Текст книги ""Фантастика 2026-109". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)"

Автор книги: Сергей Баранников

Часть вторая
Глава пятая

Мир III, 2005 год.

Обхватив колени руками, Джудит сидела на спортивном мате, покрытом пожелтевшими, давно нестиранными простынями. Она упрямо игнорировала окружающий мир: гнусную вонь, шум, ближайших «соседей», громко причитавшую темнокожую семью; и людей, снующих мимо – спасателей и других уцелевших, которые всё прибывали и прибывали.

Как вода.

Невидящий взгляд девочки был устремлён вперед, а её слух силился выцепить хоть что-то конкретное из невнятного бормотания телевизора. На данный момент ловился только один канал, где прерывисто из-за перебоев в электроснабжении транслировались последние новости.

Подводились итоги, составлялись списки пропавших и погибших, подсчитывались убытки – колоссальные для всей страны, побившие рекорды любого стихийного бедствия за последние десятилетия. Безжалостные цифры утверждали: за несколько суток Новый Орлеан почти превратился в Атлантиду.

Услышав от диктора это слово, Джудит встрепенулась и подняла голову. Конечно, оно было ей знакомо: они с мамой Сэнди смотрели такой мультфильм, и девочке он очень понравился, хотя она и побаивалась воды после того, как несколько лет назад чуть не утонула в реке.

Ей повезло куда больше, чем Сэнди.

«Нет, не плачь!» – приказала себе Джудит. Она упрямо верила, что её приёмная мама не погибла. Должно быть, её имя промелькнет где-то в списках выживших, или, быть может, она сама разыщет девочку здесь. Скорее всего, женщину выловила другая спасательная группа, вот она и не попала в это убежище, оборудованное в здании школы. Они встретятся всенепременно, как последствия урагана и наводнения устранят, и вместе вернутся домой.

Только им некуда было возвращаться: их домик смыло волной.

Джудит никогда не забудет неистовый вой ветра и рокот воды, стремительно вгрызающейся в хрупкие стены, и угрожающее чёрное небо над головой. Забравшись на крышу, они с Сэнди размахивали белым полотенцем, надеясь привлечь внимание вертолёта спасателей, пока мимо проплывали тела утонувших людей, мёртвые животные, мусор и личные вещи соседей, вынесенные из затопленных зданий. Следующая волна слизнула и их, утянула за собой. Сэнди до последнего держала девочку за руку, но вскоре исчезла в бурлящем грязном потоке, оставив Джудит лишь кольцо, соскользнувшее с мокрого пальца.

Девочка извлекла его из кармана огромной толстовки, одолженной ей в убежище. Сырая, заскорузлая ткань пропахла тиной и вызывала у Джудит отвращение, но в толстовке хотя бы было тепло. Она покинула дом в любимой пижаме с медвежатами, а её обувь, как и Сэнди, забрала вода.

Джудит примерила кольцо, но для каждого из её пальцев оно оказалось велико.

Она решила, что вернёт его Сэнди, когда она найдётся, и, накинув на голову капюшон толстовки, стала ждать. Постепенно её сморил поверхностный сон, сквозь который навязчиво проступали голоса выживших и телевизор.

Диктор сказал: на данный час поступили сведения о четырёх сотнях погибших, ещё столько же пока считаются пропавшими без вести.

И Джудит украдкой задумалась, входит ли Сэнди в эти списки, но тут же возразила себе: нет! Она придёт. Она заберёт её снова, как когда-то забрала из приюта в их родном городе, откуда они уехали после случая на реке.

Сэнди так и не пришла, но пришёл кто-то другой и мягко тронул Джудит за плечо. Открыв глаза, она заметила, что темнокожая семья куда-то исчезла, а вместо неё подле девочки сидела незнакомая женщина, выглядевшая слишком опрятной для пострадавшей и, пожалуй, весьма эксцентрично для спасительницы.

Девочка предположила, что женщина – какой-нибудь соцработник, хотя на её памяти они одевались иначе:

На незнакомке было элегантное чёрное платье, туфли на каблуке и крошечная шляпка с вуалью. По плечам женщины струились золотистые волосы, а её затенённые тканью изумрудные глаза с любопытством взирали на Джудит.

– Привет, Джейн Доу, – поприветствовала её незнакомка. – Приятно познакомиться, я – Аманда Макбрайд.

– Меня зовут Джудит, – поправила девочка, и, помедлив, уточнила, – Дэвис.

– Конечно, – легко согласилась с ней Аманда Мабрайд, – не может же быть, что здесь десяток Джейн Доу и Джонов Доу, и все они – братья и сёстры? Так записывают тех, чью личность установить ещё не удалось.

Женщина растянула крупные губы в улыбке, сделавшей её лицо чуть менее высокомерным. По правде говоря, не смотря на её красоту, она не понравилась Джудит с первого взгляда, но Сэнди изо всех сил пыталась привить приёмной дочери манеры и не раз повторяла, что даже с неприятными людьми полагается вести себя вежливо. К тому же – если эта женщина с ней заговорила, тому должна быть причина.

Джудит хотелось верить, что причина – Сэнди.

– Мне жаль, дорогая, – сочувственно сказала Аманда Макбрайд, словно прочитав мысли девочки, – но я вынуждена сообщить тебе, что твоя мама погибла.

– Как? – беспомощно молвила Джудит.

Знание подробностей ничего бы не изменило, но вопрос сорвался с губ сам собой. Девочка не оставляла надежду, что произошло чудовищное недоразумение, и эта незнакомка говорит о какой-нибудь другой Сэнди Дэвис. Такое сочетание имени и фамилии встречалось довольно часто.

– Вы ошибаетесь, – набравшись храбрости, возразила Джудит, – откуда вы знаете, что это – моя мама, если вы даже не знали, как меня зовут?

И имя Сэнди она не назвала!

Аманда не рассердилась. Склонив голову, она посмотрела на девочку с интересом, и как той показалось, почти прониклась уважением к её глупой браваде. Джудит часто говорили, что ей стоит усмирить свой строптивый нрав, чтобы не нажить с ним проблем, но сейчас ей было трудно удержать себя в руках. В приютские годы это помогало ей стоять за себя перед более крупными и наглыми товарищами, и, как она уже догадалась, в самозащите скоро вновь возникнет необходимость.

Ведь Сэнди больше нет.

– Видишь ли, милая Джудит, – после паузы заговорила Аманда Макбрайд, – к несчастью, я знаю, кто ты, и что твоя приёмная мама – Сэнди Дэвис. Я искала тебя.

– Почему? – воскликнула девочка, сражённая этим откровением наповал.

Она иначе взглянула на незнакомку: что, если эта Аманда – её родная мать, когда-то бросившая Джудит на произвол судьбы? Вдруг она одумалась и отыскала дочь спустя столько лет, чтобы помочь ей в момент, когда та всё потеряла?

– Потому что ты – особый ребёнок, – сказала Аманда Макбрайд, не подтвердив и не опровергнув догадки девочки. – И по долгу службы я разыскиваю таких, как ты. Ты помнишь, как тебе удалось уцелеть?

Джудит неуверенно покачала головой. Последним её четким воспоминанием была Сэнди, исчезающая в коричневых от грязи водах. Девочка имела смутное представление, как смогла выплыть и попала в это убежище. Она просто очнулась здесь, на этом мате в углу спортивного зала школы, набитого другими несчастными, словно всегда тут была.

– Ты тонула, и спасательная группа ни за что не заметила бы тебя с воздуха, если бы не яркая вспышка. Они подумали, что кто-то выстрелил из сигнальной ракеты, чтобы позвать на помощь, а снизившись, обнаружили тебя, – поведала Аманда.

– Не понимаю, – пролепетала Джудит, но опомнившись, уточнила: – Откуда вы знаете?

– Я могу чувствовать такие вещи, – сказала женщина, – магию. Её след привёл меня в это убежище, и я услышала, что здесь есть малышка, которую спасло «чудо». Увы, твоей маме повезло меньше.

– Магия, – повторила девочка, насупившись.

Она не верила в такие глупости, ещё будучи совсем крошкой, и тем более не верила теперь – среди хаоса и разрухи, в которые ураган превратил окружающий мир. Магия не могла сосуществовать с грязными, дрожащими людьми, потерявшими близких и всё имущество, с раненными и утонувшими. Магия жила на страницах книг и на киноэкране, но не в реальности, провонявшей потом, гнилью размытых болот и химикатов, что вылились в залив.

– Справедливо, – согласилась Аманда Макбрайд, сделавшись задумчивой, – но факт остаётся фактом: Джудит, ты – ведьма, как и я. Я приехала, чтобы забрать тебя с собой. Твоей мамы больше нет, но мы позаботимся о тебе.

– Мы? – с сомнением переспросила Джудит.

– Я и мои сёстры, – таинственным полушёпотом сказала женщина, – мы – Ковен ведьм Луизианы. Тебе уготована честь стать одной из нас.

– Извините, но я вам не верю, – честно призналась девочка.

– Твоё право, – усмехнулась Аманда Макбрайд и, склонившись к ней, добавила, понизив голос: – Но если я не ведьма, то откуда бы я узнала, что ты держишь в руке кольцо, принадлежавшее твоей маме Сэнди?

Джудит вздрогнула и вытащила кисть из кармана. Это вышло неосознанно – заслушавшись странных речей незнакомки, она вслепую нащупала кольцо и стиснула, вцепившись в него как в спасательный круг. Но это ещё ничего не доказывало.

«Впрочем, – тоскливо подумала девочка, – а есть ли у меня выбор?»

Аманда Макбрайд улыбнулась и грациозно поднялась на ноги. Только теперь Джудит смогла оценить её внушительный рост и осанку королевской особы.

Возможно, другой ребёнок на месте девочки позволил бы женщине уйти, но Джудит предалась весьма приземлённым размышлениям: она вдоволь оплачет свою утрату, но после. Её абсолютно не прельщала перспектива делать это в новом государственном учреждении для сирот, представлявшем из себя крайне мерзкое местечко. Джудит не рассчитывала, что её снова удочерят: ей уже повезло с Сэнди, но тогда она была куда младше. Как правило, приходили за малышней, а у девочки ни семи, ни тем более десяти лет практически не было шансов.

Джудит, брошенная родителями, не могла устоять, когда кто-то предлагал ей хотя бы подобие семьи.

Она решительно встала и быстро нагнала женщину.

Аманда Макбрайд протянула ей свою крупную бледную кисть.

– Я рада, что ты сделала правильный выбор, – похвалила она.

* * *

Джудит быстро пожалела, что повелась на речи загадочной Аманды Макбрайд: приют заметно выигрывал на контрасте с обиталищем «ведьм».

Новая благодетельница привезла девочку в жуткий, покосившийся дом, затерянный в глухом лесу на севере штата, ко всему прочему населённый толпой неприветливых женщин в чёрной одежде. И хоть эти земли располагались на возвышенности, и сюда не добралось стихийное бедствие, выглядело здание так, будто пережило не один ураган и вот-вот рухнет на голову своим обитателям. Обитательницам. Единственным мужчиной, которого видела Джудит, был пугающе-высокий тип цыганской наружности, служивший Аманде водителем. К счастью, по прибытию он тут же куда-то удалился.

Других детей здесь не оказалось, кроме, разве что светловолосой девочки-подростка, выбежавшей им навстречу. Девчонка была одета, как воспитанница строгого католического пансионата из фильмов, и, сложив всё это воедино, Джудит испугалась, что угодила в какую-то секту. Она видела передачу о них по телевизору. Впрочем, она могла бы с этим примириться, если ей предоставят кров и будут кормить, даже если между приёмами пищи и сном придётся неустанно молиться.

– Это Джудит, – Аманда подтолкнула новенькую к блондинке, – теперь она будет жить с нами. А это – моя дочь Мелисса. Она присмотрит за тобой и поможет тебе освоиться. Вы сможете жить в одной комнате. Мелисса, выдашь Джудит всё необходимое?

Мелисса поморщила нос, словно сам вид девочки был ей неприятен.

– Мама, почему нянькой не может быть кто-то другой? – поинтересовалась она.

Аманда сделала шаг к девчонке и угрожающе нависла над ней всей своей исполинской фигурой.

– Потому что однажды ты станешь Верховной ведьмой, – сухо сказала она, – и тебе придётся научиться обращаться с новопосвящёнными.

– Да, – согласилась Мелисса, – но не возиться же с мелюзгой!

Женщина звонко ударила девчонку по лицу, и лесное эхо разнесло этот звук на мили вокруг. Джудит испуганно вжала голову в плечи. Аманда нравилась ей всё меньше и меньше, но сворачивать было уже поздно. Она не запомнила дорогу сюда, да и возвращаться девочке было некуда. Новый Орлеан не скоро оправится после потрясения, и там точно не найдётся места ещё одной сироте.

Мелисса поманила её за собой в недра дома, на ходу растирая ушибленное место рукой.

– А я то думала, куда она потащилась, – сказала она, скорее размышляя вслух, чем обращаясь к своей маленькой спутнице, – когда в городе творится чёрте-что. Только не говори, что мама под шумок украла тебя у родителей.

– Нет, – тихо откликнулась Джудит, – моя мама погибла, а больше у меня никого нет.

Мелисса привела её на второй этаж и, стащив через голову ключ на верёвке, отпёрла дверь с облезлой зелёной краской. Она помедлила, прежде чем войти, внимательно разглядывая Джудит.

– Мне типа жаль, – сказала она, – но на самом деле меня это не ебёт.

– Ой, – обронила девочка, смутившись грубого слова. Благодаря приютскому детству она запросто могла блеснуть перед новой знакомой нехилыми познаниями в нецензурных выражениях, но устыдилась осквернить память Сэнди. Её приёмная мама сердилась, когда Джудит не следила за языком, понабравшись всякого от старших товарищей.

Комната, где они очутились, пустая и неуютная, казалась совершенно необжитой. Заметив, что кроватей всего две, Джудит обрадовалась роскоши делить жилплощадь всего с одной соседкой, пусть и с такой ядовитой. Всё-таки она знала, что подростки частенько бывают вспыльчивыми и злыми, и нисколько этому не удивлялась.

– Сколько тебе лет? – осведомилась Мелисса, распахнув створки потемневшего от времени шкафа.

– Десять, – ответила Джудит.

– Мда… – пробормотала её новая знакомая, – просто блеск!

Она швырнула на одну из коек комок скомканных чёрных тряпок и, подумав, добавила к нему пару обуви.

– Тебе придётся носить это, – объяснила она, – у меня довольно маленький размер, да и ничего другого всё равно нет. Мама тебя приволокла, пусть и разбирается. Не мои проблемы. Кухня и ванная на первом этаже, но не переводи воду попусту. Туалет во дворе. По лесу одна не шастай, тут водятся дикие кабаны. Надеюсь, ты умеешь хоть что-то делать руками, потому что это тебе не дворец, где всё будут класть прямо в ротик. Что ещё? Надеюсь, ты не пукаешь во сне? Если да, то тебе надо с этим завязывать, а то спать будешь на улице.

Джудит рассмотрела вещи, оказавшиеся простыми чёрными трусами, колготками и платьем, как и у Мелиссы, и, устроившись на кровати, принялась стаскивать свою одежду, пришедшую в полную негодность.

– Нет, – сказала она, – не пукаю.

– Вот и славно, – скривившись, похвалила Мелисса. Она плюхнулась на соседнюю койку и, выудив из-под подушки книгу, сделала вид, что читает. Джудит чувствовала, что она наблюдает за ней.

– Вы правда ведьмы? – спросила девочка.

Мелисса хмыкнула.

– Что тебе сказала мама? – уточнила она.

– Это и сказала.

– Ну, значит, так и есть, – заявила блондинка, но поразмыслив, всё-таки расщедрилась на объяснения: – Ладно, слушай сюда, мелкая: мы настоящие всамделишные ведьмы. Мы поселились тут очень давно, чтобы тупые смертные ублюдки нас не доставали. Они понятия не имеют, что здесь есть дом, он защищён от них магией, потому что людям нельзя знать о нашем существовании. Подчёркиваю: нельзя. Это главное правило. Если ты надумаешь свалить и примешься о нас трепаться, мы найдём тебя и снимем шкуру. Зуб даю.

Не смутившись присутствия новой знакомой, Джудит натянула трусы и, обернувшись, заметила, что блондинка таращится на неё во все глаза, тоже зелёные, но куда темнее, чем у Аманды. Девочка пожала плечами и надела платье. Ботинки, как она и предполагала, оказались ей великоваты. Она аккуратно задвинула их в царство пыли и паутины, простирающееся под кроватью.

– Что? – всё-таки спросила она.

– Ничего, – отмахнулась Мелисса. – Ты какая-то странная.

– Почему странная? – заинтересовалась Джудит.

– Не ревёшь из-за своей матери, не психуешь, не возмущаешься, – перечислила дочь Аманды. – Тебе типа похер?

– Нет, – сказала Джудит, не понимая, зачем идёт на откровенность, которую её собеседница, скорее всего, не оценит: – Мне очень больно из-за мамы, но я не маленькая, чтобы устраивать истерики. Моё горе – моё дело. Мама… она взяла меня из приюта. Я умею выживать. Раз я теперь здесь, придётся приспосабливаться.

– Ого, – почти с восхищением молвила Мелисса, – а ты… звучишь, как настоящая ведьма.

Джудит показалось, что она хотела сказать «ты мне нравишься», но в последний момент передумала, постеснявшись давать слабину. Щёки девчонки залились румянцем, а взгляд заметно смягчился. Она нервно потеребила потрёпанный книжный корешок.

– Не знаю, чем вы тут занимаетесь, но я не верю в ведьм, – поделилась Джудит, – и в магию.

– Это ты зря, – весело сказала Мелисса, – магия – это круто. Гляди, что покажу.

Она отложила книжку и села, скрестив ноги. Из-под задравшегося чёрного подола платья выступили её бледные икры. Мелисса что-то неразборчиво прошептала, повела руками в воздухе на манер фокусника, и между её ладоней вспыхнул огненный шар. Он плавно парил в воздухе, бросая на её угловатое лицо алые отблески.

Джудит округлила рот.

– Ничего себе, – восторженно прошептала она, – можно?

Спрыгнув с кровати, она приблизилась и потянулась к пламени кончиками пальцев. Мелисса спешно хлопнула в ладоши, и оно погасло.

– Ты чего? – с лёгким смешком сказала она. – Обожглась бы! Оно же настоящее.

– А можно ещё… – Джудит умолкла, коря себя за неуёмное любопытство. – Извини. А я смогу такому научиться?

– Сможешь, – пообещала Мелисса, – если будешь стараться, а не валять дурака.

Позднее она призналась, что её воистину впечатлила сила духа девчонки, стойко принявшей, что её мир в мгновение ока перевернулся с ног на голову. Поэтому Мелисса сразу прониклась к Джудит уважением.

Так они стали подругами.

* * *

Накануне Хэллоуина, который ведьмы называли Самайн, в доме царило заметное оживление, а убранство украсили опавшими листьями и свечами. Джудит всегда нравился этот праздник, и ей не терпелось взглянуть, как его отмечают эти чудные женщины.

Она не только поладила со злючкой-Мелиссой, просившей называть её просто Мэл, но и постепенно втянулась в быт луизианских колдуний.

Девочке, как и всем «младшим сёстрам» приходилось много трудиться по хозяйству, но между житейских хлопот находилось время и на обучение колдовству, которым занималась её новая подруга. Украдкой Джудит ещё плакала по ночам, вспоминая свою милую Сэнди, но старалась делать это беззвучно, чтобы Мэл не услышала. Девочка быстро поняла, что среди ведьм не принято проявлять чувства или роптать на судьбу.

Немудрено, учитывая специфические условия их существования: полное отсутствие каких-либо развлечений, а также электроэнергии, центрального отопления и элементарных удобств. В холодные дни ведьмы разводили пламя в каминах, коптящих из-за забитых дымоходов, справляли нужду в сторожке во дворе, а воду расходовали с осторожностью. Колонка, поставлявшая её из ключа, едва покрывала потребности двух десятков женщин. Воду грели только чтобы принять ванну; умывались же, чистили зубы и мыли посуду в ледяной.

Питание было не менее скудным: за домом располагался огород, где выращивались различные овощи, а в дальней пристройке держали птицу и скот, чтобы обеспечивать общину яйцами и молоком. За крупами, керосином, одеждой и предметами первой необходимости совершали вылазки в город, и, как заметила Джудит, эти поездки считались привилегией среди сестёр.

Очевидно, ей пока рано было об этом даже мечтать.

Девочке доводилось слышать об амишах и прочих общинах, привечающих традиционный уклад, но она представить себе не могла, что однажды сама совершит путешествие из двадцать первого века в какой-нибудь восемнадцатый.

Но магия того стоила.

Сотворив свой первый огненный шар, Джудит заключила, что ей всё-таки повезло. Трудности не пугали девочку, а крошечный успех в обучении вдохновил её проявлять больше усердия.

И накануне Самайна ей даже выдали туфли на низком каблуке и новое платье – конечно, тоже чёрное, но с белым воротничком!

Примерив его, она повернулась, чтобы показаться Мелиссе, и увидела, как подруга ножницами подрезает подол своего. Теперь оно едва доставало ей до середины бедра, демонстрируя её стройные ноги в чёрных колготках.

– Ну, как я выгляжу? – спросила та, покрутившись на месте. Джудит отметила ещё одну странность, присущую дому ведьм: здесь не имелось зеркал, и узреть своё отражение они могли лишь в металлической посуде или набранной ванне.

– Ты очень красивая, – сказала девочка, но невольно забеспокоилась: – А тебе не влетит?

– Да пофиг, – беззаботно бросила Мэл, – мне один хрен за что-нибудь влетит, пусть хоть за дело.

Она произнесла это спокойно, ведь строгость матери для неё была неоспоримой истиной, а Джудит внутренне содрогнулась. Аманда со скрипом выделяла средства на покупку такой ерунды, как одежда. Она точно не придёт в восторг при виде усовершенствований, внесённых Мелиссой в её наряд. Верховная ведьма со всей строгостью относилась к своей наследнице. Это подразумевало жестокие наказания и регулярное рукоприкладство за малейшую повинность, дерзкий взгляд или мысль.

Аманда Макбрайд владела телепатией, и для неё не было загадкой, о чём думают окружающие. Лишь единицы могли выстроить ментальный барьер, но Джудит точно не входила в их число, потому избегала предводительницы ведьм всеми правдами и неправдами. Как и её жуткого черноглазого компаньона.

К счастью, ни первой, ни второму не было до неё дела.

– Может, и твою юбку укоротим? – с заговорческой улыбкой предложила Мэл. – А то всю грязь соберёшь по пути.

– По пути куда? – нахмурилась Джудит. – Нет, пожалуйста, оставь так.

– А давай-ка распустим тебе волосы? Будешь, как настоящая ведьма, может, конфет больше дадут, – не унималась её подруга.

Девочка помотала головой, мёртвой хваткой вцепившись в свою аккуратную косу, заплетённую так туго, что у неё зудела кожа на висках.

– А мы будем собирать конфеты? – удивилась Джудит.

– Ага, именно этим мы и занимаемся на Самайн, – прыснула Мэл, – а ещё пляшем голые вокруг костра и восхваляем сатану!

Сжалившись, она взяла свою маленькую подружку за руки и уселась с ней на кровать. Мелисса недоверчиво глянула на дверь, будто остерегаясь, что их подслушают.

– Так никто давно не делает, – поделилась она. – Праздники обычно проходят или у вампиров, или на севере, но нас с тобой, понятное дело, никто туда не возьмёт.

– Вампиры, – повторила Джудит.

– Ага, наши зубастые соседи по Луизиане, – сказала Мэл, – а ещё в Новом Орлеане есть вуду-община, но они нас терпеть не могут. Не забивай себе голову, мелкая, тем, что там, снаружи. Готова поспорить, ты всю жизнь проторчишь в этой развалине, ну… пока я не стану Верховной. Там уж всё будет по-другому. Ой, а ну-ка забудь. Маме это не понравится, а она зайдёт, прежде чем ехать к клыкастым, и обязательно полезет тебе в черепушку.

Её указательный палец приземлился девочке в середину лба.

– Снимай платье и пока ложись в кроватку, – распорядилась девушка.

Джудит покорно переоделась в длинный невзрачный балахон, служивший ей ночной рубашкой, и забралась под одеяло. Мэл погасила керосиновую лампу и последовала её примеру. Девочке почти удалось уснуть, когда предостережение подруги сбылось: она различила шаги за дверью и почувствовала ненавязчивое присутствие Аманды в своих мыслях. Она принялась думать про насущные дела, что ждут её завтра, про уроки магии и про Сэнди, сочтя это вполне невинным.

Этому её научила Мелисса.

Вскоре Аманда ушла, и, выждав немного времени, Мэл вновь зажгла лампу и принялась собираться. Закутавшись в плащи с капюшонами, вполне уместные для этой ночи, подруги прошмыгнули через лабиринты дома и выбрались наружу через задний ход.

– Что ты задумала? – полюбопытствовала Джудит, едва поспевая за широким шагом блондинки.

– О, увидишь! – провозгласила та. – Давай быстрее, мелкая. У нас не так много времени.

Джудит сильно запыхалась, пока они шли через лес, но не осмеливалась попросить Мэл о передышке. Ей овладели воистину детское предвкушение приключений и азарт. Подруга не просто так вытащила её из дома на ночь глядя, рискуя нарваться на неприятности.

Наконец за деревьями забрезжил свет, источаемый малоэтажным зданием на обочине шоссе. Когда-то, путешествуя с Сэнди Дэвис, Джудит приходилось бывать в таких местах.

Девочка подавила грустный вздох, так и рвавшийся из груди при мысли о тех далёких временах. Сэнди больше нет, и они никогда уже не поедут куда-то вместе на машине.

Словно почувствовав перемену в настроении подруги, Мелисса взяла Джудит за руку, и повела ко входу в придорожную забегаловку. После лесной промозглой темноты свет казался особенно ярким.

– Что… – начала Джудит, но Мэл помотала головой.

За дальним столиком их дожидался темноволосый юноша в светлой толстовке с эмблемой Гарварда. Завидев Мелиссу, он поднялся и отвесил ей шутливый поклон. Стоило взгляду его светло-карих глаз наткнуться на маленькую спутницу девушки, его улыбка увяла, а лицо приняло озадаченное выражение. Джудит нехотя отметила, что лицо это было красивым, и в тоже время очень знакомым.

– И как это понимать, Мэл? – спросил парень, имея в виду девочку.

Мелисса откинула с головы капюшон, плюхнулась на кожаный диванчик и усадила Джудит подле себя.

– Ит, не сердись, – лениво протянула девушка, – это Джудит, наша «новенькая». Я подумала, что ей пойдёт на пользу прошвырнуться и поесть нормальной еды, как и мне. Конечно, платишь ты, мистер «у меня денег куры не клюют».

– Разумеется, деньги, – повторил парень, все ещё недоверчиво взирая на Джудит. – Вот почему ты со мной встречаешься… – он запнулся и поправил себя, – тусуешься, Мэл.

– Ой, – обронила Мэл и повернулась к своей маленькой подружке, – Джудит, познакомься: это – наш кровный враг, будущий Верховный маг Салема – Итан Уокер, он же – отличник, мамина гордость, страшный зануда и спонсор нашего с тобой праздника. Заказывай, что хочешь и ни в чём себе не отказывай!

Она подтолкнула к Джудит меню, и девочка вцепилась в ламинированный пластик так сильно, что у неё побелели костяшки пальцев. Она вспомнила этого парня, и её тело впало в оцепенение. Пожалуй, к перечню регалий, упомянутых Мэл, девочка могла добавить кое-что от себя:

Парень, который не позволил ей утонуть, когда она упала в реку.

Когда-то они жили по соседству и одним летним днём познакомились на крошечном островке, но это, наверное, не отложилось в его памяти. По крайней мере, Итан Уокер довольно быстро потерял к ней интерес, переключившись на Мелиссу:

– Ураган до вас не добрался? – спросил он и присел с краю от неё. – Я следил за новостями, даже хотел поехать добровольцем, но у мамы резко подскочило давление и пришлось остаться с ней.

– М-м-м, её любимый трюк, – подметила Мэл. – И ты поверил, наивная душа? О, Ит, солнышко, как ты собираешься жить среди магов? Тебя сожрут с потрохами.

– Даже если мама прикидывалась, она не оценила мой энтузиазм, а спорить с ней – себе дороже, – со вздохом сказал Итан.

– Сю-сю-сю, – противно захихикав, блондинка потрепала его по щеке. Парень отмахнулся от её руки, как от назойливой мухи. Мэл это не остановило, и следующая её атака пришлась на его подмышки.

– Прекрати, – взмолился Итан, принявшись уворачиваться от щекотки.

Джудит испытала умиление, наблюдая за их дурашливой схваткой из своего уголка. Пусть они вели себя по-детски нелепо, но, взаимодействия подобным образом, напомнили девочке героев жизнерадостных комедий, которые нравились её Сэнди. Сейчас Джудит сильно сомневалась, что ей когда-либо ещё представится возможность не то что пялиться в «ящик» целый день, а вообще смотреть телевизор.

Она скромно заказала себе бургер и колу, но вмешалась Мэл, докинув сверху такое количество вредной пищи, что можно было накормить всю их общину. Не отрывая взгляда от официантки, блондинка нетерпеливо поёрзала на сидении.

– Лучше расскажи, как там в колледже, – попросила она Итана.

– Ничего интересного, Мэл, – отмахнулся он, – очень много учёбы. А ведь ещё нужно готовиться к «Посвящению»! Мама молчит как рыба, не рассказывает, что там будет. Чую, это не к добру. Тебе что-то известно?

– Ага, – заверила его девушка, – тебя разденут догола, воткнут в жопу перья и обольют дёгтем, а потом надо будет бегать по всему Салему и кричать «Я отрекаюсь от Христа!»

– Да Господи, – надулся парень, – с тобой невозможно разговаривать.

– Ит, я в душе не ебу, как проводят обряд у вас, – Мелисса развела руками, – а о наших порядках тебе рассказать не могу. Если ты забыл, мы по разные стороны баррикад.

– Когда я возглавлю свой Ковен, то покончу со всем этим, – мрачно сказал Итан. – Сколько можно? Четыре века грызни на пустом месте…

– А вот и нет! – пылко перебила Мэл и ткнула в него обличительным перстом. – Вы подмазываетесь к тем, кто когда-то отправлял наших сестёр на виселицу! И ради чего? Чтобы жить в шикарных домах, ездить на крутых тачках и играть в грёбаный гольф! Скажи, Ит, ваше бабло стоит чувства собственного достоинства?

Это не помешало ей яростно вгрызться в огромный бургер, купленный на то самое «бабло». Девушка стала жевать, не смущаясь соуса, стекающего по её подбородку, а её оппонент в споре задумался. Джудит отметила, что себе парень заказал просто кофе и салат, который теперь рассеянно ворошил вилкой.

– Мы выживали, – изрёк Итан, – только и всего. Понятное дело, пришлось идти на какие-то жертвы. Как, кстати, вам живётся с «чувством собственного достоинства», но без электричества?

– Иди нахер, – с набитым ртом потребовала Мэл.

– Конечно-конечно, – усмехнулся парень, – вот он – твой главный аргумент.

Мелисса скорчила физиономию, но сытный приём пищи заметно снизил её рвение обмениваться колкостями. Проконтролировав, чтобы поела и Джудит, девушка расслабленно откинулась на кожаное сидение. До этого момента она служила своеобразной преградой между девочкой и Итаном, и, лишившись её, Джудит смутилась. Ей стало неловко, но она зря переживала: осторожно покосившись в сторону парня, она убедилась, что смотрит он только на Мэл.

– Как ощущения? Чувствуешь себя падшей, набив брюхо на грязные деньги северян? – поддел он. – Ай-ай-ай, ты предала свои идеалы за фастфуд!

– Я тебя ненавижу, – беззлобно сказала она и шлёпнула Итана по коленке.

Воцарилась тишина.

Ладонь Мелиссы там и осталась, сжав бедро парня через ткань, а он и не думал возмущаться таким положением дел. Его рука покоилась на спинке сидения, заключая Мэл в подобие разомкнутых объятий и поглаживая прядку светлых волос над её ухом.

Джудит остро ощутила неуместность своего присутствия, но не могла оторвать взгляд, даже рискуя быть уличённой в бесстыдном подглядывании. Несомненно, если Аманда Макбрайд залезет ей в голову и найдёт там эту картину, будет беда.

Джудит нельзя было видеть, как влюблённо смотрят друг на друга эти двое.