Текст книги ""Фантастика 2026-109". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Сергей Баранников

Глава 5 Слезы ада

– Уже отжала моего дракона, кто бы сомневался! – пробормотал Драган, когда я запрыгнула Эльзару на спину.

– Добурчишься, возьму с собой кого–нибудь другого! Где там Охотники?

– Даже не думай! – прорычал он, забираясь на дракона.

– Ная, вы все поняли? – госпожа Ангел посмотрела на Стратим.

– Да, Светлая! – женщина с улыбкой кивнула, и через секунду Жар–птица взмыла в небеса.

Я не знала, получится ли воплотить задуманное в жизнь. Но помнила главное правило – всегда борись до последнего, а когда сдашься – поплачь и попробуй еще раз! Так учили Глеб и дед. Да и в жизни по–другому не выходило.

Это как в басне про двух лягушек, которые упали в кувшин с молоком, одна сдалась и утонула, а другая взбила лапками масло и выбралась наружу. В этой сказке лишь два момента, которые меня настораживают: не поймали ли потом вторую лягушку, чтобы она стала вечной маслобойкой в хозяйстве, и что делать, если в твоем кувшине вовсе не молоко, а вода?

Но сейчас не до этого. Пора начинать. Я кивнула Стратим, и она устремилась к молочно–голубому сталактиту. От ее пышущего жаром оперения по «сосульке» побежали белесые ручейки. Но когда она добралась до ее основания, холод, что царил наверху, не позволил повторить тот же трюк – стоило поверхности подтаять, он тут же сковывал жидкость обратно в лед.

– Господи, помоги, – прошептала я, – не верю, что тебе угодны тысячи смертей! Там женщины и дети! Там полукровки! На них нет греха Отступников, их предков! Останови убийц, Господи! Помоги этому миру возродиться, дай ему шанс!

По телу пробежала искорка, от сияния стало тепло. Я с надеждой вглядывалась в купол у сталактита, около которого кружил Эльзар, пока не увидела их.

– Ага! – изо рта вырвался торжествующий крик и клубочек пара.

– Что, невозможная моя? – Горан еще крепче сжал мою талию.

– Смотри! – мисс Хайд ткнула пальцем в извилистые трещины у основания «сосульки».

– И как нам это поможет?

– Иногда трещины нужны, чтобы впустить свет. – Сами по себе прошептали губы, и на этот раз я не стала зажимать их рукой, вместо этого прошептав, – если Ты сделал меня Дарующей прощение, то знай – они прощены!

Мой Свет ударил вперед. Туда же полетела секундой ранее брошенная сильной рукой Горана Гефестиона с крестиком Георгия на рукояти. Последними стали огненный кнут и мольба. Сталактит вздрогнул, замер, словно прислушиваясь к себе, а потом…

Зигзаги трещин с оглушающим треском поползли по его основанию. Я затаила дыхание. Сквозь них начали просачиваться крошечные капельки. А следом побежали ручейки! Купол отразил наш торжествующий вопль и гулко вздрогнул.

– Интересно, драконы умеют плавать? – задумчиво протянула я. Эльзар, повернув голову, покосился на меня и камнем ушел вниз, подальше от рождающегося небесного водопада. Жена последовала за ним. – Надеюсь, демонята успели всех предупредить. – пробормотала мисс Хайд.

Грохот за спиной, будто на части разлетались сами небеса, заставил меня втянуть шею в плечи, как испуганную черепашку. Большая часть сталактита ухнула вниз, еще глубже войдя в жерло вулкана, а потом накренилась и рухнула вбок, выломав часть горы. Лава накрыла адский лед, злобно зашипевший в ответ, но им не дано было долго выяснять отношения – дерзкий конфликт во всех смыслах потушила хлынувшая сверху вода.

Порождая волны и закручивая водовороты, она устремилась на пересохшую землю, размывая песок и прокладывая себе русло. Мы неслись над бушующей, словно в первый день творения, новорожденной рекой, промокшие до нитки из–за ледяной водной пыли и замерзшие до синих губ. Но геенцам пришлось куда хуже. Мощная волна не оставила им никаких шансов – потушив их жажду власти и растерев порождение геенны в порошок.

– Получилось! – торжествующе выдохнула я. – Горан, получилось!

– Люблю тебя! – прошептал он в ответ, обняв еще крепче. – Безумно люблю!

– И я тебя! – этот поцелуй определенно был самым романтичным из всех – вряд ли когда–нибудь нам удастся найти более потрясающий момент. Хотя, кто знает!

Глава 5.1 Слезы ада

Пандемониум, изнутри подтапливаемый лавой, исчезал на глазах. Жителей в нем уже не было. Мы следили за этим эпохальным событием издалека, стоя на холме. Этот мир, освобожденный от власти Падших, возрождался. Я кожей ощущала, как просыпается древняя мощь, дремавшая много столетий. Сквозь разлом в куполе, что остался после падения сталактита, виднелось голубое, как на земле, небо. Все возвращалось на круги своя.

Пандемониум ухнул и начал медленно проседать под землю. Последней в лаву уходила самая высокая, центральная башня дворца Люцифера. Мать демонов, паучиха, карабкаясь по ней, взобралась на шпиль и, дрожа, вперила в меня полный ненависти взгляд.

– Ты обещала мне, Ангел! – проорало это чудовищное создание. –  Обманулаааа!

– Вовсе нет! – прокричала в ответ мисс Хайд. – Я обещала тебе свободу! Вот она! Забирай!

– Ты пожалеешь! Вспомянешь меня! Тот, кто любит, вскоре предаст тебя! – ее зловещий хохот оборвался.

Лава лизнула лапы паучихи, заставив ту истошно заверещать. Через мгновение геенна поглотила ее полностью, и алые волны сомкнулись над шпилем. Теперь столица ада больше напоминала огромное жерло вулкана.

– О чем говорила эта тварь? – Горан сжал мою талию.

– Понятия не имею. – Мрачно ответила госпожа Ангел. – Узнаем, когда придет время, как всегда.

Маленький паучок, выскочив из какой–то дыры в земле, заметался между моими ботинками, не справился с искушением и тяпнул за мысок.

– Оборзел? – я осторожно оттолкнула его ногой, он отбежал в сторону, обиженно тряся брюшком и, должно быть, строя планы мести. Но его мечтам не суждено было сбыться – щупальце лавы выстрелило из трещины, слизнуло его, как хамелеон букашку, и втянулось обратно.

– Что теперь? – спросил Драган, поцеловав мою шею.

– Приговор Глеба. – Тихо ответила я, достав из кармана небольшой рулончик. Помедлив, дрожащие руки развернули его. Буквы вились по темно–желтой поверхности полыхающим огнем. Каждая из них впивалась в душу раскаленным звездопадом. – Нужно дождаться кое–кого.

– Она здесь. – Супруг кивнул на подошедшую к нам Гулю. – Все в сборе.

– Не все. – Тихо прошептала я, всматриваясь в холмы. А вот и он. Худенький подросток с разными глазами – один красный, другой синий, и характерными изгойскими ушками во взъерошенной шевелюре серого цвета.

– Приветствую того, кто может стать кем угодно, – с улыбкой пропела мисс Хайд, когда он подошел к нам.

– Вспомнила! – он расплылся в довольнющей улыбке.

– Скучала по тебе, малыш Сар! – я крепко обняла его.

– Не так сильно, как я по тебе, Ри! – он отстранился и достал из кармана серый мешочек. – Вот оно. И еще кое–что, тебе пригодится. – В мою ладонь лег маленький пузырек.

– Спасибо. – Госпожа Ангел утонула на мгновение в его глазах и увидела, как парень садится на корточки у ростка в храме Офель, затаив дыхание подносит этот пузырек к цветку, и лепестки бережно отдают каплю огня, что сворачивается на дне уютным клубочком. Кажется, знаю, для чего мне это. Я улыбнулась, убрала пузырек в карман и посмотрела на подошедшего к нам мужчину в надвинутом на глаза капюшоне черного плаща. – Здравствуй, брат.

– Глеб!.. – Гуля бросилась к нему и обняла. Он вздрогнул и, всхлипнув, прижал ее к себе.

Пришлось отвернуться, чтобы скрыть слезы и зависть – мне до боли в груди тоже хотелось обнять его! Но Ангел не может притронуться к демону, ставшим таковым после смерти человеком, не причинив адской боли.

– Ты вернешь его? – взгляд Гули, полный надежды, устремился в мое лицо. – Саяна, ты ведь можешь? Да не молчи же!

– Не могу, прости. – Ответила я. – Но из–за того, что Баал отравил тебя своим ядом, когда пытался утопить меня в полынье, ты, Глеб, можешь исправить то, что совершил – потому что демон подтолкнул тебя к этому, не дав возможности выбирать самому.

– Что это значит? – прижимая к себе Гулю, спросил брат.

– Неправедный приговор будет аннулирован. Ты родишься вновь, как и положено душе, вставшей на путь исправления. Получишь еще один шанс.

– Спасибо, Саяна! – мужчина ахнул. – Это… щедрый дар, которого я не заслуживаю!

– Дослушай. Воспользовавшись служебным положением, могу сказать еще кое–что. Ты родишься девочкой. Да–да, брат! И только попробуй скорчить мину! Это тебе воздаяние за твои сексистские убеждения!

– Понял. – Он улыбнулся.

– Тогда приступим. – Я осторожно смочила приговор слезами Матери демонов и своей кровью, и посмотрела на Гулю. – Нужна капля крови того, кто его любил.

– Любит и всегда будет любить! – она без колебаний протянула мне руку. Золотистая пыльца адского цветка легла сверху.

– Господи! – ахнула женщина, глядя на что–то за моей спиной.

Глава 5.2 Слезы ада

Я обернулась. К нам подходили люциофуги. Иссушенные сотнями лет синюшно–белые тела без половых признаков двигались по равнине молча и сосредоточенно. Их было много, очень много. С подачи вибрисс я поняла, что собрались все и осознала, куда и зачем они идут. Когда эта странная «процессия» поравнялась с нами, один из люциофугов поднял голову. Белые глаза с крохотным черным пятнышком зрачка уставились на меня.

– Позволь помочь, Светлая. – Прошептал он и протянул руку.

– Спасибо. – Тихо ответила я и положила приговор души Глеба на его ладонь.

Люциофуги двинулись дальше. Подойдя к озеру лавы на месте Пандемониума, они один за другим начали входить в алые воды. Картинка перед моими глазами принялась двоиться, но не только из–за слез – ко мне пришли воспоминания Касикандриэры о том дне, когда эти существа, павшие с небес вслед за Люцифером, также молча и смиренно шли в геенну огненную, исполняя повеление Господа.

– Теперь вы все прощены. – Прошептала я, когда над последней макушкой сомкнулись тяжелые волны лавы.

– Спасибо, Саяна. – Прошептал Глеб. Его фигура начала таять. – Прости за все. Прощай.

– До свидания, – сквозь слезы поправила я. Брат исчез. Гуля зарыдала, повиснув на мне. – Не плачь, он получил шанс и теперь избавлен от участи, которая была для него страшнее смерти – Глеб больше не демон.

– Но мы никогда не встретимся! – прохрипела женщина, которую душил плач.

– Встретитесь. Шепну тебе на ушко по секрету, – госпожа Ангел улыбнулась, – он родится твоей дочерью! А теперь иди ищи того, кто станет ее отцом, тут мне тебе не помочь!

– Спасибо, Саяна! – Гуля вытерла слезы и смущенно улыбнулась. – И прости, пожалуйста!

– Кто старое помянет, сама знаешь. – Я с улыбкой посмотрела ей вслед.

– Проклятый Баал! – процедил Горан. – Надеюсь, он ответит за все содеянное там, где он сейчас. Как и Люцифер!

– Не напоминай! – мисс Хайд помотала головой. – Я задолбалась уже поставлять Господу падших Архангелов!!!

– Как насчет еще одного? – раздалось сбоку.

– Гидеон! – мне оставалось лишь понимающе кивнуть. – Но ты же знаешь, что тебе придется для этого сделать?

– Испить крови Дарующей прощение. Но сначала, – мужчина хитро улыбнулся, – я должен кое–что сказать.

– Конечно, без финальной речи нельзя! – фыркнула госпожа Ангел.

– Драган, держись! – Аквариус подмигнул санклиту. – Дай Господь тебе терпения! Доля твоя нелегка!

– Как остроумно! – пробурчала я.

– Прости, любовь моя! – Горан со смешком уткнулся лицом в мои волосы.

– Я с тобой дома поговорю!

– Знала бы ты, с каким нетерпением твой супруг этого ждет! – обжигая дыханием шею, жарко выдохнул он мне на ухо, заставив почувствовать биение сердца во всех местах. – Желанная моя!

– Тогда не мешай! Чем быстрее здесь со всем разберемся, тем быстрее пойдем домой!

– Уговорила! – он убрал руки с моей талии. – Действуй, любимая!

– Ты все–таки напоила меня своей кровью, – минуту спустя оторвавшись от пореза на моей руке, Гидеон усмехнулся.

– Я упорная! – мисс Хайд улыбнулась, не без грусти глядя на то, как тускнеет его взгляд. Еще секунда – и медовые глаза закрылись навсегда. – Прощай. Эх, какой был мужчина!

– Злая вредина! – стальное кольцо сжало талию.

– А как же аксиома – победителей не судят? И не ревнуй – ты лучше!

– Правда? – он развернул меня лицом к себе.

– Наверное. – Госпожа Ангел не смогла отказать себе в удовольствии съехидничать. – Я же не сравнивала!

– Бессовестная!

– Прости. Ты – лучше всех, клянусь Крыльями! Только не зазнавайся!

– Ну, разве что самую малость.

– Теперь моя очередь! – Мулцибер подошел ко мне.

– Здравствуй, старый друг!

– Так скучал по тебе, Риэра! – он сжал меня в крепких объятиях.

– Всем надо полапать мою жену! – пробурчал Горан.

– Успокойся, мы друзья! – я укоризненно посмотрела на мужа, а потом на маэстро. – Вот уже сколько столетий?

– Много. – Мулцибер улыбнулся сквозь слезы. – Зеркало Денницы у тебя, Светлая?

– Ты уверен? – я достала упомянутый раритет и сжала влажными ладонями. – Может, останешься? – мой голос дрогнул.

– Нет. Он ждет меня.

– Тогда иди. – Госпожа Ангел отдала ему зеркальце. Маэстро мельком глянул в него. Я знала, кого он увидел – старца, который безмерно устал. Вскоре именно он стоял перед нами – сухой старик, которого забыло время.

– Спасибо, Ри. – Мулцибер вернул мне раритет, улыбаясь посмотрел вверх и выдохнул, – так скучал по Тебе! – ослабевшее тело осело на землю, мои руки едва успели подхватить его. Рыдая, я закрыла его невидящие глаза, тоже посмотрела вверх, на кусочек голубого неба, и прошептала:

– Береги его, Господи!..

Глава 5.3 Слезы ада

– Но почему он умирает? – тихо спросил Горан, кивнув на Гефеста, лежащего на кровати в окружении самых близких.

– Потому что исполнил свой долг. – Ответила я. – Его враги побеждены, он может уйти на покой.

– Но почему все–таки смерть? Почему твоя кровь не помогла?

– Он просто не знает, как жить теперь, без той цели, которой он был одержим столько столетий. Горан, Гефест попросту устал.

– Но ты ведь так не поступишь? – он с тревогой вгляделся в мои глаза. – Пусть предначертанное свершилось, но…

– Драган, я обязательно вляпаюсь в какие–нибудь новые неприятности, не переживай! – перебила мисс Хайд. – Нам с тобой еще детей растить и новых ангелочков рожать!

– Слава богу! – он прижал меня к себе и уткнулся лицом в мои волосы. – Хоть целый детский сад, только будь со мной!

– Не исключено! – пробормотала я, вглядываясь в Тати и Мфалу, что подошли к Гефесту. Седой и похудевший, он буквально таял на глазах.

– Папочка! – дочь сжала его ладонь и разрыдалась. Мать положила руку на ее плечо.

– Так вот оно что! – потрясенно прошептала госпожа Ангел.

– Что, родная?

– Не сейчас, Горан.

Гефест открыл глаза. Чувствовалось, что это далось ему нелегко.

– Дочка… – его голос был едва слышным.

– Я сделаю все, как ты хочешь! – всхлипывая, зачастила девушка. – Выйду замуж за кого скажешь! Только, пожалуйста, не умирай!

– Мое время пришло, дочь. – Прошелестел мужчина. – Прими и смирись.

– Ты не так учил! – она тряхнула головой, гневно полыхнув глазами. – Бороться, не сдаваться, помнишь?

– Ты умница. – Он нежно улыбнулся. – Но сейчас нужно смириться. А замуж выходи за того, кого любишь. Благословляю.

– Но как же… – оторопела Тати. – Ты говорил о преемственности власти, что он будет хорошим правителем? – ее губы задрожали, но она договорила, – когда тебя не станет.

– Соправителем. – Уточнил Гефест и договорил главное, – при тебе, дочь.

– Папа?..

– Мой народ оставляю тебе! – приподнявшись, громко проговорил мужчина. – Вы все свидетели! – он упал на подушки и облегченно выдохнул.

– Папа!

– Важнее тебя ничего нет, – тихо прошептал отец и сжал своими огромными ладонями ее маленькую ручку.

– Ты уверен, муж мой? – Мфала оттеснила дочь и села на постель.

– Уверен.

– Удостоверяю его слова! – подойдя к кровати, тоже громко заявила я. – Также подтверждаю, что оглашенное право наследования заявлено им в здравом уме!

– Спасибо за оказанную честь, Ангел. – Мфала склонила голову, но то, что промелькнуло в ее взгляде, подтвердило мои догадки.

– Ты знаешь? – прошептал Гефест. Жена вопросительно изогнула бровь, переводя взгляды с его лица на мое. В черных глазах промелькнуло беспокойство. Я кивнула. Он закрыл глаза. С губ сорвался последний вздох. Мужчина ушел, унося на сердце тяжелую ношу – понимание того, что его предала жена.

– Оставьте нас. – Мфала повела рукой, служанок и придворных моментально сдуло. Спальня опустела. Остались только мы с Гораном и Тати. – Спасибо, что пришли попрощаться, госпожа Ангел. – Вдова многозначительно посмотрела на меня.

– Я понимаю намеки, не сомневайтесь, – мисс Хайд усмехнулась. – Но вы больше не отдаете здесь приказы. Вернее, не вы их теперь отдаете.

– Что вы себе позволяете?! – прошипела женщина, вскочив. Черные глаза метали не просто громы и молнии, а острейшие ножи. – Покиньте нас немедленно!

– Вы куда–то торопитесь? – я скрестила руки на груди. – Любовник вас больше не ждет, он мертв, лишь пепел остался, да и тот уже с грязью смешали.

Мфала молча стиснула зубы. Надо все–таки отдать ей должное – ни один мускул не дрогнул! Непрошибаемая баба, как говорит Сеня. А вот Тати, наоборот, вся в отца – каждая эмоция на лице прописана. Мне по душе ее искренность, но королевам такое не дозволено, к сожалению. Даже вождям Изгоев.

– Мама? – вот и сейчас без труда читается, что девушка чувствует, непонимающе глядя на родительницу. – О чем она?

– Сами расскажете или это сделать мне?

– Не слушай ее, Тати! Она лжет!

Глава 5.4 Слезы ада

– В чем именно лгу? В том, что вы изменяли мужу с Абигором? Или в том, что сговорились с ним предать Изгоев, а после того, как мне ощиплют крылья, убить Люцифера и стать правителями ада? А может, в том, что благодаря вам из кузницы супруга уже давненько отгружалось небольшими партиями – дабы не вызвать подозрений – выкованное им оружие? А еще вы постоянно снабжали любовника информацией – о нашей встрече поведали, о наступлении сообщили, о големах заботливо рассказали. И каждый раз лично, и вовсе не из соображений безопасности, а удовольствия ради, ведь только ему удалось растопить тот лед, что сковал вас ниже пояса! – я перехватила ее руку, занесенную для пощечины и замолчала, переводя дух.

– Ложь, все ложь, – забормотала Мфала, прижав уши к голове и отступая к двери.

– Все правда. – В комнату вошел Хохотун. – Подтверждаю слова Ангела, госпожа, – он поклонился Тати. – Мой господин, ваш отец, узнал после битвы. Ее личные служанки, – мужчина с презрением кивнул на Мфалу, подтвердили.

– Как ты могла! – глаза новой королевы полыхнули синим и окатили старую королеву презрением. Полумесяц на лбу девушки запульсировал, как и разбегающийся от него рисунок. – Ты за это заплатишь! – молнией метнувшись к постели, она выхватила из рук отца кинжал и одним движением срезала с головы матери костяную корону. – Вот так у нас поступают с предательницами–шлюхами! – она толкнула женщину в грудь, и та упала на колени. – И последней мыслью отца была твоя измена, тварь!

– На себя посмотри, мерзавка! – рявкнула Мфала, обливаясь кровью. – Ты раздвигала ноги для демона! Королевой она, видите ли, стать вознамерилась! – женщина зло рассмеялась. – Да он по приказу Абигора с тобой спал! Один из лучших его инкубов, самых умелых! Нравилось, да?

– Неправда! – дрожа всем телом, Тати пятилась, пока не уперлась спиной в мою грудь.

– Неправда, – подтвердила я, положив руки на ее плечи. – Он начал с тобой встречаться по приказу Экзарха, но полюбил тебя, потому и был подарен мне, чтобы Абигор мог на его место другого инкуба внедрить.

– Да, брат его крутился вокруг, когда он ушел с князем на Землю, – пробормотала девушка, – намекал.

– Потому он и не соблазнил тебя. – Я улыбнулась. – Хотя ты и хотела, отказался.

– Сказал, будет ждать до свадьбы. – Тати зарделась.

– А вот Абигор ждать не пожелал. – Мисс Хайд перевела взгляд на злющую Мфалу. – По иронии судьбы именно с вами случилось то, в чем вы упрекаете дочь. Абигор вас попросту использовал. У него своя игра была. Он вовсе не собирался делать вас королевой ада. Эту роль он приготовил для меня. Прости, любимый. – Я виновато улыбнулась мужу.

– Адски жаль, что Аспид его спалил! – прорычал мой санклит.

– Не знаю, как он планировал это провернуть, – продолжила мисс Хайд, – да и неважно уже. Но мерзавец так старательно прикидывался простоватым героем–любовником, что я никак не смогла себя заставить ему поверить.

– У демона лживый язык. – Напомнил Горан.

– Именно. На этом, думаю, закончим. – Я посмотрела на Тати. – Тебе решать, что делать – и с возлюбленным, и с матерью.

– Она мне больше не мать! – ощетинилась девушка.

– Главное, у тебя есть, на кого положиться. – Госпожа Ангел улыбнулась и указала на Хохотуна. – Господь вам в помощь!

– И вам! – эхом отозвались королева и ее отныне ближайший советник.

– Я буду помнить тебя, Гефест. – Моя рука сжала уже холодную ладонь друга. – И этот мир тебя никогда не забудет!