Текст книги ""Фантастика 2026-109". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Сергей Баранников

Глава 4 Мышка-"наруЖка" Часть 2

Появление новенького в охране не осталось незамеченным.

– Кто этот блондинчик? – осведомился Данила, едва я села в его машину, чтобы ехать на ужин.

– Пополнение моей охраны.

– Ты всем новичкам разрешаешь так на себя смотреть?

– Да. А тебе лучше смотреть на дорогу.

– Вообще не понимаю, зачем тебе санклитская охрана. – Процедил мужчина, подрезав «Форд». – Давно пора их сменить на элитный отряд Охотников.

– Твой элитный отряд не выстоит и пары минут против моих ребят. Прекрати лихачить!

– Конечно, они же человечки какие-то, куда им против твоих бессмертных упырей!

– Не начинай. – Предупредила я, теряя терпение.

– Чего именно?

– Того, о чем будешь жалеть!

– Прости. – Он сжал руль. – Веду себя как придурок, да?

Я не ответила. Опять это ощущение! Чувствую слежку. Но это не мои ребята, и не охрана Данилы.

– Давай сходим в клуб? – я с улыбкой посмотрела на него.

– Давай, – он настороженно покосился на меня, не понимая резкой смены настроения. – Куда бы ты хотела, девочка моя?

– Без разницы. Просто в приличное место. Ты лучше знаешь Петербург, сам решай.

– Я и раньше не был тусовщиком, а уж в последние годы…

– Стареешь!

– Потому что человек, а не…

– Вот только попробуй снова начать бурчать, Данила! – прошипела мисс Хайд. – Мордой об руль приложу, ей-богу!

– Скучаю по стамбульским клубам, – я с тоской посмотрела на танцпол с пьяной и обдолбанной молодежью.

– Аналогично. – Данила кивнул. – Давай за столик сядем? Ты поужинать хотела.

– Боюсь, в меню только орешки, чипсы и цирроз печени. – Проворчала мисс Хайд, приземлив попу на кожзам сидения. – Может, зря ругаюсь? Мне ужас, а вот кому-то в самый раз, – я кивнула на Спиридона, кивающего в такт музыке.  – Ну да, его формат, ему как раз 20 с небольшим. Или с большим, не знаю.

– Саяна!.. – Охотник покачал головой.

– Что? Еще не проверяла, извини!

– Я с тобой рехнусь!

– Но обязательно проверю, будь уверен!

– Что?!

– Попрошу показать. Потом тебе расскажу.

– Издеваешься?

– Нет, могу даже сфотографировать!

– Ты!..

– Паспорт имею в виду! А ты что подумал?! Вот пошляк! А еще половина Главы Совета!

– Саяна!!!

– Прости, мне нимб жмет!

– Ты точно Ангел? Не Демон?

– Просто мне скучно.

– Может, по текиле? – Данила коварно улыбнулся.

– И я демон? – фыркнула мисс Хайд. – Сам копытами стучит, Ангела споить старается!

Так, довольно. Полагаю, видимость того, что госпожа Ангел изволит отдыхать, создана. Теперь дело за малым. Славным добрым малым, что ходит за мной по пятам, а знакомиться не желает. Стеснительный, видимо. Вот мы ему и поможем!

После пары коктейлей и таки да, текилы, мне и на самом деле стало веселее. Отправив Данилу искать хоть что-то, чем можно поужинать, я подсела к Ковачу, домучивающему второй бокал минералки.

– Саяна, что ты будешь делать, когда пройдет действие крови? – внимательно глядя на меня, спросил коварный богомол.

– Понятия не имею. – Я уныло пожала плечами. – И да, головой не думала, когда все это затевала, верно. Госпожа Ангел страшна своей импровизацией. Вот на тебя, к счастью, моя кровь не подействовала!

– Уверена? Может, я просто хорошо скрываю пылкую любовь к тебе? – мужчина серьезно посмотрел в мое лицо. – А сам ношу твое фото в бумажнике?

– Ковач! – прошептала я.

– Да шучу! – он расхохотался.

– Старый вредный богомол! – мисс Хайд от души стукнула его по плечу, облегченно выдохнув. – Точно?

– Бумажник показать?

– Нет.

– Не волнуйся, для меня ты как сестра, друг и дочь.

– Немного даже обидно!

– Я свое уже отлюбил, Саяна.

– Кара Господа?

– Она самая. – Мужчина перестал улыбаться и, помешивая остатки минералки трубочкой, признался. – Смертная, боялась меня, как огня, считала чудовищем, а я дышать без нее не мог. Классическая кара Господа.

– И ничего не получилось?

– Хэппи-энды только в книгах, Саяна. Она прожила свой век, умерла и унесла мое сердце с собой. Как выжил, не знаю. Да и вряд ли выжил. Но, как видишь, все продолжается. И твоя кровь, кстати, сильно помогла – почти убрала эту боль.

– И я этому очень рада! – мисс Хайд положила голову ему на плечо. – Но тебе никогда не хотелось, чтобы кто-то был рядом?

– Я не из той породы, что вы с Гораном. Мне привычнее одиночкой. А вот Драган всегда был мужчиной, которому нужна женщина, ради которой он будет жить. Отец хоть и пытался из него все это вытравить, но такое не изменишь. Но, знаешь, он всегда смотрел словно сквозь женщин – и смертных, и санклиток. Они были, конечно, и много.

– Уверен, что мне нужна эта информация? – я заерзала.

– Саяна, я обрадовался, когда появилась Роза. Она его безумно любила. Родила двойняшек. Горан был отличным отцом, но… Взаимности Роза так и не дождалась. Он уважал ее, заботился – но и только. И эта любовь погубила ее.

– Почему?

– Когда твой дед прислал ей письмо о том, что Драган у него, она сразу же сорвалась в дорогу. Никому ничего не сказала, помчалась спасать.

– И он ее убил. – Я вытерла слезы.

– Да. А потом и детей. Поэтому мне и удивительно было слышать, что Горан выбрал тебя матерью своего наследника. Он же знал, кто ты. А потом все встало на свои места – просто у судьбы черное чувство юмора.

– Чернее не бывает. Внучка убийцы Розы и детей – его Кара Господа. Нарочно не придумаешь.

– Ты уже нечто большее, Саяна. Я никогда такого не видел. Чтобы Драган так смотрел на женщину! Никто не верит, пока своими глазами не увидит! Вы безумно любите друг друга!

– Нико, в Никотин переименую! – пригрозила я. – Капля никотина убивает лошадь. А кролика разрывает в клочья! Проверим? Найдешь кролика? А если обыграть английское tin – жесть, вообще про тебя получится! – восхитилась мисс Хайд.

– Тебе, похоже, хватит пить. – Ковач нахмурился.

– Да уж! И что они в эти коктейли добавляют? Меня так со спирта в пору учебы в меде не развозило! Пойду-ка освежусь! – я встала и направилась к туалету, краем глаза заметив, как Нико кивком приказал следовать за мной одной из телохранительниц.

Глава 4 Мышка-"наруЖка" Часть 3

Холодная вода помогла. Я оперлась руками о раковину и покосилась на девушку, которая давно меня разглядывала из-под опахала густых накладных ресниц, делая вид, что поправляет макияж. В частности, четвертый раз подряд красит губы темно-красной матовой помадой и промокает салфеткой.

Интересный, кстати, персонаж! Точеная фигурка фарфоровой статуэтки тянулась туго натянутой струной вверх за макушкой. Почти никаких выпуклостей – лишь едва ощутимые намеки в нужных местах, как у девочки, что только-только вступила в пору взросления. Длинные руки «выпевали» движения – плавно, грациозно и царственно. В девушке за версту чувствовалась балетная выправка, которая, как и военная, остается навсегда.

Возраст было не понять – на лице столько косметики, что она выглядела на крепкий тридцатник, но именно это и наталкивало на мысль, что на самом деле она намного моложе. Да и «блестючее» розовое платье, едва прикрывающее намек на попу, на солидных лет тетеньке смотрелось бы жалко. По данным вибрисс – 20 с очень небольшим хвостиком.

Шикарная грива каштановых волос полностью прикрывала лопатки. Но истинно женское очарование прически не смягчало резких черт по-мужски грубо вылепленного клиновидного лица – словно скульптор в несколько ловких движений обтесал мрамор и отложил резец, решив, что этого довольно. Крупный нос, высокие скулы, большой рот – но язык не повернется назвать его пухлыми губками, резкий подбородок и глубоко посаженные шоколадные глаза, которые стали красивыми лишь благодаря искусному макияжу.

Если физиогномику все же можно считать наукой, боюсь даже представить, какой невероятный характер у этой хрупкой на вид былинки, но внутри стальной Прима-балерины. У таких обычно не бывает подруг. Зато они в совершенстве умеют обзаводиться врагами.

Вот и я чувствую враждебность по отношению к себе с ее стороны. Хотя мы и познакомиться-то не успели. Даже любопытно, чем незнакомка в туалете ей не угодила. Или я для нее вовсе не незнакомка?

– Здесь такие крепкие коктейли подают! – прощебетала Прима, когда поняла, что ее интерес заметили. – Ужас, правда?

Мне стоило огромного труда не расхохотаться – настолько бездарно она фальшивила, щебеча глупости и пытаясь казаться недалекой клубной тусовщицей. Не знаю, какой девушка была балериной, но актриса из нее явно никудышная!

– И не говорите! – все же подыграла мисс Хайд.

– Зато весело! – она захихикала и пошла в мою сторону, но не пройдя и пары шагов, буквально рухнула мне на руки, сделав вид, что подвернулся каблук.

Я рефлекторно поймала ее, запоздало понимая, что все это часть спектакля.

– Ой, простите! – теперь в ход пошло деланное жеманство. – Так стыдно!

Заинтриговала, ей-богу! Кто она и чего добивается? Я покачала головой, дав «отбой» охраннице.

– Спасибо вам! – Прима положила руку на мое плечо. – Все, я в норме! – она сделала шаг в сторону. Пайетки на рукаве платья вцепились в мои волосы, как репей, потянув половину шевелюры за девушкой. – Ой! Простите!

– Ничего. – Я освободила прядь и посмотрела незнакомке вслед. Теперь понятно, для чего «блестючее» платье. Но на кой черт ей несколько моих волосинок? Хорошо, не обеднею. Да и встретиться нам еще придется, вибриссы в этом уверены.

Гораздо важнее то, что по их же данным моя мышеловка сработала. Я удовлетворенно кивнула и вышла на улицу через черный ход, отправив охранницу к Нико. Через минуту скрипнула дверь.

– Так вот ты какая, мышка-наружка! – мисс Хайд прижала мужчину к стене, вдавив руку в горло, и изумленно ахнула. – Самуил Яковлевич, вы?.. – пришлось отступить.

Оказывается, мы давно знакомы, еще со времен фонда.

«Человечек на всякий случай», как мы его называли. Бывший русский ЦРУ-шник – по меткому выражению нашего директора, будь он неладен, давно и плотно в отставке, приходил на помощь в самых сложных и безвыходных ситуациях – к примеру, когда мы бились лбом об идиотское законодательство, вдруг сдуру запретившее ввоз препаратов, без которых дети после химиотерапии просто не могли обойтись.

«Какмаршак» – представляясь, Самуил Яковлевич всегда так говорил, чем и заработал прозвище, внимательно выслушивал наши сбивчивые эмоциональные жалобы, нередко приправленные крепким словцом, кратко формулировал суть проблемы и решал ее – ему одному известным способом. Малыши получали лекарства, аналогов которым наша фарминдустрия предоставить не могла, а мужчина лишь скромно улыбался, выслушивая наши не менее экспрессивные благодарности и ничего никогда не просил взамен.

И, оказывается, вот этот ангел в человеческом обличье преследовал меня в последнее время! Зачем?

– Здравствуй, Саяна. – Он спокойно улыбнулся.

– Здравствуйте. Что происходит?

– Прости, что напугал. Как ты узнала обо мне?

– Долго объяснять. – Это монолог на половину ночи, да под крепкий алкоголь. – Лучше вы объяснитесь. – Я скрестила руки на груди, с ожиданием глядя на него.

– Ты в опасности, Саяна. Знаю, кто ты. Но это знаю не только я. На тебя охотятся.

– Тогда вы знаете и то, что меня убить нельзя.

– Это их и удерживает от решительных действий. – Мужчина кивнул. – Но убить можно и по-другому, сама…

– Саяна! – во дворик ворвались Ковач со Спиро и скрутили «Какмаршака», заломив ему руки за спину и прижав грудью к стене.

– Успокойтесь! И отпустите человека! Быстро! И вообще, двое на одного! Не стыдно?

Нехотя повиновавшись, санклиты отошли от мужчины.

– Тобой заинтересовались такие силы, девочка! – прошептал Самуил Яковлевич. – Ты перешла им дорогу.

– О чем вы?

– Будь осторожна… – он покачнулся, прижав руку к сердцу.

– Вам плохо? – я придержала его. – Давайте мы отвезем вас в больницу.

– Дома отлежусь, не волнуйся. – Мужчина улыбнулся. – Потом позвоню тебе и все расскажу подробно, хорошо?

– Может, моя кровь?

– Нет, милая, это же твоя жизнь. Кто я такой, чтобы на меня тратился Ангел? И не спорь.

Мы посадили «Какмаршака» в такси. Глядя ему вслед, я очень хотела догнать его и… Но в этот момент подошел Данила.

– Саяна, что происходит?

– Тоже хотела бы знать.

Глава 5 Боль Часть 1

Настает моя пора:Буду выть я до утра.С. Маршак

– Приехали. – Констатировал очевидное Хан, когда машина остановилась у моего дома. Мы вышли из нее. По ночному небу плыли подсвеченные оранжевым городским светом тучи. – Ты такая красивая! – прошептал Охотник, обняв меня.

– И пьяная! – я рассмеялась.

– Предлагаешь воспользоваться?

– Именно!

– Девочка моя ненаглядная! – прошептал мужчина, осторожно поцеловав меня. – Люблю тебя! Можно подняться…

Покашливание вклинилось в романтичный момент.

– Что? – я посмотрела на Спиридона.

– Хотел уточнить, во сколько завтра у нас с тобой тренировка. – С невинным видом спросил блондин.

– А не пошел бы ты на… отсюда?! – рявкнул раздосадованный Охотник.

– В восемь, Спиро. – Пришлось придержать моего разозленного кавалера. – Тебе ежедневник подарить, раз память подводит?

– Нет, спасибо.

– Могу по башке как следует дать, память точно улучшится! – продолжал бушевать Данила.

– Попробуй, – Мажор насмешливо посмотрел на него. – Только лечиться потом долго будешь!

– Сейчас узнаем, кто лечиться будет! – Охотник рванулся к подливающему масло в огонь санклиту.

– А ну-ка разошлись! – я вклинилась между ними. – Спиро, уймись. И ты тоже, половина Главы Совета!

– Я-то спокоен. – Спиро развел руками. –  А он с кулаками лезет.

– Марш к Ковачу! А ты, – мисс Хайд повернулась к Даниле, – езжай домой. – Нехотя разойдясь, мужчины обменялись такими взглядами, что стало понятно – рано или поздно быть беде.

Мечты о душе и теплой постели разбились в пух и прах, когда я, войдя в квартиру, увидела гостя. Архангелит, с которым мы пришли к взаимопониманию в гей-клубе.

– Саяна, он настаивал, сказал, что ему с тобой поговорить нужно. – Зачастил Арсений, виновато глядя на меня. – Поэтому я разрешил ему остаться.

– Все хорошо, Сеня. – Я посмотрела на гостя. – Здравствуйте, Владимир! Чем обязана такой чести, как ваш личный визит?

– Хотел предупредить вас.

– О том, что мне грозит опасность? – я устало улыбнулась, села в кресло и указала ему на диван.

– Именно. – Он озадаченно посмотрел на меня, присаживаясь.

– Сеня, можно тебя попросить? Чаю хочется безумно.

– Сделаю.

– Спасибо, мой хороший. – Я посмотрела ему вслед. – Он вас смущал, видимо. Теперь говорите.

– К санклитам теплых чувств никогда не питал.

– Гордитесь этим?

– Вообще-то, да.

– Рада за вас. – Мисс Хайд покачала головой – некоторых только могила исправит. – Так что вы хотели рассказать?

– Саяна, вами заинтересовались Хранители.

Знакомое слово. А ведь так Баал назвал Георгия перед тем, как убить! Я подумала, что имеется в виду Хранитель кольца Соломона. Но, похоже, все гораздо интереснее.

– Это потомки Авеля.

– Того самого, библейского?

– Да. Они простые люди, но эта, э-э, организация гораздо древнее даже санклитов. Они оберегают мир от демонов, расследуют все подозрительные загадочные случаи и прочее. При необходимости наводят порядок.

– Теперь я – их подозрительный случай?

– Увы. – Мужчина кивнул. – Саяна, я обязан вам, поэтому решил предупредить. Тем более, теперь многие из нас признали, что были неправы по отношению к вам.

– Лучше поздно, чем никогда. – Мисс Хайд усмехнулась. – Чем вы сейчас занимаетесь, Владимир?

– Просто живу. – Он развел руками.

И глядит прямо в глаза. Школа Гаспара, гори он в аду!

– В вас на самом деле столько наглости? – я поднялась и подошла ближе. – Мне же не составляет труда почувствовать, что вы с остатками вашей архангелитской своры до сих пор плетете интриги против меня и санклитов!

– Саяна, – мужчина тоже встал. – А вам не приходило в голову, что моей целью как раз и является то, чтобы вы это поняли?

Что ж, тоже вариант. Да и вибриссы подтверждают.

– Ваши враги объединяются, Саяна. – Тихо добавил он. – Под руководством таких сил, что…

– Спрашивать, что имеется в виду, бессмысленно? Больше вы ведь ничего не скажете?

– Потому что не могу, а не из-за того, что не хочу.

– Хорошо, я вас услышала, Владимир, спасибо. – Я протянула ему руку. Он сжал ее, и передо мной вихрем закружились обрывки разговоров, картинки и ощущения. Давненько такого не было! Отпустив его ладонь, я проводила мужчину к выходу и начала подниматься по лестнице.

– А как же чай? – Сеня обиженно посмотрел на меня.

– Прости, солнце, все завтра. Устала.

– Ладно. Спокойной ночи.

Я хихикнула. Ага, спокойной! Как бы не так! У нормальных людей ежевечерний ритуал – чистка зубов, душ, телевизор. А у меня…

Глава 5 Боль Часть 2

Мягкое касание. «Здравствуй, мой хороший, как ты?» Горан тоже не спал. Я тихо баюкала его боль, забирая ее – столько, сколько смогу, каждую ночь. Если повезет, он сможет уснуть. Но сегодня, увы, не получилось. Он вспоминал. Все то, что было только нашим.

Первая встреча на скале. Гнал, как сумасшедший, увидев гибкую фигурку на склоне без страховки. Слава Господу, успел! Гипноз омутов ее глаз. Какого же они цвета? Непонятно. Легкое дрожание в душе и ощущение, что знаешь эту девушку всю жизнь. Желание защитить ее от всего мира. Обморок. Пульс едва прощупывался. Струйка крови в ее рот. Плевать на последствия и запреты! Румянец. Слава Господу, будет жить!

Ее руки на моей груди, чистое наслаждение, даже боль от занозы не чувствовалась. Аромат кожи и волос. Господи, что это? Надо уходить! Лучше не видеть ее, слишком сильные чувства. Но мысли только о ней. Какая ирония! Она ангел, а я…

Нет сил быть вдали. Зайти к ней, всего на минуту. Сердце рвется наружу, ладони потеют, глаза наполняются слезами. В ответ на новости о брате – этот гад сбежал от Лилианы, подставив Саяну под удар, она обняла меня. Водоворот чувств – прижать к себе, не отпускать, никогда!

Господи, неужели это то самое?.. 300 лет считать любовь досужими выдумками, сказками для девиц и рухнуть в нее с первого взгляда в эти глаза, цвет которых так и остается загадкой! Вот ты какая, моя Кара Господа!

Что теперь делать? Любой ценой защитить ее от Лилианы! Предложить главенство в клане в обмен на жизнь девушки. Ее саму объявить матерью моего наследника. А дальше? Нельзя удерживать ее против воли. Если захочет уйти… Нужно отпустить. Но как без нее жить?

Я нравлюсь ей – впервые в жизни готов сказать родителям спасибо за внешность! Она так доверчиво смотрит… И ни капли не боится. Даже узнав от Арсения о санклитах! Это безумное создание с уникальным чувством юмора! Я не смеялся со дня смерти моих двойняшек. А с ней хохочу, как ребенок! Чувства становятся только крепче. Я живу, лишь когда Саяна рядом.

Ее попытка побега обожгла нестерпимой болью. Я обнял, когда она пыталась перелезть через ворота, и утонул во взрыве нежности и желания. Вечно бы так стоял, прижав ее к себе и вдыхая аромат кожи. Все сделаю, только не бросай меня, умоляю, любимая!

Наблюдатели? Отнять ее у меня?! Не позволю!!!

Все люди читаются без проблем, а это существо непредсказуемо по определению! Никогда не предугадать, что девушка сделает в следующее мгновение. Она обняла меня, когда совсем не ожидал. Нельзя было давать волю чувствам, но Саяна застала меня врасплох!

Это чудо! Ощущать, как ее тело прильнуло к моему, вкус губ, стоны! Запустив руку в мои волосы, она вызвала новый взрыв желания, еще сильнее прежнего! Что же ты со мной делаешь, родная! Я выпал из реальности, растворился в ней, сходя с ума от счастья! Каким чудом остановился, не представляю! Слышать ее шепот – «Я хочу тебя» – величайшее искушение! Но я не должен, как бы ни жаждал! Только когда она узнает всю правду! Не раньше.

Саяна в ангельских кружевах. Красивее на белом свете нет никого и ничего! А сияние в глазах! Это такое наслаждение – быть рядом с тобой, любимая! И такой ужас – при одной мысли, что ты решишь уйти! Но ты так смотришь! Так обнимаешь! Неужели?.. Я боюсь в это поверить! Вдруг просто принимаю желаемое за действительное? Что тогда?

Они все поедают тебя глазами! Каждый санклит в комнате! И многие санклитки тоже. Но ты моя, только моя! Никому не отдам, никогда! Зачем я вообще затеял этот званый вечер?! Она сводит меня с ума! Стоит оставить на минуту одну, сразу же находит неприятности! С ума с ней сойду! И без нее…

Видеть, как Саяна собирает вещи – это кинжал прямо в сердце! Потухшие глаза, равнодушие. Умоляю, останься! Не уходи, любимая! Я не отпущу!!! Ты мой воздух! Безумно тебя хочу! Разорванное платье. Боже, что я наделал! Она никогда меня не простит! В ее глазах ненависть и боль. Ей лучше будет без меня. Я опасен. И должен держаться подальше. Комната с решетками. Зверь должен быть в клетке. Да, ирония судьбы.

Но она обняла – так нежно, так доверчиво! Пальчики пробежались по пуговицам рубашки и… Нужно остановиться! Но она развернула меня, прильнула, поцеловала, прошептала «Хочу тебя» – и все, я потерял контроль над собой.

Утонуть в ее глазах, слиться с ней, вести к блаженству! И опять, и снова, всегда! Запоздало понял, что был слишком резок – она такая хрупкая, любимая моя! Прости, жизнь моя, это больше не повторится! Буду нежен, все сделаю, как ты хочешь!

Боже, как хорошо! Я рожден для этого! Не смогу без нее, никогда! Люблю тебя, душа моя! Весь твой, делай со мной, что пожелаешь! То, как ты запрокидываешь голову, закусываешь губку и стонешь, когда кончаешь – это лучшее, что есть на белом свете! Готов смотреть на это вечно, изо всех сил балансируя на краю, рискуя сорваться в бездну удовольствия, но удержусь – чтобы раскрыть тебе все грани наслаждения. Люблю тебя!

Она спала, прижавшись ко мне, сводя с ума жаром от нагого тела, а я погрузился в ужас. Что будет, когда ты проснешься? Не пожалеешь ли о том, что сделала? Простишь ли меня? Я ведь не смогу без тебя, никак не смогу без того блаженства, что ты так щедро даришь, любимая! Ты мой смысл, который обретен лишь после пустых трех столетий. Потерять тебя? Лучше сразу умереть. Даже когда ты переворачиваешься на другой бок, уже больно! Ревную даже к твоим снам!

Я не спал, не мог насмотреться на тебя, родная. Вдыхал твой аромат, гладил по волосам, и в страхе ждал твоего пробуждения. Но как ты захочешь, так и будет. Приму любое твое решение. Подрагивают ресницы. Открываются глаза, такие красивые. Ты сонная и прекрасная. И улыбаешься. О, это такое удовольствие – видеть твою первую утреннюю улыбку!

Ты хочешь меня – и сердце взрывается нежностью и желанием. Твой стон. Я опять?.. Нет, слава Господу! Это из-за того, что тебе хорошо со мной! Саяна, ты моя жизнь, мой воздух, люблю тебя, душа моя!

Все рассказать тебе, родная, это было сложно. Твои глаза показали мне все, что ты чувствуешь. Но ты не ушла. Это дало мне надежду. Ночами я сидел у твоей двери, не мог отойти и держался изо всех сил, чтобы не ворваться в комнату, чтобы хотя бы к руке прикоснуться. А потом была гроза, когда мне чудом удалось не свихнуться, увидев, как ты стоишь на балконе прямо под молниями! И я вновь ласкал тебя – такую вкусную, такую горячую, такую любимую!

Твоя утренняя тошнота чуть не убила меня. Одна мысль о том, что я могу стать причиной твоей смерти, ужаснула настолько, что в панике решил быть подальше от тебя. Но ты так обиделась и так отчитала, что мозги моментально встали на место. Мы вместе. Это навсегда. Я все сделаю, чтобы защитить тебя, любимая – от всего мира! Чего бы это ни стоило! Только люби меня, моя Кара Господа! Только люби, умоляю!