ним сегодня вечером. Роланд проводил его на первый этаж и передал в надёжные руки сопровождающего, которого любезно назначила Эмма.

– Вас устроит моё общество? – весело поинтересовался Филипп Розенблум.

– Более чем, – кивнул Голд. – Вы – один из немногих, кто меня не раздражает.

– Приму как комплимент.

Сэр Филипп был одет так же, как и Роланд: чёрные брюки из плотной ткани, длинный чёрный плащ поверх некоего подобия охотничьей куртки, прочные кожаные ремни, к которым крепилось оружие, чёрная широкополая шляпа и маска, закрывающая нижнюю часть лица. Голд спросил его об этом.

– Так только мои люди одеваются, – ответил Филипп. – Очень практично. Всё под рукой, и всем можно защититься.

– И Роланд…

– Мой человек в некотором смысле, – улыбнулся рыцарь. – Знаете, я иногда боюсь выходить и с пятью товарищами, но с одним Роландом, прикрывающим спину, мне и в ад сунуться не страшно. Но как бы это ни было неудобно для меня и остальных, я хочу, чтобы вы его забрали. Вы ведь за этим?