Текст книги "Александра. Большая игра 2 (СИ)"
Автор книги: Олег Ростов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 62 (всего у книги 102 страниц)
– Налей себе вина.
Лорд-стюарт налил себе в кубок вина. Король смотрел на графа.
– Что молчишь, Джордж?
– А что говорить, сир? Вы же уже всё решили.
– Но я вижу, что тебе всё это не нравится.
– Сир, какая разница, нравится мне или нет что-то. Я в любом случае обязан выполнять Вашу волю.
– Э, нет, Талбот, так не пойдёт. Говори, что тебе не нравится в моей встрече с братом Лораном и нашей сделки с ним? Я хочу знать мнения всех сторон.
– Хорошо, сир. Конечно, предложения брата Лорана очень заманчивые. И перспективы, просто блестящие для Англии. И в случае победы, Вы, сир, получаете очень многое.
– Ты сомневаешься в победе?
– Сир. С некоторых пор, я стал интересоваться восточным вопросом, а именно, что происходит в Московии. Кардинал Уолси правильно сказал, что на континенте появилась новая сила, которая стала оказывать всё больше и больше влияния на Европу. И не только на Европу, но и на Азию. И эта сила в связке Ливонского королевства и Moscow. В супружеской чете грандпринца Бэзила и Александры Византийской. Я даже одну русскую поговорку выучил.
– Какую? – Генрих заинтересованно смотрел на графа.
– Она звучит примерно так, не хвались, когда идёшь на битву, а хвались, когда возвращаешься с неё живым. Как-то так.
– Хмм… Хорошо сказано.
– Да, сир, хорошо. Как я Вам, Ваше Величество, сказал, в случае победы, Вы получите очень многое. Но, сир, а что будет в случае поражения? Я понимаю, что Вам, сир, это не очень нравится. Но надо рассматривать все варианты исхода Восточной компании.
– За зиму я заключу, союзные договора с Литвой, Польшей, Данией, Империей. А орденцы обещали помочь с османами. Это очень мощная коалиция.
– Согласен. Но так ли едина эта коалиция? Как сам кардинал сказал, Максимилиан, хоть и будет гадить Византийке, но гадить по мелкому. Воевать с Александрой он не будет. И насчёт того, что Максимилиан заключил мир с поляками, думаю говорить пока рано. Сама Литва и Польша сейчас ослаблены. Литва потеряла большие территории на севере. Её фактически отрезали от Балтики. И если Литва нападёт на Ливонию, туда моментально вмешается грандпринц Бэзил. А с юга вторгнуться варвары-кочевники. В прошлом году юг Литвы и часть Польши уже пострадали от сильнейшего набега кочевников. И с османами не всё так просто.
– А что именно?
– Увы, Ваше Величество, но брат Лоран забыл кое-что Вам сообщить. Да, османы сильны. И это признают все. Насчёт продать им олово и медь на пушки, идея не плохая. На этом, через посредников можно хорошо заработать. Хотя до последнего времени именно артиллерия осман считалась самой лучшей в Европе, сир. И это правда. Но только до тех пор, пока не появилась ещё более совершенная артиллерия. И эта артиллерия Ливонской волчицы. Я сомневаюсь, что турецкий султан сейчас ввяжется в борьбу против грандпринца Бэзила и его жены. Дело в том, что на востоке он сцепился в смертельной схватке с персами шаха Исмаила. Одно время османам удавалось теснить персов. Они захватили практически всю Анатолию. Но сейчас ситуация изменилась в плохую для них сторону. Персы, ранее не использовавшие огнестрельное оружие и артиллерию в том числе, вдруг стали её использовать и использовать интенсивно. Угадайте, сир, откуда они получили пушки?
– Византийка⁈
– Именно, сир. На стороне персов воюет так называемый русский Корпус. И персидский шах относится к ним очень благосклонно, даже не смотря на то, что они христиане. Ливонская волчица сумела договорится с сарацинами. И не только с персами. Но и с египетскими варварами-мамлюками. На стороне последних тоже воюет русский Корпус со своей артиллерией. Персы нанесли несколько крупных поражений османам и фактически отвоевали Анатолию так, что у них открылся прямой путь на Константинополь. И поэтому султан стал перебрасывать свои войска с Египта и Леванта с той его части против персов в Анатолию. Как, сир, Вы думаете, рискнёт султан пойти в такой ситуации ещё и на север? Я лично, сомневаюсь.
– Ай какая молодец. – Усмехнулся король. – Жаль, что я не её муж. Поддержала более слабого, против более сильного и стравила их. Пока они изматывают друг друга в кровопролитных битвах, она делает свои дела.
– Совершенно верно, сир. И последнее. Рассчитывать на то, что аристократия Moscow, сумеет сместить грандпринца и его жену с престола и уничтожить в результате мятежа, не стоит. Всё дело в том, что саму Ливонскую волчицу на Moscow, почитают, как святую. Якобы сама Дева Мария распростерла над ней покров свой. И защищает её.
– Что за ересь? Это богохульство! – Генрих был шокирован.
– Возможно, сир. Но в Moscow в это верят как простолюдины, так и аристократы. Якобы там не раз происходили чудеса явления Девы Марии Александре. И что многие это видели в том числе и примас русской Церкви. Он, кстати, поддерживает Ливонскую Королеву. И многие аристократы её поддерживают. А если говорить про грандпринца, то он очень жёстко держит власть в своих руках. Любое подозрение в умышлении против грандпринца, не повиновение или тем более подозрения в измене, и человек оказывается в тюремных казематах. Причём не имеет значения кто он, простолюдин или аристократ. Даже родичей своих не щадит. Знаете, сир, он даже своим младшим братьям запретил женится, чтобы они не смогли детей родить, пока у него наследник не родится.
– А вот это правильно! Молодец Бэзил. Всё правильно делает. Все эти родственники только и ждут, как убрать тебя с трона. Особенно братья. И не важно, родные или ещё какие.
– Совершенно верно, сир. Но сейчас грандпринц получил то, о чём мечтал. Сына. Ливонская волчица родила ему наследника. Мало того, она пообещала родить ему ещё сыновей.
– Откуда она знает, что потом у неё будут сыновья, а не девки?
– А об этом в Moscow, знают все. Королева сказала, что девочек у неё не будет, хотя она хотела. Но у неё будут только мальчики, сыновья.
Генрих внимательно смотрел на графа.
– Джордж, а откуда ты всё это знаешь? У тебя что, есть сеть шпионов?
– Увы, сир, шпионов у меня нет. На шпионов нужны средства, а я в этом ограничен. Но я умею слушать. Умею разговаривать с людьми. Особенно с купцами. Я собирал сведения по крупицам. Выслушивал многих купцов, привозящих сведения с разных концов, не только из Европы, но и из Азии. Много идёт лишнего. Но я привык вычленять главное.
– Я тебя понял, Джордж.
– Поэтому, сир, я прошу Вас, взвесить все за и против Восточного похода.
– Поздно, мой дорогой граф. Я уже дал согласие орденцам. И поход будет. Нравится тебе или нет.
– Не нравится. Но я буду следовать Вашему Величеству. Если Вы решили идти, я иду с Вами. Разрешите мне?
– Конечно, граф. Я буду даже рад…
…Кто обращает внимание на слуг? Никто. Особенно, если слуга из низших. Джейкоб, по прозвищу Крыса, был как раз из самого Лондонского дна. Ему исполнилось 15 лет. Его отец два года назад умер от чахотки. Его мама, Дебора или как обычно её звали Дебра, что значит пчела, на самом деле трудилась день и ночь, чтобы прокормить самого Джейкоба, по-мимо которого у неё на руках осталось две младших дочери 10 и 7 лет, и ещё один младший сын 4 лет отроду. Дебра работала прачкой, отстирывая одежду зажиточных горожан. Но заработанных денег тотально не хватало. Поэтому Джейкобу приходилось с малолетства заниматься добыванием пропитания. Ему повезло в том, что старший брат его матери, дядя Джон, работал истопником в королевском дворце. Вот, год назад он и взял Джейкоба к себе в помощники. Нет, Джейкобу никто за работу денег не платил, ещё чего не хватало. Но зато он мог питаться объедками на кухне. А иногда даже что-то приносить домой, вечно голодным сестрёнкам и братику. Так как дядя работал истопником и следил, как и ещё несколько истопников за отоплением дворца, то он и рассказывал племяннику, как устроена система отопления. Все дымоходы. А по мимо этого Джейкоб узнал о слуховых окнах. И самое главное, на участке Джейкоба находилось слуховое окно, благодаря которому он мог слушать то, что говорят у самого короля! Если бы кто узнал, ему сразу отрубили бы голову. Но, конечно же, Джейкоб об этом никому не говорил, ибо собственная шкура дороже. Сегодня же, Джейкоб особенно внимательно слушал всё, что произносилось в кабинете у короля. Слушал и запоминал. Несмотря на хроническое недоедание, тщедушное тело, памятью Джейкоб обладал феноменальной. Да и вообще, у мальчишки был живой и изобретательный ум. Находчивость и изворотливость. Вечером, как обычно, дядя отпустил его домой. Джейкоб сумел раздобыть немного объедков из королевской кухни и отнёс это домой в их с мамой, сёстрами и братиком полуподвальное помещение, состоявшее из двух маленьких комнат. Сестрёнки с братом встретили Джейкоба, как обычно, голодными глазами, в которых была надежда, что старший брат принесёт им что-нибудь. Он принёс. Они накинулись на еду. Матушка Джейкоба сидела на скамье, смотрела с болью на своих детей.
– Слава богу, хоть тебя, сынок, Джон пристроил.
Джейкоб подошёл к матери, сел рядом с ней на лавку. Обнял её.
– Мам, ты потерпи немного, скоро всё изменится.
– Что изменится, сынок? Нет, Джейкоб. Нам на роду написано жить в нищете и лишениях. Голодать. Я представлю только, что ждёт Элизабет и Кэти, мне жить не хочется.
Джейкоб понимал, что Элизабет и Кэти уготована судьба стать уличными шлюхами, чтобы заработать себе на хлеб или хотя бы пару пенсов. И Джейкоб этого не хотел, так как сильно любил своих сестёр и брата. И полгода назад у него появилась надежда изменить свою жизнь и жизнь своих родных и близких к лучшему. Как-то он пришёл на рынок. Стоял, смотрел на ряд, где продавали колбасы, окорока и прочую вкуснятину. Глотал слюни и уже хотел попытаться украсть кусок кровяной колбасы, как на его плечо опустилась грубая мужская ладонь. Джейкоб дёрнулся, но мужчина держал его крепко.
– Тихо, юноша, не суетись. – Проговорил высокий мужчина, одетый в длинный плащ и шляпу с большими полями. На ногах у него были высокие сапоги. Этот человек явно не был голодранцем. Джейкоб испугался. Первой его мыслью было, что сейчас его потащат в городскую стражу, где обвинят в покушении на кражу.
– Господин, я ничего не делал. Отпустите меня, прошу Вас.
Мужчина усмехнулся.
– Ничего не делал, конечно. Ты просто не успел сделать. Ты хотел украсть кусок колбасы. И не отпирайся. Если бы я тебя не остановил, тебя бы поймали и отрубили бы тебе руку или того хуже, повесили бы. Поэтому считай, я спас тебе жизнь. Тебя же зовут Джейкоб?
– Да, Господин. Откуда Вы меня знаете?
– Я много чего знаю. А ещё знаю, что вот уже полгода ты помогаешь старому Джону, который работает одним из истопников во дворце. Я прав?
– Прав, Господин.
– Ну вот видишь. Ты есть хочешь?
– Кто же не хочет, Господин? Покажите мне этого дурака, и я буду долго смеяться.
– Молодец. Пошли, я тебя накормлю, заодно и сам поем. Не бойся, Джейкоб, я не причиню тебе вреда.
Мужчина отпустил Джейкоба и пошёл по направлению к таверне, что находилась рядом с торговой площадью. Первым желанием Джейкоба было дать дёру. Он и хотел это сделать, ибо поверить, что кто-то хочет его накормить за просто так, было невозможно. Мужчина оглянулся. Посмотрел на Джейкоба, потом сказал:
– Выбор за тобой. – И продолжил свой путь к таверне. Джейкоб смотрел мужчине вслед. Подумал, а почему бы и нет? Сбежать он всегда сумеет. И пошёл вслед за мужчиной. В таверне, незнакомец заказал похлёбку из ухи, варёного мяса, тушёной капусты и полкаравая свежего хлеба. Себе кружку слабого эля. Сидел пил его и смотрел на Джейкоба, который с жадность выхлебал всю миску похлёбки и теперь поглощал куски мяса. они сидели в уголке таверни, на них никто не обращал внимания. Мужчина продолжал смотреть на подростка. Потом неожиданно сказал:
– Джейкоб, скажи, ты знаешь, какая судьба ждёт тебя и твою семью?
– Никто не знает, Господин, кому и какая судьба уготована.
– А вот здесь ты ошибаешься. У тебя и у твоей семьи есть два варианта судьбы.
Джейкоб даже есть перестал. Смотрел недоумённо на мужчину.
– А Вы, Господин, откуда знаете? И какая судьба ждёт меня?
– Всё очень просто, мой юный друг. Здесь не надо быть семи пядей во лбу, чтобы предсказать твою судьбу. Ты будешь жить впроголодь. Работать за объедки помощником истопника. Возможно, заменишь, когда-нибудь своего дядю. Повторюсь, возможно заменишь. А возможно и нет. Или попадёшься на краже и тебя повесят. Или умрёшь в расцвете сил, как твой отец от чахотки или ещё какой болезни. Либо тебя зарежут такие же оборванцы, как и ты. Твоя мать очень рано состарится и умрёт до срока. Твои сёстры станут уличными шлюхами, тем более Элизабет вот-вот войдёт в возраст девушки. А возможно, какой-нибудь ублюдок и такой её изнасилует. Твой младший брат повторит твою судьбу. Как видишь, ничего хорошего впереди тебя и твоих близких не ожидает. Согласен?
Джейкоб даже есть перестал. Отложил кусок хлеба и не доеденный кусок мяса. Смотрел на доски стола. Этот человек сказал всё правильно. Именно такая судьба ждала его самого и его родных, что больно било по его душе. Джейкоб поднял на мужчину взгляд. В его глазах была злость и слёзы.
– Зачем Вы мне, Господин, это сказали? Что Вам от меня надо?
– Я хочу, Джейкоб, предложить тебе изменить свою судьбу. Изменить жизнь не только тебе, но и твоей семье. Как ты посмотришь на то, что твоя семья никогда не будет знать нужды? Никогда не знать голода и лишений? Твои сёстры вырастут благопристойными девушками, а потом выйдут замуж за достойных людей. Твоя мать не будет уродовать себя каждодневной изматывающей работой, а станет допропорядочной и зажиточной горожанкой и миссис. А ты, а потом и твой младший брат выучатся и станут, например, офицерами. А став офицерами ты и твой брат могут стать дворянами. Как ты на это смотришь, Джейкоб?
– Вы сейчас пошутили, Господин?
– Я разве похож на шутника?
– Но пойти учится, на это надо много денег, которых у моей семьи нет.
– Об этом можешь не беспокоится. Ты будешь обучаться бесплатно. В Корпусе все обучаются бесплатно, мой юный друг. За счёт казны. И Корпус позаботится о твоей семье.
Джейкоб тогда впервые услышал термин Корпус. Он слушал этого человека заворожённо. Джейкобу, который мало хорошего видел в этой жизни, так хотелось верить, что всё можно изменить в своей жизни.
– Что такое Корпус, Господин?
– Что ты знаешь о рыцарских Орденах?
– Они дают обед безбрачия и называют друг друга братьями. И они все воины.
– Так вот, Джейкоб, Корпус больше, чем любой из рыцарских Орденов. И обед безбрачия давать не надо. Корпус, это армия. Корпус, это новая жизнь. Корпус даёт возможность детям из низших сословий, стать офицерами и подняться выше, стать дворянами. Джейкоб, я тебя не заставляю. Я предлагаю тебе выбор. Либо ты меняешь свою судьбу и судьбу своих близких, либо остаёшься как был. В этом случае, я уйду, и ты меня больше не увидишь. Я найду того, кто захочет изменить свою судьбу. Но это будешь уже не ты. Такой шанс даётся только раз в жизни. Второго не будет. А теперь думай, Джейкоб.
– Что я должен делать, Господин? Ведь не просто так мне это предлагают?
– Конечно, не просто так. Сначала ты должен доказать, что ты достоин стать частью Корпуса. А когда станешь частью Корпуса, тогда Корпус будет отвечать за тебя.
– Что я должен делать? Ведь я никто.
– Ошибаешься, Джейкоб. Ты помощник истопника. Ты знаешь все дымоходы и слуховые окна. Так ведь?
– Да, Господин.
– Мне надо знать всё, о чём говорит король со своими ближниками. Слово в слово. Ты готов к этому? Подумай хорошо. Я тебя не тороплю. Сделай свой выбор правильно, Джейкоб. А сейчас я ухожу. Я ещё оплатил тебе еды. Её сейчас принесут. Это твоим родным. Если не захочешь быть частью Корпуса, не приходи сюда. А если захочешь, я буду ждать тебя каждый пятый день недели здесь. Удачи, Джейкоб.
Мужчина встал, кому-то кивнул и быстро вышел из таверны. Джейкобу принёс в пакете еды сам хозяин таверны.
– Это для Вас. – Сказал он.
Джейкоб ушёл домой тогда. Сёстры и младший брат были счастливы, поедая то, что он принёс.
– Джейкоб, где ты это взял? – Спрашивала мама. Но он только качал отрицательно головой.
– Это не важно мама.
Спустя неделю, он пришёл в таверну. Сел за тот же стол, где они сидели с незнакомцем. Джейкоб не понял, откуда появился этот человек. Но он подошёл и сел напротив Джейкоба.
– Здравствуй, Джейкоб. Надумал? Какое решение ты принял?
– Я готов, Господин. Я принял решение. Обещайте мне, что если со мной что-то случиться, вы позаботитесь о моей семье⁈
– Об этом можешь не беспокоиться…
С тех пор, помощник истопника в королевском замке, стал резидентом Корпуса в Лондоне. Его так и назвали в Москве – Лондонский резидент. Джейкоб Робертсон стал самым ценным приобретением Особого отдела Корпуса.
Вот и в этот день, всё услышанное через слуховое окно, Джейкоб запомнил слово в слово. Вечером, на встрече с Яковом, так назвался вербовщик Джейкобу, он всё, слово в слово рассказал своему связному.
– Ты точно всё сказал так, как услышал? – Спросил Яков.
– Да. У меня хорошая память. Я всё запоминаю слово в слово.
– Спасибо, Джейкоб. Если всё так, как ты сказал, то ты оказал неоценимую услугу Корпусу.
– Скажи, Яков, если это так, тогда когда я буду учится, а моя семья избавиться от нищеты, как ты обещал?
– Скоро Джейкоб. Осталось последнее. Узнать, когда именно Король двинет свой флот против Швеции. Это последнее твоё задание. После этого, тебя и твою семью вывезут. И это правда, Джейкоб.
– Я всё понял. Хорошо. Я сделаю всё.
– Давай, малыш. Сделай это и Корпус позаботится о тебе…
Москва. Кремль. Начало декабря 1515 года от Рождества Христова.
– Матушка. – Ко мне в кабинет зашла Марфа.
– Проходи, садись, дорогая. Что-то случилось?
– Случилось, Матушка. Это только что пришло из Лондона, от нашего там резидента. Почитай.
Она передала мне свиток. Я развернула его и стала читать. Чем больше читала, тем больше у меня глаза готовы были выскочить из орбит.
– Ах ты сопляк поганый. Ты кем себя возомнил? Новым Александром Македонским, мать твою!!! – Не сдержалась я. В этот момент в мой кабинет зашёл Василий. Он удивлённо посмотрел на меня.
– Сашенька, ты чего это ругаешься? – Спросил он. Марфа моментально вскочила на ноги.
– Государь??? – Он ей махнул рукой.
– Садись. Марфа… Саша, что случилось?
Я протянула ему свиток.
– Почитай, Великий Государь. У тебя решили оттяпать север. Плюс уничтожить династию Стуре в Швеции, твоего будущего свата. И заодно уничтожить тебя, меня и наших детей. Почитай, дорогой!
Эмоции меня переполняли, я даже сидеть не могла, встала и стала ходить по кабинету, пока Василий читал. Смотрела на него. Его брови изгибались всё больше и больше. Наконец, он посмотрел на меня.
– Они что, мятеж у меня замыслили?
– Да, Василий. У них на нас далеко идущие планы.
– И кто мятежник? Тут не сказано.
– И не будет сказано поимённо. Здесь подразумевается наша аристократия, старомосковское боярство. Плюс твои братья.
– Кто именно из братьев, Саша? Андрей уже сидит в каземате Разбойного приказа.
– Василий…
– Саша, хватит. Сколько раз мы с тобой говорили насчёт этого? Почему ты так заботишься о них?
– Это твои единокровные братья, Василий. Я не хочу, чтобы на тебя легло ярмо братоубийцы, как на окаянного Святополка. Нам нужны железные доказательства причастности того или иного твоего родича к мятежу или измене. Андрей уже подставился и доказательства его воровства и татьбы у тебя есть. Но он всего лишь пешка. Кукловод другой. И пока мы его не уничтожили, опасность сохраняется. Я не верю, что все твои братья в этом замешаны. А ты как хочешь сделать? Всех своих братьев под одну гребёнку? Нет, Василий, я против этого. Хотя ты Государь и волен поступать, как знаешь. Но моё мнение на этот счёт ты тоже знаешь.
– Хорошо, Саша. Я знаю твою позицию и, если честно, удивлён. Я не буду трогать своих остальных братьев, пока ты не получишь доказательств. Но за Андрея ты же не будешь заступаться?
– Нет. Ты волен поступить с ним, как сочтёшь нужным. Все доказательства его предательства у тебя есть. И я слова за него не замолвлю. Меня сейчас беспокоит другое.
– Что именно?
– А если они и правда высадятся на севере?
– Вот о чём тебе надо меньше беспокоится, так именно об этом. – Василий откинулся на спинку стула, на который сел. Смотрел на меня улыбаясь.
– Это почему? – Я если честно не совсем понимала супруга. Он покачал головой.
– Здесь главное что? А главное, это знать место их высадки. Сколько они за один раз могут прислать войск? Не так много по сравнению с тем, сколько я приведу. Ведь им нужно ещё и свеев воевать, так ведь? При этом, даже то, что там бухта не замерзает, всё равно время их плавания по тем морям ограничено. Там бывают очень сильные бури и шторма. Я знаю о чём, вернее, о какой территории на моём севере идёт речь. Я там планирую заложить город. Место там на самом деле очень удобное. Так вот. Если они могут туда привести ограниченное число воинов, то я могу привести туда гораздо больше и в любое время, будь то лето или зима. Понимаешь? Я в этом деле ничем не ограничен. Людей я туда пошлю, чтобы предупредить местных поморов, чтобы в случае появления чужих кораблей, сразу же уходили и ждали наших воинов. А с твоей артиллерией, я выбью их очень быстро. Тем более, укрепится достаточно они не успеют. И хорошо, если они успеют погрузится на свои корабли и сбежать, а если нет? Так что о севере не думай, думай о свеях и о своей Ливонии.
– Спасибо, Василий. – Некоторое время я молчала, прикидывая варианты намечающейся войны с англичанами и датчанами. Даже тихо рассмеялась. Марфа с Василием посмотрели на меня с удивлением.
– Ты чему радуешься, Александра? – Спросил Василий.
– Да вот представила. Знаешь, я брала в полон графов разных, князей и даже герцогов. Но вот королей я ещё не брала. А ведь у меня будет шанс захватить Тюдора, раз он сам решил возглавить свою армию и флот. Хорошо бы с ним Кристиан пошёл бы на английском флагмане «Мэри Роуз». Хотя в этом у меня большие сомнения. Датчанин скорее всего пойдёт по земле. Максимум это пересечёт пролив, отделяющий Швецию от Дании. А то так бы хорошо было. Раз и два короля у меня с цепью на шее в тюремном каземате Вендена. Присоединились бы к другим высокородным пленникам.
Василий округлил глаза.
– Саша, а что, Грифичи сидят у тебя в порубе с цепью на шее?
– Ну не совсем с цепью на шее. Но и того, что им причитается по их статусу, они не получают. Пусть сначала заплатят мне. – Я опять засмеялась. – Правда им для этого придётся заложить всю свою Померанию. Но это не мои проблемы. Нечего лезть ко мне. Вон Аннушка Радзивилл, сколько губы поджимала и угрожала сначала мне, потом просила, даже на коленях, только я не богадельня, прощать. Пусть скажет спасибо, что боле-менее её и её щенков кормят и пока я не заставляю её стирать подштанники моих кадетов, хотя обещала ей это. А Тюдора я вообще разорю и раздену до исподнего. Ему придётся всю свою Англию обобрать, чтобы выкупится. Хорошо бы и Кристиана прихватить… Эх. Но это будет слишком большой удачей.
– Саша, разве так можно? Что о нас в Европах скажут? – Попенял мне супруг. Я упёрла руки в боки.
– А что они скажут? Они и так говорят, что мы варвары, хотя сами в свои купели залезают раз в год, прямо в одежде, чтобы помыться и постираться заодно. И лучше они о нас говорить не будут, Василий, даже не надейся. Так что, какая разница, что скажет про нас тот или иной европейский петух. Нам наплевать на это. Пусть мы останемся в их глазах варварами, главное, чтобы они к этим варварам не лезли, ибо себе дороже станется. Мы же скифы, сарматы, на мир глядим раскосыми и жадными глазами. – Глядя на мужа, усмехнулась, на столько у него стали от удивления большие глаза. А потом начала читать ему Блока:
Мильоны – вас. Нас – тьмы, и тьмы, и тьмы.
Попробуйте, сразитесь с нами!
Да, скифы – мы! Да, азиаты – мы,
С раскосыми и жадными очами!…
Глава 27
(Картинка сгенерирована Анастасией Гречишкиной специально для «Александры-2»).
Кому то в шахматы скучно играть.
Тут правило одно – игру поменять,
Чтобы зашло команде всей.
И это русская игра – хоккей.
Задумал островной король
Повоевать на Балтике.
Дал ему денег злющий тролль,
Но эти деньги для него превратятся в фантики.
Ему на поле шахматном
Франциск объявит шах.
И выдворит приватно
На острова обратно
Бегом и впопыхах.
А королева с королём
В хоккей сыграют с ним вдвоём.
И чтоб запомнил с кем народ
С коробки выкинут за борт.
Zay…
Московская Русь. Москва. Территория Корпуса. Начало декабря 7024 года от Сотворения мира (Середина декабря 1515 года от Рождества Христова).
Я стояла на середине нашего, корпусного стадиона, на льду. На мне были тёплые штаны, шерстяное платье немного ниже колен, но с небольшими разрезами по бокам. Короткая до попы соболиная шубка. На голове платок и сверху шапка-кубанка с красным атласным верхом. На руках варежки. На ногах мои коньки. На игровом хоккейном поле замерли легионеры. Наши кадеты-хоккеисты. Все они были одеты так, как мы в своё время оделись с Еленой, чтобы показать первый в этом мире хоккейный матч. Конечно, в виду того, что пластика ещё не было, вся защита игроков была из деревянных дощечек. На головах толстые войлочные шапки, обшитые сверху кожей, с решёточками из металлической проволоки, защищающей лицо игрока. У всех клюшки, вырезанные из дерева. Все на коньках. Вратари защищены дополнительно, как и полагается. Всю зиму прошлого года и начала этой зимы, парни учились кататься на коньках, которые заказывали уже известному мастеру. К этому времени отобранные в команды кадеты уже умели более-менее стоять и кататься на коньках. Постоянно тренировались, гоняя шайбу с азартом. После окончания занятий, свободное время все кадеты, кроме дневальных и дежурной смены бегали на каток, смотреть, как их более счастливые товарищи тренируются и завидовали им. Конечно, мои палатины тоже не отставали. Поэтому я распределила их по трое в каждую команду. Одна команда, «волки», была под моим патронажем. Вторая «медведи» под патронажем Елены. Мало того, на спинах хоккейных футболок «медведей» по повелению Елены была вышита надпись: «Спартак». Каждая команда имела свои цвета – «волки» зелёный цвет, «медведи» синий. И надписи на груди «волки» и «медведи». А так же на спинах порядковые номера арабскими цифрами. Сегодня был объявлен выходной день. Занятия в Корпусе отменены. Все кадеты, опять же за исключением дежурной смены и караула были здесь. Был весь офицерский состав Корпуса и самое главное, приехал Великий Князь, посмотреть на игрища, которые устраивали Великая Княгиня Московская, она же Царица Ливонская и её сестра, Царевна Елена. Она тоже была на льду, одетая так же, как я, только на голове у неё была шапка из чернобурки с хвостом, свешивавшемся на спину.
Естественно, с Василием приехали и бояре. Для зрителей сделали специальные посадочные места, в виде лавок, поднимающиеся уступами в верх. Всё, как на стадионах 20 и 21 века. Государь сел в центре. Я ещё подумала, м-да, теперь верхние лавки будут пустовать, ибо выше Великого Князя сесть никто не решился. Вообще слух, о том, что у кадетов будут происходить какие-то игрища, разлетелся по Москве. Возле забора, которым была огорожена территория Корпуса собралось довольно много народа. Всем было интересно. Я распорядилась пустить старшин слобод Москвы и её так называемых концов. Народа вокруг ледовой арены было много. По моему распоряжению кадеты из первого курса разносили пироги с мясом, грибами, зайчатиной, дичиной, капустой и прочими начинками. Расстегаи и калачи. Так же наливали всем желающим горячий сбитень и даже чай. Недалеко стояли самовары, которые сделали полгода назад по указанию Елены. Самовары были большие пятиведёрные и сейчас во всю топились щепой и шишками. Кипяток наливали в глиняные кружки, туда же добавляли сухую смесь из иван-чая. Одним словом, организация первых спортивных соревнований была на высоте для этого времени. Елена прокатывалась вдоль строя своих легионеров туда-сюда.
– Мальчики, – вещала она, – мои чудо-богатыри, легионеры! Я надеюсь, что сегодня вы покажите, что значит русский медведь!
Я спокойно стояла по середине ледяной арены. Слушала Елену, улыбалась и качала головой. Наконец, мне это надоело. Я подняла руку.
– Внимание! Царевна Елена, прошу проследовать в зрительный зал.
– Я ещё не все напутствия сказала. – Крикнула она в ответ.
– Я сказала в зрительный зал, на лавку! – Повысила голос. – Или я тебя на скамью штрафников пожизненных посажу, без права голоса!
– Чего сразу ругаться то⁈ Злая ты, сестра! Мальчики, победа будет за нами! Я в вас верю! – Она потрясла сцепленными вместе ладонями в варежках над головой и покатила к бортику арены. Вскоре заняла своё место возле мужа. Он тоже здесь был, вместе со старшими Вяземскими. Была тут и Евдокия со своим супругом. Присутствовал и Иван Васильчиков, один из моих лучших офицеров-артиллеристов. Рядом с ним сидела на трибуне и его молодая супруга Паула. Да, поженила я их. В конце ноября. На свадьбу приезжал отец Паулы князь и контр-адмирал Пандольфо Малатеста. Вообще свадьбы было три. Иван Васильчиков с Паулой. Илья с Настей Рукавишниковой и Божен с моей Фросей. Все три свадьбы в один день. И гуляли их в Кремле. Я настояла. Василий сначала не хотел, но я сумела его убедить. Особенно вечером, когда остались с ним одни. Гуляли весело, три дня. Первый день в Кремле. Второй в тереме князей Васильчиковых и третий на территории Корпуса. Тут же на трибуне сидели и мои сержант-дамы. Все тепло одетые. Так же на трибуне находился и Ульрих, Третий Герцог Вюртемберга. Он, в отличии от Герцога Баварского Вильгельма IV, который после возвращения из похода на Казань и Астрахань с войсками Великого Князя Московского, в Москве побыл не долго и отбыл к себе домой с богатыми трофеями и моей наградой. Так как Большим Крестом Железного Креста он уже был награждён, по итогам Литовской компании прошлого года, то теперь я наградила его Железным Крестом второй степени. Ему осталось заслужить только Железный Крест первой степени и Вильгельм бы стал полным кавалером Железного Креста. А вот Ульрих Вюртембергский, так же награждённый мною за спасение Елены, при попытки похищения её тамплиерами, Большим Крестом Железного Креста и награждённый так же, как и Герцог Баварский, по итогам Казанской и Астраханской компании Железным Крестом второй степени, покидать Москву явно не спешил. Оно и понятно, учитывая его не простые отношения с Императором Максимилианом, который насильно женил его на своей племяннице, Сабине Баварской, которую он не только не любил, но и ненавидел. Поэтому, ничего хорошего его в Империи не ждало. Большую часть своих рыцарей и ландскнехтов он отпустил домой, оставшись только с малой свитой. И сейчас так же находился на трибуне, с интересом рассматривая ледовую арену и наших с Ленкой легионеров. Стоит сказать, что в Казанском и Астраханском походе, а потом при проживании в Москве, Ульрих пристрастился ходить в баню, нагонять там высокую температуру, хлестал себя веником и ревел как тур от удовольствия.
