Текст книги ""Фантастика 2024-100". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Сергей Бадей

Соавторы: Михаил Усачев,Дэйв Макара
сообщить о нарушении

Текущая страница: 286 (всего у книги 347 страниц)

Оборудование, вперемешку с грязью – восстановлению не подлежит, хотя…

Почесав затылок, принялся разгребать грязь и мокрые ветки.

Через пару минут, у меня в руках оказался ОН – защищенный ноутбук, окутанный обрывками проводов, тянущихся к разным приборам.

Раз в сутки, такая модель ноута, связывается с сервером, скидывая всю полученную информацию.

Если мне повезет – буду с добычей!

Накрыв тела кусками ткани и придавив тяжелыми камнями, активировал "спасач" – тяжелый шар радиомаяка, разработанный именно для таких случаев. Благо, парочка подобных, нашлась в ящике стола, под ноутбуком.

Ну а себе, дал зарубку на память, заглянуть сюда через сутки.

Если за телами никто не придет, надо будет похоронить, по-человечески…

Постояв над телами в тягостном молчании, попер дальше – приборчик продолжал пищать в левом ухе, призывая меня к великим свершениям.

Радиоактивное пятно, растянулось почти на три квадратных километра, ставя крест на самой надежде, найти вход на базу.

Стиснув зубы, устроился на поваленном дереве и принялся жрать НЗ, жадно запивая его водой из фляжки.

Так и встретил рассвет – за завтраком…

Если совсем честно, меня стал напрягать мой возросший аппетит!

Доев, аккуратно поставил упаковку от НЗ на бревно и отошел на два десятка шагов, вытаскивая револьвер.

Первым выстрелом я бессовестно промазал, оставив на бревне впечатляющую дырку, второй – сдул упаковку, подкинув ее на десяток метров вверх, третий – глухо щелкнул осечкой.

Отстреляв полный барабан, поморщился, перезарядил и отстрелял по второму разу.

Отдача у этого… чудовища – соответствующая. Зато и остановить сможет, за носорога не скажу, а вот – быка – точно. Основная проблема – из шести выстрелов – два осечкой.

Впрочем, для револьвера, осечка не самое страшное.

Пока чесал затылок и морщился, над склоном горы выпрыгнуло солнышко, заливая все вокруг прощальным теплом, а где то вдалеке послышался рокот мотора и выстрелы, которые быстро приближались.

Прокляв собственное слабоумие, активировал маскировку робы, ругнулся, перевесил ремень с револьвером под куртку – демаскирует, собака! – и ринулся вниз по склону, забирая как можно левее, от выстрелов и шума,с замиранием сердца, все ожидая звука собачьего лая.

Повезло.

Собак не было.

Легкий вертолет пролетел в километре справа от меня, а товарищи, ждущие ответных от меня выстрелов, вообще разминулись со мной на целый пяток!

Рассвет, словно смахнувший страшный морок, дал посмотреть на последствия землетрясения, спокойно.

Пиренеям, до этого момента не знавшим таких разрушительных катаклизмов, пришла пора привыкать к худшему. Тем более что земля у меня под ногами, все норовила съехать вниз, оползнем.

До танка добрался за час.

Влетел в его согретое чрево, скинул куртку и кинулся к приемнику, жаждая новостей.

Новости были.

Ла-Манш, из пролива, стал заливом, соединившись с Бискайским и проглотив, одним глотком, Лондон, с одной стороны, а с другой, отхватив порядочный кусок от Нидерландов и Бельгии, лихим ударом сабли, спрямил береговую линию Франции, утопив Брест, Шербур, Гавр и укусив Нант, за пятки. А с Эйфелевой башни, отныне, открывается чудесный вид на Новый, Бискайско – Ла – Маншский, залив.

Досталось и остальным – Испания потеряла Португалию, а США – Сан-Франциско вместе с Калифорнией.

Относительно слабо, досталось центральным областям, хотя и там не обошлось без сюрпризов – Йеллоустоун, снова выбросил терравит, а на среднерусской возвышенности, забили фонтаны гейзеров.

По уверениям геологов – это самые большие неприятности, что можно ждать от природы.

Землю снова от души приложило!

Экспедицию, отзывали.

Недолго покомандовал господин Ворнек.

"Жертв, среди сотрудников экспедиции, нет!" – Заявил приемник и у меня отвисла челюсть.

Если, жертв нет, тогда, чей бамбук я собираюсь "курить"?!

– Господин Ворнек! – Раздался в динамике уставший мужской голос. – Сигнал, идет. База – отвечает!

– Отбой эвакуации! – Мгновенно сориентировался Ворнек. – Что еще?

– Двое Посторонних. Судя по экипировке – базовские. Скорее всего, из внешних наблюдателей. Оба погибли, при землетрясении.– Мужчина замолк, словно готовясь, бросится в ледяную воду. – Только, некто, активировал "спасача" и стрелял, в лесу, неподалеку. Патрон – 357.

– Опять не успели. – Не спросил – констатировал факт, Исмаил Джамалович.

– Есть вариант… – На волне появился очень знакомый голос, при звуках которого на меня прямо-таки напахнуло базой. – Это может быть киборг. Тот, что сбежал от Экзотки.

"Макс!" – Дошло до меня.

– И, что это нам дает?! – Руководитель замер, словно гончая над зверем.

– Семьдесят восьмой, старая модель, еще тройка. Возможно, оборудование базы, все еще находится с ним в контакте, считая за своего. Тем более… – Макс помялся. – Я не исключал 78-го из общей базы доступов. Если Вы помните, его у нас забрали под видом – "Ходящих"…

– И, как его можно найти? – Вопрос не в бровь, а в глаз. Мне самому стало интересно, что предложит Макс.

– Найти… – Макс тяжело вздохнул. – Видите – ли… 78-й – особенный. Он – "Живой".

– Час от часу не легче! – Ворнек коротко хохотнул. – Вот, как тут курить, бросишь?! Тут, бухать – начнешь! И, экзоты – знали?

– Знали. – Макс снова помялся. – Можем, позвать.

– А если его – засыпало? – На волне появился еще один голос.

– Идиот. – Констатировал факт, еще один сильно знакомый голос. – А кто стрелял, тогда?! Медведь?!

– Садовников! – Рявкнул Исмаил Джамалович. – Можете, моих людей – не дергать? Это и в Ваших, между прочим, интересах!

– В наших интересах – только поиск останков Даниила Садовникова. Ни – больше, ни – меньше. До Ваших, разборок, нам дела нет, хоть вы перестреляйте, друг-друга. Лично я – пальцем не пошевелю. Как Вы и вам подобные, не шевелили, когда убивали Нас!

– Он Вам кто? Отец? Дед?

– Однофамилец, увы… – Усмехнулся Дилан. – На лавры Ксорера – не претендую.

– Пообщались? Успокоились? – Перебил Дилана и Исмаила, первый голос. – Сигнал, между прочим, идет! Сообщают, что проект "Сфера", удался на 89% и идет к завершению.

– "Сфера"?! – В голосе Макса почувствовалось нешуточное волнение. – Какая – "Сфера"?! Не было у нас – "Сферы"!

– Была – у "ходящих"… – Ворнек грязно и от души, выматерился. – Выйдут… – Всех, на утилизацию пущу. Скопом. Не их "Сфера" – не было б и землетрясения! Там же энергопоток…

Слушая их переговоры, я тихо приходил в ужас.

От моего, наивного, желания помочь остались только клочки тумана, тающего под светом солнца.

Зато, в очередной раз появилась уверенность, что эти люди, в попытке сделать лучше, отправят свой мир в тартарары!

И, извините, в этом я им не помощник!

Уж лучше, я вернусь в Мюнхен и найду там Марину!

А вы – продолжайте… В том же духе!

Глава 27

Капсула, восстановив ПО, заклянчила восстановление периферии, поврежденной при землетрясении.

Пришлось, отковыривать задний багажник, помятый и поцарапанный, доставать ЗИП и приступать к общественно – полезному труду, радуясь системе блоков и стандарт – разъемам, облегчающим сборку – разборку. Прервавшись на обед, а затем и на ужин, уже в глухой темноте, всё закончил.

Только скатившись с крыши, обнаружил, насколько сильно у меня затекла спина и как болит шея. Пришлось сделать пару кругов вокруг танка, разминая косточки и суставы.

За время ремонта, вертолет экспедиции еще дважды пролетал невдалеке от меня, гнусно игнорируя мой танк, словно огромный гриб, торчащий на склоне горы, возле здоровенной дырки.

Пока ремонтировался, передумал о многом, так и не успокоив свою душу и не придя ни к одному решению.

Врут и те, и другие.

Хотели бы найти – позвали бы, как предложил Макс.

Нужны останки Ксорера, тогда, что вы искали в его родном городе?

– Врете вы, все! – Ткнул я пальцем в сторону пролетающего вдалеке, вертолета. – И правды, друг – другу, не скажете!

Достав из багажника запасную плиту -вот ведь, пригодилась же! – поставил ее на место сгоревшей и принялся изучать содержимое морозильной камеры.

Пара тушек кролячьих, пара – куриных. Поросятинка и замороженные овощи.

Почесав затылок, достал крола.

Пока тушка оттаивала, засел в кресло и отогнал танк под навес из поваленных деревьев, чуть ниже по склону.

Посетителей мне сейчас встречать не хотелось.

Разве, что чем-нибудь – тяжелым – так они и сами, с усами…

Запустив радио в свободный поиск, к своему удивлению наткнулся на музыкальную волну, гнавшую музыку без перерыва. Попадались там и шедевры рок-н-ролла.

Пританцовывая под "Goode", Чака Берри, рвущего динамики внутри моего танка, занялся готовкой.

Кролик, чистым весом в пять кило, без шкуры и черепа, едва поместился в духовке, благоухая специями и свежими травками.

Через сорок пять минут, шкворчащее творение покинуло духовку и оказалось, частично, у меня в желудке.

Свежезаваренный чай "заполировал" нежное мясо и, мой второй, плотный ужин, заставил меня перебазироваться в капсулу – спать.

Ведь в сказках, главному герою всегда говорят: "Утро вечера мудренее!"

Вот я и решил последовать народной мудрости.

В себя пришел минут через десять.

От простой мысли и недоумения – Я четко слышал, что Садовников заявил, что Ксорер – его однофамилец!

Этого быть не могло, ибо общеизвестный факт, что Ксорер – Даниил Терновский! Но, никак не… не Данька Садовников!

– Врете Вы, Дилан Эвальдович Садовников! Врете, как сивый мерин! – Стукнув по дверце капсулы, чтобы быстрее открывалась, вывалился наружу и, одевшись, пошел на улицу.

В голове появилось непонятное слово: "Озорничать".

Что оно значит, я представлял смутно, но, принятое мною решение, лучше всего соотносилось именно с этим словом.

Зацепив детектор, снова зашагал в сторону устойчивой отметки маркера.

Проходя мимо развалин оранжевого домика, скрепя сердце, заглянул.

Вынесли все оборудование, начисто.

Мысленно порадовавшись, что похороны теперь будут за казенный счет и нужда корячиться, копать землю, отпала, потопал дальше.

Экзоты, сделали мне хорошее тело, надежное и даже с парой "пасхалочек", как говорили в одной из книг, стоящих на полке у Терезы.

Зрение, слух, обоняние – словно улучшенное во много раз, по сравнению с обычным человеком.

Аглая говорила, что за основу брали мой собственной код, дорабатывали и вносили изменения.

Надеюсь, бомбы во мне не вырастили?!

Пикающий динамик наушника, подвел меня к основному ядру скопления излучения.

Шахта лифта, развороченная землетрясением, с раскиданными и смещенными бетонными кольцами, обрывалась на глубине 34 метров, грубо сработанным перекрытием, сплошь сталь и уплотнители – комар не пролетит, о мышках – вообще молчу!

Из кармана робы вытащил маленькую коробочку, соединил контакты с батарейкой и скорым ходом, вымелся наверх – наблюдать.

Вертолет появился через двадцать минут, весь сияющий и настороженный.

Облетев вокруг шахты, над вершинами деревьев, замер и выбросил из своего чрева десяток десантников, шустро спускавшихся вниз по канатам.

Судя по униформе – военные, из хорошо знакомого мне подразделения, охранявшего нашу базу, еще во времена оные.

Рассредоточившись, вояки нырнули в шахту, разочарованно взвыли и воззвали к небесам, в надежде получить взрывчатку.

Добрый голос сверху, предложил им заткнуться и не скулить, пока он думает. Иначе, вместо взрывчатки они получат сверла. Без дрелей.

На пятой минуты зловещей тишины, в пяти метрах от моего носа, лопнул яркий пузырь, выпуская из себя несколько фигур, в одной из которых, я, без особого труда опознал Дилана.

Военные и Экзоты, замерли друг напротив друга, ожидая гадости.

Молча и метая друг на друга, злобные взгляды.

Третьими на сцене появились "Ходящие", во главе с Максом, что вызвало у меня живейший интерес, ведь я, в принципе, всю эту авантюру, затеял только ради разговора, с этим человеком.

Правда, ждал я его не с "ходящими"…

"И тут, не все так просто…" – Скривился я, рассматривая злое столпотворение.

Будь воля военных – остальные уже лежали бы, изображая сладко спящих…

Увы – Экзоты, держались на стороже и, как я видел, были одеты в такие же робы, как у меня.

"Ходящие" явились на встречу увешанные взрывчаткой, так что любой выстрел, автоматически подводил черту, выписывая отрицательный для всех, результат.

Пат.

В жуткой тишине, над верхушками деревьев появился вертолет и выкинул еще двоих – точно на головы Экзотам.

Заклацав затворами, вояки дождались, когда их коллеги к ним присоединятся, пройдя сквозь ряды, расступившихся экзотов.

– Ага, все заинтересованные стороны – в полном составе… – Исмаил Джамалович Ворнек, прошел фактически по моей голове и рукам, увалень не битый! – Что стоим, чего ждем?!

Ситуация все накалялась и накалялась – делиться информацией никто не хотел. Помогать ближнему своему – никто не жаждал.

Все как обычно.

Хотя я и не предполагал, что заявится Ворнек, тем не менее – собрались все!

Теперь мой выход.

Подкравшись к Экзотам, ткнул ближайшего из них двумя пальцами в спину и громко проорал сокровенное слово всех мультфильмов – Бу!

Эффект точно такой, как и в мультфильмах – не успей я отвалить в сторону, сбивая с ног Макса и откатываясь с ним под защиту обломков бетонного кольца – убили бы!

Нервы дрогнули у всех.

Поливая длинными очередями все, что не относится к их группе – военные проредили ряды "ходящих" и экзотов.

Экзоты, в свою очередь, уполовинили ряды военных, засыпав из самонаводящимися, файерболами.

От которых пострадали "ходящие" – не успевшие даже пикнуть, как превратились в жареное мясо, плотно нашпигованное свинцом.

Макс, неудачно уроненный мной на камень, только открывал рот, ловя глазами отблески выстрелов и летающие шарики, растекающиеся на огненные факелы, попадая на человека.

И тут стало совсем весело – "ходящие" стали детонировать!

Да так удачно детонировать, что я собственным глазам не поверил, любуясь, как Садовников, легкокрылой птицей, взмыл выше верхушек деревьев, разметав руки и единственную ногу, что оставалась при нем, после близкого взрыва.

Вояки, вызвали вертушку, отработавшую парой ракет, по площадям, добивая всех, кто не успел спрятаться и рухнувшую, когда со звездного, совершенно чистого неба, на нее рухнула тяжелая каменная глыба, в форме диска.

На мое счастье, вертушку насадило на деревья, метрах в ста пятидесяти ниже, по склону, а не выше. Иначе нам с Максом – не выжить! Топливо и боекомплект, взорвавшись, заставили землю содрогнуться.

Макс выл.

Я – молчал.

Невдалеке, кто то скулил, матерился и угрожал.

За пару минут, склон холма превратился в филиал скотобойни.

Вояки, "Ходящие", Экзоты.

Усмешка судьбы – Выжили – человек и киборг.

Зарево пожара, догорающие лохмотья еще десять минут назад бывшие людьми, заливали место боя ярким светом.

Земля, начала мелко подрагивать, напоминая, что она еще может дать жару, похлеще, чем все вояки!

И – Дала!

Новое землетрясение продолжалось пару минут, но, по моим ощущениям – больше часа…

Придерживая Макса за воротник, я оттаскивал его вверх по склону, дальше от огня, рвущихся во все стороны, патронов и снарядов из сбитого вертолета, от катящихся сверху поваленных деревьев и проваливающейся, под нашими ногами, земли.

Две минуты, а сколько событий!

"Вот к чему приводит озорство…" – Попенял я самому себе, ожидавшему, несколько другого, результата. – "Надо будет запомнить, до следующего раза…"

Как назло, разверзлись хляби небесные, и с неба хлынул дождь.

– Зато – пожара, не будет… – Хихикнул я, глядя на Макса, подставившего под струи дождя лицо и жадно глотающего капли, открытым ртом. – Водички, дать?

– Водки. – Макс провел по лицу руками, смывая копоть. – Много, водки. Второй День Рождения, праздновать буду…

В этот момент гора содрогнулась еще раз и еще, словно в припадке падучей.

Вспухла, под нами земля и на поверхности появился мерцающий и переливающийся яркими сполохами, кусок стены.

Вот, сполохи стали ярче, а их движение превратилось в хаотичное перемигивание. Мгновение ожидания и все пропало, без звука и вибрации.

Из дырки в земле появилось два ярких электрических огня – фары развозчика, на нашей базе, используемого вместо автомобилей.

Макс засопел.

– Жесть… – Вырвалось у меня.

Макс посмотрел на меня столь многозначительно, что я – заткнулся, искренне мечтая, чтобы в этой тряске, мой танк больше не пострадал. Очень хотелось в это верить.

С развозчика спрыгнули две фигуры в бесформенных костюмах, помахали руками, по-приседали, делая забор проб и, наконец, откинули на спину свои шлемы.

– У-ф-ф-ф! Прямо гора с плеч! – Одна из фигур принялась ожесточенно сдирать с себя защиту. – Все, вернулись! Дома! Запах, чуешь, какой?!

– Гарь и кровь. – Второй разоблачился и закинул шмотки на развозчика.

– Интересно, а где – встречающие? – Почесал затылок, первый. – Ну и… С ними! Возвращаемся?

Оседлав своего "коня", фигуры, смутно различимые в свете угасающего пожара, развернулись и исчезли в провале, оставив нас с Максом, тет-а-тет.

– Ты, вообще, кто? – Наконец-то Макс пришел в себя и решился задать вопрос.

– Киборг в пальто… – Отмахнулся я, прикидывая, каким именно образом, надо спуститься вниз, чтобы не переломать ноги, руки, шеи и прочие, весьма не маловажные для меня, да и для Макса, думаю тоже, части тела.

Получалось, что спускаться придется с противоположной стороны склона, меньше всего пострадавшего и при землетрясении и по прибытии базы.

– Кибо-о-о-о-рг… – Макс вздохнул. – Вернулся, Василий…

– Сам же сказал – проще позвать! – Напомнил я человеку его собственные слова. – Пошли вниз. Поговорим. Дело есть…

– А, пострадавшим, помощь… – Начал было Макс, но осекся. Все верно, какое, к чертям собачьим, помочь! Некому, помогать. Кто выжил в перестрелке – добило землетрясение, перемолов, раскатав и засыпав.

Кроме сухого треска, заливаемого дождем, огня – ни звука.

Придерживая за руку Макса, все еще плохо понимающего, что произошло и куда – идти, начали спускаться.

Гору выперло, разорвав многочисленными трещинами.

Выперло, словно в песочный замок всунули воздушный шарик, а затем – накачали его!

Спускаясь по изломанным склонам, наполненных предательской влагой, поваленными стволами деревьев и провалами, быстро заполняющимися водой, я качал головой и отмахивался от всех расспросов, приходящего в себя, Макса.

Обойдя склон по длинной дуге, принялся искать танк, для верности скрестив пальцы на руках и поджав – на ногах, на удачу.

Танк нашелся.

Важно покачиваясь с боку на бок, на высоте пары метров над землей, он, словно старый друг, протягивающий руку помощи, открыл дверцу, приглашая войти.

Очутившись в тепле, на ярком свету, Макс потянул носом, вдыхая аромат жареного кролика, и уселся на пол, прямо у входа, дико хохоча.

Пережидая его истерический смех, достал полотенце и накрыл на стол – разговоры надо вести на сытое брюхо, дабы исключить нервы и раздражение.

– Да, Вася… – Макс, отсмеявшись и вернувшись в адекватное состояние, устремил на меня свой взор. – И, что это было?

Я пожал плечами.

Как мне объяснить человеку, что ничего Такого, я не задумывал.

Впрочем, Макс показал себя с лучшей стороны, спокойно вымыв руки и подсев к столу.

Со стороны, наш ужин, точнее – очень ранний завтрак, наверное, выглядел как поминальная тризна. Учитывая, что радио надрывалось, рассказывая о последствиях землетрясения… Было не весело и мечта Макса напиться – становилась вполне логичной.

Африка отправилась в одиночное плавание; Берингов пролив – откусил порядочные куски от США и России.

Слушая новости, мы с Максом тихо жрали крольчатину и думали, с какой стороны начать разговор.

– Передатчик – твоя работа? – Опередил меня Макс, отодвинув пустую тарелку и откинувшись на спинку кресла.

– Моя. – Отпираться смысла не было, тем более, передатчик этот… Всего-навсего – ключ для электронного замка, принятый на нашей базе… – Понятия не имею, откуда частоты у вояк, "ходящих" и… Прочих.

– Ну, с этим-то как раз все просто, – Макс помрачнел и шмыгнул носом. – Все данные, после исчезновения базы, пошли в общий котел…

– В принципе, верно. – Не смог не согласиться я. – Одно дело делали… Только, я не об этом хотел поговорить, когда передатчик активировал.

Макс напрягся, ожидая продолжения.

– Макс… – Со вздохом начал я, вдруг осознав, что юлить и выпытывать правду – надоело. – Я не буду задавать вопросы по секретам, меня не касаемым. Скажи, только то, что Я такое?

Макс скривился.

– Лучше бы ты, о секретном, спросил… – Он протянул мне чашку, жестом потребовав горячего чая. – За десять дней, что оставались у меня до переезда, я прошерстил, все, доступные мне хранилища информации. Очень повезло, что "Ублюдок", отправился на тот свет, внезапно, разом сняв секретность, с некоторых файлов.

Макс сделал глоток и уставился в пустоту, задумавшись о чем-то…

– Экзоты ищут тело Ксорера… – Подтолкнул я Макса, в другую сторону, надеясь "раскачать" его, как маятник старинных часов, а затем, по недомолвкам, молчанию и сорвавшимся фразам, собрать урожай, который еще придется разложить, оценить и обдумать.

– Ага. И при этом, называют его – Данил Садовников! – Вспылил Макс. – Уроды! Не нужно им тело. Нужно им – окончание… Последние минуты жизни, последние слова, последние люди, бывшие рядом с ним.

– Пусть вызывают медиумов… – Рассмеялся я и замер, видя как Макс, скривился. – Вызывали. И у нас, вызывали. И у – них. Ты никогда не видел, как человек растекается лужей воды? Любая попытка, вызвать дух Ксорера – убивает медиума. Мгновенно.

– Это знак… – Серьезно заметил я.

– Знак. – Согласился Макс. – Сама Судьба, не дает никому, тревожить своего любимца…

– Макс, а почему… Почему Ты…

– Ксорер, в своем призыве – обращении, рассказал очень много. Остановить его – удалось только через четверо суток, когда… Ты, сам, видел это обращение? – Макс устремил на меня взгляд уставших глаз и, дождавшись моего кивка, продолжил. – У него был помощник, понимаешь? Единственный, уникальный, неповторимый – помощник. Вспомни, Данил, честно признается, что он – не программист! А трансляция… Вспомни, как попался Волчик – на прямой эфир. Но, прямой эфир закончился предложением всего мира, за информацию… а значит – есть продолжение! И его, до сих пор, никто не показал!

– Может быть – нет продолжения. – Упрямо повертел я головой.

– Есть! – Торжествующе подался вперед Макс. – Есть! И помощник – есть! Вот и ищут, все эти… Помощника они ищут. Любую информацию, о нем. Отлавливают, тех, кто хоть что-то знал о Ксорере, и копят, ищут, собирают – по крупицам.

– В разговоре, Садовников ляпнул… – Вспомнил я, его слова. – Что происходящее сейчас – пожелание Ксорера… Но, то что видел я – там нет ничего, даже близко похожего на желание…

– Экзоты начали поиски – раньше. – Макс допил чай и поставил чашку на стол, ручкой от себя. – Могли, уже, и найти, что-нибудь. Например – резервную копию, прямого эфира.

– Хорошо. – Согласно кивнул я. – Но, что именно, они искали на развалинах нашей базы, "снаружи"?

Макс скривился и выдал: – Ксорер, вел прямой эфир с территории нашей базы. Из одного из административных, корпусов. Только мы не знаем – из которого, именно.

У меня отвисла челюсть.

– Вот так… – Макс видя потрясение, написанное на морде моего лица, горько рассмеялся. – Мы и есть – убийцы Ксорера! А первый состав базы – это те, кто знал Ксорера – лично. Вот и лезут, экзоты… Как мухи на помет…

– Значит, возможно, на базе есть – помощник Ксорера?! – Попытался я собрать мозги в кучу.

– Ты, чем слушаешь! – Рассердился Макс. – Не может быть, среди первого набора, помощника! Не может! Да и вообще… Поговаривают, что помощник Ксорера – не человек.

– Дух, святой… – Поморщился я от таких новостей.

– Нет. Программа. – Макс внезапно скис. – Многоуровневая, самообучающаяся…

– Ксорер не программист! – Напомнил я.

– Ксорер – Экзот! – Отпарировал Макс. – А значит… У него мог быть не "кураж", а "ноль"…

Щелкнув, кубик – рубика сложился, радостно засияв своими гранями и яркими сторонами.

– "Ноль"… – Выдохнул я. – "Ноль", черт его дерни! Макс, ты – гений!

– Если я – гений… Тогда миру – пи–! – Мрачно заверил меня бывший админ базы "Ридж". – Представляешь, что он мог пожелать, при тех, условиях?!

Мне поплохело.

На видео, с ним никто не церемонится.

Сомневаюсь, что в ответ он пожелает мир во всем и мире, а также счастья и процветания!

– Что, стало интереснее жить? – Полюбопытствовал Макс, с улыбкой потягиваясь. – Черт с ним, с Ксорером. Меня, если честно, больше интересует его помощник… Если это – программа… То, только представь себе, что она может сотворить…

– Нафиг-нафиг! – Замахал я руками.

– Скучный ты, человек… Тьфу, киборг… – Рассмеялся Макс.

– Макс. А с чего взяли, что был помощник? – Задумчиво поинтересовался я, меланхолично размешивая в горячем чае, сахар. – Из-за того, что он не программист? Но, если он, как ты сказал – вноле…

– Значит, мог и программу, написать… – Закончил за меня Макс, не менее задумчиво. – И тогда, все сходится. Экзотам нужен исходник программы!

– Но… ЗАЧЕМ?! – Не выдержал я. – Что такого в этом исходнике, что он срочно всем понадобился?! Ключ к ангельским вратам?!

– Вирус, использованный Ксорером, так и не выявили. – Макс начал напрягать мозги. – А значит, он вполне может быть рабочим и сейчас.

– Не то. – Отмахнулся я. – Был бы нужен вирус… Нет. Тут есть что-то ближе и проще.

В голове вертелось, крутилось на языке, но в руки не давалось некое, смутное воспоминание… И, ведь произошедшее, вот голову на плаху, совсем не давно! Что-то уже промелькивало…

Тяжело быть человеком!

Ночь за стеной моего танка содрогнулась от яркого света и громкого звука.

Макса снесло с кресла, от испуга.

Активировав внешние камеры, почесал затылок.

Вояки нас нашли, на свою голову!

Вот, объясните мне, почему военным, так нравится стрелять, закладывать взрывчатку, махать кулаками и всячески бренчать оружием, привлекая к себе внимание?

Ну, привлекли, хорошо. А дальше-то, что делать будете?! Кому вы, глухие и слепые, нужны?! Неужто, не хватает мозгов, просто подойти и постучать?!

Рассматривая десяток человек, разной степени поврежденности, окруживших мой танк, почувствовал, как необъяснимая злость, наполняет то, что люди называют душой.

О, да! Теперь я точно могу сказать, что очень хорошо понимаю Ксорера! Не знаю, что он пожелал, да и пожелал ли – вообще, хоть что-нибудь, но у меня на языке вертелись Такие пожелания…

Пока мы с Максом, крутили проблему со всех сторон, кусая и отскакивая, этот десяток подкрался и попытался вскрыть МОЙ ТАНК! Уроды!

– Мало, Вам, уродам… – В сердцах бросил я и, подняв танк, полетел искать другого пристанища.

Тут же нарисовалась "вертушка" и пошла на боевой разворот.

Ничего людей не учит… – Обиделся я, и моя свето-шумовая защита отработала еще раз.

Вертушка совершенно не изящно прервала свой маневр и нащупала землю носом, расцветая огненным цветком.

В приемнике, наконец-то, прорезался чей-то голос, требующий поддержки и ПЗРК, вот прямо сейчас.

Не долго думая, направил танк в свежепроложенный проход родимой базы.

За пару минут, танк со всевозможной резвостью, прокарабкался по склону, развернулся и кормой вперед, заехал в тоннель, плотно его, закупорив, собственной тушкой.

Голос по рации, обозвал всех, до кого дотянулся и заткнулся, обиженно сопя в микрофон.

– Кого черти несут? – Поинтересовался голос у меня в мозгу, совершенно не заморачиваясь предложениями подключения и прочих мелочей. – Никак, свои?!

– Свои, свои… – Вздохнул я, пересылая регистрационный код "Кирвин – 3478", нежно сохраненный "на всякий случай"! – Домой хочу.

– Ясно. Вижу, привилегии… – База задумалась. – Заходи, "Кирвин – 3478"! Только, чур, без неприятностей!

Ворота, в которые почти упирался зад танка, разъехались, приглашая войти.

Прокатившись задним ходом по не длинному коридору, въехал в ярко освещенный ангар, и замер у стеночки, как порядочный гость, ожидая встречающих.

Макс, сидящий все это время в полной тишине, наконец-то решил ее нарушить, увидев, что я довольно откинулся на спинку.

– Что там?

– Вояки. – Поморщился я. – Пришлось на базу, проситься, погостить.

У Макса стало такое выражение лица…

Услышав стук в дверь, взял наизготовку подарок тарийца и открыл ее.

– Эй, на борту! Есть кто живой? – Сунул голову в дверной проем молоденький парнишка, блестя выбритым черепом, с двумя рядами следов от присосок. – Выходите, уже…

Переглянувшись, мы с Максом, офигевшие, вышли наружу.

Яркий свет, заливающий ангар, стал более приглушенным и уже не так резал глаза, а молодой парнишка, вольготно устроился в кресле разобранного развозчика, водрузив ноги на приборную панель и потягивая что-то из чашки, жмурясь от удовольствия, как кот.

– Привет! – Поздоровался Макс и замер, ожидая ответного хода.

– Ага, будь здрав, боярин! – Шутовски поклонился, не слезая со своего кресла, парень. – И тебе, добрый молодец, здравьичка, справного, стало быть!

– Спасибо… – Оторопело ответил я, разглядывая ангар.

Со времени моего отъезда, прошло порядочно времени, но вот этого ангара – не было.

Слишком высокий потолок – с два наших стандартных, уровня.

Слишком яркое, неэкономичное, освещение.

– Новый, ангар? – Поинтересовался я.

– Ой, да тут, теперь, сам Ксорер, ногу сломит! – Парнишка, замер и рядом с ним, внезапно, появилась пара кресел, столик с чайником и двумя чашками. – Устраивайтесь. Пока карантин, все едино – делать нечего!

– Карантин?! – Макс замер, почти опустив свой зад в кресло. – На долго?!

– Сутки. – Парень улыбнулся. – Да, садитесь, Вы. Меня, Константин, зовут.

– Я – Макс. А это – Эрик. – Представив нас обоих, Макс дотянулся до чайника и, отчаянно ругаясь, на горячий фарфор, налил нам чай.

– "Кирвин – 3478"… – Костя уставился на меня, внимательно изучая. – Знаменитая, модель… Впервые, вижу… Хорошо сохранился, Эрик!

Я едва не поперхнулся от его щенячьего энтузиазма.

– А чем, знаменитая? – Макс, сделал глоток и замер, так же уставившись на меня.

– Кирвины производились по новейшей, на тот момент, технологии. В ней, отказались от первого накопителя, перенеся все сохранившиеся в мозге данные – на специальные, выращенные клетки, "подсаженные" к поврежденному мозгу. – Парнишка, радуясь благодарным слушателям, расплылся и заважничал. – В результате – Кирвины, появлялись на свет, не требуя для себя дополнительных затрат на обучение простейшим навыкам. В особо удачных случаях, когда направленность сохраненных данных, совпадала с выбранной – получался прирост скорости обучения. За пять лет, смогли выпустить всего тысячу, Кирвинов. При всей своей, пониженной стоимости, тем не менее, технология "подсадки", оказалась сложной и дорогой.

– А человечеству были нужны, бессловесные помощники… – Вздохнул я, понимающе.

– Чушь! – Парнишка рывком сбросил ноги с приборной панели. – До седьмой модели, все киборги, могут стать осознавшими!