Текст книги ""Фантастика 2024-100". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Сергей Бадей

Соавторы: Михаил Усачев,Дэйв Макара
сообщить о нарушении

Текущая страница: 331 (всего у книги 347 страниц)

"Ого! Личный позывной!" – Изумился я.

– Очешуеть можно! – Выдохнула Конни. – Три месяца с "Тараном" летаем!!!

– Разговорчики! – Матильда вздохнула. – Ну, и что? "Таран" и "Таран"! Может, Вам на КАР, еще и "Жгута" отправить? Я ведь могу! Только попросите!

Слушая перепалку, развернулся, и на форсаже рванул к "Сигону".

– А-а-а... – Раздался голос самого молодого десантника – Дэвида Сушко.

– А, ещё одно слово – и все останутся без сладкого! – Рявкнула капитан, уже жалея, что сама затеяла этот разговор.

– Я – "Терька"! "Таран", всё чисто! Жду с нетерпением!

– Я – "Таран", выхожу! – КАС вылетел из ангара, одновременно разворачиваясь по двум осям. – "Терька", догоняй!

Я бросился догонять, пристроившись на своем любимом месте.

– "Терька", уйди влево! – Попросил Док. – Не все из нас леворукие!

– Есть! – Я крутнул "Терьку" под брюхом КАС-а, меняя позицию.

Сразу четыре астероида "покраснели".

"Отомстил, таки, "Хокку"!" – Подумал я, обстреливая невинные камни.

– Ракетой их, ракетой! – Азартно подсказала Стэлла.

Ракеты, если честно, я пожалел. Справился и импульсными. Даже пятый, внезапно покрасневший с тылу, получил от меня пару импульсов из кормовой спарки.

– Боюсь спросить... – Начал капитан Хару, перейдя на внутренний канал. – А где, у твоего штурмовика, Нет оружия?!

– Военная Тайна! – Гордо ответил я.

КАС поравнялся с КАР-ом, замер и устремился к здоровенному, километра полтора в диаметре, астероиду.

– "Терька"! Сопровождать спасателя! – Голос Баханн напряженно вибрировал. – Огонь не открывать до конца операции!

– Есть! – Удивился я приказу.

– "Таран"! Посадку на объект – запрещаю! – Прозвучало на общем канале. – Выводи в дело десант!

Я зачарованно уставился на экран: к кувыркающемуся астероиду, подкрадывался ма-а-ахонький кораблик из которого высыпалось пять горошин, плюющихся во все стороны огоньками ранцев.

Горошины устремились к поверхности и растаяли в неровностях небесного, простите – космического странника.

– Старший спасателей, лейтенант Цыпанков! Доложить обстановку! – Потребовала капитан.

– "Цып", не молчать! – Приказал "Хокку".

– Здесь "Цып"! Посадка жёсткая! Потерь нет. Двигаемся к маркеру!

– Время "Цып", время! – Поторопил подчиненного, капитан.

У меня на экране, в этот же момент, пара мелких астероидов подсветилась красным.

– Четыре минуты до контакта! – Доложился Рэй.

Ещё семь астероидов налились неприятной краснотой.

Завязав нервы в узел, не стал лезть на общий канал, торопя события.

– "Терька", впечатления! – Потребовала Матильда.

– Пока – всё ровно. – Заверил я, своего капитана. – Цели – далеко.

Сам я в этот момент, лихорадочно соображал, какой буквой загнуться, чтоб попасть, по максимуму. Ещё три маркера появилось после доклада об обнаружении цели. Следом – уже десяток.

– Цып! Это "Терька"!

– Чего тебе? – Огрызнулся свежеиспеченный лейтенант.

– Рэй... Второй сковородки нет... А рубашка – только на одного рассчитана!

– Понял. Ускоряюсь! – Чуть помедлив, ответил Цыпанков. – Держи меня в курсе!

– Есть, держать в курсе!

– Данн, что за болтовня! – Напустилась на меня, Матильда.

– Прошу разрешение...

– Отказано! – Отрезала капитан.

– На изменение позиции. – Упрямо продолжил я.

– Изменение позиции – разрешаю!

Отчаянно сопя и потея, бросил "Терьку" к астероиду, добавляя мощности на силовое поле. Через несколько секунд, штурмовик, как лошадь вставшая на дыбы, замер, прикрывая десантников своим корпусом.

– Данн! Ты мне картинку портишь! – Взревел док.

– Да... Он её всем портит! – Поддержал "Хокку".

– "Терька" – КАРКАС-у! Прикрываю спаспартию!

– Остроумно... – Пробормотала Элизабет. – Самоубийственно, но – остроумно!

– Я – "Цып"! Объект зафиксирован! Начинаю подъём!

– "Таран"! Ныряй под меня! – Отчаянно потея, скомандовал я. – Будет на пару минут больше!

– Понял, "Терька"! – С уважением в голосе, ответил док.

Спасатель, отработав маневровыми двигателями, оказался в моей тени.

А целей стало на девять больше!

БК штурмовика запищал, напоминая о пределе своих возможностей.

От поверхности астероида, отделилось пять горошин и стремительно понеслись вверх.

Три десятка целей изменили курсы, устремившись ко мне.

"Хокку, извращенец! Чтоб... В следующий раз – каши не жди!" – Клятвенно пообещал я самому себе.

– Я – "Терька"! Жду приказа! – Напомнил я о себе.

– "Таран"! По приему группы, сообщить "Терьке"! "Терька" – огонь, по команде "Тарана"!

– Есть! – Одновременно выдохнули мы с доком.

– Отмечено применение импульсного оружия. – БК "Терьки" впервые со мной заговорил! – Мощность поля – 89%!

– "Цып"! Сковородка греется! – Сообщил я.

– Будем дома через... 5... 4... 3... 2... 1... Мы – дома!

– Группа на борту! – Обрадовал меня док и тут же охнул. – Ты... Что творишь!

– "Таран", газу! – Рявкнул я, сжимаясь в комок, от ужаса.

Штурмовик, скрипя всеми своими ребрами жесткости, выписал неимоверный кульбит, расстреливая цели всеми возможными орудиями, установленными на его борту. Даже ракета пошла в ход, развалив одну из целей и взорвавшись за ней. Две цели поймал на поле, одна, по идее, должна была приложить уже по броне, в районе левого крыла.

"Вот и пригодилась, наша, с Орешиным, паранойя!" – Порадовался я. – "Говорил же: патронов много не бывает!"

"Терька", словно азартный терьер, прыгала и кувыркалась, плюясь во все стороны огнём импульсных пушек. Сгодились даже слабенькие, крыльевые турели, успевшие вынести парочку маркеров.

– "Терька"! Фас! Давить, как крыс!!! – Азартно заорала в микрофон, сидящая в рубке, Элизабет.– Ату! Ату, их!

От перегрузки, потекла кровь из носа и стало плохо видно.

– "Терька"! Это – "Сигон"! – Голос капитана Баханн звенел сталью. – По команде – форсаж и прыжок, на две секунды! Сейчас!

Штурмовик встал в "свечу", плюнул всеми своими тремя двигателями и, окутавшись полем, исчез в надпространстве!

Через две секунды, поле исчезло, вывалив меня далеко за кормой "Сигона".

Целей – не было.

– Я – "Терька"! Целей не наблюдаю!

– Все, "Терька", напугал ты их! – Хохотнул Хару. – Знал бы я, сколько у тебя оружия, не три десятка, а все полсотни, накрутил!

– КАР! Разговорчики! – Приструнила капитана, Матильда. – Всем! Возвращайтесь! Очередность посадки: КАР, "Таран", "Терька".

Замерев над "Сигоном", встретил оба аппарата и дождался их посадки. В этот раз, оба красавчика залетали в ангар "задним ходом". Покачав крыльями, из озорства, пальнул из главного калибра в сторону звезды, салютуя безмолвному свидетелю.

– "Терька", особое приглашение? – В голосе Оберина чувствовалось нетерпение.

– Да иду, я, иду! – Отмахнулся я, разворачивая штурмовик кормой назад и переходя на антигравы. – Торопыги!

Припарковав "Терьку", с ужасом понял: меня колотит так, словно отбойный молоток внутри поселился. Пока ангар набирал атмосферу и прогревался, сидел и пытался унять нервную дрожь. Вызов по внутреннему каналу, показался мне спасательным кругом.

– Как самочувствие? – Голос дока лучился теплотой и добротой – аж страшно стало.

– Порядок... – Ответил я и не узнал собственный голос. Прокашлявшись добавил: – Потрясывает, немного...

Петрович хохотнул и убрался с канала, оставив меня наедине с моими мыслями.

Щёлкнул, отходящий блистер кабины, хлынул поток свежего воздуха.

– Выходить будешь? – Док уже приставил к борту штурмовика лесенку и, теперь, стоял на ней, разглядывая меня заинтересованным взглядом. – Или еще посидишь?

– Буду вылазить! -Решил я, привставая с кресла пилота.

В один момент произошло две вещи: я плюхнулся обратно в кресло и в руках дока, появился инъектор, впившийся мне в шею.

Заколотило еще сильнее – казалось, что ходуном ходит вся "Терька".

– Маньяк адреналиновый! – Покачал головой док. – Жди, сейчас пройдет!

После нервной дрожи, начался не повторимый морозный озноб. Меня бросало то в жар, то в холод. Скафандр впрыскивал лекарства и менял температурные режимы, а меня, всё равно, колотило!

Док, то расплывался, то двоился... Что-то говорил, а я всё сильнее сжимал зубы, пытаясь унять их лязг.

Наконец, скафандру надоело терпеть моё состояние, и по позвоночнику пробила длинная искра – от копчика до самого черепа.

"Змейка" недовольно зашевелилась в области ребер.

Миг – и все прошло. Только зелёная вспышка резанула по глазам.

"Ах, ты! Мелкая! Сразу не могла помочь!?" – Выругался я. – "Особого приглашения, ждала!?"

– Данн! Ты, как?! – Обеспокоенный Петрович поигрывал инъектором. – Прошло?

– Прошло... – Улыбнулся я.

– Баран скудоумный! – Внезапно напустился на меня док. – Молокосос! Олух! И я, старый маразматик, тоже – хорош!

– Док, ты чего?! – Не поверил я, своим ушам. – Что случилось-то?!

– Ты... – Док аж задохнулся от злости. – Ты, почему, аптечку в своем скафе, не поменял?!

– Ё-ё-ё-ё... – Схватился я за голову.

– Как бы я, тебе, сейчас...! – Петрович сжал кулак, помахал им у меня перед носом и кряхтя, спустился на пол. – Баран...

"И впрямь – баран!" – Согласился я с доком. – "Ведь знал же, что для меня стандартная аптечка – смертельна!"

Выбравшись из штурмовика, сел прямо на пол ангара, привалившись к опоре шасси.

Док сидел с другой стороны.

– Док, прости! – Примирительно начал я. – Совсем забыл, про аптечку, в скафандре.

– Знаешь, Данн... Не так обидно, что Ты – забыл. Обидно, что Я – не проверил! – "Убил" меня своим ответом, Петрович.

– "Склероз – хорошая болезнь! И вылечить – нельзя. И – каждый день новости..." – Пробормотал я себе под нос. – Док, обещаю, я буду внимательнее.

– Ладно. Пошли, отсюда. Пока тебя трясло, Матильда разбор полётов назначила, через полчаса.

– Ага... – Пробормотал я и мы, оба, остались сидеть.

– Слушай, а почему – "Таран"? – Не выдержал я, тишины.

– А потому что на последнем курсе, этот человек, в своём костюме, прыгнул сверху на танк! – Порадовала меня ответом, подошедшая Алекс.

– Ой, можно подумать, ты "Жгут" – от давящей повязки! – Вспыхнул док.

– А поподробней! – Потребовал я.

– Её оставили прикрывать отступление. Одну "Росомаху", против трёх "Илюш". Вот тогда то, она и ответила: "Вот Ж...Гут!"

Алекс, присевшая рядом с нами, громко расхохоталась.

– Да, весёлые были времена! – Поддержал первого пилота док.

– Док, а капитан уже знает, что я аптечку... Зевнул?

– Разумеется. – Помрачнел Петрович. – Пойдёмте, что ли...

Кряхтя и постанывая, мы поплелись по каютам, умываться и переодеваться.

Стоя под горячими струями воды, проигрывал в голове весь свой "бой". Вроде всё и правильно сделал, да вот грыз меня червь сомнения, грыз!

"Чувствую я, где-то прокололся, а вот где?!" – Всё удовольствие от душа, стекло вместе с грязной водой в канализацию.

Натянув свежий комплект формы, поспешил в кают-компанию, на разбор полётов.

Пока мы принимали водные процедуры, "Сигон" начал разгон для прыжка, вахтенные заперлись в рубке, ну а мы, расселись за обеденным столом, в центре которого стояла колонка голографа.

Капитан Баханн кивнула нам с доком головой, указывая наши места.

"Бить – будет!" – Понял я.

– Пока! – бить не буду! – Словно прочтя мои мысли, начала свою речь, капитан. – Но, два выговора объявляю. Первый – капитану Хару, второй – Петровичу.

– А мне?! – Удивился я.

– А тебе за что? – Не поняла капитан.

– А за что Доку?! – Поняв, что только что влез в высшие начальственные мысли, я покрылся липким потом.

– Ему – за агрессивное управление КАС-ом! – Ответила на мой вопрос, Матильда. – А тебе – за что?

– За аптечку... – Опустил глаза я.

– Много чести! – Фыркнула Баханн. – Ты, сам себя, уже наказал!

– А меня-то, за что?! – Не выдержал "Хокку".

– За модель боя, дражайший капитан! – Рявкнула капитан "Сигона". – Тоже мне, красавец, три десятка целей! И, кстати, почему всё три десятка – Французские? Или мы что-то не знаем? Или это не корабль, а пристанище медиумов, интуитов и пророков?!

– Цели, как цели... – Пожал плечами капитан десантников. – Вероятный противник, как ни как!

– Ага! Восемь "Мистралей", одиннадцать "Марселей", одиннадцать "Миражей"! Обалдел, капитан?!

– И один "Паскаль"! Стандартная рейд группа "перепончатых"! – Хару вновь пожал плечами. – Это не я придумал – так заложено программистами!

– А выговор – Тебе! – Отрезала Баханн, протягивая руку и включая голограф.

Над столом развернулось изображение "Сигона", с которого стартует "Терька".

– По старту штурмовика вопросов, нет. – Прокомментировала Матильда. – По старту, КАР-а... Думаю, беременный бегемот, двигается грациозней и быстрей. Старт КАС-а, это показал воочию.

На экране, из ангара сперва выплыл КАР, потом вернулся я и выскочил – КАС.

– По работе КАРКАС-а, до начала атаки, думаю, вопросов и замечаний также, не будет.

Голограф промотал кусок записи и замер, при появлении первых целей.

– Вот, первая ошибка. – КАР замер не далеко от астероида. – Почему пилот КАР-а не увёл свой корабль За астероид? Посмотреть захотелось?! Далее... – "Терька" замерла над десантниками, прикрывая их. – "Таран", с какого перепуга, десант прикрывает штурмовик, а не ты?

– Простите, капитан! – Вклинился я. – Прикрытие операции, официально, осуществляет самый энерговооруженный корабль. А это – мой штурмовик!

Док, демонстративно, захлопал в ладоши.

– Сговорились, да?! – Улыбнулась капитан. – Ладно, признаю, не права. Но, есть ещё один момент, который меня расстраивает... "Терька", первым залпом, сбила всего три "Мистраля"!

Поняв, что "разбор полётов" уже превратился в балаган, "Хокку" воспрял духом.

– Зато вторым – выбила все "Миражи"!

– Заодно, едва не выбив мозги своему пилоту! – Матильда Баханн посмотрела на капитана волком. – Упрямые, оба!

– Зато, какая связь! – Восхитился док. – Просто поразительно!

– Элизабет, спасибо скажи... – Капитан погасила голограф. – Её программное обеспечение...

Капитан Хару, довольно улыбался и кивал головой.

– Всё! Ну, не могу я эту мутотень тренировочную нести! – Взвыла Матильда. – Ну, не бой это, не спасение – кадры из авантюрного фильма! Чушь! "Ах, откуда не возьмись, появилось тридцать целей!" Да, за такое, даже в учебке, "разведке" так хвосты накрутят, что месяц сидеть не смогут! "Ах, героический штурмовик-одиночка, прикрывает мужественных десантников, своим телом!" Ага! А – "Сигон" слепой и глухой?! Тьфу! Валите, все... По местам! Чтоб я вас, до утра, никого не видела!

***

"...– Майор Кейт! Капитан Патрик, капитан Сантьяго. – «Волчица» становилась очень официальна, когда дело касалось не раскрытых дел. – Ответьте мне, что с расследованием попытки похищения?

– Дело о похищении и дело об убийстве, придётся "сливать" в одно. – Стана присела на краешке кресла. – Несомненно, что следы вещества, обнаруженные в крови убийцы и в крови Василия Ивановича – одни и те же. Пробы крови, взятые у всех задержанных – показывают наличие этих веществ. Самый основной вопрос, каким образом оно попадает в кровь и почему, действует не одинаково.

– У медиков и химиков, на все наши вопросы один ответ – недостаточно материала. – В разговор вступил Мигель. – Вещество распадается и выводится из организма, за двое-трое суток. Единственное, в чём уверены эксперты, что попасть с едой, такое вещество – не может.

– Проверка подозреваемых, задержанных и всего окружения, так же ничего не дала. – Кевин задумчиво перелистывал страницы в записной книжке. – Обычная еда, обычные дела. Время контроля, у всех, так же по разному. От девяти минут, до семнадцати часов. Выявить носителя, без забора крови – невозможно. Только косвенно, по симптомам...

– По этим симптомам, уже сейчас можно половину участка отправлять в больничку! – Зашипела "Волчица". – Итак, в сухом остатке у нас – пустота?

Трое напарников, переглянувшись, кивнули.

Свежеотстроенное здание 7-го участка, новенькая семиэтажка, выросла на месте старого участка за пару месяцев. "Глобез", очень любезно предложил свою помощь в организации рабочих мест и систем безопасности. "Волчица", усмехнувшись, буркнула себе под нос: "Ну, хоть шерсти клок..." – и дала добро.

Вот уже неделю, все её люди, раскиданные, ранее, по разным участкам, обживали новое здание. Не обходилось и без курьёзов – по новой системе безопасности, рабочее место вахтёра было упразднено, вызвав искреннее негодование всего коллектива. В результате – Василию Ивановичу предложили пройти процедуры омоложения в "Георгиевском госпитале" и вернуться на должность оперативника.

Вчера, провожать его на вокзал, собрался почти весь коллектив, напугав работников транспортной полиции.

– Плохо! Очень плохо! – Покачала головой "Волчица". – Зацепок, совсем, нет?

– Нет... – Покачала головой, Стана. – За прошедшие две недели, все следы вещества из организмов выведены...

– Значит, ждём следующего преступления?! – Алла Николаевна, тяжело вздохнула. – Может быть, пора привлечь сторонних экспертов?!

– "Глобез" и "Наркон" получили от нас все результаты анализов. – Сантьяго повертел головой, разминая шею. – Ничего подобного, по их сведениям, более нигде не встречалось.

– Значит, что бы решить задачку, надо ждать... – Вздохнул Кевин.

– Либо, совершенно безумное предположение, которое нам в голову не приходит! – Стана внезапно встала из кресла. – У Игоретты Павловны, есть идея, что это вещество попадает в кровь, через укус насекомого...

– Зимой?! – Коротко хохотнул Кевин. – Тогда, это возможно только в метро! Но, увы, наши "зараженные" в метро не ездят!

– Проверьте чистки салонов, парикмахерские... Всё, что так или иначе, контактирует с поверхностями, прикасающимися к коже. – Распорядилась "Волчица".

– Есть! – Сделал себе напоминалку в блокноте, Патрик.

– Самое плохое, когда выход из тупика открывается трупом... – Алла Николаевна прикусила дужку очков. – Свободны!..."

"... – Матильда, зря ты так... – Мягко пожурил капитана, Петрович. – Данн, между прочим, на все 110% выложился...

– Только потому и не получил выговор, за аптечку! Или, ты хочешь сказать, что не мог развернуть КАС, пока был в ангаре? Или, наш капитан и вправду, взял первый попавшийся вариант? Не смеши, ради Звёзд!

Петрович тяжело вздохнул.

– Не дыши, не дыши! Сам знаешь, что я права! – Матильда задумчиво размешивала сахар в кофе. – Театр абсурда! А если бы Данн – загнулся? Или свалил "Терьку" на астероид? Он же зеленее ёлки, сам знаешь! Кстати, прогони его на тест. Уж больно результативность у него высока.

– Хорошо, прямо сейчас и займусь. – Док попытался встать с кресла.

– Куда! – Удержала его Матильда. – Сидеть! Расскажи-ка, мне лучше, вот что... Как так получается, что его "Змейку", видим только мы?

Док вздрогнул и потер подбородок.

– Ну, не только мы. Капитан Хару, тоже... Увидел...

– Получается, что его симбиота видят те, у кого тоже есть симбиот? – В лоб спросила капитан.

– Получается... – Пожал плечами док. – Ничего не получается! Не может обычный симбиот такого сделать. Не может!

– Значит – необычный?

– Обычный, Матильда, обычный! Это хозяин ему достался, на всю голову шибанутый! – Резко выпрямившись, Петрович подошёл к кофемашине, наливая себе "горяченького". – Я, недавно, встал на весы и...

– Упал в обморок? – Продолжила за него Матильда.

– В общем – да. – Устраиваясь в кресле, Петрович, одновременно, жадно пил кофе. – Я скинул семнадцать килограмм! За два месяца! А твои приступы гастрита, ты о них, когда вспоминала, последний раз?

– Погоди. Как "похудел"? – Опешила капитан. – У тебя же...

– Проверился я, Тильдочка, проверился. Успокоился гормон! "Сам по себе"! А мне, теперь, всю форму – перешивать! – Чуть не плача, закончил Петрович. – И, ещё не понятно, я дальше буду худеть?

– Ты что, считаешь, что это – Данн?!

– А кто ещё?! Давно ли у нас волосы светились? – Док одним глотком допил кофе. – Или ты думаешь, на десантников, с неба повышения посыпались? Он, паршивец! Некому больше! Опять подобрал специи, изверг!

Матильда Баханн, уставилась на своего друга, блестя глазами.

– И, как ты думаешь, что ещё на его совести?

– Лизкина программа – однозначно! Капитанский сим-сим, мигрени Анастаса... – Док почесал затылок. – И, "полярный лис"!

– О, да! "Полярный лис"это – шедевр! – Согласилась Матильда, безуспешно пытаясь скрыть улыбку. – А, образ какой...

Переглянувшись, доктор и капитан, расхохотались..."

***

Глава 26

***

"Привет, Стана.

Никак не могу решиться называть Вас на "ты".

Ведь, всё наше знакомство – тридцать секунд. Тридцать секунд взгляда глаза в глаза.

Простите. Меня зовут Данн. И я тот, что может быть, помог Вам, в Вашей работе.

Надеюсь, что моя помощь была кстати, а не – "как всегда".

Мне очень сложно писать письмо Вам. Я привык видеть глаза человека, слышать его голос. Без этого, мне достаточно сложно. Но, зато, говорят, в письмах человек смелее.

Возможно.

Надеюсь, Вам понравился мой подарок. Думаю, даже Ваш молодой человек, не сильно заревнует, узнав, от кого Вы его получили..."

"Вот же бред получается!" – Перечитал я написанные строчки и снова спрятал письмо в ящик стола. – "Ну, что мне стоило, задержаться, на пару минут? Познакомиться?"

Махнув рукой, вылез из-за стола и пошёл переодеваться в тренировочный костюм: сегодня Тимур и Петрович обещали показать мне какой-то, особо "навороченный", стиль.

Особой веры в "неповторимость" этого стиля у меня не было. Но, "решив идти – надо топать".

Спорт зал встретил меня приглушенным освещением и одной-единственной фигуркой, замершей в центре зала.

Судя по росту, это была "Сладенькая".

Внезапно, девушка начала двигаться. Её движения, плавные и тягучие, совершенно не походили на бой с тенью. Скорее – танец, но... Некоторые движения, явно относились к боевым.

Через минуту наблюдения понял. Это и был бой. Только растянутый по времени.

Любуясь грациозными движениями девушки, замер, едва дыша.

Плавный перекат, подсечка и...

Мои руки нащупали "Соньку" и включили проигрыватель, одним глазом наблюдая за девушкой, другим – перебирая названия песен.

Чертыхнувшись, подключился к акустике зала и включил Roxette – "Unreal", сделав звук по минимуму.

Первый аккорды заставили Конни замереть и прислушаться.

Затем, кивнув, словно соглашаясь с выбором, вновь поплыла в танце? В бое?

Несколько секунд, Ли догоняла музыку, прислушивалась к ней, встраивая движения в такт.

Снова замерла, вздохнула и ... Сама, повела музыку.

Теперь ни голоса исполнителей, ни переходы не задерживали танец, а вплетались, нанизывались, словно янтарные бусины на золотую нить.

Нереальные и завораживающие движения. То лавина, то тонкий ручеёк.

Полусумрак зала, тихая музыка и танец!

Я стоял затаив дыхание и отчаянно завидовал!

А миниатюрная девичья фигурка скользила и плыла, извивалась и таяла, что бы, в следующее мгновение, возникнуть вновь.

Затих последний аккорд и позади меня раздались хлопки.

Тимур и Петрович стояли чуть позади меня, пожирая глазами девушку.

А девушка, словно в ступоре, вдруг уселась на пол и расплакалась.

– Ты, что?! Что не так?! – Метнулся, вперед всех, док. – Где болит?

– Нигде... – Улыбаясь сквозь слёзы, Конни уткнулась доку в плечо и заплакала ещё сильнее.

– Пойдем, девочка, пойдем! – Док подхватил плачущую девушку на руки и устремился прочь из спортзала.

"Ну, всё... Накрылась моя тренировка!" – Понял я и вздохнул.

– Данн. Вот, я, никак не могу понять... То ли ты неприятности притягиваешь... То ли удача, от тебя, сама в шоке!

– Да, пёс его, знает... – Растерянно ответил я, усаживаясь на маты. – Может, так звёзды сложились...

– У тебя, везде, звёзды сложились. – Тимур, со вздохом, присел рядом. – Сваха ты. А не кок!

– С какого пиндибобера, я – сваха?! – Не понял, я.

– Элизабет, с инженером свёл? Свёл! Теперь вот, дока... Подставил...

– Да... Я... – От абсурдности обвинения, я дар речи потерял. – Клевета!

– Завтра, утром, проверим! – Улыбнулся Тимур.

– Ну и ладно! – Махнул рукой на тренировку, я. – Пошёл, я... Подальше! Пока ещё в чём, не обвинили!

– Иди, уж... Сваха! – Пробурчал Тимур.

"Как говорил Домовенок Кузя: "Эх, такая вымытость, пропадает..."" – Скривился я, возвращаясь в каюту, чтоб переодеться. – "Может, если с тренировкой облом, пойти, на "Терьке" погонять?"

Полюбовавшись на своё отражение, решил так и сделать – у меня было свободных четыре часа, займусь лучше делом.

В ангаре меня никто не встретил. Пусто было и темно. До корабельного утра – пять часов.

Натянув легкий комбез с подключениями, залез в кабину штурмовика, сбросил "Змейку" на панель приборов, натянул шлем и ввёл полетные данные.

БК "Терьки", получив план полета, закрыла кабину и запустила тренировочную миссию.

В надетом шлеме отобразились точки – КАР и КАД, четыре штурмовика и целых пять штук истребителей прикрытия!

"Терька", рыскнув, заняла свое место в строе.

Истребители ровненько, как на параде, отстрелялись по астероидному полю, в котором находился неведомый и невидимый – пока – противник.

Отвалив, истребители разбились на пары, "разобрав" КАР и КАС, один пристроился справа от штурмовиков, вставших в "лесенку".

Мне достался нижний уровень – очень неудачно – КАР перекрыл часть сектора обстрела и теперь, мало того, ещё и лез всё ближе к астероидному полю, сканируя и передавая информацию.

На обзорном экране появились точки обороняющихся – синие и атакующих – оранжевые.

Нашей целью стали, как ни странно, синие.

КАР, завершив сканирование, стал отрабатывать "задний ход", по какой-то прихоти разработчиков, именно задний ход, на маневровых!

Не мудрено, что обороняющиеся, тут же, не задумываясь, вмазали ему по самое "не балуй". Запищав в эфире, КАР потерял ход и завис, вращаясь на одном, уцелевшем, маневровом двигателе.

Истребители вновь устремились вперёд, героически принимая на себя потоки смертоносного излучения.

"Да, что за, бред-то?!" – Скуксился я. – "Это что, проверка на усидчивость?!"

С самого начала компьютерных игр, больше всего ненавидел именно те, в которых маршруты и поведение персонажа были жёстко прописаны.

Может, именно поэтому, мир "Сталкера" был мне намного дороже и милее миров "Дельта форс" или сотни других, клоноподобных.

Эх, любил я, побродить по локациям после прохождения основного сюжета. Мог часами бродить по карте, выслеживая полтергейста или завалится в лабораторию, отыскивая не замеченные, ранее тайники.

Пока я, раскатав губы, вспоминал любимую игрушку, остальные истребители, бросив своих подопечных, метнулись вытаскивать КАР.

"Это что, такой прикол чёрных, в котором мы, белые, ничего не понимаем?!" – Промелькнуло у меня в голове. – "Нас же, сейчас, натянут на глобус!"

Подобравшись, активировал защитное поле, за что сразу получил "втык" от ведущего: ""Терька", фу! Плохая собачка!"

Собравшись ответить, куда именно ведущий может пойти, с ужасом понял: а и нет-то, ведущего! И ещё пары наших – нет!

– Штурмовикам! Прикрыть возвращение КАР и КАД. – Прогремело в наушниках.

"Ага, прикрыть..." – В панике, закручивая штурмовик в противоракетный маневр, подумал я. – "Встретить бы тебя в тёмном переулке, командирка – в... дырка!"

Мой напарник закрутил манёвр зеркально, что разнесло нас в разные стороны.

И, на моих глазах, количество оранжевых точек, заметно устремилось к 0!

– "Терька", куда?! – Рявкнул мой, оказывается, ведущий. – Живо, на свое место!

"Ага! Сейчас всё брошу! И буду, к тебе в ж... смотреть!"

С пилонов моего штурмовика ушло четыре ракеты, перекрывая синим курс к КАР-у.

– КАС прикрой! – Приказал я, доворачивая "Терьку" и отправляя залп из главного калибра, прикрывая истребитель, к которому подкрадывалась синяя точка.

Штурмовик ведущего завис.

Через мгновение – зависла вся картинка боя и меня выбросило из боевого пространства.

– Млять! – Громко и в сердцах заявил я, снимая шлем и открывая кабину. – Уроды! Ни дна, вам ни покрышки! Разработчики!

С монитора БК, на меня смотрела надпись: "Программа допустила недопустимую ошибку и будет закрыта."

– Да... Развернись, душа! – Добавил я, не зная, плакать или смеяться.

Успокоившись, снова натянул шлем и запустил тренинг.

Раз за разом, при любой попытке проявить любую, хоть мало-мальскую самостоятельность, программа выкидывала меня и закрывалась.

Дважды, я, как последний кретин, выполнял все кретинские приказы ведущего. Итог ожидаем – нас сбивали! И, отнюдь не по моей вине! Мой кретинский напарник, настолько однозначно понимал приказ: "Прикрыть КАР и КАД", что мужественно отдавал мне приказ прикрыть их, собственным корпусом! Мало того! Он ещё и пример показывал, героически сгорая там, где спокойно мог уложить в уютный гробик пару-тройку нападавших, давая шанс смыться своему подопечному.

"Всё! Последний раз!" – Дал я сам себе зарок, решив, с самого начала игры, всё делать по своему. – "Зависнет – да и хай с ней! Другой уровень загружу!"

Едва прошли первые секунды заставки, я выпалил в эфир, на одном дыхании:

– Это "Терька"! Беру командование на себя!

Программа, словно получив коленом в грудь, замерла.

Приготовившись получить окно о "допущении не допустимой ошибки", я расслабился.

Зря.

На экране появилась совершенно другая надпись:

"Принято! Ожидаем приказаний!"

"На, жри!" – Выдохнул я.

– КАР-у – Занять верхний эшелон. Четыре штурмовика и два истребителя – в сопровождение. КАД – у, занять позицию позади остающегося штурмовика! Истребителям – прикрывать группу КАД – штурмовик!

– Есть! – Трижды прозвучало в наушниках.

"Есть, на попе шерсть!" – Мрачно пошутил я, сам себе. – "Правда, и резерв – тоже – есть!"

Оставив своего скудоумного ведущего охранять КАД, вместе с героическими истребителями, прихватив тройку штурмовиков, плотно окружил КАР.

– Истребителям – держать фланги! – Распорядился я. – Вперед не лезть – брони у вас мало!

И снова: "Есть"!

– КАР! Следовать за мной! – Поднимаясь над астероидной рекой, с включенным защитным полем, зорко посматривал по сторонам.

КАР, "Набрав высоту", начал своё дело – разведку.

Информация полилась широкой рекой, только успевай принимай да осмысливай.

В первых "проходах" её было значительно меньше, видимо, сказывалось влияние каких-то аномалий.

– КАР – Отработал! – Доложился разведчик. – Данные по операции переданы в штаб. Приняты рекомендации штаба!

– "Терька" – КАР-у! Отходи к КАС-у, на форсаже! И, давай рекомендации.

– Рекомендовано прервать операцию. Недостаточно сил для завершения операции. Точка высадки десанта более не существует! Точка спасения более не существует.

– Всем! Возвращаемся на базу! – Решил я. – Порядок ухода: КАРКАД – Штурмовики – Истребители.

В эфире, снова, троекратное "есть".

"Операция завершена. Операция завершена успешно. Операция провалена."

Я уставился на ярко-зелёную табличку.

"Ну, вы это... Решите, что-нибудь, одно!" – Усмехнулся я.

Словно прочтя мои мысли, на табличке осталось три слова: "Операция завершена успешно".

Экран очистился.

"Терька" вновь открыла кабину, впуская свежий воздух.

– Э-э-э-х-х-х! Хорошо! – Потянулся я, хрустнув всеми косточками. – Давно бы так!