Текст книги "Последний аккорд (СИ)"

Автор книги: Blitz-22

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 81 страниц)

Румпель лёг вплотную к жене и смотрел на неё, а она – в потолок.

– От тебя пахнет огнём и землёй, – сказала Белль, не поворачивая головы.

– Смертью и жизнью.

– Обойдёмся без громких слов, – усмехнулась она. – Что ты сделал? У тебя глаза светились… магией.

– Ничего, – улыбнулся Голд и заставил её на него посмотреть. – Можешь верить, а можешь – нет.

Белль опять поцеловала его, но гораздо мягче, бережнее, погладила по голове и заглянула ему в глаза. Он прикоснулся к её волосам, ласково убрал их от лица, заправил за уши.

– Мне приснился сон. И я не до конца уверен, что это сон, – тихо заговорил он. – Скорее, видение. И кое-что совпало где-то на границе между сном и явью.

– Ты сходишь с ума… – покачала головой Белль.

– Больше нет.

– Ты нашёл ответ?

– Я задал другой вопрос, – тепло улыбнулся Голд.

– Расскажи мне.

– Расскажу, – ещё один последний поцелуй. – Но позже.

– Почему? – огорчилась Белль.

– Крис проснулся, – пояснил Румпель, снова ощущая свою власть над магией особняка. – Боюсь, нам придётся прерваться.

Позже он всё рассказал жене. А ещё посвятил в это Колетт, с которой они возвратили останки кинжала в прибрежные воды. Коль поинтересовалась, не хочет ли он сохранить шарик, оставить как напоминание о прошлом. И он ответил ей отрицательно. У человека не должно быть слишком много напоминаний о прошлом, если он надеется на счастливое будущее.

========== Дуплекс ==========

Голд и Коль вернулись к дому и сразу пошли на задний дворик, где и планировалось устроить праздник.

Дворик представлял собой огороженную часть пляжа и был малопригоден для чего-либо. Строить на этом клочке было нельзя, находиться постоянно было тоже невозможно, учитывая климат южной Калифорнии. Хозяева обычно предпочитали прятаться в доме или на террасе, но сейчас там собрались почти все: Белль что-то подробно объясняла Роланду и Адаму, Келли стояла рядом, озираясь по сторонам и придерживая за ошейник вырывающегося Фалко. Коль отпустила отцовскую руку и подбежала к ним, а Голд спустил бладхаунда с поводка и постарался пройти в дом незамеченным. Белль, конечно, заметила его, но только покачала головой и улыбнулась.

Он сразу пошёл в гостиную, в которой Альберт оживлённо беседовал с Крисом, сжимая в руке стаканчик с виски.

– Напиваешься с самого утра? – заметил ему Голд.

– Если бы! Это яблочный сок, – ответил ему Ал и подмигнул Крису. – Мама приставила ко мне няньку.

– Мама попросила проследить, чтобы он не пил, – со смехом пояснил Крис, – а Коль – чтобы не приставал к девушкам.

– Ах… Были бы они тут… – театрально вздохнул Альберт. – Как Адам? Какой-то он загруженный…

– Сам спроси.

– Тогда он решит, что мне интересно.

– А разве нет? – усмехнулся Голд и подошёл к бару, чтобы плеснуть себе совсем не яблочного сока.

– Папа, нет, – остановил Крис.

– Что за дела?!

– Мама попросила…

Румпель рассмеялся и поставил бутылку на место.

– Крис, налей, пожалуйста, воды Раффу, – попросил он, и когда тот ушёл, обратился к Альберту: – Яблочный сок у тебя ещё остался?

– А как же? – улыбнулся Ал. – Двенадцать лет выдержки. Односолодовый.

– Отлично!

***

Адам всегда был «загруженным». В 2037 году он очень быстро взял себя в руки, перевёлся в Стэнфорд на инженерный факультет, на тот же, который в том же году окончила его Келли, нашёл подработку и продолжил свою совершенно самостоятельную жизнь в Калифорнии.

Когда в 2038-м он закончил Стэнфордский университет, они перебрались в Пасадену, сначала из-за кратковременной контрактной работы, а потом остались там. Род их занятий был таков, что жить они могли в любом месте на планете, если бы только пожелали.

Голд впервые приехал в Пасадену в июне 2039-го и всего на пару дней. Инициатором этой встречи был сам Адам.

– Адам! – крикнул Голд, когда увидел сына в переполненном аэропорту.

– Пап! – Адам пробился к нему через толпу и ухватился за руку. – Здравствуй.

– Здравствуй, сынок.

Они сумели выбраться наружу и сели в поджидающее их такси.

– Как ты?

– Лучше расскажи, как ты! – ответил Адам. – Смерть от гриппа?

– А… Твоя мать рассказала тебе всё?

– Если бы ты дал знать раньше, я бы приехал.

– Я не хотел, чтобы…

– У нас была возможность увидеть тебя перед смертью?

– Я не собирался взаправду умирать, так что нет причин обо мне беспокоиться, – буркнул Голд.

– Как скажешь.

– Зачем ты пригласил меня?

– Может, я просто захотел тебя увидеть? – улыбнулся Адам.

– Тогда бы ты приехал сам. Или пригласил бы меня вместе с Белль, – ответил Голд. – Не верю, что ты не хочешь её видеть.

– Ладно. Я получил новые права.

– Молодец. И что дальше?

– Хочу купить машину. В Санта-Монике, – пояснил Адам. – Не мог бы составить мне компанию?

– Хорошо… – согласился Голд. – Только завезём вещи в отель.

– Отмени бронь, – распорядился парень. – Ты остаёшься у меня.

– В очередной конуре? – поддел Голд. – А что Келли скажет?

– А Келли с подружкой сейчас в Мексике.

– Что?

– Она сказала родителям, что не изучала экономику, они довели её до нервного срыва, – невозмутимо пояснил Адам, – и теперь она днём на спор прыгает со скал в Акапулько, снимает это на видео, а вечером нажирается в хлам и звонит мне.

– Что?! – воскликнул Голд.

– Нормально! Она уже меньше пьёт и почти успокоилась! – со смехом пояснил он. – Вернётся через неделю! И квартира моя – не конура!

– Поглядим.

В Пасадене Адам и Келли арендовали большую двухэтажную квартиру, с четырьмя комнатами, и она постоянно была завалена самыми разными вещами: деталями, запчастями, спортивным снаряжением, странной мебелью, книгами, старыми компьютерами и другой техникой. Что-то найти здесь могли только сами хозяева. Это нельзя было назвать конурой, но и нормальным жильём – тоже. Однако, Адам и Келли не сильно беспокоились по этому поводу, обитая лишь в гостиной, своей спальне и кухне. Оставаясь у них, Голд обычно ночевал на диване в кабинете. Диван был не самым удобным, но он привык.

В Санта-Монику они собрались с самого утра. Голд надел костюм светлее и легче и задумчиво рассматривал галстук, когда Адам его прервал.

– Не хочешь переодеться в нечто… попроще?

– Это и есть «попроще».

– Неужели тебе в них удобно?

Голд не помнил, когда носил что-то другое.

– Мне уже неудобно в чём-то другом, – усмехнулся он. – В чём настоящая причина? Твой продавец не будет говорить с человеком в приличной одежде?

– Вроде того. Он с закидонами.

– Ему придётся потерпеть.

До Санта-Моники они добирались на общественном транспорте.

– Ты решил меня через все круги ада прогнать?! – возмутился Голд, забираясь в душный автобус после вонючего метро.

– Будь проще!

– Ага…

Выйдя из автобуса, они прошагали ещё пару кварталов пешком.

– Почему нельзя было вызвать такси? – спросил Голд. – Твой… приятель отрицает такси?

– Не ворчи! Приключения!

– Где приключения? – усмехнулся он. – Кто он вообще такой?

– Мелкий наркодилер, – ответил Адам. – И сам немного наркоман. Поэтому и боится людей в костюмах. Они либо копы, либо доктора, либо из налоговой.

– Боюсь спрашивать, откуда ты его знаешь.

– Из Беркли. Парень из Беркли. Пришли.

Они остановились перед небольшим аккуратным домом, словно сошедшим с рекламы какого-нибудь «доступного жилья вашей мечты» с сияющим белым заборчиком и зеленой лужайкой. Адам позвонил в домофон. Хозяин ответил тонким, почти девичьим голоском.

– Мэнни! Открой. Это Адам!

– Здоров, мужик, – Дверь открылась, на пороге появился высокий коренастый парень, заросший густой черной бородой. – За машиной?

– За ней самой, Мэнни.

– А это кто? – Мэнни недоверчиво покосился на Голда.

– Мой папа.

– Ну, норм. Пошли в гараж.

Мэнни отвёл их в гараж, где стоял тёмно-синий крайслер нью-йоркер 80-х годов выпуска. Адам тут же приступил к осмотру, а Голд пытался понять, зачем его сыну нужна, может, и хорошая, но старая машина, не сохранившаяся в оригинальном виде. Он готов был побиться об заклад, что даже хром на ней гораздо новее, чем на его кадиллаке. И если Адаму так нужна старая машина, то почему он не попросил его: он бы легко расстался с кадиллаком.

Под тяжёлым недоверчивым взглядом верзилы Мэнни Голд проявил больше любопытства и заглянул под капот. Двигатель был не просто не оригинальным. Он не был похож вообще ни на один из известных Голду.

– Прокатиться можно?

Голд с опаской подумал, что и ему придётся прокатиться на этом.

– А? Да-да, – ответил Мэнни, отвлекаясь от созерцания «парня в костюме». – Чёрт! Ключи забыл! Сейчас!

– Зачем тебе этот крайслер? – пристал Голд, когда Мэнни вышел.

– Это отличная машина, – ответил Адам. – Но он за неё слишком много просит.

– Это сколько?

– Двадцать штук.

– Машине где-то пятьдесят четыре года. Они дорогие, но эта того не стоит.

– Это хот-род, да.

– Вот, – Мэнни вернулся. – Принёс.

– Ага.

Голд и Адам сели впереди, а Мэнни устроился на заднем. Голд по-прежнему ожидал худшего, но крайслер работал тихо, ехал ровно и подчинялся, казалось, самой мысли. Выехав на пустую трассу, Адам позволил себе значительно прибавить скорость.

– Ты сдурел так ехать?! – крикнул Мэнни, вжимаясь в сиденье.

Кажется, он боялся не только людей в костюмах.

– Хочу убедиться, что это она, – ответил Адам. – Это ведь точно она?

– Да она, она! – ответил Мэнни. – Это машина Ллойда! Клянусь!

Адам сбросил скорость, развернулся и поехал назад.

– Ну? – буркнул Мэнни, выпрыгнув у своего дома. – Берёшь?

– Да, – улыбнулся Адам. – Но не за двадцать тысяч.

– Девятнадцать с половиной.

– Максимум шесть, – подал голос Голд.

– Сколько? Эта крошка стоит больше! – возмущённо воскликнул Мэнни. – Это классика. Причём в отличном состоянии.

– А дай объясню! Смотри, что внутри…

Голд описал каждую замененную деталь, отметил двигатель, подвеску, трансмиссию, придрался к хрому, зеркалам и необычайно мягкому пластику в салоне, которого явно не изготавливали в 80-х.

– Ладно! Ладно! Десять.

– Шесть.

– Девять.

– Шесть, – поддержал Адам.

– Восемь, – настаивал Мэнни, – или я ищу другого покупателя.

– Семь и ни цента больше, – сказал Адам.

– Ладно! – буркнул Мэнни, догадываясь, что если им не продаст, то больше никому.

– Тащи документы.

Оформив сертификат, они неспешно покатили по дороге прочь из Санта-Моники.

– Кто такой Ллойд? – поинтересовался Голд.

– Один гениальный парень. Собрал эту машину. И вообще много чего, – грустно ответил Адам. – Он умер.

– Ты его знал?

– Не так чтобы очень.

– Мне жаль.

– Всему миру должно быть жаль.

– А куда мы едем? – опомнился Голд. – Мне кажется, или Пасадена в другой стороне?

– Не кажется. Но мы едем ещё в одно место.

– Я просто в предвкушении.

– Тебе понравится. Я надеюсь.

Адам привёз его к тому самому дому на пляже, в котором они с Белль в 2041-м готовились отпраздновать свою вторую свадьбу.

– Что это?

– Это дом. Идём покажу! – Адам вышел из машины. – Мне кажется, он заинтересует тебя.

– Адам, я не хочу покупать дом, – проворчал Голд и вылез следом.

– Будь проще! – Адам подошёл к парадной двери, достал связку ключей и открыл замки. – Просто посмотри.

– Ладно… – буркнул Голд. – А откуда у тебя ключи?

– Агент по недвижимости – моя знакомая. Доверяет мне. Идём!

Он ходил за сыном из комнаты в комнату, дивился планировке, отмечал достоинства и недостатки. Дом ему нравился, но недостаточно, чтобы его купить.

– К дому прилагается часть пляжа. Строить нельзя, но он у самого океана, – рекламировал Адам. – Иди сюда. Смотри, какой вид!

– Ладно! Это неплохой дом, – неохотно признал Голд. – Но я не хочу его покупать. Он недостаточно… Он недостаточно.

– То есть тебе не нравится?

– Нравится. Но зачем он мне?

– Ну, приезжать время от времени… Мы с Коль навещали бы вас чаще, – убеждал сын. – Да и мама оценит!

– Может, и оценит. Это всё очень хорошо, но я не готов к такой покупке сейчас.

– Тебе и не нужно. Я не собирался упрашивать тебя купить этот дом.

– Тогда зачем ты привёз меня сюда? – Голд отпирался, как мог, но последние слова Адама ввели его в ступор.

– Я просто хотел узнать, нравится ли он тебе.

– Почему? Ты хочешь его купить?

– Я уже его купил, – спокойно произнёс Адам и улыбнулся. – Я купил его для тебя.

– Для меня? – изумился Голд.

– Ну, и для мамы, разумеется, тоже. Для вас, – парень немного смутился. – Но думал в первую очередь о тебе.

– Зачем?

– Это мой способ сказать «спасибо» за всё, что ты для меня сделал, – просто ответил Адам.

– Адам… Ты ничего мне не должен, – Румпель не хотел принимать подарок, не чувствовал, что может это сделать. – Это не обязательно.

– Я знаю.

– У тебя даже своего дома нет! – он негодовал, но чувствовал себя польщённым. – А ты покупаешь дом мне?

– Ну, свой я пока не нашёл! – весело усмехнулся Адам. – К тому же я правда очень надеюсь, что буду здесь частым гостем.

– Я не знаю, что сказать…

– Скажи «спасибо» и обними меня.

Голд с радостью на это согласился и долго не выпускал сына из объятий.

– Адам, а сколько ты за него заплатил? – робко поинтересовался он.

– Ты портишь момент, – тихо упрекнул Адам. – Но не беспокойся. Не на последние деньги точно.

– Извини, – Голд улыбнулся и облегчённо вздохнул.

Белль отнеслась к этому подарку так же, как и Голд.

– Зачем он это сделал? – недоумевала она. – На что он это сделал?

– Я не посвящён во все детали, – улыбнулся Румпель, – но и отказаться не смог.

– У нас теперь дома повсюду? Может, уже будем их собирать, как сувениры?

– Не преувеличивай, Белль, – улыбнулся Голд. – Ну, в этом есть и плюсы. Мы можем теперь приезжать туда и проводить больше времени с Коль и Адамом. Крису нравится Лос-Анджелес.

– Тебе нравится, – дополнила Белль. – Ну и мне, наверное, тоже. Дом в Лос-Анджелесе. Почему бы нет? Ладно. Ох, Адам…

Позже, в июле, они отвезли Криса в лагерь начинающих фотографов по его же просьбе и остались одни на три долгих недели. Тогда они и решили посетить свой новый дом, облагородить его, отремонтировать. Определились примерно с тем, как это должно выглядеть, наняли рабочих, а сами поселились в отеле неподалеку. Там они провели где-то две недели и действительно чаще виделись с Адамом и Коль, а также, разумеется, с Роландом и Келли. Они встречались за обедом или ужином, просто проводили с ними выходные. Во время одного из таких ужинов и произошла встреча, которой они тщательно избегали.

Как-то раз они договорились поужинать с Адамом и Келли в одном очень хорошем ресторане, но навстречу Адам пришёл один.

– Здравствуй, милый! – Белль расцеловала его в обе щеки и обняла. – А почему ты один?

– Потому что Винтеры заявились в Пасадену, – мрачно улыбнулся Адам. – Здравствуй, мама. Пап.

Голд только кивнул, и они расселись за большим столом.

– Потребовали, чтобы она пришла к ним? – поинтересовалась Белль.

– Вроде того. Они прибыли два часа назад и связались с ней около получаса назад, – пожал плечами Адам. – Келли передаёт свои извинения.

– Келли не за что извиняться. Их можно понять.

– Мне нравится, что ты так думаешь, но им и правда важно увидеться с ней.

– По причине? – поучаствовал Голд.

– Она перевела им свой долг за Стэнфорд, – усмехнулся Адам. – Они удивлены и немного уязвлены, что им нечем упрекнуть её.

– Неприятно, когда твои дети отгораживаются, – демократично отметила Белль.

– Они сделали для этого всё возможное. Давайте просто поужинаем и поговорим о чём-то более приятном.

Они заказали ужин и, пока ждали заказ, поговорили о ремонте дома, немного о работе Адама и о Крисе. Ещё до того, как подали еду, в ресторан вошли три новых посетителя – Келли и её родители.

– Кажется, Келли всё же решила прийти, – кашлянул Голд.

– Вот чёрт… – выругался Адам, повернулся и посмотрел на свою подругу.

Келли тоже заметила их, выпросила минутку для себя и подошла к ним.

– Всем привет! – смущённо улыбнулась девушка. – Мне очень жаль, но они выбрали единственное место, куда я наотрез отказалась ехать. Простите.

Она коротко поцеловала Адама, развернулась, чтобы уйти, но её остановил подошедший мистер Винтер.

– Келли, не представишь нас?

– Хорошо. Папа, это Адам, которого ты знаешь, – выполнила просьбу Келли. – А это его родители: Руперт и Белль Голд. Мистер и миссис Голд, это мой отец, Джеффри Винтер.

– Спасибо, Келли, – холодно улыбнулся Джеффри Винтер. – Рад нашей встречи.

– Взаимно, – соврал Голд и пожал протянутую руку.

– Приятно познакомиться, – кивнула Белль.

Мгновением позже Джерри Винтер познакомил их со своей супругой Лиз, доселе известной только по рассказам. И они все непостижимым образом оказались за одним столом.

Винтеры были состоятельными людьми и закоренелыми мещанами. У Джеффри был свой бизнес, небольшая компания по изготовлению компьютеров. Именно об этом, после обмена любезностями и ничего не значащими фактами, говорил Винтер. В ходе беседы Голд выяснил для себя один примечательный факт: у Винтера был патент на технологию, которую Голд «закрыл» много лет назад.

– Интересно, – он не мог не спросить, – а где вы приобрели права на патент?

– А это преступление?

– Отнюдь! Просто я когда-то оформлял передачу всех прав одной компании, которая такими вещами не делится.

– Что же! Дела у них идут неважно, – неопределённо ответил Винтер. – И это мне дешево досталось. Может, потому что совсем не новая идея.

– И кто сейчас директор?

– Мой хороший знакомый. Мистер Стентон.

–Почему я не удивлён, – всё же он не ожидал сегодня услышать это имя. – Он намерен ликвидировать компанию?

– Вы в этом лично заинтересованы?

– Может быть, – уклончиво ответил Голд. – И как поживает Говард?

– О, ужасно! – вдруг всплеснула руками Лиз. – Несколько месяцев назад умерла его жена. Он был безутешен.

– Стентон?

– Да?

– Говард Стентон? – недоверчиво переспросила Белль. – Безутешен?

– А что вас удивляет? Они прожили вместе почти 30 лет! – возмущённо прокудахтала Лиз. – Он был любящим и верным супругом!

– Это, конечно, ужасная трагедия, и Грейс ужасно жаль, но всё же… Говард Стентон?

– Не будем о Говарде, – Голд легонько пнул её под столом.

– Да. У нас и так достаточно тем для обсуждения, но пока мы ходим вокруг да около, – согласился Джеффри. – Думаю, у нас с вами общие проблемы.

– Проблемы? Какие проблемы?

– Я неправильно выразился.

– Тут вы правы, – Белль смотрела скептически. – Полагаю, вы имеете в виду отношения между Адамом и Келли и видите в этом проблему.

– Скорее, задаёмся вопросами, – вставила Лиза. – У меня сложилось впечатление, что они мало задумываются о своём будущем. Совместном или нет.

Адам и Келли, медленно сползающие от скуки под стол, оживились и напряглись.

– Полагаю, они слишком молоды, чтобы серьёзно задумываться о будущем, – предупредительно улыбнулся Голд.

– А вы не делаете никаких прогнозов? – пристала Лиз, плохо понимая, что она сама имеет в виду.

– А какие я могу делать прогнозы в чужой жизни? – округлил глаза Румпель. – Это только их решения. Лично я убедился в их самостоятельности уже давно.

– Вот как? У них ничего нет, – пустился в разглагольствования мистер Винтер. – У них у обоих нет стабильной работы, нет карьеры, нет планов. Они не собираются вступать в брак, не знают, где будут жить и чем собираются заниматься по жизни! А если она забеременеет?

– О, господи! – воскликнула Келли и покраснела. – Нам нужно сейчас поднимать эту тему? Серьёзно?

– Это обычная тема, – поддержала мужа Лиз. – Вполне закономерная в вашем положении!

– Каком таком нашем положении?!

– Не закатывай сцену, милая, – одёрнул дочь Джеффри и сжал губы.

– Тогда просто не поднимай эту тему, – проворчала Келли. – И, вообще, сцены можно только вам закатывать?! А я должна слушать?!

– О чём ты? Когда такое было?

– Да каждый раз! Каждый раз! Я всё делаю не так! – прорычала девушка. – Живу не так, учусь не там, увлечения у меня не те. Моя работа для вас – дерьмо. Парень у меня не тот и вообще ненадолго. А прошло уже шесть лет!

– Келли… – тихо окликнул Адам и притяну Келли ближе к себе.

– Извините её, – сказал Джеффри, обращаясь к Голдам.

– Меня?

– Ты соврала нам, Келли. Об университете, обо всём. А теперь швырнула в нас деньгами. Уж не знаю, как ты их заработала…

– Правда удивительно?!

– А потом уехала в Мексику! – негодовала Лиз. – Просто сбежала! Как всегда! И снова занялась своими этими… Этим ужасным блогом!

– Этот ужасный блог – часть моей жизни! Часть, которой вы так часто пытались меня лишить, – Келли закипала. – Кстати, он и оплатил мне колледж.

– А мы, видимо, не часть? – едко заметил мистер Винтер. – И эти люди тебе ближе нас?

Неизвестно, что Келли о них говорила родителям, но назревал конфликт.

– Полагаю, это не совсем верно, – примирительно сказал Голд.

– Она разве не живёт у вас неделями? – осведомился Винтер.

– Да, Келли – желанный гость в нашем доме, – согласилась Белль. – И вряд ли это изменится. Она прекрасная девушка, которая знает, чего хочет и как этого добиться.

– Мы, вероятно, по-разному смотрим на это, – не согласилась Лиз.

– Вероятно. Но думаю мы сходимся в одном: главное, чтобы наши дети были счастливы.

– Миссис Голд, вы неправильно понимаете ситуацию, – рассмеялся Джефф. – Мы стремились дать Келли лучшее и пытались оберегать её от ошибок.

– Таких, как мой сын? – недобро, почти угрожающе улыбнулась Белль.

– Я бы так не сказал.

– Но ты сказал! – усмехнулась Келли.

– Келли, помолчи.

– Да, Келли, – кашлянул Адам. – Это того не стоит.

– Что это значит? – нахмурился мистер Винтер.

– Полагаю, это значит, что нам необходимо сменить тему или мирно разойтись, – отметил Голд.

– Всё же я хотел бы услышать ответ.

– Всё же я настоятельно советую вам сменить тему, – настоял Голд. – Не хочу быть свидетелем представления, которое вы устроили в Бостоне восемь лет назад.

– Вы всё помните.

– Как правило.

Тему они сменили, но говорили сдержанно и мало, а после все вместе вышли на улицу.

– Что же? – вздохнул Винтер. – Спокойной вам ночи.

– Да. Спокойной ночи, – вторила ему Лиз. – Келли?

– Я домой. У меня он всё-таки есть. Тут, – надавила Келли. – Меня подвезут.

Её родители кивнули ей и сели в своё такси.

– Спасибо, – сказала Келли, когда машина скрылась за углом. – Вы предотвратили катастрофу.

– О, это было даже мило, – усмехнулась Белль, приобнимая её за плечи. – Почему-то после рассказов Адама я представляла что-то худшее.

Когда Голд отвез Адама и Келли домой, то уступил Белль место водителя.

– В отель или прокатимся? – спросила она с надеждой на последнее.

– Как душе угодно.

– Ты уступчив.

– Это плохо? – усмехнулся Голд.

– Прокатимся.

И они объехали на приличной скорости больше половины города. Он мысленно подсчитывал в уме возможные штрафы за превышение, а в остальном было очень даже весело.

– Кофе? – предложила Белль, сворачивая к круглосуточному экспресс-кафе.

Он кивнул, будто ему оставили выбор, и попросил для себя американо с молоком. Получив заказ, Белль припарковалась недалеко, у неопознанного маленького парка.

– И как тебе ужин? – поинтересовалась она.

– Форель была вполне приличной.

– Я не про рыбу.

– Ну, не те люди, с которыми я хотел бы общаться.

– Но мы будем вынуждены. Если Адам женится на Келли, то они будут нашими родственниками, – сказала Белль. – Хотя, в некотором роде, это уже так.

– Вот именно. Келли, она…

– Уже своя. Я за неё тоже беспокоюсь. Не меньше её родителей.

– Я даже больше. Потому что боль Адама присоединится к моей, – вздохнул Голд. – Лучшее, что мы можем сделать, – быть рядом.

– Это слова хорошего отца, – улыбнулась Белль.

– Спасибо, – ответил Румпель. – Заглянем в дом?

– Уже поздно, но, думаю, можно.

Это была пятница, и рабочие ушли до понедельника. Впрочем, было уже многое сделано, но ремонт их мало интересовал. Голд сам не понимал, почему ему было необходимо сюда приехать. В отель они не вернулись, долго сидели на чердаке на полу, любовались видом, а потом там и заснули. Наутро болела спина, но он не жалел. Так они провели в этом доме свою первую ночь и нашли себе в нём уютное местечко.

Они многое изменили в том доме, сохранили лишь странную планировку и забор, и сами стали немного другими. Спокойнее, увереннее, счастливее. Из-за всего этого, может, им и пришла в голову идея отметить начало его человеческой смертной жизни каким-нибудь отвлечённым торжеством, вроде второй свадьбы. Да и Голд искренне желал очередной раз прилюдно сообщить, что он любит Белль и что это никогда не изменится.

Было ещё нечто, что, казалось, никогда не изменится, – Адам, Келли, их жизнь, их дуплекс в Пасадене. В мае 2041 года, когда Голд приезжал к ним в последний раз, там по-прежнему был бардак из нужных деталей, старого хлама и странной мебели.

– Привет. Проходи, – приветствовал вечно загруженный Адам.

– Привет, – Голд заметил, что включён телевизор, и присмотрелся к трансляции. – Ты смотришь футбол?

– Да, в записи. Но не потому что хочу, – пояснил Адам. – Мне надо знать, как двигаются конкретные футболисты.

– Заказ?

– И крупный. Занятие на полгода, а то и больше.

– Симулятор?

– Тотализатор.

– Много платят?

– Прилично. Пять за объект, – кивнул Адам. – А их много. У меня будет маленькое состояние, когда я закончу.

– Хорошо.

– Хочешь пива? Или чего-нибудь ещё?

– Я за рулем.

– Можешь тут остаться. Или на такси. Машину – в мой гараж.

– А твою куда?

– А моя на станции. Келли на ней прыгнула, помнишь? – рассмеялся Адам. – Подвеске настала смерть.

– Ах да… – вспомнил Голд. – Как ты только позволил ей?

– Как я могу отказать ей? – он достал из холодильника пару банок лагера. – Может, в этом и главная проблема.

– Ты боишься за неё?

– Разумеется. Но она – профессионал, – вздохнул Адам. – Так что? Пиво?

– А давай! – Голд взял одну банку и аккуратно перелил содержимое в стакан. – Я не отвлеку тебя?

– Нет, – Адам пил из банки. – Я в апреле был в Сторибруке.

– Правда? – удивился Румпель. – Почему не сказал?

– Как-то к слову не пришлось. Да и был всего пару дней.

– А зачем?

– Шафером на свадьбе Лиама, – сообщил Адам.

– На Мэлоди?

– А ты видел рядом с ним другую девушку?

– Я мало что замечаю.

– Лжец.

– Но почему ты заговорил об этом сейчас? – многозначительно улыбнулся Голд. – Ты хочешь жениться на Келли?

– Да, хочу жениться на Келли, – сознался парень. – Уже где-то год кольцо таскаю с собой.

– И в чём проблема? Чего ты ждёшь?

– Сам не знаю. Насколько это сложно, важно и серьёзно?

– Для кого-то это очень сложно, важно и серьёзно, но не для тебя.

– Воу! – насмешливо воскликнул Адам. – Веришь в меня?

– Нет, другое, – усмехнулся Голд. – Я просто тебя знаю.

========== Альберт ==========

Голд пил отменный виски, сидя напротив сына и не решаясь задать свою тысячу вопросов.

– Значит, это свадьба? – спросил Альберт.

Сегодня каждый считал своим долгом отдельно спросить об этом.

– Просто повторение клятв. Да, можно назвать это свадьбой. Наверное, – рассеянно отвечал Голд. – Будет торт. На нашей первой свадьбе его не было.

– Это ради торта?

– Это праздник ради праздника, – он решил сменить тему. – Почему ты был в Нью-Йорке?

– Собеседование. Один проект, – ответил Ал. – Эмери согласился и тянет меня за собой.

– Что за проект?

– Подписал документы о неразглашении. Извини.

– Намерен согласиться?

– Это не единственное. Я пока выбираю. Тем более его запустят только через год.

– А какие другие?

– Ну, я отказался от тех, что на этом побережье. Рассматриваю университеты Бостона и Нью-Йоркский университет, – сдержанно говорил Альберт. – А ещё мне предложили место в Кембридже.

– Кембридж, штат Массачусетс?

– Кембридж, Англия. Я не хотел говорить об этом сегодня, чтобы вас не расстраивать.

– Как это может нас расстроить?! – фыркнул Голд. – Если ты, конечно не планируешь уехать в Англию.

Альберт принялся молча рассматривать свои ботинки.

– Планируешь уехать в Англию? – уточнил Голд.

– Я не знаю! – воскликнул сын. – Может быть. Не говори пока маме.

– Интересная работа?

– Пап!

– Или ты бежишь от кого-то? От чего-то?

– Я ни от чего не бегу.

– Лорен?

– Нет. Никогда. Да и нет больше никакой Лорен, – открестился Альберт. – Она уехала в Чикаго.

– А ты так расстроен, что хочешь сбежать в Англию? – нахмурился Голд.

– Она тут ни при чём.

– Кто она? – в гостиную зашла Белль.

– Работа, – слабо улыбнулся Альберт.

– Что тебе предложили? – она села рядом с Голдом и покосилась на стаканчик в его руках. – Что-то интересное?

– Не то, чтобы… Я думаю.

– А пока думаешь – поделись заначкой! – улыбнулась Белль.

– Смысл запрещать нам пить, если ты знаешь, что у нас есть заначка?! – шутливо проворчал Голд. – И вообще! Налей себе из домашнего бара!

– У меня подозрение, что заначка лучше.

– У тебя правильное подозрение, – рассмеялся Голд.

Альберт тоже рассмеялся и поспешил услужить.

***

Альберт всегда стремился к совершенству. Ещё больше, чем к совершенству, он стремился поскорее повзрослеть, а потому школу он окончил раньше, в шестнадцать, как и Коль, пробился в МТИ со стипендией, со второго стал искать ускоренную программу и получил степень бакалавра уже в 2039-м. После этого он поступил в магистратуру и нашёл себе наставника в лице профессора Эмери Пратта. Эмери Пратт был ненамного старше Альберта, но безусловно гениальнее. Он был гениальнее многих и к своим двадцати шести годам у него было уже четыре докторских степени. Он протолкнул Альберта в программу, которая позволила бы защитить докторскую уже в 2042. Однако если Альберт уедет в Англию, то всё пойдёт прахом. Голд надеялся, что Альберту хватит здравого смысла не совершать подобную ошибку, и решил, что позже попытается переубедить сына. В душе он хотел верить, что сделает это ради сына, а не ради себя и Белль.

У Альберта было мало друзей. Если говорить о лучших и близких, то на ум, помимо Пратта, с которым его связывали скорее профессиональные, нежели дружеские отношения, приходили Эренесто Эстевас и Керри Хенлон. Керри была его девушкой, а Эрнесто – соседом по комнате и коллегой, и оставался его соседом после того, как их обоих вышвырнули из общежития. Он не пытался на своём жизненном пути бежать впереди паровоза, как Альберт и старался жить полной жизнью. Во многие переделки и неприятности Ал попадал из-за Эрнесто, но и выкручивался впоследствии тоже из-за него. Альберт подтягивал приятеля в учебе, а Эрни помогал ему вписаться в общество, вытягивал к людям. От Эрни он перенял любовь к музыке и хорошему спиртному. Эрни же и познакомил его с первой девушкой.

Альберт неожиданно оказался большим поклонником представительниц прекрасного пола. За последние пять лет у него было очень много женщин, больше, чем у иных за целую жизнь. Более или менее серьёзно он встречался с восемью, а об одноразовых свиданиях можно было и не говорить, потому что даже сам Альберт едва ли мог сказать наверняка, сколько их было.

Всё началось с мисс Стэфани Харпер. О её существовании Голд узнал в конце сентября 2036-го, встретившись с Алом за обедом. Он тогда завозил ему кое-какие вещи.