Текст книги ""Фантастика 2026-109". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Сергей Баранников

Глава 3.12 Тени прошлого

Я оперлась перепачканной кровью рукой на что–то мягкое, начала приподниматься и ахнула – то, что было под ладонью, похожее на сухую пористую губку, поглотило ее и начало стремительно опутывать запястье какими–то тонкими серыми волосками.

Одновременно с этим у меня возникло ощущение, что кожу покусывают крошечные зубки. Похожее было, когда во время одного из наших с Глебом путешествий опускала ноги в воду с рыбками, которые съедали ороговевшие частички со ступней.

– Что за?.. – мисс Хайд попыталась вырвать руку, но мертвая хватка «губки» не отпускала. – Ах ты, неведомая сволочь! – я полыхнула Светом.

Это подействовало – раздраженно шипя, серые волоски втянулись обратно в пористую поверхность.

– Час от часу не легче! – прошептали губы, когда хищная дрянь, дрожа, снова выпустила тонкие жгутики щупалец. – Ну–ка, – решив проверить догадку, я поставила обе руки на «губку».Так и есть – ладонь, не измазанную в крови, они проигнорировали, зато красные пальцы оказались так сильно сжаты, что пришлось снова включать Крылья.

– Пойдем уже отсюда, родная. – Горан потянул меня наверх.

– Да уж, надо сматываться, пока не сожрали! – пробормотала я, вставая. – Слышишь? Кажется, крик. – Да, так и есть, кто–то вопит изо всех сил! – Бежим!

Мы понеслись на звук. Огромных скелетов нам попадалось все больше. Земля под ногами становилась все более мягкой. «Просто айка болотная забрюхатела, всего–то разок побаловался с ней», вспомнились мне слова демона, я резко затормозила и посмотрела под ноги.

Болотная? Густое, как дым, голубоватое свечение не позволило разглядеть землю. В ход пошли вибриссы. Но «усы» лишь подтвердили, что дело нечисто. Пришлось, матерясь, шарахнуть Крыльями. Свечение моментально словно сдуло ветром.

– Другое дело! – удовлетворенно кивнула мисс Хайд, глядя, как проминается под ногами и отползает в сторону та же самая «губка», что с жадностью набросилась на измазанную кровью руку. Правильно говорил мой дед – когда бросаешься кого–то спасать, сначала убедись, что сам не угодишь в ту же беду!

– Саяна!.. – потрясенный Горан указал вперед.

– Твою дивизию! – ахнула я, увидев в паре метров от нас прямо–таки бурлящее море из этой хищной хрени. Она будто состояла из огромного клубка мелких червей, которые находились в постоянном движении. Фильм ужасов, да и только!

Подключенные вибриссы позволили мне мысленно скользнуть внутрь. Это словно грибница какая–то – то, что на поверхности, лишь малая часть. Едва проникнув в примитивное сознание этого «коллективного разума», я ощутила только одно пульсирующее желание – голод. Неутолимый, всепоглощающий Голод.

Вибриссы вели вперед, то и дело натыкаясь на полуистлевшие трупы недавних жертв и добела обглоданные старые кости. Скорее уж это не грибница, а гробница. Мисс Хайд подавила рвотный рефлекс – так они питаются, ничего не поделаешь, на земле такое тоже в изобилии встречается – и ощутила чей–то ужас. Яростно пылающий паникой живой комок плоти – пока еще живой, силы уже на исходе. Эта тварь утащила его в свои глубины и не намерена отдавать.

– Потерпи, малыш, – прошептала я, открыв глаза. – Горан, мальчишка внутри! – упругая золотая волна полетела вперед.

Когда она ударилась о бурлящую «губку», та раздраженно зашипела и начала поспешно отползать в стороны. Через несколько таких «процедур» мы с Драганом значительно продвинулись внутрь, перешагивая через кости, но начали задыхаться от ужасающей вони. Пахло как в общественном бесплатном туалете на вокзале, где на пол вывалили сотни банок самых дешевых рыбных консервов, которые стухли под солнцем Сахары!

– Саяна! – окликнул меня Горан. – Смотри!

Я вытерла слезы, что потекли по лицу из–за этого непередаваемого смрада, и оглянулась. Пользуясь тем, что мы уже зашли глубоко внутрь по выжженному Крыльями коридору, хищная тварь начала потихоньку смыкаться за нашими спинами.

– Ага, размечталась! – фыркнула мисс Хайд, отправив назад волну Света. Быстро втянув щупальца, дрянь не сдалась, медленно возводя «потолок» над нашими головами. – Да ты оптимистка! – я шарахнула и вверх тоже, и продолжила пробираться вперед.

А вот уже и полупереваренные трупы попадаются, хорошо! Отведя от них глаза, госпожа Ангел увидела кончики пальцев, торчащие из клубка серых нитей. Вот ты и нашелся, малыш! Еще одна мощная волна Света, и щупальца поспешно расползаются в стороны, выпустив полуживую жертву.

– Как ты? – я опустилась перед ним на колени и ужаснулась, увидев, что теперь его кожа стало ярко–красной, словно ее безжалостно натерли пемзой. Его попросту ели живьем! – Больно? – взгляд парнишки приобрел осмысленное выражение и тут же вновь наполнился страхом. – Вот ведь неугомонная тварь! – процедила мисс Хайд, поняв, что он увидел щупальца, что уже оплели его ноги и начали тянуть обратно в «утробу». – Пошла прочь! – Свет заставил их уползти обратно и, подрагивая, затаиться в ожидании.

– Пора уходить. – Горан подхватил мальчика на руки, и мы бегом понеслись по «коридору».

Глава 3.13 Тени прошлого

Но голодный монстр нас так просто не отпустил. Подтянув, похоже, все резервы, он сначала накрыл путь отступления «волной», Крылья хоть и не сразу, но сумели развеять его, а потом…

Хлесткий удар по ногам уронил нас на пористое одеяло. Следующее длинное щупальце просвистело сверху, рискуя снести головы. «Губка» вовсе не была дурой, быстро обучаясь, она вычислила наши слабые места и то, как их использовать.

Огромный «хобот» вырос прямо перед нами, мы едва успели затормозить, чтобы не въехать в него с размаху. Мгновенно сузив коридор по бокам, тварь развернула мерзкий отросток к нам концом. В его центре образовалось отверстие. Твою мать, это пасть!!!

– О–го! – вырвалось у меня. Остальное было нецензурным.

В ход опять пошли Крылья. «Хобот» сыпался по внешней стороне, но быстро восстанавливался. Она определенно умная!

– Стивену Кингу понравилось бы! – отметила я, глядя на острые, как иглы, белоснежные зубы в три ряда. – И никакого ведь кариеса! – взгляд переместился на Горана. – Ты будешь ругаться, но помни, что обещал. Бери ребенка и беги, я отвлеку.

– Саяна!!! – его взгляд был полон боли – такой же острой, как клыки хищной мерзости.

– Вспомни! – крикнула мисс Хайд, одновременно отступив назад и полоснув скальпелем по внутреннему сгибу локтя. – Пошел!!! – кровь ручьем потекла на «губку».

Одурев, по–видимому, от счастья, она зарычала и со всех сторон ломанулась ко мне. Выставив ладонь чуть наискосок, я прочистила Горану новый путь Светом и села на корточки. Широко раскрыв пасть, «хобот» обрушился на меня сверху и поглотил полностью.

Да, это определенно больно! Словно кожу срезают со всего тела маленькими бритвами. Еще немного, чуть–чуть, надо дать Драгану время уйти на безопасное расстояние! Боже, это как гореть живьем или купаться в кислоте! Надо за что–то зацепиться мыслями. Например, подумать о нагоняе, который мне устроит Ковач, когда вернусь. Больно! Ч–ч–черт! А ведь я с Люцифером даже и не познакомилась еще! Воюю с местным болотом! Вот он поржет надо мной!

Не могу больше!

Я зарычала и вспомнила слова Сэмуэля о росте моей силы. Господи, пусть Архангел будет прав! Мисс Хайд сжала зубы, представила, что Свет сконцентрировался в груди, и сжимала его до тех пор, пока Сила не достигла предела, а потом отпустила, позволив рвануть ранее неизведанными резервами. Получай, сука, ангельский атомный взрыв!!!

Сначала ушла боль. Потом рассеялся ослепительно белый свет. Я поднялась с колен, огляделась и хмыкнула. Да тут словно субботник был – вдаль простирается терракотовая земля с белоснежными громадинами скелетов неведомых чудищ, не осталось ни единого следа пористого хищника! Говорят, если вас сожрали, у вас все равно есть два выхода. А я, похоже, нашла третий!

– Прохлаждаешься, значит, пока жена с неведомой адской хренью сражается? – пошутила мисс Хайд, подойдя к лежащему на спине супругу, рядом с которым «отдыхал» серокожий паренек. Живы, но в шоке. – Бессовестный. – Я дала мальчишке кровь, села рядом и положила голову мужа на свои колени. – Спасибо, что послушался.

– Люблю тебя! – тихо прошептал он, улыбаясь сквозь слезы.

– Взаимно, родной. Встать сможешь?

– Я или?..

– Ясно, ты в порядке. – Я поднялась.

– Ай! – возмутился санклит, ударившись затылком.

– Тебе это ничего не напоминает? – мисс Хайд, усмехнувшись, помогла ему встать.

– Знала бы ты, как я хотел тебя тогда! – мужчина прижался ко мне. – Любимая!

– Эй, тут дети! – возмутилась для вида госпожа Драган, указав на вставшего мальчишку.

– Бабушка! – прошептал он, глядя за наши с Гораном спины.

– А можно помедленней? – вздохнула я, оборачиваясь.

Так вот вы какие, айки! Ни дать, ни взять наши кикиморы! Кожа еще более серая, чем у паренька, с приятным дымчатым отливом на всем теле – это очевидно, потому что одежду дама, похоже, считала излишеством, все женские прелести у нее были слегка прикрыты ожерельями – несколько на груди, пара на талии. Волосы русые с голубоватым свечением. Глаза раскосые, внешние уголки словно стянуты к вискам, и непроглядно черные.

На вид около пятидесяти, но вибриссы утверждают, что к этой цифре можно смело пририсовать нолик и умножить на… два? Три? А может, и больше.

– Говорила ведь не ходить по кладбищу Владык! – совсем как земная бабушка, пробурчала айка, отвесив внуку подзатыльник. – Ничего не слышит, неслух!

– Чего ты, – привычно отмахнувшись, беззлобно огрызнулся он, вытерев сопли рукавом. – Отец меня убить хотел. Я рога лучшие разбил, люциферовские. Сказал, в геенне утопит.

– Пусть попробует, ольббу скормлю! – она прижала мальчишку к себе. – Говорила мамке твоей непутевой, не сладится у тебя с ним! Так ведь она неслух такой же, непутевая!

– Госпожа за меня вступилась. – Доложил бабушке внучок. – Спасла. Из пуза ольбба вытащила!

О, эта «губка» ольбб называется, запомню!

– А что за интерес ей аек–то спасать? – женщина подошла вплотную ко мне и вперила в мое лицо черные глаза. – Ох ты, да неужто? – потрясенно прошептала она. – Ты?..

– Я. – Ответили губы сами по себе. – Отдай, что должна.

– Айки чтут уговор. – Зло усмехнувшись, она погладила серыми пальцами – с перепонками! – ожерелье на груди, вытащила зеленый камень из центра и положила на мою ладонь, которая тоже без участия разума сама протянулась вперед. – Я сдержала Слово. Теперь мой род свободен?

– Да. – Пальцы сжали камень, и я очнулась. – Что это было?!

– Узнаешь, когда придет время.

– Но…

– Одно скажу тебе, раз уж внука спасла, – вновь вглядевшись в мои глаза, прошептала она, – остерегайся тех, кто любит тебя. – Айка взяла внука за руку, развернулась и зашагала прочь. Оглянувшись через плечо, он виновато улыбнулся и помахал мне, но бабушка одернула его.

Эй, там, в Исаакиевском соборе, есть местечко?..

Глава 3 Четыре

Их было четверо – прекрасных симургов с телами львиц и роскошными крыльями. Сестры. Охваченные золотым свечением, они стояли напротив меня. По моему лицу текли слезы. Душу сжимала тоска. Мы прощались. Может, навсегда. Но если на то будет воля Небес, еще свидимся.

«Иди, мы сохраним их», прозвучало в голове. «Спасибо», так же ответила я. Одна за другой сестры расправили крылья, и мне оставалось только одно – проводить их, исчезающих в белых облаках, взглядом. Теперь нужно идти к нему.

А вот и обрыв. Он там, знаю. Стоит в темно–красной дымке и зовет меня, тянет к себе, сминая волю и развевая в прах любую попытку сопротивляться. Его власть надо мной была безмерной. Была. Но это в прошлом.

Во мне больше нет страха перед тобой. И нет любви – она умерла, когда ты сделал то, что сделал. Это должно было уничтожить меня. Но я оказалась сильнее, и ты это понял – именно сейчас, когда попытался нырнуть в мой разум, но натолкнулся на защиту и замер – не от удивления, а от бешеного гнева, что разливался у тебя внутри.

Я усмехнулась. Ты этого не ожидал, верно? Думал, моя вера тебе безгранична. Полагал, что предашь и будешь прощен. Ты ошибся. Нельзя получить все. Ты сделал выбор. Я тоже. И готова за него заплатить. А ты готов?

Я подошла к темной фигуре на обрыве. Сумрачная дымка вилась над ней, едва касаясь напряженной спины и светлых коротких волос. Пространство вокруг наполнилось словами. Этот шепот нырнул внутрь меня, подавляя волю, убаюкивая разум, сковывая невидимыми цепями, утаскивая, словно морское чудовище, в свои глубины, откуда нет возврата.

Ну уж нет, со мной этот фокус не прокатит! Я помотала головой, сбрасывая наваждение. Я – не она! По телу пробежала искорка, и шепот завопил, завизжал, выскочив из моего разума и души прочь, будто обожженный.

Небо налилось алым светом, молния прошила его насквозь. Гром расползся по кровавому куполу раздраженным ворчанием.И он обернулся.

Мои глаза встретились с его полыхающим гневом взглядом.

– Я пришла, Люцифер.

Сон. Это был сон. Можно облегченно выдохнуть. Я в кровати в нашем отеле. По ощущениям проспала сутки! А где Горан? Полагаю, ушел готовить завтрак. Мой идеальный мужчина! Потянувшись, я встала и, накинув халатик, прошла на террасу. Вид с нее был неизменно прекрасен. И, кстати, непростая метафора – между мной и Осью бытия, которая где–то там, далеко, такая же пропасть, как между отелем и поселением на равнине.

Почувствовав, как сильные руки обвивают талию, госпожа Ангел выбросила из головы все сравнения. Есть дела поважнее!

– Горан, – я улыбнулась, обернувшись.

На меня, прищурившись, смотрел Люцифер.

Гллава 3.1 Четыре

– Здравствуй, Ангел. Так долго ждал тебя!Моя душа утонула в его глазах, даже не замечая их цвет. Глубокий голос потянул к себе, я уже почти поцеловала его, когда поняла, что делаю. И заметила замершего в дверях Горана. Вспыхнула, уперлась руками в грудь, отталкивая. Но он не отпустил меня. Мельком глянул на Драгана, скривился.

– Не обращай на него внимания. – Хозяин преисподней презрительно усмехнулся. – Он того не стоит.

– Кто вы? – тревога в голосе мужа заставила меня прийти в себя окончательно.

– В аду есть специальное место для меня. Называется Трон. – Улыбка изогнула узкие губы. – Верно, Ангел? Кстати, Баал передавал мне привет от тебя. Очень мило!

– Саяна. – Горан медленно подошел к нам.

Его руки начали обвивать мою талию, но ладони Люцифера тоже все еще были на ней. Замерев, я смотрела на четыре руки, не в силах сдвинуться с места.

Драган потянул назад. В тот же момент хозяин ада резко дернул меня на себя. В панике мисс Хайд инстинктивно полыхнула Крыльями. Мужчины синхронно сделали по шагу назад. Хоть небольшая, но все же передышка. Боже, в соседней комнате дети! Разум заметался в поисках подходящего плана действий.

– Все будет хорошо. – Прошептала я, повернувшись к мужу. – Верь мне. – Тяжело дыша, бледный, сходящий с ума от тревоги, он заставил себя кивнуть. – Спасибо.

– Говорят, один раз солнце и ад осветит. – Прислонившись плечом к стене, сказал Люцифер. – С твоим появлением так и произошло.

– Еще говорят, сатана носит ад в своем сердце. – Не осталась в долгу я, разглядывая его.

Иронично, но они с Драганом одного типа – высокие, худощавые, с хищными чертами лица, от обоих веет опасностью и гарантией такой глубины внутреннего содержания, что за века не достигнешь ее дна. Только один шатен, другой блондин, и глаза разные – у адского босса они голубые. Две красивые льдинки цвета небес, с которых его изгнали.

– Так загляни в него. Ты можешь. Мое сердце открыто тебе.

Могу. Но хочу ли? Поколебавшись, я сделала шаг к нему, положила руку на холодную щеку. Внутри меня встретила боль. Дыхание прервалось, но удалось преодолеть это и двинуться дальше вглубь его души. А вот и оно – сильное мятежное сердце Архангела.

– Ты устал. – Прошептала я. – Устал страдать. Слишком много боли для одного.

– Для одного. – Тихо повторил он и прервал меня, сняв ладонь со своей щеки. – Проницательный Ангел. Хочешь испить мой яд? Тогда я больше не буду одинок.

– Нет, спасибо. – Фыркнув, отказалась мисс Хайд. – Баал с Михаилом тоже хотели сделать меня демоницей, но у них не вышло.

– Можно попробовать еще раз. – Откуда–то появился гибкий прут его хвоста с сияющим трезубцем на конце самого черного цвета, который только можно вообразить. Он скользнул вдоль моего профиля, царапнул ткань халатика над затвердевшим соском, обхватил талию, притянул к Люциферу. – Ну что, рискнешь?

– А почему нет? Но сначала ты попробуй мой яд. – Глядя мужчине в глаза, я схватила его извивающийся хвост одной рукой, палец на другой прокусила, даже не заметив боли. Вишневая капелька крови скользнула на трезубец. Люцифер зашипел от боли, отшатнулся и забил хвостом по полу чечетку, как Баал. – Все еще готов рискнуть? – мисс Хайд изогнула бровь.

– Жаль. – Ловко скрыв злость, он улыбнулся. – Из тебя вышла бы прекрасная Архидьяволица! Тебе не было бы равных! Каких детей ты родила бы мне! С ними мы поставили бы на колени все миры!

– Я рождена, чтоб сказку сделать пылью! – резюмировала моя вздорная половина.

– Ты рождена, чтобы стать моей! – неожиданно рявкнул Люцифер, притянув меня к себе – на этот раз по старинке, руками. – Думаешь, клинок Лилианы был выкован на небесах? Там нет огня, дорогуша! Самая сильная сталь куется огнями ада! Я лично выковал кинжал Возмездия, которым Драган убил тебя смертную! Сотворил собственными руками! Мое сердце в этом клинке! Ты стала им – дитя ада, мое творение! – он покачал головой. – Почему ты стала в нарушение всех устоев Ангелом Жизни?!

– Потому что этот клинок вошел в мое сердце рукой любимого человека. – Тихо, но твердо ответила я.

– Его любовь так сильна?

– Да. И она не могла сотворить зло. Вы попросту перемудрили!

– Ты так считаешь? – мужчина вгляделся в мои глаза и усмехнулся. – Всегда есть лазейка! Ушлые ангелы… Но как ты можешь любить его? – он вновь презрительно скривился. – Ты и санклит? Это смешно! Его роль была только в том, чтобы сделать тебя демоницей! Ты не можешь любить его! Ведь ты… – он осекся и отвел глаза.

Глава 3.2 Четыре

– Могу. И люблю. И буду любить. – Я посмотрела на Горана. Он улыбнулся сквозь слезы. – Ищи себе другую на роль демоницы. А теперь, извини, тебе пора. Не очень культурно указывать гостю на дверь. Но и заявляться без приглашения тоже дурной тон.

– Кто бы говорил. Ты тоже посетила ад по собственной инициативе. – Парировал Люцифер.

– Ой ли? – я прищурилась. Губы вновь стали вещать сами по себе. – Ты привел меня сюда, не оставив выбора.

– Ты пробуждаешься, Ангел! – едва  слышно прошептал мужчина и улыбнулся. Глаза замерцали.

Почему он так доволен? Во мне начала подниматься волна глухого раздражения. Я что–то упускаю. Чертовщина!

– Тебе не пора? – огрызнулась мисс Хайд. – Людей искушать, души покупать и прочее, чем ты там на работе занимаешься? Или это скорее призвание?

Люцифер расхохотался, запрокинув голову. Искренне, с удовольствием, от души. А есть ли она у него, эта самая душа?

– Правильно говорят, у тебя острый язычок, Ангел. И зубки тоже. Ты будешь разочарована, но я давно оставил земной мир в покое по простой причине – людишки прекрасно справляются сами! – он развел руками. – Что ж, ухожу. Но мы еще увидимся. – А ты, – мужчина остановился напротив Драгана, – знай: предназначение уведет ее от тебя! Нельзя поймать жар–птицу и заставить нести куриные яйца! Твое блаженство будет недолгим! Она уйдет и унесет с собой твое сердце и душу!

Секунда – и вот его уже нет в комнате. Да пошел он! Гораздо важнее Горан. Встретившись с ним глазами, я едва не застонала от его боли, что полилась в меня. Люцифер знал, что ему сказать. Он искусно нанес удар – в самое больное место, разбудив монстра, что терзает его давным–давно.

Этот страх свил гнездо в душе моего любимого, обжился, пустил корни. Мне не изгнать его, не выдернуть, как сорняк, с корнем, не нанеся непоправимого урона. Могу лишь усыплять это чудовище и забирать страдания Горана. Чем сейчас и займусь.

– Все будет хорошо. – Обняв и баюкая его, прошептала я. – Он хотел укусить тебя. Не позволяй. Мы вместе, любимый, у нас двое малышей, ты мой супруг. И так будет всегда. Ну, если только наследников со временем станет больше! – мисс Хайд отстранилась и с улыбкой заглянула в его глаза. – Но ты же не против, любимый?

– Все, что пожелаешь, воздух мой! – хрипло ответил санклит. – Каждого буду любить всей душой!

– Пойдем, кстати, покормим Саяна и Горану. – Я увела мужчину к детям, все еще потихоньку оттягивая на себя его боль. Дочка куксилась, чувствуя мое смятение. Ребенок–лакмус, что ж поделаешь.

– Саяна, все хорошо? – Горан, севший рядом на кровати, сжал одной рукой мою талию. – Не жалей меня, расскажи, как есть.

– Просто вспомнила сегодняшний сон. – Перед глазами снова возникли четыре сестры–симурги.

Что–то неуловимое задрожало дразнящей паутинкой перед носом. Четыре сестры. Четыре. Четыре Экзарха. Четыре их вотчины вокруг столицы ада, Пандемониума. Четыре капельки крови на салфетке–схеме. «Мы сохраним их». Как это связано, понятия не имею. Пока не имею. Но уцепилась за эту ниточку и когтями, и зубами, и Крыльями! Ни за что не отпущу. И рано или поздно распутаю весь клубок!

– Горан, – восхитилась я, глядя на супруга с улыбкой, – а ведь Люцифер, похоже, весьма положительно влияет на мою сообразительность!