Текст книги ""Фантастика 2024-100". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Сергей Бадей

Соавторы: Михаил Усачев,Дэйв Макара
сообщить о нарушении

Текущая страница: 299 (всего у книги 347 страниц)

Пока инструктор отсутствовал, мы с Регоном очень мило пообщались, в том числе и на тему наших общих, особенностей. Моя буйная фантазия, да его искривлениями… Не хватало еще малости, чтобы получилось нечто особенное. Жаль, Л’Х’Н’Шиегу приперся и отвлек нас, от мозгового штурма. Иначе – держите нас семеро!

– В спарку, Коржик! – Скомандовал шактиец и, проверив – пристегнулся ли я – занял свое место позади меня. – Старт. Облет. Выход в космос. Облет корабля. Вход в ангар. Обратная последовательность. Вопросы?

– Нет. – Выдохнул я, откидываясь в пилот – ложементе и опуская руки в перчатки управления.

Привычных джойстиков управления, на "Снежинке" не было отродясь – не те скорости, да и перегрузки, хотя и компенсируются, но крутить рычаги… "Игла" была последней, "палковой", моделью. У "Рогатины" управление располагалось на подлокотниках пилотского кресла, как два шарика. Не привычно и неудобно. А, при срыве компенсации, еще и больно.

Перчатки "Снежинки" более функциональны. Все запитано даже не мышечную реакцию – на нервную.

Прогнав диагностику, отчитался инструктору, что спарка готова к вылету.

Получил добро и неторопливо, вывел серебристый диск истребителя из ангара и рванул вертикально вверх.

Хашин, душа инструкторская, не преминул подправить угол взлета, едва слышно ругнувшись – видимо, почти вся наша братия стартовала именно так – строго вверх, держа корабль параллельно поверхности.

– Вернемся, пункт седьмой, инструкции, заставлю переписать десять раз. – Л’Х’Н’Шиегу, предпочитал старые методы воздействия на курсантов. Думаю, было бы можно нас пороть – порол бы, как миленьких.

– Вертикальный старт, не рекомендуется проводить при параллельном положении истребителя. – Вспомнил я и отбарабанил инструктору. – Общая рекомендация – вертикальный взлет производить в положении истребителя перпендикулярно поверхности.

– Поздно. – Хашин, в кабине истребителя мгновенно терял всяческое чувство юмора. – Старт – не засчитан. Облет, пожалуйста.

Проведя "Снежинку" по стандартной "коробочке", заодно покрутил истребитель вокруг его оси, во все стороны.

Только в полете, понимаешь цифры ТТХ, которые так нас всех впечатлили: "…максимальное ускорение – 35, внутренняя компенсация – 56, радиус разворота – 0, время разворота – 0,2, реакция Гефсиманского – 71"!

Наши "Снежинки" крутились вокруг своего собственного центра, как крутятся тарелки, на пальце у профессионального жонглера.

Вот и радиус – ноль…

С ракетами, при таких маневрах, было совсем не просто… Никаких внешних подвесок. Все спрятано и защищено компенсаторами. Иначе…

– Облет – засчитан. Следующее. – Обрадовал меня Хашин.

В космос я вылетел так, словно мне поддали под пятую точку!

"Снежинка", сменив атмосферу на кажущуюся пустоту околопланетного пространства, мгновенно продемонстрировала и не самые свои лучшие, качества, норовя развернуться вокруг собственной оси, наплевав на желания пилота.

Пришлось укрощать, "лошадку".

В этом, как не странно, тут же помог искин, взяв на себя контроль за вращением и стабильностью.

Трижды проверив, хватит ли у "железного парня", мощей, удовлетворенно кивнул головой, но отметочку сделал – парнишке явно понадобится дурная мощь, для контроля, во время боя. Придется наращивать…

До корабля – цели, добрался за девять минут. На "Игле", с учетом планетарного старта, понадобилось бы минут сорок. "Рогатине", не намного меньше – полчаса. Этот самый МГК, в качестве движителя, открывал новую страничку в книге полетов и тактике ведения боя.

Целью был малый авианесущий крейсер "Гавана".

Старье – редкостное. Его, так называемые, "систер-шипы", уже давно пошли на переплавку, как устаревшие и потенциально опасные, для собственных экипажей.

Облетев девятисотметровую "Гавану", связался с руководителем полетов и запросил посадку.

В ответ – меня послали, полетать еще полчасика, вокруг, пока они наведут порядок на посадочной палубе и смогут, наконец-то, открыть створки.

– Давай, вокруг планеты. – Хашин, мгновенно принял правила игры и дал новые вводные. – Патрулирование окрестностей планеты. В контакт не вступать.

Полюбовавшись на планету Шамбала -13, сверху, убил полчаса времени, так ни с кем в контакт и не вступив, хотя и рассмотрев оборонительный пояс планеты, во всей красе.

Скажу прямо, в эту систему, без десятка мониторов и хотя бы, пары станций пробоя… Лезть не следовало. Кроме наших, стандартных, станций контроля и уничтожения, вертелось два десятка шактийских тяжелых "хоххерра" – "защитника", пробить защиту которых… Пока я не слышал, о таком…

– Спарка – пять. Ждем в гости. – Услышал я в наушниках и, круто развернувшись, устремился к авианосцу, готовясь к самому худшему.

Обошлось, однако.

И створки были открыты, и поля защиты – настроены, как положено и на стартовой полосе – кошек не обнаружено.

Приткнув "Снежинку", среди своих товарок, выпрыгнул из кабины и сделал пару наклонов.

Массаж и стимуляция, конечно, хорошо… Но… физкультура, это один огромный плюс!

Если ей, не злоупотреблять, конечно!

Пока я разминался, Хашин успел связаться с остальными и с борта корабля – авианосителя, мы уже стартовали согласно всем армейским премудростям.

Даже под вой сирен прямой атаки.

Вот при старте – то и произошла первая неприятность.

"Снежинки" – 5 и 12, не поделили ВПП и зацепились друг за друга, превратившись в катамаран, который вылетел за пределы носителя и превратился в подобие двух слипшихся тарелок.

От вопля интрукторов, думал, оглохну.

Слава Звездам – обошлось.

Остап и Фьюжа, доказали, что не зря носили лычки "золотых".

Уже через 15 секунд, "Снежинки" разделились и, вежливо покачавшись с боку на бок, извиняясь, заняли свои места в строю.

А у меня в голове, забрезжила очень таки забавная фигура… Был бы Перчик… Однако, у меня же есть искин!

И все – же, торопиться не стал. "Раскачаю железку", а там посмотрим.

Переход в атмосферу, очень даже неприятный, скажу вам, маневр! В исполнении "Снежинок" оказался и вовсе гадостным. Если у меня на контроле вращения стоял искин, то вот у пары наших… На контроль не стояло вовсе! Они вошли в атмосферу, крутясь, как диски болгарки. Не наша "излишняя", компенсация… Так и размазало, бы, по внутренностям истребителя.

На высоте десятки, подравнялись и сбились в подобие строя. До парадного далеко, да и не до него, сейчас.

Загоняя спарку в ангар, прокрутил в голове все, самые яркие моменты, группового полета, прикидывая, с кем войти в пару, а лучше – тройку.

Бэхам Остап и Ка-Ри Фьюжа – отпадали сразу. Выучка у них – одинаковая и не моя. Да и остальные… Блин, элита элит! Уровень, подобный "осам", конечно, тоже не плох… Но… Нас изначально натаскивали на групповые – кооперативные – боевые действия.

Мы знали, где штурмовики, где торпедоносцы, а где – истребители и никогда не путались друг у друга под ногами, всячески прикрывая, дружественные борта.

– Всем наружу! – Приказал Л’Х’Н’Шиегу. – Начнем пороть!

Как в том анекдоте: "досталось всем, и очень больно…"

Инструктора, пользуясь техническим оснащением ангара, устроили нам демонстрацию наших ошибок и выпороли, слава Звездам, что не в буквальном, смысле этого слова.

– Все – по машинам. – Хашин вздохнул. – Ур– Мии… Тоже!

Регон радостно подхватился и ринулся в истребитель.

Едва я устроился в кабине "чертовой дюжины", как искин, мгновенно вцепился в контроль и связь, отсканировав все каналы и выведя на сетчатку – вместе с позывными.

Мой, как я и думал, оказался "Мартиго"…

– Ваш первый бой. – Начал инструктор – 3, Пэррон Ц’Кх’Так. – Вы, против нас.

– Стартуете первыми. – Подхватил Хашин. – Правил – нет. Есть – победа. Вперед.

– "Мартиго"! Это – "Мэгги"! Собьемся в "пару"? – Предложила Маргарита Левадинец, перестраиваясь ближе ко мне. – Или уже есть, варианты?

– Регон, к нам присоединишься? – Поинтересовался я, понимая, что такой форой, грех не воспользоваться, а три, это намного лучше, чем – два!

– Я – "Пистон", согласен! – Обрадовал меня Регон и пределы планеты мы покинули уже плотной группой – тройкой. Судя по маневрам, "золотые" сразу подгребли под себя остальных и встали в классический, "клюв".

А потом взлетели шактийцы и от клюва полетели "перья".

Мгновенно перестраиваясь, вырывая из наших рядов самых неумелых и одиночек, изменяя количество нападающих от двойки, до полной шестерки, когда мы, вместе с "золотыми", утроили карусель, наши инструктора раскатали нас в тонкую лепешку, потеряв всего двоих.

С особой гордостью, хочу отметить, что одного завалил "Пистон", воспользовавшись мгновенным разворотом и выскочив из-за нас с "Мэгги". Первого завалили "золотые", собравшись в ударный кулак и фактически снеся противника со своего пути.

Эти две победы, хоть как-то, сгладили горечь поражения.

Как ни крути -14-ть против 6-ти, довольно хороший перевес.

– Хороший бой! – Обрадовал нас, своей оценкой инструктор – раз, У’К’Еши Тапаро. – "Пистон", "Паника" – впечатлен.

"Паника" – "Снежинка -12" – Ка-Ри Фьюжа, сделала мертвую петлю и вернулась в строй. "Пистон" выделываться не стал.

Уставшие, притихшие, мы вернулись в ангар и сели за разбор полетов, пока техники чистили наших "коней".

Тапаро У’К’Еши, в форме без знаков различия, прошел мимо нас и замер, напротив меня.

– "Мартиго"… – Улыбка чуть тронула губы шактийца. – Твой истребитель не крутит…

– Искин следит… – Буркнул я и пожал плечами – мол, чего тут такого…

Судя по расширившимся зрачкам матерого вояки, что-то "такое", в этом было…

– Потом расскажешь, как ты это сделал! – Потребовал Регон, толкнув меня в бок, когда инструктор отошел. – Заманался я, компенсировать вращение…

Глава 40

– Летать вам, не перелетать! – Напутствовал нас прадед и отвалил, освобождая место для следующего оратора. За месяц, что шактийцы нас гоняли, на Шамбалу пришла вторая партия «Снежинок» и ожидалась – третья.

Вместе с третьей, должна была приехать и Женька!

Соскучился я, по своей ненаглядной сероглазке.

Хоть и есть особая прелесть, родиться в семье не простых людей и пользоваться связью, с периодичностью два раза в неделю, однако этого мало.

Хитрые шактийцы, перетасовали вновь прибывших и старичков и снова принялись за наше избиение.

Теперь уже, с большими потерями и привлекая в качестве союзников, "старичков".

Нашу троицу, Регона, Маргариту и меня, такая честь, миновала. Инструктора, если быть совсем справедливым, нашу троицу не очень жаловали. Хвалили – да. Иногда – ставили в пример. Но… Особых симпатий, как с "золотыми", мы не вызывали.

Виной, думаю я, было неосторожно оброненное мной слово, о сбитых "молниях", в начале войны.

Только на моем счету – их было восемь.

Всего, подразделение "Ос", выбило их более трех сотен, потеряв в схватках сто семнадцать человек, безвозвратными, потерями.

Странно, но никто из "золотых", темно-синих москитов, с четырьмя золотыми молниями, в бою не встречал и на мой рассказ – пожали плечами – уж слишком разные у нас были охотничьи угодья.

Инструкторы, вели занятия и я, вскоре, совсем и забыл, о рассказанной истории.

Но тут прибыло пополнение "Снежинок", в сопровождении одного – единственного инструктора – Ми-Ко Рь’Ка’Нек.

Уже по сдвоенным приставкам, было понятно – прибыла белая кость от белой кости. Дворянство во плоти и со списком заслуг, уходящим в тьму лет.

Вначале, все было просто замечательно. Ми-Ко – девушка, которая спрашивала у меня, как ей найти Хашина – получила должность инструктор – семь и ничего не предвещало беды, пока в одном из боев, против старичков с инструкторами,наша тройка не использовала "глухой треугольник" – прием, при котором истребители занимают такую позицию, что защитные поля перекрещиваются, повышая коэффициент эффективности, а орудия – ведут совместный огонь, поражая цели строенным, залпом. Рассчитывали этот прием мы, с Перчиком, и сами звезды велели подловить на него шактийцев.

Бой мы выиграли.

Только, с той минуты Рь’Ка’Нек, взялась за нас с полной отдачей.

Меня и соответственно всю тройку, гоняли и в хвост и в гриву. Где бы мы не были, в любой момент можно было ожидать нападения Рь’Ка’Нек. Даже в тренажерном зале, я не раз ловил на себе взгляды, совершенно не имеющие ни малейшего отношения к взглядам инструктора, на курсанта. Однажды, Ми-Ко бросила мне вызов, правда – на ринге, а не в полете...

Хашин был в ярости!

Он влетел в зал, едва мы заняли позицию друг против друга.

Ми-Ко выслушала инструктора, низко опустив голову и поклонившись мне, спрыгнула с ринга.

После этого стало еще хуже.

К Ми-Ко, присоединились остальные шактийцы.

А я, "разогнав" своего искина, получившего имя Поликарп, принялся рассчитывать все новые и новые маневры. В моей комнате, ставшей штаб-квартирой, нашей тройки, мы засиживались далеко за полночь, синхронизировали свои искины, загоняя в них все новые и новые наработки. Несколько раз, я обращался за помощью к Женьке и тогда, в моей комнате звучало целых четыре, спорящих до хрипоты, голоса.

С ужасом представляю, какие бы у меня были счета – за связь!

Продемонстрировав в бою, что у нас получалось, я выкладывал все на общий сервер, делясь наработками. В самом начале, так делал только я.

Чуть позже, свои наработки стали выкладывать все.

"Золотые", вообще достали полный архив своего подразделения и влили его, не учитывая особенности и различия истребителей, одним куском, в котором Поликарп зарылся на целые сутки, не реагируя на команды.

Из этого архива, искин принес в "клювике" несколько чудесных приемов, от которых наши инструкторы – взвыли, в самом что ни на есть, буквальном смысле этого слова.

Мы выставили наши "Снежинки" так, что любой маневр противника натыкался на 12-ть стволов, оставляя при этом, резерв по защите в пределах 23%!

Этот расчет сделала для нас Женька, допилив граничные значения и добавив нашим искинам, самосознания.

Боевые компы наших "Снежинок", мы уже давно сменили на подобные же, искины, облегчая себе управление.

По нашим следам последовала и вся эскадрилья, а третий поток, вообще, обещали сразу с искинами.

Цена взлетела…

Прадед кряхтел, но отдал заказ на четвертую серию.

В конце-концов, фурункул прорвался и Ми-Ко, в очередном бою, потеряла голову.

Я – тоже.

От лобового столкновения нас спасло тотальное уничтожение: нас расстреляли, заставляя искинов перевести двигатели на ноль. Меня прибила "Мэгги", а Рь’Ка’Нек прикончил инструктор – раз.

После посадки, нас развели по разным углам гауптвахты и оставили на двое суток – охладиться…

– …Господа инструкторы, пилоты. Ура! – Закончила свое выступление очередная шишка и, дав отмашку оркестру, спустилась с небес на землю, грешную.

Проорав троекратное "Ура", мы рассыпали строй и двинули в сторону столовой, на праздничный обед, в честь славной победы – керранцам надрали задницу сразу в трех местах и зыбкая надежда, что вскоре весь этот кошмар, под названием "война", станет достоянием истории.

"Входящее сообщение!" – Обрадовал меня Карп. – "Отправитель "Прадед" Текст: "Много не бухай. Завтра юбилей"!"

Улыбаясь сообщению и предвкушая, что завтра, увижу Женьку – довольно зажмурился. На сегодня у нас был сеанс связи, а завтра, с утречка, я воспользуюсь своими родственными связями и артефакт, который – "творение науки", перебросит меня в знакомый сад, к столу, за которым соберется вся моя семья.

– Мартиго! – Окликнула меня Мэгги. – Погоди, Пистон, запутался в рукавах!

Наша троица уже давно почти перестала называть друг друга по именам, предпочитая использовать для этой цели позывные.

Вот и еще одна странность, что очень раздражала наших инструкторов. Свои имена они холили и лелеяли, не понимая, как мы можем отзываться на "собачьи клички", как заявила Рь’Ка’Нек, прямо глядя мне в глаза.

"Запутался в рукавах", это тоже, уже история, нашей троицы…

Пистон, действительно, запутался в рукавах. Только не формы, а в рукавах астероидного поля, залетев в такие дали, что едва не заблудился. Вместе с искином. Нашелся он очень вовремя, вывернувшись и размазав сразу двух инструкторов, не ожидавших нападения из пустого рукава.

– Ты сегодня, к Женьке, уматываешь? – Мэгги, познакомившись с Женькой, превратилась в мою львицу, удерживающую на расстоянии от меня, голодных девушек – пилотов, любыми способами.

– Завтра. – Расстроился я. – Сегодня связь. Надо обсудить, что дарить прадеду… Пока я здесь, она все подготовит.

– Везет тебе, – Пистон наконец-то нас догнал и уже – измазанный губной помадой. – За тебя, все, всё делают!

– Вытрись… – Протянула платок Мэгги. – Герой, в помаде! Зависть – плохое чувство! Хуже него, только – ненависть!

– Не надо уметь ненавидеть. – На память стал декламировать священную книгу орсайцев, Пистон. – Достаточно – научится мстить. Мстить жадно, с огоньком и терпением…

Ничего не скажу, мне мстить не дано… Да и с ненавистью у меня, большие проблемы…

За болтовней, вошли в столовую и уселись за столик, отведенный для нас – в отличии от шактийцев, остальные относились к нам с уважением, за то что мы не жмотились со своими наработками и не ленились протянуть руку помощи. А еще за то, что мы свои "Снежинки", обслуживали наравне с техниками.

– Я хочу выпить за убийц… – Услышал я голос Ми-Ко и развернулся.

– Я хочу выпить за убийц, – повысила голос девушка, обращая на себя внимание и не сводя глаз – с меня. – За убийц, что развязали войну. Что напали на безоружных. Что принесли боль и ненависть в сердца. За убийц, что объединили нас. За убийц, с которыми мы встретились и с которыми – встретится еще предстоит. Я хочу выпить за убийц, чтобы никто и никогда, не видел их живыми. За победу!

Ми-Ко, принялась обходить столики, с бокалом в руке, чокаясь со всеми подряд.

Поравнявшись со мной, она уставилась мне в глаза и протянула бокал.

– За победу. – Наши бокалы встретились и рассыпались брызгами стекла и красного вина.

Все разговоры мгновенно умолкли.

Среди всех пилотских примет – посуда бьётся не на счастье.

– Ты и я. Через полчаса. Ангар 2В. – Прошептала девушка, качнувшись ко мне, и развернулась на каблуках.

Пистон и Мэгги, услышали все ясно и отчетливо.

– Дуэль?! – Опешил Пистон. – С чего бы, вдруг?!

Мэгги вытерла губы салфеткой и бросила ее на стол.

– Заткнись… – Прошипела она, сквозь зубы. – Мартиго… Без нас – ни ногой!

Достав губную помаду, в два движения Маргарита поправила рисунок и я замер.

Именно этот цвет стирал с себя Регон, полчаса назад.

– Пойдем, отсюда. – Регон понятливо качнул головой. – Тебе все равно будут нужны секунданты…

Выбравшись из-за стола, мы обошли зал по стеночке, стараясь не обращать на себя внимание.

Ми-Ко уже не было. Не было инструктора – раз и Хашин вышел за дверь, опередив нас на десять секунд.

К воротам ангара 2В мы подошли ровно через 30 минут.

– Мои секунданты – Тапаро У’К’Еши и Хашин Л’Х’Н’Шиегу! – Представила нам стоящих, Ми-Ко Рь’Ка’Нек, с легким поклоном. – Ты их знаешь…

– Молчать… – Тихо и без угрозы в голосе, попросил Тапаро. – Девчонка! Хватит и того, что мы тебя прикрываем, нарушая свое слово чести и договор! Ты жаждешь мести. Получи ее.

– Тамир, Маргарита, Регон. – Обратился к нам, Хашин. – Вы имеете право отказаться. Особенно ты, Тамир.

– Инструктор… – Маргарита улыбнулась такой улыбкой, что не знай, я ее – побежал бы, быстро и забился в самый дальний уголок, куда свету звезд не пробиться и за миллиарды лет. – Мы все, уже устали от Вашего поведения. Вы отличные учителя. Но… Пора что-то менять.

Тапаро грустно кивнул головой и щелкнул замком, открывая ангар.

Два истребителя замерли друг напротив друга.

– До смерти. – Заявила Ми-Ко, забираясь в темно-синий истребитель с четырьмя золотыми молниями, на фюзеляже.

– Это вряд ли… – Покачал я головой, забираясь в "Иглу".

Потолок ангара разошелся в стороны и обе птички вспорхнули в небо.

Зря Ми-Ко решила избавиться от меня поскорее. "Игла" любит атмосферу!

Уйдя от атаки, скользнув через нос, я ушел в пике.

"Интересно, как называются их истребители?" – Задал я себе вопрос и улыбнулся. – "Какая разница?! Было восемь, станет – девять. Делов то!"

Два разряда погладили крылья "Иглы" и я выдернул ее из пике.

Перегрузка вдавила меня в кресло, но именно в этот момент я отключил оба двигателя и полетел вниз, хвостом вперед.

Мгновение и Ми-Ко, проскочила мимо, в спешке выводя, свой истребитель на горизонт, а затем задирая его нос все выше и выше.

Палец погладил спуск коррект-аннигиляторов и … не нажал.

Запустив двигатели, рывком догнал истребитель Ми-Ко и уютно устроился в задней полусфере, с легкостью предугадывая все движения своего противника.

Так уже было.

На Деве.

– Замочу! – Рыкнул я, привычно.

Истребитель Ми-Ко замер и…

– Я сдаюсь… – Голос Ми-Ко стал пустым и стеклянным.

Выровняв машину, она вернулась к ангару и скрылась из моих глаз.

Из вредности, закрутил целый хоровод.

"Игла" любит атмосферу.

Там, на Деве, я оставил своего ведущего.

И не сбил его противника, дав уйти.

Сомневаюсь, что это была Ми-Ко. Слишком разные картинки боя, разные движения.

В ангаре стояла тишина и три бледных, без единой кровинки на лице – шактийца, стоящие в ряд, словно в строю.

– Тамир Коржик… – Девушка сделала шаг, мне навстречу, выходя из строя. – Я прошу прощения…

– Гнев, боль, злость – далеко не лучшие советчики… – Регон встал рядом со мной.

– Мы все делаем ошибки. – Со вздохом согласился я. – Госпожа Рь’Ка’Нек… Мы ошибки не сделали. А, значит и просить прощения – не зачем.

Ми-Ко попыталась что-то сказать, но Хашин, развернул ее к себе, положив руку на плечо, и прошептал на ухо нечто, что расцветило ее лицо улыбкой.

– Тамир! – Развернулась девушка в мою сторону. – Мой дядя считает, что вы, трое, совершенно не нормальные. И это – правда. Примите ли Вы дружбу, от обычной, нормальной, девушки?

– С радостью. – Опередила меня Маргарита. – Пошли, отсюда… А то, останемся голодными…

Когда мы вернулись в столовую, все вшестером, народ забавно выпучил глаза, будто никто не видел, как гонялись друг за дружкой два истребителя…

Ми-Ко, хоть иногда и сбивалась, тем не менее, чувствовалось – девчонка оттаивает. Что бы ни произошло в прошлом, Мэгги узнает. И, может быть, даже расскажет мне.

Регон, зацепился языками с инструктором – раз и с их стороны только доносились не совсем внятные междометия.

Хашин, посматривал на меня исподлобья и помалкивал.

Видя, что на нас уже не обращают внимания, а время движется к полуночи, тихонько смылся – надо поговорить с Женькой и выспаться, перед завтрашним, юбилеем.

– Мартиго! – Задержал меня на выходе Хашин. – Спасибо.

И протянул мне руку.

– Обращайся. – Подмигнул я, пожал протянутую руку и рысцой двинулся в сторону казармы.

Разговор с Женькой всегда начинается с одного и того же – мы молча смотрим друг на друга.

Уж не знаю, на что смотрит Женька, но я ею любуюсь – однозначно.

Иногда, эта сероглазая хитруля позирует перед камерой в … Не совсем одетом виде...

Сегодня, увы, мне это развлечение не светило – после разговора, моей будущей супруге было необходимо срываться и мчаться в магазин, за подарком прадеду.

– Привет, Тортик! – Женька, в этот раз, первая нарушила молчаливое любование. – Я соскучилась! Сладенького хочу!

– Дома буду в четыре, пять утра. – Быстро прикинул я. – Раньше не получится.

– Жаль. – Помрачнела суженая. – Твои уже все собрались. Дом полный – развернуться негде! Сколько у тебя родни… Ужас тихий!

– Очень даже громкий, ужас! – Рассмеялся я, вспоминая, сколько же действительно, нас. По всем расчетам, не менее ста человек.

– Твоя бабуля поселила меня на чердаке. – Подмигнула Женька. – И я нашла здесь твои макеты…

Связь внезапно пошла снегом, а затем и вовсе оборвалась, оставив меня в глухом недоумении: ни разу, а-связь не выкидывала таких коленцев!

Попытался повторить вызов, но… Тишина мне была ответом.

А потом завыли сирены.

Я, с трудом помню – что было дальше.

Помню, ловил тех, кто рвался к "Снежинкам" и вязал.

Несколько раз, вылетал на "Игле" – "Снежинки" поставили на замок – и перехватывал тех, кто добрался до шаттлов и спешил оказаться на космических кораблях…

Помню – жрал стимуляторы, запивая их кислым компотом, водой из бутылки или просто – водой, из-под крана.

Потом, жрал шоколад и снова – стимуляторы.

Из системы Чакры, до Земли – месяц полета…

На третьи сутки, даже самые упорные, что норовили врезать мне по морде, когда я их останавливал, наконец-то свалились.

Стимуляторы уже отработали свое, шоколад казался то горьким, то сладким – одновременно.

Пока спасала боевая химия, что так и не пригодилась и валялась на дне моего вещмешка, собранного к вылету на юбилей.

К порталу…

Только сейчас я понял, насколько Ити больше люди, чем мы сами.

Никто из них…

Не предложил мне пойти и отдохнуть.

Порталы больше не работали.

Они, не лезли ко мне с помощью и всегда находилось дело, которое надо сделать.

Лишь бы не спать!

Земли больше не было.

Я бил морды и укладывал людей в рядки, не слушая их "У меня там родня, жена, дети…"

У меня они тоже – там.

Все, до – единого.

Как я могу спать, если моя Женька – тоже осталась там, перед камерой…?

В голове не укладывалось – Земли больше нет!

Вся ее защита.

Все люди, что били себя пятками в грудь…

По голове мне дал Тапаро, когда я в очередной раз явился получать задание.

Он просто и не затейливо, вырубил меня самым старым, какой знает человечество, способом…

Дал по башке.

Объединенная группа кораблей шакти и землян, разбавленная жиденькой струйкой союзников, покинула систему Чакры на пятые сутки.

Союзники, еще недавно винившие во всех грехах Землю, начали вопить от страха.

Вопить и вжиматься в свои системы, собирая армады флотов, раскиданных ранее по разным направлениям, у ключевых и столичных планет.

Земля пала.

– Как могло произойти, такое… – Капитан второго ранга, по фамилии Летунец, имени – отчеству – Александр Николаевич, а по прозвищу "Сфера эклиптики", рассматривал сидящих за столом его кают-компании, старших офицеров с неприязнью. Было за что.

– Пару месяцев назад, у противника появился новейший, маскировочный, корабль. Информация о нем, была доведена до непосредственного начальства, старшего руководства контрразведки и передано в штаб флота. – Спокойно ответил я, делая пометку в памяти искина.

– По линии штаба, подобная "цедулька" – не приходила! – Вскинулся Летунец. – А вот… От Горена, мы получили все тактические наработки. Выполненные, очень знакомой, рукой. Не поделитесь, лейтенант Коржик… Как?

– "Как, как… Каком об косяк…" – "Сфера эклиптики" покраснел, но перетерпел мое нахальство. – Это только один из вариантов, товарищ кавторанг.

Летунец, проводящий вот уже третью "БВСМ" – Без Вазелиновую Случку Мозга, взял в руки карандаш и постучал его пяткой, по столешнице, призывая меня к порядку.

– Простите, виноват… – Сделал я вид, что к порядку призвался. – Наработки выполнены после боя над "Рашпилем". Переданы адмиралу Матти – Горену.

– Что за второй вариант? – Тапаро У’К’Еши подался вперед, вперив в меня свои черные глазищи.

– Предательство. – Пожал я плечами.

Тишина, повисшая в кают-компании, стала осязаемой.

– Считаешь, что нашелся… – Регон, со звездами полковника на погонах и петлицами "Тигров", покачал головой. – Могло и так быть…

Когда я проснулся, думал, что двинулся мозгой – вокруг ничего, даже близко напоминающего, мою комнату в казарме. Очень узкая койка, комната – пенал и ни следа окна.

Только через минуту, в мои, забитые химией мозги, пришла гениальная мысль – я на губе. Ее тоже отмел – ремень, как был на мне, так и остался…

Осветившаяся на миг полоска серебра, на большом пальце, напомнила о существовании искина, к которому можно обратиться.

Обратился.

Включил свет и сел на койке, в каюте старого авианосца, простите великодушно – малого авианесущего крейсера "Гавана".

Загрузили меня, в совершенно невменяемом состоянии, шактийцы.

Кавторанг, долго качал головой, но с мыслью, что лучше полное крыло "Снежинок", чем одна – "запасная", согласился.

А на БВСМ, меня позвали из-за Тапаро – инструктор – раз дал очень лестную оценку моим аналитическим мозгам.

– Лейтенант? – Регон Ур-Мии, оказавшийся полковником от дальней авиации, слегка тронул меня за плечо, выводя из раздумий. – Что скажешь?

– Зря мы к Земле летим. – Я потянулся через стол за минералкой. – Пока долетим – след уже простынет. Весь наш караван – плетется, как гусеница… Надо было уходить в рывок и всплывать над Керранидой – новой столичной планетой.

По приказу прадеда, "Гавану" серьезно перестроили – негоже таскать новые истребители, на старой галоше и, не свяжись мы с караваном, до Земли добрались бы за три недели. До Керраниды – за десять, недель.

– Нет. – Отрезал Летунец. – Сейчас там и так… Много кто, туда рвется. А нам – помирать не с руки.

– Уничтожив Землю, керран подписал себе смертный приговор. – Согласился со мной шактиец. – Нарушив договор…

– Потому и летим, к Земле… – Вспылила Ми-Ко. – Я не верю, что бы керранийцы выпустили ларгаша из кувшина. Сейчас…

– Сейчас, когда они получили под зад, в нескольких местах – могли и забыть о договорах. – Пожал плечами рассудительный Регон. – Цель оправдывает средства. А историю пишут победители…

– Всё. – Хлопнул ладонью по столу, Летунец. – Снова да ладом… Начали воду в ступе толочь…

"Нет данных". – Загорелась надпись на моем серебре.

Двумя словами, Поликарп подвел итог нашего собрания. И, пока, данные не появятся – смысл устраивать совещания – отваливается.

– "Баргот" передал последние данные. – Летунец, в свойственной ему манере, самое интересное оставил на последок. – Удар нанесен не термоядерным либо иным, "грязным", типом. Станции обороны, слежения – все цело. Удар нанесен исключительно по планете. Атакующего корабля не обнаружено – боеголовки появились сразу из подпространства. Или – маскировочного поля.

– Фантастика! – Регон поморщился. – Предельно малый вес, для входа в подпространство…

– Две наших "Снежинки", слипшиеся вместе. – Прикинул я соотношение массы. – Даже противокорабельная "Ма-Хи", керранцев весит в семнадцать раз меньше. Они что, ее в металлолом, завернули?! Если они такие… Крутые… То, почему удар нанесли только по Земле? Военные базы на Марсе, Научные на Венере, добывающие на Меркурии – почему не досталось им?

– Земля – символ… – Начал поднимать пафосный бред, Летунец и замолчал, ожегшись о горящий взгляд Тапаро.

– Керране не идиоты. – Ми-Ко сжала кулаки. – Удар по символу, это, конечно, замечательно… Только… Раз уж есть такое чудесное оружие, а в системе еще три планеты и очень даже не маловажные для противника, то почему не уничтожить и их? Не смотря на свое… Имперское… Восприятие жизни… Керране – расчетливые и рациональные.

– Что подводит нас к мысли, – вздохнул я и допил мерзкую минералку, одним глотком. – К мысли о том, что ракет у них было мало. Либо с носителями беда. Либо это были не керране.