Текст книги ""Фантастика 2026-109". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Сергей Баранников

Соавторы: Виталий Хонихоев,Рита Лурье,Елена Амеличева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 242 (всего у книги 359 страниц)

Глава 5 Страшная сказка на ночь

Я хотела остаться с тобой,Я уже успела посметь.Пахнет снегом прозрачная боль –То ли даль, то ли высь, то ли смерть…Мельница «Господин горных дорог»

Да, я мышь в яме со змеями. Но даже маленький зверек начинает кусаться, когда его загоняют в угол! Просто так сдаться, сложив лапки на пузе? Не дождетесь! Слишком хорошо известно, какие последствия повлечет моя смерть. И даже не глобальные – в виде войны между санклитами и людьми, которой так жаждет Шерхан. Для меня гораздо важнее то, что это разобьет сердце моего ангела.

– Горан… – Я прикрыла глаза, зашипев от невыносимой боли.

Он никогда себе не простит, что не уберег любимую. Хотя я, дура, во всем виновата сама. И сама же попытаюсь выбраться! Но для начала надо найти детей. Может, удастся их вывести. А что? Я неисправимая оптимистка! И какому-то там «суровому серпантину жизненных невзгод» – вычитала где-то, смеялась неделю – нас не сломить!

Плохо освещенный коридор вывел в самую настоящую пещеру. Похоже, Охотники рассудили здраво – зачем создавать удобства обреченным на долгие муки санклитам? Пусть скитаются в подземелье, как неупокоенные души. Хмыкнув, я поежилась – жуткая холодрыга! В аду, вроде, жарко должно быть. Хотя это же ледяное озеро Коцит, так что все логично.

С потолка что-то капало – половина капели громко разбивалась о пол, вторая, по ощущениям, лилась за шиворот. Вспомнив, как визжала в детстве, когда зимой Глеб насыпал снег за шиворот, я кивнула самой себе – весьма похоже. Только орать нельзя, если не хочу приветственной санклитской делегации с хлебом-солью и голодными глазами…

Ладно, хоть оптимизма уже и поубавилось, главные проблемы пока что – всего лишь холод и темнота. С первым ничего не сделаешь, попытаемся не замечать. А вот прогнать мрак ночи вполне способна функция фонарика в сотовом. Я засунула обратно в телефон аккумулятор, повздыхала над останками сим-карты, потом напомнила себе, что сети тут точно нет, не отель ведь с бесплатным wi-fi, и улыбнулась, представив, как санклиты ходят по тюрьме, ловя сигнал.

С фонариком стало спокойнее, но он в прямом смысле слова высветил новую проблему – скользкий камень, резко уходящий вниз под откос. Другого пути в наличии не имелось. Кряхтя, я спустилась по нему, всего пару раз «порадовав» копчик и даже умудрившись не уронить сотовый.

Очередной коридор вывел в еще одну пещеру. После довольно долгого плутания по этому лабиринту мне уже пришло в голову, что санклитов здесь, может быть, и нет вовсе. Но едва эта мысль повысила настроение, как эхо донесло какие-то непонятные щелчки. Воображение моментально нарисовало множество картин, но увиденное превзошло их все, вместе взятые.

Это был Летучая мышь.

Страшная сказка на ночь стажеров Охотников. Ее с удовольствием рассказывали «желторотикам» в поместье – перед сном. Этот санклит родился слепым, но научился обходиться без зрения, собак-поводырей и палочки, посылая вперед щелчки и по резонансу звука, как летучая мышь сонаром, определяя и расстояние до объекта, и его габариты, и многое другое.

Обычно матушка-природа, ущемив человека в чем-то, не забывает одарить в другом. В случае же с санклитом она повела себя как мачеха, причем злобная, дав ему взамен зрения злобу, зависть и дьявольскую изворотливость.

Долгие годы он ходил по земле, заманивая своих жертв в ловушку просьбой помочь калеке, и отнимая у них потом не целую жизнь, а вытягивая по дню-два, месяц за месяцем, пока люди, сошедшие с ума от боли, не умирали от шока и истощения.

И вот сейчас именно эта злобная тварь стояла в свете моего сотового, уперевшись невидящим взглядом прямо в меня.

Расстояние между нами было большим, но едва я шевельнулась, бесшумно, как считала, отступив вправо, он дернулся и защелкал точнехонько в мою сторону. Пару минут мы играли в эту заведомо проигрышную стратегию.

– Можешь не стараться, – наконец выкрикнул Летучая мышь. – Я слышу твое сердце.

Удивил! Мне тоже слышны его удары. Где-то 200 в минуту. Проклятый адреналин! Но, как бы то ни было, кинжал-то ты не видишь!

Заговаривая санклиту зубы, умоляя о пощаде – весьма правдоподобно, кстати – я подпустила его поближе. Широко раздувая ноздри, он почти вплотную прижал меня к мокрой стене. Изо рта на длинную спутанную бороду обильно текли слюни.

– Что, человеческим духом пахнет? – пробормотала я, осторожно достав кинжал. – Размечтался! – мне удалось размахнуться и с силой воткнуть клинок в его грудь – именно так, как много раз учил Горан.

Взмахнув руками, санклит завизжал так, что звук, отраженный каменными сводами пещеры, на пару минут контузил, заставив упасть на колени и закрыть уши ладонями.

Когда я поднялась, он уже был мертв.

Пытаясь унять дрожь, мне пришлось заставить себя подойти к нему – чтобы забрать кинжал. Широко раскинув руки и распахнув невидящие глаза, Летучая мышь казался теперь просто щуплым бродяжкой в истертой до дыр одежде.

Мой первый труп, если так можно сказать. Первая жизнь на моей совести.

Не знаю, сколько я простояла в шоке, тупо уставившись на санклита, прежде чем заставила себя, стиснув зубы, удостовериться, что он мертв, и выдернуть кинжал из его груди.

Вытерев лезвие, пришлось срочно отойти, потому что из всех щелей к нему сплошным потоком хлынули крысы. Вскоре зверьки так плотно облепили его, с визгом отстаивая свое право на кусок мертвечинки в драке с сородичами, что превратились в один злобный комок.

Как удалось сдержать тошноту, не знаю. Не оглядываясь, я убрала кинжал и пошла дальше, нервно хихикая над тем, что перешла на второй уровень в компьютерной игрушке, так что стоит ждать монстров пострашнее.

И ведь как в воду глядела! Стоило свернуть за угол, как сразу две пары голодных глаз уставились, казалось, прямо в душу.

Мужчина и женщина. Грязные, в рваной одежде, злые и очень голодные. Я медленно отступила, лихорадочно размышляя, что делать. И как моя жизнь превратилась в сериал «Ходячие мертвецы»?! Хорошо, что хоть не в «Игру престолов», на дракона у меня рука бы не поднялась!

– Думай по теме, Саяна! – пробормотала я, решая, кого из этой парочки ликвидировать первым.

Надо сказать, что в этот раз гендерные стереотипы меня подвели. Подпустив к себе мужчину, как более сильного и потенциально более опасного, я жестоко ошиблась. Когда его спутница увидела, как он падает с кинжалом в сердце, она издала вопль погромче, чем незадолго до этого Летучая мышь, и, обезумев, бросилась на меня.

Ярость не помешала санклитке отменно драться. Я, в принципе, тоже была неплоха, чего женщина, похоже, не ожидала. Но она так лихо «танцевала» вокруг меня, то и дело доставая жалящими ударами, что пришлось задуматься о вариантах.

Бежать некуда, отметаем сразу. Еще немного боя на пределе сил, и я начну сдавать. Ей тоже приходится нелегко, это очевидно, но санклитскую выносливость даже после обнуления все же не сравнить с человеческой.

Мой единственный шанс – добраться до кинжала. Однако это понимает и женщина, оттесняющая меня все дальше от вожделенного оружия. А самое страшное – сотовый, который я положила на каменный пол в начале драки, начал мигать. Если аккумулятор сядет, в темноте мне с этой бабой не сладить.

Ну, не зря говорят, что русский народ страшен своей импровизацией! Громко закричав, я с разбегу бросилась на соперницу и вцепилась в ее спутанные волосы. От неожиданности она замерла на секунду, и мне удалось ее повалить на спину рядом с мертвым мужчиной. Когда санклитка опомнилась, я уже рыбкой нырнула к нему и выдернула кинжал. Жгучая боль, словно тысяча медуз обвились вокруг, обожгла ногу, в которую она вцепилась.

Теряя сознание, мне через силу удалось извернуться и всадить клинок в сердце женщины. Когда ее глаза остекленели, я, не сумев даже отползти, рухнула сверху и вырубилась.

Сотовый почти погас, когда чувства вернулись. Морщась от ужасного запаха, я сползла с мертвой санклитки и, перекатившись на спину, ахнула – надо мной стояла зареванная малышка, фото которой намертво отпечаталось в памяти.

Каре из каштановых волос до плеч, челочка, ободок с бабочкой, губки бантиком и огромные карие глаза. Одна из двадцатки!

– Привет, Седа. – прошептала я. – Не бойся, меня прислал твой папа. Он очень соскучился.

– Пгавга? – девочка подошла ближе.

– Правда. А где остальные ребята, знаешь?

– Тям, – она указала рукой в темноту и села рядом со мной.

– У всех все хорошо?

– Дя.

– Молодцы. – Мне с трудом удалось встать на четвереньки.

В поле зрения попали трупы. Веселое у этого санклитенка детство! Мысленно чертыхнувшись, я попросила Седу отвернуться и вернула кинжал в ножны, заодно подобрав телефон.

– Встявай. – Девочка топнула ногой. – А то зяболеешь!

– Как скажешь. – Под смех вырвалась у меня фраза Горана. – Даже не думай думать! – скаламбурила я, на негнущихся ногах отходя от мертвой парочки, держа малышку за руку. – Хватит нам уровней. Пора «game over».

– Воть. – Девочка указала на малышню, жавшуюся к стене в небольшой пещере.

С замиранием сердца я пересчитала их. Ровно 20. Есть Бог на свете!

– Нам пора возвращаться домой. – Ребятня загалдела, облепив мои ноги. – Папы, мамы вас с нетерпением ждут! Поэтому…

– Не торопись. – Перебил знакомый голос.

Слишком знакомый.

Дети затихли.

Я обернулась, не желая верить, что правильно поняла, кто это.

Увы, не ошиблась. Лилиана. Седая, постаревшая на добрую сотню лет, тощая, как дворовая кошка, но она.

– Что, изменилась? – женщина подбоченилась. – За это спасибо Горану нашему с тобой! Не пожалел, отдал Охотникам. Но сегодня я с ним поквитаюсь. – Она сделала шаг ко мне. – Брысь, мелочь!

– Не пугай детей! – злость забурлила в венах. – Они же санклиты, как и ты!

– И что?

– Без толку объяснять. – Противная тошнота заставила меня попятиться назад.

Картинка перед глазами выцветала. Самое не время.

– Твою же мать. – Пробормотала я, падая прямо на Лилиану.

Свет погас.

– Встявай!

Ай, а по лицу бить зачем? И почему так тяжело дышать?

– Встявай!

– Минутку, – мне удалось открыть глаза и сфокусировать размытую картинку. – Седа?

– Дя. – Малышка слезла с моей груди и стало ощутимо легче.

Лилиана! Я в панике огляделась. Труп обнаружился рядом – с кинжалом в груди.

Когда я успела-то? Рефлексы, видимо! Все-таки бывшая Горана…

– Тетя пахая!– как ни в чем ни бывало, девочка выдернула клинок и протянула мне.

– Вы не должны были этого видеть.

– Я скязала. – Седа показала на малышню, отвернувшуюся личиками к стене.

Горан, достойная смена подрастает! Мне не оставалось ничего другого, как рассмеяться, несмотря на весь ужас ситуации, и, опираясь на стены, встать.

– Пойдемте искать выход.

Усталость была неимоверной, будто раз десять сгоняла на Эверест и обратно без передышки, не при альпинистах будет сказано! Но улыбки малышей придавали сил и подталкивали вперед. Дома напьюсь крови моего ангела, после того, как он меня отругает и посадит на веки вечные под домашний арест – и пусть, лишь бы с ним рядом. Потом буду сутки спать. Нет, два дня минимум! А еще лучше – на месяц на остров, как грозился мой санклит!

Утопая в розовых мечтах, я довела детей до коридора. И тут все рухнуло. Жизнь равнодушно уничтожает все иллюзии – так же просто, как мы превращаем воздух в углекислый газ при дыхании, даже не замечая этого.

За прозрачной стеной, так обманчиво близко, стоял Горан, побледневший при виде меня, как тогда… Нет, не буду вспоминать! Шерхан что-то говорил ему, довольно улыбаясь.

– Не слушай его! – прошептала я. – Ты сам учил, не позволяй ему лить яд в свою душу!

Но Горан, не сводя с меня глаз, кивнул. Шерхан набрал код на панели. Стена поползла вверх. Мой ангел улыбнулся мне и развел руки в стороны. Хан достал кинжал и под мой истошный крик вонзил его в грудь Горана. Одновременно чьи-то руки обхватили меня сзади. Падая, мой санклит, с полными ужаса глазами, сделал шаг к стене.

Я разжала костлявые объятия и, извернувшись, обернулась. Лилиана, тварь недобитая! Надо было проверить! Клинок будто сам собой лег в ладонь, и через секунду седая мразь рухнула к моим ногам – мертвее не бывает. Но мне было не до нее.

Я бросилась к Горану, не обращая ни на что внимания, и на ходу убирая кинжал в ножны. Как только удалось перевернуть его на спину, пальцы легли на сонную артерию. Пульс есть! Я выдернула кинжал и положила в карман. Скоро он пригодится.

– Все хорошо, любимый, – зашептали мои губы ему на ухо. – Возвращайся ко мне.

Рука на его груди уловила, как сердце забилось уверенней. Спрятав счастливую улыбку, я встала и медленно пошла на Хана.

– Готов умереть, ублюдок? – не дожидаясь ответа, я атаковала, переплавив ярость в силу.

Он явно не ожидал, потому что видел, что я вымотана до предела. Да, у меня не осталось сил для этого поединка, так что я, похоже, вела его взаймы.

Цену узнаем позже.

Шерхан ушел в защиту, но ненадолго.

– «Танцевать» с тобой не буду! – рявкнула я, достав кинжал и мгновенно, первым же ударом нанеся ему колотую рану в ногу, рассчитывая перерезать бедренную артерию.

Но крови вышло не очень много. Промахнулась. Зато темп он точно потеряет.

Еще пара выпадов, пропущенный в живот, крик малышни за спиной. Шаг назад, забыть про боль, вдох, вперед. Удар ногой по ранению, попутно еще одна рана – предплечье, рука выведена из строя. Уходим за спину, любимый прием в колено, получаем в ответ по ребрам. Подкат. Сухожилия на правой ноге – в минус. Да, кричи, подонок! Левая нога – туда же, в природе должна быть симметрия.

Все.

– Наконец-то ты в правильной позе! – фыркнула мисс Хайд, глядя на Шерхана, стоящего на коленях и истекающего кровью.

– Ты все равно проиграла! – прохрипел он.

– Да ты что! – язвительно пропела я и ударила его ногой в грудь, чтобы опрокинуть на спину. – Смотри, Горан жив. Дети на свободе. Мне все удалось. А ты сейчас умрешь! – клинок вновь лег в мою ладонь. – Кстати, весьма символично, что твою поганую жизнь отнимет именно санклитский кинжал!

– Саяна, нет! – вскричала Юлия, зайдя в комнату.

– После всего, что он сделал?!

– Я не говорю, что его нельзя убивать, – мягко пояснила она. – Но нельзя, чтобы это была именно ты.

– А кто тогда?

– Придется мне. – Женщина протянула руку.

– Вам никто не поверит! – оправившись от шока, вызванного появлением живой и невредимой бывшей жены, прошипел Шерхан. – Мои люди всех убедят, что это сделали санклиты!

– А для этого у нас есть бывшие стажерки! – раздался задорный девичий голосок. – Помашите в камеру! – Таня, снимающая на сотовый, подошла ближе. – Это вам будет привет от Антона, которого вы выгнали в первый день!

Теперь можно забыть о старом козле. Он в надежных руках.

– У меня одно условие, – я с трудом встала и вложила кинжал в руку Юлии. – Он сдохнет от клинка, который воткнул в грудь моего ангела.

– Согласна.

– Как ты, родной? – я упала на колени рядом с Гораном и помогла ему сесть.

Еще белее, чем был, он не сводил с меня полных боли глаз.

– Он знает, что проиграл! – хохоча, как полоумный, крикнул Хан. – Так ведь, глава клана?

– Отправляйся уже в ад! – вырвалось у меня.

Одновременно с этими словами Юлия всадила ему кинжал в сердце.

– До скорой встречи там, девочка! – прохрипел он, не сводя взгляд с моего лица. – Очень скорой!

Потом его глаза закатились, и мужчина упал, захлебываясь собственной кровью. Он уже был мертв к тому моменту, когда голова ударилась о пол, но тело судорожно продолжало воевать со смертью. Я отвела от него взгляд, только когда агония закончилась, и облегченно выдохнула.

– Юлия, помогите с малышами, пожалуйста.

– Ваши люди уже здесь, не волнуйся. – Она кивнула. – Мы присмотрим.

– Тогда пора домой. – Я улыбнулась Горану. – Пойдем, любимый.

Мы молча встали.

– Саяна… – По его лицу потекли слезы.

– Все хорошо, любимый! – мне удалось улыбнуться.

Все плыло и качалось.

– Саяна! – голос Данилы.

– Юлия, заклинаю, уведи его отсюда! – не отводя глаз от меня, прорычал мой ангел, дрожа. – Или порву голыми руками!

– Не надо, – устало попросила я. – Прости, родной. Пойдем д…

Яркий свет вспыхнул и вокруг, и во мне одновременно. Мир исчез. Но сильные руки Горана бережно подхватили меня и в этот раз.

Глава 6 Мой последний рассвет

Я теперь всего лишь тень…

Я застряла между двумя мирами,

И существую лишь для еще одной ночи на земле…Delerium «Fallen»

Я очнулась от того, что захлебывалась кровью.

– Горан… – Мои глаза открылись.

Он как ребенка держал меня на руках, сидя на кровати. Кровь была повсюду, распространяя острый тошнотворный запах железа. Она пропитала и мою, и его одежду. Судя по ощущению переполненности в желудке, и внутри ее предостаточно.

Стараясь не думать об этом, я попыталась отнять у санклита нож, который он уже занес над сгибом локтя – неизвестно, в какой раз.

– Все хорошо, родной. Не надо. Остановись. Ты и так уже весь белый.

– Саяна…

– Угомонись. Я в порядке. Но нам обоим срочно нужно вымыться.

– Как малыши? – спросила я, когда мы вернулись из ванной.

– Они уже дома. – Мой ангел осторожно посадил меня в кресло и сдернул с кровати залитое кровью одеяло.

Шатаясь, я встала и подошла к нему.

– Горан, что с тобой?

– Саяна! – он подхватил меня, уложил на постель и лег рядом.

– Говори. На тебе лица нет. Все ведь кончилось хорошо. Только не знаю, куда делся Арсений.

– И он там был? – санклит скрипнул зубами.

– Я не оставила ему выбора.

– Убью подонка!

– Горан, прости. Другого пути не было. Но ведь все хорошо. Дети дома, я в порядке…

– Ты не в порядке! – простонал он, со стоном прижавшись ко мне.

– Все хорошо, успокойся. – Я крепко обняла его.

– Саяна, все плохо. – Едва слышно прошептал санклит.

– Почему?

– Родная…

– Говори уже!

– У тебя осталось очень мало времени. Они вытянули всю твою жизнь. Если бы в тебе не было моей крови, ты бы уже…

– Я умру?

Он закрыл глаза, всхлипнув.

– Сколько? Горан? Сколько времени… у нас осталось?

– До рассвета. – Мужчина захлебнулся слезами. – Родная…

– Прости меня, ангел мой. – Я прильнула к нему, гладя по спине и волосам.

– …должен был уберечь! …из-за… меня… любимая…

– Горан, хороший мой! Ты ни в чем не виноват! – мне тоже не удалось сдержать слезы. – Я рискнула и проиграла. Моя вина.

– Саяна…

– Давай успокоимся, хорошо? – мне удалось перевернуть его на спину. – Не хочу проводить последние часы в рыданиях. Все время, что осталось, принадлежит тебе. – Я вытерла его щеки. – Любимый мой.

– Любимая моя. – Он попытался улыбнуться.

– Ты сделал меня самой счастливой на свете, Горан. Жаль, что так мало, но это было прекрасно!

– Я должен был отказаться от тебя, – прошептал санклит. – Сразу после скалы.

– И что? Лилиана нашла и убила бы меня.

– Надо было что-то придумать.

– Знаешь, я бы не променяла эти полтора года на обычную долгую жизнь. Ни за что. Если такова цена за любовь, я не против. Она того стоит.

Он обнял меня еще крепче, положив голову на мою грудь. Сердце сжалось. Что будет с ним?

Что же я наделала…

Мои любимые читатели! Последняя прода уже завтра))) Если вы еще не подписались и не поставили лайк, сейчас самое время порадовать нас с моим трудолюбивым Музом! До встречи завтра в последней главе «Охотницы»! Предупреждаю – будем плакать...

Глава 6 Мой последний рассвет (продолжение)

Неужели умудрилась уснуть? Глаза удалось открыть с трудом, веки будто тонну весили. Ну, точно – Вий! Осталось всего несколько часов жить, а я сплю! Зашибись. И сколько же продрыхла, интересно? Еще темно, вроде бы.

Горан рядом не лежал, что тоже поставило в тупик. Даже не представляю, что должно было случиться, чтобы в такой ситуации он отошел от меня хотя бы на минуту!

Матерясь, я едва сумела выпутаться из пледа и сесть на кровати. Опять этот предобморочный вальс! Тошнота, максимальная слабость и налитое свинцом тело. Ладно, хватит жалеть себя. Ноги встали на пушистый ворс ковра. Держась за край постели, я поднялась и потихоньку добралась до балкона. «Радар» не обманул и в этот раз – Горан стоял там на коленях.

– Господь! Я никогда ничего не просил у тебя. Меня сделали тем, кто я есть, не оставив выбора. Но Саяна ни в чем не виновата! Я люблю ее, Господи! Всей душой люблю! Умоляю тебя – спаси ее! Любой ценой! Со мной делай, что пожелаешь, все безропотно приму. Спаси ее! Пусть она не будет со мной, но пусть дышит! Забери мою жизнь, забери все, но оставь Саяну жить, умоляю тебя! Господи…

Я отступила на шаг.

Что я натворила…

Дрожащие руки уперлись в стену, но удержать тело в вертикальном положении не смогли. В последний момент сильные руки Горана подхватили меня.

– Не оставляй… – я разрыдалась, спрятав лицо у него на груди. – Не хочу быть одна… Пожалуйста!

– Я всегда с тобой! – простонал он.

– Прости. – Надо успокоиться.

Да, умирать безумно страшно. Но нельзя, чтобы еще и эта ноша легла на его плечи.

Горан отнес меня обратно в постель. Я прижалась к нему и, стоило прикрыть глаза, вновь уснула.

То, что было дальше, помнится смутно, обрывками, размазанными картинками. Что из этого было явью, а что навеяно сном, не знаю. Единственное, что не менялось – горячие руки моего санклита, которыми он бережно прижимал меня к себе, и его грудь под моей щекой.

Полутьма, мы в самолете, кажется. Огромная желтая луна в иллюминаторе.

– Смотри, как красиво, – говорю я Горану, но расслышать ответ не успеваю, заснув.

Каппадокия, гробница Лилианы, холод, несмотря на меховой плед, укутавший мое тело. Белоснежный резной камень кружится, но руку любимого, которую опять вспарывает кинжал, я вижу отчетливо, также, как слышу его горячий шепот, умоляющий о помощи.

Опять самолет.

Голос Горана. Кажется, он говорит по телефону.

– Это не для меня, Анна! Понимаю. Да, знаю, о чем прошу. Но я умоляю тебя на коленях! Да, жду.

Пение птиц. Жемчужный свет. Скоро рассветет.

– Отнеси меня на балкон, пожалуйста, – прошу я санклита.

На него больно смотреть, но нельзя упустить и мгновения – ведь счет пошел на минуты.Рассеянный свет пробивается на востоке сквозь алое полыхание, густеет, набирается силы и наполняется красками.

Мой ангел баюкает меня, слегка покачиваясь из стороны в сторону.

– Обещай, что справишься. – Прошу я, заглядывая в его глаза.

– Не могу.

– Горан, умоляю!

– Прости, но знаю, что не смогу. – Он печально улыбается сквозь слезы. – Не буду врать тебе, любимая.

– Значит, Шерхан победил, моя смерть останется напрасной и принесет миру только зло?

– Саяна, мне все равно, что будет с миром, если в нем нет тебя.

Его слова разрывают душу в клочья. Но я это заслужила. Ему все равно больнее сейчас. Но самая страшная боль впереди.

– Прости, родная, – шепчет он. – За все.

– Прощаю. – Эхом откликаюсь я. – И ты меня прости.

– Прощаю.

– Спасибо.

Лучи восходящего солнца победоносно вспарывают небо, все вокруг заливая янтарно-медовым светом. Даже вода сияет всеми оттенками желтого.

Рассветы жили до меня, и будут жить после. Хорошо.

– Как красиво! – шепчу я и поспешно перевожу взгляд на лицо Горана.

В мои последние секунды на земле хочу видеть только его глаза – так и неразгаданного мной оттенка. Они прекраснее всех рассветов и закатов, вместе взятых!

– Я люблю тебя, жизнь моя! – шепчет он и целует меня.

– И я люблю тебя! – как же не хочется оставлять его! Ну почему все так?!

Но картинка перед глазами уже начинает предательски выцветать.

Я ухожу.

– Прости меня. – Одновременно шепчем мы.

Не отрывая взгляда от моего лица, он достает откуда-то кинжал. Тот самый, из гробницы Лилианы. Но мне уже не удается удивиться или задуматься. Мысли не задерживаются в сознании. Все плывет.

Горан осторожно расстегивает верхние пуговки на моей рубашке и, приставив клинок к груди, помедлив, резко нажимает на рукоять.

Его крик и вспышка боли сливаются с моим недоумением, когда лезвие входит в сердце, и я с последним выдохом растворяюсь в лучах моего последнего рассвета.

В детстве мне часто снился один и тот же сон – демон толкает меня в прорубь, надо мной огромная толща воды, наверху виднеется размытое пятно света, я торпедой лечу к нему, чтобы сделать спасительный вдох.

Вот и в этот раз я пробкой, пулей, ракетой вырвалась на поверхность из ледяной воды, хватая ртом воздух и широко раскрыв глаза.

Сияющий свет.

Лицо Горана.

Седая прядь чуть выше виска в его волосах. Откуда?

Водоворот мыслей, ощущений, чувств, воспоминаний, бесконечная череда вопросов.

– Саяна?.. – в его глазах протаивает робкая надежда.

Он несмело улыбается искусанными губами.

Солнце высоко. Я жива. Как так?

Последнее, что удалось удержать памяти – кинжал, входящий в сердце.

Дрожащей рукой я прикасаюсь к груди. Пальцы осторожно ощупывают запекшуюся корку крови. Значит, не привиделось. Второй рукой я отодвигаю наполовину расстегнутую рубашку. Раны нет. Кинжала тоже. Но я жива. Смутные подозрения, еще не оформившись в четкое понимание того, что произошло, заставляют меня изумленно ахнуть.

– Что ты со мной сделал? – шепчу я, глядя на моего ангела.

– Вернул тебя. – Шепчет он в ответ.

По страху в его глазах понимаю, что это лишь часть правды.

– Кем ты меня вернул? – уточняю я.

– Саяна…

– Горан, кто я теперь?!

– Бессмертное существо.