Текст книги "Александра. Большая игра 2 (СИ)"
Автор книги: Олег Ростов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 34 (всего у книги 102 страниц)
– Марк Септимий Дука! Друг мой. – Император Рима Цезарь Луций Аврелий Вер Август. Он распахнул объятия и сжал руками плечи вошедшего полководца.
– Мой Цезарь. – Вошедший, левой рукой держал на сгибе шлем, правой, сжав в кулак ударил себя по груди.
– Полно, Марк. Проходи. Выпей со мной вина. – Цезарь хлопнул в ладоши. Появился раб с подносом и с склонившись замер. На подносе стоял серебряный кувшин и два золотых кубка. Император сам налил Марку Септимию Дуке вина. Протянул кубок. Тот взял. Император взял свой с вином. Они сделали несколько глотков. – Марк, ты у меня один из самых лучших и результативных полководцев. В провинции Нижняя Германия активизировались эти варвары. Вождём у них некий Зигфрид Хибелунг. Они постоянно совершают набеги на пограничные крепости. Прорывают линии укреплений и разоряют наши земли там. Совсем недавно мне доставили оттуда плохие новости. В одной из битв, этот Зигфрид нанёс поражение сразу двум нашим легионам. Мало того, XXII потерял своего орла. Они позволили захватить варварами своей Аквилы. Я хочу поручить тебе прибыть в провинцию Нижняя Германия и решить вопрос с этим Зигфридом. Под твоё командование отдаю IX Испанский. Его сейчас перебрасывают из Британии. Так же по прибытию заберёшь себе остатки ХХII легиона. Я отдал повеление расформировать его. Плюс к тебе в подчинение переходят вспомогательные войска провинции и пограничная стража. Ты готов отправится туда?
– Готов, мой Цезарь. Твоё слово закон для меня.
– Я знал это. И знаю, что кроме тебя никто лучше с этим не справится. Сейчас выезжай в Македонию. Там встретишь свой легион. Назначаю тебя в Нижней Германии легатом Августа пропретора. Вся полнота власти там будет у тебя.
– Благодарю тебя, мой Цезарь.
– Марк, что хочу сказать. Этот Зигфрид, как мне докладывали воюет не один, а на пару со своей варварской женой, некоей Брунхильдой. Привези мне её в клетке.
– Как пожелает мой Цезарь…
Картинка сменилась.
…Вечер, горят огни светильников, освещая великолепную виллу.
– Марк⁈
Марк Септимий Дука обернулся. К нему подошёл мужчина лет сорока. В парадной лорике и с богатым гладием на поясе. В руках он держал золотой кубок.
– Марк, я слышал ты выезжаешь завтра в Нижнюю Германию?
– Да, Антоний. Мне Цезарь дал личное поручение, разобраться там с варварским рексом и его воинственной женой. Некий Зигфрид и Брунхильда. Варварские имена, даже выговорить не сразу сможешь. Цезарь пожелал, чтобы я привёз ему эту амазонку в клетке. – Марк Септимий Дука усмехнулся.
– Марк, друг мой, я бы не был столь весел. Там не всё так просто, как может показаться. Варваров там, как ос в осином гнезде. Все эти алеманы, квады, бриганты, бургунды, готы и ещё, демоны их забери, сколько.
– Не всё ли равно, сколько там варваров. Или ты думаешь я не сражался с ними в Сирии, Испании и Галии?
– Сражался, я не спорю. Но дело не в этом. Марк, ты же рассчитывал на то, что тебя отправят легатом пропретора в Египет?
– Рассчитывал. Но Цезарь дал мне это поручение и я должен его выполнить. А отдыхать и наслаждаться египтянками буду позже.
– Я думаю, не будешь.
– Почему ты так решил, Антоний?
– Место в Египте отдадут другому. Против тебя кто-то хорошо играет.
– Ты думаешь?
– Я, скажем так… Предполагаю. У меня хорошие источники получения сведений. Этот кто-то из претории. Мне надеюсь говорить не надо, кто именно? Он для своего родственника Египет приберегает. Поэтому Цезарю и нашептали, что одного из лучших полководцев Империи лучше послать в Германские земли, решать вопрос с местными варварами. И он наверняка не горит желанием, чтобы ты вернулся оттуда досрочно. Так что, Марк, будь осторожен.
– Спасибо, Антоний. Кто предупреждён, тот вооружён…
Картинка опять сменилась.
…Дым пожарищ. Поле, усеянное телами погибших и раненых. Мёртвые варвары чередуются с погибшими легионерами. Марк Септимий Дука, ехал на коне мрачнее тучи. Сколько он здесь уже⁈ Четыре года. Четыре года сплошной войны. Одних варваров убиваешь, на их место приходят другие. Причём в числе вдвое больше. А ему год из года приходит всё меньше и меньше пополнений.
Легату подскакал центурион.
– Легат, мы окружили их.
– Кого?
– Зигфрида и его жену. Далеко они не ушли. Сам варвар ранен. Зигфрида, фактически, тащила на себе его жена, Брунхильда.
– Показывай.
Они проскакали в сопровождении всадников, среди которых была и часть турмы парфянской конницы, ещё с полмили и Марк, наконец, увидел, почти на самой опушке леса двоих. Их окружили легионеры. Подъехали к ним ближе. Женщина стояла, расставив ноги и заняв боевую стойку. На ней была поверх грубой одежды волчья шкура. На ногах что-то похожее на сапоги, но из меха того же волка. Белокурые волосы заплетены во множество косичек. Ярко-синие глаза пылают ненавистью. В руках у неё странное оружие. Древко длинной в шесть локтей увенчанное лезвием, благодаря которому можно и колоть, и рубить. Рядом на земле стоял, но одном колене мужчина. У него тоже были светлые волосы, заплетённые в косички, как и борода. Он опирался на большой топор. На варваре были кожаные штаны и такие же лохматые толи сапоги, толи ещё что. Сам был раздет по пояс. На теле запеклась кровь. Голова тоже в крови. Он медленно поднял голову. В его глазах тоже была ненависть. Но при этом он усмехнулся. Сплюнул кровавую слюну.
– Сдавайтесь, варвары. Вам не уйти. Иначе погибните.
В ответ оба засмеялись. Смеялись зло, пока мужчина не закашлял. Опять сплюнул кровавую слюну.
– Ты думаешь мы боимся смерти, римлянин? – Похрипел он. – Нет. Это высшая награда для нас, умереть в бою. Мы уйдём к Вотану, пировать за его небесным столом. Но не обольщайся. У нас остались дети. Они придут сюда, на смену нам и приведут ещё больше воинов.
– А ты, женщина тоже считаешь, что ваши дети приведут ещё больше воинов? – Спросил Марк Септимий Дука. – Посмотри, почти всё поле усеяно вашими мёртвыми. Может пришла пора склонить головы перед Великим Римом?
Женщина опять засмеялась. Поудобней перехватила древко своего оружия.
– Не сомневаюсь. Мой муж сказал правду. Наши дети придут, приведут ещё больше воинов, чем было у нас. А потом ещё и ещё, пока они не сметут вас здесь. А после они пойдут на ваш поганый Рим и возьмут его.
Марк посмотрел на центуриона.
– Взять их живыми. Не дайте им убить себя.
– Да, легат.
Центурион взглянул на парфян.
– Возьмите их своими арканами…
Я затрясла головой, прогоняя наваждение. Что это сейчас было? Глюки или я реально схожу с ума? Всё так же горят факелы в подземелье и мои палатины смотрят на меня…
Глава 15
Открыта тайна, чудо совершилось.
Стою перед наследием своим.
Что Рим и слава Нибелунгов?
Растаяло всё словно дым.
И всё недостижимо как Гомункул.
Лишь связь времён
И мнимый предок мой,
Кровью обессмертивший дракона.
Их шлем и меч уж мне вручён
Не знаю я какой ценой?
Не превратиться бы в Горгону.
Мир точно будет потрясён.
Дракон мной будет приручён.
Zay …
– Матушка? – Палатины были обеспокоены.
– Всё хорошо. – Сняла шлем с головы. Положила в сундук гладий. – Божен, лорику назад в сундук.
– А Орла? – Задал вопрос Никифор.
– Орла нет. Орла я повезу с собой. Как выйдем наверх, сделайте мне или найдите древко. Прошла пора поднять вновь Орла IX Испанского легиона. Империя жива до тех пор, пока жив хоть один её солдат. А у нас будет целый легион! Эскалибур тоже не убирать. Дайте мне его сюда. – Отцепила шашку у себя с пояса. Отдала её Илье. – Шашку беречь, Илюша.
– Не сомневайся, Матушка. – Ответил он, принимая оружие. Я прицепила к поясу меч. В отличии от ножен гладия, ножны Эскалибура сохранились в идеально состоянии. Хотя о чём я? Между ножнами Эскалибура и римского гладия пропасть времени, в тысячу триста лет. Хотя ножны меча надо будет всё равно подправить. Может украсить их золотом или серебром?.. Хотя нет. Пусть будет так, как сейчас. Простые ножны для не простого меча. В этом и будет заключаться изюминка. Все остальные могут украшать ножны своих мечей, как хотят, хоть стразами обошьют. Да только все, глядя на эти простые ножны будут понимать, что все их мечи можно отдать оптом, как пучок морковки в базарный день, за один меч в простых ножнах. Представила себе физиономии европейских монархов, когда те узнают насчёт Эскалибура. А особенно лицо Франциска. Ведь всё произошло так, как я ему говорила и он стал королём Франции. Особенно мне интересно бы посмотреть на дядюшку Максика. Как бы его удар не хватил, узнай он сколько я сокровищ вывезла отсюда. Мне его даже жалко стало на пару секунд. А, нечего. И договор никто не отменял, и мои претензии по нему за испорченное имущество тоже. Так что будем урезать осетра. А то взяли моду пытаться обмануть и обобрать бедную женщину, у которой уже семеро по лавкам. И все детишки есть-пить хотят. Сыновьям путёвку в жизнь надо дать, в виде того или иного трона. Невест им приличных подобрать. Для дочки приданное хорошее надо собрать. Жениха достойного найти, чтобы стыдно перед людьми не было и за дочку душа не болела. А это не легко при таких прощелыгах, как дядя Макс. А сколько ещё всяких проходимцев и халяв будет, что рука устанет плетьми их разгонять. Так что всё в дом, в хозяйство, а оно у меня большое и будет ещё больше. И Вася у меня рачительный хозяин, тоже всё в дом, в семью. Вот Казань в дом принесёт, а потом и Астрахань. И всё, Волга наша. А там Урал на подходе. Господи, дел то сколько. И ведь везде глаз да глаз нужен. Кого по голове погладить, а кого и плетью перетянуть поперёк спины. А ведь ещё и Славку с Костиком растить, воспитывать. А сыновья меня вообще не видят. И Дашенька. Ей мамка нужна. Вот тут и пожалеешь, что авиации нет. А так села в лайнер и через пару часов ты уже за тысячи километров… Эх, Санька, ты о чём мечтаешь? Лайнер ей. Боинг с МС-21. И космическую ракету до кучи. Довольствуйся лошадьми и парусниками. На крайний случай Ленка тебе воздушный шар сварганит, можешь полететь куда-нибудь, куда ветер подует. Лётчица-налётчица…
Проверили остальные сундуки. Некоторые были наполнены монетами, в том числе и восточными – арабские золотые динары от самых первых, с изображением на лицевой части халифа Абд-аль-Малика из династии Омеядов, в полный рост с мечом в руках, конца седьмого века и до одного из последних халифов из династии Аббасидов Аль-Мути Лиллах. Монеты были хорошего качества с арабской вязью весом чуть больше 4 грамм чистого золота. Золотые персидские динары с профилем персидских царей. Золотые монеты халифов разных государств, которые возникли на осколках арабского халифата – государства Альмохадов и Аюбидов. Их золотые динары по весу были больше арабских, примерно 4,7 грамм чистого золота. Имелись и серебряные персидские драхмы с ликами персидских царей и арабские серебряные дирхемы с арабской вязью. Византийские золотые номисы или как их называли в Европе – солиды, бизанты или византины, весом 4,45 грамм с ликами императоров 10 века. Взяв горсть золотых динаров Арабского Халифата, глядя на них и медленно высыпая назад в сундук, тихо произнесла:
– Да, ребятишки, неплохо вы обобрали, не только всю Европу, но и Ближний Восток до кучи.
Пара сундуков, один большой и второй поменьше были забиты уже известными мне золотыми и серебряными флоринами 13 и 14 веков. Ещё были сундуки с золотой и серебряной посудой, украшенные драгоценными камнями – кубки, тарелки, чаши, потиры для христианского богослужения. Золотые и серебряные крестильные кресты, ковши, братины, золотые и серебряные ложки и даже двузубые вилки. А как они были украшены!!! Настоящие произведения искусств.
Один из небольших сундуков был доверху набит жемчугом. А в небольшом отсеке имелись даже и крупные чёрные жемчужины. В одном из больших сундуков были украшения, подвески, кольца, браслеты, серьги, диадемы, венцы, ещё что-то. Я уже не разбиралась.
Ещё в одном небольшом сундуке обнаружили головные обручи из золота и серебра. Тоже украшенные отшлифованными драгоценными камнями. Некоторые обручи имели зубчики, как у короны. Взяв один из них, золотой, в руки, увидела надпись на латыни: «Flavius Ttheodericus Rex Ostrogothorum», что в переводе значило: «Флавий Теодорих Король Остготов». Это что, корона Теодориха Великого, первого короля остготов? Не слабо. Взяла ещё один обруч с зубчиками. Там имелась надпись: «Geyserich est Rex Vandalorum Et Alanorum» – Гейзерих король вандалов и алан. Усмехнулась. Смотри ка короны древних варварских королей насобирали. Интересно, где они их откопали? Это же сколько времени прошло? Тысяча лет. Да, варварские королевства остготов, вестготов, вандалов и прочих возникли в 5 веке на развалинах Западно-Римской империи. Положила короны назад, взяла для проформы ещё один обруч, серебряный, с драгоценными камнями. Ага вот и надпись на латыни: «Gundobad, Filius Gunddioc Burgundiae, Patricius Romae Et Rex omnium Burgundiensium», в переводе на русский: «Гундобад, сын Гундиока Бургундского, патриций Рима и король всех Бургундов». М-да, весело! Крохоборы. Хотела уже закрыть сундук, как взгляд зацепился ещё за одну корону. Тоже обруч, золотой. Но в отличии от остальных у него крест на крест, в виде купола, к обручу крепились две золотые полосы. И корона была повреждена, словно её очень сильно обо что-то стучали или наступили ногой. Часть драгоценных камней, которыми была инкрустирована корона отсутствовали. Гнёзда под них были пустыми. Я вытащила её из сундука. Прочитав надпись, покачала головой.
– Господи, а эту то где откопали⁈
Палатины и Яков за мной внимательно наблюдали.
– Матушка, в что это в сундуке за кольца большие? – Спросил Богдан.
– Это, мальчики мои, короны древних германских королей, остготов, вестготов, вандалов, бургундов и прочих. Одним словом, седая старина. Но вот эта корона, несколько особенная. Она не принадлежит варварским королям, по-римски рексам. Это корона последнего Западно-Римского императора Ромула Августа. Этот император знаменит тем, что был последним императором Рима, но ещё совсем молодым, по сути отроком, на тот момент ему было 14 или 15 лет, и правил всего десять месяцев. Его сместил с престола Одоакр. Он командовал отрядом наёмников из германских племён. Сам он был из германского народа ругов или саксов. Корона повреждена. Кто-то или ударил по ней чем-то, или наступил на неё. Видите, она деформирована. Вот здесь на ободе надпись на латыни: «Dominus Noster Сaesar Romulus Augustus Pius Felix Augustus», что в переводе значит: «Ваш господин Цезарь Ромул Август Благословленный Счастливый Август». Да, ничего не скажешь, очень счастливый. А вообще, не все считали Ромула настоящим императором. Сами римляне называли Ромула Момиле, то есть, маленький позор. Звали его ещё Августёнком. Император Восточно-Римской империи, Византии Зенон Исаврянин не считал Ромула настоящим императором. И Одоакр, спустя четыре года после смещения Ромула с трона императора отослал в Константинополь имперские инсигнии, то есть знаки и атрибуты императорской власти. Странно одно, что корону Ромула Одоакр не отослал. Может потому, что она была повреждена? Или отослал? А эти барбосы их украли уже в Константинополе? – Последнее я произнесла тихо, скорее сама для себя, чем для палатинов. Положила корону назад в сундук. Усмехнулась. – Государь Василий Иоанович, супруг мой, большой любитель коллекционировать короны и разные шапки владетельных людей. Я думаю, он будет очень рад собрать у себя короны древних королей почти всей Европы. Хороший я ему подарок поднесу. Вот он сейчас берёт Казань. Думаю, он обязательно отберёт ханскую шапку у этого ничтожества хана Мухаммед-Амина. Хотя по мне, так надо ему её оставить. И кошму ханскую тоже. Всучить всё это Мухаммеду и отправить с богом куда подальше. Показать, что мы не жадные. Пусть едет в степь, раскладывает там кошму и надевает на себя шапку хана сколько хочет. Надевает и снимает. В степи. А мы Казань себе заберём. И на этот раз никаких ханов там не будет. И всё будет по-честному. Ему ханская шапка и кошма, нам Казань. Очень даже равноценный обмен… Что Богдаша, так смотришь на меня?
– Ничего, Матушка. А разве ханская шапка с кошмой дороже, целого города?
– Для кого как, Богдаша. Для маленького ничтожества, как Мухаммед-Амина очень даже дороже. Так он останется хотя бы в этом деле ханом, правда без ханства и вообще без порток, голодранцем, так как казну Великий Государь навряд ли ему оставит. Но это уже мелочи. Ладно, остался последний сундук. Яков, открывай его.
Яков похимичил с замком и открыл его. Откинул крышку сундука. Я смотрела на золотые изделия, которыми был набит сундук. Что-то знакомое. Вспомнился Крым, как я ходила туда в музеи. Всё верно. Золото скифов. М-да. То, что скифские курганы, как и гробницы фараонов начали грабить ещё в древности, это я знала. Но не ожидала здесь их увидеть. Неужели тамплиеры и сюда добрались⁈
Брала из сундука удивительные украшения скифов. Ещё будучи в Крыму, читала, что скифы были очень неравнодушны к золоту. Мало того, этот металл был чем-то сакральным у них. Искусство изготовления украшений и предметов из золота у скифов достигла наивысшего уровня для той далёкой эпохи. Чего стоит только один пектораль, женское и мужское украшение на грудь. Как искусно изготовлены и филигранно сделанные фигурки животных и людей. Потрясающе. А подвески, кольца и всё остальное. Но особо выделялась шапка-шлём. Полностью из золота. Так называемая Царская шапка. На ней была надпись на греческом. Греческий я уже знала. Не даром брала тайно уроки и Ленку натаскивала на этом. А то такой недочёт, греческие Цесаревны и не знают греческого. Хорошо, что нас не спрашивали и не проверяли на знание греческого. На царской шапке-шлеме имелись сцены войны, сражений. Сцены быта. И надпись на древнегреческом: «Σκύλουρος, βασιλεύς βασιλικός Ταυροσκύθων, πατήρ ογδοήκοντα υιών», что в переводе с древнегреческого значило: «Скилур, Царь Царских тавроскифов, отец 80 сыновей». Не слабо!!! 80 сыночков!!! Не дай бог, Васе такое сказать. Тогда мне проще сразу застрелится. Хотя я понимаю, что сыновей этому Скилуру не одна жена рожала, а целый гарем. Но у нас, христиан православных, гаремы запрещены. Но прецедент всё равно не хороший. Ладно пусть не восемьдесят сыновей, но хотя бы десять Вася может потребовать, чтобы хоть как-то приблизится к скифским царям. В голову пришла мысль, от которой я сама испугалась и попыталась её выбросить. Не, я понимаю, что моя легенда насчёт принадлежности нас с Еленой к Нибелунгам была на грани фола и мы прошлись по краю. Я рискнула, рискнула очень сильно, хоть и попала в десятку, так сказать пила сейчас шампанское даже не из бокала, а из фонтана. А сейчас, найдя материальные подтверждения этой легенды только ещё больше укреплю веру всей европейской тусовки в то, что мы с Ленкой реальные потомки Зигфрида и Брунхильды. Но мысль, которая пришла мне в голову, когда я рассматривала шапку-шлем, была вообще на грани безумия. Мне, конечно, везёт. Как говорится прёт фарт, как горбуша в маленькую речку в период нереста. Но здесь будет уже явный перебор. Нет, не по отношению ко мне, мысль пришла провернуть тот же трюк, как и с Нибелунгами, только более масштабный. В результате которого, Вася будет иметь законное право на Крым и всё Причерноморье, как потомок скифо-сарматского царского рода… Так, если память мне не изменяет, а она мне не изменяет, в Крыму читала, что тавроскифами скифов стали звать в период натиска сармат, когда те стали вытеснять их в Крым из Причерноморья во втором веке до нашей эры. А это почти две тысячи лет, а точнее тысячу семьсот лет. Даже больше, чем у меня. Но если доказать, что Рюриковичи имеют прямое отношение к этому царю, тогда никто не пикнет, если Вася заявит свои права на всё Причерноморье и Крым. Конечно, исключение османы. Они, естественно, будут против. Но они в этом плане безродные голодранцы огузы, предки которых лизали копыта скифских коней, так как до своих сапог скифо-сарматы их не допускали. А значит они никто и звать их никак. Воры, укравшие чужое. Если такое заявить, то Селим точно сожрёт свою чалму. Да, заманчивая мыслишка. Но слишком опасная. Если моя махинация раскроется, то всё, что я тут сделала полетит в тартарары. И меня, а заодно и Ленку повесят, как простую мошенницу, или колесуют. Или ещё хуже, сожгут, как ведьм. Меня от этих мыслей даже передёрнуло. Нет, надо всё хорошо обдумать. Всё взвесить. А пока отложим это в долгий ящик.
Положила золотую царскую шапку-шлем назад в сундук. Закрыла крышку. Яков повесил замок назад.
– Так, мальчики. Надо дополнительные доски, чтобы укрепить настил над ловушкой. Нужны катки, чтобы прокатить на них тяжёлые большие сундуки. Те, которые поменьше, вынесут на руках. Всё, начали. – Парни рванули наверх.
Сама тоже прошла на выход из подземелья. Поднялась. Солдаты и матросы смотрели на меня в ожидании. Я улыбнулась.
– И так, поданные мои, чудо-богатыри. Сейчас нужно поднять всё моё наследство из подземелья. Погрузить на корабли и вернуться домой. Вас всех ждёт большая награда.
– Слава Королеве Александре! – Крикнул кто-то. Его поддержал многоголосый мужской ор.
Народ начал суетиться. Заметила, как косятся на меч, который висел у меня на поясе. Ко мне подошли сержант-дамы.
– Матушка, а почему ты отдала свою саблю Илье, а сама надела на пояс этот меч? – Спросила меня Ксюша.
– Это не простой меч, Ксения. Паула, Агнешка, вы слышали легенды о Короле Артуре и рыцарях круглого стола?
– О, да! – Воскликнула Паула. – Я читала Вульгатский цикл. Там не только про короля Артура, но и про его рыцарей. Про Ланселота, Гавейна, Галахада, Персиваля и других рыцарях.
– А я читала «Смерть Артура» Томаса Мэлори. Я так плакала. – Пояснила Агнешка. Ксения смотрела на своих подруг удивлённо. Потом перевела взгляд на меня. В этот момент в церковь зашёл контр-адмирал. Подошёл к нам. Я стала объяснять Ксении кто такой король Артур
– Ксюша, сказания о короле Артуре и рыцарях круглого стола, это своего рода эпос, сказания о короле бриттов. Его рыцари искали святой Грааль и спасали благородных дам, таких как ты, как Паула, Агнеша, Саша Ходкевич и Айтан.
– Да, моя дочь помешана на этом короле Артуре. – Усмехнулся Пандольфо.
– А такой король на самом деле жил? – Спросила Ксения.
– Конечно, жил. – Тут же ответила Паула.
– Ксюша, это было давно, почти тысячу лет назад. – Кивнула я.
– Вот именно, тысячу лет назад. И жил ли он, это ещё большой вопрос. – Продолжал усмехаться Пандольфо.
– Папа, как ты можешь? – Возмутилась Паула.
– Одну минуту, Паула. – Подняла я руку. Посмотрела на итальянского князя. – Пандольфо, скажи, как назывался меч короля Артура?
– А, это который он якобы вытащил из камня?
– Да, именно этот меч. – Кивнула я.
– Меч короля Артура назывался «Экскалибур». – Ответила за князя Агнешка.
– Точно, «Экскалибур». – Опять усмехнулся Пандольфо.
– Совершенно верно, Агнеша, Пандольфо. «Экскалибур». – Я вытащила меч из ножен. Повернула вверх той стороной клинка, на которой было выбито «Экскалибур». – Читайте. Здесь на латыни. Что написано?
Пандольфо пригляделся. Потом прочитал вслух:
– «Экскалибур». – Посмотрел на меня удивлённо. – Это что, тот самый меч? Меч короля Артура?
– Да, Пандольфо. Это тот самый меч. – Улыбнулась я князю.
– Матушка, дайте посмотреть! – Взвизгнули две княжны, Паула и Агнешка. Смотрели на меч восторженными глазами, трогали его лезвие пальчиками и восторженно повизгивали. – Боже, у нашей Королевы меч самого Короля Артура! – Завопила Паула. А Агнешка захлопала в ладоши. От переизбытка эмоций они даже затанцевали вокруг меня. Пандольфо продолжал смотреть на меч.
– Не могу поверить. «Экскалибур»!
– Но это ещё не всё, Пандольфо.
– Не всё⁈
– Нет. – Ответила я. Девушки перестали танцевать, смотрели на меня вопросительно. Я перевернула его той стороной, где было выбито другое имя, как меча, так и его владельца. – Скажите, каким мечом владела Жанна д Арк, Орлеанская дева?
– Ну это все знают. – Ответил Пандольфо. – Мечом Карла Мартелла, который более семисот лет назад остановил завоевание сарацинами Европы, в битве при Пуатье, разгромив их. Свой меч он завещал какой-то церкви, название сейчас не помню, где он пролежал все эти столетия, и где его нашла Орлеанская дева. Но тот меч исчез. А сама Жанна никому не сказала куда дела его. Якобы она отдала меч своим братьям, а они после её казни, утопили меч в Сене.
– Значит, не утопили. Читаем, что здесь выбито, на лезвии. Надпись тоже на латыни. – Я перевернула меч другой стороной лезвия.
Пандольфо вновь пригляделся. Сначала прочитал про себя, потом повторил вслух.
– «Пламень». Карл Мартелл. Святая Дева Мария! Это что получается? «Экскалибур» и «Пламень», это один и тот же меч?
– Получается, что так. Не даром этот меч Жанна всегда носила с собой. Никому не давала и даже спала с ним.
– Ваше Величество, я не знаю даже, что и сказать. – Произнёс потрясённо Пандольфо. – Если всё так, то это очень необычный меч. И даётся он только очень необычным людям… Хотя, о чём я⁈ На Вас же, Ваше Королевское Величество, Багрянородная Цесаревна и Порфирогенита, Великая Княгиня, покров самой Девы Марии. Вы самый необычный человек, которого я видел в своей жизни.
В этот момент солдаты и матросы, под руководством моих палатинов стали вытаскивать на поверхность сундуки. Я подозвала Никифора и Илью. Никифор держал Аквилу, завернутую в какую-то тряпку. Молодец.
– Илья, найди мне древко. Ты понял какое и для чего?
– Понял, Матушка. Я сейчас. – Он выскочил из церкви.
Мои девчонки с удивлением смотрели на Никифора. Он же стоял с вполне невозмутимым лицом.
– Никиша, а что это у тебя в тряпку завёрнуто? – Спросила Ксюша. Он в ответ усмехнулся.
– А это ты, княжна, у Матушки спроси. А моё дело хранить то, что мне дадено и молчать в тряпочку.
– Матушка? – Девушки посмотрели на меня вопросительно. Я тоже улыбнулась им.
– Подождите и всё увидите сами. Поверьте, такое вы никогда не забудете.
Вскоре прибежал Илья, притащил древко, похоже, от копья, только наконечника не было. Зато имелся свежий срез на одном конце древка. Наверное, Илья его просто отрубил.
– Вот не знаю, подойдёт к Аквиле?
– Сейчас посмотрим. – Ответил Никифор и посмотрел на меня. Я кивнула. Никифор развернул тряпку. Древко идеально вошло в специальное гнездо для этого. Парни вогнали древко на всю глубину в Аквилу. Девчонки стояли и смотрели на всё это раскрыв рты. У Пандольфо глаза округлились до невозможности. Закрепив орла, Никифор протянул древко мне.
– Матушка, твоя Аквила. – Сказал он. Я с благоговением взяла его. Пандольфо крестился. Начали креститься мои девчонки, глядя на орла, гордо раскрывшего свои крылья. Солдат и матросы, вытаскивавшие сундуки на поверхность из подземелья замерли, глядя на Аквилу. В церковь стали заходить и другие. Я подозвала падре.
– Святой Отец, – обратилась я к нему, – освятите Аквилу. Во имя Отца и Сына и Святого Духа.
Он сходил за кропилом и купелью со святой водой. Подошёл к нам. Я склонила Аквилу. Он побрызгал на неё святой водой, перекрестил и стал читать молитву. Когда священник закончил освещать Аквилу, я подняла её. На орла упали лучи солнца через окно церкви. Он словно засиял. Я повторила вслед за падре:
– Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь. – Замолчала на некоторое время собираясь с духом, но потом продолжила, глядя на Аквилу. – Отныне, Девятый Испанский легион вновь возродился из небытия. Империя жива, пока жив хоть один её легионер. А у нас теперь есть целый легион! Пока Аквила у нас, в наших руках, легион жив! Аве, Цезарь! – Последние слова я прокричала.
– Аве, Цезарь! – Подхватили мой клич мои палатины.
– Аве, Цезарь! – Крикнул Пандольфо. На его глазах появились слёзы.
– Аве, Цезарь! – Закричали солдаты и матросы.
– Аве, Цезарь. – Раздались звонкие девичьи голоса.
– Девятый Испанский легион, теперь является неотъемлемой частью армии Ливонской короны. В нём будут служить только самые лучшие. Моя гвардия. Это честь. Потому, что этот легион самый старый из всех армий Европы и Азии. С самой древней военной историей. Историей неувядающей и грозной славы. История радости побед и горечи поражений. Но чтобы не происходило, Аквила Девятого Испанского легиона никогда не попадала в руки врага. И никогда не должна попасть. Орёл не должен сойти с древка. Пусть погибнут все легионеры, но Аквила не должна упасть, не должна попасть в руки врага. Иначе, это будет несмываемый позор для тех, кто будет служить в Девятом Испанском. Это должны помнить все. Этим легионом командовал мой предок. Он был здесь наместником, во времена Римских Цезарей. А его потомки стали сами Цезарями в Византийской империи. Или как её ещё называли Восточно-Римской империи. Я нашла своё наследство. Наследие своих предков. Имущество, которое не подлежит отчуждению, которое может принадлежат только по праву рождения и по праву крови. Золото Рейна! Сокровища Нибелунгов. Когда дочь, наденет кольцо власти и вернёт корону, древняя кровь проснётся. Такое было пророчество. Древняя кровь проснулась. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь! – Взглянула на Никифора. – Никиша, возьми Аквилу. Отвечаешь за неё головой. – Оглядела застывших солдат и матросов. – Чего встали? Продолжаем вытаскивать сундуки. Несите их к лодкам. Только аккуратно. Не вздумайте утопить хоть один сундук.
Народ засуетился. С помощью верёвок поднимали большие сундуки по каменным ступеням лестницы, так как вытащить на руках их было очень сложно и тяжело. А вот наверху уже, сундук брали шестеро мужчин и тащили к берегу. Когда несли к лодкам первый сундук, прибежал один из солдат, стоявший при въезде в деревню. Он доложил контр-адмиралу. Пандольфо подошёл ко мне.
– Ваше Величество, к нам пожаловал местный барон, владелец этой земли. С ним вооружённый отряд.
– Хорошо. Пусть пропустят его и пять человек сопровождения. Остальные пусть ждут за охраняемым периметром. – Смотрела, как солдаты и матросы грузят на лодку первый сундук. Погрузив и закрепив его в лодке, они поплыли к «Авангарду». Там их уже ждали. С борта спустили верёвки. Наблюдала, как сундук, обвязав верёвками, поднимают на борт корабля. Так, первый пошёл. В этот момент грузили в другую лодку второй сундук. За ним из церкви вынесли сундук поменьше. Его тащили четверо. Хорошо, что это была река и волнения не было. Иначе лодки с сундуками просто могло перевернуть. Пока наблюдала, как грузят и закрепляют сундуки, к нам подъехал местный барон в сопровождении пяти вооружённых человек. Ко мне моментально подтянулась охрана. Барон был довольно грузным мужчиной. С короткой рыжей бородой и усами. Он смотрел недовольно на всех вокруг.
