Текст книги ""Фантастика 2026-109". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Сергей Баранников

Соавторы: Виталий Хонихоев,Рита Лурье,Елена Амеличева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 125 (всего у книги 359 страниц)

2012

1 января 2012.

Накануне Нового года позвонил Шейн и спросил, какие у меня планы, не хочу ли я часом приехать к нему в Калифорнию хотя бы на время праздников. Планов у меня, конечно же, не было, но я всё равно отказался.

Я намеревался провести ночь в компании бутылки виски, стопки фолиантов из библиотеки и этой тетради – полистать старые записи и подумать над дальнейшей тактикой действий, но почувствовал, что кто-то штурмует защитные чары, окружающие особняк. Недавно я как раз обновил и усилил их, чтобы никто не помешал мне заниматься своими исканиями.

Незваный гость был настойчив.

Пришлось пойти и посмотреть, кого там принесло.

Возле ворот я обнаружил Мелиссу, мать её, Макбрайд, Верховную ведьму Юга, и, пожалуй, с недавних пор – Верховную ведьму всея Нового Света. Она куталась в шубу, одной рукой прижимая к груди бутылку шампанского, а второй – ничуть не страшась попасться на глаза простым смертным – запускала ignis pila в воздух над забором. Со стороны это, пожалуй, можно было бы принять за фейерверк, но я всё равно счёл её поведение крайне безрассудным. Верховная она или нет, но правила есть правила.

«Что это ты делаешь?» – полюбопытствовал я.

«А на что похоже? – откликнулась Мэл.

«На идиотизм».

Она хмыкнула.

«Здесь нет звонка, – сообщила она, будто я не знаю, – на территорию мне не попасть, а твой телефон недоступен. Как ещё до тебя достучаться?»

Всё верно – после Шейна я отключил телефон, остерегаясь, как бы, напившись, он не принялся меня доставать.

«Что тебе нужно?» – спросил я.

Мелисса погасила очередной огненный шар и спрятала руку за ворот шубы, покрытой нападавшим снегом. Её лицо в складках чёрного меха было таким родным, словно в детстве – щёки разрумянились от мороза, светлые волосы прилипли к вискам, глаза на холоде стали ярче.

«Хотела тебя проведать, – призналась она, – быть может… не знаю? Поболтать, как в старые добрые времена до всей этой херни?»

Сложно понять, что она имела в виду под «всей этой херней», но я тоже подумал про «старые-добрые времена». Желание впустить её в дом и поддаться очарованию момента было очень сильным, но я вовремя вспомнил, почему забаррикадировался в своей крепости одиночества с помощью магии.

Во-первых, где-то в доме находится Камила, некогда убившая мать Мелиссы, и встречаться им точно не нужно. Во-вторых… тёплые воспоминания о нашей дружбе – тот пластырь, что лучше бы оторвать. Меня скоро не станет. Не хочу, чтобы Мэл было больно. Пусть ненавидит меня, как и раньше. Незачем пытаться починить то, что было сломано очень давно.

«Плохая идея, – сказал я, – тебе не стоит здесь быть».

«Почему это? – заупрямилась Мелисса, – Ит, всё изменилось. Теперь есть только мы, и никто не…»

«Я не один» – заявил я. Ну, в каком-то смысле это было правдой, смотри пункт 1: Камила, тень, черноглазая тварь и далее по списку.

«Хм…» – пробормотала Мэл.

«Да, – подтвердил я и принялся плести, – ты же сама сказала, что «даруешь» мне право жить простой человеческой жизнью. Я это и делаю. У меня…»

«Значит, подруга» – закончила Мелисса, вконец помрачнев. Она кивнула своим мыслям. Я был уверен, что Мэл страшно оскорбится и выдаст какую-то гадость, но ей удалось меня удивить. После недолгой паузы она вдруг улыбнулась, улыбнулась тепло, ласково, как улыбнулся бы старый друг.

«Рада слышать, что ты не торчишь тут в одиночестве, – тихо сказала Мэл, – я спокойна. Ладно, Итан. Береги себя. А это… – она протянула мне бутылку шампанского через кованые прутья решетки, – вам, пожалуй, пригодится. С наступающим!»

«А ты…» – обронил я, но Мэл махнула рукой.

«О, я найду, чем заняться в Салеме, – заверила она, – обо мне не беспокойся».

Она казалась ужасно одинокой, пока шла к машине, припаркованной поодаль, но я не нашёл в себе сил, чтобы её остановить. Вероятно… Нет. Мэл всё-таки ведьма – и не абы-какая рядовая ведьма, а Верховная своего Ковена. Любая привязанность – прореха в её броне, её уязвимость. «Незримый мир» жесток.

Дома я сразу откупорил бутылку, и, не успел даже пригубить (вернее, залить себе за шиворот, шампанское – не виски, с ним надо обращаться осторожнее) в поле моего зрения появилась Камила. Она же – тень, она же – тварь, она же – черноглазый монстр.

К счастью, Камила не стала изображать заботливую мамашу и бухтеть из-за выпивки, а услужливо протянула мне бокал. Как ни странно, она прихватила и второй, хотя, как мне известно, не пьёт. Не видел, чтобы она вообще хоть когда-то притрагивалась к человеческой пище или напиткам.

«Если вам будет угодно, я могу превратиться…» – начала она, но я оборвал её взмахом руки.

«Вот уж спасибо, – сказал я, – мы с этим, кажется, завязали».

«Да» – согласилась она.

Мы разлили шампанское и чокнулись, и из-за края бокала я наблюдал за Камилой, станет ли она пить. Она сделала крошечный глоток, тоже украдкой поглядывая на меня. Будто ждала тост. Я произнёс его про себя:

«За последний год моей жизни».

10 января 2012.

Вот и конец нашему «перемирию» с Камилой. Не сказать, что мы жили прямо-таки душа в душу, но я как-то свыкся с её присутствием. А она… понятия не имею, что творится в её голове.

Я не мог больше ждать и возобновил свои эксперименты.

Положим, мне нельзя погружаться в мир Джуди, потому что там есть другой я, но должен найтись какой-то способ обойти эти дурацкие правила!

И кто их, кстати, придумал?

«Ты сказала, что нам с другими собой нельзя встречаться, но откуда ты это знаешь, если не можешь путешествовать?» – спросил я у Камилы. Я только что «вынырнул» из зеркала и сидел на полу, переводя дух. Меня ещё слегка потряхивало. Тень болталась поблизости, подстраховывала. Думаю – обещала же мне информацию, давай-давай.

Тишина.

«Эй, – поторопил я, – отвечай, язык проглотила?»

«Я не могу вам сказать» – заявила тварь.

«Это ещё почему?»

Она стояла у стены в полумраке, словно пытаясь с ней слиться, и продолжала прикидываться глухонемой. И её окаменевшее лицо вкупе с поганым молчанием меня допекло. После путешествий я всегда сам не свой, а мой характер и без того не назвать лёгким. Мной овладела ярость – захотелось сию минуту отыграться на Камиле за всё хорошее. Посмотреть, что выйдет, даже если она меня прикончит.

Магия смела тень с ног, как порыв сильного ветра. Она шатко встала, воинственно сверкнув своими чёрными глазами, но не ринулась в атаку.

«Мне это надоело, – сказал я, – прекрати прикрываться нашей сделкой, ты первая нарушила её условия. Ты, получается, меня обманула. Ты обещала, что Лорна не умрёт, но она мертва…»

«Она сама сделала это, хозяин, – слабо возразила Камила, – ни вы, ни я не смогли бы этому помешать…»

«Закрой рот, – потребовал я, ещё больше распалившись от её слов, – я хочу расторгнуть соглашение. Говори, как это сделать».

«Никак».

«Ты всё равно не получишь того, что тебе нужно, – сказал я, – у меня никогда не будет детей. Ведь ты этого хотела, так? И от меня, и от Аманды Макбрайд?»

Я счёл молчание твари за согласие. Выходит, я не ошибся в своих предположениях. Что же… стоило бы гордиться собой, что мне удалось переиграть Румпельштильцхена с помощью презренной магическим миром человеческой медицины. Лорна мертва, но в отместку я оставил монстра в дураках.

«Насколько мне известно, – продолжал я, упиваясь мстительным ликованием, – даже по людским законам сделка, условия которой не могут быть соблюдены, считается недействительной. Так что проваливай. Ты свободна. Видеть тебя больше…».

«Всё не так просто, – передёрнула Камила, – вы, должно быть, забыли точную формулировку: вы не просили меня спасти Лорну, а жаждали знаний, что помогут вам сделать это самостоятельно. Я выполнила свою часть, но вы ещё не готовы со мной расплатиться…»

«И не буду готов! – перебил я, – тебе не на что рассчитывать!»

«Вы ошибаетесь…»

«Заткнись! – крикнул я. Ритуальный нож сам скользнул мне в ладонь, и я, задрав рукав, демонстративно прижал лезвие к своему запястью, – хорошо, раз до тебя так и не дошло: я просто убью себя, и ты точно останешься ни с чем».

«Хозяин» – воскликнула тень.

Кажется, она действительно испугалась, и, пожалуй, её можно понять. Даже если я заблуждаюсь на счёт её цели, любая из них станет неосуществимой в случае моей гибели, хотя, по правде, я блефовал. В этот момент я думал о Джуди, поэтому, наверное, и не попытался помериться силами с тварью. Если она прикончила Аманду Макбрайд, слывшую легендарной колдуньей, мои шансы в схватке примерно равны нулю.

Под лезвием выступила первая капля крови, за ней ещё одна. Мы оба заворожённо наблюдали, как тонкая струйка окропляет паркет. Я решил, что достаточно, и указал клинком на тень.

«Убирайся, – потребовал я, – я запрещаю тебе находиться здесь».

Камила исчезла до того, как сработали защитные чары особняка, но я не испытал облегчения. Я знаю, что мы ещё встретимся, и это будет наше последнее противостояние. Мне понадобится время, чтобы подготовиться и закончить другие дела. Вероятно, придётся обратиться за помощью – или к Мелиссе и её Ковену, или, что мне, конечно, нравится ещё меньше, к Луизе Ришар.

Я должен уничтожить черноглазую тварь любой ценой, не исключаю, что ценой своей жизни.

Я стану последним её хозяином.

Но сначала Джуд.

24 января 2012.

Я много путешествовал, пытаясь снова проникнуть в её измерение, а в перерывах погружался в мир, полный магии, чтобы восстановить ресурсы. И, вполне ожидаемо, злоупотребление портальными фокусами не обошлось без последствий.

Правильно подобранная дозировка тайленола притупляет физический дискомфорт, но бардак в голове мешает делу. С новой силой возобновились провалы в памяти – приходилось постоянно листать эту тетрадь, а ещё делать заметки до и после каждого путешествия и оставлять их на видном месте.

Потом я подумал – чёрт, плохая идея. Вдруг я помру в процессе, и кто-то посторонний наткнется не только на мой труп, но и на подробную инструкцию, как пустить свою жизнь под откос? В итоге я уничтожил все лишние бумажки, оставив только дневник, а сам его снова стал прятать там же, где и прежде.

Увы, я не доверяю собственной памяти и нужна подсказка, которую не поймет никто, кроме меня. Татуировка всегда будет у меня перед глазами, хотя, не исключаю, что я могу запамятовать, что она значит. Других идей всё равно нет. Не план дома же на себе рисовать?

Это произошло через несколько дней после гибели Джуди из нашего мира, когда я узнал о том, что её тело нашли, и в очередной раз поссорился с Лорной:

«Вот тогда я и разбил то долбанное окно, так вышел из себя. Мама тут же ухватила меня за горло и потребовала:

«Научись держать себя в руках! Хочешь сдохнуть?».

Странно, что я не забыл, но я помню с поразительной чёткостью, как швырнул в него ignis pila, подпитанный моими гневом и отчаянием. Магия разбила стекло, а заодно изничтожила щедрый кусок стены. Судя по старым фотографиям особняка, прежде окно над лестницей было треугольным, но после инцидента его почему-то не восстановили в прежнем виде, а сделали полуциркульным, и под рамой образовался карман. Именно он служил мне тайником, уберегавшим тетрадь от посягательств Лорны.

Запомни, Итан:

Полукруг, разделённый двумя линиями, сходящимися к центру – это ключ.

Он указывает, где искать дневник.

25 января 2012.

Если ты это читаешь, значит, я мёртв.

Пожалуйста, уничтожь эту тетрадь.

(Написал это на отдельной странице и вклеил в самое начало тетради на случай, если она всё-таки попадёт не в те руки. В чьи бы руки она не попала, надеюсь, тот человек исполнит мою последнюю просьбу, а не примется «наслаждаться» этим низкопробным чтивом).

9 февраля 2012.

Наконец-то мне есть, что записать!

Пришлось, конечно, сначала опрокинуть в себя пару стаканов виски – разумеется, чтобы успокоиться. Я давно завязал с алкоголем – он не сильно способствует концентрации, а мне нужно быть собранным, как никогда. Осталось немного. Я на верном пути.

Я НАШЁЛ ЕГО – ЭТОТ САМЫЙ ВЕРНЫЙ ПУТЬ!

Проигнорировав предостережения Камилы (да пошла она к дьяволу!), я всё же старался проникнуть в измерение Джуд, хотя действовал с большой осторожностью. Я избегал особняка, как и всех мест, где мог бы столкнуться с другим собой, а начинал с того, где вряд ли напорюсь на того Итана и спровоцирую глобальный коллапс чужого измерения.

Местом этим было кладбище.

Нет, наверное, ничего более странного, пугающего и одновременно по-своему завораживающего, чем собственными глазами взглянуть на свою могилу. Не совсем свою, но имя и дата рождения были моими, а оттого во мне шелохнулось какое-то чувство, близкое к суеверному страху. Но это «дурное предзнаменование» являлось одновременно и гарантом успеха: Итан Уокер в этом измерении мёртв, погиб в тот самый день на реке – второго июня двух тысяча второго года, что означало – мы не столкнёмся. Я смогу здесь задержаться и разузнать побольше.

Убедившись, что правила, которые запросто могли быть домыслом монстра, мне не помеха, я направился в особняк. И вот ту начались проблемы.

Лорна-2 – это проблема.

Я отлично знаю свою мать, а потому не рассчитывал на тёплый прием, но и не был готов к тому, что она, вернее, другая её версия, попытается прикончить меня с порога. Я даже не успел вдоволь повариться в своих сожалениях и чувстве вины, увидев её такое родное, но чужое лицо, как Лорна-2 запустила в меня огненным шаром.

Важное уточнение: ignis pila, сотворённый Мелиссой или любым другим магом, и в подметки не годится этой херне в исполнении мамы с её талантом к пирокинезу. Она разнесла половину гостиной и зеркало, из которого я вышел. Его осколки, повисшие в дюйме от лица Лорны-2, чуть остудили её пыл.

«Кто ты такой и как ты обошёл защиту особняка?» – зашипела она, судя по глазам, готовая вот-вот перейти к другому своему фирменному трюку: испепелению взглядом. Действовать надо было быстро – мой телекинез против такого бесполезен.

«Защита меня пропустила, – ответил я, – потому что я – Уокер. Итан Уокер, если что. Лорна, пожалуйста. Нам нужно поговорить…»

С ней всегда было сложно. Другая версия мамы не исключение. Мне пришлось сбить её с ног и сильно (

прости, мам)

шваркнуть о стену, чтобы нейтрализовать хоть на время. Утирая кровь из носа подпалённым рукавом свитера, я ринулся искать в доме верёвку и кое-какие необходимые принадлежности. К счастью, они хранились там же, где и в нашем мире.

Пока я привязывал Лорну к стулу и чертил руны, что хоть ненадолго, но сдержат её неистовые нрав и магию, я наконец-то смог её рассмотреть – похудевшая, осунувшаяся, но, кажется, от горя, а не от болезни, она была похожа на ту версию, что я видел когда-то в каком-то измерении. Седина на висках и чёрные шмотки были подтверждением, но я ни в чем не могу быть уверенным до конца.

Очнувшись, Лорна тут же принялась дергаться в путах, но, опустив глаза, заметила руническую вязь, и скривилась. В каком-то смысле я был ей благодарен: противостояние отвлекло меня от невесёлых мыслей и не позволило расклеиться. Ведь последний раз я видел её… в гробу.

Не её.

Эта женщина – не моя мать.

«Какого чёрта?! – возмутилась Лорна-2, – как ты смеешь нападать на меня в моём же доме?! Что тебе нужно?»

«Я же сказал – поговорить, – напомнил я, – ради всего святого, успокойся…»

«Почему ты такпохож на него?!» – перебила она.

Её голос дрогнул. Наверное, в этот момент мы оба думали об одном и том же – о тех, кого потеряли. Я – мать, она – сына. Прежде мне казалось, что встреча поможет справиться с болью, а не разбередит рану, но стало только хуже. Нельзя обманываться. Нельзя искать призрака в знакомых чертах. Но как же хочется! Ведь Лорна-2 ведёт себя точь в точь, как повела бы себя моя мать в этой ситуации. Заявись к ней ещё какой-нибудь Итан, ему бы точно не поздоровилось.

«Потому что я и естьон, но не совсем, – тихо сказал я, – я – другой Итан, из другого измерения. Хочешь ты этого или нет, но тебе придется меня выслушать».

«Как это возможно?» – промолвила Лорна. Она и правда чуть-чуть поостыла, услышав это, хотя по-прежнему смотрела с очевидным скепсисом. Легковерной она не была никогда.

«Миров существует бессчётное множество, – ответил я, – некоторые из них похожи между собой, но есть и отличия. Например, одни и те же события могут иметь разный исход. Итан… твой сын погиб второго июня двух тысяча второго года, утонул в реке, а я нет. Всё верно?»

«Итан действительно утонул, – подтвердила Лорна, прищурившись, – но с какой стати я должна тебе верить?»

«Ладно, – сдался я, – за полгода до смерти он нашёл на чердаке фотографию своего биологического отца и потребовал от тебя объяснений. Ты сказала, что «ему следует оставить эту тему и дальше считать своим отцом покойного Натаниэля Уокера». Ну же, Лорна, об этом могли знать только ты, он… и мы с моей матерью».

Лорна тяжело вздохнула и опустила голову. Должно быть, она припомнила этот разговор. Раскаялась ли, не знаю. Может оно к лучшему, что бедняга-Итан погиб в неведении, так и не познакомившись с отцом. Встреча с Шейном вряд ли сделала бы парня счастливее. Наш папаша не подарок. Я до сих пор сомневаюсь, что стоило вытряхивать тот скелет из шкафа.

«Положим, что так, – сказала Лорна, – но как ты здесь оказался?»

«Я могу путешествовать между мирами, – ответил я, – это… мой дар, он открылся после Посвящения».

Я плёл на ходу, но сейчас думаю, что поступил вполне разумно: подкорректированная версия правды избавит Лорну от желания увязаться за мной или заняться исканиями в этой области, если такое вдруг втемяшится ей в голову. С ней нужно держать ухо востро. И, конечно, я получил кое-какое моральное удовлетворение от восхищения в её глазах. Моя она мать или нет, но побыть предметом родительской гордости, оказывается, очень приятно.

«Ты прошёл Посвящение, – пробормотала другая Лорна, – и ты стал Верховным магом Салема?»

Я мигом скис – вот что её интересует. Не дай Бог ещё спросит, женат ли я и настругал ли магических отпрысков во имя возрождения популяции. Нет уж, дудки. Я не для того стремился попасть в этот мир, чтобы меня и здесь доставали наболевшей темой.

Обида меня отрезвила: достаточно упиваться одобрением женщины, которая мне никто.

«Я хочу знать, что случилось в день смерти твоего сына, – сказал я, – он ведь полез в реку, чтобы спасти девочку, упавшую в воду. Что стало с ней? Она жива?»

Лорна презрительно поджала губы. Она не торопилась с ответом, и каждая секунда промедления вытягивала мне нервы. Во рту пересохло. Вдруг она скажет – «нет»? Или соврёт, что вполне в её стиле.

«Да» – выплюнула Лорна. У меня отлегло от сердца.

«Её зовут Джудит Дэвис, – зачем-то уточнил я, – ты в курсе, что у неё есть магические способности? Ты не пыталась привести её в Ковен?»

И вот тут я понял, как феерически проебался. Она не знала. Дьявол! И не стала тянуть с возмездием за мою оплошность.

«Надо же, – сказала она, – нет, я не пыталась. Я видеть не желаю мелкую дрянь, из-за которой погиб мой мальчик. Но раз она ведьма…»

«Нет! – перебил я, – ты не станешь этого делать, ясно? Я запрещаю тебе».

Лорна рассмеялась, и мне совершенно не понравился её смех – он напомнил, как она безжалостно расправилась с ведьмами из Ковена, а потом пыталась похитить Джуд и запереть её в нашем мире. Не Лорна-2, а моя мать. Но это было в них общим – их безумие, их жестокость, их непримиримость.

«Я правильно понимаю, что ты явился из своего мира, чтобы похлопотать о судьбе какой-то девчонки? – припечатала она, – с чего это вдруг? Что в ней такого особенного?»

«Это тебя не касается, – огрызнулся я, – ты просто должна пообещать мне…»

«Я ничего тебе не должна», – оборвала Лорна.

«Твой сын заплатил своей жизнью за её спасение! Неужели…»

«Да мне плевать, – она была непреклонна, – лучше бы он этого не делал».

Я обошёл Лорну по кругу, размышляя, и попутно проверяя целостность рунической вязи. Мне не хотелось бы, чтобы она нашла лазейку, и, усыпив мою бдительность, освободилась и опять развязала магическую дуэль. Исход был бы плачевным и неминуемо закончился смертью кого-то из нас. В лучшем случае это будет Лорна, и я запятнаю руки кровью другой версии своей матери. В худшем… она прикончит меня, а после отправится разбираться с Джуд, на которую я сам её и навёл. Что-то подсказывало мне, что Лорна не станет приглашать девчонку в Ковен, а прибьёт на месте, ведь отчего-то считает виноватой в смерти своего сына.

«Таковы правила, – напомнила Лорна, – если у неё есть способности, она…»

«Давай заключим сделку, – брякнул я, – соглашение».

Её брови взметнулись вверх в неподдельном удивлении. Она заинтересовалась.

«Ты будешь держаться подальше от Джудит и окажешь мне ещё одну маленькую услугу, – продолжал я, – а я приведу тебя к другой непосвящённой ведьме, которую ты проглядела. С ней можешь делать, что душе угодно – хоть убей, хоть обучай колдовству. Поверь, ты не продешевишь, если согласишься».

«Как ты узнаешь, что я выполнила обещанное?»

Мне не оставалось ничего, кроме как идти ва-банк и блефовать. Я вытащил из кармана свой рабочий нож и взвесил в ладони, напуская на себя, как мне казалось, очень решительный, опасный и важный вид.

«Я проверю, – заверил я, – попробуешь меня обмануть – я убью тебя. Ты не моя мать, и ваше сходство меня не остановит. Тебе известно, что в «Незримом мире» бывает с теми, кто не держит своего слова».

Я рассчитывал её припугнуть, но мои слова почему-то вызвали у Лорны новую волну умиления. Вероятно, я был близок к образу идеального сына в её извращённом представлении: злобный колдун, что вылез из зеркала, чтобы угрожать и качать права. Мило, конечно. Неправильными способами я, выходит, долгие годы старался заслужить любовь матери.

«Хорошо, – согласилась Лорна-2, – но тебе придется меня развязать, чтобы скрепить договор».

На свой страх и риск я её освободил. Она не порывалась напасть, а всё разглядывала меня с любопытством и каким-то почти благоговением. Но я не стал обольщаться: не так то и трудно показаться лучшей версией себя на контрасте с мальчишкой, умершим в пятнадцать лет. Лорна, должно быть, видит во мне его – повзрослевшего, ожесточившегося; ей нужен он, а не я. И мне нужна моя мать, а не её копия из другого измерения.

Перед моим возвращением в свой мир, Лорна только подтвердила эти предположения. Она вытерла одинокую слезинку костяшками пальцев и сказала:

«Я горжусь тобой, горжусь тем, каким ты стал».

Чего я не могу утверждать о себе: я не горжусь своим поступком, но мне поздно беспокоиться о том, чтобы сберечь свою совесть незапятнанной. В этот раз я хотя бы знаю, во имя чего принёс жертву.

Не свою.

Я привёл Лорну-2 к Габриэлле Перес, рассудив, что пусть лучше она разрушит жизнь внебрачной дочери Натаниэля, чем жизнь Джуди. Я и на секунду не поверил заверениям Лорны, что она «просто займется обучением Габриэллы, ведь в ней, как-никак, тоже течёт кровь Уокеров». Что мама сделает с девчонкой, меня всё равно уже не касается. В конце концов, я спас Габриэллу в своём мире, имею право поднасрать ей в чужом.

Главное, что Джуд в безопасности.

После того, как я сделаю свой ход, Лорна выполнит вторую часть нашей сделки: она должна будет любыми способами убедить Джуди, что я погиб – не в двух тысяча втором году, а сейчас, в двух тысяча двенадцатом. Не утонул, а покончил с собой.

Так я и поступлю, но только когда буду уверен, что Лорна-2 не попытается меня обмануть.

22 февраля 2012. Часть 1.

У меня есть немного времени, чтобы посидеть над дневником, а потом… Ладно.

Обо всём по порядку.

Встреча с Лорной-2 не обошлась для меня без последствий: в моменте я не осознавал, насколько это выбьет меня из колеи. Зато потом, вернувшись, с горя снова схватился за бутылку. Из плюсов – не притрагивался к зеркалам, и в каком-то смысле дал себе передышку. Частые путешествия истощили мои силы, а Камилу я прогнал, так что некому было напомнить о необходимости отдыха. Из минусов – я только и делал, что пил и рыдал.

Ходил на остров, чтобы поймать там Джуди и выполнить предпоследний пункт плана, а потом, не встретив её, опять пил и рыдал.

Стыдно, конечно.

И вот… Я заметил её фигурку с берега. Прежде присутствие Джуд положительно сказывалось на моём состоянии, но не в этот раз. Последний раз, по-настоящему последний. От этой мысли опять захотелось разреветься, и мне огромных трудов стоило удержать себя в руках.

Джуди ещё и обняла меня, и я окончательно расклеился. Это слишком хорошо, слишком приятно. Я таких милостей не заслуживаю.

Я отцепил Джуди от себя и по привычке отчитал её, что болтается тут в такой дубак и рискует заработать воспаление лёгких. Судя по всему, она пришла давно – губы уже совсем посинели от холода, а кожа стала фарфорово-бледной. Сколько же она тут торчала?!

«А тебе чего дома не сидится?! – передразнила Джуд. – Хочешь заработать воспаление лёгких?»

Хочу – ответил я про себя. Я трус. Я предпочту умереть, а не сказать тебе то, ради чего пришёл, и приходил последние недели. Можно я просто отдам тебе листок, где всё написано? Я уже как-то порывался поставить точку и сочинил для этого целую речь. Пришлось, правда, подсократить текст:

Я общался с тобой лишь потому, что мне было тебя жаль. Я думал: у этой мелкой тупицы, наверное, совсем нет друзей. Кто вообще захочет с ней знаться? Но ты мне надоела. Просто-таки набила оскомину. Не приходи сюда больше! Я забираю свои слова обратно. Видеть тебя не желаю.

Я посмотрел на Джуди, её юное красивое лицо, доверчивое и нежное, и понял, что у меня язык не повернётся озвучить весь этот бред. Потому попытался её спровадить, пообещав себе набраться храбрости и попытаться в следующий раз.Следующий раз, которого не будет.

«Ладно, пойдём. Простудишься».

Вся надежда на Лорну-2. Быть может, они столкнуться на улице, и Лорна скажет Джуд: «Ой, знаешь, мелкая дрянь, а Итан то умер».

«Нет, – заупрямилась Джуди, остановив мои панически скачущие мысли, – ты меня не прогонишь. Это уже не сработает. Я тебя, между прочим, ждала!»

И зачем это, интересно?

«Хорошо. Дождалась. Пойдём».

«Нет».

«Я скучала. Я так сильно хотела тебя увидеть» – пылко сказала она.

В этот момент я резко вспомнил, что немало выпил накануне, и от нервяка вкупе с похмельем у меня едва не подкосились ноги.

«Заканчивай с этим, Джудс».

«С чем?»

«Что с тобой?» – встревоженно спросила она. Видок у меня, надо думать, был ещё тот, краше только в гроб клади, впрочем, это успеется.

«Не забивай себе голову ерундой» – попытался отмахнуться я. Мне хотелось просто сбежать, трусливо смыться, лишь бы не продолжать этот разговор. Нырнуть в реку с разбегу, ну, правильнее сказать – свалиться туда без сил, как загнанная лошадь. Ни о каком «разбеге» не могло быть и речи в том моём состоянии.

«Ерундой? Я не понимаю» – не унималась Джуди, видимо, выбрав своей целью – добить меня. Я заслужил. Пожалуй, умереть от её руки было бы лучшим из всех возможных исходов, но, увы, ей придется занять место в очереди.

Кажется, у Джуд были другие планы – она зачем-то потянулась ко мне, а я в ужасе шарахнулся от неё. Ожидаемо, это её задело.

«Зачем ты так со мной?» – упавшим голосом спросила она.

«Угомонись, Джудс. Что ты устраиваешь?» – мне как-то удалось сделать тон жестким, а не умоляющим.

«Что я устраиваю?! – возмутилась Джуди, – я ничего не устраиваю. Я просто хотела… хотела поцеловать тебя. Потому что ты нравишься мне. Давно нравишься. Не как друг, как…»

Хуже и не придумаешь!

Меня словно током ударило – прострелило от макушки до пяток все нервные окончания. Такого я точно не ожидал. Я пресекал и малейшую мысль о взаимности своих чувств. Чувства? О чём это я? Вообще-то я предпочитал считать свою одержимость Джуди чем-то грязным и низменным, но как это ни называй, ничего не изменится. Что мне делать с признанием Джуд? Мне нечего ей дать. Меня скоро не станет. И, на минуточку, мы по-прежнему обитаем в разных мирах.

Лучшее, что я могу для неё сделать – это оттолкнуть. Джуди пострадает и постепенно забудет. У неё вся жизнь впереди.

«Прекрати, – оборвал я, – не хочу всё это слушать. Иди домой, мелкая. Отогрейся, выспись и больше не твори херни…»

«Это не херня, – перебила Джуд, – зачем так грубо?! Ты мог бы просто сказать, что я тебе не нравлюсь, что нам лучше остаться друзьями. Так делают нормальные люди…»

«Затем, что нам не стоит оставаться друзьями. Мне не нужно, чтобы ты продолжала всякое себе выдумывать. Раз созрела, заведи отношения со сверстником, а ко мне не лезь, ясно? Я вообще-то сильно старше тебя. У меня своя жизнь, и тебе в ней не место. Ты уже достаточно большая девочка, пора бы это понять. Не приходи сюда больше. Я забираю свои слова обратно».

Сказал, молодец. И это того стоило. Джуд вспыхнула:

«Да больно надо! К чёрту тебя и твой остров! Никогда больше не хочу тебя видеть!»

«Спасибо» – произнес я одними губами ей в след. Она, к счастью, уже не могла этого услышать – бежала к берегу.

Я проводил Джуди взглядом и отвернулся к реке. Слёзы градом катились по лицу, холодя кожу. Я был предельно близок к тому, чтобы и правда броситься в воду, потому что вместо удовлетворения от исполненного долга испытывал только горечь утраты.

Это конец. Джуди не вернётся. Если Лорна меня не обманет, то «закрепит» достигнутый результат, убедив Джуд, что суициднулся. Мол, у меня была депрессия и в целом колоссальные беды с головой, из-за которых я и повёл себя с бедной девочкой, как последний мудак. Ну и нахер меня. Нахер этого Итана, Джудс. Живи себе дальше.

Пока, мелкая.

Я больше никогда тебя не увижу.

Одно утешение – осталось чуть-чуть. Потерпи, старина. Соберись. Выжди немного и нанеси визит Лорне-2, где-нибудь так через пару недель, которые ты проведёшь в беспробудном пьянстве, страданиях и самобичевании, а после призови Камилу и устрой ей знатную взбучку. Выместишь на ней злость и обиду. Это она во всём виновата (

ты, но иногда жизненно-необходимо переложить ответственность на кого-то другого

).

Я так увлёкся, перебирая в голове пункты плана, что не сразу различил скрип снега от чьих-то шагов.

Неужели…

Я обернулся, и несколько минут мы просто молча пялились друг на друга. «Последняя встреча», ага. «Больше никогда не увижу», конечно. Только что-то тут было не так. До меня запоздало дошло, что:

Джуди вернулась, а это была именно она, но за недолгое время отсутствия она зачем-то сняла парку, шапку и всё свое зимнее обмундирование. Она стояла на берегу полураздетая, словно резко позабыла, что на дворе, на минуточку, конец февраля, и взирала на меня с не меньшим недоумением, чем я на неё.

А это точно Джуд?

Что, если Камила приняла её облик, чтобы отомстить мне? Вполне похоже на правду, учитывая странную перемену во внешности Джуди, мгновением назад убежавшую с разбитым сердцем, но в тёплой одежде. После произошедшего она точно не стала бы устраивать стриптиз.