Текст книги ""Фантастика 2026-109". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Сергей Баранников

Глава 5.6 Мать демонов

Быстро перебирая лапами, паучиха бесшумно двинулась вперед. Мы пошли за ней – под равномерный стук посоха старухи, которая от нас не отставала. Ее взгляд буравил мне спину, словно между лопаток сидел паук, грызущий тело, пришлось сделать Свет поярче, чтобы ужасная бабка отцепилась.

Путь был долгим. Наконец, спустившись по серпантину, сбегающему вниз, Мать демонов остановилась на очередном обрыве. Я встала рядом с ней, вглядываясь во тьму, что покоилась внизу. Сердце зачастило. Там явно что–то было. По кивку демоницы Эринния бросила вниз свой факел. Мертвенно–голубое пятно описало дугу и…

– Господь всемогущий! – в один голос ахнули мы с Гораном, увидев, как черно–серая масса внизу начинает колыхаться.

Пауки! Океан пауков!

Факел упал в самый центр, и эти твари отступили, серая масса волнами разошлась в разные стороны, как круги по воде от камня. Те огромные особи, что находились ближе к середине, зашипели и вздернули вверх лапы, ближе к концу увенчанные острыми когтями, готовые напасть.

Аспид говорил, их немного! У них что, был бэби–бум? Тут целая армия! Вибриссы завопили, пустив по оголенным ужасом нервам понимание – это на самом деле армия! Люцифер и четыре Экзарха плели эту паутину – «на всех нас одну махину», как говорилось в стихах Валентины. Они понимали, что геенна придет и за ними – рано или поздно, и готовили себе запасной путь. Которым была Земля.

По приказу хозяина ада Мать демонов плодила новую армию – ту, что хлынет на Землю и уничтожит человечество, расчистив мир для демонов. Вот почему паучат с рождения кормили человечиной – чтобы, попав на землю, они знали, что делать.Застонав, госпожа Ангел прикрыла глаза. Рот наполнился чем–то кислым. Уговорить желудок, готовый вывернуться наизнанку, успокоиться удалось чудом.

– Поняла. – Кивнула демоница. – А теперь иди и возьми свой камень! – она ткнула в гущу пауков пальцем. Я вздрогнула.

– Думала, из кармана вынут да в ручку твою положат? – захихикала Эринния. – Камешек–то ентот заслужить надобно, да! – старуха шумно высморкалась, используя как платок свои же седые космы. – Иди, детки уже заждались, да!

– Саяна! – Горан сжал мою руку.

– Одна! – рявкнула паучиха. Глаза торжествующе горели. Предательство Люцифера, которому она, не смотря ни на что, все еще служила, заставляло ее наслаждаться мучениями, доставляемыми другим. Вот для чего демоница принимает подношения от дюббуков в виде слабых младенцев, немощных стариков и больных – ей нужны жертвы.

– Горан, все будет хорошо. – Я улыбнулась бледному супругу. – После купания в лаве это так, семечки!

– Ты просто меня успокаиваешь. – Прошептал он.

Что ж, это правда – перспектива идти в переполненную пауками яму вызывала одно желание – ущипнуть себя и проснуться. У каждого человека есть самый большой страх. Мой – именно эти мерзкие твари. Понятия не имею, почему. Наверное, простая людская фобия. Но человеком я быть перестала, а страх перед пауками никуда не делся.

Как уговорить себя? Как начать переставлять дрожащие ноги в направлении тысяч огромных отвратительных тварей? Господи, помоги! Мне вспомнились наши с Драганом крошки. Надо сделать это ради них. Добыть последний камень, засунуть все их в нужные места Оси бытия и… Черт, а ведь с пауками все равно придется разбираться. Что ж, без вариантов.

Смирившись с тем, что увильнуть не получится, я заставила себя сдвинуться с места и пойти к этим мутантам. Давненько госпожа Ангел не шагала так медленно! В голове вертелись сотни мыслей, но ни одну не удавалось обдумать – разлетались тут же. Видимо, побочный эффект страха.

Так, сосредоточимся на самом главном – где камень? У меня от ужаса даже вибриссы отрубились – с позором дезертировали. Тогда надо включить мозг. Легче сказать, чем сделать. Краем глаза я заметила движение – сбоку шла, путаясь в своих же лапах, симуржонка. Храбрая малышка!

Как бы мне ни хотелось еще потянуть время, дорожка все же кончилась. Пауки стояли в какой–то паре десятков метров. Вблизи эти монстры казались еще больше и страшнее. По телу рефлекторно разлилось сияние, от которого они попятились, и я повеселела. Это уже кое–что! Ага, вот и вибриссы проснулись! Что скажете? «Усы», видимо, все еще в шоке от своей смелости, помолчали, а потом…

Глава 5.7 Мать демонов

Камень у одного из них. За–ши–бись! Мне захотелось взвыть в голос. Так бы и сделала, но Горана жалко – отсюда чувствую весь «винегрет» его чувств. Ладно, давайте разбираться. Не в силах справиться с отвращением, я скривилась, глядя на пауков. У кого из них? Попробуем метод горящих ладоней. Право – нет, лево – нет. Прямо? Потеплело. Что ж, вперед.Глубоко вздохнув, госпожа Ангел пошла в паучью тусовку. Мутанты нехотя отступали из–за Света, освобождая дорогу. И тут, как всегда бывает, только с одной проблемой разобралась, как набросилась другая. Причем, в прямом смысле – пользуясь тем, что сияние шло вверх и в стороны, самые мелкие паучата, размером с наших земных, остервенело набросились на мои ноги. Вот только у земных не было таких острых жвал. Пара секунд, и мои балетки уже были основательно погрызаны.

– А ну брысь! – рявкнула мисс Хайд, ударив Светом вниз – хотя хотелось завизжать и броситься к мужу, чтобы подхватил на руки и пожалел.

Мелочь, шипя, кинулась врассыпную. Самые медлительные, настигнутые сиянием, попадали кверху лапками. И как бы мне ни было стыдно, этот факт меня порадовал. Я пошла вперед по их трупикам, которые захрустели под ногами как чипсы, с опаской поглядывая на крупных особей – вдруг они решат отомстить коварному Ангелу за собратьев? Но они лишь не торопясь расступались, буравя меня близко посаженными черными шариками глаз.

Все, кроме одного – конечно же, самого здорового, что встал на моем пути и никуда уходить, похоже, не собирался. Кончики пальцев начали зудеть, словно я подхватила чесотку. Ясно, это он и есть, иначе и быть не могло! Кто бы сомневался! Твою ж мать, огромный какой! Черный, с мясистыми лапами и большущим брюхом. Если камень у него, то где? Куда он мог его спрятать?

Я хихикнула, представив, как паук замирает, задумавшись, куда деть самоцвет. Идиотизм! Кто это придумал? Чтобы разобраться, нужно думать, как это восьмилапое чудовище, от которого госпоже Ангелу хочется бежать прочь без оглядки. Вот если бы я могла забраться к нему в голову! Хм, а почему бы и не попробовать?

Вибриссы осторожно потянулись вперед. Похоже, им это было столь же противно, как и мне. Впрочем, мохнатому здоровяку вторжение тоже не пришлось по вкусу – вздрогнув, он зашипел, встал на задние лапы, взметнув вверх передние, словно молился своим богам. Когти на лапах удлинились, на их концах засияли капельки яда. Волоски на черном брюхе встали дыбом, и в памяти совершенно некстати всплыла информация о том, что тарантулы могут выстреливать своими ядовитыми волосинками во врага. И зачем это запомнилось, скажите на милость?

Я постаралась забыть об этом и, прикрыв глаза, сосредоточилась на «взломе» паучьего сознания. Ощущение было странным: словно натолкнулась на скорлупу вокруг… даже не знаю, с чем сравнить. Как глазированная корочка над пирожным, которая тут же хрустнула, стоило едва надавить, а внутри оказалась липкая горячая субстанция. Утонув в ней, я окунулась в абсолютно иное сознание – хищное, голодное, не знающее жалости и не ведающее о морали.

Хруст костей, потоки крови, вкус мяса, крики жертвы, бьющейся в агонии и упоение ее страданиями заполонили мой мозг. Упав на колени, не выдержала даже мисс Хайд – желудок скрутило спазмом жуткой тошноты, и его содержимое хлынуло наружу, наполнив рот едким кислым вкусом – словно внутри на самом деле переваривалось что–то мерзкое.

Застонав, я заставила себя подняться и, шатаясь, предприняла новую попытку. На этот раз паук сопротивлялся, но удержать оборону все равно не смог, и мое сознание вновь слилось с его разумом. Легче не стало, но теперь госпожа Ангел хотя бы была готова. Не мешая паучьей сути заполнять меня, я будто обошла это стороной, сосредоточилась на поиске камня и…

Четко осознала, что этот монстр о камне не знает ровным счетом ничего. Вот, как говорится, от слова совсем. Мисс Хайд вылезла из его сознания – с превеликим удовольствием, надо отметить, и нахмурилась, глядя на разозленного паука. Черное чудище тем временем зашипело и, двигая задней частью брюха, выпустило, как оса, острое жало и заплясало вокруг – неожиданно шустро двигаясь для такой громадины.

– Танец смерти, да? – пробормотала не теряющая чувства юмора госпожа Драган. – Не борзей! – мой Свет предупреждающе окутал тело золотой дымкой, и паук предпочел отступить, воинственно шевеля жвалами.

Хорошо, камня у него нет. В смысле плохо, но не будем придираться. Но почему же тогда вибриссы уверили меня, что самоцвет у одного из них? Сбой? Не похоже. Но что тогда?

Ох, а вот, кажется, и ответ.

Глава 5.8 Мать демонов

Я вздрогнула и едва устояла на ногах, словно земля под ними пришла в движение. Что–то и в самом деле сдвинулось – но в моем сознании. Какие–то пласты информации поползли, все увлекая за собой, как снежная лавина. Меня замутило. Картинка прыгала перед глазами. В голове вспыхивали, как мигающая несправная лампа, кадры, которых, уверена, раньше не видела. Наверное, они принадлежали пассии Люцифера, Касикандриэре.Провалившись в них, я – или она, сам черт не разберется – обнаружила себя лежащей на спине на чем–то упругом, ходящем ходуном и липком. Паутина! Душу заполнил ужас.

Понимая, что нельзя шевелиться, я замерла – ведь пауки обнаруживают, что в их ловко расставленные сети угодила жертва как раз тогда, когда она начинает трепыхаться, заставляя паутину посылать сигналы хозяину. Но тело била такая крупная дрожь, что по серебристым нитям пошла волна вибрации. И вскоре сеть заходила ходуном – на нее выполз огромный черный паук.

Неужели вот так все закончится? Мне суждено стать кормом этого чудовища? Не Покоритель миров, не Люцифер, а простой паук, серьезно? Но хотя бы камни надежно спрятаны! Кроме последнего. Перед приходом Люцифера едва успела…

Я вынырнула из сознания Касикандриэры и застонала – как не вовремя! Выдернули из ее воспоминаний как раз в тот момент, когда только–только уловила ниточку к самоцветам! Госпожа Ангел стиснула зубы и кулаки – нет уж, ныряем обратно!

Как быстро этот монстр приближается! Не хочу на него смотреть, хочу вспомнить любимое лицо, но не могу отвести глаз от приближающейся ко мне смерти.

– Держись! – крик заставил меня вздрогнуть. Разум принимает желаемое за действительное? На самом деле вижу его или это подарок Высших сил? – Я вытащу тебя, любимая!

– Нет! – кричу я, но уже поздно – он прыгает на паутину. И не прилипает намертво. На ногах какие–то накладки. Это из–за них? Злюсь на себя – это неважно! – Уходи, он убьет тебя!

– Все будет хорошо, – скользя, балансируя на нитях, отвечает он, направившись ко мне.

– Уходи, там паук! А мне ты уже не поможешь!

– Все будет, – шепчет он, подойдя. – Помнишь, ты так говорила?

Как это было давно! Нежность пробивается сквозь страх. Как бы ни убегала, от любви не скрыться – она живет в моем сердце, она всегда со мной.

– Сейчас, – он что–то достает из мешка за спиной.

– Откуда?.. – изумленно выдыхаю я, глядя на паучьи жвала в его руках. Ведь только ими можно разрезать эту паутину. – Как ты достал их?

– Потом расскажу, – сверкнув улыбкой, он начинает резать серебристые нити. Они лопаются одна за другой, как струны у того инструмента Мулцибера, у которого я все время забываю название. Вот уже руки свободны! Можно обнять моего спасителя. – Еще немного, – он начинает вызволять мои ноги.

В этот момент паук дергает за какую–то нить, вся сеть начинает ходить ходуном, и… Не удержавшись на ногах, любимый падает. Вытянувшись, я успеваю поймать одну его руку, острое жвало в ней рассекает кожу, но вторая попадает прямиком на паутину и приклеивает его к себе. Как и меня, вновь упавшую на спину.

Он снова начинает резать липкие нити, оглядываясь на приближающегося короткими перебежками монстра. Не успеть.

– Освободи себя! – шепчу я. – Пожалуйста! Моя участь уже решена. Не паук, так Люцифер – все равно не жить!

– Нет! – его руки дрожат.

– Послушай же! Он никогда не отпустит меня! Будет пытать, чтобы узнать, где камни! Умоляю! – я вцепляюсь в его ладони. – Нам не быть вместе! Ты должен уйти!

– И как мне без тебя жить? – тихо шепчет он.

– Ради меня, пожалуйста! – глядя в глаза, полные слез, я осторожно вынимаю жвало из его ладони и рублю, режу, рву паутину, чтобы освободить его руку. Наконец–то!

Но в тот момент, когда у меня получается, он выхватывает у меня жвало, резко разворачивается и с силой наносит удар по пауку, подбежавшему к нам. Тот отскакивает с диким шипением, но на передних лапах остаются глубокие раны. Черная кровь разбрызгивается вокруг упругими струйками.

Мой любимый вновь поворачивается ко мне, заносит руку, чтобы продолжить резать сеть, но паучья лапа с размаху бьет о его запястью, и жвало улетает прочь. Мы встречаемся глазами. Вот и все. Оба это понимаем.

– Прости меня. – Шепчет он, накрыв меня своим телом.

– И ты меня. – Отвечаю едва слышно и замираю, когда жало паука пронзает нас насквозь.

– В других жизнях, да? – с трудом подняв голову, он заглядывает в мои глаза. Изо рта течет кровь.

– Да. – Отвечаю я. – Найди меня.

– Найду! – его тело вздрагивает в агонии. Последний выдох опаляет мою шею.

– Иду за тобой, любимый. – Теперь моя очередь догонять его.

– Неееет! – мощный рев доносится как сквозь толщу воды. Глаза открываются с трудом. Люцифер. Его и паутина не берет. Хотя, он и есть главный Паук. Вынимает клинок – тоже из жвал паука. Достает меня из–под тела того, кого я любила, люблю и всегда буду любить, прижимает к себе. – Что ты натворила!..

– Это ты убил меня. – Уже почти не вижу его, все медленно темнеет, вот и хорошо – не его лицо будет последним, что увижу. – Просчитался, Люцифер. Тебе никогда не узнать, где камни…

– Я верну тебя, клянусь! – рычит он, стискивая тело, из которого я уже ухожу.

– Ты в стольком мне клялся… – едва слышно выдыхаю я. – Уже не верю – у демона лживый язык! – все, сил больше нет, пора уходить. Главное, самоцветы он никогда не получит!

Глава 5.9 Мать демонов

– А–ах! – госпожа Ангел вынырнула из воспоминаний Касикандриэры и обнаружила, что по лицу текут слезы. Они так любили друг друга! Мне даже показалось, что эта женщина и ее возлюбленный – это мы с Гораном! Но сейчас не до этого.

Касикандриэра надежно спрятала камень. Вернее, не она, а кое–кто другой. Но и это неважно. Главное, я знаю, где.

– Так вот где он был! – прошелестела Мать демонов, когда я вытащила самоцвет из ящика с тысячей подобных, что стоял в сокровищнице, где Люцифер и Барбелло складировали казну. Иронично – столько сотен лет он пролежал практически на самом виду. Здесь даже охраны не было – никто не решился бы украсть у Люцифера.

Касикандриэру, как и меня, сопровождает специфическое чувство юмора судьбы. Она узнала, что хозяин преисподней хочет захватить миры, находящиеся на Оси бытия, доказать Господу, что он ему ровня, и помешала.

Последний камень отняла у наивной симуржонки Мать демонов. Но и ей, в свою очередь, недолго пришлось быть владельцем такого важного раритета – самоцвет Касикандриэра попросила вернуть Мулцибера. Он сделал это – и надежно спрятал – на самом виду.

Паучиха, не в силах отвести взгляд от камня, протянула к нему и руки, и лапы.

– И не мечтай! – я сунула его в карман. Глаза чудища налились кровью. – Попробуешь напасть – выжгу Светом всю твою богадельню, так и знай! – пригрозила мисс Хайд, предупреждающе пустив по контуру тела золотую искорку. – Нам, кстати, пора! Ах да, еще мне пригодится вот это! – я вырвала у Эриннии склянку со слезами Матери демонов. – Не жадничайте, наплачете еще, все равно вам тут заняться особо нечем!

– Да я тебя!.. – паучиха вместе со старухой поперли на меня.

– Проводите до выхода и пожелаете приятного пути! – отчеканила мисс Хайд, усмехнувшись. – А не то не видать тебе спасения от этой участи, останешься на веки–вечные мерзким пауком!

– Никому не трогать их! – торопливо приказала демоница. – Помни, ты обещала освободить меня! – напоследок бросила она и убежала по потолку.

– Глупая, глупая, да! – забормотала Эринния, отойдя в сторонку. – Ты угодила в самый центр паутины, Ангел Жизни! Его паутины, да. Он укутывает тебя все новыми и новыми слоями! Ты и не заметишь, как увязнешь в ней навсегда! Он никогда тебя не опустит, да! Больше не отпустит, да!

Сердце тоскливо заныло. Но сейчас не до этого. Надо торопиться к Оси. Ах да, и еще кое–что! Чуть не забыла!

– Ты свободна, малышка! – я посмотрела на маленького симурга. Развесив ушки, она печально вздохнула. – Не грусти, иди к сестрам! Твой долг выполнен, отпускаю тебя! – потоптавшись с горестным видом на месте, она подошла ко мне, и… сияние растворилось в воздухе.

Теперь отправляемся к Оси.

Именно с Осью бытия, конечно же, возникли проблемы. Когда мы миновали большую часть пути, пришлось остановиться. И вовсе не для того, чтобы полюбоваться вблизи горой, в которую острием врезался огромный молочно–белый сталактит, растущий из купола над преисподней, и посмотреть, как местные собирают воду из озер, что разлились внизу. Дорога к гигантской игле была перекрыта войсками Мархозия.

Отсюда – издалека, с возвышения – терракотовая равнина напоминала воды ржавого цвета, что колыхалась волнами, словно обильно посыпанными маком. Каждая черная точка была воином. Вот для чего подняли на ноги армию – чтобы я не подобралась к этой огромной меноре. Одного не понимаю – почему не помешали раньше? Хотя что толку пытаться разобраться в мотивации демонов, надо решать проблему. Сами собой войска никуда не денутся.

– Давайте не поддаваться спокойствию и сохранять панику! – выпалил Сеня, глядя на них.

– Поезжай в отель. – Не отрывая взгляд от всадников на черных конях, что отделились от армии и направились в нашу сторону, попросила я. – Пусть все подтягиваются к нам. Тебе доверяю привезти малышей. И пусть Гайя от них не отходит ни на шаг! – госпожа Ангел слезла со слонопотама и зашагала навстречу ездоку.

– Саяна, куда ты? – Горан догнал меня.

– На переговоры, очевидно. – Хотя вряд ли это можно так назвать, ведь к нам приближаются Барбелло с Дарианом.

Я встала, чувствуя спиной горячую грудь Драгана. Мыслей в голове не было – пустая тишина. Не оно ли это, пресловутое затишье перед бурей? Всадники подъехали к нам. Непроницаемые лица. Медленно спешились и подошли.

Они так похожи – высокие, статные, темноволосые, с холеными лицами, на которых горят зеленым огнем глаза. Чувствуется явное родство. Интересно, это только мне очевидно? Неужели всех других устраивает официальная версия – усыновление? Или просто никто не решается наезжать на Люцифера? А ведь это, к слову, именно то, что безумный Ангел намерена сделать.

– Мы не пропустим вас. – Не стала терять времени Барбелло. – Если не уйдете, атакуем.

Не все так просто, я чувствую. Она что–то не договаривает. Но что именно? Вибриссы мне тут не помогут – ее защита такая же, как у Дариана – настоящая броня. Сама, вероятно, сыну ее и поставила. Нужна брешь. Что ж, попробуем зайти с другой стороны.

– Кто отдал такой приказ? – стараясь, чтобы голос прозвучал нагло, спросила мисс Хайд. – Не слишком ли много вы на себя берете, госпожа Архидьяволица? – мне пришлось окинуть ее презрительным взглядом. По ощущениям – будто пантеру за усы дернула.

– Приказ отдал господином Люцифером. – Глаза женщины опасно полыхнули, но она удержала себя в руках. – Немедленно разворачивайтесь и уходите.

– Увы, никак не могу! – я притворно вздохнула и развела руками, сделав к ней шаг и нарушив личное пространство, вторжение в которое, полагаю, демонам в точности также неприятно, как и людям. – У меня совершенно иные планы.

– Тогда мы просто перебьем всех вас! – прошипела Барбелло, не двинувшись с места.

Глава 5.10 Мать демонов

Ага, наш вулканчик уже вскипел! Ярость просачивается наружу, как бы она ни пыталась это скрывать, чувствую волну ненависти, что даже ее мощнейшую броню пробивает! Похоже, у госпожи Ангела врожденная способность выбешивать эту дамочку с непроницаемым покер–фейсом! Отлично! Теперь можно дать шанс вибриссам, самое время!

– А вот тут вы слишком уж много на себя берете, мадам! – прошипела в свою очередь мисс Хайд, сделав еще один шажок к Архидьяволице. – Люцифер строго приказал не причинять вреда ни мне, ни моим близким! Вам велено просто попугать, но не более!

– Да как ты смеешь!.. – ярость Барбелло прорвалась наружу, сметая ее же кропотливо наращенную защиту.

– Что смею? – нырнув в кипящие зеленым огнем глаза, прошептала я. – Быть такой непонятной тебе? Пугать тебя до чертиков? – с губ сорвался смешок. – Сколько сотен лет ты потратила, изучая тот феномен, который не в силах постичь? Перечитала все трактаты, что получила из моего мира, забила ими весь кабинет, но так ничего и не добилась – потому что любовь нельзя понять, объяснить и повторить в искусственных условиях! А ведь все просто – тебе не дано любить. Вот тот ответ, который ты искала! Поэтому он никогда не полюбит тебя!– Замолчи!!! – лицо демоницы пошло красными пятнами.

– Ты не любишь Люцифера, просто хочешь быть такой же, как он. Признать свое несогласие с Господом – на это тебе, Архангелу, смелости не хватило. А он посмел! Поэтому ты пошла за ним. И проиграла – когда поняла, что значишь для него не более, чем все остальные, кого он утащил с единственной целью – укусить Творца побольнее. Поняла, что отказалась от Небес ради гордыни того, кому не нужна!

– Молчать!!! – Барбелло зарычала, как смертельно раненное животное, и толкнула меня в грудь двумя руками – так по–женски, хотя, несмотря на тело, душа и разум у нее, падшего Архангела, были вовсе не женскими.

– Ты захотела стать той, кого он полюбит – когда увидела силу этого чувства – Люцифера к Касикандриэре! Увидела, как он смотрит на нее, обнимает, замирает под ее взглядом.

Продолжала бить с ноги в самое больное место мисс Хайд, вскрывая Архидьяволицу, как устрицу, до самой нежной беззащитной мякоти. Взламывая ее бесцеремонно и незаметно, как пиратская программа на компьютере.

– Ты познала зависть – это больно, да? А потом тебя отвергли – мимоходом, презрительно, равнодушно дернув бровью, будто ты так ничтожна, что ему и в голову не приходило подумать о тебе, как о женщине. И ты застряла в поисках ответа на вопрос «Почему?!»

– Заткнись! – утробно промычала Барбелло, перерождаясь.

Демонически черты исказили безупречно правильное и оттого неинтересное лицо – переносица утолщилась, глаза глубоко запали и налились кровью, черные губы растянулись от уха до уха, обнажив несколько рядов зубов–игл.

Руки, вытянутые ко мне, вздулись венами и мышцами, пальцы, деформируясь на глазах, выпустили черные длиннющие когти. Волосы на голове зашевелились, и наружу вылезли три уродливых, красных от крови рога.

Даже Дариан отскочил прочь от приемной родительницы, но было поздно – черные черви, перемазанные кровью, что вылезли из ее спины и свисали сзади, как щупальца, взметнувшись ввысь окрепшими крыльями как у летучих лисиц, отшвырнули его далеко в сторону.

– Разорву!!! – рыкнув, это исчадие ада поперло на меня.

– Мечтать не вредно, – пробормотала я, отступив на пару шагов. Вспышка моих Крыльев заставила Архидьяволицу затормозить. – Уймись, дорогуша! – крикнула мисс Хайд. – Или лично поведаю о твоем демарше Люциферу!

Бешено вращающая глазами демоница застыла – до нее дошло, что она только что угодила прямиком в мою ловушку. Чуть позже до нее дошло и то, что вывела ее из себя я специально, поучив возможность вдоволь покопаться в ее сознании, пока она изрыгала проклятия и демонстрировала свой истинный лик. Поняв, как опозорилась на всех фронтах, до кучи еще и нарушив прямой приказ Люцифера, Барбелло взвыла, закрыв глаза. Как там говорила моя бабушка – эпикфейл? Ага, он самый!

– Понимаю, ничто так не успокаивает, как ромашковый чай, который пьешь из черепа врага, – не удержалась моя вздорная половина, – но тебе придется справиться с гневом самой. – Я сделала несколько шагов к ней, и одновременно с пониманием того, что это было ошибкой, в моей голове взорвались слова Мулцибера – «Остерегайтесь косы Архидьяволицы».

Лишь это спасло меня, помогло отшатнуться назад до того мгновения, когда толстая коса на плече почти принявшей прежний, обманчиво безопасный по сравнению с демоническим, облик Барбелло, зашевелилась, покрывшись блестящей черной чешуей и превратившись в толстенную змею, что раздула клобук, как земная кобра, и метнулась ко мне с диким шипением.

На секунду перед моими глазами распахнулось ее красное нутро с дрожащим внутри раздвоенным языком, двумя острыми даже на вид верхними зубами и разбухшей от яда железой, переполненной смертоносной отравой. Но Горан успел оттащить меня в сторону, и струя черного яда, что изрыгнула кобра, пролилась на песок, заставив его покрыться клубами серого дыма.

– Мама! – Дариан подбежал к ней и обхватил за талию одной рукой, другой сжав тело змеи сразу за головой. – Мама, опомнись, он же убьет тебя за это! Мама, не надо!

– Ты вновь предала его! – прошипела Барбелло. – На этот раз не жди пощады! Он поймет, все поймет! И сам убьет тебя! – дрожа всем телом, она позволила сыну увести себя к лошадям.

– Ты в порядке, родная? – Горан развернул меня к себе.

– Наверное. – Пробормотала я и попыталась пошутить, – не волнуйся, в твою жену не в первый раз злобно плюют!

– Невозможная моя! – прошептал он, нежно улыбаясь.

– Твоя. – Госпожа Ангел тоже улыбнулась.

Но то, что мисс Хайд лишь храбрится, поняли оба.